Невероятные приключения ГосДеповского планктона

Ничто так не украшает человека, как дружба с собственной головой...

Омар Хайям

Вокруг меня была успокаивающая атмосфера, так прекрасно и необычно… Этому способствовал лёгкий, волшебный холодок от встроенного кондиционера, что работал, как мне сейчас казалось, вовсе не на своём пределе. Восхитительные ощущения вызывал у меня этот полёт на самолёте, пусть он и был непривычно большим. Казалось мне сперва, что здесь происходит какая-то ерунда… Какие самолёты, при чём здесь я, но тихие звуки панели и информаторов заставляли отбросить всякие сомнения. Всё это реально. Не может быть чем-то ненастоящим, когда наслаждение видами с такой высоты боролось во мне с волнением, а шлемофон, покрывающий плотно мои уши, прекрасно защищал меня от более резких звуков нашего (немного тесного и напичканного всяким-разным) окружения. Покой в моей душе обеспечивала уверенность в своих деяниях, и мои, крепко держащие штурвал, руки только в ненужный, лишний, раз доказывали это. Сидевший рядом второй пилот, мой лучший друг, выпускник пилотного училища Лукас Эванс был так же весел, как я. Хоть его и не узнать в таком тяжёлом на вид наряде: лица не было банально видно из-за больших чёрных окуляров и плотного шлемофона бежевого цвета. Видно было только нижнюю часть лица, но этого было достаточно, и я мог сказать, кто сидел справа от меня и осматривал бесконечную пелену облаков на ярком синем полотне неба. – Джорджи, взгляни вниз, – прозвучало по моему шлемофону предложение Лукаса, – высота пятнадцать шестьсот, слабо увидеть что-нибудь? Я посмотрел себе под ноги, и с большим удивлением увидел и под своими ногами стекольное покрытие, отмытое от любых пятен и разводов. Мы с ним были будто птицами, кои шли на своих двоих все двадцать восемь лет, а сегодня решились расправить свои крылья. Совершенство человеческой мысли, доведшее меня с Лукасом до этого момента, подняло нас настолько, что богам пора уже было начать волноваться, как при возведении Вавилонской башни. – Вижу прекрасно, хотя… – сказал я по шлемофону, обратившись глазами уже к другу, – не считая облаков, видно только зелёненькие поля. – Запасись терпением, умник! – воскликнул Лукас так, что даже я услышал его не только по электрооборудованию. – Буквально двадцать секунд! А я с пониманием вернул взгляд себе под ноги, пока что ещё наблюдая там просто белое облачное месиво, разрезаемое винтами. Большой редкостью была возможность увидеть в этой пушистой броне пробоину, из которой виднелся маленький домик, витиеватая дорога, частичка пшеничных полей. Откуда-то было волнение, что сейчас я увижу под сапогами нечто нехорошее… Рядом со мной был проверенный в полётах друг, и летели мы на такой проверенной временем стальной машине… Разве не должно быть исключено в моём сознании недоверие или страх? Но они вцепились в меня, отчего моё дыхание было слегка прерывистым. Этот монстр не давал покоя, вселяя в меня чувство: «что-то сейчас пойдёт не так, определённо сейчас что-то, но пойдёт не так». – Во! Наконец-то мы здесь! – воскликнул ещё раз радостно Лукас, озорно улыбнувшись мне. –Смотри, какой огроменный! Я резко помотал головой, восстанавливая дыхание. Нельзя этим странным чувствам дать волю над собой, я всё же первый пилот. Если я потеряю контроль над полётом, то самолёт рухнет. Я посмотрел на своего друга с такой же улыбкой, явно натянутой, чтобы показать, что всё хорошо и нет никаких признаков для беспокойства. – Ага, наконец-то! – восторженно окликнул я, посмотрев уже себе под ноги. Увиденное же действительно отбросило этого злосчастного монстра тревоги, подарив мне долгожданное абсолютное спокойствие. Под нами не было ничего плохого, никаких извергающихся вулканов или масштабных баталий. Под сапогами был только красивый и вправду огромный город, такой, что даже целиком не помещался в довольно широкое стекло. Яркое солнце бросало тень на высотные здания, делая из коричнево-серого пятна новые оттенки цветов, показывая разнообразие зданий, свежесть вытянутых в линию парков… Люди там что-то праздновали, из крыш медленно вылетали еще более крошечные воздушные шарики, скрепленные между собой в разного рода фигуры. – Какой красивый… – тихо, про себя прошептал я, не способный оторвать взгляда. – Джорджи, настрой нам пока отгрузку подарков. Скоро запустим! – дал команду по шлемофону Лукас, показав пальцем на одну из кнопок электронной панели. – Подарков? – растерянно повторил я, оглянувшись на второго пилота. – Я… Я что-то забыл, какие подарки и как- – Джордж, я же говорил тебе не пить вчера! – возмутился Лукас, помотав головой. – Видишь, день города празднуют там внизу? Шары запускают, нас наверняка уже ждут и ручками машут! Я оглянулся в который раз вниз, увидев ту же картину. И правда ведь, праздник какой-то у них. Только почему же я ничего не помню… Что это за город там внизу? Какие подарки… Сомнения одолевали надо мной, из ниоткуда вернувшись с новыми силами. – По центру нам приказали сбросить 80 килограммов подарков для детей, на парашютах будут! – продолжал Лукас, указав пальцем на ту же кнопку панели. – Давай быстрее, нужно сбросить через десять секунд! Я такой… нерасторопный. Всё так забыть, будто внезапно Альцгеймер подхватил. Только взглянул на кнопку напротив меня, как она будто даже приподнялась и вытянулась на сантиметр вперёд, загорелась ярким красным светом, до этого будучи потухшей с багровыми оттенками. Ничего не написано на ней… – Джордж, твою медь! – агрессивно высказался Лукас. Несколько секунд, осталось только несколько секунд. Переступая через себя, свои страхи и большущую неуверенность, я всё же дотянулся пальцем до кнопки и нажал на неё до щелчка. – Сбрасывай! Времени нет! – всё так же агрессивно горланил Лукас. У него было сейчас такое напряженное лицо. Я не мог увидеть его глаз из-за чёрных окуляров, но нижняя часть лица... Ещё минуту назад эти губы весело улыбались и успокаивали, а сейчас на меня смотрел бешено сверкающий оскал. Пока Лукас точил зубы на меня, он задел клыком свою губу, из которой теперь лилась тонкая струйка крови, огибавшая его подбородок. Вдох. Я резко посмотрел на электронную панель, где уже сильно выделялась зелёная круглая кнопка с нужным для Лукаса действием «Сброс». Времени не оставалось посмотреть вниз, убедиться, что сейчас мы находимся именно по центру города. Выдох. На растянутом дыхании я согнул спину, яростно борясь с самим собой, точнее, неуверенной версией себя, которая хотела ничего подобного не делать. Я резко взмахнул рукой, словно пытаясь ударить оппонента впереди меня, и ей же достиг маленькой кнопочки. Щелчок, после которого куда-то делись все другие звуки. В первую секунду я услышал гул падения, будто от самолёта что-то отвалилось… Его место тут же занял глухой свист, который тоже быстро затих. Под ногами же только через секунды четыре я увидел что-то очень маленькое, какую-то крохотную тёмно-зелёную точку, которая в момент обнаружения мной и растворилась посреди городского массива зданий. – Где… подарки? – ошарашенно спросил я полушёпотом. На мой вопрос не поступил никакой ответ. Лукас смотрел вниз, убрав свой оскал, и внимательно наблюдал за практически не меняющейся обстановкой. Стремление следовать инструкциям всегда – не припомню и другого чувства – всегда давало под конец мне чувство удовлетворения. Похвалу от других людей, от тех, кого я считал авторитетом для себя. – Лукас! Где подарк- Не успел я выкрикнуть второму пилоту, как меня ослепила белая вспышка, выстрелившая в нас, прямо в низ самолёта. Как только я закрыл глаза, зажмурившись и вжавшись в своё сиденье, меня поразил оглушительный взрыв, без особых усилий пробивший защиту наушников шлемофона. Инстинктивно я отпустил руки с штурвала и крепко накрыл ладонями свои уши, согнувшись как свежевыпеченный калач, как человек, который от вмиг победившего звериного ужаса потерял над собой контроль. Даже сквозь закрытые веки было слишком светло, и с крепко прижатыми ладонями было слишком шумно и громко. Всё это парализовало и делало ещё хуже и без того получившему удар телу. В эту секунду я даже и не соображал, что только что произошло, лишь быстро тонул во внезапных эмоциях боли и страха, забыв теперь точно обо всём на свете. Только через какое-то время мне удалось открыть глаза и набрать воздуха в грудь. Я медленно, боясь увидеть что-то кошмарное и ужасное, посмотрев себе под ноги ещё раз. Первый взгляд упал на стекло, которое отражало произвольные, кружащиеся вокруг оси жёлтые, оранжевые, красные линии, словно что-то по центру засасывало их в воронку. Когда же весь цвет был поглощён, произвольной формы разноцветное пятно вылилось в ровный белый круг, что я видел только по документальному кино. Я сразу понял, что это было, но мой мозг будто из-за всех сил отказывался это принимать. – Прекрасное представление, – услышал я возле себя привычный голос Лукаса. Белый круг всё расширялся, пока по центру неумолимо, без какого-либо контроля извне рос красновато-розовый гриб над городом. На территории, где ещё полминуты назад был город. Мои руки, открывшие ранее уши, теперь были захвачены новой волной судорог, что заставляли нервно дёргать то фалангами пальцев, то большими мышцами. Нет, это… Я только сейчас вспомнил те сцены и события, которые показывали мне в старшей школе. Я… Нет, это просто невозможно, я же не знал. Меня обманывали, я шёл в пилоты чтобы…. Я не… – Джорджи, такие удобные люди как ты очень, очень ценны для правительства, – продолжил Лукас, ухмыляясь и показывая свои белоснежные передние зубы, – диву даюсь… – Как… Это ведь… Как… – проговаривал я слова, отчаянно понимая последствия. Мои глаза только сейчас смогли взглянуть на лицо Лукаса. Всё вокруг нас только что было открытым и чистым небом, а теперь слои налетавшей серой пыли замели собой всё на свете. Каким-то образом потух свет электроники, подсвечивая только ярким красным цветом панель рядом со лбом второго пилота. Окуляры с переливающимся чёрным и алым цветом, показывавшиеся зубы такого же цвета… – Что бы мы… без тебя делали? – задал другой ироничный вопрос «друг». – Нет… – просто отрицал всё на свете я. – Ты устроил праздник, одурманил наших врагов, – продолжил он до ужаса спокойным голосом, – а затем ты всех их убил, всех до единого! Лично, своими словами, а потом и хладнокровными руками. Поле зрения будто сузилось, осталось только его изуродованное лицо. Чёрные окуляры треснули, из них в этот же миг показались дьявольские глаза, что сейчас словно забирали мою душу в неизвестные края. Сердце, что до этого бешено стучало, начало угасать в ритме. Сейчас я пытался что-то ему возразить, сказать, какой я на самом деле… Но ведь это был всё действительно я. Я не хотел, но… – За это тебя и любят, Джордж. Ты есть самый… настоящий… герой.

------

Внезапно влетевший в мою комнату мячик шлёпнулся по моим волосам, задев, впрочем, в основном только мою подушку. Резко вдохнув после такого лёгкого удара, я моментально проснулся и даже сразу и не обратил внимания на тот контакт, до сих пор будучи поражённым событиями в самолёте. Я взялся за сердце, активно дыша и бегая взглядом по комнате. Всё то же самое, что я видел и вчерашним вечером: те же бежевые стены, те же сёдзи сбоку от меня, не особо аккуратно сложенные пачки документов и записей на столе. Это теперь настоящий мир, а секундой ранее был кошмар. Почему кошмары кажутся такими настоящими? Даже в голову не пришло мне тогда усомниться в подлинности видения. Какие пилоты, какой самолёт, какие задания… Только открыв глаза и увидев другую картину перед собой, ты можешь быстро понять нереальность тех событий. Но тем не менее, несмотря на увиденный мною ранее бред, в нём действительно было маленькое семечко правды, тень моих истинных страхов. Так страшно, по-человечески страшно, гадать, что творится за моей спиной, и о чём думают «свои». – О нет! Тандзиро, зачем ты кинул мяч так высоко? – послышался из-за окна голос неизвестной девочки. – Ты сама сказала мне, что поймаешь! – ответил обидчивым голосом неизвестный мальчик. Услышав такие детские возгласы, я пару раз моргнул и наконец-то посмотрел в сторону от кровати. Там, около шкафа, лежал слегка запачканный землей тэмари, выполненный точно каким-то именитым мастером. Понять это можно было по обильным узорам на нём, что соединялись в аккуратную композицию цветков и лепестков сакуры… На моём лице в ту секунду промелькнула улыбка: «какое счастье ко мне залетело, да и остановило ужас в сознании». – Ну всё, я больше не буду с тобой играть! – расстроено продолжила кричать девочка, начиная даже всхлипывать. – Мой тэмари, что мне мама скажет? – Не плачь, я… Я что-нибудь сейчас придумаю! – уверенно ответил ей мальчик. Под такие разговоры я осторожно взял мячик в руки, сохраняя лёгкую улыбку. Дети наверняка не знают, что сейчас только что помогли мне, и я на них вовсе не сержусь. Когда уже со стороны окна я услышал полной грусти плач девочки, который слабо перебивался всхлипами и ещё менее заметными дуновениями ветра, я всё же подошёл к окну и выглянул из него. С высоты второго этажа я увидел растерянно оглядывавшегося мальчика, который то и дело смотрел по сторонам и метался, наматывая круги вокруг своей подруги. Этих двоих я, кажется, уже где-то видел… Да, точно, они всегда играли в догонялки на местном рынке, их ещё окликивали две так же сдружившиеся женщины с просьбами «не беспокоить взрослых и не кричать так сильно». – Эй! – обратился к ним я, немного похихикав вместо паузы. – Это вы виновники сегодняшнего торжества? Ребята тут час же посмотрели наверх, обнаружили меня, и застыли, словно каменные статуи. Мальчик в потрёпанном кимоно, ещё секунду назад обеспокоенный, был уже скорее в оцепеневшем страхе, и немного дрожал, пытаясь объяснить мне ситуацию, между нами, тремя. – Г-господин Джотаро Гуринто? – первой прервала молчание девочка, убрав ладони со своего покрасневшего личика. – В-великий господин Мидори но Сукуи! – восторженно выкрикнул мальчик, широко открыв рот. Моя уверенная улыбка немного спала с лица, стоило мне услышать такое выражение. Ещё одно словосочетание, которое я не успел выучить, но уже, стало быть, известное таким юным подданным Электро региона… На долю секунды я даже нахмурился, быть может, паренёк меня сейчас обозвал так? – Мидори но Сукуи? – повторила за мальчишкой девочка вопросительным тоном. – Что за прозвище такое? Я продолжал молчать, осматривая неизвестных мне ребят, хотя, чёрт возьми, я задаюсь тем же вопросом! – Ты что, не слышала про легенду Осветления Гуринто? – напучил брови мальчик, чуть ли не оскорбившись от такого неведения близкого друга. Тут же он развернулся ко мне и приложил руку к своей груди. – Господин, можно мне рассказать о вас ей, чтобы вы всё подтвердили? – Хмм… – я сделал серьёзный и полной мудрости вид, после чего кивнул. – Приступай, я не буду тебя перебивать. – Огромное спасибо! – радостно воскликнул мальчик, после чего вновь повернулся к девочке и предварительно прокашлялся. – Полгода назад, когда на Наруками начали приходить тёмные силы, все люди – от маленьких детей до стариков – оказались в опасности. Властные дяди держали порядок из последних сил, а Сёгун-сама пускала тоже все силы на продолжение вечности, и никто-никто не ожидал, что тьма внезапно выльется на остров! – О нет! – в страхе девочка прикрыла рот, смотря на рассказчика округленными глазами. – Что же случилось такого? – Когда же мудрая госпожа поняла, что тьма вот-вот начнёт наступление, под раскаты грома она призвала ловкого и самого смекалистого воина Джотаро Гуринто! – продолжил мальчик, иногда озаряясь на меня и довольно кивая. – Когда иномирцы пришли в наш мир, воин пробрался в ряды врага и отогнал их подальше без боя и новой войны. Говорят, он так убедителен, что заставил иномирцев отстраивать мёртвые острова на юге, и развернул их копья против уже наших недругов! – Ух ты… – восторженно промолвила девочка, переместив взгляд на меня. – Я слышала только то, что новый молодой господин… Что он «очень крутой», но и всё. – Он не просто крутой, он супер-гипер-мега-крутой! – сжал кулачки от радости мальчик. – Мне Кеничи рассказал, что господин лично спас его и папу, Кеэйташи Такэда, от тюрьмы на Сейрае. Он снова своим словом убедил сильных дядей отпустить домой инадзумцев, хотя пришёл даже без копья или лука! Ох, Кеничи… Я шире улыбнулся, слушая концовку рассказа от мальчика. Я наверняка запомню эти моменты на всю свою жизнь: как вытаскивал бедолагу из-за забора, как я ему пообещал найти отца и убедиться его безопасности. А потом с широкой искренней улыбкой махал маленькому кораблику из Сейрая, идущему к Наруками, на котором сидели бывшие несправедливые пленники Инадзумы. Как же хорошо, что паренёк теперь нашёл себе здесь новых друзей… или дождался старых. – Что же я могу сказать… – вымолвил я загадочным тоном. – Это интересная история, у которой есть право на существование. – А это не правда, господин Гуринто? – резко перестал улыбаться мальчик, выглядя сейчас больше шокированным. – Праведные воины Сёгуна не разносят громогласно свои похождения, – не выходя из убедительного образа, я продолжал словесно юлить. – У тебя же неплохо выходит рассказывать истории, мальчик. Быть может, в скором будущем именно ты и будешь писать и рассказывать истории героев? И тут же, после моего комплимента он вновь засиял широчайшей улыбкой. Если же я хоть чей-то пример для подражания, пусть и липовый, то какое у меня право разбивать идеалы? Сам же помню, как, будучи примерно в возрасте этого мальчика, прилипал к телевизору и смотрел на крутых дядей в пиджаках, говорящих всякий бред с серьёзными лицами… Лёгким движением руки я поднял тэмари на уровень груди, показывая мячик из окна и сначала легко помотав им, будто дразнясь. – И будьте аккуратней, взрослым брошенный мяч может не сильно понравиться! – добавил я от себя, после чего осторожно бросил девочке игрушку. – Большое спасибо, Господин Гуринто! – хором сказали дети, глубоко поклонившись, после чего быстро убежали, чуть-чуть хихикая. Такие счастливые… Хотелось верить, что это в достаточной мере моя заслуга, если уже и такие прозвища придумали. Мидори но Сукуи, Господины Гуринто… Улыбка на моём лице расползалась вширь, и вовсе не из-за возвышенности над кем-то, не потому что для обычных людей не придумываются такие диковинные титулы – тепло на моей душе было как раз благодаря таким историям. Коротким, но запоминающимся, как белое пятно в темном космосе мрака – и ради которых я продолжаю быть Специальным Представителем… Ох, от последних таких мыслей улыбка снова скривилась до недовольного лица. Работать надо… Если не написать достаточно документов для Вашингтона, то видные дяденьки в кабинетах могут подумать эту идиллию прекратить. Как только я сел за стол, готовясь к очередной порции рутинных документов на отправку в ГосДепартамент, на столе дал о себе знать заранее подготовленный мной спецтелефон. Между столешницей и первой полочкой под ней загорелась ярким зелёным светом кнопочка, отдавая мне сигнал: со мной сейчас кто-то хочет связаться. Я даже призадумался насчёт неожиданного звонка рано утром – если судить по примерному времени сейчас в Вашингтоне. Звонить так рано, в 4 утра, могли в случае начала Третьей Мировой, попытке захвата власти в США, детонации планеты Земля… ну либо ещё чего-то в этом роде. Я осторожно, задержав дыхание от волнения, по протоколу встал из-за стола и плотно закрыл окна, занавесил шторы и, не садясь обратно, открыл потайное дно в столешнице, где лежал старенький мобильный телефон и тихо вибрировал, кружась на картонном днище. Мало того, что он был старым, так к нему был пришит пугающий своей небезопасностью, местами голый, кабель, который должен был соединять по радиосигналу электронику нашу и Сейрая, а там… что-то там, в общем, забыл все эти умные формулировки инженерного корпуса армии. Пока я поднес эту приблуду к уху, в моей голове вновь разыгрались самые худшие сценарии, питавшиеся ужасом недавнего кошмара. – Я вас слушаю, – тихо, но хорошо поставленным голосом принял я вызов. – Джордж, привет! Как дела у тебя? – прозвучал звонкий и добродушный вполне знакомый женский голос. Я надеялся, что этот радиосигнал не передал мой большущий выдох очищения от тревоги. Вице-Президент, по крайней мере, жива, способна разговаривать и находится в прекрасном расположении духа. Только зачем звонить в четыре утра – загадка, ответ к которой я сейчас не выпрошу из-за недостаточной наглости. – Да вроде бы неплохо… – честно ответил я, оглядываясь по сторонам. – Госпожа Вице-Президент, чем могу быть вам полезен? – Ох, нет-нет! Это я к тебе с новостями, не переживай! – так же бодро ответила она мне. Какой жаворонок необычный… – Новости? Но я думал, что… – запнулся я, прокашливаясь от ещё не отошедших нервов. – Разве не Центральный Разведывательный Аппарат будет мне новости передавать? – ЦРУ? Ох, у них всё так туго на самом деле всё, знаешь? – пооткровеничала Джессика Харрис, тихо цокая. – Одного агента потеряли насовсем, ходил вчера Директор их весь грустный такой. – П… Потеряли? – опешил я, сильнее сжав мобильник в руке. – Да, грустно всё с этой Снежной дела обстоят, – негромко выдохнула Вице-Президент, – отпевание уже назначили на этой неделе, родственников собирать будут в закрытой обстановке. Вот это… приплыли… Я облокотился на стол одним локтём, замерев. Хватка на мобильнике стала ещё жестче, даже немного хрустнул и так уже дряхлый пластик. Харрис не сказала имени и фамилии, но я понимал по контексту плена и битвы с Снежной, что хоронить будут Лукаса. Перед моими глазами всплыли воспоминания, связанные с этим парнем: наше знакомство на встрече абитуриентов в университете, как вместе ездили на пикники, дурачились в общежитии, пробовали готовить суп из одних консервированных бобов и ещё раз бобов… Суп этот получился тогда такой дрянной, пахло ещё от него, будто рядом стая скунсов пробежала, и мы обвиняли друг друга в навыках готовки, а потом резко забыли об этом и пошли ужинать к соседям. Стеклянными глазами я смотрел невидящим взглядом на один из выдернутых из папки документов, и просто не мог понять или принять факт, что... Лукас Эванс мёртв.

---- Семь лет назад ----

Я и не думал, что под словами «выберемся куда-нибудь» после продолжительной сессии мне предложат съездить в Неваду и посмотреть на местные красивейшие пейзажи. Это так далеко от места учёбы, да и вообще от Восточного берега, ещё и стоило дорого… Да и вообще, мотаться автостопом было для меня плохой идеей. Но когда с тобой рядом новый друг, который способен ярко улыбаться и заводить тебя, казалось бы, самого скучного и нерешительного паренька во всей Америке – то даже самый унылый пейзаж обретёт яркие краски, и впечатления останутся на всю жизнь. А по ходу нашего маршрута виды нельзя было назвать безжизненными – пустынная Аризона была по большей части как новый, слегка пожелтевший лист бумаги, где то тут, то там виднелись каньоны, облитые красным песчаником и нечастыми речками. Первая идея, пришедшая Лукасу сразу после нашего прибытия в отель и подключению к Wi-Fi была, на первый взгляд, довольно безобидной. Он предложил мне «попрыгать на местном аттракционе», говоря, что это я запомню навсегда, и всё время при этом хитро улыбался. Это должно было меня насторожить, но всё же, доверие к друзьям не должно же прерываться ростками сомнений? Только приехав на пикапе к обрыву с ржавым мостом, а также встретив других парней, я понял, как же сильно ошибался. – Еее! Примчали, е-е! – всё так же энергично Лукас выпаливал слова, будто дракон – огонь из пасти. – Погнали, Джордж! Он буквально выбежал с водительского места, даже не закрыв за собой дверь, и помчался вперёд к мосту, где его уже ждали двое парней-одногодок и поднимали большие страхующие верёвки. Я же вжался весь в своё сидение: эта высота издалека была очень красивой, но если есть перспектива прыгать… – Эй, Мао Цзэдун! А ну выходи давай! – дразняще выкрикнул мне Лукас, начиная махать при этом. Господи, теперь я понял, почему «аттракцион» стоил триста долларов… Может, сказать родителям, что я просто деньги пропил и уехать отсюда к чёртям? Мои глаза метнулись на кожаный руль, который издевательски «улыбался» мне, смеясь над моими страхами большой высоты. Нет… Стало так жарко в салоне, а я ещё не сдал на водительские права, куда я уеду в этой пустыне… С резким выдохом, будто пытаясь так сдуть демонов, я вышел из салона и уверенным шагом направился к своему другу. Взгляд у меня был донельзя хмурый, руки сжаты в кулаки, внешне можно было подумать, что я кому-то иду бить лицо. Только сам Лукас смотрел на меня с легкой ухмылкой, зная про меня уже достаточно – хотя бы про то, что я не любитель драться. – Слышь ты, козлина, – сразу же агрессивно начал я пыхтеть, хмуря брови, – ты же знаешь, что я высоты боюсь! Что это за приколы? – Джорджи, это роуп-джампинг! – несмотря на мою очевидно негативную реакцию, Лукас был крайне оптимистичен и весел. – Нам с тобой надо оторваться, и причём с пользой. Ты когда-нибудь падал с высоты 135 метров? ***, ещё и друг называется. Дыхание участилось и от злобы, и одновременно со страха, что сейчас будет для меня новый травмирующий опыт. Я сжал губы, пытаясь изо всех сил держать себя под контролем, а вскоре перевёл взгляд на сотрудников этого «аттракциона». Они уже начали подходить ко мне со страховкой, так же, блин, весело улыбаясь как мой друг-предатель. – Так, стоять! – ещё больше обозлился я на незнакомых мускулистых парней, выставив перед собой руку с раскрытой ладонью. – Я вообще не при делах! Это он всё покупал, а я только рядом сидел! – Не надо бояться, у нас двойная проверка безопасности прыжка, – успокаивающе вымолвил незнакомец, зайдя мне за спину и уже напяливая на меня толстенный жилет. – Ээ! Нет! Стойте! – чуть ли не в панике выкрикнул я, после чего другой парень застегнул жилет под одобрительный кивок Лукаса. – Не слушайте его, всегда так боится, – с лёгким осуждением сказал Лукас, выдыхая. – Да, в десант тебя не возьмут… – Какой в жопу десант, я пацифист! – топнул я ногой от бессилия. Мои возгласы же только подстёгивали персонал, они стали вместе с Лукасом весело смеяться над моими попытками освободиться. Так, под руки, меня и повели на краешек ржавого моста, который ужасно действовал мне на нервы своим металлическим скрипом. Стоило мне только посмотреть вниз, как я увидел, что один из таких же красно-коричневых болтиков просто взял и упал вниз с конструкции, пока я шёл по нему. Чёрт, я тут точно сдохну, это просто сто процентов! Из моего рта вырвался нервный смешок, последняя попытка организма наврать самому себе, что всё хорошо и прекрасно. Как только меня довели сотрудники до края моста, ко мне подошёл друг-предатель. По-другому я его называть не буду, если смогу пережить этот день «отдыха». Двое незнакомцев проверили трос, скрепление страховки, после чего кивнули и отошли в сторону, предварительно кивнув стоявшему рядом моему… однокурснику. – Ну-с, Джорджи, как настроение? – спросил Лукас, с лёгкой улыбкой осматривая меня. – Слушай, я тебе всё прощу! – в жутком страхе я начал запинаться, отговаривая. – Или это потому, что я твой батончик съел? Это же… Это ерунда, да? Я тебе таких десять куплю! – Десять? – задумался Лукас, будто действительно думая над моим предложением. – Не-а, двадцать пять, и я подумаю. – Тридцать! Тридцать! – кивнул я, тяжело дыша. – Только поедем обратно, не надо этого! Это же нарушение моих конституционных прав, я… Парень напротив меня сделал вид ещё раз, что задумался, после чего выдохнул и положил руку на мою грудь. – Не-а, ты меня так сильно оскорбил, что теперь очистишься от греха воровства только этим, – сделал безутешительный вывод Лукас. – Как ты потом в глаза моим родителям смотреть будешь! – использовал я последний аргумент перед такой кончиной. – Ты… Ты! – В глаза, говоришь… – Лукас повторил за мной мои слова, после чего медленно перестал улыбаться. Его взгляд за считанные секунды превратился из беззаботного и игривого в абсолютно серьёзный. Он наклонил голову, стал смотреть на меня исподлобья, и сквозь густые белые брови я мог сейчас увидеть глаза, в которых быстро накапливалась злость… и отвращение. – Я вспомнил, этот взгляд… – прервал душераздирающую паузу парень, продолжая ещё более гнетущим голосом. – Эти глаза обдристанного кота, как же я мог не узнать с самого начала? Что он такое несет? Тихие смешки сотрудников «аттракциона» только добавляли душевной боли. Хватка Лукаса на моём жилете и не думала ослабевать, его пальцы уже вцепились со злобой хищника, сжимая с противным звуком резину. – Это ты… Эта характеристика… Это ты убил Кеннеди! – заявил Лукас, приблизив своё лицо к моему. – Ч…Что? – теряя логику его слов, я энергично повертел головой. – Я… нет! Ты чего, какой Кеннеди, мы же с тобой во время Билла Клинтона родились, ты что такое несёшь? – Да, в тебе есть его дух… – покивал так же злобно Лукас. – Одна энергия на два тела… Один предал супружеский долг, а другой – гражданский… После таких зловещих речей, лишенных всякого смысла и логики, меня будто окончательно добил еле сдерживаемый хохот сотрудников роуп-джампинга сбоку от нас. В момент, когда у тебя сердце вот-вот выпрыгнет из груди от необратимого страха, ты просто не можешь осознать эти тупые слова как шутку, и так чувства взяли надо мной вверх вместо разума. На пару секунд я даже поверил, что эта процедура – своебразная казнь с быстрым судом над моей бедной душой… – Лукас! – успел я выкрикнуть, чувствуя ослабевавшую хватку Лукаса. – Подумай над своим поведением, подсудимый! – решительно выкрикнул парень, толкнув меня в грудь. Внутри меня в этот момент случился самый настоящий пик паники, когда меня с бешеной скоростью потянуло вниз. Быстро умирающая надежда попрощалась со мной, оставив трусливого мальчика один на один с большим монстром реального мира. Предательство, обман, подлая человеческая натура, и всё, что вызывает омерзения на нашей прекрасной Земле. Как рьяно мои глаза закрылись, не желая увидеть конец, так же и быстро я падал. В голове стоял такой балаган переполняющих меня эмоций, который я мог с трудом описать… Вьюга в ушах с громким свистом казалось бесконечной и непрерывной, пока… Пока как-то всё само не разрешилось. Будто кто-то за меня открыл глаза и отогнал все ужасы, показав мир каким он есть. В эту секунду в меня будто кто-то вселился и намерено сделал мне безэмоциональное лицо, и теперь я вполне скучающим взглядом осматривал пейзаж. Странности… Очередные странности… Защитные механизмы психики? А я и не знал, что они могут быть ещё и такими… Подобные вопросы плавно и упорядочено появлялись в голове, даже когда я опустился на максимальную длину толстой верёвки. Наверху я думал, что к этому времени уже помру, а здесь, внизу я задаюсь вопросом… Это что, всё, что ли? Неприступное, безэмоциональное лицо держалось на мне всё оставшееся время обратного подъёма по верёвке. Мне – дайте подумать – двадцать один год, и я, может быть, проживу ещё столько же, если повезёт – и сколько же на этом пути будет таких открытий, полных разочарования? – Ну и ну, Джорджи, – высоко поднял брови Лукас, скукурузив очередную гримасу удивления на своём лице как только его глаза наткнулись вновь на меня, – ты чего это, Алькатрас прошёл? Чего такой грустный? На меня после таких вопросов от друга-предателя уставились и сотрудники «аттракциона», убрав наконец свои ухмылки. Наверное, их больше не смешила человекообразная груша в плотном жилете, которая буквально висела на толстенькой верёвочке, и у которой так забавно была взлохмачена голова. Теперь у этой головы ведь были глаза, которые с сильной энергией осуждения, презрения и безразличия осмотрели сначала первого незнакомца, потом второго, а затем выстрелили в озадаченного Лукаса. – Я тебя презираю всей душой, – тихо вымолвили мои губы. Даже по голосу сложно было понять, что во мне было внутри. – Да? – сразу же ответил он, после чего расплылся в странной, но милой улыбке. – Я согласен, главное – чтобы нам было весело, братишка! Весело… Придурок… Я молча, с продолжительным выдохом, закрыл глаза. Ещё четыре дня в Аризоне, а это только начало путешествия – и от осознания ситуации, можно было повеситься. На ум стали приходить новые обзывательства в адрес друга-предателя, пока внезапно мой едва оправившийся от шока организм не дал о себе знать резким головокружением и упавшим давлением. Как только сотрудник аттракциона поставил меня на ноги и отцепил трос, моя гордая тушка плюхнулась на металлические опоры, после чего я еще несколько минут тихим голосом приказывал ко мне не подходить и не трогать. Хочу домой… Мама, забери меня отсюда, человечество ещё не созрело для меня.

---- Настоящее время ----

… – Если бы ты только знал, как я устала… Постоянные звонки, ни секунды личной жизни! – неистово продолжались личные жалобы Харрис, перебиваемые только её же вздохами. – Да, я это понимаю… – на автомате поддерживал я её морально, застыв в сидячей позе и продолжая смотреть в одну точку комнаты. В реальности же я находился совсем не на связи с Вице-Президентом. Передо мной в эти минуты всплывали разные воспоминания, не дававшие взять себя в руки и нормально переговорить с госпожой Харрис. Лукас, Лучано – я называл его разными эпитетами, от самых лучших до самых скверных. Парень, который был со мной и когда нужно, и когда мне не хотелось видеть вообще никого. Одно только его обращение, «братишка», было дороже других слов – когда у меня не получалось завести других друзей, или отношения. Даже после всех этих открытий, я не мог собрать картинку в своей голове – что я на самом деле думал о нём. Проступившие скупые слёзы, сползающие по моим щекам как будто делали мне большое одолжение – не вопили о себе, оставив мою печаль в тайне от Харрис. Поздно теперь искать ответы, теперь мне некому об этом рассказать – к чему всё? Влага на глазах – только от жалости к себе, наверное… Так отпускать людей и только потом задаваться вопросами. – Да… Хотя бы у меня есть кто-то, кому я могу выговориться! – озорно подытожила Харрис, слегка хихикая. – Ты не устал слушать меня, Джордж? – Нет… – прерывисто вымолвил я, стараясь держать голос ровным и не выдать себя. – Ох, ну не надо меня обманывать, я уже минут семь так болтаю, – не теряя бодрого настроения, продолжила Харрис. – Я так отвлеклась от темы, что самой как-то стыдно стало… Как же мне хотелось сказать в трубку «заткнись»… Я не знал, по какой первоначальной причине звонила мне Харрис, но такие новости, выдаваемые мимоходом, за «кстати говоря», меня так сильно надломили… Оставшиеся силы я тратил на поддержание приличного имиджа и просто молился, чтобы этот разговор был закончен ею же. – Так вот, в качестве награды за то, что выслушиваешь мои жалобы… – торжественным голосом, будто дразнясь, продолжала Харрис. – Господин Гринт, не окажите ли Вы честь выступить в Сенате в связи с открытием работы и выходом Сенаторов с новогодних каникул? – А… А-а? – проморгался я, помотав головой от такого предложения. – Сенат, открытие работы… Речь, госпожа Харрис? – Да, Джордж, – звонко засмеялась в трубку Вице-Президент, – всё так закрутилось… Президент прихворал немного, я в это время в Брюссель полечу, у третьих сё, у четвёртых сё… Я предложила дать тебе звёздный час как особо отличившемуся дипломату, и Уилсону это понравилось. Зелёный свет тебе горит, гордость наша! Гордость наша… Ещё несколько секунд назад бесящий голос Вице-Президента озвучил в трубку такое, что вновь выбило меня из одного состояния в совершенно противоположное. Открытие сессии Сената после новогодних каникул… Так это же всего лишь ровно через неделю! В голове вмиг очистилось место, которое тут же без паузы заняли математические расчёты, и я широко распахнул глаза. – Господин Гринт, могу ли я на вас положиться и в этом деле? – дал о себе вновь знать голос Харрис, и я почувствовал нарастающую интригу. – Д… Да, вы можете на меня рассчитывать, госпожа Харрис, – кивнул я головой, будто она меня сейчас видит. – В субботу я как раз буду в Вашингтоне, будет время мне подготовиться. – Как здорово! Не дипломат, а прямо спасение! – восторженно ахнула Харрис. – Только сохрани себя в целости, пожалуйста, будет неловко если в эту субботу надо будет искать замену… – Нет, со мной всё будет в порядке, – с большой уверенностью кивнул я ещё раз. – Прибуду живым в Вашингтон, я обещаю. – Ну смотри у меня тогда, Джордж! – задорно посмеялась Харрис, после чего выдохнула. – Что ж, тогда у меня в этом случае всё. Увижу тебя через неделю! – Благодарю за звонок, госпожа Харрис! До встречи с вами через неделю! – бодро сказал я, прижав губу под конец фразы. Я толком сам не заметил, как первым сбросил звонок. В маске больше не было нужды, улетучилась вместе с завершённым звонком. Сдалось мне это выступление… Зная теперь столько много об устройстве правительства, что они могли и хотели сделать, да и после озвученной скороговоркой гибели! Не знаю, и вряд ли когда-нибудь узнаю, что было в планах у Лукаса на Тейват и что он делал в тысячах километров отсюда – в моих силах лишь продолжить работу. Лукас любил Америку, как и я – остаётся только защитить людей, растянуть хрупкую идилию сосуществования «наших» и «не наших» как можно дольше. Пока не придумаю чего-то другого. – Встреться с дедушкой, братишка… И прости за всё, – тихо вымолвил я в пустоту с грустной улыбкой.

------

Через некоторое время я уже находился вне города, будто сами ноги меня повели спасать от тоски и сожалений. Находиться ещё какое-то время в одной комнате со злополучным телефоном я просто не имел сил, нужно было отвлечься. А отдалиться от реальности, от пожирающих меня день ото дня холодных и расчётливых людей, можно было только в месте наподобие этого – то есть в роще. В этом маленьком местечке, полном абсолютного спокойствия, я и должен был найти способ временно позабыть о накинувшихся на меня делах, которые успели накопиться только за половину прожитого дня. Деревья своей густой листвой закрывали не только дальние горизонты полей и океана, но и едва пропускали тонкие струйки дневного света и даже неба. Единая блёкло-синеватая гамма вокруг больше клонила в сон – просто чудесно! То, что надо для меня, может, и правда мне стоило забить на работу и прилечь на часок другой… – Чудненько, чудненько… – покивал я, устало выдыхая на последнем слове. Посетили меня в ходе прогулки и некоторые мысли, искушающие. На секунду я даже прикинул: а что, если мне забежать сюда и не отвечать на звонки неделю? Просто сяду здесь, в маленьком лесу, и буду таинственно из-под кустов шипеть на проходящих путников – чтобы не шли дальше, пугались, и говорили другим не идти в мой лес. Да, и даже лес могут так назвать: «Гуринто-лес» – потому что Великий - что-то-там - Гуринто зашел в него и пропал там. А там потом сделают и новые легенды, и поверья. Потом лес вырубят, построят на его месте жилые дома, и поползут страшилки, что злой дух Гуринто гадит местным жителям… В потоке странных мыслей, которые заходили куда-то слишком далеко и превращались в очередной бред, я прошёлся с задумчивым взглядом вперёд по тропинке, продолжая поддерживать свой образ важным чваканьем сапог об сыроватую землю. За столь продолжительное время на островах я уже так вжился в роль, что даже и притворяться местами не приходилось – вот и сейчас элегантно сложенные за спиной руки, что изящно поддерживая уголки рукавов, были в одном настроении с остальным недоаристократичным телом. – Псс! – внезапно показался тихий, но настойчивый призыв. Я остановился, на секунду замерев от настороженности. Мужской голос, справа от меня, где-то сравнительно рядом. Моя ладонь, инстинктивно, от пережитого, потянулась к бедру за пистолетом… Вот только я его оставил в сохранном месте, ведь хотел всего лишь прогуляться! Не теряя всей своей взятой с потолка важности, я медленно и с тактом повернул голову в сторону голоса, ожидая (в глубине души) кого угодно. На первый мой оценивающий взгляд, по правую от меня сторону были видны одни только дикие кусты неаккуратной формы, из которых выползали маленькие насекомые и насекомые чуть побольше, то есть оникабуто. Последние выползали на ветки так, будто со всех своих коротких ножек бежали от кого-то, и, не расценив своей тяжести, все вместе упали на землю. Не успел я и подумать, что это было и кто же издавал призывы, как из-за самого большого куста передо мной встал в полный рост высокий мускулистый парень, и стал внимательно смотреть на убегающих жучков. Незнакомец в открытой коричневой одежде, что обнажала его спортивные достижения в виде пресса, сперва даже не обратил на меня внимания, и смотрел исключительно вниз. – Это твоё поражение! – выкрикнул озорным голосом он, широко ухмыляясь. Я сжал ладони в кулаки, приняв эти слова в мой адрес. «Бандит, он точно бандит, сейчас будет бить меня и грабить!» – подумал я, после чего даже успел встать в стойку и поднять левую руку. Вот только я сперва удивился наличием в густых серых волосах красненьких рожков, а потом странный незнакомец прыгнул будто мне под ноги, вытянув руки вперёд. В последний момент оникабуто желтоватого цвета, стоявший перед парнем, вероятно, осознал всю плачевность своей ситуации, и принял единственное правильное решение – резко подпрыгнул в сторону, после чего начал бежать со всех ножек снова в кусты. Я ничего не понял. А когда незнакомец с рожками увидел перед собой чёрные, дорогие сапоги и поднял голову наверх – я тоже понял, что он ничего не понял. Полный удивления взгляд, в котором я мог также увидеть и стыд, и пылкий адреналин охоты на насекомое. За мгновение парень развернул голову и резким взмахом предплечья показал в сторону пытавшегося спасти свою жизнь оникабуто. – Лови его! – скомандовал незнакомец, быстро вставая на ноги. Ох, что? Но как? Времени на размышления просто не оставалось, видимо это какой-то опасный для природы оникабуто. Жёлтый же, а не фиолетовый – как его другие собратья. Мне потребовалось лишь полторы секунды, чтобы решительно кивнуть, и, пригнувшись, взять большой камушек, чтобы резко кинуть в сторону насекомого. Со стороны оникабуто, сражавшимся за свою жизнь, шарик неровной формы был сродни метеориту, что с катастрофической скоростью приближался к бедолаге. Ринувшийся в направлении моего броска незнакомец преградил своей спиной для меня итог моей незапланированной рабочей деятельности. Он – незнакомец – снова упал на землю, из последних сил прыгнув вперед, после чего я услышал его довольный смешок. Фух, слава Богу, Инадзума не будет уничтожена желтыми Оникабуто! – Да! Кто тут босс, кто тут самый крутой ловитель оникабуто? – продолжал он, восхваляя себя. – Пора бы уже запомнить вам всем: босс банды Аратаки никогда не отступает, если за что-то взялся! Или за кого-то, такого юркого, как ты! Незнакомец достаточно проворно встал на ноги, после чего такой довольный, с сияющей улыбкой, развернулся ко мне лицом. А ещё он, похоже, кого-то надежно держал в своих соединенных ладонях, пока на земле валялся только камешек… без остатков дохлого насекомого. – Чувак, да ты прямо крутой! – отдал и мне щепотку славы парень с рожками. – Так сориентировался, да и бросил камень прямо перед этим малышом. Путь ему заградил, а самого не тронул – так классно камни кидаешь! – Аа… – опомнился я, чуть-чуть смутившись от нужной для нового знакомого осечки. – Да так, ничего особого… – Да нет, ты просто красавчик! – отчаянно не соглашался со мной парень. – Ты знаешь, сколько я за этим сорванцом бегал? Полчаса точно! Я уже и вспотел, от банды своей оторвался, но всё же настиг его! «Что тут вообще происходит?» – подумал я, смотря, прищурившись, с осуждающим молчанием в ответ на парня. Взрослый на вид парень, даже уже мужчина, с рожками на голове, бросается на землю в попытках поймать оникабуто – да и ещё обращается ко мне на «ты» и даже как к «чуваку». Прорастающее во мне чувство элитарности будто топнуло королевской ножкой и заявило «Как сие смеет ко мне обращаться?». Но… – Ты кто вообще такой? – спросил я, приподняв брови, интонацией человека, который скорее искренне интересуется, нежели обижен на панибратские слова. – Как это? Ты не слышал про самого Итто Аратаки? – озадачился парень, после чего хмыкнул и, достав из кармана маленькую расчёску, продолжил мне отвечать, расчёсывая свои густые волосы. – Про меня многие слышали, теперь и ты среди их числа! Недоуменный взгляд так и не сползал с моего лица, пока я рассматривал Итто, уже сдерживая нарастающую ухмылку. – А ты… Про меня что-нибудь слышал? – чисто из любопытства спросил я спокойным голосом. – Про тебя? – переспросил Итто, прервавшись от своих процедур и перенеся взгляд на меня. – Ты на кого-то похож, подожди… Только где я тебя видел… Пока парень передо мной глубоко задумывался, почёсывая указательным пальцем подбородок, у меня было немного времени рассмотреть и его. Он так не вписывался в моё мироустройство Инадзумы, скромного и тактичного царства, что наталкивало на интересные выводы. Изрисованный красной краской, с произвольными линиями от пупка до лба, и носящий на себе глаз Бога, что так гордо расположился на груди парня – зрелище было действительно что-то с чем-то. Будто бросающий вызов сёгунатовским самураям, он был и отталкивающим, и завораживающе похожим на неопытного меня в первое время на этой земле. – О нет! – воскликнул неизвестный женский голос где-то сбоку от нас с Итто. Обернувшись, я только сейчас поймал себя на мысли как заулыбался… Боссу банды Аратаки. Я мало что о нём вообще знал, но такое знакомство и его поведение, признаюсь, меня сильно подкупило. Однако улыбка моя чуть спала, когда я вдруг увидел вышедшую из кустов встревоженную девушку с ярко зелёными волосами и чёрной маской. Понять, что она увидела сейчас что-то ужасающее, я мог только по округленным её глазам, смотревшим то на Итто, то на меня. – Йоу, Куки! Смотри, какого прикольного чувака я нашёл! – тем не менее радостно заявил ей Аратаки, после чего положил свою тяжёлую, как у бодибилдера, руку мне на плечо и продолжил бодрым голосом. – Я тебе говорил, что мне помогут поймать оникабуто, а ты всё «хватит маяться фигней», ну ну! – Итто! – в ужасе девушка взялась обеими руками за голову. – Ты хоть знаешь, кто рядом-… – Да ладно тебе, что такого случилось? – спросил Аратаки, громко хихикая. – Нет, не знаю. Но это пока что! Где-то я его уже даже видел, только запамятовал… – Господин Мидори но Сукуи! – испуганно вымолвил другой незнакомец, подошедший с другого бока. Повернувшись, я увидел высокого незнакомца в серой, длинной шинели, который по уровню испуга был равен незнакомке с именем «Куки». Он был так же растерян, вцепившись правой рукой в ярко-белый лацкан своими тоненькими пальцами, согнув толстый материал чуть ли не пополам. Итто же, медленно переваривая озвученную другим парнем информацию, сначала даже хихикнул: – О, точно! Мидори но Сукуи, ты выглядишь прямо как тот из легенд, а я подумал даже… – прервался они, опустив уголки губ и с впервые появившимся осознанием посмотрел мне в глаза. Самым смешным было для меня даже не его выражение лица сейчас. Он даже не думал убирать свою руку с моего плеча, которая огибала и шею, продолжая делать образ ново вышедшего для его мира братишки. Троица, которая была между собой точно как-то связана, продолжала стоять как вкопанная и ожидать моих первых слов. – Ты меня знатно спустил с небес на землю, парень, – наконец высказался я, слегка улыбаясь и сдерживая хохот, – ещё бы немного, и я бы стал ставить себя вровень с Небесным порядком. – Ну… – взволновано прижал губы Аратаки, после чего нервно похихикал. – Не, я слышал что-то про тебя, ты… Точнее вы- – Ну не надо, – помотал я головой, приняв максимально дружелюбный и спокойный вид, – что ты так взволновался-то? – Ну как бы типа… – запутался Аратаки, после чего помотал головой и всё же убрал руку с моих плеч. – Меня Сёгун ищет, я слышал, что за меня она лично взялась, и ещё генерал Куджо… – Сёгун? Лично взялась? – я немного нахмурился, внимательно осматривая парня передо мной. – Ты что, второе живое воплощение Оробаши? – В этой части он вам немного приврал, господин Гуринто… – вмешался ещё раз в разговор неизвестный мне парень в серой шинели, понемногу успокаиваясь и даже насупив брови на Итто. – За нами гоняется генерал Куджо, помня ещё старые дела о побоях сотрудников безопасности Наруками. Мы же… А мы же сейчас всей бандой ловим для этого охламона жучков оникабуто, надеясь в будущем сделать полноценные «Бои жуков»… – Эй, Коичи! – обиделся Аратаки, пытаясь грозным взглядом и вытянутым пальцем припугнуть своего товарища. – Если я сказал, значит будет так! Мне бы надо ещё пять-шесть оникабуто, после чего мы построим большущую арену и… – Кто это «мы»? – влезла в разгорающийся спор Куки, сложив руки на груди. – Кто чертежи хотя бы будет нам чертить для арены? Где мы древесину обработаем для досок? Где мы разрешение на арену получим, чтобы комиссия Кандзё в любой день не снесла все наши труды за год? Я стоял тем временем посреди этого действия, осторожно разворачивая голову к каждому из говоривших. Кажется, моя открытость и лёгкость характера раскрепостила ребят, которые переключились на свои старые, набитые шишки. Как только они все прекратили во мне видеть прямую угрозу, то в этот же момент великодушно посвятили меня в свои дела. Я же не мешал их разговору, только стоял, расставив руки по бокам. – Эй, Куки, ну что ты тоже начинаешь-то? – поделился обиженным взглядом Итто и с девушкой тоже, не меняя задетого тембр голоса. – У нас же мора есть? Есть. Идей – полным-полно, и я это всё в своей мудрой голове держу! Да найдем мы обалденного художника, он нам такое закатит, что все обзавидуются! – Ты, блин, в розыске! – сжал кулачки парень в серой шинели, сильнее напучив брови. – И это намного бóльшая проблема, чем найти архитектора! – Да и это тоже решим! – отмахнулся Итто, наконец переведя взгляд со своих партнёров на меня, – Ведь на моей стороне сам Мидори но Сукуи, самый… – Нет? – сразу огорчил я паренька с рожками, приподняв одну бровь. – Почему ты думаешь, что я буду отмазывать преступников? Бить доблестных воинов комиссии Тенрё – это плохо, ты в курсе? – Ааа! Что за день у меня такой? – взялся за голову босс банды. – Меня все предали сегодня! – Господин Гуринто, – высказался Коичи, держась рукой уже за своё сердце, – вы же не скажете, где мы все вместе были? Пожалуйста, если нам придётся бежать на другой остров, то точно помрём с голоду! – Не планирую, – помотал я головой, вернув лёгкую улыбку, – всё равно комиссия Тенрё озадачена другими делами, гораздо масштабными. В продолжении моих слов я услышал от этой «Могучей Кучки» синхронный выдох облегчения. Ну и правда, я не собирался сейчас им всем врать – ведь после прошедших лекций для Эи и Мико о коррупционных связях у комиссии Тенрё наступила целая череда огромных задач: обновление штата сотрудников, перепроверка сотни данных о безопасности островов, другие задачи… Даже несмотря на то, что это всё замаскировано под внеочередной масштабный осмотр, для Сары и правда Итто будет сто восемьдесят четвёртой проблемой, по крайней мере, на этой неделе. – Спасибо тогда на этом, господин! – восторженно кивнул головой Итто. – Смотрю, на вас подействовали чары Коичи! Он умеет так убеждать людей не делать чего-то, даже мне иногда не хочется работать после его слов. – Ты и раньше таким был, – устало выдохнула Куки. – Работать не любите… – задумался я, опустив взгляд. Практически моментально во мне родилась идея, как использовать эту ситуацию и вывернуть в свою пользу, – Итто Аратаки, а ты вообще работал когда-нибудь на кого-то? – Ну, я не горжусь этим, но да, – кивнул парень, хмыкнув, – у нас в банде есть знакомый из Фонтейна. Он просил следить за передвижениями лагерей Фатуи поблизости, а за это обещал мне оникабуто. Сначала бодро схватывая информацию на лету от рогастого парня, я неспешно кивал и внимательно его слушал. На секунду я почувствовал себя самым настоящим hr-ом, но от последнего слова… – … Чего? – явно не ожидавший такого услышать, я одновременно и опешил от заработной платы паренька, и сильнее нахмурился от подозрений. – Странствующий мужчина из Фонтейна, Франческо, – продолжила вместо рогастого парня Куки, – странный на самом деле человек, живёт где-то в лесу, ездит на линию боёв с повстанцами и активно интересуется группами Фатуи. Но… Он же ещё пообещал Итто принести «Большого пятнистого», поэтому мы ему всё и сообщаем. – Месяц уже не приносит мне его! – от нахлынувших воспоминаний Итто раздраженно топнул ногой, чувствуя в глубине души, что его обманули. – Мне нужен только этот сорванец в мою коллекцию, а он…- – Ты что, работаешь на иностранные спецслужбы, Аратаки Итто? – заявил я с теми же хмурыми бровями. – Ты предал Инадзуму ради каких-то оникабуто? Я прекрасно понимал, кем этот человек был и на кого работал, но мне нужно было нагнать на парня жути. Вероятнее всего, этим «Франческо» был агент ЦРУ в Инадзуме, хотя я вроде бы просил правительство не отправлять никого из спецслужб в регион… С другой стороны, разве мог я обижаться на то, что правительство моей горячо любимой страны внимательно ознакомилось с моим мнением и «приняли к сведению»? Это было бы даже наивнее веры в гороскоп, ведь именно из-за того, что Сатурн двинулся правее Венеры, я сегодня встал с кровати на левую ногу, а не на выращенное в лаборатории лошадиное копыто. Единственным выходом, чтобы обезопасить регион от наблюдения заинтересованных в колонизации лиц, я видел в том, чтобы переманить довольно дешевые глаза и уши. – Нет! – решительно помотал головой Итто, хотя в его голосе прослеживалась паника. – Я просто… – Ты читал книжки из издательского дома Яэ? – внезапно сменил я тон разговора, упростив лицо. – В шпионских играх с пойманными агентами поступают так: либо их убивают, либо берут к себе. – А… Э? – потерялся парень в разговоре, успев до моего ответа лишь почесать свой затылок. – Больше к этому «Франческо» не ходи, – выглядел я всё еще серьезно, подняв подбородок и начав говорить загадочным тоном, – мы все недавно пережили пришествие иномирцев, теперь ещё и Фатуи активизировались в нашем родном крае… Лучше бы тебе действительно перейти в наш Тайный Орган Безопасности… Только что придуманную мной организацию я представил банде торжественным, гнетущим голосом. Последние озвученные мною три слова я произнёс, предварительно вдохнув воздуха и в процессе поигравшись ощущением невероятной силы тоном, подкрепив всё это острым взглядом прямо в глаза «Боссу». – Э? – совсем растерялся Итто, раскрыв рот чуть ли не до земли. – Тайный Орган Безопасности? Это что такое, впервые слышу о таком! – Так и должно быть, – важно поцокал я, после чего вздохнул и стал предлагать свой план, – пока активность Фатуи не спадёт, а иномирцы не успокоятся в стремлении захватить Инадзуму, сообщай-ка лучше мне о перемещении отрядов. Когда всё устаканится – пойдешь сдаваться Куджо, но за это время ты и жуков найдешь, и архитекторов… А когда выйдешь за хорошее поведение – ребята твои уже и арену построят, и дело жизни запустят. Как звучит? – А мне что, обязательно в темнице сидеть? – разочарованно развёл руками парень, надув щёки. – Я же сказал, что отмазывать никого не буду! – не убирал я вид грозного, но справедливого лидера Тайного общества. – Соглашайся, пока я не передумал, – добавил после более мягким голосом. – Боюсь, если бы Господин сейчас предложил тебе что-то более приятное, то это была бы ложь, – констатировал Коичи, приставив в раздумьях кулак к своему подбородку, – на твоём месте я бы… – Не думай о моём месте, босс банды Аратаки может быть только Аратаки! – ревностно дёрнулся с места Итто, после чего уже устало выдохнул. – Но всё правда, это, видимо, действительно единственный мой выход. Быстро клановская голова у тебя работает. – Клан? – с новой дозой удивления осмотрел я Коичи. Голубоглазый парень в шинели и со взъерошенными от долгих путешествий волосами впал на несколько секунд в оцепенение от болтуна босса. Его глаза бегали, быстро опускаясь от смущения и не могли найти себе места – и этого мне было вполне достаточно для выводов о правдивости слов Аратаки. Только… как? – Ой… Мой косяк… – виновато прошептал босс банды. – Коичи очень неуверенно себя чувствует, когда мы говорим о его семье и прошлом. Давайте… Давайте типа представим, что я сейчас ничего не говорил? – Да без проблем, – согласно кивнул я, отвернув голову от персоны обсуждения. Неловкая ситуация в, казалось бы, самой интересной и внезапной встрече за эту неделю. Мне было и вправду очень интересно узнать, как парень из клана оказался в банде Аратаки… и даже не на главном её месте! Но спрашивать сейчас я и не стал, не стоило взвинчивать ситуацию в ненужное для этого время. Для этого уже, как раз под момент обрыва диалога на самом интересном месте, я услышал приближающийся из тумана леса топот. Синхронизированный топот, явно натренированный, кто-то бежал к нам как будто… Ох, ну и ну. – Наши? – обратила внимание на приближавшийся глухой топот Куки. – Э… Наверное? – нахмурил брови Итто, пытаясь вглядеться в густой туман и ведущую к нему тропинку. Странные какие-то. Даже я запомнил этот характерный топот деревянных плит об землю и лязга стальных пластин, достаточно проржавевших чтобы напоминать о себе, находясь чуть ли не в километре от моих ушей. Пока троица смотрела в одну точку, затаившись в ожидании неприятностей, я покачал головой и спокойно расставил руки по бокам. – Ох, ну и панику вы нагнали, ребят… – помотал я головой, вальяжно разложив после руки у груди. – Это всего лишь генерал Куджо и трое… Нет, четверо бойцов сопровождения приближаются к нам. Ничего страшного. По озвученным словам, ребята могли бы и подумать, что ситуация не такая критичная. Точнее, если обратить внимание только на голос, который так веял теплом, будто бы из-за густого леса к банде бегут старые друзья. Однако же окружающие меня люди были не такими идиотами без должной меры осознания бандитского бытия, и мою немного жестокую иронию восприняли явно без энтузиазма. – Полундра! – резко растерял всю стойкость босс банды, выкрикнув клич бедствия. Итто и Куки мигом рванули со своих мест, даже толком не попрощавшись со мной. Убежали по тропинке, а после – неведомо зачем свернули прямо в большущие кусты, где Итто разломал ветки хлестким ударом и устремился вперед. Последовавшая за ним Куки, по моему уже сформировавшемуся мнению, должна была осудить такой жест, выдававший очевидность их побега и этого пути… Но это всё меркло по сравнению с тем, что Коичи всё ещё стоял на месте и продолжал о чём-то размышлять с растерянным видом. – Шёл в лес, заблудился, видел Аратаки, убежал на север… Нет, на восток, к берегу и уплыл… – бубнил про себя Коичи, выглядя очень сконцентрированным. – Госпожа генерал, я видел их, они убежали от оленя из кустов… Да, олень из кустов… – Олень из кустов носит сапоги 42 размера? – Сыронизировал я, услышав эту тихую околесицу. – Разумеется нет, это просто следы другого человека… – ответил мне Коичи, сильно поджав губы. – Ох, Архонты, а ведь такое генерал точно спросит у меня. И вряд ли поведётся… – Верно, но почему ты стоишь здесь и думаешь, как бы соврать, вместо того, чтобы убежать со своими друзьями? – спросил я, подняв снова бровь. – Мои друзья… – задумчиво прошептал Коичи, выдыхая от разочарования. – Простите, Господин, но мне стоит хранить даже от вас некоторые секреты. Острое нежелание разговаривать… Сейчас даже топот вдалеке от нас прекратился, будто пытаясь прислушаться к мыслям этого паренька. Во время неловкой паузы приходили вопросы по типу «А что сейчас я такого мог сказать обидного?», но больше меня беспокоил именно прекратившийся топот. Оглядев бегло местность ещё раз, я пытался высмотреть в тумане любопытствующие носы, но тщетно. – Я жалкий, не правда ли? – метнулся взглядом на моё лицо Коичи. – Хорошо, что мои родители этого всего не видят. – Ну… – попытался я успокоить парня, хотя чего-то правдивого и при этом не обидного на язык не приходило. – Передо мной Мидори но Сукуи, Господин Гуринто, тот, кто смог повернуть вспять захват моего дома, так ещё вы думаете как меня и моих коллег не опозорить на все острова, – помотал Коичи головой, выглядя теперь раздражённым. – Потому что… По крайней мере у тебя есть какие-то причины быть с Аратаки, – выдавил я из себя слова утешения. Что правда, то правда. Было сложновато подобрать подходящие выражения, когда банально ничего о человеке не знаешь… А когда он ещё и дрейфует от грусти до злости на себя, то и правда самому некомфортно становится. – Итто на самом деле очень добрый человек, или же о́ни, – прервал молчание Коичи, нормализовав дыхание. – Я быстро нашёл в этих рядах свою компанию и хлеб, когда… всё так пошло наперекосяк. Прошу, не утруждайтесь моей историей. Стоило только Коичи заикнуться о своей истории, как из тумана появился до боли знакомый силуэт. Это были мною ожидаемые Сара Куджо и несколько воинов из комиссии Тенрё, будто превзошедшие своего начальника по хмурым бровям и метанию взглядов, полных подозрения, с место на место. Сара сначала не обратила на нас двоих внимания, внимательно рассматривая примыкавшие к тропинке заросли и раздвигала их ветки осторожными движениями рук, повторяя алгоритм уже с тремя кустами. А когда янтарные глаза генерала всё же обратили внимание на стоявших посередине тропы двух мужчин… Не знаю, я готов поклясться, что она поймала ту же энергетику майора Адамса, потому как посмотрела на меня уставшим и ничего не ожидающим взором. – Господин Гуринто, при всём моём уважении к вам, но это уже третий раз когда я вижу вас в подозрительном месте и с подозрительными людьми, – высказалась генерал осторожным тоном, в котором сквозило недопонимание. – Да, мы с вами видимся в таких интересных местах… Согласен, – кивнул я, еле улыбаясь. – А вы, господин Коидзуми, – перенесла Куджо взор на парня рядом со мной, – я давно не видела вас на Наруками, вы всё это время скрывались от людских глаз в лесу? У меня чуть шире раскрылись глаза от того факта, что генерал Куджо знает Кеничи по фамилии и обращается с ним не так плохо, как я ожидал. – Я… – запнулся Коичи, после чего с некой грациозностью и тактом положил руку на грудь. – Клан Симадзу в моём лице всегда уважал конфиденциальность, так что я тактично промолчу вместо ответа на ваш вопрос. Стоило ли мне говорить, что про некий «Клан Симадзу» я слышал впервые? В моей голове хранились десятки названий этих… архаичных аристократичных структур, ныне существующих и когда-то царствовавших на маленьких клочках суши, а это вот мне никогда не попадалось! Такое чувство, что я всегда буду каким-то незнающим и потерянным в этих землях, так вгонять меня в задумчивое состояние и рыскать в своей памяти того, чего в голове и отродясь не было. – Однако даже моя боязнь что-то рассказать вам лишнее не помешает мне поделиться чувством невиданной благодарности Господину Гуринто, – перевёл на меня стрелки Коичи, легко улыбнувшись. – Я нашёл его здесь случайно, а он в ответ на встречу помог мне разобраться в нескольких важных вопросах, а ведь я мог потратить множество лет в поисках ответов! Я выдержал паузу в ответ на такое изречение, всё еще выглядя задумчивым. Только сейчас мне приходилось таковым прикидываться, ведь растерянность от такого шага Коичи не давала мне обдумать ответ. Мне хотя бы знать: меня сейчас в криминал вписывают или просто спасают своё положение, прикрывшись моей такой же актерской броней? – Если бы можно было всем так легко помочь словами, как Господину Коидзуми, – произнес я очередную полную загадок фразу. – Как, например, кричавшему неподалёку Аратаки Итто? – вымолвила со вздохом генерал Куджо. Ну, начинается… Я только успел прищуриться, обдумывая новую ерунду в моей голове, как вдруг слово защиты взял на себя Коичи. Он гордо положил ладонь на свой лацкан, вобрал в себя воздуха и вышел на шаг вперёд, как верный самурай, защищая своего друга. Признаюсь, что не быть одиноким в такой игре было довольно приятно и воодушевляюще… – Господин Гуринто тут не при чём, Достопочтенный Генерал, – начал важным голосом объяснять Коичи. – Я и Господин даже внимания на него не обращали, только под конец нашего диалога я посмотрел, что этот бешеный делает. А этот мужчина тут просто бегал и искал жучков оникабуто, падал, а потом вдруг убежал куда-то в лес. – Да что вы говорите? – произнесла Куджо, стараясь не выдать свой пессимизм. – То есть вы видели, в какую сторону он убежал? – Я? Безусловно! – кивнул Коичи, не снимая с себя гордый образ стражника моей невинности. – Давайте я вас провожу по следам, быть может, мы поймаем его вместе? От такого перла даже я был немного в шоке, честно говоря. И посмотрев на Сару, можно было сказать о ней то же самое – едва зарождавшаяся в ней дерзость резко сменилась озадаченностью на лице. Такое редкое явление чуда дало и мне осознание – нужно срочно пользоваться моментом и поскорее отсюда сваливать, если Коичи готов брать всё на себя. – А я в таком случае вернусь к себе, с вашего позволения, – вернув лёгкую улыбку, я осмотрел своего коллегу по актерскому мастерству, а потом и Куджо, – до скорых встреч с вами, Господин Коидзуми, до скорых встреч и с вами, Генерал Куджо. – Продуктивного и лёгкого вам труда, Господин Гуринто, – неглубоко поклонился Коичи, после чего незаметно от Сары и её сопровождения мне подмигнул. – Что же… Берегите себя, Господин, – всё еще растерянно смотрела на меня Сара, вернув, однако свой стержень характера, и перенеся взор на Коичи обратилась уже к нему, – прошу вас, ведите меня к преступнику. Я даже готова пожертвовать своим временем на другую работу, если у нас с вами такие обстоятельства. Коичи кивнул, всё еще выглядя донельзя уверенным в себе. Я, честно говоря, представить вовсе не мог, что было на уме этого парня – однако он хотя бы уведет Генерала от меня и заберет себе все лавры профессионального сыщика неприятностей. Когда они вместе с Сарой быстро убежали по тропинке, скрывшись так же моментально в тумане, как и Итто с Куки минут десять назад, я почувствовал вновь большое облегчение. В сегодняшней очередной суматохе, полной новых знакомств, я даже смог завербовать рогастого парня и отбить такой кадр от лап ЦРУ… Только как он будет мне про этих Фатуи сообщать, если даже не знает где я живу… А я тоже не знаю, где он ночует… Ой, да ладно. Я в буквальном смысле махнул рукой на эту ситуацию, мотая головой. Главное, что такая встреча отвлекла меня от потрясений сегодняшнего утра и оставила в живых. Наверное, впервые в моём путешествии на этих островах, чудаковатое стечение обстоятельств послужило мне во благо и дало новые полезные мысли.