Игра престолов: Сказания о кровавом принце

      Как и обещал, после разговора с Лоресом мой след простыл, скрывшись в подворотнях Королевской гавани до самого заката. Что-то подсказывало, что у Серсеи сегодня будет особенно плохое настроение, и так не хотелось попадать ей под горячую руку, разжигая очередной скандал, что я предпочёл трусливо ретироваться из города. Мне здесь делать было нечего в ближайшие дни, поэтому, пусть и без королевского указа, я покинул давно знакомые стены, воспользовавшись изученными потайными ходами королевского замка, после чего направился к реке Сайгар, что протекала недалеко от столицы, впадая в Узкое море.       Зачем же я так бездумно покинул город? Потому что хотел проверить, всё ли в порядке с поклявшимися мне в верности людьми, над которыми я взял покровительство. Здесь, у берегов журчащей Сайгар, в дремучей чаще леса, располагалась целая дюжина крепких домишек, по обе стороны сверкающей реки. Их возвели на месте древнего поселения, оставшегося в вехах истории смазным пятном. Кто тут жил до нас — неизвестно, однако вероятней всего кто-то из будущих жителей столицы, решивших перебраться ближе к морю. Я же подумал, что тут будет самое место всем отвергнутым и покинутым, отчего и проконтролировал возведение крохотной деревушки и пары водяных мельниц.       Для местного люда подобная постройка была чем-то пусть и знакомым, но всё равно удивительным, ведь в обычных условиях они создавались в разы дольше, и редко в такой глуши. Однако я понимал, что мой маленький бизнес должен остаться в тайне до тех пор, пока не придёт срок, поэтому укрывал его как мог. — Но-о-о… — протянул я, потянув за кожаные поводья.       Жеребец, одолженный у знакомого торговца, слушался неохотно, однако всё же не предпринимал попыток сбросить, за что ему большое спасибо. Не хотелось навернуться и сломать себе шею, оставшись калекой до скончания веков. — Господин… — послышались голоса местных жителей, уловивших топот ретивого жеребца.       Словно тараканы, они высыпались на эдакую площадь, встречая меня радостными возгласами и улюлюканьем. — Господин Джек…! — кричали дети, бросаясь мне на шею. — Господин, хвала богам, вы целы… — хрипели старики. — Мы вас так ждали, господин…       Подхватив знакомую девчушку на руки, я оглядел собравшийся люд, подметив, что к нам присоединились и те лица, которых я зазвал сюда будучи на юге. В большем и целом здесь собрался неповинный сброд с Эссоса, прибывший на континент в качестве рабов или, как говорили некоторые вельможи, бесплатных слуг. Мне было их жаль, да и, сказать по правде, я сам нуждался в слабовольной рабочей силе, отчего давал им то, чего они желали, а они взамен отплачивали мне качественным трудом. — Рад вас всех видеть, — оглядел толпу, сдержанно кивнув особо ярким лицам. — Всё ли у вас хорошо?       Те закивали, давая понять, что в общем и целом их жизнь идёт тихо и мирно. Однако я заметил в глазах деревенского старосты стыдливый блеск. Что-то явно приключилось, просто они не хотели лишний раз меня беспокоить. Это раздражало, вынуждая стать с ними строже.       Опустив малышку Хлою на землю и потрепав по голове, я, доверив жеребца местному кузнецу, направился вместе со старостой и парой доверенных лиц в главную избу, намереваясь всё выяснить. Нас провожали добрыми взглядами, кричали что-то вслед, но я был увлечён совсем не этим. Подмечал пятна крови на земле. Следы бойни. Недалеко виднелось уже истлевшее костровище, обычно указывающее на то, что недавно кого-то в деревне хоронили. — Господин… — протянул преклонных лет старик, устало горбясь. — Всё объяснишь внутри, — строго сказал я, не желая поднимать панику среди населения.       Пройдя пару домов одного из берегов, мы вошли в самую высокую хижину, в которой обосновался староста, его престарелая жена, их два сына и сноха старшего из них, а так же их два ребёнка. Сейчас большая часть семейства находилась на улице, и в дом, в моей компании, зашли лишь старейшина и его старший сын. В жилище нас встретила милая дама — жена главы, выразив радость по случаю моего прибытия. — Так что произошло, Кольт? — обратился я к старшему наследнику семейства.       Высокий подкаченный мужчина виновато опустил глаза, давая понять, что очень сожалеет о случившемся. Однако мне нужны были ни его сожаления, а ответ на простой вопрос. — Я последний раз спрашиваю, что случилось? — уже с раздражением вопрошал я. — Не гневайтесь, господин… — прохрипел Джером, завладев моим взглядом. — В этом нет ничьей вины… — Кто на вас напал? — мне было важно понять, насколько ситуация плачевна, и смог ли кто-то прознать о том, что здесь, в десяти километрах от Королевской гавани, располагается секретное поселение беженцев и неугодных.       Если об этом месте прознают дворяне — всему конец. Этих людей убьют, бездумно окрестив изменниками, так как те не платили налоги уже как семь лет с начала зарождения данного городка. Вряд ли кто-то бы начал разбираться что к чему, а если бы и занялся этим неблагодарным делом, не счёл бы нужным сохранять данным людям жизни. Проще было всех убить, оставив люд без лишних мыслей в голове. — К нам угодил медведь, господин… — вздохнул пристыженный Кольт, не поднимающий на меня глаз. — Похоже, почуяв приближение зимы, он решил поохотиться и набрёл на наше поселение. — Я ведь просил быть бдительными, — фыркнул я, припоминая недавний приказ, отправленный в поселение прирученным вороном.       Кольт смолк, видимо, не желая говорить неприятную правду, но и не в силах придумать достойную ложь. Как только угораздило родиться таким простаком? Знал, что стоит доверить всё его брату Курту, но чёрт дёрнул прислушаться к словам старейшины. — Было такое спокойное лето… — встряла Мария, пытаясь сменить мой гнев на милость.       Но было уже поздно. Я пылал недовольством. — Сколько людей погибло по вашей неосмотрительности? — фыркнул я, оглядев непутёвое семейство. — Три человека, — сухо сказал Кольт, сжимая от раздражения кулаки. — Среди них малыш Питер, отправившийся с нами в тот день на охоту. — Ты понимаешь, что их кровь на твоих руках? — прошипел я, с холодом на него смотря.       Он наконец поднял глаза, проявив хоть какое-то мужество. — Да. И я не забуду их гибель. — Собери людей и проверь весь частокол, — строго сказал я, беспокоясь о новых несчастьях. — Я хочу быть уверенным в том, что с нашей основной линией защиты всё в порядке.       Кольт молча поднялся, низко мне поклонился, после чего спешным шагом скрылся за дверью, оставив меня наедине с пожилой парой. — Господин Джек, прошу, не держите на Кольта зла… — протянул Джером, родившись очень добросердечным и мягкотелым человеком.       И если бы не большой опыт и должная мудрость за плечами, я бы давно отлучил его от важного статуса, но пока держал, зная, что деревне нужен кто-то вроде него. К тому же его жена была умелой знахаркой, передавая свои знания и умения младшим поколениям. Как бы не хотел, но я нуждался в способностях этой семьи, вынужденный терпеть их легкомыслия. — Я сообщил о своём желании больше года назад, и вы не удосужились его выполнить, за что сейчас поплатились. Пусть для вас я буду жестоким, но не потерплю ненужных смертей. Не для этого я столько приложил сил, чтобы построить эту деревню. — Господин, могу я поинтересоваться? — уточнила кроткая Мария, заставив меня слегка остыть. — Для чего вы вновь приехали? Что-то случилось в столице? — В столице всё идёт своим чередом, а приехал я просто потому, что давненько вас не навещал. Отправленные воронами шифровки дали понять, что мы достигли поставленной цели, поэтому я захотел переговорить с нашими умельцами о том, чтобы расширить сферу влияния. — Расширить…? — удивилась престарелая дама, прикрыв рот ладошкой. — Джазмин и Раэль сейчас находятся в левобережной мельнице, — сообщил старик, опасливо на меня взглянув. — Желаете их посетить? — Да. Хочу их повидать. — Как угодно.       Выйдя из дома, встретив по пути пару знакомых горожан, мы, пройдя пару домов и небольших полей, дошли до довольно громоздкой водяной мельницы, ставшей когда-то сердцем этого места. Именно с неё началась местная жизнь, позволив беженцам укрыться в здешних лесах, зажив новой, более свободной жизнью.       Оглядев устройство снаружи, убедившись в том, что за ним хорошо следят, я вошёл внутрь, где сегодня никого толком и не было. Оно и понятно, после катастрофы подобного масштаба не стоило лишний раз перенапрягать и так убитых горем людей. Они могли и сглупить, подначенные злостью на жестокий мир. — Джек… — прошептала оторвавшаяся от пересчёта продукции женщина, тотчас крепко обнявшая, словно родное дитя.       Это была миледи Джазмин — мать Джудала и глава местного производства мыла и эфирных масел. Да, сложно представить, что довольно крупным, для нашего времени, производством управляет женщина, однако это было сущей правдой. Госпожа Джазмин, несмотря на свой рабский статус, знала много полезных вещей, осведомлённая о многих физических процессах, позволяющих извлекать жидкость из плотного материала, разделять жидкости на составляющие, выращивать кристаллы и даже дистиллировать воду несколькими способами. — Как я рада тебя видеть… — шептала она, продолжая крепко обнимать. — Ты так вырос с нашей последней встречи…       Её рука опустилась на мою щёку, вынудив благодарно улыбнуться, а после погладить по руке, давая понять, что всё хорошо. — Бросьте, тётушка, я перестал расти ещё пару лет назад. — Не бреши, дорогой, тебе ещё расти и расти, — махнув рукой, она кивнула стоящему за спиной старику, вызвав у него лёгкое волнение. — А мой мальчик не с тобой? — Простите, но ему пришлось остаться в столице. Я сам еле выбрался, сбежав оттуда, пока шёл турнир. — Ох, жаль, я его давненько не видела… Надеюсь, с ним всё хорошо. — Он в полном порядке, миледи, уверяю.       Она одобрительно кивнула, вернувшись к товарам. — Похоже, ты получил моё послание… — Всё так, — оглядел уже собранные мешки с упакованной продукцией, порадовавшись её количеству. — Вот решил самолично на всё взглянуть. — Ну так наслаждайся, — она развела руками, гордясь своими достижениями. — С каждым годом мы увеличиваем обороты. Такими темпами нам нужно будет вновь разрастаться, м?       Она с искрой в глазах посмотрела на меня, совсем не беспокоясь о своём невежестве в его присутствии. Знала, это не первостепенная проблема, отчего говорила прямо и гордо. — Вы полны энтузиазма, тётушка, — хохотнул я, удивляясь её рьяности.       Будь у неё больше средств и свобод, боюсь представить, что она могла бы сотворить в этом мире. Был уверен, что в Вестеросе она прославилась, как самая богатая женщина мира, владеющая собственным производством. Однако, возможно, её бы подогнули под общепринятые рамки, заставив усомниться в своих силах. Впрочем такую ещё нужно было расколоть. Не зря в ней бурлила датракийская кровь. — Как и всегда, мой дорогой Джек. Не люблю стоять на месте, ведь каждый раз останавливаясь, я вспоминаю, насколько быстро летит время. А оно, как ты знаешь, неумолимо.       Я лишь тяжело вдохнул, понимая, что для неё — взрослой женщине, родившей и воспитавшей сына, каждый день ощущается как последний. Именно поэтому она работала не покладая рук, боясь, что в любой момент смерть придёт за ней, вынудив оставить начинания, которые никто не сможет продолжить. — Однако нам не стоит спешить. Грядёт зима, а значит, следует придумать план на ближайшие годы, чтобы удачно продолжать торговлю. — Об этом ты можешь поговорить с Раэлем. Знаешь ведь, я ничегошеньки не понимаю в этих ваших сделках, поставках и прочей ереси.       Я виновато улыбнулся, припомнив, как тётушка недолюбливает всю эту финансовую волокиту, о которой приходится думать каждому крупному бизнесмену. — Я вас услышал. Так что насчёт новинок? Что вы придумали на этот раз? — Помнишь, ты рассказывал мне про такой кристалл, который можно использовать в разных отраслях в качестве связующего вещества, которого нам так не хватало? — заговорила она, поглядывая на меня хитреньким взглядом. — Припоминаю… — Не так давно я побывала в столице вместе с мужем, и там мне удалось переговорить с кожевником Морисом. Человек он не самый приятный, но весьма умный. Он-то мне и рассказал про такой «магический» порошок, который ему привозят ребята с Драконьего камня. — Что за порошок? — поинтересовался я, нахмурив брови.       Та ухмыльнулась, взяв меня за руку и потянув в свою лабораторию, что находилась рядом с рабочим цехом. Пройдя большое свободное пространство, в которое можно было попасть из склада и войдя через главный вход, мы зашли в укромный уголок, где колдовала наша черноголовая фея. На полках красовались всякие скляночки и мешочки, а под ними висели пучки засушенных трав. Внизу, в больших мешках, какие-то материалы: куски металлов, глины, стекла и камней. Даже встречались драгоценные образцы, за которые любой другой простолюдин давно бы отдал душу. Но не тётушка Джазмин, видящая этот мир иным. Более магическим и странным, нежели другие.       На большом деревянном столе, усеянном выцветшим пергаментом, валялись рассыпанные порошки, части высохших растений, пустые и полупустые баночки, ступки с протёртыми донышками и даже самодельные горелки, на которые её и наших мастеров надоумили мои рассказы. Здесь пахло весьма специфично, но приятно: травами и приятной пудрой, теплом и книгами. Странный запах, но дурманящий. Всегда ассоциирующийся исключительно с тётушкой Джазмин. — Вот, гляди! — она взяла со стола прозрачный кристалл, сунув мне его чуть ли не под нос. — И-и…? — протянул я, забрав камешек, начав крутить его в руках. — Кварц? — Никакой это не кварц! — заявила обиженная тётушка, забрав кристалл обратно. — Это тот самый минерал, о котором ты говорил! — Квасцы…? — припомнил я, не сразу поняв, о чём она. — Да! Именно! Квасцы! — Тётушка, с чего вы взяли, что это они? — Я уверена! Они практически идеально подходят под твоё описание! — она показала записи в заляпанном пергаменте, уже не удивляя тем, что умела кое-как писать.       И спешу вас разубедить, грамоте эта особа не была обучена, однако умудрялась оставлять информацию в виде каких-то чёрточек, символов и кружков, которые в её мировоззрении что-то да означали. Ни я, никто иной на этой бренной планете не мог прочитать её записи, благо часть из них на нормальный язык переводил единственный грамотный в деревне человек — господин Леон, прибывший к нам из Простора. И пусть они с Джазмин не слишком-то ладили, так как хаотичный стиль мышления этой дамы мало кто выдерживал, Леон всё же вёл эдакую летопись, вынужденный исполнять данное мне обещание. — Морис использовал порошок этого минерала как раз для дубления кожи! И мне подумалось, что я бы могла использовать его для улучшения твоей краски, чтобы та держалась дольше… Ты ведь говорил, что беспокоишься о том, что она слишком быстро сходит, и даже масла не помогают. — Это так… — я кивнул, нехотя припомнив, как чуть не попался, когда в Хайгардене намывал голову угольным раствором, оставив после себя яркие следы.       Пришлось задабривать служанок, чтобы те не донесли своей госпоже, ведь зная Олену, она бы точно что-то да заподозрила. А её-то вмешательство в мою аферу уж точно не требовалось. — И вот твоё спасение! — она вручила мне небольшой кулёк из плотной ткани, в котором шуршал тот самый порошок. — Разводи его вместе с угольной смесью, маслом и капелькой жира, и всё! Твои волосы будут чёрными как минимум неделю. — Тётушка, вы не шутите? — Я никогда не шучу, когда дело касается моих наработок, дорогой. Так что пользуйся с удовольствием. Главное помни, эта смесь весьма плохо отстирывается, так что будь осторожен. — Понял.       Мы ещё немного поговорили об обычной линейке товаров: эфирные масла, мыло и благовония продавались очень хорошо, а всё потому, что наша цена на рынке была самой приятной, ведь несмотря на среднюю стоимость по рынку, качество превосходило все остальные. И даже те, что продавались дворянским семьям. Из-за доступности и хорошо проделанной работе сарафанного радио торговцы охотно шли с нами на сделки, отправляя товар в Эссос, Дорн, Долину и Простор. Я задумывался о поставках на север, однако всё откладывал это дело, осознавая, что северянам подобные средства ни к чему. Единственное — мыло, и то вряд ли они с такой охотой будут его покупать. От этого я подсчитал, что затраты на перевозку, договорённость с торговцами и прочие мелкие расходы не покроют заработок, бросив гиблую затею.       После разговора с тётушкой Джазмин отправился к господину Раэлю. Его я нашёл в своём кабинете, наверху одной из мельниц. Человеком Раэль был тихим, услужливым и верным. Он редко на что жаловался, много трудился и редко когда задавался ненужными вопросами, умеючи находя на всё ответы. В деревне его пусть и считали странным, но неоспоримый вклад уважали, понимая, что именно его рука кормит чуть ли не всю деревню. — Раэль, — отозвался я, поднявшись в небольшой кабинет.       Он был заполнен свитками, какими-то коробками, парочкой счётных инструментов и письменными принадлежностями. В углу, у окна, стояла потёртая клетка с изогнутыми прутьями, в пузыре которых отдыхала знакомая мне голубка. Заслышав мой голос, она проснулась, замахав крыльями. — Ах, господин Джек, — улыбнулся мне немного сонный мужчина, сверяющий несколько жёлтых листков.       Он поднялся со стула, поспешив пожать мне руку. Как обычно, та казалась очень грубой и чёрствой, однако что взять с человека, прожившего несколько лет в боевой яме столицы. — Рад вас видеть. — Взаимно, Раэль… — я огляделся, заметив знакомые мешочки с золотом.       Похоже Раэль решил проверить наши финансы. Да-да, вы не ослышались, финансы. Раэль очень хорошо считал, несмотря на свой некогда принижающий статус раба. Как сам говорил, его прежний хозяин, у которого он рос с малых лет, любил рассказывать ему о своей работе, которая по большей части крутилась вокруг всевозможных финансовых подсчётов. Собственно, он же научил Раэля читать, пусть письмом он так и не овладел, оставляя ношу ответных мне писем на нашего старосту. — Как идут дела? Всё ли в порядке? — Насчёт этого… — замялся мой подопечный, покосившись на стол.       Я нахмурился, готовый спешно придумывать план, чтобы уберечь своё детище от беды. — Что случилось? — Команда Янга вновь подняла налог, — тихим голосом сообщил Раэль. — Я подсчитал… Если мы согласимся на их условия, лишимся дохода.       Он протянул мне бумаги, исчерченные грифельным стержнем. Забрав их, я хмуро начал бегать глазами по кривым строчкам, подмечая, сколько за этот период было затрат, сколько прибыли, и насколько часто эти идиоты поднимали нам налог. Что за налог, и кто вообще такой этот Янг, спросите вы? Я расскажу.       Так как моя деревня не имела у себя достаточного пространства, чтобы высаживать разнообразные культуры, такие как картофель, овёс или ячмень, ввиду их неприхотливости, капусту. Да, мы выращивали ту же свёклу, горох и овёс, но в очень небольших количествах. На целых пятьдесят голов этого бы не хватило, как бы мы не старались. В лесу пусть кое-что и собирали, но только в редких случаях и при возможности.       Нам нужен был стабильный приток припасов: клубневых и зерновых, для того, чтобы мой народец мог жить спокойно, а главное — не болеть. На одной рыбе и охоте не продержишься, организму всё же нужна клетчатка, и довольно много. Поэтому мы с Раэлем и парой других умов решили отказаться от подсечно-огневого земледелия, так как был невероятно большой риск себя раскрыть, сведя все попытки спрятаться на нет. Наша группа пришла к иному пути решения: мы будем сплавляться по реке в порт, где засели все столичные торговцы, а после, продав товар и купив нужный нам провиант, подниматься по реке обратно в деревню. Да, не самый простой путь, но иного у нас не было. Да и пробираться через лес было ещё той морокой. Проще воспользоваться силой матушки-природы.       Оставалась лишь одна проблема — речные пираты, засевшие в наших краях. По сути те же бандиты, просто пересевшие на лодки и маленькие кораблики на волнах Сайгар. Первые несколько месяцев они кровожадно нападали на наши суда, грабя их и убивая моих подопечных. Пойти на них войной мы не могли, так как просто не хватало сил, жаловаться на них столичным золотым плащам не было смысла, они бы не прислушались ни к кому из нас. Осталось пойти на сделку: мы им платим, они не трогают наши лодки. И пусть с неохотой, но Раэлю удалось договориться с главой пиратов, заключив между нами так называемый «ароматный мир». А всё потому, что от нашего корабля всегда очень приятно пахло, и пираты довольно быстро узнавали наше судно.       Да, порой они поднимали цену за свои услуги, так как удивительный товар привлекал всеобщее внимание, но мы готовы были платить. Я давал на это добро, понимая, что за всё в этом мире нужно отдавать назначенную цену. Скажу даже больше, эти пираты весьма полезны: чуть что, жаловаться на нас они бы не пошли, так как в столице их бы тотчас схватили, ведь те были преступниками. Я сам имел на них давление, зная о месте нахождения лагеря и готовый чуть что случайно отправить туда экспедицию. Да и эти доходяги с радостью грабили и уничтожали все корабли, которые, как я был уверен, пытались проследить за нашим судёнышком, дабы впоследствии ограбить.       Да, был один существенный минус — распространяющиеся о нас слухи. В порту уже все знали о странных торговцах, появляющихся на рынке раз в месяц, продающих очень недешёвую продукцию в достаточно больших объёмах, а после ускользающих в даль буйной реки. Впоследствии слухи выходили даже за рамки столицы, благо королю и его подданным было настолько всё равно на каких-то там торговцев, что я мог жить более спокойно. — Десять тысяч золотых драконов за месяц! — возмутился я, увидев поставленную цену. — Да на эту сумму мы можем прожить целый сезон! — Понимаю, господин, но они отказались от переговоров. Сказали, что если не отправим ответ в течение недели, они приплывут сюда и уже не будут спрашивать разрешения. — Чёртовы морские крысы, — шикнул на листок, всунув его в руки Раэля. — Зима на носу, а эти твари цены загибают! — Скорее всего, именно из-за этого и загибают. Понимают, что в скором времени грабить будет уже некого. — Тогда пускай катятся ко всем чертям. — Они ведь нападут… И мы их гнев не сдержим. Деревню попросту сожгут. — Нет, если мы ударим первыми, — хмыкнул я, сразу припомнив слова Джейми, что всё сетовал на то, что в столице ничего не происходит. — Оставь это дело мне, а сам пока проследи за тем, чтобы деревне хватило припасов на ближайший месяц. Нам нужно будет отсидеться некоторое время, чтобы не попасть под удар. — Что вы задумали, господин? — Увидишь.