Встречатся со странной городской легендой [Быстрая трансмиграция] •57-127•

Яо Е был действительно беспомощен перед лицом своего упрямого мужа. Он сильно поссорился с Ши Ли и заставил себя плакать. Ши Ли знал, что он глуп и что произнесение неправильных слов легко рассердит его жену, поэтому на протяжении всего процесса он сохранял свою скромную позицию, утверждая, что он неправ, искренне извиняясь, но отказывался кивать и двигаться. В этот момент, опасаясь гнева жены, выражение лица Ши Ли стало более осторожным. Однако он до сих пор не понимает, почему его всегда заботливая жена так упорно настаивает на переезде, не желая даже откладывать его на какое-то время. — Не сердись, ладно. — …Ты… ты мне не веришь… уууу… Яо Е посмотрел на своего мужа, который все еще не мог понять суть дела, слезы навернулись на его глаза, и его лицо было полно слез. Ши Ли обнял свою дрожащую жену, ее душевная боль умирала, и ей оставалось только снова и снова целовать уголки его бровей и глаз, ища утешения. «Хорошо, Яо Яо, мы выедем через несколько дней? В последнее время здесь очень много дел, можешь ли ты успокоиться?» Ши Ли в отчаянии сжал бледную, обиженную щеку жены и согласился на просьбу жены, но все же не хотел двигаться слишком быстро. Переезд — это всегда непростая задача. Он не хочет обижать свою жену, поэтому, если он решит переехать, он обязательно найдет подходящий дом. Но сейчас он настолько занят, что не может пока найти время для поиска дома или транспортной компании и позволить жене справиться с этими делами в одиночку, он не может не беспокоиться о напряжённом графике жены. Поэтому отложить его можно только на некоторое время позже. Находясь на руках мужа, Яо Е знала, что не сможет убедить этого упрямого мужа. Он смог лишь несколько раз ударить Ши Ли по спине, а затем глухо сказал, что устал и хочет отдохнуть. . Ши Ли был беспомощен, и ему пришлось тащить жену обратно в спальню. Яо Е лег на кровать после краткого мытья, холодно, не говоря ни слова, Ши Ли хотел сказать несколько слов в мягкой атмосфере, но Яо Е проигнорировал его. Ши Ли мог лишь жалобно съежиться у кровати, игнорируя свою любимую жену. Нет слов на ночь. Когда Яо Е проснулся утром, Ши Ли уже готовил завтрак. Когда он спустился вниз, нежные брови Яо Е все еще были холодными. Он сидел за обеденным столом и смотрел, как муж приносит ему еду. «…» Ши Ли был одет в розовый фартук и мило улыбался. Яо Е равнодушно проигнорировал его и позавтракал в одиночестве. Этот глупый дурак! Не слушайте ничего! Яо Е решил на какое-то время начать холодную войну, чтобы сделать этого парня немного более трезвым. Столкнувшись с равнодушием жены, узкие и узкие глаза Ши Ли на какое-то время потускнели, а затем вернулись к своему нежному и водянистому виду. Он с радостью наблюдал, как его жена завтракает, выглядя немного глупо, если за ним шел собачий хвост, то он уже давно стал призраком. На самом деле, в конечном итоге, причина переезда в том, что Ши Ли не верит ни в привидения, ни в богов, иначе время всегда можно выжать, и жить в доме под своим именем. Ши Ли просто не хочет так легкомысленно менять любовное гнездышко своей жены. Этот дом, который несет в себе сладость брака его и его жены, очень особенный для него. Его настоящая цель — дождаться, пока жена успокоится, прежде чем говорить, возможно, жена передумает. Он лично спроектировал эту виллу для своей жены. За последние два месяца у него осталось много хороших воспоминаний. Он действительно не хотел легко уходить. Но Яо Е не хотел идти на компромисс. Теперь он был очень спокоен. В эти дни он мог сохранять спокойствие перед лицом младенца-призрака, но чуть не потерял сознание, столкнувшись лицом к лицу со своим мужем. Разве ты не можешь просто переехать? Яо Е действительно не может понять, почему его муж такой упрямый! Диди—— В тихом холле виллы зазвонил сотовый телефон. Яо Е красиво взглянул и остановил палочки для еды. Ши Ли криво взглянул на жену, но не осмелился поднять трубку. — Ответь, я не разрешил тебе подойти к телефону. Яо Е сказал со странным видом. Услышав это, Ши Ли почувствовал облегчение, милостиво улыбнулся и ответил на звонок. Яо Е, иронически говорящий, сказал: «…» Он действительно это принял! Яо Е чувствует, что его муж, как всегда, просто потрясающий. Выражение лица Ши Ли стало более серьезным после того, как он ответил на звонок. Через некоторое время он повесил трубку и извиняющимся взглядом посмотрел на Яо Е. Яо Е знал, что это еще одно официальное дело, ему было лень слушать, и он отодвинул посуду перед собой. Ши Ли растерянно посмотрел на спину жены, гадая, чем он разозлил жену. Яо Е сидел на диване в гостиной и смотрел телевизор. Ши Ли собрал портфель и собирался отправиться прощаться с женой. Веки Яо Е не дрожали, и он продолжал тупо смотреть телевизор. Ши Ли показал одинокое выражение лица, замолчал и, наконец, молча покинул виллу. На самом деле дела в компании сейчас не особо важны, но теперь его жена злится, он не умеет говорить и не умеет уговаривать, возникает своего рода желание избежать гнева жены, избежать центр внимания снаружи. Ши Ли почувствовал, что, должно быть, его жена так разозлилась из-за его неспособности говорить. Может быть, если он уедет на какое-то время, его жене будет лучше. Увидев, что его муж уходит, Яо Е показал мрачное выражение лица. Он бросил пульт на землю и уныло лег на диван. «…Почему… Я никогда не был самым важным в твоём сердце…» Бледные и тонкие руки Яо Е скрывали его лицо, скрывая темную печаль и ревность в его глазах. Яо Е нравится мягкость Ши Ли к нему, но ему, обладающему сильным собственничеством, не нравится, что Ши Ли одинаково распределяет эту мягкость с другими. Однако Ши Ли — слишком нежный парень, который любому кажется нежным. Каждый раз, когда он видел, как Ши Ли отвлекался на другие дела, Яо Е не мог контролировать свою внутреннюю злобу. Не потому ли, что он настолько непривлекательный, что его муж скорее пойдет на работу, чем останется дома? Яо Е думал так бесчисленное количество раз и впал в жалость к себе, некоторое время плакал, а затем начал задремать. Полусонный-полусонный, он чувствовал себя неуютно на прохладном диване. Он тоже чувствовал, что что-то забыл, но ему хотелось спать. Он был так зол, что плохо спал прошлой ночью. В данный момент ему очень хотелось спать, поэтому он все выбросил. За головой он уснул. Спящий на диване юноша свернулся калачиком, слезы на его лице постепенно высохли, и он выглядел очень одиноким в этом пустом зале виллы. Когда он снова проснулся, Яо Е почувствовал небольшой холод по всему телу, и он накрылся одеялом, наконец-то потеплев. Он лежал на диване, глядя на кофейный столик напротив, размышляя над вопросом, прежде чем заснуть. Кстати, что он забыл? Яо Е вдруг вспомнил, что забыл, его бледные пальцы сжали одеяло в руке, и суставы побелели. Он забыл произнести заклинание. Что, как только вы приблизитесь, заклинание потерпит неудачу. Юноша, лежавший на диване, резко замер, а его короткие черные волосы рассыпались по диванным подушкам, делая его бок бледным и нежным. Он почувствовал знакомую прохладу, открыл глаза, слегка закатил глаза и посмотрел в сторону своего дивана. Глаза Яо Е встретились с красивым и незрелым лицом подростка, которое было очень близко, и на коже подростка были едва заметны голубые кровеносные сосуды без следов крови, которая была такой белой и прозрачной. Его темные зрачки смотрели на молодого человека на диване, не моргая, и темные зрачки мешали увидеть в нем эмоции. Яо Е посмотрел на знакомое лицо, его дыхание было застойным, он больше не мог контролировать выражение лица и закричал, словно потеряв сознание. «Ааааа!!!» Это лицо Ши Ли, которому восемнадцать лет. Поняв это, Яо Е какое-то время не мог выносить слишком сильного раздражения и потерял сознание. Лицо его было бледно, даже губы были бледны, и на лбу у него выступал холодный пот, что делало его очень жалким. Призрак в школьной форме присел на корточки рядом со своей возлюбленной и осторожно протянул руку, чтобы коснуться ее щеки. Его бледные и холодные пальцы легко погрузились в мягкие и гладкие щеки возлюбленной, оставив небольшую впадинку на светлой и упругой коже. Отпустив, оно вернулось к своему первоначальному виду, а щеки слегка задрожали, как сладкое желе. Призрак нежно и безумно потер лоб своему возлюбленному, и уголки его рта медленно изогнулись, открыв счастливую улыбку. «Я… люблю тебя… ты… мой!» Призрак, который не очень хорошо умеет говорить, рассказал о своей любви и постепенно стал мягче. Он обнял молодого человека на диване и поцеловал его так же, как и в последние несколько дней, и жадная любовь в его глазах впервые превратилась в удовлетворение. Ши Ли, ты должен пойти умереть. Он вернет все, что ему принадлежит, включая его жену Яо Е. Днем Яо Е проснулся с кровати в спальне. Его голова была покрыта холодным потом, и он в панике огляделся по сторонам, выражение его лица превратилось в транс. Выяснилось, что все раньше было сном? Яо Е укусил палец до тех пор, пока не пролилась кровь, прежде чем отпустить руку, как будто он только что проснулся ото сна. Подумав о лице, которое он увидел во сне, Яо Е покачал головой, думая, что, должно быть, слишком много думал. Этот младенец-призрак, как он мог не быть так похожим на Ши Ли, он, должно быть, думает об этом день за днём и видит сны ночь за ночью, поэтому ему приснился такой странный сон. Однако младенцы-призраки, которых видели раньше, действительно были немного похожи на Ши Ли. Возлюбленные детства Яо Е и Ши Ли, естественно, знали его лицо, когда он был подростком, но вчерашние шестнадцати- или семнадцатилетние младенцы-призраки были лишь отдаленно похожи. Черты их лиц были расплывчатыми и неясными. Они сказали, что похожи, но на первый взгляд они были разными. , Не так, как во сне, как пара близнецов. Яо Е оставил мечту позади, встал с кровати и приготовился спуститься вниз, чтобы приготовить что-нибудь поесть. Он проспал до полудня и был очень голоден. «Ах, ты проснулся!» На кухне мускулистый мужчина в шарфе ярко улыбается, его глаза феникса ласковы, а все его тело источает запах солнечного света. Яо Е на мгновение уставился на мужчину на кухне, а затем похолодел. «Ты не пошел на работу? Зачем вернулся!» Яо Е сердито обнял себя за грудь и откинул голову в сторону. Когда мужчина увидел это, его улыбка осталась неизменной, но чувства в его глазах стали немного глубже. «Поскольку я так тебя люблю, я думаю, Яо Яо думает, что у меня болит сердце! Я умру в компании, если не вернусь!» Мужчина сделал вид, что жалобно сжимает грудь, и сделал жест, держащий сердце. С его крепкими мускулами у него были только острые глаза Кинг-Конга Барби. Яо Е взглянул на него, ему были очень полезны его редкие любовные слова, но его лицо все еще не смягчилось. «Хм! Глянцевый язык!» Он холодно фыркнул. Целый день раздражает людей, каждый раз одно и то же, его не обмануть! Мужчина вышел из кухни с миской лапши и поставил ее на обеденный стол. Затем он нежно обнял жену, его горячее дыхание обрызгало шею Яо Е, у него побежали мурашки, а уши покраснели. «Яо Яо, Яо Яо, Яо Яо~ прости меня, ладно~ Я так тебя люблю, грустно видеть тебя злым, я сейчас заплачу, не игнорируй меня, ладно~» Яо Е чувствовал, что сегодняшний муж полон сильных мужских гормонов, и он не мог этого вынести. Он покраснел, и его взгляд стал блуждать. «Не будь таким навязчивым, я голоден и хочу есть!» «Ши Ли» вдыхал аромат тела, исходивший от шеи жены, чувствуя себя тронутым. «Он» держал руку, которую его жена хотела высвободить, и поглаживал гибкую талию жены. Сила была правильной, позволив Яо Е почувствовать, как Цзы смягчил его талию, а ноги задрожали. «… Яо Яо, ты очень голоден? Я тоже очень голоден. Яо Яо такой ароматный, могу ли я попробовать его ~» — двусмысленно сказал «Ши Ли» на ухо своей жене. Яо Е был раздражён дыханием мужа, и у него побежали мурашки. Он не понимал, почему его муж вдруг воодушевился.

.....Здесь Китайская Цензура

(┬┬＿┬┬）

Яо Е вспотел. Ему не нравилась его склизость, он оттолкнул своего «мужа», который все еще целовался, и захотел помыться в ванной. В результате «муж» тоже последовал за ним и не смог его прогнать. У Яо Е не было другого выбора, кроме как согласиться. Возможно, сегодняшний муж действительно боится, что он злится, настолько восторжен, что невероятно страстен, даже в постели он совершенно лишен мягкости и дотошности прошлого, так же, как и невинный молодой человек, так суров, как будто он будет убежать в любой момент, чтобы он сейчас Это тупая боль. Яо Е был злым, но нельзя было отрицать, что редкая оплошность его мужа очень удовлетворила Яо Е, который был неуверенный в себе. Это заставляет Яо Е чувствовать, что он важен в сердце его мужа, и испытывает к нему собственническое желание. — Подожди, не целуй, я еще не мыл… Тц… Яо Е отверг голову, которую «муж» поцеловал ему в шею, но он не был таким сильным, как «муж», поэтому мог только лежать как родственник. В ванной туманный пар постепенно затуманивал боковое зеркало, и его можно было лишь смутно увидеть из зеркала. У мужчины с черноволосым юношей была бледная кожа.