Последний корруниец: Пустоголовые.

Вскоре показалась и таверна. Куда скромнее того шикарного ресторана. Простое деревянное здание, довольно старое, но содержащиеся в относительном порядке. Место отдыха среднего класса. Сегодня, к счастью, не многолюдно. Будний день, а значит есть вероятность, что Кайлессу, явно не вписывающуюся по внешнему виду в сие заведение, не будут задирать другие коррунийцы. Да здешние постояльцы, по большей степени, знали Рона. С некоторыми приходилось даже драться. И тут уж точно получится постоять за свою девушку. До сих пор он не мог свыкнуться с этой мыслью..у него появилась девушка… Едва они зашли, как Кайлесса остановилась, смотря в пол, приподняв брови. – Что такое? – Рон остановился следом. – Ты видел пол? Судя по запаху и виду…на нем кто-то сдох…а потом разложился…прям тут, похоже… – Она скривила лицо, полное отвращения. Пол действительно отталкивал своим видом. Почерневшие доски, местами прогнившие. В дыры получалось увидеть голую землю, на которой валялись огрызки уже заплесневелой, полусгнившей еды. Запах полность соответствовал увиденному. Заставлял девушку с неприязнью морщиться, шевеля носом. Но, есть тут местечко, как раз свободное сейчас, где сквозь раскрытое окно задувал ветерок, изгоняющий смрад. – Я понимаю, как это выглядит. И тебе не место в таких местах, но, поверь, тут есть кое - что, что сведет тебя с ума. В этой таверне готовят сногсшибательные свинные стейки. Хозяин свиней на заднем дворе держит. – недовольное лицо Кайлессы вынуждало все больше и больше сомневаться в правильности выбора таверны для свидания. – Прям тут и выращивает, похоже… – Кайлеса носочком туфельки ковыряла трухлявый пол, то и дело поднимая взгляд на Рона. Хоть выражение лица и говорило о отвращении, глаза заставляли сомневаться. В них ясно читалась кокетливость. – Ладно, пойдем в другое место. – он устало вздохнул и направился к выходу, в голове перебирая знакомые таверны, с более благополучной обстановкой. На самом деле, любая таверна выглядила приличней этой. Но, такого мяса как тут, нет ни в одной. Девушка преградила путь, положив ладони на плечи. Облизывая блестящие розовое губы она сыграла бровками. – Да что ты начинаешь? Неси свое хрючево. И поила свиного не забудь. Рон вспылил. Сделав шаг назад раздраженно развел руками. – Да почему свиного - то? Откуда такая предвзятость? Не нравится тут - пойдем отсюда. Кайлесса засмеялась, подогнув ножки, и спрятав улыбку за ладонью. – Ты еще милее, когда злишься. Расслабься ты. Я ни какая-нибудь белошвейка. И поила свиного попить не прочь. Она обогнула Рона и подойдя к столику у окна плюхнулась, развалившись на стуле, будто завсегдатай подобных заведений, с слегка бандитским выражением лица. Лишь теперь до Рона дошло. Она просто заигрывает. А его поведение вновь как у зануды. Раскричался еще, руками махал… Желая исправить очередную ошибку, Рон отправился к барной стойке, на которой засыпал грязный, пьяный трактирщик. Они знали друг друга достаточно давно. И Рон знал, что Нимел в любом состоянии приготовит такой стейк, который не способен сделать ни один признанный повар самого дорогого ресторана. Нашептав ему вкратце историю, что пришел с девушкой и хочет ее удивить, Рон попросил два самых лучших стейка. Тавернщик, похоже, и половины рассказа не слышал, а другую половину просто не понял. Но, суть уловил: принести два стейка. Вернулся через несколько минут, с аротными, жирненькими кусками мяса, что еще шкварчали в тарелках. Схватив их в одну руку, и две кружки самого дорогого эля в другую, Рон вернулся за столик, к уже заскучавшей Кайлессе. Она угрюмо смотрела в окно, накручивая прядь волос на палец. – Вот! Попробуй. Наешься хоть. Ни то, что те тараканьи порции в ресторане. – он толкнул тарелку к девушке, и поставил рядом кружку. – Забудь все, что ты пробовала до этого. Этот кусок мяса разделит твою жизнь на “до” и “после”. Кайлесса потерла ладони и взяла столовые приборы, придирчиво разглядывая стейк, выбирая с какой стороны лучше начать. За спиной раздался скрип двери и знакомый голос: – Рон, скотина! Опять без нас пьешь? Рон на мгновение закрыл глаза, осознавая как же он влип. – Извини, посиди минутку, пойду прогоню этого придурка. Он встал и направился к двери, давя взглядом единственного друга, коррунийца Хелларда. С ним пришли и его жена, молчаливая, зажатая Ама -Тае, по имени Нелли. И племянница. Алум - Азет, с которой Рон крутил непонятный никому роман. –Не ори ты! Я там с девушкой сижу, давайте я к вам позже присоединюсь. – Рон как мог избегал взгляда белокурой Алум - Азет. – Вот как? Друга на девку променял? Моя племяшка не дает, да? Расскажи хоть куда попал? – Хеллард, как и всегда говорил слишком громко. Его речи слышали, наверно, все присутствующие. Включая Кайлессу. – Потом расскажу, а сейчас я с девушкой посижу, хорошо? – больше всего пугало то, что Хеллард сейчас напросится к нему, и свидание окончательно пойдет коту под хвост. – Дело твое. Но, потом давай к нам? Алум -Азет мне второй день про тебя балаболит. Понравился ты ей. – он произнес это так, будто сама Алум - Азет не стояла сейчас рядом. И этим высказыванием вызвал на щеках племянницы румянец. Однако, слова Рона о том, что Кайлесса его девушка, никак не повлияли на Алум-Азет. Рон пытался даже не думать о ней. Все мысли заняты спасением почти мертвого свидания. – Вы чего там стоите? Идите за стол! – раздался радостный голос Кайлессы. Вот как раз этого бы и не надо, но, теперь Хелларда уже не остановить. – Вот! Хоть кто-то додумался. Пошлите, девчонки! – он довольно потер руки и двинулся к Кайлессе. Выпустив продолжительную струю воздуха и протерев глаза, Рон отправился следом. Ничем хорошим такие посиделки кончиться не могут. Хеллард совсем не следит за своим языком. И не зная кто перед ним начнет приставать к Кайлессе. На столе уже стояла пустая тарелка. От огромного стейка не осталось и следа. Кайлесса, облизывала блестящие от жира губы и вытирала салфеткой руки. – Ты был прав, Рон. Это чертовски вкусно. – Знакомьтесь. Это Хеллард, его жена Нелли и племянница Алум-Азет…а это Кайлесса. Кайлесса приподняла брови, устрашающе, но при этом улыбаясь она смотрела на Алум-Азет. – Девушка. Рона. Блондинка насупилась и отвела взгляд, ничего не ответив. Нелли взяла еще три стула и прибывшие расселись вокруг одного стола. – Ты где такую красотку нашел? Не дашь мне ее на вечерок? Обещаю, сильно не попорчу. Мы с Нелли покажем ей, что такое настоящая любовь. –Хеллард пошло улыбался и ерзал рукой у себя между ног. Случилось то, чего так боялся Рон. Кайлесса сразу же стала предметом сексуальных желаний его друга. И заткнуть теперь его будет очень и очень сложно. – Я тебе кадык вырву! – сквозь зубы прорычал Рон. Однако, Кайлесса не оскорбилась подобными словами. Она лишь улыбнулась, отпивая из кружки, смотря на Хелларда заинтересованным взглядом. – То-то же у твоей жены такой грустный взгляд. Твою “настоящую любовь” из головы выбросить не может? – Кайлесса и здесь огрызнулась, со спокойным, даже непринужденным видом. Она закинула ногу на ногу и опракинулась на спинку стула. Хеллард дебильно засмеялся, тыча пальцем в девушку Рона. – А языкастая у тебя курица! Она везде так хорошо языком работает? У меня аж между ног засвербило. Рука сжалась со страшной силой. Казалось, что вот - вот раздавит кружку. Успокаивало лишь одно: Хеллард такой только на словах. Он никогда не брал девушек силой. Именно поэтому -то Рон и общался с ним. Едва Рон раскрыл рот, чтобы произнести пламенную речь и уже заткнуть этого извращенца, как снова заговорила Кайлесса. – Рон, ты говорил, что тут свиней на заднем дворе держат. Одна убежала. – она указала рукой на Хелларда. – Может хватит вам уже? – внезапно вмешалась Алум-Азет, чем на секунду привлекла к себе ошарашенный взгляд дяди. – Пойдем Рон, поесть закажем. – Нелли, принеси мне эля! – гаркнул Хеллард, даже не посмотрев в сторону жены. Она смиренно опустив голову поднялась и пошла к стойке. За ней отправились и Рон с Алум-Азет. Быть может опрометчиво оставлять похотливого коррунийца с Кайлессой тет-а-тет. Опасения подтвердились донесшимися словами: –Я уже представляю, как твои губки ласкают мои яйца… Рона слегка успокаивал тот факт, что несмотря на грубость, Кайлесса выглядит довольной, постоянно улыбается и находит, что ответить.: – Я тоже представляю как ласкаю твои яйца, но не губками, а каблуком…медленно вдавливая их в стул. У стойки разговоров не было слышно, лишь отдельные части реплик громогласного Хелларда. Он так и продолжал свои глупые “ухаживания” А Кайлесса встречала все это издевательским смехом. Рон подошел к стойке и облокотившись на нее заказал еды. Рядом с ним встала и Алум-Азет. Несколько минут они стояли молча, украдкой посматривая друг на друга. Первой не выдержала тишины девушка. – Вы правда пара? – в глазах тлел уголек печали. Что не удивительно. Еще позавчера они танцевали, целовались. Планировали провести ночь…а теперь..Рон не знал что ей сказать, как оправдаться. Но, Кайлесса украла его сердце. – Да, наверно. Хотя все так странно. Мы первый день знакомы…извини. – Не нужно. Ведь мы, как-бы, и не встречались. Мне было хорошо с тобой, спасибо за те часы счастья. Не дав и слова вставить, она схватила со стойки кружки с элем и ушла, не став дожидаться остальных блюд. Остальной заказ принесли, наверно, минут через пять. Тогда и Рон поспешил вернуться к своей девушке. Спор там не утихал, и потерял всякий намек на конфликт. Со стороны смотрелось, будто два старых друга пошло,тупо шутят. Смех Кайлессы не утихал ни на минуту. Похоже, ее самолюбие радовал диалог с таким недалеким коррунийцем. В отличии от них самому Рону смеяться совсем не хотелось. Несколько раз даже практически достигал точки кипения, и всерьез намеревался набить другу лицо. И каждый раз останавливала милая улыбка Кайлессы, которая будто молила не вмешиваться в их перепалку. Но, это не могло продолжаться вечно. Рон не выдержал, и желая прекратить это все, пригласил свою девушку на танец. По его мнению это не только прервет спор, но и напомнит Кайлессе, что у них, как бы, свидание. Она неохотно, но согласилась. Музыка не совсем соответствует ее предпочтениям: слишком энергичная, не предназначенная для наслаждения партнером. Но, довольно быстро втянулась. И через несколько минут уже отбивала каблуками по трухлявому полу, размахивая крыльями и радостно кружась вокруг Рона. Танец поразил не только его. Приковал к себе взгляды всех посетителей. Чувственные и открытые танцы, без капли стеснения. И лишь Рон знал, что это дочь генерала Реликанта, сейчас придается нищим забавам наравне с простыми коррунийцами. Тяжелое, сбивчивое дыхание дало Рону понять, что пора заканчивать с танцами и вернуться за стол. Развлечение нашлось и там. Алум-Азет достала настольные игры. Кайлесса с детским восторгом призналась, что никогда не занималась подобным. И с головой погрузилась в изучение нового для себя занятия. И тут удача оказалась на ее стороне. Хеллард проигрывал раз за разом, вызывая в свою сторону насмешки Кайлессы. Вообще, теперь это больше напоминала свидание Хелларда и Кайлессы. Он запал на нее. И по прежнему не стеснялся развратных слов. Кайлесса не смущалась, и вообще выглядела как простая девушка. Не занудствовала, не строила из себя аристократку. Относилась к присутствующим как к равным. – Вот же черт! – Хеллард бросил игральные кости на стол, проиграв в очередной раз. - Как насчет серьезных игр? – А ты в серьезные игры играть умеешь? Я думала только жену унижать способен. – Насмехнулась Кайлесса, допивая очередную кружку эля, и громко стукнув ею по столу. – Сейчас я тебя унижу! Играем в “ обрежь или умри”? – Нет-нет! Она не играет в такие игры! Давай со мной? –тут же взбаламутился Рон. Это переходило все рамки. – С тобой не интересно. – Хеллард недовольно взмахнул рукой, попутно обливая жену элем, но даже не обратил на это внимание. Нелли, молчавшая весь вечер, с непередаваемой грустью, молча, принялась оттирать с белого платья разводы, привлекая к себе сочувственный взгляд Кайлессы. – Что за игра? – она протянула Нелли чистую салфетку. Нехотя, но Рон принялся рассказывать правила. Наверняка узнав их благородная дочь генерала не решиться участвовать в подобном. Да если и решится, то Рон не позволит. На стену вешались два яблока на веревочках. Два участника берут кинжалы и метают. Три раза подряд промазал - проиграл. Попал в яблоко - проиграл. Попал по ниточке и обрезал ее - ход переходит к сопернику. И так продолжается до тех пор, пока кто - то не ошибется, или веревка не станет настолько короткой, что яблоко уже будет не подвесить. Проигравшего сажают в бочку с вином, по самые глаза, и держат в таком положении, пока он не отопьет настолько, что сможет дышать, либо пока не потеряет сознание. – Ха! Идет! – с энтузиазмом воскликнула Кайлесса, слегка подпрыгнув на стуле. – Не надо! Послушай меня! –Рон вытаращился на нее. Чем она вообще думает? В ответ она лишь отмахнулась рукой, как от надоедливой мухи. – Мы развлекаться сюда пришли, вот и развлекайся! Хеллард рассмеялся на всю таверну и повернулся к стойке. – Несите бочку! Сейчас кто-то заблюет весь пол! Как только Рон не пытался отговорить Кайлессу от этой глупой игры, она твердо стояла на своем. Собиралась играть. И у Рона опустились руки. Не к стулу же теперь ее привязывать? Не так он представлял их свидание… Закончив, Хеллард подошел к Кайлессе, с взглядом полным превосходства он протянул ей невзрачный кинжал. – У меня свой. – Девушка запустила ладонь в разрез платья на бедре и достала оттуда серебристый кинжал, с розочкой на навершее. Джозеф удивленно посмотрел на дорогой, диковинный клинок. – Курицам запрещено иметь оружие. – Так мы законы обсуждать будем или играть? – Кайлесса повернулась к омрачневшему от своей беспомощности Рону. Одарив теплой улыбкой, она подошла и вновь обняла, укрыв крыльями. как бы успокаивая. Она не понимает, что эта игра опасна в прямом смысле слова! Здоровенные коррунийцы захлебывались в бочке, а что там говорить про хрупкую Ама - Тае? – Бросай, пташка! –Встрял Хеллард с торжествующим лицом. Игра для него не в новизну. Да и просто опыт реальных боев с богопоклонниками сделал его мастером метания. Если кто - то и сможет его победить, то другой корруниец, и уж точно не юная Ама - Тае. Нависло предчувствие надвигающейся катастрофы и Рон не в силах что - то изменить. Кайлесса отринула от Рона и развернулась к стене, рассматривая цель. Ноги перетаптывались на месте, подбирая удобное для броска положение. Короткий взмах рукой и кинжал устремился к стене. Издав глухой шлепок он воткнулся. Достаточно далеко от нитки, сантиметрах в трех. Девушка с непринужденным лицом отправилась за клинком и вынув из стены вернулась обратно. – Давай я доиграю. – Тут же выпалил Рон и протянул руку, в ожидании кинжала. Но, вместо этого Кайлесса вложила ему в руку свою ладонь. – У меня еще две попытки? Не переживай, мой птенчик. Последовал еще один бросок. В этот раз она почти не целилась. Резкий, быстрый и точный. Кинжал настиг цель, и отрезанное яблоко упало на пол. Кайлесса радостно засмеялась. Подпрыгивая она махала крыльями и хлопала в ладоши. Бросок действительно хорош. Будто для нее это обычное, рутинное занятие. Однако, тревоги это не умаляло. Хеллард солдат регулярной армии и метает кинжалы он в любом случае лучше Кайлессы. В подтверждение этого Хеллард обрубил нить первым же броском. Партия затянулась. К удивлению, Кайлесса не уступала опытному вояке. Они шли примерно вровень. С той лишь разницей, что Хеллард не допустил ни единого промаха, а Кайлесса несколько раз мазала. И каждый такой промах сопровождался словами: “ Я специально, чтобы птенчика моего позлить” и издевательски показывала язык. Такая несерьезность еще сильнее бесила и без того находящегося на грани срыва Рона. Он сжимал кулаки, впиваясь ногтями в ладони, скрипел зубами, но терпел. Медленно, но неумолимо игра приближалась к своему завершению. Теперь Кайлесса даже пару раз выходила вперед, оставляя более длинную веревку, но это преимущество растворялось в следующем же раунде. Каждый удар кинжала о деревянную стену останавливал сердце Рона и он с ужасом вглядывался в результаты попадания своей девушки. И вот наступила развязка. Кайлесса сделал несколько великолепных бросков подряд, оставив у себя приличный запас нитки. Оставалось просто попасть, и даже если Хеллард попадет - то не сможет подвесить яблоко. Это понимала и Кайлесса, и сам Хеллард. Лицо бывалого воина напряглось, покраснело. Для него проигрыш станет позором. Корруниец уступает какой - то мелкой Ама-Тае. Хотя, он итак за сегодняшний вечер он стерпел бесчисленное количество оскорблений. – Обнимашки на удачу! – азартно воскликнула она и стиснула Рона в объятьях, на которые он и ответить не смог.. Страх и переживания парализовали его. – Давай я? – Без особой надежды на успех прошептал он. – Не бубни. – Кайлесса вернулась к отметке. В этот раз она не спешила. Долго выцеливала, затем опускала руки, взмахивала крыльями и отворачивалась. Немного подышав выцеливала вновь. Похоже, начала нервничать и она. Наконец последовал бросок. И снова мимо. Бешеный стук сердца Рона слышался четче, чем злорадный смех Хелларда. Кайлесса завертела головой, смотря на окружающих, затем на Рона. Он не мог найти место даже своим рукам, то складывал из на груди, то заводил за спину. Но, молчал с ужасом ожидая развязки. Кайлесса снова вздохнула, и почти не целясь метнула кинжал. Раздался звук удара яблока об пол. В стороны полетели мелкие брызги сока. Хеллард тут же бросился к стене и неистово хохоча поднял яблоко и вскинул его вверх, будто высшую награду. – Зацепила! Давайте бочку сюда! – Я приму наказание за нее. - Ни секунды не мешкая вставил Рон. В голове крутилась мысль, что он так и знал, так и знал, так и знал… Хеллард не переставал смеяться, жонглируя яблоком и кинжалом. – Проиграла-то она. Ей и купаться. – Дядь, ну посмотри на ее платье? Будет жаль испортить такую красоту. - Неожиданно вмешалась Алум-Азет. – Платье жалко? Пусть раздевается. – Хеллард замер, уронив яблоко на пол, и завороженно бегал взглядом по телу Кайлессы, будто уже представляя ее без одежды. – А прическа? Косметика? Посмотри на эту красоту! – Алум-Азет не отступала. Непонятно по какой причине. Они с Кайлессой явно не отметились симпатией друг к другу за весь вечер. – Хеллард, черт тебя подери, только попробуй заставить ее это сделать! –Гневно прокричал Рон, сжимая кулаки. Корруниец задумчиво посмотрел на племянницу, потом на Рона и махнув рукой сказал: – Черт с вами. Лезь в бочку. Едва Рон начал разуваться, как заговорила Кайлесса. – А меня-то кто спросил? Я проиграла мне и лезть. Все синхронно повернулись к ней. Рон шлепал губами, безуспешно пытаясь подобрать слова. Но их не находилось. Кайлесса же подошла к бочке и оценивающим взглядом пробежалась по ней, держась за край. – Ну? Чего стоишь, помоги? – она задрала платье, готовясь погрузиться в вино. Рон встал рядом, но помогать не собирался. Это дико, неправильно… – Знаешь сколько коррунийцев так захлебнулось? Даже на моих глазах! Я не позволю! Давай я все сделаю. – Нет. – Она показала язык и положив руку на плечо Рону ловко запрыгнула в бочку. На пол полилось вино, а всех стоящих вокруг забрызгало этим сладким напитком. – Х-х-холодное..- дрожащим, но при этом невозмутимым голосом произнесла она. Хеллард потянул руку к ее макушке, но тут же получил хлесткий удар, шлепок от которого разразился на всю таверну. Его лицо налилось яростью. И, наверно, если бы она не была девушкой Рона, то ударил бы в ответ. Но, в этот раз стерпел. – Кто - то должен держать тебя, чтобы ты не высовывалась из бочки. – Рон пусть и держит. – Кайлесса хладнокровно пожала плечами Рон нехотя положил руку ей на макушку. Действительно будет лучше, если это сделает он. В глазах Хелларда пылала жажда увидеть свою обидчицу в предсмертном состоянии, а Рон уж точно не даст ей захлебнуться. По непонятной причине взгляд сам нашел в кучке собравшихся Алум -Азет. Возможно потому, что она единственная кто не испытывал радости наблюдая за происходящим. Она с такой же тревогой неотрывно смотрела на Рона. – Ну опускай уже давай! –недовольно воскликнула Кайлесса, прерывая дуэль задумчивых взглядом. И Рон резким движением толкнул ее голову вниз. Она едва успела сложить крылья, чтобы не повредить их о края бочки. Над винной гладью виднелись лишь глаза, которые через секунду начали слезиться, размывая старательно наложенный макияж. И с каждой секундой глаза становились все шире. Она судорожно хлебала вино, даже не пытаясь вырваться. На это невозможно смотреть, и он отвернулся. Приподняв руку, и совсем не сдерживая Кайлессу, позволяя ей вынырнуть в любой момент. Взгляд снова повстречал взгляд Алум-Азет. Они будто мысленно общались, ища друг в друге что-то. Сбоку раздавались хлюпанья, похрюкивания, всхлипы, глухой кашель и бурление вина в бочке. – Охренеть! – раздался изумленный голос Хелларда. Рон обернулся. С губ сорвался облегченный выдох. Кайлеса отпила настолько, что могла свободно дышать. Еще через секунду она вскочила, переваливаясь через край бочки согнулась задыхаясь в предрвотном кашле. Рон тут же схватил ее и вытащил из бочки, поставив на пол. Сорвав с себя пиджак укрыл ее, накинув на плечи. Вино лилось на пол с некогда серого, а теперь бордового платья. Будто кто-то облил кровью. Мягкие перышки на крыльях слиплись и поредели. Часть из них и вовсе осталось плавать в бочке. А запах алкоголя заставлял Рона дышать ртом, дабы не чувствовать этой отвратительной вони. Чуть поодаль слышался истеричный смех Хелларда. Согнувшись он не мог сказать и слова, лишь тыкал пальцем в сторону едва стоящей на ногах Кайлессы. Несмотря на серьезное испытание выглядела она довольной. Даже улыбалась Рону. Но, с каждой секундой ее взгляд становился все более и более отрешенным. А ноги переставали выполнять свою функцию в полном объеме, заставляя повиснуть на единственной опоре: плече Рона. – Интересные у вас игры. – Я же говорил, говорил не надо! – не скрывая недовольства прошипел Рон. – Ну, я же справилась..-- в затухающем голосе чувствовалась какая - то непонятная, бесячая гордость. Будто она что-то доказать хотела. Тут к ним подбежала Алум-Азет и прикрыла Кайлессу своей накидкой. – Присмотри за ней? Пойду поище чем вытереться. Передав возлюбленную в руки бывшей возлюбленной Рон побежал искать полотенце. Обойдя все закоулки удалось выпытать у трактирщика большое полотенце и несколько скатертей, которые тоже можно использовать в качестве полотенец. Или укрыться. Начинало холодать, даже в стенах таверны. По возвращению к столу перед глазами предстала печальная картина: Кайлесса, даже сидя, с трудом удерживала тело в вертикальном положении. Голова безвольно болталась, то сваливаясь на грудь, то на плечо. Тело сотрясалось от приступа икоты. Глаза не находили сил, чтобы открыться, а с губ срывались невнятные фразы. Она жутко пьяна. – Ей срочно надо домой, на кровать. – Закрыв глаза и обреченно вертя головой пробормотала Алум -Азет. – Боюсь, ей нельзя домой. – Рон замер, истерично перебирая в голове возможные варианты решения этой отвратительной ситуации. Окинув пространство вокруг себя, убедившись, что никто не слышит, он прошептал: – Она дочь генерала Реликанта. Губы девушки разомкнулись а глаза будто остекленели. Рука поползла по мокрому плечу Кайлессы. Спящая Ама-Тае едва не упала, лишившись опоры. – Вы поили и издевались весь вечер над дочерью великолепного Реликанта? Когда он узнает он сожжет таверну, затем наши дома, меня и Нелли кинет на растерзание своим “ красным грифонам,” где нас занасилуют до смерти, а вас с Хеллардом в коррунийский ад отправит! – Поэтому ей и нельзя домой…я пытался остановить…пытался…а она… –Ладно. Надо успокоиться и спрятать ее. Давай положим на второй этаж. Снимем комнату. Пусть проспится. Единственный выход. Если Реликант увидит свою дочь в таком состоянии…это станет концом. Да и тащить Кайлессу в таком виде по улицам тоже плохая идея. Если кто-то из богатых коррунийцев ее узнает-это убьет ее репутацию. А это сейчас заботило Рона не меньше,чем собственная жизнь. Ведь все это из-за него. Из-за его бесхребетности. Взяв безвольное тело, Рон понес спящую наверх, по дороге разглядывая во что превратилась прекрасная Ама-Тае. Макияж растекся, превратив лицо в нелепую черно-синюю маску. Даже несмотря на это, под слоем грязи, выделялись ее прекрасные черты лица. И размазанная помада не способна умолить прекрасных губ, что сейчас слегка разомкнулись и мило подергивались от вырывающегося изо рта похрапывания. Едва Рон вошел в комнату и положил девушку на кровать, как раздался голос Алум- Азет. – Ее раздеть надо. Может платье отстирать попробую… Здравая мысль. Если не учитывать того, что Кайлесса может проснуться и попереться домой. Пьяный мозг - загадка, он способен на любые глупости. – Ты ее парень. Раздевай, а я за водой. – Девушка развернулась и собиралась уходить, но возглас Рона остановил ее. – Мы первый день в отношениях. Это неправильно. Может, ты разденешь? А я за водой? – Хотя, в отношениях ли они? Завтра Кайлесса наверняка все припомнит ему и пошлет к черту. И поделом. Так себе из него парень. Такому слабаку не осилить дочь самого генерала Реликанта. Алум Азет пожала плечами и направилась к Кайлессе. Это стало для Рона сигналом и он отправился за водой. Предстоит не только постирать платье, но и отмыть ее саму от сладкого вина. Все же, придется не только видеть ее обнаженную, но еще и прикасаться. Хотя, помывку тела можно доверить Алум-Азет. Лишь возвращаясь обратно, с двумя ведрами воды, Рон задумался. А почему она вообще помогает? Наверно тоже понимает, что их отношениям с Кайлессой конец. И этой помощью вновь пытается сблизиться. Чем дольше Рон думал об этом, тем сильнее его поглощала печаль. Кайлесса прекрасна. Сильна, умна, самодостаточна…и одновременно беззаботная, веселая, игривая. О такой девушке он и мечтал. Но, сам же и все разрушил, позволяя играть в эту глупую игру. А потом своими руками чуть в бочке не утопил. Отвратительному, бесхребетному поведению не находилось объяснения. Кайлесса помыкала им, командовала. И Рон слушался, переступая через свои принципы. И слушался не потому, что она дочь великого человека. А потому, что она сама по себе такая. Такая похожая на Ла-Аэру. Алум-Азет уже уложила пострадавшую в безумных играх девушку. И сейчас она мирно посапывала, укрытая одеялом по самый подбородок. – Вот нам задача на пол ночи. Нужно отмыть ее крылья от вина. Желательно не разбудив ее. Иначе к утру сладкое вино совсем испортит перья и придется ощипывать. А для нас, Ама-Тае, нет хуже и унизительней пытки, чем ходить с лысыми крыльями. Этого она тебе точно не простит. – она теребила желтые, словно сено, волосы обеими руками, с задумчивым видом. – Почему ты нам помогаешь? - Не став юлить Рон задал вопрос напрямую, ожидая получить столь же прямой ответ. В ответ она пожала плечами и заговорила лишь несколько секунд спустя. – Потому, что вам нужна помощь. Ты мне всегда помогал. Помнишь, как заступился, когда двое извращенцев хотели утащить меня за сарай и изнасиловать? Даже дядя стоял и смеялся. А ты в драку полез. Ты классный, Рон. Вот почему я тебе помогаю. – Девушка поднялась и избегая взгляда Рона взяла ведро, принимаясь за отмывание перьев. Рон на несколько мгновений погрузился в раздумья. Несмотря на то, что он нашел себе новую девушку, оставив за бортом Алум-Азет, она помогает ему. И, похоже, готова заниматься этим до утра. От этого может пострадать. Ведь Реликант наверняка перевернет весь город, когда любимая дочурка не придет ночевать. Пусть будет, что будет. А сейчас нужно отмыть этого пьяного ангелочка и дать ей спокойно поспать, хранить сон, и никого не подпускать. Только присев на колени перед кроватью, он осознал, что совсем не знает, как правильно мыть перья. Особенно такие молодые и хрупкие. – А я не умею.. – С неловкостью произнес он, покосившись на помощницу. – Это не сложно. Просто промывай каждое, небольшим количеством воды. Пока не станет мягким на ощупь. Осторожно, не сломай и не вырви. Рон первые несколько минут наблюдал, как это делает Алум-Азет. Действительно, казалось не сложным. Но, дело даже не в этом. – Да у нее же их.. – Рон бегал глазами по крыльям, укрывающим голую спину.. Сотни, тысячи перьев, разных размеров. Девушка дернула головой, на секунду встречаясь с Роном взглядом, и одарила скромной улыбкой. – Вот я и говорю, что минимум полночи ковыряться будем. Спрятав мысли подальше, Рон сел и принялся за дело. Каждое перышко, промывая каждый волосок на каждом опахале. Ювелирное и нудное занятие. Уже через десять минут лоб покрылся испариной. Но, работу завершить необходимо. Даже не для того, чтобы заслужить прощения, а просто потому, что он довел до этого, исправить свою же ошибку. Из под одеяла выскользнула рука, издав еле слышный стук при ударе об пол. На запястье была повязана красная ленточка. Вспомнился инцидент в ресторане. На Кайлессе ленточка девственности. Но, нет обозначения, что она кому-то обещана. Вообще Рон не знал, как обозначают в себя в обществе обещанные кому-то Ама-Тае. И он решил скрасить тишину спросив об этом у Алум- Азет. – Слушай, а вот если тебя обещали кому-то, что ты будешь носить? Девушка повернула к нему голову, с радушной улыбкой. Только сейчас Рон осознал, что она всегда смотрит на него с улыбкой. Всегда, все время их знакомства. Не улыбалась лишь тогда, когда топили Кайлессу. – Замужние Ама-Тае носят золотой браслет на правом запястье, похожий на рабские кандалы. Это знак для остальных, что у нее есть хозяин, и прикасаться к ней без разрешения мужа нельзя. Обещанные носят такой же браслет, но серебряный. Не достигшие предела роста носят красную ленточку. За изнасилование такой убивают без разговоров. Свободные и достигшие пределов роста не носят ничего. И их может износиловать любой прохожий и ему ничего за это не будет. Рон знал все, за исключением браслета обещанной. Просто не интересовался этим раньше. Не возникало у него желания насиловать, и для него эта информация казалось ненужной. Незавидная судьба у ничейных Ама-Тае. Именно потому все пытались как можно быстрее выйти замуж. Хоть за кого, хоть второй, хоть десятой женой. Лишь бы на улицах их перестали насиловать. Какой кошмарный и страшный мир. Рон повторял эти слова у себя в голове по десять раз день. Сменив тему они продолжили тихонько беседовать. Алум-Азет подробнее рассказала про крылья. И почему так важно следить за ними. Ведь крылья не просто для красоты. Чистокровные Ама-Тае, рожденные от союза с богом, умели летать. И перья служили как память, о великих предках, что были изгнаны из плана богов, за ненадобностью. и стали в землях людей рабынями коррунийцев. Да и не только в этом дело. Под перьями очень нежная кожа, которая выгорала даже от простого солнечного света. К тому же выглядели крылья без перьев, мягко говоря, смешно. Неспроста Ама-Тае прозвали курами. На отмывание перьев ушло добрых шесть часов. Все тело гудело от постоянного напряжения. Даже с пола с трудом получилось подняться. Кости захрустели в каждом суставе. – Спасибо. Без тебя я бы не справился. – Рон поднялся, упираясь рукой в поясницу и негодующе кряхтя. Крылья отмыты. От них больше не несет дешевым вином, лишь легкий аромат мыла. Чего нельзя сказать про остальное тело. Оно по прежнему источало отвратный запах. Но, мыть его не было ни сил, ни времени. И самим нужно поспать. Скоро рассвет. – Да пустяки. – Я могу тебя как-то отблагодарить? – Рон зашагал по комнате, пытаясь разработать каждый сустав в уставшем теле. – Вообще-можешь.Но, я не знаю, могу ли просить тебя об этом. – Алум-Азет застенчиво опустила взгляд. – Проси! –уверенно ответил Рон. За свою помощь она достойна награды. – Рон…я скоро уезжаю домой. Мы больше не увидимся. Меня выдадут замуж. Я прошу, подари мне последний, прощальный поцелуй. Я хочу, чтобы в памяти навсегда остался вкус твоих губ, теплота твоего дыхания, а коже запомнила нежность твоих прикосновений. Ведь я больше никогда не поцелую кого-то по любви. Ты же знаешь, любовь и брак вещи несовместимые. – Девушка вздрогнула и стыдливо прикрыла лицо ладонями, будто пожалела о сказанном. Еще позавчера он без стеснения ласкал ее губы, ее шею в танце и наслаждался этим. А сейчас не мог допустить даже мысли об этом. Просто потому, что вот она та, кто украла его сердце. Сейчас лежит и тихонько похрюкивает. Даже опуская тот факт, что утром, вероятно, они расстанутся Рон не мог поцеловать другую. Но и отказать не мог. Ведь он поступил как мразь. Влюбил в себя девчонку, а потом просто нашел другую. Так делали все и постоянно, но для него такое свинство казалось недопустимым. – Только в щечку. Девушку явно расстроил такой ответ. Она опустила голову, пытаясь изобразить улыбку. – Ты мне нравишься, Рон. Еще недавно я надеялась выйти за тебя замуж. По любви. За того, кто не будет меня бить и унижать, отдавать своим друзьям. Для меня это было сказкой, в которую я не могла поверить. Боялась поверить. Именно поэтому избегала твоих разговоров об отношениях. И теперь тебя забрали. Кайлесса забрала. Но, я не виню ее. Я сама упустила свое счастье. Подойдя к Рону она положила руки ему на плечи и опустив голову уперлась макушкой ему в подбородок. Наслаждаясь этим сладким, но последним моментом близости. Рон чувствовал ее горячие дыхание своей грудью. Ее тело мелко дрожало, тряслось от неровного сбитого дыхания. И Рон не смог не ответить. Он завел руки ей за спину и прижал к себе, как девушку, как любимую девушку, позволяя этому беззащитному созданию почувствовать заботу. Они простояли безмолвно и неподвижно несколько минут. Пальцы Алум-Азет впивались в плечи Рона, будто их скрючивало от боли. Наконец она подняла голову. Под тусклым светом лампы ее карие глаза слегка блестели, будто она вот-вот собиралась расплакаться. Не став тянуть, не желая причинять еще большую боль, он воспользовался этим моментом и поцеловал ее в щеку. Искренне, с чувством вины и благодарности. По ее бледной щеке покатилась прозрачная бусинка, говорящая о той печали, что пожирает Алум-Азет сейчас. Едва Рон потянул руку к ее щеке, как она резко отступила назад, почти отпрыгнула. Шмыгнув носом и смахнув указательным пальцем слезу. Она быстро пробормотала: – Я соседнюю комнату сниму. Наверняка вам еще понадобится помощь. – не дождавшись ответа она выбежала из комнаты. Рон не стал ее преследовать. Хотя и хотелось утешить. Но, зачем? Своим присутствием он сделает только хуже. Борясь с отвратительными мыслями, проглатывая ненависть к самому себе, он взял стул и вскоре уснул, сидя на нем.