Чёрная луна

      Яэ встретила их недалеко от лагеря, развёрнутого Сёгунатом, когда вся честная компания собралась плыть к острову Наруками. Обе женщины лишь улыбнулись друг другу, привествуя. И, пока шли к лодке, жрица успела доложить о том, что все прибыли на Инадзуму в целости и сохранности. Не считая простуды Колеи, которой уже занимались врачи.       В столицу они прибыли лишь поздним вечером. Тогда, когда большинство магазинов и кафе были закрыты и давно пустовали, а многие фонари уже давно затухли.       Но это было даже к лучшему. Никто не мог испугаться проходящей мимо Райдэн. Не оглядывался вслед Яэ Мико. И не был насторожен из-за нескольких чужестранцев, идущих с главными лицами Инадзумы в ногу.       Когда они наконец дошли до пункта назначения, первым же делом, Эи повела всю компанию в крыло, где находился врач. Один старец и девушка на его попечении приглядывали за спокойным сном Колеи вместе с Кавехом, периодически дремавшим сидя возле футона. Заметив вошедших, он сразу кинулся на шею Страннику, почти сбив того с ног. Спустя пару секунд отодвинулся. Критически осмотрел парня и только после высказался: – Я тебе ещё многое припомню, когда вернёмся.       Тёмные круги под глазами архитектора и то, как пальцы сжимали плечи, дали понять – выслушивать придётся долго. И не только от него. Скорее всего, после того, как он расскажет всё Нахиде, девочка тоже примется его отчитывать. Как и Люмин с Паймон.       – Будто герои-любовники, – фыркнула Мона. Что-то в груди неприятно кольнуло. Но что это было и почему вообще появилось – не понять. – Я просто внезапно понял, что действительно переживаю за наше чудище, – скрестив руки на груди, тем самым зеркаля позу астролога, заявил Кавех. – Мы всё-таки к нему привыкли. Как теперь жить без язвительных комментариев, если с ним что-нибудь случится? Один аль-Хайтам с такой работой не справится.

***

      Утром астролог, выйдя из небольшой комнатушки вместе с Кли, встретила только Кавеха. Архитектор, встретив их, рассказал, что вечером Странник куда-то ушёл вместе с Эи. И после этого больше его не видел. Поделился и тем, что переживает – как бы чего не случилось.       Если Кавех говорил плохо об Архонте, не зная, с кем разговаривает, да и в принципе был жителем иного региона, то ушедшего это не касалось. Не внушали доверия и рассказы об охоте на глаза бога, к также другие нелестные истории из Инадзумы. В итоге, за ушедшего становилось просто страшно.       – Всё будет хорошо, – попыталась успокоить Мона, наблюдая за тем, как Кли разглядывала жирных карпов в пруду, присев на корточки. – Я уверена, Эи не хочет нанести вреда никому из нас.       Судя по затянувшемся молчанию, Кавеху от её слов легче не стало.       Когда к ним пришла Яэ, приглашая позавтракать, вопрос о том, где ушедшие вечером, застрял где-то в глотке. Мико храма Наруками была спокойна и улыбалась также, как всегда. Но она мгновенно заметила переживания гостей.       – Вы, наверно, переживаете из-за вашего чудовища? – поинтересовалась она по пути к ближайшему кафе города. – Эи занялась его лечением. Оказалось, кровоточат лёгкие. К завтрашнему утру будет как новенький. – Лёгкие? – Кавех даже остановился. Всерьёз испугался. – Неужели из-за удара током? Люмин так сильно ударила? – Нет, – мгновенно последовал ответ. – Не совсем. Он же не дышит, – жрица пожала плечами, поворачивая к старому кафе. – Его лёгкие атрофированы. Стенки истончились и стали кровоточить. Люмин ударила несильно, но достаточно, чтобы выявить проблему тогда, когда её ещё можно решить, не прибегая к серьёзным манипуляциям.       Старичок, стоявший за стойкой, удивлённо покосился на гостей. Но, вскоре, решив, что они обсуждают новый роман, пожал плечами и поспешил накормить гостей выбранной, не глядя на меню, пищей.       – А что значит "атрофи...", – Кли запнулась, задумалась и продолжила, произнося слово по слогам: – Атрофированы. Вот. Что это значит? – Это значит то, что то, что атрофировано, ослабло настолько, что перестало функционировать. – Значит, шляпа Моны атрофирована? – теперь Кли сказала всё без запинки. – Верно, – подтвердила Яэ, прихлопнув в ладоши, хваля: – А девочка у вас смышлёная.       Мона кивнула, уходя в свои мысли. Как и Кавех, сидевший по другую сторону, рядом с Кли. Они оба не могли поверить в то, что если бы Люмин тогда ничего не сделала, вероятно, Страннику могло быть куда хуже. Но позже.       – Постойте, – вынырнув на поверхность бурного потока собственных мыслей, воскликнула Мона, повернувшись к Мико так резко, что тяжёлая заколка на волосах поднялась выше, чем обычно, пролетев по воздуху и чудом не задев пробегающего мимо ребёнка, спешащего к ближайшему алтарю. – Выходит, Эи тоже стоит провериться? – Вероятно, – кивнула служитель храма. – Но с этим мы будем разбираться после того, как решим проблему с теми двумя.

***

      На город опустилась ночь. Но Моне не спалось. Потому она, покинув спальню с мирно сопящей Кли, выглянула на террасу. Уселась на самом краю и уставилась в небо, заволоченное грозовыми тучами. Неподалёку уже гремело. Неподалёку шумели листья, кричащие в страхе из-за сильного ветра, коего не было там, где сидела астролог.       И отчего-то шум от непогоды успокаивал. Затягивал в лёгкую дремоту. Она уже даже подумала вернуться на футон и укрыться тяжёлым одеялом. Но резко услышала вскрик.       Надрывный. Сковывающий. Прогоняющий сон.       Из соседней комнаты выглянул Кавех, хмуря брови. В ужасе взглянул на девушку. Сглотнул, ничего не говоря.       Всё и так было ясно. Он тоже это услышал. И сразу понял, кому этот крик принадлежал. А также то, что помочь кричавшему он был не в силах.