Lady Avery/Леди Эйвери

“Отношения с сестрами, вероятно, самые напряженные в семье, но когда сестры вырастают, они становятся самыми крепкими”. – Маргарет Мид

Наступала холодная ночь, и асфальтированная дорога, ведущая от дома Дэвисов к их заднему двору, была скользкой из-за небольшого мороза. Роуз Дейвис надела шерстяное пончо, которое так любили шить ее маленькие Мэри и Дэймон - вернее, это сделал ее муж, а малыши просто отдали его ей с огромной улыбкой на лице, - и села в свое инвалидное кресло, оказавшись в самом центре сада. Она слышала за спиной теплые голоса родных в гостиной, которые, несомненно, спорили о том, кто должен ставить посуду на стол. Еще больше скрючившись в кресле, она подняла голову и стала наблюдать за звездным небом. Это стало привычным делом, тем маленьким моментом дня, когда она могла позволить себе помечтать обо всем том, чего у нее не было. Роуз Дэвис была счастлива - больше, чем она могла себе представить, - и, несмотря на отсутствие возможности пользоваться ногами, она никогда бы не поверила, что может скучать по всем этим вещам. Но ночью, когда она оставалась наедине со своими мыслями, она не могла остановить их натиск. К счастью, в эту ночь она была не одна. По крайней мере, на некоторое время. В нескольких метрах от нее возник темный силуэт, который, вместо того чтобы испугаться, не мог не вызвать улыбку. Молодая женщина с короткими волосами цвета гагата и глубокими голубыми глазами. Роза не могла отделаться от мысли, что, несмотря на всю грязь, испачкавшую одежду этой женщины, она была прекрасна как никогда. "Здравствуй, моя дорогая Рози". Роуз улыбнулась, и Рейвен показалось, что она похожа на само солнце. "Давно не виделись". "Так и есть. Уже почти три года". Рейвен подошла к ней и села на мокрую траву. Что-то привлекло ее внимание, и ее изумленный взгляд быстро переместился на артефакт, позволяющий Розе свободно передвигаться. "Не то чтобы я скучала по старомодному инвалидному креслу, которое было у тебя раньше, но я заметила некоторые изменения. Это кресло прекрасно, Рози". Певучий смех Розы прозвучал между ними как целебный бальзам. Роза была явно довольна мнением Рейвен о куклах, которых ее дети решили так тщательно разрисовать на колесиках. "Ну, что я могу сказать. Мои дети - художники, знаешь ли". Рейвен покачала головой вслед за ее смехом. "По-моему, они унаследовали это от тети". "Поверь мне, дорогая, я так не думаю". Рейвен до сих пор не имела удовольствия познакомиться с племянниками, ее связь с их прошлым делала это очень сложной задачей, и это вызывало у нее неописуемую печаль. Некоторое время они оба молчали, наслаждаясь теми немногими минутами близости, которые, как они знали, могли себе позволить и которые год от года становились все более редкими. Роуз почувствовала, как звук в доме стал каким-то мягким, как будто он находился не в нескольких метрах от гостиной, а в нескольких милях. Рейвен сотворила еще одно защитное заклинание, но на этот раз оно, похоже, носило иллюзорный характер. Как всегда осторожная, Рейвен поставила безопасность младшей сестры на первое место. Муж Роуз ничего не знал о ее связи с магическим миром, и брюнетка приложила немало усилий, чтобы так и было. Меньше всего ей хотелось навлечь на эту замечательную семью новые неприятности. "Как дела дома?" Рэйвен вздохнула. "Извини, Диана. Я не хотел этого, просто..." Рейвен подняла руку, мягко прерывая ее. Роуз была единственной, кому разрешалось называть ее по имени, которое дал ей отец, и, к удивлению, что-то внутри нее расслабилось, когда она услышала свое имя из ее уст - какое-то долгожданное утешение, в котором она до этого момента не знала, что нуждается. "Спокойно, Рози. Я не возвращался в особняк все эти годы. Не то чтобы мне было очень интересно, честно говоря". Роза наблюдала за ней, отчетливо замечая, как ее старшая сестра, казалось, внезапно постарела на целую жизнь. "Я нашла многих из них, знаешь? Их спрятали на виду у Министерства и его гордых авроров. Они больше никому не причинят вреда". "А Грейсон? Ты нашла его?" Рэвен покачала головой. Роза вздохнула, явно разочарованная. "Я не удивлена. Наш брат всегда жил, желая стать тем, кем он никогда не сможет стать. У него не было способностей отца, не говоря уже о твоих. Тем не менее, он всегда умел утроить свое зло. Вполне предсказуемо, что ему удалось сбежать, поджав хвост". Рейвен ничего не ответила, явно соглашаясь со словами сестры. Исчезновение Грейсона было незаконченным делом - зараженной и гноящейся занозой, которая заставляла ее мучиться по ночам от сожаления. Она до сих пор помнила его лицо, почти десять лет назад, в ту ночь, когда они оба сбежали из особняка Эйвери. Гнев, боль, предательство - все это заставило ее замереть на месте, не в силах покончить с ним. "Много раз я задавалась вопросом, могла ли я помешать ему сделать это с тобой". Роуз посмотрела на нее с болью. Она протянула руку и положила ее на плечо Рейвен в ласковом жесте. "Если бы я была там в тот проклятый день..." "Что случилось, то случилось. Мы не можем этого изменить. К тому же, если бы ты была там, наверняка все закончилось бы гораздо хуже для нас обоих". Роуз вздохнула, обдумывая, что сказать. "Отец никогда бы не простил тебе причинения боли Грейсону, а тем более попыток защитить дочь, которая не оправдала его ожиданий". "Мы оба знаем, что, в конце концов, он тоже не смог бы меня остановить. И как ты можешь так говорить о себе? Ты всегда была исключительной ведьмой, Мэриан Розалинн Эйвери". Рейвен почти прорычала эти слова, явно возмущенная. "Если бы ты только родилась в другой семье..." "Давайте оставим эту тему. Я не собираюсь тратить время визита на разговоры о нашей саморазрушающейся семье". Рэйвен медленно кивнула. Время никогда не затянет эту рану, и оба знали это. "С вами связывались из Хогвартса?" Рейвен на мгновение забыла о своей досаде и хихикнула. Как могла ведьма, спрятанная в мире магглов, предвидеть новости больше, чем сам "Ежедневный пророк"? С другой стороны, некоторые из её сомнений теперь, казалось, получили ответы. "Кто, как не моя дорогая сестра, мог поговорить с Альбусом Дамблдором о моей любви к магическим существам?" Роза вскинула брови в притворном раздражении, и Рейвен воспользовалась случаем, чтобы ласково ударить её по руке. "Как ты могла с ним связаться? Ведь у магглов нет ни порошка флоу, ни телефонного справочника, в котором фигурирует Хогвартс". "И рисковать тем, что ты рассердишься на меня из-за того, что я прибегла к контактам с волшебным миром? Ни за что. Он сам меня нашел". Рейвен подняла брови, явно удивленная. "Он появился однажды прямо перед нашей дверью с другим волшебником, пару месяцев назад. Как раз в то время, когда Джейкоб был с детьми в доме своих родителей". "Понятно", - Роза повернула колесики своего кресла и теперь смотрела прямо на Рейвена. "О чем именно вы говорили?" "Он спрашивал меня о нас, об Эйвери. Он сказал мне, что ты в опасности, что авроры ищут тебя и скоро найдут". Лицо Рейвен помрачнело, и Роуз на мгновение показалось, что она, действительно, разозлила её. "Диана, я подумала, что если он меня нашёл, то авроры..." "Я не сержусь, Рози. Просто..." Рейвен закрыла глаза, внезапно почувствовав страшную усталость: "Я так долго была одна, занимаясь своими проблемами, что не могу избавиться от чувства вины, думая, что не смогла защитить тебя в достаточной степени. Тебя и твою семью". "Это не так, и ты это знаешь". Их обоих испугал шум. Похоже, кто-то разбил тарелку, и при этом кто-то плакал. Рэйвен наблюдала, как лицо Роуз напряглось в гримасе беспокойства, а затем расслабилось, когда ее муж утешал свою старшую дочь, случайно уронившую посуду. "Думаю, у нас еще есть несколько минут, прежде чем Джейкоб придет за мной". Роза улыбнулась, переключив внимание на сестру. "Дамблдор не поверил ни единому слову, сказанному Министерством, понимаешь? Ну, по крайней мере, в то, что ты недобросовестная. Он, похоже, слишком хорошо усвоил, что ты убийца. Думаю, он даже удивился, узнав, что я прекрасно понимал, что ты делаешь". "А другой волшебник? Ты сказала, что он пришел не один". У Рейвен возникло небольшое подозрение, кто мог сопровождать директора, и она не знала, чувствовать ли ей беспокойство или облегчение. "Дай угадаю. Темные волосы, цетриновая кожа, черные глаза..." "Да, это был он!" Роза услышала, как Рейвен издала рык отвращения, наблюдая за тем, как она вырывает из земли маленькие кусочки травы. "Мне не нравится такая реакция. Ты так делаешь, только когда нервничаешь, и меня пугает, что это может заставить тебя нервничать. Ты его знаешь?" "По счастливой случайности. Северус Снейп, профессор зелий в Хогвартсе". ответила она. "Он дружил с Грейсоном во время учебы, хотя маловероятно, что вы его помните. Он приходил домой всего один раз, я думаю, достаточно для того, чтобы наш брат попытался похвастаться своими несуществующими способностями, и это не помогло. У него такой же нарциссизм, самомнение и невыносимая потребность всегда оставаться выше других." "Это мне кое-кого напоминает". Они обе улыбнулись, хотя Рэйвен могла только жаловаться, пока Роуз пыталась сдержать смех. "Честно говоря, я думала, что он довольно своеобразный. Он ничего не сказал за все время визита, кроме того момента, когда они уходили. Он сказал мне, что если я хочу оставаться хранителем, то не могу вечно держать свою семью в изоляции от волшебного мира". Дрожь ужаса и ярости сотрясала Рейвен с головы до ног, а в голове она оценивала все возможные варианты развития событий. Как он вообще мог узнать, что они оба хранители тайны? Возможно, она поторопилась, подумала она. То, с какой тщательностью она постаралась сделать так, чтобы исчезли все вещественные доказательства того, что произошло в особняке Эйвери в день падения Лорда Волдеморта, могло стать главным доказательством того, что здесь что-то скрыто. Тем не менее, волшебник должен был быть хорошо знаком с Чарами Фиделио, чтобы заметить пустоту, которую они оставляли в умах и памяти людей, оберегая тайну. Рейвен прищелкнула языком, решив, что по возвращении в Хогвартс у нее обязательно состоится интересный разговор со Снейпом. "Я сказал ему, что его беспокойство совершенно излишне. Я никому не открою нашу тайну, и она останется во мне даже после смерти. Кроме того, все присутствовавшие там свидетели либо мертвы, либо заперты в Азкабане". Роза отмахнулась, снимая вопрос. "Давай переключимся на другую тему. Так ты согласилась на эту работу?" Рейвен поднялась, решительно отряхивая грязь и кусочки травы, прилипшие к брюкам. Несколько секунд она смотрела на окно, через которое виднелись силуэты семьи Роуз, и ответила, все еще наблюдая за ними. "Да, я согласна". Затем она снова перевела взгляд на Розу и присела на корточки. "Роза, мой контракт в Хогвартсе имеет не одну цель. Сам Альбус Дамблдор, похоже, разделяет мои подозрения. Возможно, не потребуется много времени, чтобы найти того, кого я искала все эти годы, и если это случится..." "Когда это случится, я и моя семья будем далеко отсюда. Ты хорошо меня учила". Роза нежно погладила Рейвен по щеке, и та не могла не закрыть глаза, отдаваясь нежности прикосновения. "Тебе суждено совершить великие дела, Диана. С того момента, как Альбус Дамблдор вошел в мою дверь, я знала, что он заберет тебя с собой. Я также знаю, что это твой способ попрощаться". Рэйвен снова открыла глаза, и на глаза навернулись мелкие слезы. Роза была ее жизнью с тех пор, как Ашер Эйвери принял ее в свою семью. Девушка-полукровка и чистокровный ребенок. Кто бы мог подумать, что связь между ними станет настолько сильной, что именно этот союз спас их обоих от гибели вместе с остальными членами семьи, разделившими их трагическую судьбу. Прошло более десяти лет с тех пор, как Рейвен инсценировала смерть Роуз и как можно лучше интегрировала её в маггловский мир после катастрофы, лишившей её ног. Рейвен тряхнула головой, вновь прогоняя эти воспоминания в бездну, из которой им уже не суждено было выйти. Она должна была жить настоящим и не позволять прошлому затуманивать её рассудок. "Я обещаю вернуться, Рози. Клянусь, что вернусь. Но если я не вернусь, держи свою палочку наготове". Рози кивнула. "Кстати, я давно не видела тебя с такими длинными волосами. Ты всегда была красива с этой огненной гривой, но сейчас ты просто сногсшибательна". Роза охотно рассмеялась, даже почувствовав, как потеплело в груди от усилий. Она наблюдала, как Рейвен отошла немного в сторону, достала свою палочку и взмахнула ею в воздухе. Окружавшая их защитная магия растворилась в воздухе, и в этот момент дверь дома, выходящая в сад, распахнулась. "Дорогая, что..." Джейкоб Дэвис отнюдь не был суеверным человеком. Он не боялся вещей, которые не мог объяснить, скорее они вызывали у него врожденное любопытство. Однако темная фигура, появившаяся перед его женой несколько секунд назад, вызвала у него озноб, который пробежал по телу, словно удар током. Но когда он увидел, как жена обернулась и улыбнулась ему с таким сказочно-восхищенным выражением лица, ему показалось, что в этот момент ничего другого и не стоит. Конечно, это было бы его воображение. "Ну что, кто разбил мою посуду, а?" Рейвен наблюдала за происходящим, сидя на деревянных перилах сада. Естественный камуфляж ее темного оперения позволял ей прекрасно прятаться в тени. Она наблюдала, как Джейкоб наклонился, чтобы получше укрыть Розу от холода, с любовью поцеловал ее в лоб и помог ей войти в дом, толкнув ее кресло. Ей всегда нравился этот человек, и, конечно, тот факт, что он всегда относился к Розе как к богине, принес ему немало очков. Но, несмотря на все это счастье, она не могла отделаться от боли в груди. К сожалению, она даже не могла понять, почему. Ревность? Сожаление? Может быть, одиночество? Молодая ведьма не могла не понимать, что даже после стольких лет уверенности в том, что ей никто не нужен, нескольких минут общения с сестрой было достаточно, чтобы соскучиться по тому малому физическому контакту, которым она наслаждалась в детстве. Решив, что всё решено, Рейвен села в самолёт, готовая проделать оставшийся путь до Хогвартса по ночному небу. Так у нее будет время ни о чем не думать.

***

В этот день Северус Снейп проснулся особенно рано. Через несколько часов в Хогсмид должен был прибыть Хогвартс-экспресс с множеством молодых и наивных умов, готовых штурмовать школу весь следующий год, а он, к своему большому стыду, еще не успел организовать все ингредиенты, которые должны быть в первозданном виде к первым занятиям на следующий день. Конечно, это было не то, что требовалось решить очень быстро, но это было предпочтительнее, чем тратить завтрак на выслушивание назойливого голоса мисс Спраут или бубнящей неуклюжести Трелони. Накинув мантию и обеспечив порядок в своей комнате, Северус Снейп вышел из покоев и решительно направился в зал Зелий в подземельях. Он был настолько захвачен своим отвращением к тому, что только что вспомнил всю атрибутику этого дня, что не обратил внимания на гудение и размышления, отчетливо наблюдаемые из темного коридора, выходящего в зал зелий. Лишь услышав негромкое богохульство, он остановился в нескольких метрах от двери, навострив слух, пытаясь разглядеть того, кто посмел приложить грязные руки к его столь ценным инструментам. "Клянусь бородой великого Мерлина, этот Диттани слишком сухой..." Снейп не смог сдержать шипения, узнав голос. Из всех людей, которые могли осмелиться испортить ему настроение в этот день, это должна была быть именно она. Не дожидаясь больше ни секунды, он оперся рукой о полуоткрытую дверь и сильно толкнул ее, отчего она ударилась о стену и издала такой громоподобный звук, что его не удивительно было бы услышать и на кухне. Рейвен даже вздрогнула, чрезвычайно увлечённая приготовлением зелья Виггенвельда. Северус заметил, что, не застав её врасплох, молодая ведьма на секунду подняла глаза, улыбнулась и вернулась к своему занятию. "О, Снейп, как вовремя ты появился! Я уж думала, что мне придётся использовать все эти ингредиенты, пока ты не соизволишь наконец появиться, дорогой". "Что вы делаете в моем классе, мисс Ре..." Он не успел закончить фразу, как Рейвен заставила его замолчать, сказав "Шшш", отчего Снейп ещё крепче вцепился в дверь, доведя костяшки пальцев до белого каления, и направила на него свою палочку. "Диана, пожалуйста. Мое новое имя - Диана Эдевайн, если вы не возражаете. Я никогда не думала, что сочетание имени, которое дал мне отец, и девичьей фамилии моей матери может звучать хорошо". Снейп подался вперед на пару шагов, скрестив руки и сверля ее взглядом. "Полегче, профессор Снейп. У меня есть привычка носить с собой несколько зелий, чтобы не быть застигнутой врасплох в некоторых ситуациях". "И у вас не было другого способа достать их, мисс Эдевайн?" Рейвен не удержалась от злобной улыбки, явно забавляясь ощутимой ненавистью в его голосе. "Или ваша невыносимая потребность бросать вызов авторитетам и некомпетентность в соблюдении простейших правил привели к тому, что вы стали такой невозможной женщиной?" Рейвен несколько раз моргнула, удивленная тоном и красноречием Снейпа. К своему большому сожалению, она не могла не почувствовать, как по щекам разливается жар. Этот человек был так волнующе загадочен, что ей нестерпимо захотелось побеспокоить его. Хоть немного. Кроме того, то, что его голос стремительно перешел от яростного тона к холодному, но мелодичному, заставило ее поверить, что он не так зол, как кажется. И это было правдой. Как бы ему ни хотелось это отрицать, Рейвен Эйвери была для Снейпа глотком свежего воздуха в той утомительной рутине, которую означали для него последние годы обучения в Хогвартсе. "У меня всегда была особая склонность к нарушению правил, профессор Снейп. Но сегодня я здесь не для этого". Рейвен добавила последние несколько капель сока ягод бум и снова перемешала зелье, оставив его отдыхать. "Я здесь, чтобы поговорить с тобой, Северус". "О, теперь мы на ты, Диана?" Снейп заметил, как она слегка нахмурилась, явно довольная тем, что, как он прекрасно знал, она предпочла бы, чтобы он называл ее иначе. "Простите меня, мне не по душе такая близость, учитывая те неуважительные поступки, которые вы совершали по отношению ко мне с момента нашего знакомства". "То неуважение, которое я, возможно, проявила к вам, не идет ни в какое сравнение с тем желанием, которое я испытываю в данный момент, превратить вас в большую, жирную прыгающую лягушку, дорогой профессор Снейп". Северус слегка улыбнулся - достаточно, чтобы Рейвен поняла, что она может продолжать. "Во время нашей первой небольшой беседы вы осмелились наброситься на мою сестру, а потом я узнаю, что вам пришла в голову неубедительная идея предложить ей нечто, что вас совершенно не касается. Эта двойственность лишает меня сна. Я хочу знать, почему". "А если не узнаешь?" Северус медленно покачал головой. "Я не обязан ни перед кем отчитываться, тем более перед мелкой убийцей, которая не знает, с чем столкнулась". "О, это больно, дорогой". В глазах Рейвен мелькнули гневные отблески. "Если так, то я превращу твои драгоценные зелья в прекрасный фейерверк, настолько величественный, что домашним эльфам придется потратить следующие полгода на его уборку". "Не смейте..." Северус бросил взгляд на брюнетку, которая протянула руки, принимая приглашение. "Попробуй."