Последний корруниец: Пустоголовые.

Портал за порталом, деревня за деревней, Рон приближался к цели: башне Мирабель. Бессонные ночи забрали все силы. Поспать не удавалось из-за постоянного страха, ожидания нападения. Правильно говорят: “не так страшна смерть, как ее ожидание”...то же можно сказать и про нападения. Одно даже случилось, но, не ночью, а по дороге. Двое авантюристов заметили коррунийца и напали, просто потому, что он корруниец. Бой с ними не вызвал проблем…по большей части. Слегка непривычно оказалось сражаться верхом, да еще и на донельзя загруженной лошади. Однако коррунийское чутье, мастерство, не дало сбоя и тут. “Отчаяние” нашло своих новых жертв, оставив их тела прямо посреди торгового тракта. В том числе и поэтому, даже в дороге, сидя на лошади, Рон боялся и пять минуток вздремнуть. Несмотря на резкие смены погоды, беспокойную дорогу, нападения и бессонные ночи Рон пребывал в приподнятом настроении. Эвелин бросила работу и переехала к нему. И теперь, когда она согласилась соединить их жизни, ничто не разлучит их. Нет больше цепей, что держали Эвелин, не давали ей встать за спину Рона, полностью контролировать ее судьбу. И сейчас он с нетерпение ждал возвращения домой, чтобы провести первую ночь вместе. Как настоящая пара. А утром, проснувшись, не загонять себя в очередную яму переживаний. Ведь Эвелин больше не уйдет, другой мужчина больше не прикоснется к ней. Она станет фавориткой короля, официально. Как бы кто к этому не относился. Последняя ночевка перед прибытием. Хоть сегодня нужно позабыть про страхи и выспаться. Кто знает, что ждет в башне? Быть может, ловушка? К счастью, последним местом ночевки стала пещера. Земли орков изобилуют ими. Единственный вход позволял соорудить сигнальные ловушки. Рон присыпал вход лапником, а со стороны пещеры привязал к нему железную кружку и тарелку.Любой, кто попытается расчистить вход непременно наделает шума. Не став даже разводить костра, быстро перекусив Рон лег спать, забившись в самый темной угол, где не так беспокоила капающая с потолка вода. Сон пришел мгновенно, не позволив овладеть головой мыслям. Прервался он довольно быстро. Белой дымкой и чувством падения. Инуэм снова зовет на аудиенцию. Резная, узорчатая дверь, высотой метра четыре оказалась прямо перед лицом, как только туман вокруг рассеялся. Два широкоплечих стража, люди с головами крокодила, охраняли вход в комнату, в которой Рон не бывал ни разу. Похоже, Инуэм пригласила его в более…личное помещение. – Госпожа ждет тебя, корруниец. – Прорычал один из крокодилоголовых, и схватившись за позолоченную, трубчатую ручку с удивительной легкостью распахнул дверь. Рон вошел. Пред глаза предстал большой зал, с богато накрытым столом, наверно, метров тридцати в длину. Запах разнообразных вкусностей пробрал до мурашек. Желудок требовал изысков, после однообразной еды в дороге. Инуэм сидела на углу, что ближе всего к выходу. Она скучающе теребила себя за свисающие полупрозрачные рукава. Выглядело совсем не элегантно, не по-божественному, что-ли. Сейчас богиня напоминала простую девушку, что изводит себя от безделия. Это заставило Рона невольно улыбнуться. – Прекрасная Инуэм, Вы желали меня видеть? – Рон преклонил колено, опустив голову. – Да, Рон. Проходи, садись. Перекуси и налей мне вина. – Столь же скучающим голосом ответила она. Рон нервно сглотнул. Ужинать с богиней? Величайшая честь, которой удостаивались далеко не все инквизиторы. Но, Рон для нее не такой, как все. И он давно это понял. Поднявшись с колен, Рон почти бегом направился к столу, где схватил хрустальный кувшин, с содержимым соломенного цвета. Взяв переливающийся от света множества свечей, фужер, Рон наполнил его и протянул богине. Она, благодарно моргнув, кивнула ему на стул, рядом с собой. – Поешь. Мне нужно с тобой поговорить. Знаю, что и ты имеешь вопросы. О да, у Рона их накопилось масса. В первую очередь о том, что с ним случилось в ту ночь, когда он проснулся с Магдой. Да и просто хотелось узнать о будущем…с Эвелин. Хотя, он и понимал, даже если Инуэм что-то видит-то вряд-ли поделится. – Итак.. – Начала Инуэм, только Рон сел и положил в тарелку жирную, запеченую куриную ножку. – Ты же еще не забыл, что ты мой инквизитор? Этот вкус…казалось бы, проста курица, что может быть проще, чем запечь ее…но, Рон испытал гастрономический экстаз, еще даже не откусив, а просто поднеся ко рту, втянув пряный запах. Первый же укус заставил Рона охнуть. Золотистая корочка захрустела на зубах, а вкус чеснока вынудил сомкнуть глаза…вот бы такую вкусняшку Хемах привести… Лишь смех Вечной Матери пристыдил Рона, вернув осознание где и с кем он находится.. – Да, моя богиня. Конечно я помню. – Виновато протараторил он. – В деревне Райкелан живет мой жрец, Танилар Рейкеланский…он был жрецом и сбился с пути, посмев выплеснуть в чашу для подношений…свое семя… – Инуэм отвернулась, поджав губы и аристократично отпила из фужера. Рон аж подавился, и закашлялся, вытирая покрывшиеся куриным жиром губы. – Что? – Не хочу вдаваться в подробности, но ты должен его наказать. Он не просто оскорбил меня, он оскорбил мою природу. Мою суть. Чаша для подношений священна, и в нее кладут дары от всего сердца. В мою честь. Остроумный шутник…предложил в качестве еды богине свою…кхм… Это гневало Рона ровно настолько, насколько и смешило. – Поверьте, госпожа. Он пожалеет о содеянном. – Рон снова покосился на курицу. Живот скручивало от желания вцепиться в нее зубами. Но, совесть не позволяла начать жевать во время столь важного разговора. – Да ешь ты уже! – С пренебрежительной улыбкой произнесла Инуэм, видя тягу инквизитора к чревоугодию. – Ты спросить у меня что-то хотел? Только Рон схватился за курицу, как наткнулся на обрамленное бирюзовыми нитями блюдо, на котором лежали половинки яйца пещерного варана, приправленные зеленью и залитые непонятным соусом. Курица может и подождать. Нужно попробовать как можно больше, прежде чем богиня отправит его обратно. – Да. Кажется, во мне проснулся корруниец. Я впервые впал в ярость. – Только положив угощение в тарелку, Рон отложил вилку, вспоминая этот момент. Аппетит внезапно пропал. – Я словно был не я..что-то чужое пробудилось во мне. Злое и беспощадное…я желал крови. Убил верного мне человека. И мне понравилось. Но, я не хочу этого, не хочу становиться типичным коррунийцем. Как с этим бороться? Инуэм поставила фужер на стол и звонко стукнула по нему ноготком, намекая, что Рону пора бы поухаживать за госпожой. И он тут же схватил кувшин, подливая вина. – Ты не типичный корруниец. Ярость любого другого коррунийца просто детская истерика, в сравнении с твоей. И с тем, что внутри тебя, очень сложно бороться. Ты должен примириться. Та, к кому ты направляешься, сможет немного приоткрыть завесу тайны. Внятного ответа получить не получилось. И почему боги всегда говорят загадками? Не желают вмешиваться в жизнь смертных? По крайней мере, Инуэм несколько развеяла опасения насчет Мирабель. Раз так спокойно о ней говорит - значит опасности там Рона не ожидают. Хотя, можно ли так смело доверять ее словам, ведь Инуэм не предупредила, что в Бесомоте в плену, был Великий Инквизитор ее мужа, хоть и прекрасно знала об этом. Оставался еще один один вопрос, получить ответ на который теперь казалось из ряда невероятного. – Я…кажется снова влюбился. Скажи, Вечная Мать…Эвелин имеет какое-то отношение к Кайлессе? И есть ли у нас будущие…вместе… – Рон опустил голову, стесняясь своего вопроса. Но, и молчать не мог. Не просто же так он иногда видел в Эвелин Кайлессу. Ее черты лица… – Ты просишь любви у той, кто давно похоронил это чувство. Ты желаешь быть с той, кто не хочет быть ни с кем. Ты открываешь душу той, чья душа заперта в самом далеком уголке сердца, под десятью замками…и есть у вас будущие зависит от вас самих. Вы творите судьбу каждым словом, каждым поступком. – Уголки губ Инуэм слегка приподнялись, выдавая сдерживаемую улыбку. Будто бы она и сама понимала, что такой ответ не может устроить, издевалась. Размытого ответа казалось мало. Особенно по поводу второй части вопроса, который богиня намеренно или нет, но проигнорировала. – А Кайлесса? Эвелин как-то связана с ней? Почему я видел то, что видел? Инуэм пожала плечами, слегка дернув головой. Уже на этом этапе Рон понял, что внятного ответа снова не последует. – Ты видишь в ней Кайлессу, Доминик - блудницу. У меня на ее счет свое мнение, у нее на счет самой себя - свое. И, кто знает, чье мнение верно? Быть может ничье, или все мнения сразу? Ведь человек может представать под множеством ликов, но, его настоящего выявляет лишь истинная любовь и близость смерти. Раздосадованный хоть и ожидаемым, но не внятным ответом, Рон положил - таки в тарелку еду. И с кислой физиономией приступил к трапезе. – А Мирабель, к которой я иду, стоит ли чего - то опасаться там? Инуэм закусила нижнюю губу, беззвучно посмеиваясь. – Опасаться стоит всего. Но, всегда ли опасность - есть вред? И всегда - ли ее нужно избегать? Ведь если справишься, преодолеешь ее - награда может с лихвой окупить старания…или же забрать много больше. Рон медленно жевал, даже не пытаясь проникнуться словами. Хотя, наверно, и стоило бы. Ведь боги не разбрасываются словами, и прекрасно знают цену каждого из них. – Это ловушка? Меня ждет засада? – Ловушка - расплывчатое понятие. Сети могут быть расставлены не только на физическую оболочку, но и на сердце, на эмоции…и ловчий может ставить их не с целью поймать, а добиться чего-то от своей жертвы…тебе не нужны мои наставления в этом случае. Ты идешь к волшебнице сам, игнорируя советы своего генерала. Повлияет ли как-то мое слово на решение? – Конечно повлияет! – Рон быстро закинул в рот последний кусок и уставился на Инуэм. Казалось, что раз она спрашивает, то может, наконец, сказать что - то прямо. –Тогда внемли, мой верный воин…. – Богиня допила вино и развернувшись к Рону положила руки ему на колени. – Добившись чего - то, стремясь к покорению новых вершин, помни: вставая на тропу и делая шаг, ты не только приближаешься к своей цели, но и отдаляешься от уже достигнутого. И, однажды, может возникнуть ситуация, в которой возвращаться станет некуда, а дорога вперед потеряет всякий смысл…именно так и уничтожаются судьбы, уничтожаются мечты. Банкетный зал начал растворятся, а улыбка богини приковала все внимание Рона. Он снова не услышал ничего внятного, и в голове возникало лишь еще больше вопросов. Но, они быстро поглатились нахлынувшим сном. Пробуждение наступило с приятным чувством полного живота. Вообще, почему богиня, в этот раз, призвала к себе “целиком”? А не только душу? Хотела накормить? Проблемы насущные снова встали на первый план. Нужно заканчивать путешествие, а после идти выполнять волю своей богини. Коррунил научил, что самый доходчивый урок заключается в страданиях, и не в сиюминутных, а которые будут продолжаться, в идеале, на протяжении всей жизни…И Рон уже знал что будет делать. Собрав вещи Рон отправился в путь, и пробыл в дороге еще несколько часов. Дорога тут сужалась, но становилось менее разбитой. Что говорило о немногочисленности, но о постоянном притоке посетителей. И вот, взгляду открылась она: загадочная башня загадочной волшебницы. Рон спрыгнул с коня, всматриваясь в затянутую туманов высь. Даже в его проблесках не удавалось разглядеть шпиль.Невероятной высоты строение обнесено решетчатым, с витыми прутьями, забором. Выглядел он слишком старо, и никак не вписывался в новизну башни. Да и стоял слишком ровно и твердо, чтобы претендовать на древнее происхождение. Старость выглядела искусственной. И едва Рон подешел, вглядевшись в происходящее между забором и башней, тут же остановился. Рука потянулась за спину, к рукояти “Отчаянья”. Теперь башня выглядела еще менее дружелюбно. Разбросанные кости вдоль дорожки будто предупреждение..не давали идти дальше, не обнажив клинок. Проскользнула мысль: “Может, а ну ее к черту?” Проделанный путь и нужда в сильном маге не давали поддаться наитию. Ведь его тут, вроде, ждут…да и вообще, в землях орков такой пугающий пейзаж выглядел естественно. Нежеланные гости тут наверняка заглядывают часто, и разбросанные останки лишь защита…так убеждал себя Рон, но рука с силой сжимала меч в руке, готовясь вступить в бой с неизвестным противником. Шаг за шагом, оглядываясь на каждый шорох, каждое неосторожное дуновение ветра, Рон приблизился к воротам, что открылись от одного легкого прикосновения, не издав ни звука. Очередное подтверждение того, что их старина ничто иное как маскировка. По тропинке, выложенной плиткой, Рон продвигался к башне, напрягая слух, пытаясь услышать происходящее за огромной дверью, ведущую внутрь. К ней впротягивалась черная лестница, из нескольких ступеней. Но, все вокруг было тихо…не тихо даже, скорее мертво… На двери, покачиваемый ветерком, висел большой колокол. И Рон, желая как можно скорее разбавить одиночество хоть кем-то, позвонил. Звон, словно отражаясь от стен, устремился вверх, скрываясь за облаками. Но, ответа не последовало даже спустя несколько минут. Попытки достучаться также ничем не увенчались. И Рон решился. Не уходить же теперь? Взявшись за ручку он попытался открыть кажущуюся неподъемной дверь. Она с удивительной легкостью поддалась. Только Рон заглянул в появившуюся щель, как увидел приближающуюся с ошеломляющей скоростью раскрытую, слюнявую пасть. Не успел он даже разглядеть ее обладателя, как существо врезалось в дверь, распахивая ее и сбивая Рона с ног. Все, что удалось успеть - это выставить руку с мечом. Огромная зеленовато-красная псина оседлала Рона, вцепившись в руку. “Отчаянье” улетело в сторону, а два тела покатились вниз, в подобии схватки. Создание неустанно, раз за разом, накидывалось на руку коррунийца, даже не пытаясь искать пути обхода. Рон не мог предпринять что-либо. Удары левой рукой, не имея возможности взять достаточный замах, не приносили вреда, даже не отвлекали существо. Перчатка на правой руке все еще держалась под напором слюнявой демонической собаки. Острые, как копья зубы раз за разом впивались в метал, заливая из отвратительной, зеленой субстанцией. Выживание мог бы обеспечить кинжал в сапоге, но существо оказалось слишком тяжело и не позволяло дотянуться. “Безысходность” за спиной так же было не вытащить. Лишь через секунду раздумий Рон заметил, чем обоснованны такие нехитрые атаки демона. Металлическая перчатка, забрызганная слюнями, начала плавиться, словно сыр на сковороде. Медлить больше нельзя, что произойдет с рукой, когда перчатка перестанет ее защищать? Даже металл легко плавится…зверя может победить лишь зверь. Рон взревел коррунийской яростью, и прожигаемое болью от закипающей крови тело само нашло выход. Левая рука схватила создание за нижнюю челюсть и притянуло ближе к себе, где собачью морду встретил удар головы. Демон растерялся, издав протяжный скулеж и попытался вырваться, сомкнуть страшные зубы,но обуздал его еще один удар головы. На этом попытки атаковать сменились попытками вырваться. Уперевшись четырьмя лапами существо попятилось, давая Рону возможность встать. Теперь бой продолжался на равных. Рон выхватил “Безысходность”, готовясь к очередному прыжку твари. Собака же скакнула на ступени, беря разбег, дабы снова повалить своим весом коррунийца, но, в этот раз, Рон был готов. Уже на подлете зубастой твари он сделал шаг в сторону, нанося удар снизу-вверх. Обезглавленное тело рухнуло на тропинку, извергая на землю лужи желтоватой, вонючей жижи… Рон бросил клинок, суетливо снимая с себя почти растаявшую перчатку, и с ужасом обнаружил, что слюни просочились и на кожу, однако, ничего кроме легкого пощипывания это не вызывало. Сдернув с пояса тряпку Рон испуганно вытирал пальцы, затем ладонь и запястье… Тряпка в тот же миг начала растворяться, вынуждая бросить и ее. Дыхание успокаивалось, а самообладание возвращалось, вместе с отпущенной выдохом яростью. Слабовато, маловато чтобы убить коррунийца. Да и слюна этой твари, судя по всему, как и большинство ядов, не действует на коррунийцев. Нужно продолжать путь и разобраться. А если это ловушка - то наказать того, кто ее устроил. Подобрав выроненный в схватке меч Рон вошел, остановившись на первом этаже, разглядывая бесконечные ряды полок, до отказа забитых книгами. Снова тишина пропитала воздух. Внутри оказалось не слышно даже ветра. Секунду подумав, Рон остановил взгляд на вьющейся вверх лестнице. Похоже, путь теперь лежит туда. Этаж сменялся этажом, но даже закованный в тяжелую броню Рон не ощущал усталости…определенно какая-то магия. Все до единой двери оказались запертыми, будто хозяйка хотела, чтобы он поднимался выше. Да и отсутствие новых противников заставило успокоиться. Может, эта псина сорвалась с цепи? Может, это просто случайность, а не злонамеренная попытка лишить его жизни? Поднявшись на очередной пролет, Рон остановился, взявшись за ручку очередной запертой двери, пытаясь ее открыть. Прям перед ним раздался хлопок, сопровождаемый сизым дымом, за которым вырисовывалось мохнатое лицо хобгоблина. Не дожидаясь очередного нападения, Рон схватил его за горло, прижимая к двери. – Что тут происходит? – Прокричал он уткнув клинок в подбородок болтающейся в его руке твари. – Успокойтесь, господин! Успокойтесь! Я безоружен! Я отведу Вас к госпоже! – Испуганно завопил он. Лишь теперь Рон смог разглядеть хобгоблина полностью. Странное создание, в детском, розовом девчоночьем платье, перетянутом поясом с малюсенькой сумочкой. – На меня напали! Сколько тут еще существ? Что затеяла твоя хозяйка? – Успокойтесь, пожалуйста! Она сама все расскажет! – Хобгоблин перестал болтаться и теперь хватал воздух, с трудом насыщая им легкие через сдавленное коррунийской рукой горло. Видя как таращатся его глаза, Рон поставил существо на пол. Он не выглядел опасно. Даже простого кинжала не было. Однако, непривычно вежливый, грамотный для таких созданий говор заставлял задуматься: а грубая ли сила его главное оружие? – Веди, и только попробуй дернуться! – Рон уткнул ему в грудь клинок, давая понять, что не промедлит, если вновь почувствует опасность. – У меня в сумочке порошок, господин. И мне нужно его достать, не пугайтесь. Рон кивнул, давая добро на телодвижение. Хобгоблин медленно, покашиваясь на коррунийца, одной рукой полез в сумку. И столь же медленно вынул оттуда уже кулак и вытянул его. – Видите? Просто порошок… – И тут же бросил его в лицо коррунийцу. Уши содрогнулись от хлопка, а глаза непроизвольно закрылись от пощипывания попавших в них песчинок. И нос, и горло, начало драть. Рон закашлялся. – Ах ты подлый волосатый мешок! – Крикнул он, готовясь убить хитрую тварь. В глазах прояснилось и Рон замер, с выставленным вперед мечом. Пришел себя он уже не на лестнице, а в большом, богатом кабинете, напоминающим кабинет ректора какой-нибудь школы для аристократов. У широкого, полукруглого окна стояла высокая девушка в облегающем синем платье до пола. ее руки сложились на груди, а заинтересованный взгляд изучал коррунийца. Всякое чувство опасности прогнали волосы незнакомки. Нечеловеческой красоты. Каждый волосок тонок и невесом, будто паутинка…вместе они уходили за спину, не желая загораживать еще более прекрасное: лицо незнакомки. – Ты искал мага? Ты его нашел. Опусти оружие, корруниец. – Из-за ее ног выглядывал тот самый хобгоблин, довольно щурясь. Но, Рон не спешил поддаваться на уловки, помня о недавнем нападении. Сейчас маг на расстоянии броска меча, и в случае чего Рон сможет бросить раньше, чем она произнесет заклинание. – На меня напали! С чего мне доверять тебе? – Просто проверяла на самом ли деле ты корруниец. Слюни эркабона превращают в лужу все что угодно, кроме самого эркабона и коррунийца. И ты прошел проверку. – Девушка приподняла брови, смотря на собеседника с нескрываемым пренебрежением. – Могла бы спросить? Попросить прокричать ярость? Посмотреть в глаза? Есть куча способов узнать мое происхождение не пытаясь убить! – Оправдание хоть и выглядело логично, но Рон не верил, продолжая направлять меч на незнакомку. Она нежно улыбнулась, наклонив голову и прокричала: – Горзурок! В ту же секунду правое ухо и шею обожгло, а на плечо опустилось что-то тяжелое. Рон дернул головой, обнаруживая на своем плече пылающее лезвие двуручного меча. – Если бы я хотела убить тебя - поверь, ты бы уже был мертв. В моем доме даже стены могут задушить тебя…а теперь опусти меч, не обрывай свою жизнь вот так бездарно. Хобгоблин, стоящий за ней подленько захихикал, оголяя острые зубы. Положение безвыходное. Если от меча на плече и удасться избавиться, то одновременно и от волшебницы - низачто. Она непременно прикончит его. Придется доверится. И Рон опустил меч. – Мое имя Мирабель. Мирабель Этернильская. Я волшебница, знающая заклинание истинного зрения. Тебе был нужен судья? – Она кивнула головой, смотря за спину Рона. Плечо вновь ощутило легкость, а ухо перестало жечь от лежащего рядом клинка. Из-за спины вышел демон, головы на три выше Рона. Из собачьих ноздрей с каждым выдохом вырывались струи пламени. Демон проследовал к большому столу, что разделял Мирабель и Рона, где и остановился, боязливо складывая за спиной горящие крылья. Рон попытался собраться. Сейчас нужно как можно выгоднее представить новую должность. Похоже, она действительно сильный маг и упускать такую возможность было бы глупо. – Да, мне нужен маг…помимо жалованья и жилья я готов предоставить должность верховного мага, верховного судьи, и… – Мне не интересны эти мелочи. Мне нужна твоя кровь. – Уверенно перебила волшебница. – Я могу узнать зачем? Коррунийская кровь опасная вещь. – Не можешь. Но, уверяю, для благого дела, и зла мои труды никому не принесут… – Говорила она уверенно, но взгляд излучал интерес, вперемешку с недоверием… – То есть тебе нужна только кровь? Больше нет условий? Ты поступишь ко мне на службу? Мирабель подошла к Рону, остановившись метрах в двух, заправляя рукой, почти полностью сокрытой синей перчаткой, волосы за ухо. Оценивающий взгляд неуловимо скользнул по всему коррунийскому телу. – Условий много. Но, кровь - главное из них. Глупо было надеяться, что маг, привязавший к себе такого страшного демона будет служить лишь ради крови. – Я слушаю. – Приказы…даже не приказы, а просьбы, я могу получать только от тебя. И выполнять их или нет - решаю я сама. Мне нужна должность твоего главного советника. Не хочу, чтобы мою судьбу решала деревенщина. Мне нужна своя комната, доступ куда будет лишь у тебя. И то только когда я позволю. Некромантия - вне закона. В любом проявлении. Всем тем, кто пытается сделать с трупом что-то, помимо как похоронить, выносится смертный приговор, без разбирательств… – Волшебница замолчала, хотя определенно это не все условия. – Хорошо. Еще что-то? – Хотя, у Рона и возникали некоторое вопросы. Должность главного советника? У него вообще советников нет… – Ты не просишь меня призывать демонов. Хоть я и умею - но делать этого больше не буду никогда…на этом пока все…но, по обстоятельствам дополню список позже. В принципе, приемлемые условия. И странно, что так и не обсуждался вопрос оплаты. – А сколько ты хочешь получать денег за свою работу? – Нисколько. Не хочу забирать жалкие медяки у голодных крестьян…и есть еще кое что, что ты должен знать: я проклята. Рон сам того не осознавая сделал шаг назад. Проклята? Проклятья не даются просто так. Что же она могла натворить? И без почти отсутствующие доверие покачнулось. – Проклята? За что? – Не важно – Она закрыла глаза, а сжатые губы слегка затряслись. – Нет! Это важно! Просто так не проклинают! – Значит договор отменяется? Что же…пусть, но ты готов обсудить цену за свою кровь? Я могу дать многое… Хобгоблин, продолжавший стоять у окна, облегченно выдохнул. Демон же, наоборот - напрягся, с еще большей силой сжимая пылающий клинок. Фундамент, та основа, на которой держится сама идея Бесомота предельно ясна: мир для всех. И как бы страшно, противно самому Рону не было, отказать Мирабель из–за проклятия - значит попрать все то, что строило множество людей. – Нет…в моем мире найдется место для всех,и я дам тебе шанс доказать несправедливость наложенной на тебя ноши… Мирабель раздраженно усмехнулась, уперев руки в бока и склонив голову на бок. – Да много ты знаешь о моей ноше…раз всех все устраивает - давай принесем клятвы. Я начну. Клятвы? Это давало надежду в серьезность намерений волшебницы, и Рон не имел ничего против подобной церемонии. Мирабель подошла вплотную и преклонила колено, опустив голову. – Я, Мирабель Этернильская, клянусь защищать интересы Рона Коррунийского, исполнять его просьбы и трудиться на благо его. Клянусь защищать в бою и жизнь и право на власть, признаю твой суверенитет надо мной до тех пор, пока ты не нарушаешь клятву свою.Клянусь быть верной последовательницей, да и заберет мою душу тьма, если я нарушу слово свое. – Она поднялась, остановившись так близко, что Рон мог ощущать ее дыхание…ледяное, словно горный ветер дыхание. – А теперь ты…поклянись, что будешь давать мне кровь и не заберешь жизни моей, без весомой причины. После чего замолчи. Слегка удивительное требовани. Да и клятва ко многому не обязывающая, поэтому Ро не видел причин не следовать просьбе. – Я, Рон Коррунийский, клянусь давать свою кровь Мирабель Этернильской столько, сколько необходимо, если это не будет угрожать моей жизни. Клянусь почитать интересы твои, как свои, и не забрать жизнь твои, коли ты будешь верна мне… Едва он замолчал, как на него с хищной решимостью набросилась Мирабель, схватившись ледяными, будто мертвецкими руками за щеки, и сковала губы продолжительным поцелуем. Рон, было опешил и растерялся, но через секунду ощутил странный, парализующий холод, что медленно расползался от губ по всей голове. Колкий мороз, исходящий от языка Мирабель, проникшего в его Рот, добрался и до глаз, покрывая коркой. Веки застыли, не имея возможности сомкнуться. И, казалось, что все тело вот-вот превратится в ледышку, но, волшебница отринула так же неожиданно и резко, как и набросилась. Не скрывая, даже демонстрируя свою неприязнь она вытерла губы перчаткой. – Дурень…сказала не говори лишнего…теперь до конца жизни будешь обязан “ почитать мои интересы, как свои”... Хоть мороз и отступил, возвращая тело в привычное состояние, но душа до сих пор не могла прийти в норму от необычного…несмотря на странность, приятного поцелуя… – Это что сейчас было? – Он медленно провел языком по верхней губе, ощущая еще стойкий, сладковато - вязкий привкус помады… – Я не деревенская простушка. И не поверю лишь словам. Мы заключили договор, подобно тому, что заключают с демоном…ты обязан его исполнить - иначе умрешь…но, не я. Ты можешь надеяться лишь на мою совесть. Только что скрепил обещание своей душой? И как он мог так попасться? Да как простой человек способен заключать подобные сделки? Рон начинал закипать, но волшебницу это не сильно волновало. – Тирч, собери мне вещи в дорогу. Остаешься тут за главного. Горзурок, подойди. Про Рона будто все забыли, не обращая внимание на его злость. Хобгоблин тут же убежал, уже без страха пробегая мимо Рона. А демон покорно подошел к Мирабель, пряча обжигающий меч подальше от хозяйки. – Только давай без глупостей, ладно? Нам же не нужна бойня? – Она строго смотрела на демона. И тот моментально ожил, выплескивая из ноздрей языки пламени. – Обещаю, госпожа! Обещаю! Мирабель взяла за массивную когтистую руку, с каким-то странным умилением улыбаясь. – Горзурок из Бездны, я дарую тебе свободу, разрываю цепи, что связывали наши души. И отправляю тебя домой… Пламя вырвалось из каменного пола, поглощая демона, но не затрагивая даже бумажек, что лежали на столе около демона. Горзурок ликующе расставил руки и дьявольски засмеялся. – Свобода! Наконец-то! Мирабель продолжала улыбаться. смотря как ее слуга скрывается в пламени. – Благодарю за верную службу, Горзурок…