Lady Avery/Леди Эйвери

Семья Эйвери - одна из Священных Двадцати Восьми. Ее чистокровные члены традиционно учились в школе чародейства и волшебства Хогвартс, и большинство из них были Пожирателями смерти - верными слугами Темного Лорда. У Ашера Эйвери - гордого и преданного члена узкого круга приспешников Лорда Волан-де-морта с юных лет - трое детей, но только один из них достаточно особенный, чтобы почтить его местом рядом с отцом во время Первой Волшебной войны. —————————————————————————

"Убей одного человека — и ты станешь убийцей. Убей миллионы — и станешь завоевателем. Убей всех — и ты станешь Богом"

(Жан Ростан, 1955 г.)

Дождь хлестал, пропитывая ее рваную серую тунику и просачивался сквозь ткань капюшона, чтобы намочить темные волосы, - ледяной ветер и, несомненно, слишком низкая для этого времени года ночная температура начали затуманивать ее чувства. Она чувствовала, что ее тонкие пальцы засыпают, когда она держит свою деревянную палочку из тиса, ее зубы стучат и следуют за остальными частями ее изможденного тела в тщетной попытке восстановить хоть немного тепла. Несмотря на все это, резкая суровость ее голоса нисколько не пострадала при разговоре. — "Я спрашиваю тебя в последний раз, бедняга. Где он?"— шипела она. Из содрогающегося тела, лежащего на земле у ее ног, вырвался прерывистый мужской смех, за которым последовала еще одна струйка крови, когда смертельно раненый тщетно пытался набрать воздуха. Женщина не могла удержаться от того, чтобы не сморщить губы в гримасе отвращения. Если бы не ценная информация, которую Пожиратель Смерти мог хранить в своём гнилом мозгу, он давно бы уже умер от её рук. Говорят, терпение - это добродетель. Но у неё его давно уже не было. —"Наш Т-темный лорд вернется! Это все, что тебе нужно знать, грязнокровная сука."— Слова было трудно разобрать из-за его истерического смеха. Женщина сделала ещё один решительный жест своей палочкой и произнесла заклинание с красноватыми вспышками, которое не вызвало ничего, кроме очередного мучительного крика боли у её жертвы. Она прекрасно понимала, что он чувствует: тысячи раскалённых ножей пронзали каждый дюйм его кожи, заставляя визжать, чтобы заглушить боль. Проклятие Круциатуса было сглазом как для жертвы, так и для его заклинателя, но это зло она была готова воплотить в жизнь, если бы смогла достичь своей цели таким способом. Кровоточащий комок таял в спазмах, а его прерывистый смех продолжал звучать в воздухе. Возможно, от боли он потерял то немногое здравомыслие, которое у него еще оставалось. Вдруг она услышала позади себя шаги. По парковой дорожке, пытаясь укрыться от непредвиденного дождя, бежала девочка в униформе, в одной руке у неё был сломанный малиновый зонтик, в другой - кожаный портфель, которым она прикрывалась как шляпой. Она пробежала в нескольких дюймах от барьера, защищавшего их от глаз маглов, искажавшего изображение и звук так, чтобы никто не смог понять, что там происходит. Убедившись, что девочка прошла мимо, ничего не заметив, женщина в капюшоне вернулась к своей задаче и на несколько секунд задержала взгляд на удаляющемся силуэте, погрузившись в свои мысли. По его душераздирающим стонам и затрудненному дыханию она поняла, что долго он не выдержит. Времени у нее оставалось мало. Устроив грандиозное зрелище, преследуя его по улицам, пока ей не удалось урезонить его в парке, ей не пришлось бы долго ждать прибытия авроров. Чтобы убедиться в этом - и побыстрее, - она присела рядом с ним и прошептала: —“Каково это - впустую потратить жизнь, обрекая свою душу на пролитие крови невинных?" —Мужчина посмотрел на нее глазами, полными чистой ярости, слюна и кровь лились у него изо рта, придавая ему еще более чудовищный вид. Она даже не вздрогнула. — "Жаль, что ты раньше не пытался найти своего хозяина. Теперь ты не сможешь увидеть его возрождение. " —Ты охотилась на стольких из нас, Рэйвен, что даже себя не узнаешь."— Его слова разожгли в ней темный огонь, на который она ответила сильным пинком в живот. То, что вырвалось у него, было рыданием, громким и надломленным: —“Он п-придет и потребует, чтобы ты была рядом с ним, как и все мы!" В то время как мужчина продолжал осыпать ее оскорблениями, пытаясь ползти по грязной земле в отчаянной попытке избежать того, что, как он знал, станет его роковым концом, ведьма заметила позади себя серебристую призрачную фигуру. Похожая на феникса, она беззвучно сидела в траве, беспрепятственно преодолев барьер. Более чем понятно было отсутствие враждебности этого существа по отношению к ней. Был только один вариант. Существо ждало ее, и она не могла не быть очарована видом такого великолепного телесного патронуса. Она также не могла не задаться вопросом, какой волшебник или ведьма могут быть настолько могущественны - или каковы могут быть их намерения - чтобы попытаться связаться с таким изгоем, как она. Момент, выбранный для такого появления, тоже был чем-то, что, мягко говоря, беспокоило ее - ирония в том, что существо такой чистоты, как патронус, стало свидетелем убийства. Стон боли снова отвлек ее. Мужчине удалось немного проползти, оставляя за собой значительный кровавый след от смертельных ранений в животе —"Твое время вышло, Маркус. Смерть уже не так приятна, не так ли?"— Она присела рядом с ним, ласково поглаживая рану на спине, пока мужчина продолжал лепетать сквозь слезы. —""Милосердие - это не вариант для таких людей, как мы. Надеюсь, все души, которые ты похитил, найдут тебя, куда бы ни отправился твой гнилой дух, и заставят страдать в миллион раз больше, чем успела это сделать я". Она встала и наблюдала за ним, стоя рядом. Она направила свою палочку точно в центр его спины и произнесла свою фразу, когда мужчина попытался в ужасе посмотреть на нее, умоляя сохранить ему жизнь. —“Авада Кедавра!" Сверкающий зеленый луч ударил в Пожирателя Смерти, вырывая то немногое, что у него осталось от жизни. Она вздохнула, впервые осознав, что ею начинает овладевать напряжение. У нее наконец-то закончились зацепки. Это был единственный Пожиратель Смерти, оставшийся в Лондоне, которого ей удалось выследить - за последние три месяца, - который мог иметь хоть какое-то представление о возможном местонахождении Того-Кого-Нельзя-называть. Единственное, что ей удалось выяснить, так это то, что его больше не было в Англии. Слухи среди его ближайшего круга теперь рассеялись и они скрывались, спасаясь от правосудия, что только укрепляло уверенность в том, что лорд Волан-де-морт потерялся - или добровольно исчез - где-то на континенте. Его не смогли найти даже самые верные последователи. Она уже собиралась преодолеть барьер, когда вспомнила о присутствии патронуса. Он так и остался неподвижным, что придавало ему еще более зловещий вид, соответствующий кровавой сцене, свидетелями которой они оба были. Ведьма приблизилась к нему, на что существо слегка приподнялось и встало прямо перед ней, беззвучно взмахивая крыльями. Она не могла не вздрогнуть, услышав мужской голос, исходящий от существа. —"Уважаемая мисс Эйвери, я связываюсь с вами именно так, чтобы убедиться, что мое сообщение получено исключительно вами. Я смиренно прошу вас как можно скорее прибыть в Хогвартс, поскольку я хотел бы обсудить определенную конфиденциальную информацию, которая, по моему мнению, может оказаться полезной в ваших поисках. Искренне ваш, профессор Альбус Персиваль Вулфрик Брайан Дамблдор, директор Школы чародейства и волшебства Хогвартс”. Патронус перестал говорить, хотя не исчез и не обратился в бегство. Слегка сбитая с толку, ведьма уже хотела подойти к нему, когда снова послышался тот же голос. —“О, я был бы чрезвычайно признателен, если бы ты подтвердила получение этого сообщения и заранее сообщили мне о своем прибытии. Я не сомневаюсь в благоразумии и эффективности этого метода обмена сообщениями, хотя в волшебном мире ты особенно известна тем, что тебя чрезвычайно трудно найти, моя дорогая. Большое тебе спасибо за внимание, и я с нетерпением жду ответа“. Призрачный феникс взлетел, затерявшись среди крон ясеней и дубов в темноте суровой ночи. Ведьма несколько секунд смотрела на пасмурное небо, пока не вспомнила, что у неё нет никакого желания присутствовать в этом месте, когда прибудут приспешники Министерства магии. Альбус Дамблдор. Она мало что знала о знаменитом волшебнике, кроме общеизвестного факта, что он считался величайшим волшебником современности - возможно, всех времен. Приближаться к кому-то подобным образом было опасно. Глупость - одна из ее многочисленных особенностей. Упоминание проклятого имени ее отца действительно сильно расстроило ее, хотя винить в этом мужчину было бесполезно. Ничего из этого никогда не было достаточно, чтобы привлечь ее внимание. В сообщении была только одна вещь, которую она, возможно, упустила из виду, такая ошибка теперь могла стать для нее возможностью продолжить охоту. Альбус Дамблдор был - и есть - единственным известным волшебником, которого Волан-де-морт когда-либо боялся. Если его враждебность к тёмным искусствам была столь несомненной, как об этом ходили слухи в разных кругах, то он мог оказаться полезным. Возможно, настало время прекратить охоту на верных слуг Тёмного Лорда и начать поиски среди тех, кто поклялся ему в вечной вражде. Стоит ли рисковать? Поверят ли они в ее теорию о грядущем возвращении того, кто считался самым могущественным и опасным Темным магом всех времен? Свистящий звук прорвался сквозь постоянный шум дождя, заставив ее насторожиться - авроры начали аппарировать очень близко ко все еще активному барьеру. Женщина наблюдала, как они мало-помалу материализуются, темные фигуры с обнаженными палочками были наготове для того, что, по их мнению, они собирались найти. Она узнала парочку из них, вероятно, чрезвычайно взволнованных получением информации о возможном местонахождении цели, которая ускользала от них в течение нескольких месяцев. Она никогда намеренно не причиняла вреда аврорам - или, по крайней мере, не очень сильно, - но было трудно сбежать от них, не прибегнув к каким-нибудь грязным трюкам. Она лукаво улыбнулась, вызвав стаю злобных пурпурных огненных ворон значительных размеров, которые начали преследовать их, как будто у них была своя собственная жизнь. Прекрасное и смертельно опасное развлечение. Ослепительные синие, пурпурные и малиново-коричневые огни на некоторое время осветили местность, пока авроры сражались со стадом обжигающих зверей. Когда последний из них, наконец, исчез, они увидели точку, с которой убийца вызвала свое проклятие. Женщина в капюшоне давно исчезла.

***

--"Это значительный риск, Альбус".— Профессор Минерва МакГонагалл нервно подергивала пальцами. —"Министерство никогда не относилось к тебе с большим уважением. Просьба о присутствии в Хогвартсе ведьмы, находящейся в розыске, ничем не поможет". —"Дорогая Минерва, я полностью отдаю себе в этом отчет".— Дамблдор положил руку на плечо своей старой подруги, пытаясь придать ей уверенности. —"Но я должен рассмотреть все возможные варианты. Мальчик скоро прибудет, а всякой защиты мало. Гораздо больше теперь, когда мы почти наверняка знаем, что он может вернуться".— Два профессора осматривали все еще пустые классы огромного замка, прогуливаясь по его интерьеру, обсуждая - почти как всегда - предметы, которые, хотя и не связаны исключительно с учебными процедурами школы, несомненно, повлияют на развитие учебного заведения в ближайшем будущем. Директор был особенно беспокоен в течение нескольких недель, осознавая скрытую угрозу, к которой волшебный мир оставался слеп. Несколько источников подтвердили очевидное: лорд Волан-де-Морт не был мертв, и значительное число его последователей становилось все более заинтересованным в том, чтобы каким-то образом вернуть его обратно. — " Так вот почему ты обратился к ней?"— Дамблдора особенно позабавил шепчущий тон, который использовала Минерва каждый раз, когда они упоминали среднюю дочь Эйвери. — "Если бы ты знал, что говорят в министерстве о том, что она натворила..." " — "Мне все равно, что она сделала. Мне не все равно почему, Минерва. Мы оба знаем, что министр и его любимые авроры отчаянно пытаются опровергнуть доказательства его ложной смерти, поэтому очевидно, что цензура и унижение ведьмы, которая пытается опровергнуть их всеми возможными средствами, является их основной стратегией. " —"Тем не менее, она использует темную магию, Альбус. С поразительной легкостью и смертоносностью, если слухи правдивы".— Минерва покачала головой, глубоко расстроенная. —"Какими бы благими ни были твои намерения, приводить такого человека в нашу школу..." Крик отвлек обоих. Ворон немалых размеров с письмом в клюве мелкими прыжками перебирался на каменную грань фонтана, украшавшего центр сооружения. Альбус Дамблдор медленно приблизился к животному, за ним последовала профессор МакГонагалл, не замедлившая выхватить свою палочку. Оба прекрасно понимали, что это не простое животное. Как только письмо было отобрано, ворона расправила крылья и, еще раз прокричав, взлетела. Дамблдор повернулся и улыбнулся Минерве, полностью уверенный в отсутствии опасности в послании. —"О чём говорится в письме, Альбус?"— Директор принялся вскрывать его, не в силах удержаться от удивленного вздоха, восхищаясь сообразительностью отправителя. Содержание письма было зашифровано, на первый взгляд представляло собой смесь букв, образующих неизвестные слова, которые, в свою очередь, связывали фразы без какого-либо видимого смысла. —“Я думаю, что наш ответ наконец-то пришел”. Волшебник вытащил свою волшебную палочку, просто коснувшись ею одной из букв письма. Чернила на буквах, казалось, растворились, сменив свой первоначальный черный цвет на огромную золотую сияющую ленту, которая вышла из бумаги и зависла в воздухе прямо перед ними, которые зачарованно наблюдали за происходящим. Золотой шнур несколько раз одновременно закручивался, завязывался узлом и разделялся, очерчивая себя в воздухе, образуя новые буквы, которые затем соединялись, окончательно раскрывая послание. “Дорогой профессор Дамблдор, я рада, что меня заметил такой волшебник, как вы. Я получила ваш патронус, а следовательно, и сообщение, которое вы передали. Я приеду всего за неделю до начала нового учебного года. Я бы хотела сделать это раньше, но некоторые вопросы нужно уладить раньше. Я надеюсь, вы поймёте. С уважением, Рэйвен." После того, как получатель сообщения прочитал его вслух, слова превратились в пыль, унесенные ветром. Альбус и Минерва все еще стояли на месте, несомненно удивленные и в то же время задумчивые от того, что только что произошло. —"Я сообщу Северусу. Это серьезнее, чем мы думали вначале". —"Но разве это не было нашей целью? Заставить мисс Эйвери прийти и сообщить о своих успехах?" —"Моя дорогая, эта талантливая ведьма годами охотилась за Пожирателями смерти за спиной Министерства. Она допрашивала, выслеживала и обыскивала всё окружение Тома Реддла в поисках хоть какого-нибудь намёка, который позволил бы ей найти его и закончить то, что не смогли сделать мы". —"Я понимаю, что задачу такого масштаба и такой самоотдачи нелегко прервать". —"Действительно. Тот факт, что мне понадобилось так мало, чтобы убедить ее приехать, только укрепляет мою теорию о том, что ситуация намного хуже, чем мы могли себе представить". —"Понятно."— Минерва снова взяла в руки свою палочку, и они оба направились обратно в кабинет директора.— "А Дурсли? Они в курсе?" Альбус улыбнулся, но в его жесте не отразилось счастья. —"О, я еще не получил ответа. Но поверь, я позаботился о том, чтобы, куда бы они ни отправились, наши любимые совы смогли их найти. В крайнем случае, мы знаем, что наш Хагрид готов на все, чтобы вернуть Гарри домой". Минерва удовлетворенно кивнула. —“ Грядут неспокойные времена, Альбус. Я надеюсь, что мы готовы”. - Так и будет, моя дорогая. У нас нет выбора.” Оба профессора исчезли во внутренних коридорах великолепного замка, их голоса постепенно теряли интенсивность и четкость по мере того, как они удалялись от двора. Ни один из них не заметил, что темная как смоль ворона внимательно прислушивалась к их разговору, и теперь, собрав всю необходимую информацию,возвращалась к полету к своему следующему пункту назначения