Колдун одиннадцатого мира

      13 ноября, 2013 год от рождества Христова.       Два часа спустя.       За 58 минут до начала Парада Миров.       Верхняя палуба Левиафана, район Гринвич, Лондон, Великобритания, Западная Европа, Евразия, Земля.       — Серьёзно? Вы все явились сюда? — спросил я, недоумевающе вздёрнув бровь. Ведь прямо передо мной предстала вся честная компания супергероев, способных мне помешать: Мстители, Чистые, полный состав Людей Икс, включая Шарлин. Даже новое лицо появилось — худощавый блондин в плотном синем костюме и с выражением лица а-ля "Я — Д'Артаньян, вы — пидорасы". Можно было и поцензурнее, но тогда не получилось бы описать и 10% того высокомерия, которое показывала эта смазливая морда. — Неужели решили поступить по заветам непогрешимого добра и отпинать меня всей толпой?       — Какое заманчивое предложение… — задумчиво протянула Старк, поглаживая подбородок. — Девочки, может, так и поступим?       — Не советую, — ответил я, показательно махнув рукой. И пятачок, где разместились герои и привезший их "Чёрный дрозд", нацелились несколько крупных орудий, а из всех щелей показались стволы клонов, только и ждущих моей команды. — Я хоть и Зло, но зло с кулаками. Не нужно меня лишний раз провоцировать.       — Знаем, знаем, — помахав ладонями, ответила Железная леди, медленно отступая назад. — Поэтому я удаляюсь и передаю слово нашему главному переговорщику. Профессор Ксавьер, пожалуйста.       После чего вперёд выехала Шарлин, чью коляску толкал сам виновник торжества, прожигавший меня ненавидящим взглядом — Джин Грей собственной персоной.       — Мы выполнили свою часть договора, Виктор. Теперь ты выполни свою, — сказала крестница, твёрдо глядя мне в глаза. — Где Скотт?       — Сейчас её приведут, — ответил я, стоя от этой парочки на почтительном расстоянии. — Я же не думал, что вы будете соблюдать соглашение. Вы всё же герои, а я злодей. Со мной не нужно чтить соглашения.       — Не читай нам нотации, Хекматьяр, — фыркнул Грей, окатив меня полным презрения и пренебрежения взглядом. — Это мы тут пострадавшая сторона, которая просто пытается выжить, а ты лишь мерзкая маленькая тварь.       Сказано это было с таким тоном и интонациями, что меня чуть током не прошибло. Ведь где-то я это уже слышал, но вот где и главное — от кого, понять не мог.       — Не нужно грубить, Джин, — попыталась угомонить своего воспитанника Шарлин, взяв того за руку. — У нас тут переговоры. Нужно быть более дипломатичным.       — Как скажете, — ответил ей парень, резко скрестив руки на груди, добавив к себе ещё одно подозрение. Ведь чтобы воспитанник, считай приёмный сын, так обращался с Ксавьер? Либо между ними произошла тяжёлая ссора, сильно расстроившая их отношения, либо…       «Как интересно…» — мысленно протянул я, едва сдержав попытавшийся вылезти на лицо оскал. — «Значит, они и их позвали».       — Альтрон, активируй поисковые системы и начинай сканирование окрестностей, — связавшись по внутренней связи со своим верным ИИ, шепотом произнес я, заранее отвернувшись, дабы исключить чтения по губам. Та же Хоулет вполне могла обладать этим навыком, многому научившись за долгие годы своей неспокойной жизни. — У нас могут быть гости.       — Как прикажете, господин Хекматьяр, — подобострастно, с ноткой механического привычного высокомерия, ответил единственный, кому я мог сейчас довериться. Все же Шарлин не зря считалась сильнейшим телепатом планеты, а клоны, хоть и были защищены от ее сил, но это был простейший протокол "воздействие-нейтрализация". То есть, если крестница попытается влезть чуть глубже поверхностных мыслей или, если переводить на биологию, в глубокие слои больших полушарий, то моих людей банально вырубит, не дав причинить мне никакого вреда.       Да, таким образом Профессор могла вырубить половину экипажа корабля, просто пройдясь по ним взглядом, но "Левиафан" изначально строился из расчета на такую возможность и представлял собой огромный магнитный резонатор, не давая телепатическим волнам проникнуть внутрь. На находящихся снаружи этот эффект не распространялся, но лучше так, чем быть полностью открытым перед телепатом.       — Шлем Магнето на максималках, — шутил я, глядя на бледные лица инженеров, которым поручалось исполнить все мои хотелки, коих было немало. Одна система охлаждения, способная даже лаву за несколько секунд остудить до абсолютного нуля, чего стоила. Вот только это были не мои прихоти, а жизненная необходимость, без которых наш план рисковал пойти по одному месту.       Тем временем мой приказ был исполнен, и из темного зева корабля показались три человека: сама Циклоп, облаченная в прочный костяной корсет, не позволявший ей даже шеей пошевелить; Лаура, один вид которой заставил невозмутимую Росомаху раскрыть рот от удивления; и…       — Петра! — воскликнула стоящая в толпе Ткачиха ака Гвендолин Стейси. — Что ты здесь делаешь?!       Ответа обладательница нового, более стильного черного костюмчика с красной паутиной и белым капюшоном с бордовой подкладкой не последовало. Она лишь безучастно смотрела вперед, одной рукой удерживая дергающуюся и пытающуюся что-то промычать Саммерс (да-да, я все же не выдержал и заткнул ей рот).       — Какой странный вопрос… — Поэтому вместо нее решил ответить я, плавно обойдя Паучиху и нежно, почти интимно, приобняв ее за плечи. — Она здесь работает. Работает на меня. Я ведь такой шикарный работодатель. Зарплата — высочайшая по рынку. Еда — на уровне мишленовских ресторанов. Жилье — пентхаус дорогущих отелей. Жаль, что моя маленькая девочка от всего этого отказывается, живя как спартанка в казарме.       — Отойди от неё! — рявкнула Стейси, попытавшись рвануть ко мне, дабы набить лицо, но её вовремя остановила крепкая рука Тор. Даже жаль, было бы интересно захватить ещё одного заложника. — Петра, что с тобой случилось? Ответь мне! Мы за тебя волновались! Я, дядя Бен, Фелиция, Габриэла! Пожалуйста, скажи хоть что-нибудь!       — … — Но в ответ была лишь тишина. Полная и непробиваемая. "Петра Паркер" молчала, ибо ей было нечего сказать.       — Что ты с ней сделал, Виктор? — спросила Шарлин, чьи брови нахмурились, а на лице, впервые за годы нашего знакомства, отчётливо проявилась злость. — Я чувствую её разум. Он слишком холодный, систематизированный и жёсткий. Он не может принадлежать молодой девушке.       — Какого ты невысокого мнения о нашем молодом поколении, — задумчиво протянул я, огладив гладкий подбородок. — Но ты права, крестница. В контексте грядущих событий я не мог позволить себе потерять даже кроху силы. Поэтому немного поколдовал над её разумом.       — Поколдовал?! — спокойно, но с отчётливо видимой яростью переспросила Ксавьер.       — Перепрошил, — ответил я, пожав плечами. — Взял её разум, стёр, а затем заменил на новый, взятый у одного из моих клонов. Теперь, благодаря подобной процедуре и ряду сывороток, она стала гораздо сильнее. Как и твоя подруга, Магнето, вместе с её дочерью…       Чего я ей не рассказал, так это про провал в случае с Алой Ведьмой и Ртутью. Способности первой оказались привязанными к душе, отчего клон с её сознанием чуть не начал настоящий апокалипсис. Пришлось прибегать к последнему аргументу и взрывать ей голову с помощью заранее вживленной взрывчатки. В случае же Ртути сказалось ускорение сознания. Оказывается, средняя дочь Магнето намеренно каждую секунду замедляла свой разум, дабы быть на одной волне с окружавшими ее людьми. Клон же не обладал подобным навыком, из-за чего быстро сошёл с ума, так и не сумев освоить спидфорс.       — Ты чудовище. Настоящее чудовище, — чётко, словно констатируя факт, произнесла Шарлин, в чьих глазах пропали последние капли тепла и привязанности. Теперь я для неё враг. Просто враг, которого нужно победить ради спасения мира.       — Не спорю, — ответил я, заведя руки за спину. — Вот только достижение моих целей оправдает всё. Все жертвы и все поступки.       — … — Она не ответила, наверняка не поверив мне. Для неё весь мой путь, выстланный кровью миллионов и страданиями миллиардов, не мог быть оправдан даже самой возвышенной, самой высокопарной и светлой из идей, наподобие "мира во всём мире" или "всеобщего равенства".       И это было так, ведь недобровольные или принудительные жертвы никак не оправдать. Но всё это упиралось в одно большое НО: а что если "жертвы" вернутся? Что если после достижения цели они не только окажутся в живых, но и в мире, где все будут счастливы? Разве это не стоит короткого, кровавого сна, который они даже не запомнят?       Я отвечу: да, стоит.       Герои — нет, ибо они ограничены своей парадигмой и человеческой моралью, которая просто не охватывает такие понятия. Не охватывает ТАКУЮ власть. Им легче назвать меня злодеем, сумасшедшим или психом, забрать мои достижения, а самого — запереть в самой глубокой и тёмной норе.       Не будь между нами того природного, человеческого недоверия, а также дамоклова меча в лице моего покровителя, я бы с удовольствием рассказал о своих планах. Уверен, некоторые бы даже перешли на мою сторону, только вот я не мог так рисковать.       Ни в одной мелочи.       Ни в одной эмоции.       Особенно сейчас, когда оказался вплотную к финишной прямой.       — Хватит тянуть, — сказал я, как только заложники поравнялись, став друг от друга на достаточном расстоянии. — Начинайте сходиться. Медленно. Не нужно лишних провокаций.       Скотт и Грей начали идти. Медленно. Словно нехотя, что было недалеко от правды. Первую в спину толкала Лаура, а второй шагал тяжело, не сводя взволнованного взгляда со своей возлюбленной. Однако было в его действиях какая-то фальшь. Какая-то театральность.       Это и стало последней каплей. Теперь я был в этом уверен.       «Значит, я был прав», — выдохнул я, поняв, что переговоры провалились и придётся действовать по жёсткому сценарию.       — Убейте их всех, — приказ последовал незамедлительно, вслед за чем я развернулся и направился внутрь корабля.       Почти сразу сзади послышались многочисленные выстрелы, гул репульсоров и грохот молний, а также громкий, пробирающий до глубины души крик:       — Хекматьяр!       Вслед за чем мне в затылок чуть не прилетела пуля, отбитая тыльной стороной клинка.       — Я ранее говорил тебе, Рейвен, — сказал я, обернувшись в сторону обладательницы насыщенной голубой кожи, бордовых волос и жёлтых глаз, которая сейчас пыталась отстреливаться, защищая беззащитную Циклоп. — Даже моя благодарность имеет свои границы. Лучше бы ты и дальше сидела в своей дыре, боясь даже нос показать.       После чего продолжил путь, ибо героям стало не до меня. Клоны, дроиды Ванко, модифицированная Паучиха, команда Лауры и орудийные системы корабля загнали их в такой огневой котёл, что любая ошибка могла стоить им жизни. Поэтому ничто не помешало мне покинуть верхнюю палубу Левиафана и отправиться вглубь, прямо к сердцу этого рукотворного чудовища.       Что сейчас произошло?       Ответ прост: обыкновенная "геройская" подстава с подменой личности заложника. Вместо Джин Грей, которая наверняка сейчас сидит в самой глубокой части особняка Шарлин и наблюдает за всем происходящим при помощи Церебро, мне попытались подсунуть Мистик — мутанта-доппельгангера, бывшего заместителя Магнето в Сестринстве и биологическую мать Коко и Каспера.       Да, да, вы не ослышались, именно её модифицированные яйцеклетки были использованы мной для оплодотворения и выращивания всей линии эмбрионов, из которых выжили только мои дети.       Почему именно она, несмотря на то что в мире было гораздо больше мутантов, обладавших гораздо большим потенциалом, чем Даркхолм? Всё дело в природе её метаморфизма, который оказался гораздо интереснее, чем казалось на первый взгляд.       Первой это обнаружила Белла Траск — одна из лучших учёных и предпринимателей 70-х и 80-х, а также одна из первых покровительниц Страйкера. Исследуя её кровь, взятую после неудачного покушения на президента, она заметила, что клетки не просто перестраивают изначальный порядок и полярность, добиваясь перестройки физиологической структуры, а меняют саму свою атомарную структуру, адаптируясь под нужные для хозяина условия. В теории это означало, что Рейвен могла не просто менять внешность, но и неограниченно копировать и адаптировать силы других мутантов, всего один раз взглянув на них.       Невероятно, правда?       Я тоже так подумал, когда Траск пришла ко мне и предложила стать одним из инвесторов проекта "Стражи", должных отлавливать и разбираться с неугодными правительству мутантами. На что я лишь тяжело вздохнул и показал Белле собственные исследования, в которых выяснилось, что уже 80% населения планеты были носителями оформившегося Х-гена и, с большей вероятностью, через 50 лет это значение подойдёт к 100%.       Что в такой ситуации сделал бы адекватный, логически мыслящий человек? Признал бы, что за мутантами будущее, и перестал заниматься ерундой, направив собственные таланты в правильное русло. Однако Траск оказалась еще одним из доказательств аксиомы, что гениальный ум не обязательно сопровождается сопоставимой мудростью.       Вместо принятия неизбежного, Белла сделала такой вывод, что я едва не пробил себе лицо рукой. Раз 80% уже обречены, то нужно поскорее спасти оставшиеся 20%, истребив "заражённых".       «Поэтому финансирование проекта "Стражи" нужно ускорить, мистер Хекматьяр, а ту мутантку поймать, дабы подробно изучить и использовать на пользу людям» - Твердила она, глядя на меня глазами, полными восторга и страха.       Что ж, я и вправду последовал совету Траск. Отчасти. Рейвен поймали и подробно исследовали, попутно вырезав один из яичников, дабы использовать в будущих экспериментах, компанию Беллы разорили и поглотили, а её саму отправили в один из самых охраняемых и мягких (я же не зверь какой) сумасшедших домов Америки. Ибо неизвестно, что бы она могла сотворить, оказавшись на свободе. Повторюсь — гениальные мозги не показатель адекватности.       — И теперь эта голубая бестия объявляется здесь спустя тридцать лет, желая помешать моим планам. Воистину, у судьбы очень чёрное чувство юмора, — протянул я, выйдя из лифта и шагая к расположенной напротив двойной двери. — Интересно, где они её нашли? Она же после произошедшего забилась в такую глубокую и тёмную дыру, что даже СБ Abstergo, имеющее частичный доступ к базам ЦРУ и Интерпола, не смогли её найти…       Усталый вздох вырвался сам собой.       А ведь у героев почти получилось. Не заметь я неестественного холода в поведении фальшивого Грея, а также твёрдой уверенности Шарлин, решившей отдать своего ученика в мои загребущие руки, то рисковал бы не просто пропустить Схождение, похерив половину оставшегося плана, но и получить пулю в самый неудачный момент.       «И где она их прятала?» — подумал я, заходя в крупное куполообразное помещение, где было только огромное адамантовое ложе с четырьмя подключёнными к нему толстыми кабелями. Сразу после этого двери оказались закрыты, а со всех сторон опустились толстые броневые пластины толщиной в несколько сантиметров, естественно отлитые из адаманта и вибраниума.       Я сделал всё, дабы нам не помешали.       — Добрый день, доктор Беннер, — поприветствовал я свою единственную гостью, чьё прикрытое специальным костюмом тело было распято прямо в центре зала. — Надеюсь, вы хорошо себя чувствуете, ведь нам предстоит долгая и трудоёмкая работа.       — Хекматьяр, — окинула меня ненавидящим взглядом шатенка, которая провела в таком положении почти два года. Любой другой на её месте обзавёлся бы кучей пролежней и болячек, но носительница Халка оставалась всё такой же бодрой т подтянутой. По крайней мере, телесно.       — Не волнуйтесь, Белл, — мягко, со всей доступной мне нежностью, обратился я к девушке, мимоходом заметив схожесть имён с ещё одной гениальной учёной. — Клянусь вам, скоро всё это закончится. Вы окажетесь в новом мире, одна, без мутаций и страха перед собственными эмоциями. Главное — выживите. Других, способных выдержать подобную мощь, я не знаю.       Мой тон, вкупе с усталостью и призрачной надеждой выбраться из этого ада, сработали безотказно. Беннер успокоилась, а затем ей в сердце прилетела пуля.       — Гр-р-р-р-ра-а-а-а-а!!! — взревела разъяренная Халк, начав сверлить своим привычным взглядом, полный ярости и злости, без намека на интеллект. Ее мускулистые, переполненные силой руки дернулись, желая вырваться из расширившихся оков, но все это оказалось бесполезно.       — Тихо, тихо, девочка, — сказал я, нежно поглаживая ее по голове. — Скоро все закончится, обещаю. Ты будешь свободна. Без слабачки Беннер. Только ты и весь остальной мир.       Халк не поверила, попытавшись откусить мне пальцы, но я не расстроился. От нее сейчас мало что зависело.       — Начинаем, — сказал я, через динамики обращаясь к Альтрону, управляющему всем этим безобразием.       В тот же момент тело Халк с ног до головы сковали тяжелые, усиленные магией стропы, а на голову опять легла моя рука.       — Отбрось оковы воли. Склонись перед моим зовом, — нараспев начал я зачитывать словесную формулу заклинания. — Пусть твоя воля и суть подчинятся оковам мироздания. Подчинение чудовища!       Слава Богине, все получилось, и зеленая барышня успокоилась, начав подчиняться мне.       «Жаль, не получилось использовать флягу», — подумал я, вспомнив об одном из своих самых полезных артефактов. Вот только от Икариса было практически невозможно избавиться, а выполнять откровенно самоубийственные приказы он отказывался. пришлось использовать не настолько надежную магию, приказав своей пленнице всеми силами держаться за жизнь и не использовать новообретенные силы против меня.       — Активируй второй этап, — приказал я, делая несколько шагов от ложа. — И выведи на экран данные камер из Ванахейма. Хочу своими глазами посмотреть на гибель этого мира.       — Как прикажете, — ответил совершеннейший ИИ, а затем весь зал поглотил гул.       Нет. Не так. ГУЛ.       Главная энергетическая установка, разработанная на основе технологий Старк и улучшенная с помощью камней Разума и Пространства, бывшая сердцем этого корабля, начала стремительно набирать обороты. Энергия, заключенная в межпространственных связях, высвобождалась, разгонялась, поляризовалась и вновь шла в дело, дабы добыть еще больше. Спроектированная в лаборатории, собранная Альтроном, по первоначальным расчетам она должна была быть беззвучной, однако теоретическая физика и реальность зачастую оказываются диаметрально противоположными.       — Достигнуто 95% планируемой мощности, — отчитался ИИ, чей голос, благодаря наушнику, перекрывал даже рев сердца корабля. — Мирофаг готов к активации.       — Давай, — кивнул я, не сводя глаз с Халк, в чью плоть сейчас впивались десятки толстых, заточенных на молекулярном уровне штырей, пробивающих ей сердце, почки, легкие, спинной мозг и остальные внутренние органы. Все для того, чтобы заставить ее начать регенерацию, зачерпывая как можно больше силы из своего измерения.       Сама же энергия, выработанная Левиафаном, пошла в другое место.       Если быть точнее она стала той самой искрой должно запустить механизм, расположенный прямо под лежбищем Халк.       Мирофаг — очередная технология, разработанная на основе силы и возможностей Роуг Лафайет и Альтрона с помощью Камня Разума, способная выкачивать чужие силы и передавать их другому реципиенту. Моя очередная вундерваффе. Мой очередной Deus Ex, позволивший совершить невозможное..       Правда, энергию, требуемую для активации, он требовал бешеную: 60 000 Тв*ч. На секунду: 70% электроэнергии планеты.       Но это того стоило.       «Остался лишь последний шаг», — подумал я, раскидывая руки в стороны и используя свою величающую магию. Ведь никакая технология, будь она разработана хоть трижды гением, ИИ или всемогущим булыжником не способна начать поглощение целого мира.       — Пусть бытие подчинится моему слову. Пусть реальность прогнется под моей волей. Пусть небеса и земля станут проводниками моей силы… — Медленно, четко, выговаривая каждое слово, произнес я, зачитывая словесную формулу Исполнения желаний. Моего единственного заклинания, способного меня убить. — Исполни мою волю! Пусть жизненная сила Альвхейма, Ванахейма, Йотунхейма и Муспельхейма перейдет сюда! В тело этой женщины, по имени Белл Беннер!       Стоило прозвучать последним словам, как в мире произошло сразу несколько событий. Во-первых, кабели, подключенные к ложу Халк, засияли ярким, золотистым светом, после чего в мутантку начала поступать такой объем силы, что уже вскоре по всему ее телу начали бить зеленые, толстые молнии, а глаза натурально сиять от переполнявшей их силы. Естественно, той это не нравилось, поэтому к гулу генератора добавился громкий, животный рев, раздавшийся из постоянно срывающейся и регенерирующей глотки. Что удивительно, заклинание продолжало держаться, не смотря на все мои опасения.       «Так и оглохнуть недолго», — подумал я, чувствуя, как меня настигает откат. Это и было вторым событием. Тело резко ослабло, почти полностью лишившись сил, и лишь одетый под мантию Архимага экзоскелет не дал мне позорно вляпаться мордой в пол. Хотя пришлось сильно постараться, дабы удержать равновесие.       Ведь заклинание вышло за рамки моих возможностей.       Чем это обернулось? Левой рукой и ногой, превратившейся в прах, вместе с частью внутренних органов. Не будь я в форме древнего ледяного дракона, то гарантированно потерял бы сознание, а так… получалось терпеть и смотреть, как один из легендарных Девяти Миров начал медленно умирать.       За первые пять минут Ванахейм содрогнулся от планетарного спазма. Кабели, словно вросшие в саму материю мира, начали активно поглощать окружающую энергию, убивая всё, к чему могли прикоснуться. Сама планета словно вздыбилась на дыбы, желая отсрочить собственную гибель. Горы выворачивались наизнанку, реки вскипали и превращались в пар, а лава выплёскивалась наружу, словно желудочный сок древнего монстра. Словно сам мир пытался "переварить" чужеродные каналы, по которым у него откачивали силы.       Безрезультатно. Зачарованный и закалённый адамантий был способен выдержать и не такое.       К десятой минуте началась фаза дестилляции. Кабели начали натурально пульсировать, высасывая термальную и магическую кровь планеты. По их поверхности побежали ослепительные всполохи — это была энергия ядра, перекачиваемая в чужой мир. Уже к этому моменту на планете не осталось никого живого. Все бактерии, растения или животные либо погибли, не выдержав даже эха грядущей катастрофы, либо были поглощены моим творением, №переваривающим№ всё, что окажется слишком близко.       На двадцатой минуте планета начала натурально "усыхать". Адамантовые путы сжимались всё сильнее, буквально давя ее, как пищевая бечевка кусок свежей колбасы. Литосферные плиты находили друг на друга, горы проваливались в пустые каверны мантии. Атмосфера, теряя гравитационную привязку, превратилась в яростный вихрь, лишь благодаря Магнето не рванувший на Землю. Ванахейм был близок к своей гибели, отчего даже на Земле был слышен громкий, потусторониий рёв. Там, в глубине, под толстым слоем породы, умирал зародыш настоящего звездного бога, которому было не суждено увидеть этот свет.       К тридцатой минуте всё было кончено. Планета превратилась в истерзанный огрызок камня, туго стянутый чёрными кольцами кабелей. Она больше не светилась в инфракрасном спектре — её ядро стало ледяным, а магия ушла, впитавшись в остывший и потрескавшийся металл. Схождение миров почти подходило к концу, отчего проход почти захлопнулся, оставив в пустоте выпотрошенный скелет бывшего дома ванов.       — Успех, — прошептал я, глядя сквозь слёзы на сияющую фигуру Халк, в которой оказалась сила четырёх миров. Сегодня Альвхейм, Ванахейм, Йотунхейм и Муспельхейм перестали существовать, дабы создать этот прекрасный, потрясающий воображение сосуд.       «Который скоро не выдержит», — подумал я, заметив, как по телу великанши начали медленно распространяться тонкие трещинки, не залечиваемые её жизненной энергией. Даже Халк, сильнейший физический мутант Земли, не могла выдержать подобной мощи. — «Нужно спешить. Срочно».       — Пусть бытие подчинится моему слову! Пусть реальность прогнётся под моей волей! Пусть небеса и земля станут проводниками моей силы… — Буду честен, использовать "Исполнение желания" во второй раз было гораздо сложнее. Создавалось впечатление, будто моё тело — старая тряпка, подранная стаей бешеных собак, которую старый бомж решил порвать на заплатки. И у него это даже получалось… Но было поздно давать заднюю. Особенно сейчас, когда до завершения оставался всего один шаг. — Исполни мою волю! Перенеси сюда Джин Грей!       В этот раз никакого отката не последовало. Я лишь почувствовал, как пара струн внутри моей души лопнула, а само заклинание, которое было моей палочкой-выручалочкой, словно исчезло, став для меня недоступным.       «Тот самый шанс на 33% наконец сработал», — подумал я, с помощью экзоскелета подскакивая к озадаченно озирающейся Джин и вкалывая той мощнейшее седативное. Ведь носитель Феникса всё ещё оставался обычным человеком и не смог сопротивляться.       — Наконец-то… — шёпотом, на грани слышимости, произнёс я, доставая из-за пазухи тот самый чёрный шар, доверенный мне Коко. — Всё закончилось.       Кринк…       Крак…       Тут, сквозь одну из стен, показались три тонких, раскалённых когтя, начавших кромсать мою последнюю защиту. Не нужно быть семи пядей во лбу — герои всё-таки победили моих людей и смогли прорваться сюда, дабы помешать мне в последний момент.       Вот только это вам не кино, а реальность. Жестокая, бескомпромиссная реальность.       — Вы опоздали, — сказал я, довольно улыбнувшись и с небольшим усилием раздавив сферу единственной оставшейся рукой.       В тот момент произошло сразу несколько событий.       Сначала появилась Коко. Изменившаяся, похорошевшая, в своём привычном наряде. К сожалению, я не успел оценить метаморфозы дочери.       Ведь вслед за этим, словно почувствовав появление существа, соразмерного с ним по силе, из тела Грей вылетел ОН. Огромный, палящий, подавляющий одним своим видом, Тёмный Феникс.       — КРИ-И-И-И-И!!! — Крик сущности, олицетворяющей Рождение и Смерть, был разрушительным. Мгновение — и весь Левиафан, весь Лондон, вся земля, видимая до горизонта, превратилась в огромную выжженную пустошь, где не было ничего, кроме смерти и пепла.       Я и сам выжил лишь чудом, успев надеть маску Огненного Дракона и активировать Одеяние Огня. Этого хватило, дабы пережить ту огненную волну и даже чуточку восстановиться. Однако я понимал: произошедшее даже не было атакой.       Это просто был крик.       Крик ярости и злости, выплеснутые Фениксом, лишившимся своего носителя. Того, кого он искал последние 13 миллиардов лет. Того, кто смог бы укротить его силу и использовать её правильно. Того, кто мог помочь обрести ему полноценный разум…       «Вот это да!» — подумал я в то краткое мгновение, пока беспомощно летел к земле. — «Это он что, мою психическую устойчивость пробил? И вправду, монстр...»       Однако этот монстр совершил ошибку. Вместо того, чтобы сразу атаковать Коко, связав её битвой, он дал волю своим эмоциям, дав той идеальную возможность поглотить мой подарок — силу нерождённых целестиалов, закачанную в Халк. Да, между криком и последующей атакой прошло всего одно мгновение, но для существа, способного контролировать время, это была целая вечность.       Сила была освоена, и чаша весов на мгновение качнулась в противоположную сторону.       А затем…       Щёлк…       Последовал щелчок, изменивший мир.