Хост-клуб «Эдем»

В кабинете Зейна пахнет табаком, мягкий свет настольной лампы делает пространство уютным, но Нейта это никак не успокаивает. — Привет. Что-то стряслось? — спрашивает Зейн, оторвавшись от бумаг. — Надо поговорить, — отвечает Нейт, опускаясь в кресло и растирая уставшее лицо ладонями. — Давай. — Есть проблема. Помнишь, Тайлер помогла разрулить ситуацию с Мирандой Мартинес? Теперь они с ней махнулись ролями. — Зейн выгибает бровь и с тревогой глядит на Нейта. — Что это значит? — Она угрожает. Если я не буду играть её мальчика на побегушках, грозится пойти к прессе. — И ты всё это время играл? — Зейн откидывается в кресле и прикусывает зубами дужку очков. Учитывая его габариты, телосложение и род деятельности, смотрится он в них, мягко говоря, нелепо, как боец ММА, прикидывающийся человеком интеллектуального труда. — Не ради неё. У меня есть свои причины. — Я помню, — кивает Зейн, давай Нейту понять, что помнит о том, почему он согласился работать в клубе. — Чем я могу помочь? — Вряд ли ты можешь здесь чем-то помочь. Я просто пришёл предупредить, что ситуация в любой момент может осложниться. Не могу же я до конца своих дней играть в её игры. — Что ты намерен делать? — тяжёлый взгляд Зейна проходится по Нейту, но в нём нет осуждения или скрытого давления, только попытка оценить его состояние. — Без понятия, — пожимает плечами, глядя в сторону. — Пока попробую сам что-нибудь нарыть. У таких, как она, обязательно найдётся пара скелетов в шкафу. — Деньги нужны? Я могу попробовать обратиться к кому-то, кто знает, как вытаскивать чужие скелеты наружу. — Пока нет. У меня есть на примете человек. который может знать о ней больше, чем кто-либо. — Ему можно доверять? — озадаченно спрашивает Зейн, наклонив голову. Нейт думает какое-то время, а затем решительно кивает. — Да, сначала я попробую разобраться сам. Но если что… — Я понял. Держи меня в курсе, — Зейн поджимает губы, делает на кресле полоборота и устремляет взгляд в окно. Выйдя из кабинета друга, Нейт ищет укромное место, подальше от чужих ушей, особенно посетителей. Уровень заряда телефона всё также уныло мигает красным цветом, но на один звонок его вполне хватит. Найдя в списке нужный контакт, Нейт собирается с духом несколько минут. Просить помощи у того, кого сам резко начал сторониться — та ещё пытка для Нейта. Но другого пути нет. Эверли сама подсказала ему его, когда обмолвилась, что Карвер был влюблён когда-то в Тайлер и, вероятно, влюблён до сих пор. Как так вышло и почему — совершенно не его дело, но для Нейта это настоящая загадка. В школе Карверу всегда нравились красивые девчонки, но он никогда не замечал, чтобы его интересовали высокомерные стервы вроде Тайлер. Это Нейт чаще водился с такими: с ними ему не приходилось казаться лучше, чем он есть на самом деле. Для них его внешние данные с лихвой компенсировали его отвратительный характер и поведение. Но Карвер всегда был другим — ему нужен кто-то тёплый и живой, такой же, как и он сам. Кто-то, кто сможет быть рядом, когда его импульсивность начнёт разрушать его самого изнутри, чтобы остановить химический процесс. Карвер отвечает на пятый гудок, как раз, когда Нейт уже успевает решить, что ответа не дождётся. — Чего тебе? — без приветствия, сухо звучит голос на другом конце. — Привет. Нужна кое-какая информация. — Ну, ты и мастер разговоров. Сначала «нам не о чем говорить», а потом вдруг «мне нужна информация». — У меня нет желания препираться, Карв, — отвечает Нейт, озираясь по сторонам, а затем с усилием выталкивает из себя слова. — Мне нужна помощь. Если ты не можешь или не хочешь её оказывать, я пойму. Молчание длится недолго. Всё это время Нейт слышит тяжёлое дыхание Карвера, но тот в итоге сдаётся: — Что ты хочешь знать? — Кое-что о Тайлер. — Ты с ней спишь? — звучит резкий голос Карвера. — Это не имеет значения. — А с моей сестрой ты спал или это тоже не имеет значения? В его голосе слышен неприкрытый упрёк. Нейтан камнем прирастает к полу и долго глубоко вдыхает, переваривая вопрос. — Причём здесь Эверли? — Я навёл кое-какие справки об «Эдеме» от парочки знакомых из Нью-Йорка. Ты же там явно не в качестве гостя был. — И что ты узнал? — тихим стальным тоном спрашивает Нейт. — Всякие слухи гуляют, но это не главное. Главное то, как так получилось, что ты и моя сестра однажды оказались там вместе? — С чего ты решил? — Я же не дурак. Сложил «2+2», когда она забыла телефон в клубе и на звонок матери ответила администратор «Эдема», приятная девушка по имени Рут, а ты сказал, что вы встретились с ней в «Незнакомцах». Люди так делают, когда хотят что-то скрыть. Нейт тяжело выдыхает. — Ладно, хочешь знать правду? — устало произносит Нейт с вызовом в голосе. — Недавно у моего отца был приступ и мне позарез были нужны деньги, так я оказался в «Эдеме». С Тайлер я познакомился случайно в клубе. Она видела как мы трое разговаривали. Позднее она помогла мне решить кое-какую проблему, но цена её помощи оказалась высока. Теперь она угрожает тем, что создаст мне кучу новых проблем, и тогда все предыдущие покажутся сущей ерундой. Что касается Эверли… — Нейт сжимает губы и ненадолго замолкает, обдумывая дальнейшие слова. — Это вышло случайно. Я сам бы никогда не подумал, что её может занести в такое место. Но ей кто-то посоветовал этот клуб, чтобы набраться вдохновения для романа, который она пишет. И я просто согласился ей помочь. — Просто согласился помочь? А ты, оказывается, трус, Нейтан Досс. — Что? — Столько лет прошло, а ты не можешь честно признаться, что втрескался в мою сестру по уши ещё десять лет назад. Можешь запудрить мозг моей сестре, но не надо пудрить его мне. Мы знакомы не первый день. Ты же не думал, что я в самом деле слепой и ничего не замечаю? — завершает свою тираду Карвер риторическим вопросом. Слова Карвера бьют неожиданно сильно — словно кто-то срывает замок с тщательно охраняемой двери в голове Нейта. На секунду дыхание перехватывает, в груди становится тесно потому, что это правда, которую он привык держать глубоко внутри, за семью замками, подальше от посторонних глаз. Кровь приливает к лицу, и внутри Нейта мгновенно поднимается напряжение: совершенно дикий круговорот чувств из раздражения, стыда и страха. Раздражение — от того, что Карвер произносит это вслух так легко, словно это часть ежедневной рутины. Стыд, резкий и липкий, расползается под рёбрами от того, что его чувства теперь являются достоянием кого-то ещё. Страх — от того, что теперь это знание лежит на поверхности между ними, как оружие, которым Карвер может легко воспользоваться против Нейта. Он привык управлять, держать дистанцию, решать, что можно показать, а что скрыть. И теперь потеря контроля ощущается так, словно его выбросило в открытый космос без скафандра. На пике этой внутренней бури Нейт чувствует, как кулаки сами собой напрягаются, а в висках стучит сердце. Он готов к жёсткому обвинению, к наезду, к враждебной тираде — к чему угодно. — И давно ты знаешь? — тихим голосом спрашивает Нейт, крепко сжав телефон в руке. — Догадывался ещё в школе, — как бы между прочим отвечает Карвер. — И что подтвердило твои догадки? — Я же сказал, что не дурак. С тех пор, как мы встретились в Нью-Йорке, ты морозишься каждый раз, когда речь заходит о ней. Даже сейчас. Когда я впервые собрал вас, спустя столько лет, вы старались не смотреть друг на друга, словно между вами кошка пробежала. Я тогда подумал, что раз вы оба теперь в Нью-Йорке, то может быть вы уже виделись раньше, она тебя отшила, а я взял да свёл вас без предупреждения, поставил в неловкую ситуацию. Но теперь, когда ты рассказал, как и почему Эверли оказалась в «Эдеме», что-то мне подсказывает, что ваша история куда интересней… К удивлению Нейта тон Карвера спокойный: он не обвиняет, не злорадствует, просто излагает ход своих мыслей — и напряжение в груди постепенно спадает, оставляя после себя только усталость и чувство облегчения. Вот он только что сидел в комнате для допросов под ярким светом лампы с приставленным ко лбу пистолетом — и вот картинка рассеивается дымкой, и он понимает, что никто не собирается стрелять. — Карвер… — он выдыхает медленно, но голос звучит глухо, будто слова застряли где-то глубоко. Ему уже хочется оборвать разговор, пока не стало хуже, но Карвер не давит. — Я думал, что ты сам однажды решишь, что с этим делать, — продолжает он спокойно. — Я решу. Уже решил, — твёрже добавляет Нейт, и, когда последние воспоминания об Эверли возвращают его к реальности, меняет тему: — Но сначала Тайлер. Это намного важнее. — Ты понимаешь, что я не в восторге от идеи копаться в её грязном белье? — Понимаю, — Нейт прислоняется спиной к стене, стараясь говорить ровно. — Но я уже по уши в замесе. И если не найду на неё управу, она порушит не одну жизнь. Карвер выдыхает в трубку. — Ладно. Что тебя интересует? — Всё, что угодно. Всё, что тебе известно. — Про семью знаю немного — родом из Сакраменто. Родители, кажется, развелись, когда ей было ещё лет десять. После развода мать осталась с ней, а отец быстро исчез из жизни. Мать… та ещё штучка. Постоянно тянула одеяло на себя, а дочь использовала как способ устроить собственную жизнь. — Например? — Детские конкурсы красоты с призовым фондом в несколько тысяч долларов неплохо выправляли её финансовое положение, как и гонорары Тайлер за съемки в рекламе детских вещей или участие в массовке в каком-нибудь теле-шоу. — Даже звучит паршиво. — Да, такой матери врагу не пожелаешь. — Что-нибудь ещё? — Помню одну историю, — продолжает Карвер. — У нас в группе был парень, который учился с ней в одной школе. Говорил, что она встречалась с одним парнем, а когда тот бросил её, она каким-то образом добилась, чтобы его исключили из школьной команды по регби. Парень претендовал на хорошую стипендию и, благодаря спортивным достижениям, получил несколько приглашений из престижных колледжей, а потом его якобы поймали на нарушениях, но все были уверены — это её рук дело. Нейт хмурится. — И это был не единственный случай, — добавляет Карвер. — В колледже была похожая ситуация: соседка по комнате забрала у неё подработку в модельном агентстве. Через пару недель та девчонка ушла оттуда, и по городу поползли слухи, что у неё нашли наркотики. Угадай, откуда они взялись? — От неё, — тихо говорит Нейт. — Угу. И ещё — она не держит людей рядом просто так. Всегда есть причина. И если эта причина исчезает, человек перестаёт для неё существовать. Нейт слушает молча, ощущая, как куски мозаики начинают складываться. Картина, которую он и так видел, становится чётче. — Откуда ты всё это знаешь? — Что-то от других людей, что-то она рассказала, о чём-то догадался сам. Но почти со всеми, кто с ней знаком, наши мнения в одном сошлись: Тайлер — не та девушка, с которой можно сначала сблизиться, а потом мирно разойтись. — Эверли рассказала, что она тебе нравилась, и ты до сих пор не можешь её отпустить. Как это возможно после всего, что ты о ней знаешь? — невесело хмыкает он. — Потому что чувства так просто не выключаются, — Карвер усмехается без радости на другом конце. — Даже если человек оказался не тем, кем ты его себе представлял. Это не отменяет того, что я её хотел. И, может, до конца не перестал. — Я знаю, о чём ты, — отвечает он глухо, и это, пожалуй, единственное честное, что он может сейчас сказать. — Эй, в отличие от меня, у тебя ещё есть шанс. Воспользуйся им. И если всё сложится, не забудь мне об этом сказать, понял? Я не хочу быть последним, кто об этом узнает. — Это ты так даёшь своё братское благословение? — полушутя, спрашивает Нейт, улыбаясь одним уголком губ. — Пока ещё нет. Сначала разберись с Тайлер и найди нормальную работу. Я не хочу, чтобы моя сестра оказалась втянута во всё это дерьмо. — Она не окажется, — говорит Нейт, глядя в стену. — Я прослежу. За портьерой, где он стоит, слышны приближающиеся голоса, а значит времени, до того как нагрянут посетители, у него в обрез. — Мне нужно идти. — Конечно. — Эй, Карвер, — Нейт поглубже вдыхает, набираясь смелости для следующих слов: — Спасибо. На самом деле, мне капец как не хватало тебя все эти года. — Мне тоже, Нейт, — слышит он на другом конце и завершает звонок, чувствуя, как по телу разливается лёгкость, словно кто-то ввёл её ему внутривенно. Нейт суёт телефон в карман, пару раз задумчиво стучит затылком по стене и отодвигает портьеру. Его смена закончится через пару часов, и пока к нему не пришла очередная клиентка, у него есть время хорошенько обдумать, что делать с информацией, которую ему преподнёс Карвер, и как теперь подступиться к Эверли Джейн Портер, забив на все правила, «но» и «если».