Молодость всë простит

      На улице уже давно не так тепло. Солнечных дней всë меньше, а числа на календаре меняются ещë быстрее. Детей перестают отпускать гулять на улице допоздна, ведь ночь уже не такая короткая. К девяти детская площадка совсем пустеет, один только тёмный силуэт беззвучно покачивается на совсем старых качелях.       — Антон, какого чёрта ты тут сидишь? Ты время видел? Нормальные люди сидят дома и готовятся ко сну.       От резкого звука силуэт вздрогнул. Раздался скрип старых качелей, который нарушил тишину летнего вечера. Нужно было идти домой, иначе мама снова будет волноваться. Но желания возращаться не было, ведь только переступив порог квартиры, мальчик почувствует себя запертым в клетке.       — Знаю. Я не хочу возвращаться туда.       На улице хорошо. Лёгкий прохладный ветер и тёплый воздух создают ощущение спокойствия. Только за пределами квартиры мальчик может вздохнуть полной грудью. Здесь ты никому не нужен, тебя никто не трогает и не комментирует твой вид. Максимум это вскользь брошенные взгляды, в которых можно увидеть много чего: сочувствие, непонимание, жалость.       — Антон..       Вот опять этот сочувствующий взгляд. Зачем только он смотрел в глаза. У мальчика всë хорошо, в любом случае, он искренне в это верит, поэтому, бросив короткое «Пока», бежит к изрисованному подъезду. Уже через пару минут, худой силуэт застывает перед облезлой дверью, не решаясь зайти. Руки немного подрагивают, а в голову пробираются надоедливые мысли.       «Он дома? Да? Я не видел его в беседке. Может ещë нет? А если да, то в каком он состоянии? Может стоит ещë подождать».       Убеждая себя в том, что всë хорошо, мальчик протягивает руку с ключами к замочной скважине. Пальцы слегка трясутся от нервов и недостатка энергии. Щелчок и дверь открыта. В тамбуре чем-то вкусно пахнет из соседней квартире. Мальчик принюхивается, а живот жалобно урчит от голода. Он снова не ел целый день.       Быстро стянув уже изношенные кеды, он заходит внутрь квартиры. В глаза сразу бросается выключенный везде свет, кроме кухни.       «Значи ещë нет или спит», - проносится в голове.       Сделав пару шагов, мальчик оказывается на небольшой кухне. Ремонта здесь не было с самого заселения. Деревянный раздвижной стол, который есть в каждой квартире, сразу же привлекает внимание. На нëм стоит небольшая тарелка с конфетами.       — Привет.       Слева раздаëтся родной голос. Мама стоит у плиты и готовит овощи, потому что только они могут пахнуть настолько ужасно. Рассмотрев сковороду, мальчик оказывается прав. Спаржа и цветная капуста уже потемнели и были готовы. Они даже выглядят не вкусно, что уж говорить о том, чтобы попробовать их.       — Привет. Он спит?       С лица матери пропадает улыбка. Мальчику даже ответ не нужен, чтобы понять, где находится отец. Зря спрашивал, только настроение испортил. Становится паршиво, злость на отца начинает расти с огромной скоростью. Но и сделать он ничего не может.       — Гуляет. За добавкой час назад ушëл.       Многие подростки живут с пьющими. Мальчику повезло больше, у него только отец алкоголик. От этого почему-то не становится проще.       Взгляд снова цепляется за разноцветные обëртки, а живот тянет только от осознания того, насколько они могут быть вкусными. Во рту скапливается слюна, а глупые мысли снова заполняют голову.       «Можно ли? А сколько там калорий? Я ведь только одну. Я же могу поесть, и так весь день держался. Это же обыкновенная потребность организма, да? А если потом ещë захочется?»       Отгоняя от себя все ненужные мысли, мальчик уже тянется к тарелке, но в последний момент отдëргивает себя.       — Можно взять?       Женщина убирает сковороду с плиты, прежде чем посмотреть на сына. На лице появляется усталая улыбка. Кивая в ответ на просьбу, женщина разворачивается и продолжает заниматься своими делами.       «Спасибо» - раздаëтся прежде, чем мальчик, схватив конфету, уходит в свою комнату, плотно закрывая дверь. Ноги болят от усталости, а в теле определëнно нет сил для чего-либо. Очередное обострение его недоболезни. Он снова не может нормально поесть, снова проводит полдня на улице, только чтобы не сорваться, а сигареты уходят ещë быстрее. Появляется тревожность и бессоница. Огромный поток бесконечных мыслей преследует его каждый день. Желание что-либо делать исчезает, как и желание продолжать существовать. Мальчик падает на кровать и тупо пялится в потолок в поисках ответов на свои вопросы.       Хлопок дверью прерывает его занятие, а злость вперемешку со страхом появляются в теле. Тишина квартиры рушится от начинающейся ссоры. Спокойный голос мамы, срывается на крик в сторону отца. Он снова пил, а судя по раздающимся матам, выпил много. Ссора продолжается на протяжении десяти минут. Всë это время мальчик тихо сидит на кровати и ждëт пока крики стихнут. Только когда в квартире снова наступает тишина, мальчик разрешает себе уткнуться в телефон.       Он давно перестал рассказывать кому-либо о своих проблемах. Ведь это лишь мелочи. Многие так живут и не ноют. Да и ему эта жалость ни к чему. Он верит в светлое будущее и мечтает о том, чтобы поскорее съехать с этой квартиры. Друзей у него нет, остался единственный друг, за которого мальчик цепляется всеми конечностями. Совсем недавно он понял, что у него высокая вероятность наличия расстройства пищевого поведения. Но его это тоже не сильно волнует, такое уже было раньше, что он ограничивал себя в еде. И ведь ничего не случилось, это всего лишь лёгкие приступы, длящиеся не больше месяца. Проблемы со сном мальчик скидывает на то, что сейчас лето и нет причин спать ночью. Ночью ему нравится больше. Повсюду тишина и спокойствие, нарушаемая только звуками проезжающих машин. Ночью он может дать волю негативным эмоциями, что сдерживает при свете дня. Только в это время, ему не страшного, что кто-то может увидеть его, свернувшегося на кровати и тихо плачущего. В особо тяжёлые дни, когда отрицательных эмоций слишком много, а выйти покурить нельзя, мальчик достаëт лезвие из чехла телефона. Только так получается успокоиться. Нанесение себе вреда не так давно пришло в его жизнь. Сначала это была лишь разодранная ногтями кожа на руках, потом лёгкие царапины какими-нибудь острыми предметами, а потом он нашëл старое лезвие в полке. Мальчик не так часто прибегает к такому способу решения проблем, да и в основном пары царапин хватает для того, чтобы стало легче.       Но у него всë нормально и под контролем. Многие так живут, он не единственный.

***

      — Антон, давай быстрее. Почему я всë время должен тебя ждать?       Голос в телефоне звучит совсем не по-доброму. Это и не удивительно. Только пару раз за всë общение с Димой, Антон смог выйти нормально. Всë время появлялись какие-то дела, о которых мальчик благополучно вспоминал в самый последний момент. В этот раз тоже самое. Мусор, о котором мама напоминала весь вечер и утро, стоял на кухне под раковиной. Только завязав шнурки и закрывая двери, Антон вспомнил о просьбе. Не снимая обувь, мальчик забежал на кухню, схватил пакет и как можно быстрее выбросил его в мусоропровод. В этот момент раздался звонок телефона и злой голос друга в очередной раз пригрозил, что это последний раз, когда он ждëт его.       — Я уже выбегаю.       И ведь на самом деле выбегал. Проверив несколько раз закрытую дверь, Антон начал перепрыгивать ступеньки лестницы, чтобы не получить давно обещанный подзатыльник.       На улице было солнечно, несмотря на достаточно низкую для августа температуру. Не привыкший к такому яркому свету, Антон зажмурился, но уже через секунду на его лице появилась глупая улыбка. Дима стоял напротив, нахмурив брови и скрестив руки на груди.       — Что лыбишься, придурок? Пошли уже.       Улыбка на лице стала ещë шире. Никакого стыда или вины Антон не чувствовал за очередное опоздание. Он знал, что Дима сердится лишь для вида. Так оно и оказалось, ведь и на его лице появилась такая же глупая улыбка. Однако, показывая свою глубочайшую обиду, друг развернулся и пошëл в сторону остановки. Мальчик поспешил за ним, доставая из кармана совсем новую пачку сигарет. Почти сразу же эту пачку бесцеремонно вырвали из его рук.       — Фу. Дима, курить это плохо. Ты же будущий врач, должен знать.       — Даже не напоминай. Иначе в следующий раз учебник химии полетил в тебя, а не в стену.       Антон мгновенно замолк, поджëг сигарету и задумался. Иногда ему жаль было друга. Почти всë лето он просидел за учебниками, решая пробники ОГЭ и запоминая новые термины. Мальчик даже представлять не хотел, что творится в его голове. Не то чтобы Антон глупый, ему хватает мозгов на трëрдую четвëрку по химии и халявную пятëрку по биологии, но все его знания, по сравнению с Димой, ничтожны. Он однажды решил посмотреть, чем именно его лучший друг занимается каждый день. Лучше бы не смотрел. Вот правда, такого унижения Антон ещë не испытывал. А после вопроса, реально ли Дима решил это, и получив ответ, что это самый простой пример, вообще потерял веру в свои знания. С того дня, мальчик старается не думать о том, как тяжело приходится его другу.       — Ты вообще отрываешься от своих книг? Так и до выгорания недолго.       — Мне нравится, тем более я мечтаю с седьмого класса свалить из этого отстойного места. Остался последний год, поэтому я потрачу все силы, чтобы поступить в колледж и больше не видеть никого из нашей школы. Кроме тебя конечно же.       Да уж.. их школа и правда была ужасной. Мерзкие учителя, ненавидящие свою работу и ещë более противные дети, каждый второй из неблагополучной семьи, определëнно не украшали это место. Само здание уже разваливалось, казалось, что ремонт здесь не проводился с самой постройки. Хотя каждый год директор собирал деньги то на новые окна, то на покраску стен. Прошло уже восемь лет, с момента как Антон пошëл в школу, ничего не изменилось. Он и сам хотел бы свалить от сюда, вот только куда именно идти мальчик не знал. Это последний год, когда у него есть возможность определиться, следующий придëтся потратить на подготовку.       — А ты что решил? Не хочешь в тот колледже? У тебя же всë хорошо с математикой и физикой.       — Не знаю. Мне вроде и нравятся эти предметы. Но я не уверен, что смогу поступить. Да и ты прекрасно знаешь эту злобную мымру в очках. Она же вообще знаний не даëт, остаëтся надеяться только на самоподготовку.       Учительница математики это ещë одна огромная проблема в жизни Антона. Только летом он мог жить спокойно, ведь в учебное время, мымра в очка считала своим долгом докапаться до мальчика без какой-либо причины. Половину урока она сидела в телефоне, а оставшуюся половину жаловалась на жизнь и кричала на класс по неизвестной причине. И так уже три года. К концу седьмого класса Антон лишь надеялся на то, что первого сентября больше не увидет еë, потому что ещë один год он не выдержит. Прогулов было не мало, а тут станет ещë больше. Мама будет злиться. А она и так слишком понимающая.       За бессмысленными разговорами о будущем парни дошли до книжного магазина. Антон тут редко бывал, в основном только в конце августа или среди четверти, когда нужно покупать дополнительные тетради. Зато Дима частый покупатель, каждый раз он находит здесь новую книгу или методичку для углубленного изучения предмета.       — Ты со мной?       — Нет. Меня тошнит от этого места.       Издевательски хмыкнув в ответ, Дима зашëл внутрь, а Антон достал очередную сигарету вместе с зажигалкой. Наконец он может спокойно покурить, не опасаясь, что отец или кто-то из знакомых заметит. Мальчик предпочитал скрывать свою вредную привычку. Вдруг ещë в школе узнают об этом, тогда можно будет забыть все мечты о поступлении в колледж.       Табачный дым заполняет лёгкие, в голове пустеет, а руки немного трясутся. Как же долго он этого хотел, тревожность уходит на второй план, становится легко на душе.       — Извините, у вас не будет зажигалки?       Незнакомый мужской голос отрезвляет мальчика и возвращает его в реальность. Повернувшись в сторону звука, он видит высокого мужчину в растянутой футболке и узких джинсах чёрного цвета. Его волосы уложены на правую сторону, голубые глаза внимательно разглядывают подростка, а губы смыкаются в тонкую линию. На лбу появляются едва заметные морщины от негодования.       Антон застывает на месте, не в силах выдавить из себя хоть слово. С ним ещë никогда не разговаривали незнакомые люди. Он не умеет реагировать в таких ситуациях, поэтому продолжает стоять и разглядывать незнакомца.       — Мальчик, сколько тебе лет? Не рановато ли для курения?       Антон в ответ глупо пялится, даже не зная что сказать. Мужчина недовольно качает головой, разворачивается и, бросив в след «Бросай это дело», уходит. В голове мальчика творится хаус, он старательно пытается понять, что произошло. Антон на столько сильно уходит в себя, что не замечает, как Дима выходит из магазина.       — Эй, ты чего? Социализироваться пытался? Вижу получилось не очень. Да не парься ты так. На тебе лица нет.       Мальчик и правда выглядит не очень. Кожа побледнела, зрачки расширены, а пальцы трясутся от пережитого стресса. Он не готов был к общению. Ему и так тяжело даются разговоры с людьми, а тут вообще какой-то взрослый мужчина. Вот надо было ему просить зажигалку. Своей что-ли не нашлось?       — Он попросил зажигалку, а потом так осуждающе посмотрел, когда понял, что перед ним стоит подросток.       — Ну, со спины он мог принять тебя за совершеннолетнего. Ты ж высокий в свои пятнадцать. Да не загоняйся ты так, всë равно больше не встретитесь.       — Ага. Пошли домой.       Опустив голову вниз, Антон снова закрылся в себе. Вопросов появлялось всë больше и больше, а вот ответов было слишком мало. До дома ребята дошли в тишине, попрощались и каждый пошëл к своему подъезду. Антон чувствовал себя плохо и устало, поэтому сразу же лёг на кровать. Ещë где-то час он смотрел в потолок пустыми глазами, пока не провалился в сон. Нужно как можно скорее забыть произошедшую ситуацию. Тем более, Дима прав, они больше никогда не встретятся, значит и переживать не о чем.

***

      — Ну что, готов грызть гранит науки?       Дима по-дружески хлопает мальчика по плечу и смеëтся на всю улицу. Первое сентября уже завтра, а значит впереди ждут девять месяцев безвылазной учёбы и постоянного стресса. Для Антона школа была сущим адом. Ему часто говорили, что потом он будет считать проведëнное здесь время самым лучшим. Как бы ни так. Именно это место пошатнуло его психологическое состояние.       — Не сыпь соль на рану. Я уже чувствую страх от того, что мне придëтся видеть раздражающие лица одноклассников.       — Всë будет хорошо. Да и не вижу радости на твоëм лице. Математичка уволилась. Ты ж так мечтал об этом.       На лице Антона вмиг расцвела улыбка. Он готов был прыгать от счастья ещë со вчерашнего дня. Вчера было родительское собрание, там-то мама и узнала о такой замечательной новости. У мальчика будет новый учитель математики. Мымра в очках, как женщина сказала, отказалась от их класса. Она уже давно говорила об этом и наконец свершилось чудо.       — Ты даже не представляешь как я рад. Хочу уже поскорее увидеть его. Мама сказала, что он заходил во время собрания. Сказала, что он высокий и красивый.       — Повезло, нечего сказать. У меня всë по-старому.       —Не парься. И на твоей улице будет праздник.       Снисходительно улыбнувшись, Дима ушёл вперëд. Парни ещë долго гуляли по улицам, обсуждая предстоящий учебный год, экзамены Димы и строили теории насчëт нового математика. Настроение поднялось, а страх ушëл на второй план.       Домой Антон вернулся ближе к девяти. Улыбка тут же исчезла с лица мальчика при виде отца, сидящего на кухне. На столе, рядом с ним, стояла бутылка водки и рюмка. Мама стояла не далеко и общалась по телефону. Быстро поздоровавшись с родителями, Антон пошëл в свою комнату и плотно закрыл двери. Вот и суровая реальность. Подумав об этом, мальчик кинул рюкзак в угол комнаты и улëгся на кровать, залипая в соцсетях. Только где-то через полтора часа он заставил себя подняться, чтобы хоть как-то подготовиться к наступающему учебному году. В рюкзак аккуратно были сложены несколько тетрадей, пенал с новой канцелярией, половины которой не будет уже к концу второй четверти, совершенно пустой дневник, зарядка и разные мелочи. Поглаженная рубашка уже висела в шкафу, а постиранные чёрные джинсы лежали в полке.       — Вот и пришёл конец беззаботным денькам. Пойти поесть что-ли. Я же могу, да? Тем более родители легли спать, значит меня никто не увидет.       Прислушавшись к тишине квартиры и убедившись, что все спят, Антон, стараясь не издавать лишних звуков, пошëл на кухню. Вокруг была полная темнота, она немного пугала, но мальчик ведь смелый. Он не верит во всяких приведений или монстров. Однако как бы Антон не убеждал себя в бесстрашии, с включенным светом было намного комфортнее.       Недоболезнь Антона в последнее время значительно притупилась, поэтому он мог спокойно поесть без мешающих мыслей. Хотя иногда он и задумывался о калорийности продуктов, которые он ест. В этот раз было спокойнее, мальчик по-быстрому сделал себе бутерброд и ушëл обратно в комнату.       Спать не хотелось совершенно, на часах было уже три часа ночи. Решив, что поспать нужно хотя бы оставшиеся три часа, Антон выбрал самую скучную книгу. Он всегда так делает, когда нужно ложиться по-раньше. В очередной раз, его надежды оправдались и уже через десять минут глаза начали слипаться. Положив книгу на стол, мальчик по-удобнее улëгся в кровати и провалился в сон.       Вставать не хотелось от слова совсем. Глаза постоянно слипались, а тело отказывалось просыпаться. Да уж, спать меньше трëх часов не самая умная идея. Приложив максимум усилий Антон смог сесть, свесив ноги с кровати. Первым делом он потянулся к телефону на зарядке. Яркий свет экрана неприятно ударил по глазам, отчего мальчик зажмурился. Часы показывали почти шесть утра. Холодный воздух гулял по комнате и вызывал мурашки в теле. В квартире царила тишина. Родители должны будут встать только через час, а значит у Антона есть время полностью проснуться и избавиться от раздражения.       Во рту было сухо, поэтому было решено выпить чего-нибудь. Стакан воды прибавил сил, а сонливость постепенно начала уходить. Устало передвигая ноги, мальчик пошëл в ванну. Чтобы окончательно проснуться, Антон умылся холодной водой. Вот теперь точно всë, осталось только одеться и он будет полностью готов к выходу.       Просидев оставшееся время в телефоне, мальчик и не заметил, как на часах было уже семь утра. Осознав, что Дима будет звонить с минуты на минуту, он подскочил с кровати и, схватив рюкзак, побежал к выходу.       — Доброе утро.       Развернувшись, он увидел стоящую в ванне маму, которая только недавно проснулась. Также пожелав доброго утра, Антон вышел в тамбур и начал искать свою обувь. Не прошло и минуты, как телефон начал вибрировать. Разочарованно выдохнув мальчик принял вызов и включил громкую связь.       — Да выхожу я уже. Не злись.       — Я и не собирался. Забыл сказать, что сегодня по отдельности идëм. Мне нужно раньше.       — Сочувствую.       На этом звонок закончился и Антон стал более спокойно собираться. До школы минут тридцать добираться, а значит времени достаточно, чтобы не опоздать хотя бы в первый день. Выйдя на улицу, мальчик достал сигарету. Пожелав самому себе удачи, Антон вставил наушники в уши и, вдыхая табачный дым, отправился в сторону остановки. Автобус пришëл быстро, свободных мест было много, настроение улучшилось и казалось, что день пройдëт не так плохо.       По дороге в школу, Антон видел много детей с цветами в руках. На их лицах светились улыбки от предвкушения. Эти маленькие создания ещë не знают, что их ждëт. Мальчик тоже когда-то давно был на их месте. Он всегда очень хотел пойти в школу, завести много новых друзей, может даже найти первую любовь. Но как-то у него не сложилось. Хотя вначале всë было неплохо. У него всегда были друзья, а учëба шла просто отлично и с интересом. Но дети жестоки, они ранят чувства людей, не задумываясь об этом. В шестом классе Антона сломали. С тех пор, всë пошло по наклонной. Интерес к учëбе, людям и даже жизни становился меньше с каждым годом. У него остался только Дима, но и он погряз в учëбе из-за предстоящих экзаменов. Антон верит в лучшее и надеется, что скоро всë наладится. Однако он не знает, что это только начало.       Во дворе школы толпятся родители вместе с детьми. Из колонок раздаëтся радостная мелодия, а повсюду висят разноцветные шары. Антону вмиг становится некомфортно. Тревога и страх подкрадываются незаметно. Но постаравшись собраться, мальчик шагает к своему классу. Зайдя внутрь, он здоровается с одноклассниками, с которыми иногда общается, и садится на своë место. Соседа по парте ещë нет, Серëжа всегда приходит только к самому началу. С этим парнем Антон сидит уже три года и не хочет что-то менять. С ним мальчику комфортно. Они не то чтобы друзья, но хорошими одноклассниками их можно назвать. За годы учëбы вместе у них сформировались особые отношения, основанные на взаимной помощи. Антону никогда не нравились устные предметы, он всегда следовал давнему школьному правилу: «Если устно, значит не задали». А вот Серëжа подходил к этому более ответственно, поэтому зачастую помогал на самостоятельных. В ответ на помощь, Антон помогал ему с математикой, физикой и химией. Над русским страдали оба.       — Привет.       Знакомый голос раздаëтся с правой стороны. Серëжа наконец пришëл, а значит скоро должен начаться первый урок. Начало учебного года выпало на пятницу, впереди ещë два дня выходных и только потом начнуться серьëзные уроки. Сегодняшний день можно даже не считать за рабочий. Учителя лишь расскажут о том, что будет впереди и какие дополнительные тетради нужно купить. Самым интересным должен быть урок математики. Все уже хотят увидеть нового преподавателя. Антон тоже в предвкушении, судя по рассказам матери, он должен быть человеком, знающим своë дело. Как же мальчик на это надеется.       — Математика последним уроком. Всего сегодня шесть. Сегодня лёгкие, надеюсь так и останется.        — Есть расписание на следующую неделю?        — Не. Будут скидывать на выходных в родительский чат.       Антон хотел было уже что-то ответить, но прозвенел звонок и одноклассники начали рассаживаться по своим местам. В класс вошла невысокая женщина в очках. Классная руководительница Татьяна Олеговна. На еë глазах были зелёный тени, а сама она была в каком-то платье. Время идёт, а она не меняется. Забавно.       — Здравствуйте. Поздравляю всех с началом учебного года. Надеюсь все хорошенько отдохнули летом и готовы упорно учиться.       Учительница продолжает что-то говорить, а Антон задумавшись, пропускает еë слова мимо ушей. Мальчик думает о том, что первую четверть будет стараться над оценками, приходить на все уроки, даже физкультуру пропускать не будет. И конечно же это не правда, уже через месяц рвение начнëт угасать, а в журнале будут появляться энки*. Весь урок физкультуры он будет сидеть в раздевалке, потому что "случайно" забудет форму. Каждый год одно и то же. Ничего не меняется.       Уроки проходят быстро. На каждом из них учителя поздравляют с началом учебного года и желают хорошей учëбы. Только ближе к концу пятого урока, Антон начинает чувствовать волнение от предвкушения встречи с новым учителем. У Димы все учителя знакомые, поэтому он пишет мальчику каждую перемену о том, как сильно хочет увидеть математика. За весь день они не пересекаются в школе, потому что Антон предпочитает сидеть в классе. В столовую он не ходит – мама ещë в прошлом году отказалась от питания по просьбе мальчика. Он терпеть не может еду в столовой. Проще не есть, чем давиться мерзкими котлетами и чересчур сладким чаем. Даже несмотря на Димины слова о том, что не всë так плохо, Антон не поменяет своë мнение. В буфет он тоже не ходит, потому что разговаривать с людьми страшно. А если он не то скажет? Как на него посмотрят? А если упадëт у всех на виду? Нет уж, такого мальчик не допустит. Поэтому и сидит все перемены в классе. Только перед шестым уроком, никто не выходит из кабинета. Все хотят скорее увидеть замену старой мымры. Кажется, что пятнадцать минут длятся бесконечно долго. Только со звонком дверь в класс открывается и внутрь заходит высокий мужчина в строгом деловом костюме. Он идëт к учительском столу и внимательно рассматривает новых учеников. Улыбка, светящаяся на губах Антона пару секунд назад, вмиг исчезает. Вот такой подставы от жизни он точно не ожидал. Новый учитель оказался тем самым мужчиной, который просил у мальчика зажигалку месяц назад.       — Здравствуйте, дети. Меня зовут Арсений Сергеевич и с этого момента я ваш новый учитель математике. На своëм уроке я требую дисциплины и ответственного подхода к предмету. Постараюсь скорее запомнить каждого из вас. Надеюсь мы с вами поладим.       Поладим.. ага, как же. Антон готов был биться головой об парту. Ну это же бред какой-то. Он так верил в то, что его учебная жизнь наладиться. Может этот Арсений Сергеевич не помнит его? Радостная догадка сразу же исчезла, стоило взглянуть на мужчину один раз. Он смотрел на мальчика совсем не по-доброму. Значит узнал. Антон очень хотел расплакаться от обиды, но вместо этого упорно делал вид, что никогда не видел кого-то похожего на нового преподавателя. Весь урок он не отрывал глаза от парты. До этого, ему казалось, что уроки не могут идти так долго. Видимо могут. Как только прозвенел звонок и Арсений Сергеевич вышел из класса, Антон наконец почувствовал облегчение. И жить сразу приятней стало.       — Дëрганый ты какой-то, Антох. Вроде нормальный мужик этот Сергеевич.       Обречëнно угукнув в ответ Серëже, Антон стал медленно собирать вещи. Впереди ещë час ожидания Димы, прежде чем он сможет уйти домой и откровенно так обматерить судьбу за такие шутки.        Весь седьмой урок мальчик провëл в классе, в очередной раз залипая на мемах. Только ближе к концу, он закинул рюкзак на плечо и, подняв свой стул, пошëл к выходу. Выйдя на крыльцо школы, Антон услышал звонок и через пять минут школьники начали выходить, активно обсуждая прошедший день. Многие разговоры были о новом математике. О том, какой он красавчик, какие у него шикарные глаза и конечно же о возрасте. Стоило Антону подумать о том, сколько может быть лет преподавателю, как рядом с ним раздался знакомый мужской голос. Как там говорится, вспомни говно, вот и оно? Определëнно правда. Антон подтверждает.       — Ну и как же зовут малолетнего курильщика?       — Антон. Извините, я больше не буду курить. Не рассказывайте никому о случившемся, пожалуйста.        — Конечно не будешь. Вряд ли ты хочешь оказаться на учëте. Будем считать, что на первый раз я прощу, но даже не думай, что я забуду об этом, Антон.       — Спасибо большое.       Мальчик облегчëнно выдохнул. Ну, может всë и не так уж плохо. Надежда на хороший учебный год снова начала появлятся. Курить он конечно вряд ли бросит, но за пределами двора, мальчик точно перестанет злоупотреблять никотином. Желание попасться ещë раз у него совершенно нет. Да и отношения портить не хочется.       — Это ваш новый препод? Выглядит знакомо. Да и вижу вы с ним уже поладили.        — Ага, если бы. Не поверишь, но это тот самый мужик, который просил у меня зажигалку.        — Пиздец. Ты конкретно попал.        Так-то лучше и не передать всю суть ситуации. Антон и правда попал. Вряд ли Арсений Сергеевич просто забудет о случившемся, но мальчик верит в то, что он хороший и ничего не сделает.       По пути домой друзья обсудили всë случившееся за день. Обсудили то, насколько печальная ситуация Антона и можно ли что-нибудь сделать. Пришли они к тому, что мальчику придëтся хорошенько постараться преуспеть в математике и забыть о прогулах. Попрощавшись с Димой, Антон ещë час стоял у подъезда, в очередной раз прокручивая ситуацию у себя в голове. Только докурив вторую сигарету, он обречëнно выдохнул и пошëл домой.       Так и началась его школьная история с Арсением Сергеевичем.