Счастье моё

      Троица подростков стояла за школой, докуривая сигарету. Нынче пачка дорого стоит, так что приходится курить одну сигу на троих.       – Ладно, мне пора идти, а то у матери вопросы возникнут, – выпуская клуб едкого дыма произнёс Круспе.       – Давай, пока. Кристиан и Пауль попрощались с Цвеном, да и сами разошлись.       Домой Рихарду идти не хотелось от слова совсем. Лицезреть этого ублюдка - отчима, да и мать не очень-то хотелось. Уже месяц он ходит, что называется, дом-школа-дом, а если где-либо задерживается, телефон начинает разрываться от звонков родителей. И всё из-за долга мамы, а вернее её тараканов в голове.       Как же ему стыдно за свою непутёвую мать!       Ведь она взяла в долг деньги у опекуна его лучшего друга – Пауля. Сегодня и погода была ебанутой какой-то, пасмурной.       И пока наш Рихард плёлся в "семейное гнёздышко", Ландерс открывал дверь подъезда и поднимался до нужного этажа. Поворот ручки и он в квартире.       – Я дома! Привет.       – Привет, – из комнаты показался высокий, крепко сложенный брюнет, на вид чуть младше тридцати. Он прошёл на кухню. Загремела посуда.       – Есть будешь?       – М-м-м, да, – подросток прошёл за ним, усаживаясь за стол.       Кухня была небольшая и светлая. Мужчина достал из холодильника два яйца и оставшуюся курицу.       – Как день прошёл?       – Да нормально всё. Ти-илль.       – Что "Тилль"? Чего ты опять натворил? – брюнет разогрел сковородку и начал готовить импровизированный ужин из остатков съестного. В последнее время он просто не успевает себе то поесть приготовить, а уж кому-то ещё и подавно. Славу всем богам, что Ландерсу не пять лет, и он вполне самостоятельный мальчик.       – Я ничего не творил, – Линдеманн посмотрел на него с прищуром, будто подозревая во лжи. – Да честно тебе говорю! Тот лишь усмехнулся.       – Чего надо то?       – Можно к нам Рихард придёт с ночёвкой?       Теперь Линдеманн смотрел на него с неким удивлением.       – Конечно можно. Чего спрашиваешь? Или вы оба что-то натворили, а мне опять ваши задницы спасать, да?       – Вот, что ты заладил? Это было всего один раз! – перед Паулем опустилась тарелка с яичницей и курицей. Шедевров, в отличии от Круспе, Тилль конечно не готовил, но есть было можно.       – Куда, кстати, твой Рихард запропастился? Последний месяц я вас вместе не видел. Поссорились, что ли?       – Нет, – с грустью отозвался подросток. – Его мать под домашний арест посадила. Чтобы ты с ним увидеться не смог. Брюнет аж недавно приготовленным чаем поперхнулся.       – Ты же его матери в долг дал.       – Ну? И?       – Ну. А недавно назад попросил, ибо вернуть она его пообещала ещё полгода назад. Отдавать, естественно, нечем, вот она и решила тебя избегать и Цвена под замок посадить, чтобы ты через него не смог деньги требовать.       Шестерёнки в голове Линдеманна отказывались нормально работать после тяжёлого дня. Он и так заебался, а тут ещё и это.       – Дурдом какой-то, – делая глоток чая, всё же выдаёт брюнет. – Стоп. А как Рихард к нам придёт, тем более с ночёвкой, если он под домашним арестом? Что вы задумали, Ландерс?       – Спокойно, дядя. Мы всё продумали. У нас на эти выходные класс едет за город на фестиваль, я тебе уже говорил, уезжаем в субботу рано утром, приезжаем в воскресенье вечером, понедельник выходной. Фестиваль будет с четырёх до девяти. А в воскресенье мы гуляем по городу.       – Я до сих пор не понял связи.       – Дослушай меня сначала. Классуха нам сказала, что можно будет уехать после окончания фестиваля.       Только Линдеманн хотел открыть рот, Ландерс продолжил:       – Рихард сказал матери, что его обратно подвезут родители Кристиан, так что они просто проедут через нас в воскресенье и отвезут Цвена домой. Вот, как то так.       Пауль самодовольно взглянул на брюнета, а у того аж дар речи пропал. Настолько всё продумано.       – Ну и загрузил ты меня информацией, – потирает лицо руками Тилль. – А вообще недурный план, недурный. Ладно, пошёл я, отдохну, иначе мозги сварятся. А ты ешь давай, приятного аппетита.       – Спашибо, – поблагодарил подросток, уминая пищу.       Мужчина отправился в свою комнату и занял место в широком кресле. Немного посидев он понял, что пока не сделает кое что, не сможет расслабиться. А что задумал брюнет, узнаем чуть позже. ***       Рихард не мог дождаться, когда они смогут нормально провести время с Паулем. Они многое вместе прошли. Со второго класса вместе, а история их дружбы просто песня. Подрались из-за девчонки. Да, в восемь лет! А что? Нельзя?       Рихард красовался перед одноклассницей и вдруг, в класс влетает Ландерс, но спотыкается об воздух, падая на пол. Больно ему не было, так что он просто встал и неловко улыбнулся, проходя на своё место. Девочка, подбежала к нему и стала задавать типичные вопросы: "Тебе не больно?", "Точно всё в порядке?". Внимание от Цвена отвлеченно, что ему естественно не понравилась, ведь эта особа была ему весьма симпатична. Но последующие два дня, эта девочка вилась только вокруг Пауля, а он и не был против. Апогеем этих юных страстей стало то, что она поцеловала Ландерса на глазах у Рихарда, естественно в щёчку. И вот их уже разнимает учительница, а к вечеру они друзья. Так оно и происходит. Сначала морды набьют, а после друзья не разлей вода. Был ещё один человек, с которым Рихард тоже очень хотел увидеться – Тилль. Этот мужчина был на волне с подростками, понимал, принимал и поддерживал их. Но, что, возможно, кому-то покажется странным, взаимоотношения у них были дружеские. В прямом смысле. Тилля Пауль воспринимал как отца только до одиннадцати лет, дальше и по сей день, как надёжного друга и наставника. Последнее относится и к Рихарду, так что ему не терпелось покинуть территорию парка и поехать к друзьям.       С этими мыслями Цвен ложился спать, предвкушая завтрашний день. ***       Фестиваль прошёл, куда лучше чем ожидалось. Даже нормальную шоу программу завезли. Удивительно! Рихард с Паулем стояли возле отеля, ждали Тилля. Чёрная ауди паркуется возле здания.       – Ну привет, сорванцы. Залезайте.       – Привет, привет, – Цвен, радостный уселся в машину, а Ландерс последовал его примеру.       Ехать им около часа. Ночной Берлин ничуть не хуже дневного, даже лучше. Тёмное небо, огни света из окон, фонарей и тишина. Лишь иногда слышны машины. Мальчики устали за день и неудивительно, что когда Линдеманн обернулся, они мирно посапывали и жались друг к другу, устраиваясь поудобнее. Пауль спал на Рихарде, поэтому его мужчина поднял в квартиру первым. Они жили на пятом этаже и, в целом, он мог дотащить их тушки сам, но зачем себя утруждать, когда есть лифт, верно? Один из двух на месте, теперь очередь Круспе. Тилль взял его на руки, закрыл машину, хотел было пойти к подъезду, но Рихард заёрзал во сне и обнял Линдеманна за шею продолжая, сопеть брюнету в ключицу. Тот на это лишь слабо улыбнулся и порадовался, что подросток не проснулся. Зайдя в лифт, Тилль нажал на кнопку нужного этажа и стал ждать, пока двери закроются, но тут в лифт входит какой-то мужчина, явно старше его самого. Он косо посмотрел на Линдеманн, но ничего не сказал, а вот сам Линдеманн весь путь до квартиры думал: дадут ли ему в морду или нет?       Придя домой, он отнёс Цвена к Паулю в комнату, на соседнюю кровать. Когда ребята были в седьмом классе, они смогли уговорить брюнета купить двухъярусную кровать, где второй ярус выдвигался. И так как места в комнате было предостаточно, лишнюю часть от верхней кровати решено было спилить и поставить напротив другой кровати к стене (верхняя кровать у стены, а нижняя кровать напротив у другой стены).       Двое из двух на месте. Теперь вещи... А-а-а-а. Мужчина быстренько спустился за вещами и пошёл спать. ***       – Доброе утро, – заходя на кухню говорит брюнет. Он ещё не до конца проснулся, поэтому, скорее всего, шёл на запах выпечки.       – Доброе, – хором сказали пацаны. Рихард ставил пончики в духовку, а Пауль беззаботно сидел за столом, болтая с другом.       – Спасибо, что донёс конечно, но мог бы и разбудить. Ландер попытался стащить уже приготовленные изделия, но получил по руке за попытку кражи.       – О-о-о, вы так мило спали. Как же я мог вас разбудить, вы что?!       Теперь уже Линдеманн принял попытку покуситься на пончики.       – Так! Ну-ка руки мыть оба и ничего не трогать пока я не закончил! Ясно?       – Да, шеф! – опять хором ответили воришки, уходя в ванную, но мужчине всё же удалось спиздить один пончик.       – Линдеманн! – в след услышали они, смеясь, и убегая от возмущённого Цвена.       Позавтракав, подростки отправили Тилля в магазин, всучив ему целый список якобы жизненно необходимых продуктов. Делать нечего, пришлось переться в магазин.       А тем временем подростки уселись перед телевизором с джойстиками в руках, запуская Dendy и готовясь проходить Super Mario.