Игра престолов: Сказания о кровавом принце

      Я не думал, что вопрос с наглой бандой, орудующей в моём лесу, затянется на добрую неделю, которую мне придётся провести в «логове», отправив весточку в Красный замок о том, что я якобы решил уделить больше времени тренировками и закалке духа. Благо во дворце меня не искали, будто бы и вовсе позабыв, позволив замять вопрос о сохранении благополучия своих подопечных, обеспечив им не только стороннюю защиту, но и новый наземный путь торговли. Была у меня задумка перевезти дело в более дальний уголок, куда-нибудь подальше от «короны», скажем, в Дорн, однако это дело было небыстрым и весьма тягостным, оттого и не терпящим поспешности. Для начала нужно было всё согласовать, проверить место, выкупить землю, если потребуется, а затем заняться перевозом людей и продовольствия. Многие из них даже никогда не видели тех мест, а значит вероятна сложная акклиматизация. Часть людей может скосить болезнь, к этому тоже нужно приготовиться. В общем — дел по горло, времени как обычно мало, а возможностей и того меньше, благо хоть безопасность сейчас стабильная и высокая, хоть что-то радует, пусть это и ударило по моему кошельку.

Королевская гавань. Красный замок

      В столице всё, как обычно, было шумно и неспокойно. Народ обсуждал последние вести с прошедшего турнира: спорную победу сера Тирелла и поражение Горы, которое, как таковым, поражение и не было. Судя по всему в сложный бой вмешался Пёс, как судачили купцы в порту, а Пёс был вынужден исполнить приказ кого-то из королевской семьи, дабы не дать наследнику важного рода пасть в нелепом бою. Всё же смерть Лореса не сделала бы корону счастливей, лишь наслав бы на неё с сотню проклятий госпожи Олены. А в преддверии такой суровой зимы, которой никто и в помине не видывал, лишние внутриусобные конфликты с важным поставщиком зерна нам были ни к чему. Баратеон это прекрасно понимал, пусть и слыл глупцом и невежей, поэтому приближать смерть этого «шпагоглотателя», как порой выражалась сама Тирелл, не желал.       Так же, как и упоминал Джудал, в столице всё не утихали слухи о неспокойствии на соседнем континенте. Моряки из Пентоса всё не утихали, рассказывая в каждой таверне о некой кхалийской принцессе с удивительной белыми волосами и ярко-небесными глазами, что очаровала знаменитого вожака и стала ему покорной женой. Меня немного настораживало то, с какой скоростью растут слухи об этой Дейнерис, и как яро люди жаждут произносить её имя там, где Таргариенов не почитали уже несколько десятилетий. Это говорит о нехорошей тенденции: граждане не видят в этой Дейнерис врага, скорее интересную диковинку. С точки зрения психологии это не очень хорошо, ведь на фоне приевшегося Роберта у Дейнерис будет куда больше шансов расположить к себе народ. Однако, она всё ещё является чужачкой и мишенью для всевозможных убийц. Ей повезёт, если она сможет дожить до своих двадцати лет в нынешних-то условиях. — Проваливай отсюда! — донёсся громкий клич грозного стража у ворот, что с силой пихнул какого-то изморыша, повалив его на землю. — Нечего здесь всяком отребью снувать! — поддакнул второй, схватив удобней длинный меч.       Меня эта ситуация насторожила, вынудив спешиться с коня и продолжить путь на своих двоих. Чутьё подсказывало, что что-то здесь твориться не то, ведь все местные детишки знали, что к замковым воротам лучше просто так не приближаться. Наша стража слепа и безбожна разрушительна, поэтому и глазом не поведёт, что перед ней стоит крохотный ребетёнок. Зарежет и пустит померу, рассказывая в какой-нибудь таверне про забавный случай ранним днём. — Я не отребье! — возмутилась девочка, вставая на тонкие ножки. — Я Арья Старк! Дочь вашего десницы!       И пару секунд ей и правда удалось сдержать их внимание и даже, казалось бы, припугнуть, однако те быстро переглянувшись тотчас расхохотались, явно не желая верить в небылицы какой-то коротышки. Что уж взять с этих остолопов, они верили лишь своим глазам, а не ушам, и то, те часто их подводили. Слепые — как котята, однако совершенно не милые и безбожно бесполезные. Коты хоть крыс да мышей ловят — эпидемии останавливают, да дома в порядке держат, а эти… Кровь льют, да и то попусту. Их что нет, что есть, одно дело, многие даже не заметят. — Наглая коротышка, ты хоть знаешь что бывает с теми, кто брешит перед глазом божьим?! — зарычал один из них, замахнувшись на малышку мечом, только бы припугнуть да спровадить восвояси. — Сгинь, говорю! — и стоило ему взмахнуть рукой, я среагировал немедленно, достав из ножен клинок и заблокировав им острие, лязгнувшее над ухом молодой северянки.       Она дрогнула, прижав голову к плечам и сильно зажмурившись, но не пав перед ними ниц, что, на мой взгляд, похвально. Не каждый мужик имеет такие «яйца», а тут ещё совсем зелёная девчонка. Далеко пойдёт, если жизнь распорядится. — Эй! — возмутился второй стражник, однако завидев мой синий взгляд тотчас притих, смиренно опустив голову. — Лорд Хэйл… П-приношу вам свои глубочай… — обидчик поспешно начал убирать меч в ножны, пытаясь замять ситуации, однако мне на его слова было всё равно.       Сейчас больше интересовала очухавшаяся малышка. — Джек! — обрадовалась она, одарив тёплым взглядом своих зелёно-карих глаз. — Давно не виделись, Арья, — потрепал её по голове, опуская клинок, но не спеша его прятать. — Как уроки танцев?       Заслышав о нашем маленьком секретике она громко рассмеялась, заставив и меня не сдержать улыбки, озадачив охрану ещё больше. — Рада тебя видеть, Джеки! Ты как раз вовремя! — она обернулась на двух занервничавших бугаев, блистая самодовольной улыбкой.       Пришлось поспешить её унять, дабы в впоследствии избежать ненужных конфликтов. Всё же с теми, кто охраняют пути отхода из замка, в случае чего, стоит быть на короткой ноге, а не точить друг на друга копья. Это просто неразумно. — Сэр, вы знаете эту девочку? — скромно спросил один из них, оглядев действительно бедно выглядящую дворянку, порой вытворяющую такое, что даже у меня голова шла кругом. — Всё так, господа. Это — Арья Старк — младшая дочь нашего уважаемого десницы. — Б-будем знать… — смиренно процедил второй, покорно наклонив голову. — Ничего-ничего, понимаю, эти люди у нас не так давно, поэтому вы и не смогли признать Арью, тем более в таком наряде, — оглядел Старк, давая понять, что отчасти она сама виновата в сложившейся ситуации.       Та лишь хмуро сдвинула бровки и показательно отвернула от меня голову, что, впрочем, не сильно-то меня и задело. Я Мирцеллу знал больше, чем многих из замка, так что с детьми подобного возраста, тем более девчонками, справлялся на ура. Арья по сравнению с избалованной принцессой казалась ещё тем ангелочком, пусть и непоседой. Напоминала мне юнлингов, которых я когда-то наставлял. Было у них что-то общее, и, наверно, окажись Арья в моём родном мире, она бы стала любимой Силой, это уж точно. — Хорошей службы, — бросил стражникам, после чего, цокнув Бурану, направился на пару с Арьей вглубь замка.       Первое время мы шли молча, подначенные активизировавшимися «пташками» Вариса и марионетками Мизинца держать язык за зубами. И ладно я прекрасно понимал все тонкости замковой жизни, где у каждой стены есть свой пара ушей, но вот малышка Старк… Удивительно для такого яркого и громкого ребёнка столь быстро привыкнуть к царящей здесь неприятной атмосфере, где на тебя постоянно кто-то смотрит. А главное — понимание, что каждое слово будет использовано против тебя. Видимо господин Нед не такой плохой отец, как его дражайший друг, иначе объяснить сие поведение я просто не могу. Хотя, скорее всего, всему виной разница в менталитете. Я, как бы не хотел, всё же был воспитан «львами» — гордыми, наглыми и броскими людьми, оправдывающими свой незамысловатый герб. Старки же были нам самой главной противоположностью. Антиподом, что сразу приходит на ум, стоит только зарекнуться. Мы разные, однако, думаю, в этом наша общая сила. — Прости, что загонял, дружок, — похлопал верного скакуна по лопатке, загоняя его в стойла. — Отдохни хорошенько, а я завтра тебя навещу.       Он одобрительно заржал, после чего начал осматривать свои владения, всегда очень характерно относясь к любым изменением на «его» территории. Словно большой пёс, ей-богу. — А что на счёт тебя, маленький сорванец, — легонько хлопнул Арью по носу, вынуждая проследовать за мной из конюшни. — Тебе не стоит разгуливать в таком виде. Многие этого не оценят и начнут шептаться. — Мне всё равно на сплетников! — громко заявил воительница, всполошив подслушивающих недалеко прачек, что якобы хлопотали с бельём.       Заметив на себе мой синий взгляд они разбежались, словно стайка несмелых крысок, рассеявшись по полю, точно семена ржи. Нужно будет напомнить Бейлишу, что я не очень жалую его фокусы, тем более, когда меня донимают с самого прибытия в замок. Я не спал около суток, вынужденный быстрее возвратиться в замок, пока меня не хватились, а тут эти жалкие черви вновь повылезали после «дождя», только бы воспользоваться благоприятно атмосферой. Мерзость. — А им на тебя нет, — заметил я, пожав плечами, а после зашагав в сторону своих покоев.       Арья побежала следом, почему-то опасливо озираясь по сторонам. Странно, она прежде не казалась мне такой беспокойной. Подобное более соответствовало её старшей сестре, нежели малютке. Неужели уже успела нашкодить? — Чего глазками стреляешь? — беззаботно спросил я, наивно надеясь, что она просто прогуляла урок или поругалась с Сансой по очередной пустяковой теме.       Та встрепенулась, но не ответил, лишь растерянно покачав головой. Странно всё это. Очень странно. — Ладно, не хочешь говорить, не надо… — вошёл в каменное строение, изредка кивая знакомым слугам, с которыми поддерживал доверительные отношения.       Своих людей в этой темнице всегда стоило иметь, так мне говорил отец, так что я старался соответствовать его изречениям, дабы не попасть в передрягу. — Однако исправь это, пока беда не пришла, — смерив её уже более строгим взглядом вынудил смиренно кивнуть, а после, в молчании, дойти со мной до её покоев.       Я чувствовал на нас заискивающие взгляды окружающих. Понимал, что, вероятней всего, кто-то особо росторопный уже доложил Варису и Бейлишу о моём прибытии в замок и неожиданной компании малышки Старк. В обществе наш странный союз смотрелся крайне фантастично, ведь, кто бы что не говорил, по «крови» я, якобы, являлся Ланнистером, пусть и бастардом. Ясное дело, что во мне текла совершенно иная, куда более благородная и адски опасная кровь, однако этого окружающим уж точно лучше было бы не знать.       А так, своей компанией, я отчасти даже помогал Арье, распространяя на неё своё вливание и превознося перед короной. После происшествия с волком, как я понял, между десницей и королём пробежала чёрная кошка, и дети, само собой, оказались в немилости у родителей. Не хотелось, чтобы за глупости Джоффри расплачивались невинные, пусть я к этому и не имел никакого отношения. Возможно, своё брала джедайская муштра, а может и совестность, приобретённая из-за Шаак Ти. Сложно сказать, однако этих девчат ну совсем уж не хотелось бросать. — Джек, — тихо позвала малышка, не спеша закрывать перед носом дверь. — Да? — повременил с уходом, загляну в пристыженные карие глаза.       Она чего-то стеснялась, но говорить чего именно не спешила, зная — слова, точно птицы, вырвавшиеся из клетки. Их так просто не вернёшь. — Ты ведь друг? — неожиданно спросила она, ошарашив этим странным вопросом.       Сказать по-честности я его не ожидал, предполагая что угодно, но не это. Друг? Слишком ценное слово, чтобы им так разбрасываться… Меня научили вдумчиво выбирать друзей, особенно в условиях постоянно конкуренции и борьбы за власть. Здесь нет своих и чужих, как в дикой природе. Здесь есть лишь я и мои враги. Вот вроде и не хочет разочаровывать девчушку, подрывая её и так дрогнувшее, по всей видимости, доверие к людям, но и врать не охота. Я ведь до сих пор не понял, каким человеком является наш новый десница. Какими людьми растут его дочери. Что за цели преследуют и что замышляют? Друг ли я им, или же враг? Очень непросто… — Я… Хотел бы им быть, если ты позволишь, — постарался выдавить самую искреннюю улыбку, на которую только способен, однако вышло, судя по всему, не очень хорошо.       Арья не поверила, смущённо попятившись назад, за дверь, за которой решилась спрятаться. Жаль, что мне не удалось её убедить, лишь ранить крохотное сердечко. — Арья, — позвал её, привлекая большие от удивления глаза. — Могу лишь заверить, что я вам не враг.       Она ничего не ответила, поспешив скрыться за массивными дверьми, однако последний взгляд… Пусть в нём и читался неприкрытый страх, однако я отчётливо улавливал в нём удивительную надежду и желание верить услышанным словам.

Несколько дней спустя. Плац

      Сюда меня занесло в удивительно неприятное время — полдень — самый разгар дня, ещё и многолюдье, когда часть стражи оттачивает свои незамысловатые умения. Лязг металла, шум хриплых голосов и скрежет кожаных защитных жилетов резал уши, сбивая и так рассеянную концентрацию. Самый смак для любого среднестатистического вояки, но для меня — сущий ад.       Почему же я пришёл сюда именно в это время, когда ранее позволял себе тренироваться лишь ранним утром или же поздним вечером? Всему виной Ренли — чёртов шакал… Присел мне на уши, всё капая на мозги, мол мы давно не спарринговались, и вообще я и носу на плаце не показываю, что уж до всяких турниров, на которых такой выдающийся воин уж точно должен светить мордой. И хоть я ему сотню раз объяснял причину подобного поведения, этому упрямому оленю всё побоку. В этом они с Робертом были ой как сродни. Явно оправдывали свой герб, хотя, наверно, не мне жаловаться.       В итоге после десятка часов непрерывного литья в уши всякого кала, я всё-таки дал согласия выйти на плац и дать этому идиоту один дружеский бой. Правда я ни словом не обмолвился о том, что буду поддаваться, ведь этому задохлику даже не думал давать форы. Не по моему статусу так поступать, да и чего греха таить, из-за его выходок, мне жуть как хотелось надавать по лицу Баратеону-младшему. Аж кулаки чесались. — Это господин Хэйл… — шептались рыцари, когда я неожиданно появился на плаце в компании Джудала и Лореса, услужливо решившего составить нам компанию.       Хотя я прекрасно понимал, что он просто волнуется за своего возлюбленного, понимая, что я с ним церемониться не буду, и даже он на это никак не повлияет. Лишь, наверно, королевское слово или же какая-нибудь остроумная отговорка Мартелла могла меня сбить с выбранного пути, однако увы и ах, на невезение Ренли, ни Оберина, ни Роберта под рукой не оказалось, позволив мне исполнить задуманное. — Неужели пришёл поспаринговаться? — Он ведь никогда не тренируется с нами… — Может приказ господина Джейми? — Будто «Белый лев» его когда-то слушал, ну и шутник.       Игнорируя слова посторонних, я молча прошёл к дальней каменной лавочке, на которой практически не было никакого барахла, после чего, сняв верхнюю одежду, оставив лишь лёгкую льняную рубаху, подвязанную плотным кушаком, начал разминаться. Всё ж не хотелось в ходе незапланированной драки ещё и травму схлопотать. Это бы вышло мне явно боком, и, клянусь, я бы точно придул собственными руками этого заносчивого дворянина с огромным комплексом неполноценности. — Ты, как обычно, производишь фурор, Джеки, — хохотнул подошедший к нам Ренли, немного припозднившийся на собственный спарринг.       Впрочем, это было весьма в его духе. Разминающиеся рядом Джудал и Лорес отвлеклись, и если сын варваров быстро вернулся к начатому делу, Лорес предпочёл помочь с разогревом любовнику. — Может тебе такое и по нраву, — оглядел толпу притихших мужиков, поглядывающих в нашу сторону. — Однако я всё ж больше предпочту компанию милых дам, — само собой говорил я достаточно тихо, чтобы нас никто не услышал.       Однако, несмотря на это, Лорес слегка забеспокоился, став менее активно хлопотать рядом с Ренли, а тот, в свою очередь, лишь заливисто расхохотался и хлопнул меня по плечу, мол: «Всегда я найду как огрызнуться».       Благо наша тирада не растянулась, позволив быстро приступить к задуманному, попутно разогнав с площадки притихший народец, решивший стать нам бесплатной публикой. Джудал и Лорес пообещали устроить свой махач аккурат после нашего, однако я как-то не задумывался над этим, сосредоточенный на личной дуэли. — Правила стандартные, — заговорил я, медленно шагая вдоль дуги круглой площадки, поглядывая на отчего-то особенно довольного собой Ренли. — Бой закончится, когда кто-то из претендентов самолично сдастся, покинет круг или окажется обезоружен. Любое вмешательство со стороны так же ведёт за собой немедленное прекращение спарринга. Устраивает? — Вполне, — хмыкнул Баратеон, и тут же сделал выпад в мою сторону, попытавшись, точно какой-то мушкетёр, проткнуть острием деревянного меча.       Мы решили лишний раз не рисковать, чтобы не лишить корону важного советника и умелого защитника, так что спарринговались всегда на утяжелённых деревянных клинках. — Ха, — фыркнул сам на себя, разворотом уклонившись от атаки и маховым движением ударив по кликну, надеясь его выбить.       Однако хватка у Ренли была отменной, видимо кувыркания в постели давали свои плоды, ведь меч остался в ладони, лишь слегка пошатнув от инерции хозяина. Мы разошлись в разные стороны, давая себе лёгкую передышку и время на придумывание стратегии. Всё ж каждый знал, что перед ним стоит не самый лёгкий противник, пусть многим и казалось, что исход этого боя весьма очевиден. — Как-то ты сегодня не особо активен, дружок, — хмыкнул Баратеон, прокручивая в руке меч, будто бы дразня.       Зря он это затеял, я ведь просто размышляю, как не перегнуть с этим хрупким цветочком палку. А то ведь его величество явно не погладит по голове, если я случайно сломаю его брату хребет. — Многовато болтаешь, — с этими словами сделал рывок в сторону, спровоцировав Ренли на защитную стойку.       Он инстинктивно закрыл клинком левую сторону, однако я перекатом зашёл ему за спину, правда упустив возможность для атаки. Замаха просто бы не хватило, поэтому решил маховым движением сбить его с ног. Получилось, моя пятка попала аккурат ему по лодыжке, не просто вызвав тихи вскрик, но и повалив наземь, точно бездушный манекен. Однако, несмотря на моим удачные выпады, Ренли быстро поднимался, вновь возвращая между нами дистанцию, минуя тем самым серию мощных атак.       Он прекрасно понимал, что в силе уступит, поэтому пытался взять ловкостью и выносливостью. Экий гад, прыткий, однако всё равно слабый. В нашем деле мощь всё же имеет колоссальное значение, особенно если мы говорим про боя один на один, где провести «тихую» атаку практически невозможно, так как ты зачастую находишься у противника навиду. — Наигрался? — спросил я, когда всё ж смог поймать прыткого желторотика и буквально выкинуть его за пределы площадки, порядком устав от его уловок и подсечек.       Надоел, чес слово. — Ты даже не думал поддаваться? — хохотнул довольный проделанной работой Баратеон, принимая мою руку помощи.       Толпа зевак гудела где-то за спинами, однако мне всё ещё было на них всё равно. Как-то не воодушевили, да и чем они могли задеть? Я, кажется, услышал о себе уже всё, что только можно, а оригинальностью эти головастики явно не отличались. — Может в другой раз, когда у меня будет более благосклонное настроение… — хмыкнул на него, поднимая с земли.       После к нам подбежал Лорас, а за ним неспешно подошёл и Джудал, протягивая флягу с водой. Я даже отпить не успел, когда на плац выскочил какой-то местный лакей, огласив о том, что меня ищет его величество. Даже переодеться не дали, сказав, что король хочет видеть меня немедленно.       Чуяло моё сердце, этот кабан вновь вбил в свою голову какую-то нечеловеческих видов идею, которая взорвёт мне мозг. — Удачи, — шепнул Ренли, понимая, что ничего хорошего мне в скором времени не ждёт.

***

      Короля, королеву, его десницу и младших детей я нашёл в излюбленной королём беседке, в которой он часто засиживался в тёплые солнечные деньки. Удивительно только, что сегодня здесь, помимо десницы, была ещё и Серсея, которая, обычно, не показывала в палисаднике и носа. Её вотчиной был западный сквер и спускающийся к морю сад, но не эта парковая зона. Странно, что сегодня мы здесь резко пересеклись. — Ваше величество, королева, десница, — сухо качнул головой важным персонам, заметив где-то вдалеке резвящихся детей.       Как я понял Мерцела и Томен решили поиграть с Сансой и Арьей, уединившись недалеко от родителей, чтобы те могли наблюдать за их адаптацией. Странно всё это, Серсея ведь ненавидит северян, а Старков больше всего, как только допустила подобное? Хотя, судя по этой наигранной улыбке, всеми виной, как обычно, шальная идея Роберта, вздумавшего играть в какого-то бога, нежели в достойного короля. — Дже-ек, — протянул с улыбкой король, поднимая руку в знаке приветствия и своей благодетели. — Хорошо, что ты пришёл! Присаживайся! «Вы ведь сами меня позвали…» — подумалось мне, однако высказывать напрямую эти мысли не стал, беспокоясь за сохранность своей жизни.       Всё же каким бы протеже меня не кличили, даже у Баратеона были свои границы дозволенности, и, довольно часто, они менялись за долю секунды, отчего с этим бугаём себя стоило держать в строжайших рамках, дабы не лишиться головы. — Неужели мы вырвали тебя из кровати? — хмыкнул с лёгкой издёвкой Серсея, колким взглядом бегая по моему телу.       Действительно, видок для встречи с королём не самый презентабельный, однако я не мог пренебрегать временем, зная, как Роберт не любит ждать. И пусть Ланнистер прекрасно знала об этом, всё равно вынуждала отвечать на неудобные вопросы. Гадюка. — Прошу простить мне столь неопрятный вид, однако меня вырвали с плаца. — Да ну! — хохотнул Роберт, не дав Серсее вновь выплеснуть на меня свой яд. — И какими богами тебя занесло на плац в такой час? — Решил размяться, вот и всё, — подумал, что не стоит вдаваться в подробности, в коих нет никакого толка.       Лишний раз упоминать при короле его младшего брата не стоит, он этого не любит, да и подставлять самого Ренли, проигравшего в битве тоже не хочется. Всё равно это не столь важное событие, так какая разница, где и что я делал на плаце. — Тренируешься, однако в турнирах своего короля даже не думаешь принимать участие… Как досадно, — хмыкнула Серсея, отпивая из кубка вино.       Я бросил на неё холодный взгляд, давая понять, что ей не стоит так открыто меня провоцировать, всё равно король, вероятней всего, встанет именно на мою сторону, а если и нет, то ей всё равно моя участность выйдет боком. Она лишь только подталкивает меня ближе к королю, как этого не понимает? Впрочем, порой эта женщина бывает особенно слепа и глупа, пусть порой и может вытворить невероятную хитрость. — Я хочу быть полезным моему королю не в показных боях, а в настоящем деле, впрочем, тётушка, вы вряд ли поймёте, какого это.       От моих слов у неё на лбу проступила тонкая венка, позволяющая понять: я сильно её задел. Что ж, сама нарвалась, так чего сейчас глазками стреляет, коль попалась в собственный капкан. Благо Роберт довольно улыбался, всегда воспринимая наши перебранки как личное шоу, лишь изредка затыкая, когда голова начинала гудеть от постороннего шума. Один лишь десница смотрел с удивлением, видимо впервые встретившись с таким откровенным соперничеством двух «родственников». Хотя, в наше время это было не то, чтобы редкостью. Это просто Старки отличались какой-то особенно привязанностью друг к другу. Не зря имели на гербу «собак», верные ребята. — Маленький паршивец… — прошипела она, но тотчас была перебита мужем. — Джек, я позвал тебя за одним важным дельцем, — с какой-то слегка детской азартностью сообщил он, вынудив насторожиться.       Знал ведь, в этой косматой голове ничего путного не зародится. И не прогадал. — Ты ведь уже взрослый парень, именитый лорд, герой войны… — бахвально оглашал он, будто все эти заслуги принадлежали ему.       Хотя, наверно, так он и думал. — Пора бы тебе присмотреть жену, а, — с улыбкой подытожил он, ошарашив настолько, что я аж лицо потерял, насмешив своей гримасой притихшую Серсею. «Чего…? Жену? Всевышняя Сила, я ведь надеялся, что мой статус бастарда отвадит от меня всякие попытки женить на какой-нибудь не самой именитой леди. Всё ж, каким бы воином я не слыл, моё происхождение всё ещё оставляло желать лучшего, и король об этом прекрасно знал, прежде никогда не заикаясь о женитьбе. Понятное дело что отец даже не упоминал о подобном, давая мне полную свободу в этом вопросе, а что касается деда… Он не видел полезности в моей женитьбе, ставя больше на военные и политические заслуги. И вот те раз, король заговорил со мной о женитьбе, ещё и так открыто. Это явно не к добру». — Прошу прощения…? — решил смахнуть под дурачка, надеясь, что Роберт как обычно неудачно пошутил, а я просто забыл посмеяться. — Ну чего ты дурака корчишь! — хохотнул он, хлопнув по столу и как-то неоднозначно переглянувшись с десницей. — Вон какой халёный парень вымахал, и лицом вышел, и телом! Не то, что твой папаша — настоящая удача!       Серсея ухмыльнулась, по-лисьи бегая глазами по собравшимся лицам, однако помалкивая, зная, что Роберту её комментарии не понравятся. Да и будем честны, я сейчас в такой жопе, что ей даже не надо стараться и подливать масло в огонь. Тут и так всё прекрасно горит. — Рад, что угодил, ваше величество, однако я всё ещё бастард… Ни одна знатная семья не выдаст за меня свою дочь, будь я хоть писанным красавцем.       Я надеялся, что мои слова хоть немного остудят пыл этого безбожника, однако, как понял всяко позже, лишь сильней спровоцировал корону. Наклонившись ко мне чуть ближе, Роберт с ухмылкой сказал: — Они не посмеют перечить королю, сынок, уж поверь.       В этих глазах читалась такая пугающая уверенность и слепое безумство, что даже меня промурашило, что уж говорить о королеве, сидящей рядом. Серсея почуяла тоже, что и я, пусть сама она, вроде как, к этой истории не имела никакого отношения. Спокойным остался лишь господин Старк, видимо наученный опытом дружбы с этим бугаем. Однако пугало и это, ведь сохранять спокойствие рядом с таким человеком… Это пугало ещё сильней. — И что же вы решили…? — несмело спросил я, чувствуя, как на шее медленно затягивается плотная удавка.       Роберт ещё пуще улыбнулся, облокотившись о спинку кресла и взяв в руки наполненный бокал, правда не осушив его одним глотком. Видимо решил посмаковать. — Я давно хочу видеть тебя своим сыном, Джек, — эти слова ой как не понравились Серсее, что открыто читалось на её лице, однако ничего сказать поперёк она не могла, как, впрочем, и я. — Однако, к моему сожалению, в тебе нет ни капли моей крови. Ты сын иной семьи, и, будто в насмешку мне, ещё и незаконный. Ты рос у меня на глазах, Джек. Я знал тебя ещё сопливым мальчишкой. И, сказать по-правде, ты мне сначала ой как не понравился…       Эти слова меня напугали, однако я сдержался, оставшись хладнокровным. — Было в тебе что-то такое… Мерзкое… Что буквально выворачивало наизнанку. И дело даже не в крови Беса. Нет, твой отец пусть и омерзителен внешне, но весьма умён и недурен внутренне, что его спасает от божьей кары. «Это говорит человек, далёкий от каких-либо заветов? Утопающий в пьянстве, разврате и жестокости…? Ха, какая ирония!» — Ваше величество, — с лёгкой строгостью отозвался я, давая понять, что не намерен выслушивать подобные слова о своём попечителе. — Во-от… — он вновь наклонился в мою сторону, ткнув пальцем. — Вот за это ты мне и нравишься. В тебе будто бы нет страха… Однако это не делает тебя бездумным глупцом, как моего нерадивого первенца.       Серсея хотела встрять, однако один взгляд Роберта заткнул ей рот. — В тебе есть все качества, что я жажду видеть в своём наследнике, и, пусть я и не могу сделать тебя своим приемником, я могу приблизить тебя к трону.       И пусть подобное в свой адрес жаждал слышать любой на моём месте, мне от этих слов становилось лишь хуже. И не потому, что я не желал трона… Это, скорее всего, будто ложью, ведь в глубине дуже я лелеял надежды сесть на него и исправить все ошибки, совершенные моими предками. Вот только в нынешних реалиях мне предлагался не трон, а конура рядом с покоями Джоффри. Коврик у его ног, как верному пёсику — деснице — коим, видимо, жаждет меня видеть нынешний король. Незавидная судьба. — И как же? — спросил я, отчасти зная ответ. — Ты женишься на Мирцелле, — с холодом, будто отчеканенный на литой пластине закон, произнёс Роберт, заставив вжаться в кресло. — Этому не бывать! — Серсея резко поднялась с места, смотря на мужа с такой ненавистью, с какой не смотрела даже на меня. «Ого… Так она может быть ещё более злой…» — Сядь! — прикрикнул на неё король, однако она лишь пошатнулась, но в кресло не опустилась. — Я не отдам свою малышку за этого выродка, — прошипела королева, сверкая яростными зелёными глазами. — Ты сделаешь так, как я скажу, — с безразличием ответил Роберт, давая понять, что он не потерпит пререканий.       К моей печали это относилось и ко мне, ведь я, как и Серсея, не жаждал роднится с той, с которой пусть и не был связан кровью, однако любил и ценил как родную сестру, не способный помышлять о ней в любом другом ключе. Это было выше моих моральных и физических сил, какой бы пыткой не наградил меня за непослушание король. — Ты чудовище, Роберт, — прошипела королева, после чего, лишь бросив на меня столь же яростный взгляд, умчалась к играющим детям, желая поскорее увести отсюда своих малышей.