Playing with love

🏀🏀🏀

По стенам тусклого туалета без конца разносились неразборчивые ругательства, шипения и глухие звуки ударов. Пахло хлоркой и кровью. Хенджина в очередной раз ударили в скулу, грубо схватили за волосы и запрокинули голову к белой холодной стене. Он зашипел и больно приложился затылком, смотря в налитые злостью глаза напротив. — В следующий раз, я вырву твой блядский язык, — прорычал Джисон. Удар следовал за ударом, казалось, что на чужом лице уже не оставалось места, но пыл никак не остывал. Ему было мало этого. Кажется, кое-кто все еще не уяснил, что иногда стоит держать свой длинный язык за зубами и не болтать лишнего, даже если что-то знаешь. А Хенджин знал. И знал, почему-то, слишком много. Хотя, что еще следовало ожидать от папиного сынишки, которому всегда и все легко давалось? Еще бы он не знал столько лишней и удобной информации о Хане. Но что больше бесило — то, что он совсем терял страх в последнее время, так усердно разыскивая уязвимые места Джисона и то, куда можно надавить. Вот только пока он будет давить куда попало — тот надавит ему на сонную артерию. — Я… — Хенджин сплюнул сгусток крови, смотря на того из-под опухших приоткрытых век. — Ну же, давай, скажи, что ты? Пойдешь и снова поплачешься папочке? Или, может, мамочке? — голос Хана стал наиграно-приторным, а на губах растянулась широкая усмешка, которая спала, когда он не услышал ответа. — Я не слышу. — Пошел ты, — устало усмехнулся Хенджин с разбитой губой, тут же морщась от боли. — Ты больной ублюдок. Лучше бы ты вообще никогда не приходил в команду. Джисон резко замолчал, ослабляя хватку, и отшатываясь назад. Хван едва не сполз по стене от бессилия и затекших ног, с трудом опираясь о нее локтями. Глаза Хана потемнели, взгляд потяжелел и, кажется, будто немного опустел. Хенджин тихо засмеялся в едкой тишине. Кажется, он все же нащупал что-то. Что-то укромное и жалкое. Что-то, что вызвало едва уловимую тревогу в давно безжизненных зрачках. — Завались, — сухо прохрипел Джисон и лениво обернулся на звук распахнувшейся двери. Капитан их команды замер в проеме, растерянно глядя на помятого Хенджина у стены и размазанные капли крови на кафельном полу. Сам Джисон был цел и невредим, если не считать окровавленные костяшки на руке, которой он бил, и пару ссадин на лице, которые успел подарить ему Хван. — Что вы, мать вашу, устроили здесь? — процедил Чан, стараясь сохранять спокойствие, что улетучивалось за считанные секунды. Он судорожно сглотнул в попытке не терять самообладание, когда рассмотрел лицо Хвана. — Вы оглохли?! — О жизни разговариваем, капитан, присоединишься? — саркастично усмехнулся Джисон, замечая, как набухали вены на чужой шее. Чан долго собирался с мыслями. От переполняющей злости единственное, что ему хотелось — это самому набить лицо еще раз каждому лично. — Вы отстранены от тренировок и матчей. На месяц, — раздраженно выдохнул он и повысил голос, когда ответа не последовало. — Оба, блять! Слышали меня? Джисон лишь кинул на Чана скучающий взгляд и, грубо задев его плечом напоследок, вышел из туалета. И Бан Чан прекрасно знал, что Хану действительно все равно, а вот Хенджин тренировки пропускать совсем не любил. — Капитан, я то за что?! — недовольно возразил Хван, подходя ближе к Бану, который лишь устало вздыхал и зарывался рукой в свои блондинистые кудрявые волосы. — Он избил меня на ровном месте! Ты хочешь, чтобы я снова просто терял время?! Бан Чан странно посмотрел на Хвана и, будто вовсе его не слыша, задал резкий вопрос: — Что ты ему сказал? — Что? — не понял Хенджин. Кадык капитана дернулся. — Что. Ты. Ему. Сказал. — терпеливо отчеканил каждое слово Чан и устало прикрыл веки, чтобы не вспылить теперь самому. — Отвечай! А Хенджин невольно замер. В горле встал ком, который мешал ответить хоть что-то. Создавалось ощущение, что капитан действительно за всем подметал следы Хана. И это его выбешивало. Ему всё не давали нормально избавиться от него. Хван искал в карих глазах Чана хоть намек на что-то, но видел только холодную серьезность. — Я…

🏀🏀🏀

Месяц спустя

— Так и будем молчать? — вздохнула женщина, поднимая кружку с чаем со стола и делая глоток. — Я насмотрелась на твое досье, но хотела бы послушать тебя лично и узнать хоть что-нибудь помимо информации в нем. Джисон прекрасно знал, что в досье не было никакой толковой информации. Никакой, которая нужна была им. «Хоть о чем-то моя бестолковая мамаша позаботилась» — уголки губ едва заметно дернулись. Часы противно тикали, когда в воздухе снова повисала гробовая тишина, и Джисон устало смотрел на них, словно так время начало бы идти быстрее. Его уже раздражала эта липкая обстановка, противный женский голос и очередное чувство дереализации. — Я же сказал, что мне не о чем с вами говорить, — сухо ответил Хан, даже не смотря в сторону женщины. — Если не хочешь рассказывать мне что-то, то будь добр хотя бы отвечать на некоторые безобидные и простые вопросы. — Я не обязан делать это. — Не обязан. Но ты должен сделать это, если хочешь быть допущенным к турниру, — ловко поставила ультиматум психолог, без капли эмоций выдерживая на себе тяжелый взгляд парня. — Ты уже не ребенок, поэтому должен понимать серьезность происходящего, Хан Джисон. Хан вздохнул, снова бросив взгляд на стрелку часов. «Полчаса» — пронеслось в голове. Прошло только жалких десять минут, которые ощущались как час. Он сказал тренеру, что просидит в этой комнате не больше получаса. Да, Хан рассчитывал просидеть их с закрытым ртом, об этом ведь не шло речи? Его дело отсидеть обещанное время, а как никто ему не говорил. Правда о только поставленном ультиматуме его тоже никто не предупреждал, и это здорово сыграло против него. Не сказать, что он уж очень сильно хотел участвовать в этих отборочных. Но это, к сожалению, звучало куда интереснее, чем сидеть дома наедине с едким запахом перегара и удушающей тишиной. Да и тренер будет не в восторге от его отсутствия — так шансы их команды добраться хотя бы до полуфинала значительно уменьшатся. Хан замолчал, погрузившись в свои мысли, но и те снова прервал монотонный женский голос: — Слушай, я прекрасно понимаю, что ты не в восторге от того, что тебя заставили прийти сюда. Но пойми, я правда хочу помочь тебе, — выдохнула миссис Ким. — Но я не смогу этого сделать, если ты будешь молчать. Понимаешь? Надоело. — Если вы тоже просто посоветуете мне каких-нибудь нейролептиков, то сильно легче мне от этого не станет, ясно вам? — сквозь сжатые зубы резко сказал Джисон, сжимая кулаки на коленях. — Или вы хотите в подробностях услышать, почему месяц назад я выпотрошил из Хвана всю дурь и не отказался бы повторить это сейчас? Тренер, должно быть, осведомил вас об этой увлекательной истории. — На губах скользнула защитная полуулыбка, которая никогда не спадала при волнении или раздражении. Женщина внимательно его слушала, после чего снова беззвучно выдохнула и отпила уже остывший чай. Худые руки на коленях сцепились в крепкий замок, прежде чем она снова спокойно начала: — К Хвану мы вернемся позже. Я знаю о твоем расстройстве, но никакого лечения не имею права назначать, поэтому никаких нейролептиков, — терпеливо разъяснял психолог, радуясь хоть какому-то продвижению их беседы. — Но ты можешь рассказать, что тебе назначал психотерапевт, если ты у него был, и помогают ли тебе эти препараты. Джисон устало откинулся на спинку мягкого коричневого диванчика, рассматривая белый потолок и отсчитывая время в уме. От нервов он уже успел съесть половину леденцов, которые лежали в вазочке напротив него. — Каждый раз, когда тренер заставляет меня идти к нему, ничего не меняется. Я сижу на одних и тех же обдолбанных препаратах уже чертов год, и знаете, — парень сглотнул, чувствуя, как колотилось сердце, — я думаю, что они бесполезные, если это расстройство все равно будет преследовать меня до конца жизни. Сегодня я буду спокойным, но стоит мне завтра забыть принять дозу и у меня начинается ломка, словно я гребанный наркоман. Хан резко замолчал, понимая, что сказал слишком много. Его бесил тот факт, что все будто начиналось заново. Столько времени прошло после его последнего приема у другого психолога, к которому, между прочим, его тоже заставил идти тренер, а сейчас его разум будто перенесли обратно в тот период, когда он только пришел в команду. Хан не помнил точно, что натворил в тот день, но все были явно не в восторге, и уже тогда были всеми руками и ногами за то, чтобы выпроводить его за дверь спортивного зала. И с тех пор с каждым днем ему становилось хуже. Да, он старался следовать указаниям врачей и принимать лекарства регулярно. Однако все это продолжалось ровно до момента, пока он не понял, что перестает ощущать реальность без них. Пока таблетки не потеряли свое назначение и не стали делом привычки. Баскетбол стал лишь способом отвлечься от всего дерьма, сидящего внутри. Но со временем он обрел особую ценность в его жизни. Но сейчас Хан снова оказался в ненавистном кабинете, а его сгнившую душу снова пытались вывернуть наизнанку. Один только вопрос: для чего? — Я думаю, если ты будешь регулярно консультироваться и принимать то, что назначают, в нужное время и в нужном количестве, то проблем быть не должно, — Джисон хмыкнул с издевкой, когда убедился в том, что его не слышали. — Пойми, врач знает, что делает. Главное не делай глупостей и соблюдай дисциплину в лечении. Бесполезно. — Это, по-вашему, лечение? — перебил Хан, вскидывая брови в насмешке. — Да, Джисон, это — лечение. Может, оно не нравится тебе, но так нужно. Ладно, проигрышное дело было говорить с этой женщиной, и Джисон это знал. Он не стал спорить с ней дальше и пытаться что-то доказать, потому что его тянуло блевать от всей этой атмосферы, которая так и намекала ему о его «неправильности».

🏀🏀🏀

Скрип кроссовок громко отлетал от гладкой поверхности пола, а в воздухе висел запах пота и раскаленного напряжения. Минхо судорожно втянул в грудь теплого воздуха, смотря по сторонам и следя за мячом. — Чонин, блять, не туда! — с рыком крикнул он, когда Ян спасовал не тому. — Сорян! — виновато улыбнулся Чонин, представляя, как ему попадет после игры, потому что сейчас были решающие очки и косячить было категорически нельзя. Особенно учитывая то, что «Тигры» позорно проигрывали. Минхо стиснул зубы, когда форвард чужой команды забил трехочковый, приблизив «Воронов» к победе. Гребанный, мать его, Хан Джисон. Спустя целый месяц он, наконец, вернулся. До этого он был отстранен от игр, потому что, если слухи не подводили, развел серьезную драку со своим же сокомандником. Его приход чувствовался очень остро после такого длительного отсутствия. И Минхо был уверен, будь это матч не с ними — он бы даже не явился. При этом Хан не прилагал абсолютно никаких усилий. Он в принципе приходил на тренировочные матчи веселья ради. Хотел — приходил, не хотел — не приходил. Минхо вообще не понимал, почему Джисон все еще был в команде «Воронов», когда ему всегда было абсолютно плевать на то, какое место они займут и с кем будут играть. Он выкладывался на свои сто процентов только на официальных матчах, и то, если его уговаривал тренер. Минхо понятия не имел, как тому удавалось это сделать, но одно он знал точно — Хан Джисон был монстром, когда начинал играть по-серьезному. Да, может ростом до звания форварда он не дотягивал, но поверьте — в игре это маленькое и на вид слабое тело могло в два счета переломать ноги любому. Сегодня же Хан снова совсем не напрягался и не делал всю игру ровно ничего, слыша гневные крики своего тренера с лавочки, но преспокойно игнорируя их. И только сейчас, под самый конец, когда они так отчаянно начали бороться за последние заветные очки, в его глазах заплескался какой-то азарт. И весь этот азарт, как обычно, переключился на Минхо, словно на какую-то лакомую добычу. Накаченные руки жадно выбивали у капитана «Тигров» мяч, а тело невзначай задевало, да так, что Ли уже с трудом держался на ногах. «Дьявол» — думал Минхо, стиснув зубы от боли в суставах. — Минхо, баран, какого черта ты делаешь? Да не пасуй, а к кольцу беги! — раздраженно орал тренер, и сейчас очень хотелось послать того к чертовой матери. — Вы играть разучились или что?! Бестолковые! Парни уже едва стояли на своих двух. Черт знает, какая это была игра за день и неделю, но они уже ужасно вымотались. Да, на носу были отборочные, но это не означало, что нужно было выжимать из них все соки каждый гребаный день! — Ликс! — крикнул Минхо, когда к тому в руки наконец попал мяч. Феликс быстро нашел его взглядом, ловко огибая высокого центрового и отдавая пас. Отлично, мяч наконец оказался у Минхо, осталось всего лишь не наткнуться на Джисона и желательно было оббежать Чанбина… Звучало почти невозможно. Ли приблизился к сетке, пытаясь сохранять мяч от лап центрового, а после прицелился и забил с первого раза, принося своей команде два очка. Он облегченно выдохнул, а в мыслях пронеслось «Повезло». — Отлично, капитан! — крикнул Сынмин, дыхалка у которого уже тоже давно была на пределе. Он действительно порядком вымотался и уже с трудом передвигал ногами по полю, потому что физическая подготовка у него была чуть хлеще, чем у остальных. Тренер все орал им всякое дерьмо, от которого уже раскалывалась голова, а счет оставлял желать лучшего. Несмотря на забитый только что гол, их разрыв был в целых три очка, когда время было уже почти на исходе. Они не успеют. Минхо рвано выдохнул, смотря на несокрушимых «Воронов» и невольно думая, откуда у них столько сил? С Джисоном то все понятно — он начал играть только в последней четверти, — но остальные тоже выглядели все еще вполне сносно… — Боже, придурки, — вздохнул тренер, когда им забили последнее очко и команда «Воронов» победила. Минхо устало встал посреди площадки, судорожно переводя дыхание и вскидывая голову к оранжевому потолку. По вискам покатились теплые капельки пота, а брови нахмурились от усталости. Ему нельзя было перенапрягаться, но сейчас он играл почти во всю силу и завтра, когда суставы начнут ныть и болеть, обязательно пожалеет. — Отдохните минуту и подходите, — прозвучал строгий и недовольный голос наставника. Он чуть поворчал себе под нос, а после начал диалог с тренером чужой команды, разбирая тактику и принося благодарность за проведение тренировочного матча. Все парни потихоньку начали разбредаться на лавочки, пытаясь отдышаться и по пути вяло обговаривая прошедшую игру. Один Минхо так и замер где-то посреди поля «Воронов», опираясь руками в колени и слушая биение сердца в висках. — Капитан, ты жив? — уходя, взволнованно спросил Феликс. — Да, сейчас приду, идите, — на одном дыхании сказал Минхо и небрежно махнул тому рукой. На самом деле он уже сомневался в своей живости, ибо проблема с ногами остро давала о себе знать. Но заставлять команду волноваться тоже совсем не хотелось. И на самом деле его сжирала обида. Ведь столько времени они убили на тренировки, чтобы сейчас так жалко проиграть. Был ли вообще смысл учавствовать в отборочных? Да, возможно, они выиграют, как обычно, парочку команд в самом начале, но что они будут делать, встретившись с «Воронами» на площадке? Пока они совершенствовались, никакие соперники не ждали их в стороне и тоже становились лучше. Сильнее. И всякий раз, думая об этом, Минхо кусал губу и думал о том, что его стараний недостаточно. Его максимум всегда будет чьим-то минимумом. Послышались тихие и неторопливые шаги совсем рядом, а после чья-то тень внезапно нависла над Минхо. — Слабенько, — протянул знакомый голос и прежде, чем Ли поднял голову, его грубо схватили за волосы, запрокидывая голову, — кошечка, — глаза Джисона хищно блеснули, а губы растянулись в слащавой ухмылке. — Катись к черту, — прошипел Минхо, смотря в наглые карие глаза и утопая в них бесследно. — Ты сегодня даже на семьдесят процентов не выложился, придурок. — И тем не менее, мы выиграли, — без энтузиазма хмыкнул брюнет, натягивая чужие волосы сильнее и наслаждаясь последовавшим шипением. — А теперь представь, что будет, когда я начну играть в полную силу? Все в помещении тут же приковали к ним взволнованные взгляды, боясь, что сейчас эти двое снова вцепятся друг другу в глотки. Оба тренера отлично знали, что эти два их подопечных всегда вели себя словно кот с собакой. Но только парням в командах было известно, что на самом деле происходило между этими двумя. Однако и это не отменяло того, что те с легкостью могли побить друг дружке морду. Джисону было просто весело бить морды, к тому же это хорошо помогало ему выпустить пар. А Минхо всего лишь давал сдачи. Ничего личного. — Джисон, только попробуй развести драку! Вы уже выиграли, сядь и угомонись! — крикнул тренер «Воронов», с тревогой смотря за развернувшейся картиной посреди пустой площадки. Но подходить не хотел — свое предупреждение он сделал, а Джисон прекрасно знал, что будет при его ослушании. — Да всралась мне ваша победа, — равнодушно процедил под нос Хан и, въедаясь глазами в лицо Минхо, холодно улыбнулся. «У меня тут есть кое-что намного интереснее» — продолжил он в мыслях, а вслух сказал: — Я буду ждать тебя на отборочных. Надеюсь, что ты меня не разочаруешь, кошечка. — Я позабочусь о том, чтобы ты не смог стоять на ногах после своего проигрыша, — в ответ сказал Минхо, терпя боль от хватки в корнях. — Ага, с нетерпением буду ждать.

🏀🏀🏀

Игра против университета Сувон, баскетбольная команда которого числилась одной из лучших в стране, должна была состояться уже сегодня. Отборочный турнир проходил на выезде в специальном спортивном учреждении, куда сегодня съезжались лучшие команды, готовые бороться за первенство. Команда «Тигры» без особых проблем добралась до полуфинала, и сейчас им предстояло играть с теми, с кем они соперничали уже долгие года, вечно сталкивая друг друга с дорожки вверх. И уже через полчаса они встретятся лицом к лицу на баскетбольной площадке. Одной этой мысли хватало, чтобы ладони потели от нетерпения. Минхо был в предвкушении. Все будет куда серьезнее, чем просто тренировочный матч между университетами, поэтому сегодня он пообещал себе выложиться на полную. Как капитан команды, все время после их последнего проигрыша он изнурял своих ребят бесконечными тренировками и был крайне требователен ко всем, а в особенности — к себе. В этот раз они покажут всё, на что способны, и обязательно уйдут с площадки победителями. — О боже, капитан, прекрати сидеть с такой стремной рожей! — ужаснулся Чонсу, сидящий рядом с Минхо всю поездку в автобусе (он успел пожалеть об этом сотню раз). — У тебя лицо уже белое! Тебе плохо? К слову, Минхо, который перед поездкой сам ходил и успокаивал всех, чтобы те не волновались перед предстоящей игрой, сидел сейчас бледный, как мел, и пугал всех своим видом. Ли ничего не ответил сокоманднику, продолжая невозмутимо сидеть с каменным лицом и пилить взглядом спинку кресла впереди себя. — Тренер, можно мне пересесть? Вдруг его сейчас стошнит прямо на меня! — капризно взвыл Чонсу, который только недавно официально стал членом команды, и поэтому еще не успел повидать всех красот выездных игр, в виде волнующегося капитана. Парни в автобусе едва сдерживали рвущийся наружу смех, с самого начала прекрасно зная, какая участь ждала наивного Чонсу. — Боже, заткнитесь уже и подайте ему воды с пакетом, — недовольно сказал тренер Дэхен, сидевший на пассажирском месте около водителя, с которым тут же снова вовлекся в активный диалог. — Все в порядке, — наконец подал голос Минхо, нервно улыбнувшись краешками губ. — Уверен? — с сомнением спросил Чонсу и недоверчиво нахмурился. Ли кивнул, а потом неожиданно закрыл рот рукой, содрогаясь в плечах и широко раскрывая глаза. — Блять, парни!

🏀🏀🏀

Минхо, шатаясь, буквально вывалился из автобуса, с таким видом, будто по нему проехался камаз. Остальная команда также лениво выползла из дверей транспорта, потягиваясь и щурясь от яркого весеннего солнца. Парни не спеша двинулись ко входу здания, по пути активно разговаривая и смеясь. Они всеми силами пытались поддерживать хороший настрой и отбросить трепещущее волнение. Но не прошло и минуты, как позади «Тигров» начал раздаваться шум: звук мотора, открытие дверей автобуса, а после громкие голоса и разговоры… Когда ребята обернулись, то увидели команду «Вороны» в полном составе — были даже те, кого они видели от силы пару раз. Парни застыли посреди двора, наблюдая за идущими прямо к ним соперниками. Высокие, надменные, хитрые и чертовски ловкие. Не зря их прозвали «Воронами». У каждого из них была своя темная, пугающая энергетика. — Подышите минуту, я пока поздороваюсь, — сухо оповестил их тренер Дэхен и отошел в сторону к наставнику чужой команды. Все-таки, как бы они не соперничали друг с другом, их тренера были давними и хорошими друзьями. Обе команды в ступоре встали друг напротив друга. Ауры у обеих витали просто ужасающие. Если от «Тигров» шло будто жгучее пламя, то от «Воронов» — ледяной и черный дым. — Быстро мы встретились, — непринужденно улыбнувшись, сказал Минхо, но при этом с настороженностью посмотрел в глаза другому лидеру. — Ага, привет, — улыбка у Бан Чана была мягче и дружелюбнее, чем у Минхо. — Как добрались? — обратился он уже ко всем. — Неплохо, — натянуто улыбнулся Феликс, с интересом разглядывая своих противников, будто в первый раз. У них действительно очень давно не было совместных официальных матчей и что бы там не говорили парни — каждый из них был чертовски взволнован. Повисло тяжелое молчание. Напряженность ощущалась так сильно, что где-то по позвонку бегали холодные мурашки. Минхо перевел взгляд на непривычно тихого Джисона, который как обычно стоял с полностью отрешенным видом, будто все это ему совсем не было интересно. Хотя, наверное, так оно и было. Тот внезапно посмотрел на Ли в ответ, растянув губы в мимолетной полуулыбке и заставив того тут же отвернуться. Сердце в груди отчего-то начало биться сильнее. Парни, кажется, благодаря Бан Чану снова завязали какой-то поверхностный и чересчур натянутый диалог, дабы не стоять в гробовом молчании. Но Минхо уже не слышал их — мысли в его голове сейчас походили на зудящий пчелиный рой, и восприятие реальности медленно уползало. Он все думал о тактике игры, пытался продумать все ходы и понять, как ему обеспечить сегодняшнюю победу. Однако, конечно, предугадать все было бы просто невозможным. Наконец он встряхнул головой в попытке отогнать от себя мысли, которые уже без спроса лезли в голову, и снова поднял глаза. Все это время он чувствовал чей-то взгляд, думая, что это Джисон и потому игнорируя. Но к большому удивлению это оказался не Джисон. Столкнувшись со жгучим лисьим взглядом Минхо ничуть не растерялся, бросая такой же вызов и нарочито не прерывая зрительный контакт. Хенджин прищурился, толкая язык за щеку и едва заметно ухмыляясь. Казалось, что тот стал еще выше, а в глазах начало сочиться еще больше фальши. Такой мерзкой и приторной, что отторжение само невольно подкатывало к горлу. Этот тип всегда не нравился Минхо особенно сильно. Они почти никогда не говорили, но недоверие к нему всегда сидело под кожей. Все «Вороны» на самом деле были до жути мутными и, пожалуй, слишком загадочными для Минхо. И как бы не звучало то странно, но только Джисон был той загадкой, разгадать которую хотелось все больше с каждым днем. Было в нем что-то такое. Притягивающее. Нет, апатичные и равнодушные придурки были вовсе не по вкусу Минхо, просто… Он чувствовал, что Джисон единственный из них не был таким.

***

Стоило команде воронов лишь перешагнуть за порог раздевалки, как Хенджин подле Джисона тут же непринужденно начал: — Я так давно не играл с ними. Интересно, их капитан все еще такой же слабак? — Джисон едва заметно напрягся, открывая металлический шкафчик. — Хотя, признаюсь, из этой кучки отбросов он единственный, кто еще на что-то годится. Не было чем-то необычным то, что Хван отзывался о ком-то подобным образом, тем более, когда речь шла о соперниках, в которых он видел преграду. Но ошибкой сейчас было то, что говорить он решил о капитане «Тигров» рядом с Джисоном. — Лучше заткнись, Хван, — вздохнул Джинён, уже зная, чем это все закончится. И все-таки, Хенджину порой действительно было бы полезно заклеивать рот. Что-что, но вот выводить кого-то из себя у него получалось лучше всего, даже кого-то вроде Джисона. — А что я такого сказал? Это всего лишь правда, — недовольно скривился в лице Хенджин, толкнув плечом Джинёна. — Они кучка неудачников, которая почему-то еще не бросила баскетбол. Правда, Джисон? — Завались. — А то что? Снова побьешь, а мамочку попросишь помочь разгребать последствия? Кулаки Хана сжались. Этот ублюдок нарочно никак не закрывал свой рот. — Перестань. — Реально, перестань уже, Хван, — устало сказал где-то в стороне Юджин. Мало кто из парней уже обращал внимания на их перепалки, но порою Хенджин и вправду раздражал. — Ладно, расслабься, ты мне тоже уже надоел, — проигнорировав замечание Юджина, обратился Хенджин к Хану. — Вместо тебя я начну мучать твоего горячо любимого капитана. Последние слова нарочно были сказаны так, чтобы услышал их лишь Джисон, который стоял в метре от него. Обычный и мерзкий блеф. Хенджин просто щупал, куда ему наступить веселья ради. Вот только жаль, что он все еще не понял: за каждое веселье нужно платить. Но слова его и правда подействовали как спусковой крючок. Хана не так просто вывести из себя, но почему-то у такого мусора, как Хенджин, это всегда отлично получалось. Громкий звук хлопнувшего шкафчика эхом разразился по просторной комнате, а в воздухе повисла колючая и натянутая тишина. Хан даже не поднял взгляда, вид его уже сулил мало хорошего. — Что ты вообще несешь? Гадкая усмешка расползлась на лице Хенджина. — Что? Ты же сам говорил, что тебе насрать на него. Что за бурная реакция? И если Хвану нужно будет, он действительно начнет играть по-другому. Сам Джисон был не шибко большой преградой, просто его мать была чертовой шишкой, которая вечно мешала упечь его куда-нибудь. Конечно, ему ничего бы не стоило распустить пару слушков и уткнуть их в самую грязь, но…пока что это не было необходимым. Хан неожиданно схватил Хенджина за волосы, рывком поворачивая к себе. — Еще одно слово… — И что? — с вызовом прохрипел Хван, вцепившись в чужую руку. — И можешь попрощаться с играми в следующем месяце, — хватка усилилась, а губы растянулись в усмешке. Остальные «Вороны» застыли, как вкопанные, со спортивными сумками в руках, опасливо наблюдая за парочкой. — Тебе в прошлый раз не хватило, да? Буду честен, мне тоже. Тебе ли не знать, что мне, в отличии от некоторых, плевать на отстранение? — Ты точно не дружишь с головой, — усмехнулся Хван. Как иронично, что он был прав. — Тебе бы лечиться, а не в баскетбол играть. — Тебе, по-моему, тоже не помешало бы пройти терапию, — зрачки Джисона расширились, и он угрожающе-близко приблизился к смазливому лицу Хвана, медленно нашептывая на ухо: — думаешь, я не знаю, какой «работой» занимаются твои мамуля с папулей? Хочешь, чтобы завтра эта информация расползлась по всему Сеулу? И все еще Хван не понимал одного: как вообще такой тип зачесался в их команде? Они все были далеко не подарками, но…что, мать вашу, в его голове? — Больной. И снова в яблочко. — Я тебя предупредил, — безразлично кинул Джисон, у которого уже давно чесался кулак. Он просто не хотел так быстро пачкать руки, но Хенджин всем своим видом напрашивался на грубости. — Так значит, это все-таки правда? — Хенджин пропустил истерический смешок, впиваясь ногтями в держащую его волосы руку. — Правда, что их капитан трахает тебя? Или, может, ты его? — Хан замолчал, испепеляя того ледяным взглядом и потихоньку закипая внутри. — Гейские отродья- Ему в лицо все-таки прилетел кулак. Хвана неплохо откинуло назад, но благо, что чьи-то руки успели подхватить и не дали полностью потерять равновесие. Хан на самом то деле мог сейчас обойтись без драк. Мог бы поступить так, как это всегда делал Минхо — просто опровергнуть эти слухи и промолчать. Они ведь правда не встречались и никем друг другу не приходились. Но сейчас он был совершенно не в духе кому-то что-то доказывать. А такие мерзости голосом Хенджина и слушать было противно, разве не легче навалять разок? Как раз давно хотелось. «Нужно будет купить грушу и наклеить на нее рожу Хвана» — Джисон непринужденно встряхнул руку с покрасневшими костяшками, глядя на Хенджина с полным отвращением. — Да ты чокнутый, — все еще тихо смеялся Хенджин, хватаясь за ушибленную скулу и чувствуя острую боль в челюсти. — Я то думал, что с тобой не так… — Джисон, иди готовься к игре, — строго сказал Бан Чан, осторожно кладя тому руку на плечо прежде, чем тот решит вдобавок запинать Хвана до полусмерти. И, наверное, любому другому от злости Хан бы свернул ее, но не Чану, единственному человеку, которого он уважал по личным причинам, потому сделал, как тот просил, и, смирив Хвана последним предупреждающим взглядом, ретировался к своему шкафчику. Любой, кто видел с каким хаосом приходилось бороться бедному Чану каждый божий день, мог лишь посочувствовать ему. Хотя тот уже, кажется, свыкся. В конце концов сейчас Хенджин сам нарвался, и глупо было его защищать.

***

Время уже поджимало и Минхо начал нервно переодеваться. Спектр эмоций был слишком смешанным — от волнения до сладкого желания ощутить мяч во власти рук и услышать ободряющие крики с трибун. Команда в раздевалке то и дело жужжала о том, какой будет вкусной говядина в честь их знаменованной победы, и Минхо, услышав их разговоры, лишь раздраженно цокнул. — Меня бесит ваша несерьезность. Хотя на словах он, возможно, и казался немного грубоват, но на самом деле в душе был несказанно рад, что все ребята были в расположении духа. Обстановка в этом месте и правда очень накаляла и заставляла нервничать: много разных и сильных игроков, шум и гул, стоящий в коридорах, напряженные игры и главное, присущее всем командам здесь — чувство соперничества. Резкое вмешательство Минхо заставило других смолкнуть на несколько секунд, а после громко возмутиться. — Капитан, хватит быть таким нудным! — Чонин обиженно выпятил нижнюю губу и натянул кроссовки. — Да-а, не порть наш настрой, — поддержал Феликс, активно кивая и завязывая отросшие волосы в хвостик. — В этот раз мы точно надерем им задницы! Что ж, звучало это весьма уверенно и многообещающе. Экран телефона неожиданно засветился от пришедшего уведомления и Минхо мельком кинул на него взгляд, а увидев отправителя, открыл сообщение. Джисон: Жду тебя в туалете.

Ты в своем уме? У нас игра сейчас будет

От нервов руки слегка дрожали, поэтому Минхо попал по буквам далеко не с первого раза. Он знал, что Джисон явно задержит его совсем не на пару минут, и если тому пофигу на всех и всё, то Минхо нет, и опаздывать на игру он тоже не собирался. Джисон: Мне плевать, знаешь? А Минхо знал, и потому не на шутку бесился. Он раздраженно выдохнул, что не осталось без внимания сокомандников, и складывалось такое ощущение, что по одному этому вздоху они успели понять уже абсолютно всё. И вообще-то так и было… Когда капитан потемнел в лице и громко хлопнул дверью, все внутри раздевалки растерянно переглянулись, понимая друг друга без лишних слов. — Наверное, я пойму их явно нездоровые отношения только в следующей жизни, — с сомнением проговорил Тэун, смотря на только что захлопнувшуюся дверь. — Поверь, даже тогда не поймешь, — вздохнул Сынмин. — Этот поехавший на голову четвертый номер из команды «Вороны» плохо влияет на нашего капитана. Мне это не нравится. Зачем он вообще связался с ним? — А мне кажется, что они неплохо смотрелись бы вместе… — где-то в углу высказал свое мнение Феликс, уже готовясь отбиваться кроссовками и бежать от всей команды. В раздевалке воцарилась тишина, и все парни прекратили переодеваться, резко обращая взгляды на блондина. — Что?! — растерянно пискнул Феликс, прижимая майку к груди.

***

В раздевалке «Воронов» тем временем заметно поубавилось парней: Чан ушел говорить с тренером, некоторые ребята разбрелись осматривать весь спортивный комплекс, а Джисон и остальные просто пропали, никого не предупредив, хотя скоро близилось начало матча. Хенджин молча толкал язык за саднящую щеку, смотря куда-то в выходящее на ухоженный двор окно. Мысли, словно ползучие и мерзкие змеи, не давали покоя, порождая все большую ненависть к Джисону. Желание отомстить было таким жаждущим, что мешало спокойно дышать. — Слушай, — Хван обратился к сидящему в другом конце раздевалки Чанбину, который тут же повернулся в его сторону. Глаза Хенджина странно блеснули, не предвещая ничего хорошего. — Джисон ведь болен, да? Он же точно какой-то псих? Не зря тренер заставляет его посещать психолога и отмазывается от вопросов… — К чему ты клонишь? — напрягся Чанбин. — Перед матчами он принимает что-то. Я точно видел, — Хван подошел к чужому шкафчику, осторожно открывая его и судорожно шаря руками. Кажется, все это время способ избавиться от Хана лежал прямо на поверхности. Интересно, что будет, если он обойдется без этих таблеток? Сойдет с ума? Потеряет сознание на поле? Ему вообще можно играть, не приняв их? Хенджин не знал, и от этого становилось только интереснее. Даже если ничего случится, Хван обязательно придумает что-то повеселее. Может, тогда у тренера, наконец, не будет оснований держать этого ублюдка в команде. — Хэй, чувак, какого черта ты творишь? — подскочил Со, толкая того в плечо. Да, Джисона не любили в команде. Это факт, который глупо отрицать. Но делать что-то с целью навредить ему — дело однозначно гиблое. Все бы подумали также, но видимо, кроме Хвана. — Я еще не отплатил ему как следует за прошлый раз, — сказал Хенджин, разгребая чужие вещи и наконец нащупывая заветную баночку в кармане черных джинсов. — Или ты уже забыл, что я гребанный месяц был отстранен по его, блять, вине? Он разукрасил мне всю рожу, еще и вышел сухим из воды благодаря Чану и тренеру. — он словно в каком-то нездоровом экстазе вертел заветную белую банку в руках. — Ты точно спятил, — нервно процедил Чанбин и судорожно попытался самостоятельно вернуть вещи в шкафчике в прежнее состояние, оборачиваясь на запертую дверь в страхе, что кто-нибудь вернется в такой неподходящий момент. — Нам крышка, если кто-нибудь узнает об этом, ты понимаешь? Положи на место, пока не стало поздно. — Заткнись, будто это ты терпел эти унижения, — стиснул зубы Хенджин, задето смотря на старшего. Никому его не понять. И никто ненавидел Хана так, как ненавидел его он. — Просто сделай вид, что ничего не видел, понял?

***

Ли недоверчиво оглянулся по сторонам, прежде чем прошмыгнуть во внутрь туалета, не забыв закрыть перед этим дверь на щеколду. На окне удобно устроился брюнет и скучающе смотрел в окно, смахивая оттуда окурки тлеющей сигареты. — Ты говорил, что бросишь, — первое, что сказал Минхо, когда подошел ближе, облокачиваясь о стенку рядом и скрещивая руки на груди. И Хан как всегда не стал говорить ему, что курил от нервов, потому что в его кровь сегодня не поступали долбанные препараты. — О, явился все-таки? — с напускным удивлением обратил на него внимание Хан, спрыгивая с подоконника. — Ни слуху ни духу от тебя прямо, как поживаешь? Хан был уже в своей баскетбольной форме, в которой его бицепсы и стройные ноги выглядели особенно хорошо. Как бы не сопротивлялся, Минхо просто не мог заставить себя не смотреть на них, не взирая на всю свою степень раздражения, написанного на лице. Черные, как смоль, волосы отлично сочетались с темной майкой, на спине которой были крылья ворона и красиво вышитый герб школы. На губах Хана играла привычная дразнящая улыбка, а рядом витал запах противного табака. — Ближе к делу, — Ли проигнорировал игривую ухмылку и то, как умело Джисон провоцировал его. — Чего ты такой грубый? — фыркнул Джисон. — У тебя несварение перед игрой или что? Ли в ответ на эти глупые вопросы просто вздохнул, а Хан незаметно подошел ближе и сравнял их взгляды. На его губах все также играла эта наглая улыбка, а карие глаза были настолько пленящими, что…черт, Минхо не сразу уловил, как оказался прижатым к стене. Ростом Джисон уступал, однако это не мешало ему пафосно припечатать сверху головы Ли свою руку, а губы оставить в десяти сантиметрах от чужих. — Нахуй пойти не хочешь? — процедил Ли, не сводя взгляда. Гляделки, так гляделки. У них это было обычным делом. — На твой — с радостью, — облизнулся Хан и лукаво улыбнулся, блеснув зубами. Минхо снова вспыхнул с этих легко брошенных слов, хватая парня за воротник майки и дергая ближе к себе. — В этой игре вы вылетите. Больше я связываться с тобой не намерен, — рыкнул Ли, а после угрожающе прошептал прямо в пухлые губы: — Не смей играть со мной, Хан Джисон, понял? Однако никакой ожидаемой в ответ реакции не последовало. Джисон не отстранился, и тем более не выглядел растерянным. Напротив, улыбка на его лице стала еще шире. Минхо его всегда забавлял. Особенно смешным Джисон находил его сердитость. — Я уже это делаю, Минхо, — точно дьявол. — Ты даже не замечаешь, как сходишь с ума от меня. Каждый раз ты говоришь одни и те же слова, а потом сам же приползаешь. — Ты такая мразь, Джисон, — устало вздохнул Ли, смотря на того из-под полузакрытых век. — Что ты хочешь от меня на этот раз? — Заключим пари, — радостно предложил Джисон, будто этого вопроса он и ждал. — Ты в своем уме? Пари? — Если я выигрываю, то ты будешь торчать мне желание, — бесстыдно ответил Хан, хитро прищуриваясь. — Что ты уже задумал…А что, если выиграю я? — издевочно хмыкнул Ли, оценивающе смотря на того сверху вниз. — Этого не будет, но если уж тебе повезет, я подумаю над этим, — Хан обхватил ладонью щеку старшего, надавливая большим пальцем тому на нижнюю губу и следя за тем, как кончик пальца исчезал над ней. —Так и хочется прокусить ее. Минхо, не моргая, сглотнул, а его кадык нервно подскочил. Джисон, увидев чужую растерянность, которой он добивался, довольно улыбнулся и отошел на шаг назад. — Встретимся на площадке, кошак. Дверь следом за ним захлопнулась, а сердце Минхо сделало очередной кульбит.

***

Все парни уже давно вышли. Чан застыл в дверном проеме, смотря на Джисона, который нервно вываливал все содержимое своего шкафчика. «Обронил? Блядство, быть не может» — Хан лихорадочно задышал, чувствуя, как к горлу подступала тревога. Он пошарил по карманам, где тоже не обнаружилось таблеток, и паника только усилилась. — Что ты ищешь? — настороженно спросил Чан, хмурясь. Хан сделал глубокий вдох-выдох, пытаясь успокоиться и выравнять голос. — Ничего. Забыл, куда дел свой телефон, — сказал самую тупую, но первую пришедшую на ум отмазку Хан, поворачиваясь со спокойным выражением лица. — Забей, извини, что задержал. — с этими словами он захлопнул шкафчик, проходя на ватных ногах мимо Чана. Если капитан узнает, что он потерял таблетки, а еще хуже — что он вообще не принимал их сегодня, к игре его точно не допустят. А если и допустят, то потом крупно пожалеют об этом. Не то чтобы Джисон очень сильно горел желанием играть. Наверное, если бы это не был матч против «Тигров», ему вообще было бы по барабану — играть или нет. Безусловно, вкус победы ему нравился уж очень сильно, а проигрывать он терпеть не мог, но это только в том случае, если игра была в его интересах. А сегодня она еще как была в его интересах и он не собирался проигрывать, а тем более — сидеть на лавке запасным, которого точно не выпустят. Тревожность медленно перетекала в азарт перед грядущей игрой. А еще в мерзкое чувство пустого раздражения, утолить которое помогло бы сейчас только избиение какого-нибудь отброса. Хван, например, всегда отлично подходил на эту роль.

***

Во время разминки Минхо внимательно обводил глазами «Воронов», сразу натыкаясь на знакомый голодный взгляд их форварда, который был направлен прямо на него и буквально съедал живьем. По телу пробежала мелкая дрожь, а ухмыляющийся брюнет одарил Минхо пронзительным взглядом, после чего игриво подмигнул и заставил слегка покрасневшего Ли отвернуться. У этих двоих игра уже началась. — Бесит, — брезгливо пробубнил себе под нос Ли и скривился. Незаметно на табло осталось всего одна минута и игроки команд быстро начали проводить предыгровую разминку у боковых линий. На прыжок команда «Тигры» выбрала Чонина, в то время как с команды «Вороны» вышел Хван Хенджин, которому даже Чонин, увы, немного уступал в росте. Хван одним ловким движением толкнул мяч на поле противников и игра началась. Уже в первые минуты Минхо хотел прикончить Джисона, который вечно маячил у него перед глазами и мешал отдавать пасы. Видимо, сегодня его все же чем-то подкупили, раз он с самого начала играл в полную силу. Хотелось поскорее надрать его команде задницы, чтобы от былой гадкой и самонадеянной ухмылки на его лице не осталось и следа. Мяч снова попал в руки Ли и тот уверенно двинулся к чужому кольцу, шустро огибая по пути «Воронов» и ища глазами того, кому отдать пас. И перед глазами снова появился Хан, мать его, Джисон. Его улыбка теперь походила больше на хищный оскал, а глаза сверкали неутолимым азартом, когда он усердно мешал тигру сделать пас. Минхо очень хотел бы сказать сейчас что-то в роде: «Съеби с дороги», — но времени на разговоры не было. Он всё-таки нашел за чужой спиной Сынмина, и пришлось долго обманывать Хана, чтобы удачно бросить тому мяч, приближаясь к кольцу и тут же получая его обратно. Мгновение, и Минхо уверенно подарил своей команде свой излюбленный трехочковый бросок, который получился подозрительно идеально с первой попытки. Кажется, что этим он завел обе команды куда сильнее и все начали выкладываться на все сто двадцать процентов. С разрывом 21:24 в пользу «Тигров» команды ушли на перерыв к скамейкам. Минхо устало, но довольно выдохнул, по пути похвалив сокомандников и быстро переговорившись с тренером, который, кстати, сегодня на них еще не орал, но это было дело времени. Время перерыва было чертовски коротким, поэтому он поторопился успеть сделать пару глотков воды. Вторая четверть игры, как и ожидалось, оказалась куда жестче и напряженнее. Начиная хотя бы с того, что Джисон сам начал нарываться на первые фолы, что было совсем неудивительно и означило то, что сегодня он собирался победить. В очередной раз этот шустрый ворон буквально влетел в Минхо, отбирая толчком мяч и заставляя того отшатнуться. Вот и послышался первый свисток и первое предупреждение о заработанном штрафном. Но, кажется, Хан совсем не расстроился, а наоборот, даже повеселел, так и намекая своей улыбкой, что это еще не всё. «Сумасшедший ублюдок…» — только и пронеслось у Минхо в голове. Ли подозревал, что этим Джисон хотел как минимум сбить с толку «Тигров», вводя в замешательство своим стремлением попасть на скамью. Но Минхо ли не знать, что он на нее ни за что не сядет… Очки команд не сильно отличались, но «Тигры» все еще отчаянно вырывались вперед. — Выглядишь напряженным. Неужели так захотелось выиграть? — Ли непринужденно ухмыльнулся Джисону после вбрасывания мяча. Мяч очень быстро снова вернулся в игру, попадая от одних рук к другим. И вот он снова оказался у Джисона, который уверенно бежал к кольцу и… Сравнял счет. Ох, черт. Видимо, сегодня победа «Тиграм» дастся очень нелегко. — Не переживай, милый. Больше выигрыша я хочу выбить из тебя все соки, а потом растоптать, — Хан снова будто вырос из-под земли, заставляя кадык Минхо нервно дернуться, а тело напрячься до предела. И как Джисон вообще умудрялся разговаривать во время такой активной игры? В который раз Минхо убеждался, что он явно псих. Ли понимал, что это не пустые слова. Во время их матчей у Джисона постоянно отбивало мозги и он мог нарочно собирать фолы только на одном Минхо. Он заставлял того уставать быстрее или вовсе повреждал конечности, чтобы отправить на скамейку к самому концу игры. Это Минхо ненавидел больше всего. Этому чокнутому просто было весело так играть. Ему хотелось больше растерянности в чужих глазах, больше азарта, больше удовольствия. И это так бесило, что Минхо порой хотелось задушить Хан Джисона собственными руками. — С дороги, Джисон-и, — неожиданно использовал запрещенный прием Минхо и мило улыбнулся. Глупо, но Хан действительно растерялся на долю секунды, не успевая отреагировать на пас сокомандника. Кто бы знал, что его будет сбивать с толку ласковое обращение, которое он ненавидел. — Джисон, какого хера?! — возмущенно крикнул Чанбин, который уже пытался отбить мяч у Сынмина. Игра только дошла до середины, но ноги уже слабели, а дышать становилось труднее. Минхо действительно уступал многим игрокам в своей выдержке. Несмотря на его безупречную игру, силы быстро его покидали из-за когда-то пережитых проблем со здоровьем. Он совершенствовался, но все еще с трудом мог твердо стоять на ногах до самого конца. Но этому наглому ворону он уступать не собирался. Даже если Минхо сядет на скамейку, то перед этим он отдаст команде весь свой максимум. Хан все сверлил Минхо ненавистным взглядом, который так и гласил «Ты пожалеешь». Сейчас его эмоциональность была особенно повышена, поэтому все действия были грубыми и небрежными. Он не впервые находился на поле в таком состоянии, однако сейчас малейшая оплошность и потеря самоконтроля могла повлечь за собой очень серьезные последствия. В конце концов «Вороны», даже заработав достаточно много очков, все так же отставали. — Кошечка выдохлась, держу пари, что оставшуюся часть игры она просидит на лавочке, — успел слащаво прощебетать Джисон, уходя на перерыв уже между второй и третьей четвертью. — Не волнуйся, это только начало, — в ответ невинно улыбнулся Минхо, принимая брошенный вызов. Однако в душе он понимал, как тяжело ему будет противостоять дальше. Ли бессильно упал на лавку, массируя напряженные мышцы ног и переговариваясь с Феликсом о тактике игры. Он не сразу заметил, как к нему подсел тренер, тихо вздыхая и одаряя странным взглядом. — Минхо? — обратился к парню тренер Дэхен. — Да? — Ли обернулся в сторону мужчины, нажимая руками на икры и морщась в лице от неприятных ощущений. — Посиди на скамье в этом раунде, мы выпустим замену. Минхо замер, непонимающе хлопая глазами и резко выпрямляясь. — Но сонсенним-… — Без но, Минхо. Ты уверял, что сможешь играть всю игру, но посмотри на себя, — вздохнул тренер, устало качая головой. — Ты уже принес команде достаточное количество очков, поэтому теперь сиди на заднице смирно. Все будет в порядке, не волнуйся. Выпустим Тэуна вместо тебя, они с Сухо хорошо играют вместе. Минхо тихо сглотнул, потупляя взгляд в пол и пытаясь собрать себя в кучу. Он не хотел сидеть на скамье оставшиеся две четверти. Он хотел быть на площадке вместе со своей командой, и не важно, чем пришлось бы жертвовать. Однако сейчас Ли не стал спорить с тренером и рваться на поле, боясь, что не сможет оправдать ожидания. Нужно было потерпеть хотя бы один раунд и прийти в себя, а после точно вернуться. Черт, вот только Хан сейчас точно подумает, что он сдался. Ли невольно устремил взгляд на команду «Вороны», сидящую на противоположной стороне. Сам того не осознавая, он начал неотрывно смотреть на Джисона, буквально пожирая его взглядом с ног до головы и следя за каждым движением. Брюнет довольно быстро почувствовал пристальный взгляд на себе, поэтому нарочно поднял подол своей черной майки как можно выше, чтобы непринужденно протереть проступивший у шеи пот. Болван, им же дали полотенца…Сказал бы Минхо, будь он рядом. Ли сглотнул ком в горле, смотря на очертания пресса на смугловатой коже. Так было всегда. Стоило увидеть Джисона в этой проклятой спортивной форме, с оголенными ногами и подкаченными руками, как сердце начинало биться быстрее, а низ живота неприятно тянул. Черт, эта слабость играла с ним злую шутку… А Хану же, кажется, уж очень льстило такое внимание. Он только растянул губы в насмешливой улыбке, ловя такого гордого и правильного Минхо на банальном подглядывании. Хотя, наверное, Минхо потерял понятие «правильность» еще в тот момент, когда связался с Хан Джисоном. Но ухмылка Джисона резко возвратила Ли с неба на землю и теперь он специально скривил лицо в небывалом отвращении, на что Хан лишь бесстыдно показал ему средний палец и рассмеялся на глазах у всей публики. Бесит. Из-за него и его глупого наплевательского отношения им вечно приходилось оправдываться перед свидетелями их химии, когда Хан, не думая, творил всякую несусветную дичь. И сейчас, сто процентов, об их неоднозначных гляделках пустят новые слухи, а после начнут и внаглую спрашивать об этом на интервью. И если Минхо аккуратно сойдет с темы и найдет отмазку, то Джисон может прямо и беспардонно выложить все до деталей, чтобы тот по другую сторону экрана обязательно краснел. Скулы Минхо свело от злости, ибо так и хотелось прямо сейчас подойти к этому Хан Джисону и- — Хён, прекрати так смотреть на него… Во-первых, это мерзко. Во-вторых, ты так сильно палишься, что я не хочу сидеть с тобой рядом на одной скамье, — как обычно предельно честно высказал мнение Сынмин, а в подтверждение своих слов сморщился в нескрываемом отвращении. Он в принципе каждый раз осуждал любой вдох Минхо в сторону форварда «Воронов», и Ли его понимал. — Эй, как ты смеешь говорить такое своему хёну? — подавившись от смущения, возмутился Минхо. Просто Джисон… Он был… Он, черт побери, был таким особенным придуроком в глазах Ли. Да, он был той еще занозой в заднице, но это и притягивало к нему. Было немного тоскливо наблюдать за тем, как все ребята снова вышли на поле уже без присутствия капитана. Команды сделали смену полями, и теперь вместо Ли вышел не менее талантливый Ким Тэун, дав Минхо пять перед уходом и обменявшись с ним парой ободряющих фраз. Даже на таком расстоянии Ли почувствовал это ликующее чувство, которое исходило от Хана. Его улыбка стала куда шире, а во взгляде так и читалась легкая надменность, когда он весело помахал рукой Минхо. Кулаки с выпирающими венами сжались, и Ли пришлось лишь прикусить губу, стараясь подавить в себе липкое чувство унижения. В третьем раунде «Вороны» вдруг очень быстро сравняли счет, не давая «Тиграм» и шанса расслабиться и потерять бдительность. Заработанные очки делили Сону и Хенджин, рост которых позволял упрощать забивание голов. Минхо наблюдал за игрой так внимательно, что дыхание спирало при каждом заработанном очке противника. Видимо, Джисона слишком воодушевило то, что Минхо так быстро оказался на скамейке, а он даже не успел как следует над ним поиздеваться. «Вороны» вырвались вперед. Все были порядком истощены, а тренер рядом нервно постукивал пальцами по ручкам стула и мычал проклятья себе под нос. Минхо жутко нервничал. Их команде приходилось с трудом противостоять, потому они постепенно зарабатывали себе фолы, все больше теряя настрой. — Тренер, я выйду в следующей четверти, — резко выпалил Ли, рвано выдыхая. — Ты уверен? — с сомнением посмотрел на того мужчина, но в душе прекрасно понимал, что в их команде Минхо один из самых надежных игроков, и если он вернется, то ситуация, возможно, станет лучше. Ли ничего не сказал, решительно кивнув головой и начиная делать зарядку для мышц. Такими темпами они проиграют. А ведь начало было таким многообещающим… Они просто обязаны выиграть «Воронов» и пройти дальше в турнире. Любой ценой. — Вы хорошо постарались, — Минхо не сразу заметил, как ребята уже доиграли и отлучились на двухминутный перерыв, слушая замечания тренера. Оказывается, когда ты не в игре время летит в разы быстрее. На площадке же приходилось так много думать, что казалось, что эти гребаные 10 минут игры длятся целую вечность. — Как же меня бесит их четвертый и пятый номер, — процедил Феликс, вытирая полотенцем влажный лоб. Остальные согласно закивали, кидая презрительные взгляды в сторону соперников. — Они действительно дьяволы, — согласился Минхо, подразумевая Джисона и Хенджина. — Их стиль игры дикий. — Хенджин еще ладно, но Хан Джисон… — вздохнул Чонин, метнув глаза в сторону ворона, стоявшего на противоположной стороне площадки. — Капитан, я все еще не понимаю, как ты мог завести с ним роман. Он же ебнутый! Минхо промолчал, а после устало ответил: — Не суй свой нос куда не надо, мелкий. На самом деле в далеком прошлом они умудрялись поцапаться перед каждым и после каждого матча, из-за идиотских стебов Джисона и слишком порой вспыльчивого темперамента Минхо. Тогда ребятам из команд приходилось долго их разнимать, но сейчас уже многое изменилось. Как и их отношения. Перерыв закончился очень незаметно. — Капитан? Ты будешь играть сейчас? Может не стоит? — с сомнением поинтересовался Сынмин, когда Ли вновь поменялся с Тэуном. Все в команде знали о проблемах Минхо, поэтому всегда пытались всячески помочь и предотвратить его перенапряжение. Однако тот был упертый как баран и легче было научиться летать, чем заставить его нормально отдыхать и не работать сутками. — Все в норме, — неубедительно ответил Ли, выходя на площадку. Зоркие глаза ворона не оставили его появление без внимания. О, Минхо готов биться об заклад, что Джисон этого не ожидал. По спине прошелся холодок и, ныряя в этот азарт с головой, Ли даже позабыл о ноющих ногах. Последняя схватка началась. Все начало происходить так быстро, что Минхо не сразу смог включиться в активную игру. «Вороны» появлялись рядом так же быстро, как и исчезали. Скрип кроссовок, рокот толпы и крики игроков перемешались в один густой конгломерат звуков, который неприятно резал по ушам. Наконец мяч попал в руки «Тигров» и те начали пробивать путь к чужому кольцу. Чонин сразу заработал для команды два очка, но Хван не дал ему надолго задержаться у кольца, отдавая пас Чанбину. Хоть Чанбин и был единственным из команды «Вороны», кто не отличался сильной ловкостью, хитрыми маневрами, а тем более — высоким ростом, однако догнать его было очень тяжело. Все-таки каждый из игроков оправдывал свою важность в одной из самых сильных команд страны. Ли не должен был допустить, чтобы сейчас Со отдал мяч в руки Джисона. Минхо судорожно вздохнул, пытаясь блокировать Чанбина и защитить кольцо. Стоило ему заполучить в руки мяч, как он ловко спасовал его Чонину, который был готов принимать и без лишних промедлений помчался к чужому кольцу. — Ох, тигрята так отчаянно барахтаются, — задиристо рассмеялся Джисон, пробегая мимо Минхо, чтобы нагнать Чонина. Желваки на лице снова начали ходить от этой наглости и бесящей беспечности, которая так и разила от Хана. У Ли не было сил кинуть ему язвительную ответку, поэтому он успел увидеть только удаляющуюся спину с номером «4» на спине. Минхо приоткрыл рот, глотая воздух и пытаясь сфокусировать зрение на траектории мяча. Промахнулся. Вторая попытка… — Молодец, Йена! — облегченно крикнул Минхо, когда Чонин совершил очередной лей-ап. Три очка и они сравняют счет. «Даже малой сегодня в ударе. Я не могу уступать» — воодушевленно ухмыльнулся Минхо. Чонин был из тех ребят, которых по началу очень недооценивали, говоря что-то вроде «У тебя есть только рост» или «Тебе просто повезло», но после усердных и долгих тренировок, собственными силами Ян Чонин доказал на что способен на самом деле. Без него команда точно была бы куда слабее. Немного беготни и мяч был уже у Хенджина. Отобрать его теперь было немного проблематично. Этот парень с пятым номером на спине был слишком непредсказуем и отличался несказанным талантом. Сложно было предугадать его действия, потому что зоркие лисьи глаза и тело обладали огромной хитростью и проворностью. Но хорошо, когда в команде «Тигров» был мозг вроде Сынмина, который зачастую мог обхитрить даже такого соперника, как Хван Хенджин, со временем читая его движения, как книгу, и заранее зная, как тот поступит. Это помогло им с Сону предотвратить чужой пас и забить один штрафной. — Отличная работа! — нашел в себе силы крикнуть Ли, не забывая, как капитан, подбадривать всех ребят. И спустя очередную борьбу за лидирование, Минхо сделал джампшот, принося команде заветные два очка. Однако расслабляться все равно было рано. Минхо не успел понять, когда мяч снова оказался у Хан Джисона, которого он так часто начинал терять из виду, и который прямо сейчас несся к их кольцу со скоростью света. Как он вообще умудрялся все еще сохранять столько сил к концу игры — очередная загадка. «Черт, мы же только сравняли счет» — Минхо нервно начал соображать, как исправить ситуацию, пока наблюдал за тем, как их защитник пытался помешать попыткам Джисона сделать бросок в кольцо. Перед глазами начинало мутнеть. Пас, еще… Бежать становилось труднее, а ноги становилось ватными. Джисон совершил данк. С трибун послышались восхищенные возгласы, от которых болели уши. Пульсация сердца эхом отдавала в висках. Самодовольная улыбка Хана так и маячила перед глазами и постепенно расплывалась… Он смотрел прямо на Минхо. Оставалось ничтожно мало времени, такими темпами, если они только и будут делать, что сравнивать счет, они точно проиграют. «Моя голова…» Минхо правда давно не было так хреново. Он переволновался? Черт, нужно было слушать ребят с тренером, когда они говорили не перегружаться перед игрой… — Капитан! — крикнул из ниоткуда Феликс, возвращая Минхо в реальность, где они проигрывали со счетом 60:62. — Мяч! Словно в замедленной съемке Ли смотрел, как мяч летел прямо в его руки, пока он был в окружении «Воронов» и собственных мыслей, в которых винил себя за слабость. «Возьми себя в руки, тряпка» — Минхо уже забыл, для чего он играл, с какой целью, какой был спор. Все стало неважным, когда в его голове красным начало гореть слово «Победи». Этот матч и турнир ребята ждали так долго. Он лично заставлял их по полной выкладываться на тренировках, добавлял лишние часы занятий, говоря, что им нужно добраться до отборочных и показать все, на что они способны. Как они могли сейчас проиграть, когда оказались так близки к победе? Возможно, они и проиграют когда-то позже более сильным соперникам, но точно не «Воронам». «Нельзя…» — мяч в руках, мысли наконец собраны в кучу, а в глазах полная сосредоточенность. Кольцо далеко, он не успеет, время на исходе. Трехочковый сейчас был единственным вариантом, но Ли боялся, что из-за нервов и усталости он промажет. Не было времени даже подумать, когда в шаге от него уже кружили эти стервятники из Ёнсан. У него одна гребаная попытка. И если он облажается, то они без сомнений проиграют. Выбора не было. Ощущение, будто мир остановился: дыхание перехватило, а глаза зажмурились на бесконечные секунды во время броска. Попадание… Минхо казалось, что все это — точно сон. Он это сделал, черт возьми… Время вышло и толпа громко загудела аплодисментами и криками с трибун. Свист и шум в ушах стал куда сильнее. Осознание победы пришло только тогда, когда на Минхо накинулась вся команда, радостно сжимая в объятьях и крича что-то под ухо. — Вы молодцы, — облегченно улыбнулся Ли, когда вся гора с плеч наконец спала. Сладостное чувство победы растеклось по венам, а дышать наконец стало легче. У них получилось. Проигравшие хоть и выглядели подавленными, однако подошли для того, чтобы обменяться рукопожатием и перекинуться парой фраз. Конечно, вся эта вежливость была фальшивой и натянутой, это ведь «Вороны», но сейчас никого это уже не волновало. Один Джисон держал руку Минхо чуть больше положенного, а на лице у него все равно играла улыбка, хотя теперь и немного вымученная. — Спасибо за игру, — пропел брюнет, а после чуть понизил голос и ненароком приблизился. — Ты хорошо постарался сегодня, сладкий. Кошечка получит приз. Хан кокетливо подмигнул, отпуская руку и уходя к остальным. А Минхо так и остался стоять истуканом, в душе испытывая целую кучу эмоций. У капитанов даже взяли небольшое интервью для университетов, а также многие болельщики просили сделать памятные фото, только после чего команды наконец пошли отдыхать. — Ух, ну и напряженная была игра, — выдохнул Сону, потягиваясь от усталости. Все согласно замычали и устало, но радостно начали обсуждать все детали игры.

🏀🏀🏀

Дверь в раздевалку резко распахнулась. Феликс, который всего лишь пришел попить воды, подпрыгнул на месте от неожиданности, а когда увидел, кто стоял на пороге, испуганно захлопал выпученными глазами. Хан прошелся голодным взглядом по каждому сантиметру помещения, а потом посмотрел на Феликса, заставляя того боязливо сглотнуть. — Что? — не выдержав долгого пристального взгляда, спросил Ли. — Где он? Феликс замер и, недолго думая, пальцем указал на душевую комнату. Не нужно было прилагать никаких усилий чтобы понять, кого он имел в виду. — Один? Блондин кивнул ему, и Хан, подойдя к запертой двери, кинул на него взгляд и сказал: — Выметнись-ка отсюда. И остальных тоже предупреди, чтобы не заходили, пока я не разрешу, — он положил ладонь на ручку, но, слыша в ответ кромешную тишину, переспросил: — Ты услышал меня? — Да… — Ликс едва сдержался от того, чтобы не нагрубить и не послать того далеко надолго, ибо очень уж хотелось. «Кем он себя возомнил?» — пронеслось в голове перед тем, как он покинул раздевалку. Минхо всегда старался заходить в душевую последним, чтобы его никто не ждал. Но сейчас они были в чужом месте и совсем скоро нужно было ехать домой, поэтому он собирался просто по-быстрому сполоснуться, чтобы не чувствовать себя помятой вонючкой. Все закончилось, и по венам все еще текло это сладостное чувство от долгожданной победы в таком важном для них матче. Да, ноги болели, мышцы изнывали и Ли ужасно клонило в сон, но это того определенно стоило. Минхо невольно задумался о своих ошибках в ходе игре, случайно включив слишком большой напор горячей воды. Он тупо уставился в стеклянную дверцу, игнорируя стекающие по лицу струи, как дверь резко распахнулась. Парень подпрыгнул от испуга, а потом громко сматерился под нос, когда увидел, кто стоял перед ним. — Приветик, я присоединюсь? — беспардонно спросил Джисон, заходя в кабинку в одних шортах. О, боже. Он просто… — Ты больной? Что ты тут забыл?! — зашипел Ли, словно раздраженный кот. Нет, он знал почти все прибабахи Хан Джисона и был готов почти ко всему. Но ключевым словом было «почти», в которое никак не входило вторжение в душ. — Вот только давай без лишних вопросов. Ты прекрасно знал, что я за тобой приду, — ухмыльнулся Хан, уменьшая напор воды и меняя температуру. — Фу, зачем в таком кипятке мыться? — Я знал, но почему нельзя было просто подождать пока я выйду, раз уж ты все равно не уехал со своими, идиот. — А я не хотел ждать, поэтому заткнись уже, бесишь только, — цокнул Хан, грубо хватая того за шею и припечатывая к холодной стене. — Признаюсь честно, ты меня удивил. Ли сглотнул, рассматривая лицо брюнета и часто дыша. — Что у тебя с зрачками? Хан улыбнулся, прижимая того ближе к стене. — Обычная реакция на сексуального парня, а что? Минхо не успел ничего сказать, потому что его губы тут же оказались накрыты грубым поцелуем. Он успел лишь испустить хриплый вздох и прикрыть глаза от напора, невольно хватая брюнета за широкие плечи и сжимая их до покраснений. Черт, Джисон так умело и хорошо целовался, что это раздражало. Но раздражало и то, как часто ему удавалось завести Ли за считанные секунды, и как часто после этого он просто сбегал. — Если ты опять просто сбежишь, я тебя возненавижу, — оторвавшись, прорычал Минхо и опустил руки, теперь вцепляясь пальцами в тонкую талию. Брюнет приблизился к чужому лицу чертовски близко. — Я посмотрю на твое поведение. — Пошел к черту, — зашипел Ли, следя за тем, как зрачки Джисона постепенно начинали практически сливаться с радужкой. Это, на самом деле, настораживало. Он прекрасно знал, в каких случаях у нормального человека расширяются зрачки. А еще где-то на задворках сознания он также знал, что слово «нормальный» от Хана немного…чуть-чуть далеко. Но видимо рассказывать, в чем заключалась причина, Джисон не спешил. И наверняка даже не собирался. — Ну, милый, не злись, — Джисон опалил его ухо горячим дыханием, тихонько смеясь и прикусывая мочку. — Прости, мне так нравится играть с тобой, зная, что ты не можешь без меня. — Терпеть тебя не могу, знаешь? — Ли схватил того за скулы, теперь уже самостоятельно впиваясь в пухлые губы младшего и торопливо пуская в ход язык. Он не знал, что двигало им в такие моменты и не до конца понимал своих чувств, но… Сейчас желание целовать эти пухлые искусанные губы было неутолимым и животным, поэтому сдерживаться просто не хватало сил. Но Джисон, кажется, ощущал то же самое и был совсем не против. Оба плавились в объятиях друг друга, желая получить как можно больше. Минхо прижимал Хана ближе, поглаживая торс, а языком очерчивая небо и ряды зубов. Джисон неожиданно оторвался с пошлым чмоком, опускаясь на колени перед старшим с ухмылкой на губах. Ли вздрогнул и рвано выдохнул от полного осознания. Хан нащупал кран и включил теплый напор воды. Она мешала, но в то же время давала немного разнообразия и контраста. — Сейчас будет лучший минет в твоей жизни, ты готов? — Джисон облизал губы и посмотрел на старшего снизу вверх. — Ты так перед каждым говоришь, — издевочно ухмыльнулся Минхо, хватая брюнета за волосы. Грубо, но он знал, что Джисону это понравится. — Ублюдок, — растянул губы в улыбке Хан, проводя рукой по основанию члена, который уже успел встать. Ли пришлось стиснуть зубы, когда младший начал активно надрачивать ему, прежде чем приступить к делу. Рука двигалась вверх-вниз в быстром темпе, не давая Минхо возможности нормально выдавить из себя хоть слово. С горла начал доносится тихий скулеж, а с головки просачивался предэякулят. — Стой… — судорожно вздохнул Минхо, пытаясь нормально открыть глаза под струями, которые стекали по лицу. Он нащупал кран за спиной, сбавляя напор воды и смаргивая влагу с глаз. Джисон послушно убрал руку, теперь приближая лицо к стоящему органу и обхватывая его припухшими от поцелуев губами. Ли опустил взгляд, смотря на такого наглого и высокомерного форварда, который прямо сейчас сидел с его членом во рту. Какая же грязь…По ресницам Хана стекали капли воды, а челка прилипла ко лбу, что делало его только сексуальнее. — Блядство… — прошипел Минхо, туже натягивая темную копну волос на руку и задирая младшему голову. — Какой же ты грязный… Джисон тихо простонал от слов, которые слетали в его адрес с таких красивых и правильных губ Минхо, от чего по члену последнего прошлась слабая вибрация, заставившая проронить сиплый рык. Хан невольно впился пальцами в чужие бедра, которые его всегда так пленили. — Руки, — прошипел Минхо. И Хан послушно завел руки за спину, расползаясь на коленях и едва подавляя собственные жалкие стоны. — Сука, — Ли прикрыл рот тыльной стороной руки, толкаясь глубже в податливый рот, зная, что младший примет без колебаний. Джисон на это лишь жалобно всхлипнул, усерднее двигая ртом и чувствуя, как реальность медленно уплывала перед глазами. Ритм сменился на более быстрый, поэтому Хан кое-как поспевал. Стоны глушить было все труднее, а в уголках глаз скопилась соленая влага. Хан бы, сказать честно, никогда не подумал, что когда-нибудь докатится до того, что будет отсасывать своему сопернику в душевой после жалкого проигрыша на площадке. Это даже звучало абсурдно. — Блять, я близко… — рвано прошептал Минхо, откидывая голову. — Какой же ты…черт побери, невозможный. В голове внезапно поднялся гул. Джисон не мог различить, слышит он звуки воды или все уже почти не смахивает на реальность. Его бросило в резкий холод, а картинка перед глазами помутнела. Он вобрал в себя глубже, чувствуя, как член упирается по самое горло и игнорируя подступивший приступ кашля, чтобы закончить начатое как надо. Минхо хотел было отстранится, но младший крепко вцепился руками в его бедра и притянул еще ближе к себе. — Твою мать, — прошептал Ли, содрогаясь всем телом и обмякая во время яркого оргазма. Джисон наконец выпустил орган изо рта, глотая сперму без капли отвращения. — Ты зачем… — Захотел, — Хан вытер рот влажной рукой и поднялся, блестящими глазами смотря на Минхо. Желаний в голове была просто тьма, однако вместе с тем картинки перед глазами все больше уплывали. Минхо хотел было вновь притянуть его к себе, как Джисон внезапно отстранился. — Щас… секунду, — он постарался внушить себе ясность, словно в каком-то бреду, выходя из душной кабинки и тут же ловя на себе непонимающий взгляд старшего. — Что случилось? — выглянул Ли, хмурясь и напрягаясь. — Зайди обратно, приму лекарства и вернусь, — лихорадочно ответил Джисон. Мелкая дрожь прошлась по ногам, а холод от прилипших к бедрам шорт неприятно раздражал кожу. Поняв, что только что выдал себя с потрохами, он нервно прикусил губу и поспешил дойти до двери. Конечно Хан врал. Он просто собирался уйти. — Джисон? — растерянно раздалось позади и Хан расширил глаза, боясь оборачиваться. — Какие лекарства? — Голова болит просто. Забей, подождешь меня, ладно? — Джисон, — снова позвал Минхо и Джисон замер, нажав на ручку двери. — Ты ведь врешь мне? — Отвали от меня, — дверь захлопнулась.

***

Тогда Минхо не успел. Когда оделся и выбежал следом за Джисоном в тот день — его уже не было ни в раздевалке, ни в окрестностях спортзала. Точно словно сквозь землю провалился. Злость Ли трудно было передать. Он просто устал пытаться понять, что было на уме Джисона. Как к нему вообще подойти ближе, не говоря уже о том, как помочь? На сообщения и звонки тот попросту не отвечал, а если и удостаивал своими ответами — те были сухие и скомканные. В общем, Минхо было чертовски сложно выяснить причину такого поведения, хотя для характера Джисона это, наверное, было в порядке вещей. Кто ж виноват, что Ли только сейчас осознал, что точно запал на этого неадеквата. И Минхо не знал, что нужно делать в таком случае. Наверное, самый простой способ — ждать следующего матча, хотя бы тренировочного. Вряд ли Джисон там от него куда-то денется, поэтому Ли обязательно заставит его объясниться. Прошло уже порядком двух недель и, сказать честно, было немного грустно. До этой ситуации Ли собирался попробовать сблизиться с Джисоном, чтобы тот, наконец, открылся ему хоть немного, вместо того, чтобы вечно пускать грубый флирт и искать удобный случай близости. Но теперь осталось только надеяться, что ближайший матч не за горами, чтобы увидеть его в лицо, а не читать сухие «Все прекрасно» в мессенджерах. Впрочем «Тигры» пока проходили в отборочных, поэтому незаметно близился матч с «Торнадо» из университета Кеймен. Их команда снова тренировалась не покладая рук, поэтому после пар путь лежал сразу к спортивному залу, где они пробывали буквально до самой ночи, истощая организм и продумывая огромное количество тактик. Сегодняшний день — не исключение. В последнее время Минхо сильнее обычного ушел в себя. Он мало общался с командой и меньше интересовался новостями в мире баскетбола. Однако, переодеваясь рядом со своей командой, до его ушей дошли отрывки диалога парней. — Да уж, неожиданно было, что почти сразу после поражения с нами они лишатся самого сильного игрока, — вздохнув, сказал Феликс, натягивая спортивную майку и привлекая этими словами интерес Минхо. — Вы про кого? — с интересом спросил Ли, оборачиваясь на сокомандников. Парни резко замолчали, растерянно переглядываясь. Феликс поджал губы, шепотом спрашивая что-то у Сынмина, на что тот лишь пожал плечами, искоса посмотрев на Минхо. — Что вы шепчетесь? — не понял Ли, сводя брови к переносице. Ему определенно не нравилась вся эта скрытность. — Он не сказал тебе? — с сомнением спросил Феликс, стараясь аккуратно подойти к вопросу. — Кто? Что не сказал? — Джисон, — тело непроизвольно напряглось, когда Феликс произнес знакомое имя. Минхо задержал дыхание. Феликс замялся, но потом с каким-то сочувствием выдал: — Он официально ушел из «Воронов»… Голову будто заполонил туман. Минхо не помнил, сколько стоял так, замерев на одном месте с широко разинутыми глазами, которые теперь смотрели куда-то сквозь Феликса. — Быть не может, — неверяще произнес он вслух, пытаясь оставаться в реальности и сохранять спокойствие. Да, Джисон не его сокомандник, чтобы так переживать. И что более важно — он его потенциальный соперник. Его уход должен был…обрадовать? Наверное, так бы реагировали все, кто хоть когда-то играл против него. Но не Минхо. — Капитан, ты куда собрался перед тренировкой?! — крикнул в спину Чонин, когда Минхо помчался к двери, хлопая ею со всей силы. — Сынмин за главного! — только и успели они услышать перед полным исчезновением капитана. Телефон быстро оказался в руках и Минхо дрожащими пальцами открыл чат с Ханом, начиная печатать сообщение и не попадая по буквам с первого раза.

Джисон, что происходит?

Ли замер, глядя на засветившийся красный восклицательный знак при отправке и режущую глаза надпись: «Пользователь добавил вас в черный список». — Блядство, — дрожащим голосом сказал вслух Ли, нервно сжимая сотовый в руках и быстро ретируясь к выходу. На улице шел холодный дождь, но это последнее, что сейчас волновало Ли. Он быстро покинул пределы спортзала, находя свой припаркованный мотоцикл, и, надев шлем, завел его дрожащими руками. Погода была явно не для катания на такой скорости в одной футболке, но сейчас Ли было так наплевать на это. Набатом звенели мысли в голове и главный вопрос «Почему?». Что послужило причиной такого решения? Почему Джисон ничего ему не сказал? Ливень стих, но Минхо все равно уже был до ниток мокрый, а стекло шлема было в разводах и влаге. Благо, не так давно он узнал, где живет Хан, и было это не так далеко, хотя сейчас казалось, будто ехал он проклятую вечность. С бурей эмоций внутри себя он едва дополз до квартиры Джисона, которая находилась на третьем этаже. Стучал в дверь он достаточно долго. Под ним уже образовались мокрые следы от бесконечных притоптываний на месте во время ожидания, а в голове было все так же пусто. Он не знал почему так разозлился и расстроился одновременно. Не знал, что он вообще сейчас делал напротив квартиры Хана и что собирался говорить. Ему наконец отперли дверь и прежде, чем Джисон успел захлопнуть ее, увидев незваного гостя, Ли успел быстро подставить свою ногу в проход. — Какого хера, Джисон?! — возмутился Ли от действий Хана. — Проваливай, — с обычным равнодушием раздалось за дверью, но когда Минхо спустя минуту стараний силой пропихнулся внутрь помещения, Хан не стал мешать ему или выгонять. Парень лишь молча скрестил руки на груди, обводя Ли странным взглядом, будто они незнакомые люди. Минхо захотел съежиться от этого жуткого холода, которым разило от парня. Это не было чем-то новым, но сейчас ощущалось совершенно по-другому. — Не испытывай мои нервы, Ли Минхо. Тебе лучше уйти. — Почему? — проигнорировав все слова Хана, на одном вздохе горячо спросил Ли, пока в душе его разрывало от какой-то непонятной обиды. — Почему ты бросил баскетбол? — А какой смысл мне оставаться? — взгляд из-под темных лохматых волос потемнел. Не услышав ответ, Хан сухо продолжил: — Все это время я тащил нашу команду ко дну, поэтому заткнись и не лезь не в свое дело. Минхо неверяще замотал головой, невольно делая шаг вперед. — Что? Ты один из самых ценных игроков, не глупи, Джисон! — возмутился Ли. Грудь часто вздымалась, брови были нахмурены, а голос моментами подрагивал. — Это без тебя твоя команда пойдет вниз, понимаешь? — Да и пусть катится на самое дно! — голос повысился, хриплым рыком вырываясь с уст. Джисон подошел ближе и теперь их разделял жалкий метр. — Каким боком тебя это вообще ебет? — Представь себе — ебет! Эмоции. Сейчас Ли был на эмоциях и толком не разобрался ни в своих чувствах, ни в ситуации, ни в чем. Поэтому перед глазами была лишь мутная пелена и чувство какой-то потерянности. — Ли Минхо. — С ноткой агрессии, предупреждающе процедил имя Джисон. Его челюсть напряглась, и он четко чувствовал, как взрывался внутри. Он знал, что Минхо докопается и не отвянет от него так просто после услышанных новостей, но сейчас, когда тот стоял перед ним и втирал ему что-то о его ценности, Джисон правда хотел сначала посмеяться, а потом избить его прямо здесь. Потому что кому, если не ему, прекрасно знать о том, что часть команды его просто боялась, считая психопатом — хотя это было совершенно не так, — а остальная терпеть не могла. Его уход только обрадовал всех. Может, кроме Чана и тренера. — Мой приход в команду с самого начала был ошибкой, ясно? — кулаки крепко сжались. Джисон хотел продолжить, но Ли снова перебил: — Да с твоим приходом ваши ссаные «Вороны» наконец поднялись с колен за такое долгое время… — Минхо и сам, кажется, начинал закипать, повышая голос. — Ответь мне нормально на заданный вопрос! — Я не буду, — прорычал Хан, хватая капитана «Тигров» за мокрую майку и с силой дергая на себя. — Я тебе понятным языком сказал. Не лезь. Не в свое. Дело. Ты ничего не знаешь, поэтому не толкай такие речи! — Так расскажи мне, что не так?! Я почти ничего о тебе не знаю, а когда пытаюсь узнать, ты увиливаешь от вопросов и банальную информацию мне приходится узнавать у тренера! — несмотря на всё недовольство и злость, все слова Ли были искренние, а в последних даже звучала щемящая грусть с обидой. — Джисон, хватит водить меня за нос, пожалуйста… Джисон даже переменился в лице на долю секунды после услышанного. После чего сделал глубокий вдох в попытке остынуть. А потом задал в лоб резкий, но простой вопрос, прекрасно зная, что Ли не сможет на него ответить. — Зачем ты пришел? Минхо замолчал. Конечно, он ведь и сам не знал зачем пришел. Это не его друг, это не его парень и даже не сокомандник. Кроме слова баскетбол их почти ничего не связывало. И вряд ли бы кто-то, как он, убедил Джисона вернуться. Да и зачем вообще Минхо, опять же, это нужно. Может, Ли просто испугался, что это конец. Только вот конец чему? Пустому флирту в коридорах? Глупым перепискам раз в две недели? Они знали друг о друге ровно ничего по сей день, но Минхо готов наивно говорить слова, которые для Хана были, как капля в море. — Я не знаю, — честно ответил Минхо, притупляя свой пыл. Хан издевочно хмыкнул. — Вот видишь. Наверное, ты просто привык к чему-то, но Минхо, — блеск в радужках глаз пропал, а тон заметно становился все отчужденнее. Минхо не хотел слушать его, потому что знал, что в конечном итоге тот окажется прав, — больше нас ничего не связывает. Стоило Хану произнести эти слова, как дыхание у Ли окончательно сперло. Ведь это чертова правда. И кроме этого, они были полными противоположностями, словно лед и пламень, которые вряд ли смогли бы понять друг друга. Но Минхо правда не хотел, чтобы все заканчивалось вот так. — Я просто искал игрушку на время. И нашел, в виде тебя и баскетбола, — Минхо сглотнул, пустым взглядом смотря на губы, которые произносили такие ранящие слова. — Но теперь я ушел, и больше она мне не нужна. Понимаешь? — Что за бред ты несешь? — Я всего лишь говорю, как есть. — Ты врешь, — помотал головой Минхо, стискивая зубы. — Думай, как хочешь. Но теперь уходи, — без капли эмоций. В глазах защипало от обиды. Ли пришел узнать причину ухода, а не слышать в свой адрес то, что он, оказывается, был всего лишь какой-то игрушкой потехи ради. — Я не уйду, пока ты мне не дашь внятный ответ, — все еще не унимался Минхо. Это ведь правда была чушь собачья. Да, Джисон странный. Да, Ли чертовски плохо его знает. Но он же не настолько жесток. Должно было же быть хоть что-то, хотя бы капля неравнодушия… Минхо чувствовал, что Хан врал ему. И врал, скорее всего, не в первый раз, и не во второй. Внезапная тревожность снова накрыла Джисона, словно волна. Ладошки запотели, а в голове стало пусто. Хватка на чужом воротнике невольно ослабилась и он медленно отшатнулся назад. — Проваливай, — голос дрогнул. — Джисон… — сипло выдохнул Ли, подходя ближе, однако Хан сделал шаг назад, повторяя уже громче и с нотками накрывающей истерики: — Я же сказал выметайся! Голоса внезапно стихли. Джисон растерянно замер в оцепенении, когда чужие руки прижали его к влажной груди. Со рта вырвался судорожный выдох, когда щеки коснулось крепкое плечо старшего. — Успокойся, пожалуйста, я же просто хочу поговорить, Джисон, — тихим и убаюкивающим голосом прозвучал Ли у уха, а руки его успокаивающее гладили напряженную спину, быстро смиряя пыл младшего. — Почему ты так злишься? Хорошо, что он не заметил, как руки Джисона затряслись, а в темно-карих глазах промелькнула паника. — Потому что ты придурок, — пробубнил Джисон, пытаясь сдержать бурю смешанных эмоций внутри себя, которая норовила вырваться либо истерикой, либо панической атакой. — Терпеть тебя не могу. Ненавижу. — Это я слышу не впервые, — тяжело вздохнул Минхо, рукой зарываясь в мягкие волосы, которые пахли цитрусовым шампунем, и осторожно водя круги по коже. Джисон бессильно впился пальцами в мокрую майку, сжимая ее и вдыхая запах одеколона Минхо, спутать который он уже не смог бы ни с чем. Ощущения были такими новыми и непонятными, что начинали пугать. Реакция своего тела и мозга на Минхо пугала его. Спустя минуту молчания Джисон тихо, но со всей серьезностью начал: — Знаешь, лучше бы никогда не встречались, — больно. — Лучше бы я не говорил тебе никогда ничего, а ты бы не отвечал на мои провокации. Лучше бы я не заходил так далеко, а ты не ходил за мной и-… Минхо не хотел это слушать. — Джисон, замолчи, — не выдержав, резко перебил он. Хан рвано вдохнул, поджимая губы. Повисла тишина. Каждый задумался о чем-то своем, но важном. И это «важное» в конце концов должно быть озвучено, иначе все их разговоры будут заканчиваться безрезультатно. Сейчас Хану как никогда сильно хотелось спрятаться куда-то. Забиться в какой-нибудь темный угол, а еще лучше — провалиться под землю. Но в то же время его ноги не могли сдвинуться с места, а руки с большим трудом ослабляли хватку на чужой майке. — Ты мокрый. И липкий. А еще ты меня бесишь, — спустя молчание честно выдал Джисон, устало облокачиваясь щекой о мокрое плечо и пустым взглядом глядя куда-то в такую же серую безжизненную стену. — Спасибо, что напомнил, — послышался очередной усталый вздох в ответ. Джисон сам разорвал объятья, когда убедился, что тревога в груди отступила, а дыхание выровнялось. Он все еще хотел выгнать Минхо за порог своей квартиры, но в то же время где-то внутри с этим желанием боролось и чувство опустошенности, которое сжирало его по крупицам каждую минуту и казалось, что если Ли сейчас уйдет — он окончательно свихнется. — Я впервые вижу такого бестолкового капитана, — неожиданно признался Хан, смирив Минхо с головы до ног недовольным взглядом. Тот лишь растерянно посмотрел сначала на Джисона, а потом на уже подсохшие капли воды под собой. — Извини. — При чем здесь я? Я про то, что у тебя на носу матч с «Торнадо», а ты возомнил себя супергероем, — цокнул Хан, разворачиваясь и ретируясь в какую-то из комнат, перед этим бросив короткое: — Разувайся. Минхо было крайне непривычно слышать такое от Хана. Ему ведь точно не послышалось? Это он только что таким образом показал свою заботу? Ли ещё пару секунд глупо похлопал глазами, после чего все же сделал, как велел ему Джисон. Он растерянно замер посреди просторного коридора, оглядываясь вокруг и медленно шагая в сторону комнаты. Жил Джисон явно не бедно, несмотря на небольшие апартаменты, выглядело все более, чем презентабельно: серые и пастельные тона, дорогая на вид мебель и развешанные картины вдоль коридора, отлично подходящие под интерьер. — Неплохо, с родителями живешь? — осматриваясь, невзначай из интереса спросил Ли и зашел в комнату следом за Ханом. — Недавно съехал от матери, — сухо ответил Джисон, открывая шкаф. — Отец умер года три назад. Минхо замолчал и с сочувствием посмотрел в спину младшего. — Извини, я не знал, — виновато сказал Минхо. — Забей, — Джисон бросил тому в руки серые спортивки с полотенцем, принимаясь за поиски верха. — Откуда тебе об этом знать. Ли тихо вздохнул и начал наспех переодеваться. Какой-то странный осадок все еще сидел внутри, а вместе с тем эта странная обстановка и присутствие Джисона, который был куда спокойнее обычного, вводили в конфуз. Хан в это время уже нашел футболку и, кинув вещь на кровать, молча, но с пристальным вниманием следил за Минхо. — Прекрати так пялиться, — раздраженно цокнул Минхо, стягивая с себя влажную майку. — Будто ты обычно занимаешься не тем же самым, — с издевкой хмыкнул Хан. Минхо не ответил и, закатив глаза, потянулся за черной футболкой на кровати. Неожиданно тело уперлось в мягкую поверхность, а с губ сорвался удивленный вздох. Темная тень нависла сверху и Ли растерянно забегал глазами по спокойному лицу. — Джисон… — с придыханием просипел Ли, растерянно смотря в темные и глубокие глаза. Взгляд Джисона буквально горел, в то время как на лице отображалась ледяное равнодушие. Иногда это пугало. — Мы не будем сейчас… — Что не будем? — сделал вид, что не понял Хан, а после опустился ниже, невесомо припадая губами к карамельной шее. Его горячее дыхание опаляло чувствительную кожу, а руки Минхо незаметно оказались прижатыми к кровати. Джисон медленно начал осыпать нежную шею поцелуями, опускаясь всё ниже. Минхо часто задышал, а ногти бессильно впились в ладошки. Ему не хотелось, чтобы очередная попытка завести нормальный разговор закончилась чем-то пошлым и молчаливым. Он не слышал его. — Джисон, блять, — Минхо внезапно вырвался из цепкой хватки и с отчаянием схватил младшего за острые плечи, заставляя того подняться. Тот лишь непонимающе посмотрел на него, мол «Что не так?», а у Ли сердце стучалось как бешеное от какой-то бессильной обиды. — Я пришел не для этого! Хан долго смотрел на него немигающим взглядом, будто ища в словах какой-то подвох, и с тяжелым вздохом сел напротив в позе лотоса. Ли поспешил подняться следом, выравнивая дыхание и устало жмурясь. — Ты правда думаешь, что мне от тебя нужно только это? — Ли сглотнул, а в глазах снова сочилась бессильная обида. — А что ты тогда от меня хочешь? — Джисон все еще не понимал. Поймет ли вообще? Минхо дрожащими руками нащупал приготовленную футболку, торопливо натянул ее на себя и тут же почувствовал запах уже привычного табака и ментола. Хотя взгляд не был сфокусирован на чем-то конкретном из-за роя мыслей, он не смог не заметить рассыпанные на полу белые таблетки возле шкафа. Были заметны быстрые попытки их собрать из-за небольшого количества и хаотичных мест.  — Джисон, — осторожно обратился к парню Минхо. — Почему на полу таблетки? — Что? — Хан быстро взглянул на место, куда смотрел Минхо и тут же замолк. — Просто рассыпались. Я хотел выпить одну, но когда ты внезапно постучал в дверь выронил банку от неожиданности. Ли попытался поверить в это, но поведение Джисона с самого начала было странным.  — Снова мне врешь? — Я не вру, прекрати. Постоянно ты лезешь с неуместными вопросами.  — Знаешь, что тебя выдает, когда я задаю этот вопрос и независимо от твоего ответа сразу узнаю правду? — хмыкнул Минхо, сталкиваясь с растерянным взглядом. — Когда ты врешь, ты всегда начинаешь злиться. В комнате повисла тянущаяся тишина и было видно, как слова Ли загнали Джисона в тупик. И как он должен был сказать ему в лицо, что собирался наглотаться таблеток, зная, что передозировка ими легко может довести до летального исхода? Но Минхо не глупый. Его предчувствие работало достаточно хорошо, чтобы по глазам Джисона догадаться о всех его намерениях. Это было больно и тяжело, но он попытался успокоиться и сделать вид, что ничего не понял. — Джисон, сядь и послушай меня внимательно, ладно? — выдохнул Ли. Он осторожно взял Хана за подрагивающие руки, тут же ловя нерешительный от такого жеста взгляд. Непривычно. Непривычная для них атмосфера, обстановка, тон и слова. Джисон не ответил, лишь тихо сглотнул, но Ли принял это за готовность слушать. — Мне не нужно от тебя ничего, понимаешь? Я знаю, что тебе бывает сложно, я знаю, что у тебя бывают проблемы и вижу, что ты боишься подпускать меня ближе к себе, — зрачки Джисона расширились, а ладони заметно вспотели от волнения. Ли мягко поглаживал вечно битые и сухие костяшки, смотря на того со всей нежностью, которую так хотел, наконец, отдать. — Но пожалуйста, попробуй открыться мне. Я правда хочу знать тебя, понимаешь? Мне не все равно на твои проблемы и на твои чувства, я больше не могу просто разделять телесные ласки, не зная, о чем ты правда думаешь, потому что чувствую, как с каждым днем я действительно влюбляюсь в тебя. Тихо, нерасторопно и искренне. Губы Хана едва заметно дрогнули, а глаза спрятались где-то в районе их переплетенных рук. Он все еще не мог поверить в услышанное. Минхо был слишком хорош для него и в глубине души Джисон отлично это понимал. Понимал и поэтому не хотел, чтобы такой, как он, стоял с ним рядом. Он не выдержит, а Хан привяжется к нему, словно собака, и будет вечно цепляться за уходящий силуэт. Но еще больше он боялся, что Минхо разочаруется в нем, когда осознает, насколько он жалок и проблематичен. Поэтому он давал ему все, кроме ключа к чему-то, что покоилось где-то в недрах его темной души. Он думал, что так сможет заполнить свою пустоту. А Минхо просто был не против и почти не задавал вопросов до недавних пор, и этого хватало. — Ты все еще ничего не понимаешь… Твои слова детские и наивные, — внезапно резко сказал Хан, поднимая разочарованный взгляд. — Я боялся, что ты скажешь нечто подобное, поэтому был так холоден к тебе в последнее время, — он замолчал на пару секунд. — И отчасти это повлияло на мой уход из команды. Я думал, что так я разорву все ниточки, связанные с тобой. Потому что это всё — неправильно… Послышался очередной удрученный вздох. — Просто скажи мне, что ты чувствуешь, Джисон. Мне достаточно будет узнать для начала это, — аккуратно сказал Минхо, чувствуя, как колотится собственное сердце в груди, а слова Хана все еще раздаются эхом в потяжелевшей голове. — Какая, к черту, разница? — тот пропустил грустный смешок и, сохраняя натянутую улыбку на искусанных губах, продолжил: — Мы не сможем быть вместе, Минхо, просто пойми уже это, блять, и забудь все, что было. Да, это я виноват во всем, что произошло. Но теперь ты можешь отпустить меня и жить дальше, понимаешь? — Ты издеваешься? Мы даже не пытались, но ты уже говоришь мне, что ничего не выйдет? — Ли невольно сжал чужие руки и переменился в лице. — В чем проблема, Джисон? Почему ты ведешь себя, как ребенок? Казалось, что сейчас от результата диалога зависело все. Пульс подскочил, кажется, до бешеных ритмов, а живот скручивало от противного волнения и липкого страха. В течении всего «общения» с Джисоном Минхо почти никогда не чувствовал такой бьющей в голову влюбленности. Просто… Просто с каких-то пор флирт, шутки, соперничество — стало обычным и привычным делом. Вскоре туда плавно подключилось нечто большее, что тоже постепенно заставляло Минхо привязываться сильнее. Но Ли совершенно не уловил момент, когда втрескался в форворда «Воронов» по самые уши. Когда равнодушный флирт стал обидным, когда захотелось больше целоваться, говорить вместо оскорблений нежности, а вместо уединения в раздевалках и кабинках туалета — гулять где-нибудь в парке, держась за руки. Все это начало доходить до него так поздно, что кажется, еще чуть-чуть и Джисон уплыл бы от него, словно волна. Его было действительно сложно поймать, а если получалось — то была лишь наружная оболочка, но уж никак не тот Джисон, за которого Минхо так отчаянно цеплялся. — Минхо, проблема, мать твою, в том, что не могу пообещать тебе, что буду клевым бойфрендом в отношениях, каким бы ты меня там не напредставлял себе, понимаешь? Ты совсем меня не знаешь! — тон невольно повысился, а ногти впились в руки старшего, которые уже давно перестали успокаивающе гладить кожу. — Так я и не прошу, чтобы ты мне что-то обещал! — раздраженно прорычал Минхо, после секундного шока от услышанного. Он даже не подозревал, что причина могла крыться в том, что Джисон боялся не оправдать каких-то ожиданий. Хотя Ли чувствовал, что было что-то еще. Что-то, что так же ело мозг Джисона и о чем он усердно умалчивал. — Мне от тебя ничего не нужно, Джисон, просто, — он судорожно втянул воздуха, — дай мне шанс, ладно? Один единственный. И я докажу тебе, что не нужно ничего обещать и оправдывать. — У меня расстройство личности, Минхо, — глаза Джисона потускнели. Усталое лицо снова озарила какая-то виноватая улыбка. Уже спокойнее тот продолжил: — Я поехавший, слышишь? Теперь ты понимаешь, почему всё так? — он опустил голову, роняя нервные смешки. — Почему меня месяцами отстраняли, а тебе говорили не общаться со мной? Почему в порыве злости я почти всегда бросался на тебя, а мое настроение менялось по щелчку пальцев? Почему- — Джисон, — оборвал того старший, — посмотри на меня, — Хан медленно поднял голову и Ли внимательно посмотрел в бегающие напуганные глаза. Кадык дернулся и он снова осторожно сжал в своих теплых ладонях руки младшего. — Думаешь, у меня нет головы на плечах и я не понимаю, что делаю и говорю? Все будет в порядке, просто…попытайся быть со мной честным, ладно? Он давно подозревал, что поведение Хана порядком отличается. Отличается от любого. Поэтому был готов к почти любым новостям об этом, и сейчас в том числе. В стеклянных глазах плескалось море недоверия. Взгляд смягчился, стал рассеяннее, без былой уверенности и смелости. Хан в одно мгновение превратился в маленького пугливого ребенка. — Я боюсь, — почти со слезами внезапно честно просипел Джисон, сжимая руки старшего. — Я уже больше года не могу слезть с таблеток и чуть что срываюсь на ком попало, кто не вовремя попадется под горячую руку. Меня множество раз ставили под учет, пытались даже упечь в больницу. Это не шутки, понимаешь? — А мама что? Она что не помогает тебе? — не понимал Ли, осторожно гладя руки. — После смерти отца ей полностью стало на меня плевать. Она дальше него не видела всю жизнь никого, а с его смертью стала пить и ошиваться непонятно с кем, — хриплым голосом сказал Хан и скривился в отвращении: — Единственное, чем она иногда могла помочь — это деньгами, когда я сидел в полицейских участках. Хотелось стиснуть Джисона в объятьях и не отпускать. Минхо не хотел слушать это дальше, потому что пазл в его голове быстро сложился сам. Это было ничуть не удивительно, такая атмосфера дома и отношение с близким человеком объясняло почти все. Ему было грустно, что он не подобрался к Джисону раньше. Он жалел, что столько времени было растрачено впустую и не принесло никакой пользы никому. Что до него так долго доходили чувства, и что так долго он столького не замечал в Джисоне. — Джисон-и, мне так жаль, — Минхо не сдержался и прижал Хана к себе, ощущая мелкую дрожь. — Все в порядке… — грустно улыбнулся Джисон с желанием как можно скорее закрыть больную для него тему. Возможно, он даст копнуть Минхо еще глубже, но на сегодня он и так сказал столько, сколько не говорил психологам за всю жизнь. Это были слишком новые эмоции и ощущения для него, и на самом деле, рядом с Ли ему было невыносимо спокойно. Ему правда захотелось довериться, захотелось принять помощь и перестать притворяться тем, кем он совсем не являлся. — Твое предложение еще в силе? — робко сказал он в плечо. — Какое? — Дать шанс.

🏀🏀🏀

Ноги уже устали от бесконечного и быстрого бега, голова кружилась, а в голове только и стоял оглушающий звон толпы зрителей на трибунах. Финальный матч, к которому они пробились собственными силами и бесконечным упорным трудом, был просто крышесносным во всех смыслах этого слова. И знаете, вспоминая игру Джисона, Минхо теперь казалась она не такой уж и ужасной по сравнению с теми, кто сейчас стоял на поле против них. У него не было времени даже собрать мысли в единую кучу, а тело уже двигалось само по себе, словно робот. Все выдохлись еще, кажется, во второй четверти от ужасно нагнетающей силы соперников. Ли даже невольно задался вопросом: Как они вообще сумели дойти до этого? Звуки от удара мяча об пол резали эхом по ушам, а по лицу текли нервные капли пота. Карие глаза метались от одной точки поля к другой, вечно теряясь и судорожно ища треклятый оранжевый мяч. Ли параллельно успевал следить и за своими ребятами, чтобы те не падали духом и держались на плаву. Монстры. Это были чертовы монстры, которые даже рядом не стояли с «Воронами». Слухи, телевизор, слова тренера — все оправдалось и даже перегнуло ожидания. Ли не представлял чего им сейчас будет стоить победа, которую они обязаны были одержать и пробиться в чемпионат. В очередной раз Минхо блокировал до ужаса высокий центровой, который успел даже надменно улыбнуться, завидев злость написанную на лице капитана «Тигров». Разрыв был в пять очков. Не мало, учитывая то, как долго они пытались просто уровнять счет. Дыхание перехватывало от волнения каждый раз, когда мяч оказывался в руках противника. Минхо судорожно думал, как им обогнать «Торнадо», без их наступания на хвост. Ли быстро показал Феликсу жест, который, как они заранее договорились, означал отдать пас. Тактика игры сейчас была совершенно другая, поэтому Минхо пришлось воспользоваться таким приемом, чтобы хоть как-то попытаться вырулить почти безвыходную ситуацию. Он знал, что если они сейчас продолжат следовать обговоренному заведомо плану игры — точно проиграют. Да, тренер потом даст ему по шапке за такое самовольство, но терять было нечего, они и так были в полной заднице. Ли успел разглядеть непонимание на лице Феликса перед тем, как броситься защищать кольцо, потому что, кажется, одного Чонина там было мало. Мяч был у нападающего, одного из самых ловких парней у «Торнадо». Выглядел он тоже внушающе: здоровый амбал, под два метра в высоту и с широченной спиной. Он быстро забил двухочковый перед тем, как у Феликса появилась возможность отобрать мяч. На самом деле все «Тигры» рядом со своими противниками казались, если честно, какими-то карликами, ибо каждый соперник мог похвастаться, как минимум, своим колоссальным ростом. Однако, Минхо не собирался видеть в этом препятствие. Зоркие глаза Феликса сами нашли Минхо на поле за считанные секунды, пока над ним нависал очередной громила. Пришлось долго хитрить, но в конце концов у Ликса здорово вышло надурить двухметрового здоровяка и отдать небрежный пас. И снова тело двигалось лишь по инерции и ощущениям. Мозг у Минхо, похоже, окончательно отрубился на этом этапе. Он шустро забил пару очков, всеми силами пытаясь защищать мяч, и буквально каждые десять секунд, отдавая пас и тут же получал его обратно. Они поняли его. — А ты интересный, — хищно улыбнулся шатен по имени Суно. Два капитана опасно сцепились подле кольца «Торнадо», пока Суно, явно играючи, пытался отобрать у Ли мяч. — Ага, советую тебе смотреть под ноги, — Ли нарочито громко это сказал с ухмылкой на губах, привлекая внимание остальных и ловко беря громилу очередной хитростью. Тот грязно выругался под нос, бросаясь вдогонку за тигром. Кислород предательски заканчивался, а слабость в теле заметно замедляла бег. Минхо, чувствуя, как тень сзади стремительно настигала его, резко остановился, находя глазами где-то за спиной черноволосую макушку Тэуна. Минхо, слабо улыбнувшись при виде решительности сокомандника, бросил ему мяч и тут же почувствовал укол боли в области грудной клетки. «Осталось меньше пяти минут, я должен продержаться…» — судорожно подумал он, следя за тем, как их команда забивает гол. Видимо, Тэун неплохо завелся, что несказанно радовало Минхо. Тот редко выкладывался больше, чем было в его пределах, но, похоже, что сейчас его что-то взбодрило и он был полностью готов надрать задницы в решающий момент игры. В висках резко начало отдавать пульсацией и Минхо внезапно оглянулся в поисках чего-то. Или кого-то. Было у него чувство, что за ним кто-то особенно пристально наблюдал в течении всей игры, однако, когда он оборачивался на трибуны, то видел только визжащих фанатов, и в основном, конечно, это были бесячие болельщики команды «Торнадо». Взгляд снова молниеносно прокатился по незнакомым людям, пока где-то за его спиной противники уже двигались к их кольцу. Но Минхо все равно отчаянно продолжал искать. И нашел. Джисон на трибунах, встретившись взглядом со старшим, растерянно захлопал глазами и с неловкой улыбкой на губах рассеянно помахал ладошкой. Ли замер с приоткрытым ртом, не находя даже подходящих мыслей, как внезапно с неба возвратил его в реальность громкий крик сокомандника где-то сбоку. — Капитан, не спим! — раздраженный Сынмин успел даже отвесить ему подзатыльника. Минхо, наконец, пришел в себя и последнее, что он увидел, это то, как Джисон устрашающе пригрозил ему кулаком. Было нетрудно догадаться, что это значило. «Не смей проиграть, Минхо» Ли бросился снова защищать кольцо, в которое, благодаря чудесному везению, ни разу не попал мяч. Вместо этого тот снова оказался в руках «Тигров». Из-за разрыва в ничтожные два очка горячий раскаленный воздух стал куда тяжелее и удушливее. Создавалось ощущение, что от этой игры зависело всё. Будто на кону стояла собственная жизнь. Капитаны сжигали друг друга ненавистными взглядами, снова встретившись у кольца на территории «Торнадо». У Минхо долго пытались отобрать мяч перед тем, как он сделал решающий бросок и попал прямо в цель. Счет сравнялся, но это еще не победа. Невольно в голове всплыл Джисон, прямо сейчас сидящий в паре десятков метров от него и болеющий за их команду. Болеющий за него. Какой-то трепет при этих мыслях проник в самое сердце и порождал желание побыстрее победить и побежать к Хану, чтобы зацеловать его до смерти. И отчего-то Ли был сейчас как никогда был уверен, что они победят. И эта уверенность давала ему толчок для большего стимула бороться. Теперь он именно играл. Во всех смыслах этого слова. Адреналин и удовольствие бесконечно растекались по венам и бушевали внутри. Он долго насмехался над центровым, отбивая мяч между своих ног и с открытой издевкой смотря на того снизу вверх. И вроде бы это должно было быть рискованно, очень. Ведь победа была все еще не в их руках, а время незаметно ускользало. Но этот азарт, так внезапно и вовремя появившийся в глазах каждого тигра, уже нельзя было погасить. — Минхо! — крикнул Сынмин и Ли, стрельнув в него взглядом и без особых усилий предугадав действия громилы напротив, бросил мяч стоящему совсем в противоположной стороне Чонину. Благо, что младший тоже был далеко не промах и тут же рванул как угорелый к кольцу. Да, времени почти не осталось. Да, Минхо, который обычно забивал финальные надежные очки, прямо сейчас фактически отдал всю судьбу в руки Чонина, но он был уверен в том, что Ян справится. «Малой должен забить» — нервно думал он, следя за удаляющейся к кольцу спиной. Внезапно Чонин остановился. Прямо у лицевой линии. — О боже… — где-то рядом рвано выдохнул Сынмин, замедляя бег. — Он же всегда лажал с трехочковым на тренировках… Наверное, вся планета слышала биение сердец каждого из «Тигров». Это было просто нечто. Минхо проигнорировал комментарий сокомандника, с замиранием сердца следя за тем, как мяч поднимается в воздух. Шум в ушах резко стих, а дыхание невольно задержалось. Счет на табле замигал красным. Комментатор объявил в микрофон победителей. — 60:63 в пользу «Тигров»! — громко произнес мужской голос под рокот толпы. По залу прокатились радостные возгласы и крики, команда тут же вцепилась друг другу в объятья, счастливо подпрыгивая и смеясь. И пока такие грозные и важные «Торнадо» отходили от шока, а «Тигры» все не могли нарадоваться такой важной в их начинавшейся карьере победе, Минхо невольно поднял затуманенный взгляд на трибуны, снова судорожно ища на них знакомое лицо. Но не нашел. Ушел? Даже не досидев до конца? Минхо незаметно прикусил губу, пытаясь не показывать своей растерянности и радоваться вместе с ребятами. Те то и дело вешались поочередно ему на шею, параллельно заливая целым шквалом похвалы Чонина. — Это было… — с придыханием начал Феликс, пытаясь перекричать толпу. — Это было ахуительно! — закончил за него Чонсу еще громче, тут же слыша согласные возгласы. Когда руки соперников были пожаты, мини-интервью розданы, а нагоняи с одновременной похвалой от тренера получены, команда наконец смогла выйти из душного зала, наполненного людьми. Уходить победителями в таком важном матче, по правде говоря, было особенной усладой. А как только Ли вышел из зала в просторный и прохладный коридор и начал оглядываться вокруг, то увидел смутно знакомую черную макушку в конце длинного коридора. Шаг невольно ускорился, когда тень скрылась за углом, а команда лишь растерянно посмотрела капитану вслед. — Он так сияет в последние недели, что аж глаза режет, — не смог промолчать Чонин. — А мне доказывал, что его единственная любовь — это баскетбол! И что спит он по ночам тоже только с мячом! — Вот же изменщик, — актерски подхватил Чонсу, негодующе вертя головой. Парни одновременно засмеялись и, толкаясь, завалились в серую и пустую раздевалку. — Надеюсь, что Джисон сможет вылечить у него баскетбол головного мозга, — сказал Феликс, подходя к своему шкафчику. — Тебе самому не смешно от своих слов? — Сынмин закатил глаза, вспоминая нездоровую зависимость Минхо к спорту. — Ладно, ты прав, его уже не спасти, — вздохнул блондин. Минхо, наконец, дошел до конца тускловатого коридора, в котором не было лишних глаз, взглядом находя все ту же заветную черную макушку. Хан не сразу его заметил, нервно расхаживая туда-сюда в ожидании. — Джисон! — обрадовался Ли, подбегая ближе к Хану, который на голос тут же вскинул голову. — Я думал, что ты не придешь из-за приема у врача. Джисон широко и искренне ему улыбнулся, шагая навстречу и неожиданно набрасываясь на крепкую шею. Минхо сначала растерялся от такого, но после облегченно обнял того в ответ и радостно заулыбался. — Сюрприз! — засмеялся в жилистую шею Хан, щекоча своим смехом молочную кожу. — Как я мог не прийти? — Ты непредсказуем, — со смешком произнес Минхо, придерживая того руками за талию и невольно покачиваясь из стороны в сторону. — Ну все-все, отойди, от меня несет за километр. — Да хоть за сто, — недовольно цокнул Джисон и после секундной тишины уже приглушеннее сказал: — Ты был потрясен, Ли Минхо. — Благодаря тебе, — улыбнулся Ли. Джисон отодвинулся и с искренней гордостью посмотрел в карие глаза, сжимая плечи старшего. — Нет, это твой труд и только твоя заслуга, понял? На поверку до этого матча Джисон решил не на шутку заняться пробелами Минхо, чтобы тот точно растоптал всех на площадке. Более того, тот, оказывается, детально помнил его обычную игру, дав критику на все сделанные им ошибки во время игры с «Воронами». Это знатно помогло ему усовершенствоваться. И на самом деле так строго с Минхо не обходился даже тренер Дэхен. Но тем не менее, это дало огромнейший результат, и он был безмерно рад и благодарен младшему. — И все же, спасибо тебе. — Когда попадешь на чемпионат мира, тогда и поблагодаришь. Уже не терпится увидеть тебя в телике на весь экран, — подмигнул Джисон и с улыбкой потянулся теперь за трепетным поцелуем, без всякого лишнего, лишь стараясь изо всех сил передать свою любовь. Да, всего лишь за пару месяцев они стали настолько ближе друг к другу, что самим все еще даже не верилось в происходящее. Джисон доверился, а Минхо сдержал обещание. Месяцы проделанной совместной работы. Работы, в первую очередь, над собой, а потом и над здоровыми и искренними отношениями. У них все получилось и сейчас они имели то, о чем могли когда-то лишь мечтать. Минхо нежно и осторожно сминал искусанные и мягкие губы младшего, поглаживая талию и медленно приближаясь к стене, к которой через секунду оказался прижат Джисон. Хан несдержанно улыбнулся в поцелуй, открывая глаза и встречаясь с нежным кошачьим взглядом. Ли нехотя оторвался, сталкиваясь лбами с младшим. — Я люблю тебя, Джисон, — честно выдохнул тот с бесконечной любовью. И Минхо готов был повторять эти слова вне зависимости от ответа. — Я…Я тоже, — смущенно улыбнулся Джисон, невольно заливаясь легким румянцем. — Тоже любишь себя? — мягко рассмеялся Минхо. — Само собой, но, так уж и быть, на тебя свою любовь тоже потрачу, — ответил в своей манере Джисон, снова вызывая смех. Это было так ново для него. Словно происходило вовсе не наяву. Слова, которые он научился произносить рядом с Минхо, были новыми и непривычными, но казались такими правильными. Было трудно поверить, что вечно грубый и эгоистичный Хан прямо сейчас смущался как подросток, признаваясь в любви. Он забавно краснел и стеснялся с того самого дня, как Минхо стал на шаг ближе к нему. Никто не знал, что в глубине души он окажется таким. Робким, застенчивым, пугливым и совсем крошечным. Ли было очень трудно вывести эти черты наружу, которые вечно выливались в злость и апатию, но спустя время Джисон смог открыться. Минхо в умилении улыбнулся, сдувая тому мешающую прядь челки. — Кстати, — непринужденно начал старший. Джисон вопросительно захлопал глазами. — А что у тебя в руке? Взгляд опустился на руки, в одной из которых до сих пор была свернута в трубочку какая-то бумага. — А, ты об этом, — немного нервно произнес Хан, мысленно ударяя себя по лбу. Он спрятал руки за спину, отводя взгляд. — Да так, мусор. Как раз шел выкинуть. — Дай посмотреть, — Минхо потянулся за бумагой, а Джисон тут же сжал ее сильнее, упрямо пряча за спиной. — Нет! — Ну один разок! — смеялся Ли, пытаясь отобрать вещь. Немного упорства и упрямства и большая свернутая бумага была в руках Минхо, пока Джисон горел красным то ли от злости, то ли вновь от смущения. Ли развернул бумагу, тут же застывая и приоткрывая рот в немом слове. — Афигеть, — наконец сказал он, разглядывая плакат, на котором была их команда с Минхо на переднем плане и ободряющие надписи. — Ты не подумай! Мне просто нужно было чем-то прикрываться, чтоб не вскружить тебе сразу голову своим присутствием, — закатил глаза Джисон, нервно отводя взгляд и дуя щеки. Минхо снова по-доброму засмеялся, скручивая плакат обратно. — Расслабься, Джисон-и, — с безудержной улыбкой утешал он и добавил: — Это мило. — Заткнись, умоляю, — взвыл Хан, прикрывая лицо рукой. Ладно, хоть что-то в нем было неизменно, когда он смущался. — Я серьезно! — все смеялся Минхо, тыкая пальцем тому в живот и получая дозу тихих угроз. — Можно я заберу это? — Что? Зачем тебе это? — На стену повешу, — Минхо состроил щенячьи глазки. — Ты же сделаешь еще на следующий матч, да? — Умоляю, просто захлопнись! — Хан отвернулся и прикрыл глаза с обреченным стоном. Ли снова мягко хихикнул, поражаясь, как милые грубости Джисона так резко стали его любимым зрелищем. — Представляю, что подумали бы обо мне «Вороны», завидев с такой бумажкой в руках, — внезапно усмехнулся Хан с какой-то наплывшей тоской, снова кидая взгляд на сжатый в руках Ли плакат. При упоминании своей бывшей команды его глаза заметно потускнели, а тон притупился. Минхо с сочувствием посмотрел на Хана, размыто представляя, что он чувствует. — Джисон, ты ведь хочешь играть, — констатировал факт Минхо, ловя на себе растерянный взгляд. — Не отрицай этого, я вижу по глазам, что это так, уже не в первый раз. Джисон молча посмотрел на него, вздохнув и отвернувшись. — Какая разница? Я уже не могу вернуться. — Кто сказал, что не можешь? — нахмурился Ли. — Ты можешь сделать это в любой момент. — Они меня не примут обратно, — с сожалением прохрипел Джисон, вспоминая свое время в «Воронах». Да, сейчас, когда он мог более ясно мыслить без былого равнодушия ко всему и всем, он понимал, насколько ужасно относился к ребятам и чем заслужил такое отношение к себе. Он понял это, когда добровольно ушел. И насколько же глупо было бы возвращаться сейчас и доказывать, что он изменился? И то, конечно, не правда. Невозможно избавиться от всех червей в голове всего за пару месяцев. Джисону предстояла еще долгая и кропотливая работа над собой. Но теперь он был уверен, что справится с ней. Потому что он был не один. С ним рядом находился Минхо, который помогал ему во всем и отдавал всю свою любовь и заботу. — Джисон, они примут тебя. Да, может, не сразу. Но рано или поздно они увидят, что ты изменился, слышишь? — Ли сжал его плечи, с обнадеживающей твердостью смотря в карие глаза. — Тебе нужно доказать им, что твое место там. В команде «Воронов». Хан смотрел на него уже со стеклянными глазами, грустно усмехаясь и опуская глаза. — Ты правда думаешь, что я могу попытаться? — тот теребил рукава, сдерживая скопление влаги в глазах и с надеждой произнося: — Не сейчас, но когда…наберусь побольше смелости? — Конечно, — ответил Ли, заключая того в кроткие объятья. — Если Хван снова будет донимать тебя — просто не обращай внимания на него, он того совсем не стоит. Джисон слабо улыбнулся, мысленно в который раз благодаря судьбу, что все сейчас сложилось так хорошо и за то, что он вот так мог спокойно обнимать любимого и теперь незаменимого человека. — Минхо, какого хрена все должны ждать тебя?! — злой голос тренера прозвучал как гром среди ясного неба, разрушая всю душевную и комфортную атмосферу. Парни испуганно отпрыгнули друг от друга, будто их спалили за чем-то непристойным, и сделали максимально непринужденный вид, будто вовсе не они обжимались тут секунду назад. Минхо закатил глаза с раздраженным вздохом. — Так не ждите. Едьте без меня, — сказал он, окинув взглядом мужчину, который с подозрением переводил взгляд то на одного, то на другого, уже в который раз видя бывшего ворона рядом с Минхо и складывая пазл в голове. — Ты слишком окрылился любовью. Будешь отлынивать — запрещу ему появляться в нашем зале, понял? — пригрозил Дэхен, кинув взгляд на растерявшегося Джисона. — А ты. Следи за ним лучше и вбей в голову этому балбесу, чтобы он нормально следил за здоровьем, понял? Теперь растерянными стояли оба парня. Словно два истукана, они молча хлопали глазами и неотрывно смотрели на тренера, чувствуя при этом будто их отчитывает мама. — Ладно я это… Пойду в общем, — полноватый мужчина после своего выговора сам смутился, неловко почесав затылок с лысиной и бросив напоследок перед уходом: — Минхо, наберешь меня, как доберешься домой, мы уехали. — Ага… — находясь в шоке, произнес губами Ли и перевел взгляд на Хана, который вместе с ним тут же начал смеяться.