Мы... Так вы? ...

Выйдя из душной машины, Нил вздохнул с облегчением. В машине было особенно душно из-за царящей там атмосферы. Нил первым делом посмотрел на ребят, которые его встретили: Аарон, Кевин и…кто это? Кажется его приезду был рад только этот неизвестный. — Привет! Как доехал? Меня зовут Ники, а тебя Нил? Я Кузен близнецов и лучший защитник в мире. Тебе помочь достать вещи? «У Рапунцель ещё и Кузен есть? Сколько у него ещё родственников припрятано? Хахах» Нилу стало интересно, блондин знал о существование Ники? Похоже что-Нет. — Это все. Ники узумленно посмотрел на Нила. — Вот что значит быть на легке, мне бы тоже так, но слишком уж я люблю свои шмотки. Нил скептический взглянул на Ники, а потом на Аарона. — Моя Мама Мексиканка, поэтому мы не похожи. — Привет Рапунцель! Давно не виделись. Лет 6? Аарон резко поднял глаза и внимательно посмотрел на Нила, дав (бросив) телефон Кевину он подошёл к Нилу и взяв того за щеки приблизил его лицо к своему, присматриваясь в знакомые черты лица, Аарон радостно посмотрел на своего друга. Дав Нилу подзатыльник он обнял его с чистой улыбкой. — Привет Абрам, я скучал. — шепотом в ухо сказал Аарон. Ники и Кевин с шоком наблюдали за сценой, даже Эндрю удивился. Аарон обнял кого-то по своей инициативе? Ахуеть. — Аарон, ничего не хочешь сказать? — Эндрю первый вышел из небольшого шока. — Нил мой друг, вот, а теперь пойдем в квартиру Ваймака. Аарон взял Нила под руку и двинулся к квартире. Эндрю недоверчиво разглядывал Нила, Кевин и Ники быстро пошли за ними. Ники задавал вопросы, а Аарон стремительно игнорировал его. — Я Абрам. Одно слово и Ники сразу заткнулся наполовину все поняв, Эндрю вспоминал с какой теплотой Аарон говорил об Абраме. Кевин все ещё непонимающе смотрел на ребят. — Тебя же Нил зовут. — Абрам-мое второе имя. Ники сразу зарядился энергией и подбежал к Нилу с Аароном. — А как вы познокомились? — Никак. — Аарон «енді» Зайдя в квартиру он застыл на пороге, воспоминания начали наплывать словно цунами. Холодный подвал, мужчина, тесак, холодно, больно, очень больно…бежать, бежать, нужно срочно бежать! Аарон положил свою руку на плечо Нила, только так он мог вернуть его в реальность. Нил двинулся в глубь дома, не обращая внимание на взгляды. — Что это с ним? — немецкий — Не обращай внимания. Нил вздрогнул и посмотрел на Аарона, тот знал, что Нил знает немецкий. — Но это была типичная реакция «Бей или беги». — Ники, не обращай внимания. Нил повернулся в сторону ребят и совершено невинно, будто бы и не понимал весь разговор спросил: — Ники, проведешь экскурсию? — Без проблем! После небольшой мини-экскурсии они зашли в кабинет Ваймака, ну, как они? Аарон, Нил и Ники, а Эндрю и Кевин куда-то пропали. Впрочем Нил был даже рад, что Эндрю, что Кевин не радовали его глаза. Последний по понятной причине, а первый… Натаниэль-6 лет. — Младший! Для тебя у нас есть сюрприз! «Младший» от одного этого прозвища Натаниэля выворачивало изнутри. Какой сюрприз? Неужто наконец скорая быстрая смерть? Лола схватила Натаниэля за руку и быстро побежала по коридору, Натаниэль не издал звука боли, хотя чувство было, будто бы она сейчас сломает его бедную руку. Они вышли из особняка и двинулись к машине. Открыв дверь, Лола бросила Натаниэля на заднее сиденье и быстро завела машину, казалось, на скорости света они доехали до какого-то бара. — Доброе утро Лола, ты нашла подопытного? — Вот. Она указала на Натаниэля которого она держала за запястье. Женщина высокого роста, русые волосы и глубокие карие глаза. Она подошла и взяв Натаниэля за волосы повела за собой на верхний этаж, Натаниэль, который к этому уже привык, нечего не делал в ответ. — Moa golova nemnogo bolit dorogai syka — Что ты сказал? Предпочитаю английский милашка, а теперь давай ты просто сядешь на стул и промолчишь? Натаниэль ничего не подозревая сел на стул, но вдруг его руки сковали оковы. — Что…? — Понимаешь, я владею сетью Баров «Райские сумерки», а ещё я продаю там наркотики…ну, ты понял, мне нужен был подопотный и я бы давала ему наркотики, смотрела за реакцией и памятью. Ты явно не доброволец, но и не мне выбирать. — Chto za naxyi? Gospodi pomilyi. — Начнем! Первый наркотик «Крекерная пыль», хочется проверить сначала его. 4 месяца. Мать его 4 месяца Натаниэлю давали наркотики! Он пытался сопротивляться, но делал себе только еще больнее. — Помнишь я говорила насчёт памяти? — Женщина похлопала руками и в комнату вошёл мужчина — Это Дрейк, мой друг, он твой. После этого была только боль. Адская боль… Чувство тошноты застряло в горле комом, Нил повернул голову и заметил, что Ники взял в руки пузырек. — Это не твое, — заметил Нил. — Обезболивающее, — констатировал Хэммик, пропустив укор мимо ушей. — Пару лет назад тренер сломал ногу, ты в курсе? Так и познакомился с Эбби. Она его лечила, а он потом устроил ее к нам медичкой. Наши до сих пор спорят, шпилятся они или нет. Эндрю в споре не участвует, а значит, решающий голос будет за тобой. Ты давай определяйся поскорее, я на кон бабки поставил. Отсыпав в ладонь несколько таблеток, Ники завинтил крышку и вернул пузырек на место. Нил покрутил головой по сторонам, желая выяснить реакцию остальных, но Эндрю и Кевин уже исчезли. Остался только Аарон, которому, судя по его виду, было явно плевать. — Познакомишься с Эбби сегодня за ужином, — пообещал Ники, засовывая таблетки в карман. — До вечера надо убить время, так что пока можем показать тебе поле. У нас теперь идеальное количество народу для тренировочных игр. Кевин, небось, от нетерпения уже ссыт кипятком. — Сомневаюсь, — пробормотал Нил, вспомнив бесстрастное лицо Кевина. — Кевин — парень сдержанный, — согласился Аарон, — Но, поскольку кроме экси его в этой жизни ничего не интересует, он больше всех ждет, когда ты выйдешь на поле. — Рапунцель, а почему ты решил в Экси играть? Ты вроде этим не интересовался. — С чего бы начать… В дверях будто вырос Эндрю и в его руках была бутылка водки. За его спиной-Кевин. «Удачно зашли» — Готов? — обратился к Нилу Ники. — Двигаем, пока тренер не вернулся. — Почему? — Нил показал на бутылку. — Это что, ограбление? — А если и так? Настучишь на нас Ваймаку? — Эндрю, казалось, позабавила эта мысль. — Вот вам и новый человек в команде. Сразу видно, настоящий Лис. — Стучать я не буду, не волнуйтесь — Нил вздохнул и повернулся в сторону Аарона — Давай завтра прогуляемся? Как раз расскажешь что успело произойти, а я расскажу что было у меня. Аарон щёлкнул пальцами в знак согласия, Эндрю скептически посмотрел на Брата, но вряд-ли сможет отказать, учитывая, что Нил был его другом, тогда он вряд-ли будет нападать на Аарона. Эндрю ничего не сказал, но и доверять Нилу он не собирался. Дверь открылась и в кабинет вошёл Ваймак. Бутылка алкоголя исчезла, ловкость рук и никакого мошенничества. — Почему вы ещё здесь? Знаете ведь, не люблю когда вы у меня дома ошиваетесь. — Да ладно вам Тренер! Я нечего не сломал. — Эндрю поднял руки. Раньше Нил в основном не обращал внимания на Эндрю, да и с чего бы обращать? Его компанию называли «Монстрами», но Нил видел монстров и по хуже, а тут; Солнышко, Экси-наркоман, Рапунцель вообще на всех и вся наплевать, а Эндрю просто карлик с ножами. В чем их проблема? Повязки на руках Эндрю так же привлекли его внимание. Появился вопрос «Зачем?», логично ведь там ножи, но что-то там еще… Аарон притянул Нила к себе и шепнул ему в ухо, муражки прошлись по всему телу — Успокойся Абрам, дыши глубже и идём. Ваймак достал из кармана ключи и кинул в руки Нила: — Тут ключи от квартиры и от стадиона, Кевин тебе все объяснит. — Любимчика завели, Тренер? — Возможно, когда ты начнёшь делать все не из-под палки, тогда тоже им станешь. — Ох, прямо сейчас хочу прыгнуть под машину, — Эндрю театрально положил руку тыльной стороной на лоб — Все же, мечтать не вредно. — Ну, мы пошли. — Куда это вы? — На стадион, Кевин уже ссыт от желания туда пойти. Кевин возмущенно вздохнул посмотрев на Аарона. Нил прыснул в кулак, Аарон все не меняется. Нил разглядел «Лисью нору» задолго до того, как они въехали на парковочную зону. Рассчитанный на шестьдесят пять тысяч зрителей стадион располагался на окраине кампуса, угрожающе нависая над соседними зданиями, уступающими ему по высоте. Благодаря необычному цветовому решению стадион еще больше выделялся на окружающем фоне: ослепительно-белые стены были окантованы ярко-оранжевой полосой, и на каждой из четырех стен красовался гигантский отпечаток лисьей лапы. Нил попытался прикинуть, в какие деньги обошлось университету строительство и как горько раскаивалось руководство в столь неразумном вложении средств, учитывая паршивые результаты «Лисов». Проехав четыре парковочные площадки, они свернули на пятую. Там уже стояло несколько автомобилей, вероятно, принадлежавших работникам стадиона или слушателям летних подготовительных курсов, в то время как на обочине возле самого спорткомплекса ни одной машины не было. Стадион со всех сторон окружало ограждение с колючей проволокой, вдоль которого через равные промежутки друг от друга располагались входные ворота (специально чтобы распределять толпу, в дни матчей) — все запертые на цепные замки. Нил подошел к ограде и окинул взглядом территорию вокруг спорткомплекса. Ни души; сувенирные киоски и торговые точки с едой на лето забраны ставнями. Впрочем, легко представить, как они оживут с началом сезона. От приятного возбуждения кожа Нила покрылась мурашками, а стук крови в ушах походил на тот, с каким мяч во время игры отскакивает от борта. Ники хлопнул Нила по плечу. — Скоро ты просто влюбишься во все оранжевое, — пообещал он. — Скорее ослепну. — Думаю, так и будет. — фыркнул Аарон. Они прошли на стадион, ближе и Ники указал на дверь — Мы заходим здесь, — пояснил Ники. — Код меняется примерно раз в два месяца, и тренер всегда нам об этом сообщает. Сейчас действует комбинация 0508. Май и август, месяцы рождения тренера и Эбби, вкурил? Говорю же, они шпилятся. У тебя когда день рождения? — В марте, — соврал Нил. — Жаль, мы пропустили. Зато в апреле тебя взяли в команду, так что можешь засчитать это как величайший в мире подарок. А подружка что тебе подарила? — Чего? — не понял Нил. — Хорош придуриваться, у таких красавчиков, как ты, обязательно есть подружка. Если, конечно, ты не заглядываешься на парней. В таком случае говори прямо, чтобы я не терзался в догадках. — Продолжай терзаться, не узнаешь. Ники надул губы и быстро вошел на стадион, делая вид будто игнорит Нила. Сразу за входом располагалась комната отдыха. Бо́льшую часть пространства занимали три кресла и два диванчика, полукругом расставленные перед тумбой для теле- и аудио-аппаратуры. Экран телевизора был огромным до неприличия, и Нилу уже не терпелось посмотреть на нем какой-нибудь матч. Над теликом к стене был прикреплен список спортивных и новостных каналов. А все остальные стены занимали фотографии. Одни были сделаны профессионально (общие фото команды, яркие голы), другие явно вырезали из журналов, но большинство, судя по всему, нащелкали сами Лисы. Их снимки были налеплены везде, где оставалось свободное место, и держались на скотче. Целый угол отводился фотографиям трех Лисиц — входящих в команду девушек. Экси относилось к совместным видам спорта, но редко какой университет жаждал видеть в рядах своей команды женщин. Как гласила история «Лисов», в первый год ректорат Пальметто отказал Ваймаку, включившему в заявку девушек. Однако после провального первого сезона администрация сделалась чуть более сговорчивой, и Ваймак набрал в команду сразу трех. Более того, он назначил Даниэль Уайлдс первой в истории НССА женщиной-капитаном среди команд первого дивизиона. Поклонники экси и так не жаловали «Лисов», но Даниэль буквально затравили. В первый год после назначения даже партнеры по команде не стеснялись прилюдно издеваться над своим капитаном. Отъявленные женоненавистники обвиняли во всех неудачах «Лисов» исключительно ее. И все же, несмотря на весь сыр-бор, не имея поддержки ни от кого, кроме Ваймака, Даниэль удержалась на своем посту. Только три года спустя стало ясно, что тренер не ошибся с выбором. «Лисы» по-прежнему оставались аутсайдерами, однако под предводительством Даниэль начали превращаться в сплоченную команду и мало-помалу набирать очки. Нил представлял Даниэль Уайлдс бессердечной стервой, но фотографии развеяли это представление. На всех снимках девушка сверкала улыбкой, жизнерадостной и опасной одновременно. Заметив, куда смотрит Нил, Хэммик по очереди ткнул пальцем в лица на ближайшем фото. — Дэн, Рене и Элисон. Дэн — классная девчонка, но на тренировках загоняет тебя до смерти. Элисон — коварная сучка, с ней лучше не связывайся. Ну, а Рене — просто няшка. Смотри, не обижай ее. — Иначе прилетит в лоб? — озвучил Нил то, что не договорил Ники. Тот лишь улыбнулся и пожал плечами. — Идем, — поторопил Кевин. — Наши пятки уже сверкают, о чем ты? Ребята вошли в другую комнату — Добро пожаловать в фойе, — сказал Ники. — По крайней мере, мы так называем эту комнату, хотя окрестил ее какой-то умник еще до нас. Эндрю оседлал одну из скамеек и выудил из кармана пузырек с таблетками. Аарон протянул Кевину сворованную бутылку виски. Тот передал ее Эндрю, дождался, пока он вытрясет на скамью таблетку из пузырька, после чего забрал его себе. В следующий миг пузырек исчез в кармане Кевина, а Эндрю запил таблетку внушительным глотком виски. Нил скревил лицо и к горлу подступала тошнота. Нил подошел к оранжевой двери, и Кевин показал, каким ключом она открывается. За порогом царил мрак. Потолок терялся где-то в вышине, и различимы были только стены. Нил последовал за Кевином в темноту. Шагов через десять он сообразил, что вышел на поле. — «Лисья нора» в лучшем виде, — раздался за спиной голос Ники. — С приходом Кевина в команду потекли денежки — хватило, чтобы обновить покрытие и стены. Теперь тут все блестит, как яйца у кота. Такой красоты не было с самого открытия. Свет из раздевалки падал на пятачок перед выходом, но до линии поля не дотягивал, так что в чернильном сумраке с трудом проглядывали очертания арены. Нил закрыл глаза и попытался мысленно восстановить картину. Здесь, внизу, располагались места для судей, группы поддержки и членов команды. Где-то тут должна быть и домашняя скамейка «Лисов». Прозрачные плексигласовые ограждения растворились во тьме, как и сама арена, но от мысли, что он стоит на поле, сердце Нила бешено застучало. — Да будет свет, — провозгласил сзади Аарон. Сперва раздался гул электричества, потом вспыхнуло аварийное освещение, а затем огни каскадом побежали по трибунам снизу вверх. Стадион оживал на глазах. — Вау, — безэмоцианально посмотрел на Аарона Нил — Да ты прям маг. — Самый настоящий, — фыркнул Аарон. — Выдайте ему форму и инвентарь. — скомандовал Кевин. Аарон и Ники проводили Нила до раздевалки. Эндрю не выходил вместе с ними на поле, но и в фойе его тоже не было. Куда он запропастился, Нила не волновало, поэтому он молча отправился в раздевалку. В передней ее части вдоль стены тянулись шкафчики с номерами и фамилиями игроков. В дверном проеме в глубине помещения виднелись раковины, из чего Нил сделал вывод, что там находится душевая. Больше всего, однако, его сейчас интересовал собственный шкафчик. В последние недели учебы Нила в Милпорте Эрнандес и Ваймак утрясали вопрос его будущей экипировки. Хоть он и знал, что в шкафчике найдет все необходимое, увиденное привело его в восторг. Пять комплектов формы для тренировок, плюс по одному для домашних и выездных матчей. Бо́льшую часть просторного шкафчика занимала мягкая и жесткая защита; на верхней полке лежал шлем, а под ним — нечто кислотно-оранжевое, упакованное в пленку. Нил осторожно ее развернул; оказалось, что это ветровка, по яркости не уступавшая разметке поля. На спине светоотражающей краской значилось: «Лисы» и «Джостен». — Такую даже из космоса увидят, — заметил он. Ники засмеялся. — Дэн заказала их нам почти сразу, как пришла в команду. Объяснила, что ей надоело быть невидимкой. Окружающие любят притворяться, будто таких, как мы, вообще не существует. Типа мы не их забота, а чья-то еще. — Он протянул руку и пощупал ткань. — Люди не понимают, с какой стороны к нам подступиться. Считают нас безнадежными и сразу сдаются, не сделав и шага навстречу. — Ники тряхнул головой, и непрошеная грусть тут же сменилась бодрой улыбкой. — Ты в курсе, что часть прибыли от продажи билетов мы отправляем на благотворительность? Поэтому билеты на наши игры немного дороже, чем у других. Это Рене придумала. Говорю же, она просто золотце. Ну, давай, натягивай уже лисью шкуру. Пока Ники копался в своем шкафчике, Нил взял все необходимое и направился в туалет. Переодеваться в кабинке было страшно неудобно, однако Нил проделывал это так часто, что превратил процесс в своего рода искусство. Скинул футболку, надел защиту для плеч и нагрудник. Покрутился туда-сюда, чтобы проверить, не жмут ли лямки, и сверху натянул игровую джерси. Решив, что дальше можно одеваться при всех, Нил вернулся в раздевалку. Там он сменил джинсы на форменные шорты; усевшись на скамейку, закрепил на ногах щитки для голеней, поверх которых надел длинные гольфы, а затем обулся в специальные нескользящие бутсы. После он раскатал тонкие хлопчатобумажные перчатки, застегнул их чуть выше локтя, приладил налокотники. Рукавицы — краги — положил рядом со шлемом, чтобы забрать перед выходом на поле, волосы спрятал под оранжевой банданой. Оставалось надеть только защиту для горла — узкий ремешок с хитрой застежкой. Возни с ним было много, и порой Нилу казалось, будто ошейник душит, однако получить удар мячом по горлу ему не хотелось. В фойе Ники подвел Нила к инвентарной кладовой, на которую чуть раньше указал Кевин, и Нил отпер ее своим ключом. Аарон достал корзину с мячами, а Нил выдвинул стойку с клюшками. Клюшки, по паре на каждого, были расставлены согласно номерам игроков, и его пара стояла последней в ряду. Взяв одну из двух клюшек, Нил медленно ее повертел, оценивая вес и удобство в руке. Она была темно-оранжевой, с единственной белой полоской у основания головки и белой веревочной сеткой. — Ты еще поцелуйся с ней. Аарон хмыкнул и посмотрел на Нила, который долго любовался своей клюшкой. — Ой, иди нахуй. Кевин по-прежнему стоял у плексигласового ограждения. Он молча наблюдал, как парни надевают рукавицы и шлемы, и не сказал ни слова, когда Аарон повел Нила к выходу на поле. Нил отпер дверь третьим по счету ключом и для надежности сунул всю связку в крагу. После того как дверь за ними закрылась, он озадаченно посмотрел на Ники. — А Кевин сегодня не будет тренироваться? Ники, казалось, удивился вопросу. — Наш Кевин выходит на поле либо вместе с Эндрю, либо в одиночку, только так. Осенью, когда голкипером станет Рене, ему придется менять привычки, ну, а до тех пор мы позволяем ему корчить сноба. — А где Эндрю? — Он же наелся таблеток, значит, лежит где-нибудь в отрубе. Как очухается, снова включит психа, — пожал плечами Ники. — Ники. — Ладно, пойдемте уже на поле? — Идем. — Так Кевин все-таки может играть? Говорили, будет чудом, если он когда-нибудь снова возьмется за клюшку. — Левая рука у него практически не работает, — пояснил Ники. — Теперь он переучивается играть правой. — Серьезно? — вытаращил глаза Нил. Довольный произведенным эффектом, Ники ухмыльнулся: — Недаром же его зовут поехавшим гением. — Дело не в гениальности, — возразил Аарон. — Он просто хочет кое-кому досадить. — И это тоже, — кивнул Ники. — Хотел бы я посмотреть на рожу Рико, когда он увидит нашу первую игру. Крысеныш поганый. Кевин нетерпеливо постучал по ограждению, требуя приступать к тренировке. Ники лишь небрежно отмахнулся. — Между прочим, у нас каникулы! — крикнул он, хотя Кевин и не мог слышать его со своей стороны. — Кстати, спасибо за помощь, — запоздало промолвил Нил. — Чего? А, не парься. Отблагодаришь меня потом, когда никто не будет путаться под ногами. — Нил, лучше не оставайся на едине с Ники — Аарон издал Мелкий смешок и весело посмотрел на Нила. — Я думаю, что еще хочу жить. — Да ладно тебе, мы с тобой, одни в комнате… — Я все Эрику расскажу. — Да ладно! Когда ты в последний раз говорил ему хоть слово? Нил не помнил ни одного Лиса с таким именем — ни среди бывших, ни среди нынешних. — Кто такой Эрик? — О, это мой муж, — радостно сообщил Ники. — Ну, будущий муж. Я жил в его семье, когда учился в Берлине, а после окончания школы мы съехались. У Нила екнуло сердце. — Ты жил в Германии? Он попытался прикинуть возраст Ники. Когда примерно он мог учиться в старшей школе? Вероятнее всего, к тому времени, когда нога Хэммика ступила на немецкую землю, Нил уже перебрался в Швейцарию, однако эта пуля пролетела так близко, что у Нила перехватило дыхание. — Ja, — подтвердил Ники. — Ты же слышал нашу тарабарщину? Это был немецкий. Близнецы даже взялись учить его в школе — с расчетом, что я поднатаскаю их к экзамену. Если в универе из дополнительных предметов выберешь немецкий, дай знать, я и тебе помогу. Языком владею мастерски. — Хватит трепаться, давайте играть. — Аарон поставил корзину с мячами на землю. Ники театрально вздохнул. — Ладно, напомни потом, чтобы я показал тебе фото Эрика. У нас родятся прелестные детки! Нил озадаченно нахмурил брови. — Он что, живет не здесь? — О нет. Эрик живет в Штутгарте. У него там любимая работа с большими карьерными возможностями, так что ко мне он переехать не может. Я собирался пробыть в Штатах только до тех пор, пока близнецы не закончат школу, но, когда тренер предложил мне стипендию, Эрик посоветовал не отказываться. В разлуке жить тошно, сам понимаешь, но на прошлое Рождество Эрик приезжал ко мне в гости, а в этом году к нему поеду я. Если тут все заглохнет, вообще махну в Германию на все лето. — Ники многозначительно посмотрел на Кевина, по-прежнему стоявшего за ограждением. Следующие полтора часа Нилу показывали набор стандартных упражнений. Почти все были ему хорошо знакомы, но кое-какие он раньше не выполнял и теперь был только рад обучиться чему-то новому. Закончили они небольшой тренировочной игрой: нападающий против двух защитников, без голкипера. В рейтинге НССА Ники и Аарон считались далеко не самыми сильными защитниками, но все равно играли гораздо лучше любого старшеклассника из Милпорта. Наконец Аарон объявил, что тренировка окончена, Нил поймал мяч на отскоке и бросил его в ведро с другими мячами. Остальные парни начали расстегивать шлемы. Нил был разочарован, что все закончилось слишком быстро, однако не стал упрашивать товарищей поиграть еще: Ники и так подчеркнул, что ради него они прервали каникулы. Прижавшись щекой к плечу, Ники рукавом утер пот и улыбнулся Нилу. — Ну, как тебе? — Понравилось. Вы оба отлично играете. Ники просиял. Аарон только фыркнул: — Кевин убился бы об стену, если бы это услышал. — Он считает, мы зря коптим небо, — пожал плечами Ники. — Короче тебе он скорее всего надоест через пару дней. — Кстати. — Ники указал подбородком за плексигласовое ограждение. — Кажется, кое-кто жаждет испытать тебя в деле. Нил проследил за его жестом. На домашней скамейке «Лисов» он увидел Эндрю (тот, лежа вдоль сидений, подбрасывал мяч) и Кевина, в руках у которого откуда-то взялась клюшка. Кевин лениво вращал ее в руке, наблюдая за игроками на поле. Несмотря на плексиглас толщиной в полтора сантиметра и расстояние в половину поля, Нил физически ощущал на себе тяжелый взгляд Дэя. — Берегись, — предупредил Ники. — Методы у Кевина жесткие, цацкаться с тобой он не будет. На поле он вздрючит кого угодно, даже обдолбанного Эндрю. Точнее, кого угодно, кроме Рене, но она вообще не человек, а ангел, так что это не считается. Нил снова перевел взгляд на Эндрю. — Я думал, из-за таблеток он будет ползать по полю, как сонная муха. — Весной мы убедились в обратном. — Ники закинул клюшку на плечо и двинулся к выходу. — Видел бы ты это зрелище: Эндрю чуть череп Кевину не снес — и снес бы, если бы Кевин не закинул его клюшку на другой конец поля. Прямо не терпится посмотреть, как ты будешь между ними скакать. — Охрененно, — пробормотал Нил, подхватил ведро с мячами и зашагал вслед за остальными к трибунам. Услышав, как хлопнула дверь, ведущая на поле, Эндрю сел и бросил мяч Ники, потом достал из-под скамьи оставленную там бутылку виски и открутил крышку. — Долго же вы, — произнес он. — Пока дождешься, от скуки сдохнуть можно. — Ну, ты же дождался. — Хэммик повесил шлем на клюшку, чтобы освободить руки и забрать у него бутылку. — Слушай, может, тебе уже хватит? Эбби меня запинает, если разнюхает, что ты пил. — Вообще не моя проблема. — Эндрю одарил его белоснежной улыбкой. Ники повернулся к Аарону, ища поддержки, однако тот молча направился в раздевалку. Тогда Ники приставил палец к виску и изобразил, что вышибает себе мозги, после чего поспешил за товарищем. Нил двинулся было за ними, однако по пути имел глупость посмотреть на Кевина. Их взгляды встретились, и Нил понял, что просто отвернуться уже не получится. Лицо Кевина было непроницаемо, но Нилу его выражение явно не сулило ничего хорошего. — М-да, сезон нам предстоит нелегкий. — Я же сказал, что не готов. — А еще ты сказал, что не будешь играть со мной в одной команде, и тем не менее ты здесь. Нил пропустил эту подначку мимо ушей. Кевин шагнул вплотную к нему, вцепился в сетку его клюшки и потянул снаряд на себя. Не говоря ни слова, Нил лишь крепче стиснул рукоятку. Пожалуй, Кевину удалось бы одержать верх, дерни он резче, однако он, судя по всему, не планировал этого делать. — Не хочешь играть со мной, будешь играть для меня, — бросил он. — Сам по себе наверх ты ни в жизнь не пробьешься, поэтому слушай, что я говорю. — На какой еще верх? — Если сам не понимаешь, тебя остается только пожалеть. Нил молча уставился на Кевина. Ясное дело, что таким как он, Нил Джостен, «пробиваться» некуда. Наверное, Кевин прочел это по его равнодушному лицу, потому что протянул свободную руку и накрыл глаза Нила ладонью. — Забудь про стадион, — сказал он, — про «Лисов», про свою бездарную школьную команду и про семью. Не думай ни о чем, кроме экси и того, куда оно может тебя привести. Что ты видишь? Свести жизнь к такому примитиву? Что за нелепость? Одним лишь усилием воли Нил сдержал кривую усмешку, однако ее тень, видимо, все же мелькнула на его губах, потому что Кевин снова дернул клюшку на себя. — Сосредоточься. Нил попытался вообразить мир, в котором он не живет под чужими именами, в котором Нил Джостен — это он и есть. Его опять покоробило при мысли о том, какой примитивной могла быть его жизнь, однако он все же поборол отвращение и обратил мысленный взор к экси. А в действительности — рожден ли он для этого спорта или оказался здесь и сейчас случайно, в силу обстоятельств? Экси — единственный луч света в его загубленном детстве. Он помнил, как мать возила его на тренировки Малой лиги — на стадион, расположенный в часе езды от Балтимора. Там никто не знал его отца, там тренеры давали ему играть по-настоящему. Мать громко болела за него, не обращая внимания на вооруженных до зубов телохранителей, которые следили за каждым их словом и шагом. На воспоминания, смутные и обрывочные, накладывала отпечаток кровавая реальность — деяния отца, — и все же Нил отчаянно за них цеплялся. Только в этих воспоминаниях его мать улыбалась. — Кевин. — Аарон возник из неокуда и взял Кевина за запястие — перестань. Желание играть в эски у Абрама совсем исчезнет под твоими наставлениями. Кевин зло посмотрел на Аарона, но клюшку не отпускал. Аарон, похоже, решил продолжить свою тираду. — С чего ты взял, что Абрам хочет пробится туда? Абрам вряд ли этого хочет.