Моя молчаливая сирень

***

В моей жизни случалось множество вещей, из-за которых казалось, что я кану в небытие. Порой многое для меня не имело никакого смысла, однако я часто возвращался в тот дом, где когда-то пахло блинами с творогом. По всему дому были развешаны детские рисунки, которые мама постоянно хвалила. Теперь же, оглядываясь назад, я понимаю, что это были обычные каракули. Каждый вечер отражался в отблеске старой и немного пыльной лампы, но стол всегда был полон заливистым смехом и самыми теплыми улыбками, которые до этого я не встречал и вовсе. Мы могли понимать друг друга без слов, просто занимаясь делами. Я любил играть в кубик, иногда рисовал, пытаясь изобразить что-то гениальное для своих юных лет. Отец постоянно смотрел в телескоп, показывая маме звезды. Та с любопытством выглядывала каждую, однако в глубине души понимала, что главное светило в жизни своего мужчины — это она сама. Помимо изучения космоса, мама была известным архитектором в Сумеру. Именно она привила во мне интерес к искусству и попросила, чтобы я никогда не предавал свои идеалы. Эти двое стали для меня важными членами семьи, моим домом. Как бы мне хотелось вернуться туда вновь и осознать, что это была не моя вина. Получится ли у меня когда-то? Не знаю. Каждый день я делал вид, что в полном порядке. Улыбка до ушей, звонкий смех, излишняя эмоциональность — все это признаки того, что человеку хорошо. Вот только кого я больше обманывал: окружающих или самого себя? Однажды в моей жизни появился человек, который показал мне, что не всегда быть счастливым — это нормально. Да, его прямолинейность отдавала острой болью в области сердца. Она была неприятной потому, что этот человек видел меня насквозь. Я не мог с ним притворяться и, если честно, не хотел. Встречи с ним стали для меня важным, трепещущими. Впервые за долгое время я осознал, что, находясь рядом с ним, я подсознательно возвращался домой. Нет, это не те белые стены и холодные полы, обставленные мебелью. Это спокойствие, уют и комфорт. Место, где ты можешь почувствовать себя в безопасности, будь ты у плиты, пытаясь тщетно приготовить завтрак, или в объятиях любимого человека. Все это — приятное моему сердцу зов. Все это — сокровенные разговоры в тишине. Все это — первая, но такая сильная любовь, возникшая из ниоткуда в библиотеке Академии. Все это — Хайтам. Мой милый и такой самоуверенный аль-Хайтам.