Последний корруниец: Пустоголовые.

Милки достаточно долго ходила по городу устанавливая защиту. И все это время Мирабель сопровождала подругу. Пришлось даже попросить нескольких стражей составить компанию. Жители Бесомота с опаской смотрели на разгуливающего мага крови, проводящего какие-то ритуалы. В союзе с полным неумением вежливо общаться, перспектива заслужить неприятности казалось весьма велика. Однако, стражи выполнили свою роль. Правда не так, как рассчитывала Мирабель. Суеверных деревенских даже отгонять не пришлось, ибо вся агрессия Милки обратилась именно на стражей. Неприятно ей общество незнакомых людей, о чем она ни раз заявляла, подкрепляя откровенными оскорблениями и насмешками над деталями прошлого этих стражников. И они смиренно терпели унижение только потому, что рядом шла Мирабель и попросила об этом. Через пару часов защита была поставлена и у подруг, наконец, появилось время побыть вдвоем. Рассказать о произошедшим с ними в период долгой разлуки. Правда, Милки наверняка итак все прочитала в голове Мирабель, а рассказывать о себе она не очень-то любит. Тем не менее, очень хотелось услышать ее мнение о рисунке Рона. Действительно ли это он? Действительно ли пророчество начинает сбываться? Хотя, сама Мирабель уже и думать о нем забыла. И вспомнила лишь теперь. Разукрашенная броня пробудила воспоминания. Посидеть решили в таверне. Хоть и Мирабель казалось лучшим выходом провести время у нее в комнате, учитывая противный характер подруги. Но, Милки настояла на таверне. Так как это лишало ненужной суеты. Например готовки. Не самое насыщенное время для хозяина заведения. Большинство людей работали, из за чего поситителей тут не так уж и много. Заезжие торговцы тоже не часто посещали это место. Ведь есть “Мечта ангела”, с более богатым ассортиментом закусок и продажной любовью. Несмотря на полу пустующий зал девушки сели поодаль от остальных, заказали немного еды и самого приличного вина, что только можно тут найти. – Ну чего, рассказывай…как дела со снятием проклятия? – Милки с важным видом сидела на стуле, стягивая с локтей красные перчатки. – Никак. Сделало первый прототип зелья…не помогло. Чего-то не хватает. Разбираюсь. – Мирабель же не собиралась снимать свои синие перчатки, несмотря на предстоящую трапезу. В отличии от лица и шеи, на руки она не накладывала косметику. И их синюшный вид может напугать впечатлительных личностей. – Почти тридцать лет долбимся об стену… – Милки громко вздохнула, отворачивая голову. – Вот и я думаю: может, бред? Ну, мало ли что там Селесика Муату показала. Может, это была косметика? А проклятие на мне никуда не делось? – Ну разрыдайся теперь. Начала - так закончи. Ты вон сколько всего добилась, хоть и дура-дурой. В очередной раз пропустив оскорбления подруги мимо ушей Мирабель пожала плечами. – Руки опускаются…да еще и зелье такое противное на вкус оказалось… Милки громко расхохоталась, запрокинув голову. – Что там в него входит? Кишки иероящера? Мирабель в очередной раз передернуло. Эту скользкую, вонючую как пролежавший месяц в заболоченной канаве труп, даже смотреть тошно. А приходилось это все есть. И придется повторять это снова. И, скорее всего, ни один раз, учитывая тупиковость исследований. Не желая слушать насмешки Мирабель решила перевести тему. – Как у тебя с орденом “чистой крови” дела? – Как всегда: Джерольд пытается меня догнать, а я пытаюсь не догнаться. Все рутинно и однообразно…– Милки замолчала, заметив приближающегося слугу, что принес заказ. На медном подносе стояли две миски простенько салата. Примечательным среди этого выглядели, разве что, обжаренные до золотистой корочки куриные ножки да графин красного вина.. Алкоголь поразвяжет язык, позволит поговорить о рисунке. Да и вообще, наверняка Милки видела у нее в голове связанные с змей на королевской броне переживания. Но, почему-то, не начинала разговор. Быть может, не так сильно и копалась в ее мыслях? Мужчина поставил поднос и поклонившись ушел. В на секунду повисшую тишину вмешался подленький смех Милки. – Слушай, любительница раздвигать ноги перед придурками, у меня для тебя сюрприз. – Она подняла с пола оставленный там красный рюкзачек и принялась в нем копаться, продолжая ехидно улыбаться. – Да почему любительница - то! У меня за всю жизнь был лишь один мужчина! И я его любила! Ты же прекрасно знаешь! – Мирабель снова вспылила. Многое она прощала подруге. Но, не такое. Милки делает из нее шлюху. Причем совсем не заслуженно. Завидует? – Максвелл был придурком? Был! Любила раздвигать перед ним ноги? Любила! И не обижайся на правду. – отстраненно, холодно протараторила она Только Мирабель набрала воздух, дабы выплеснуть все свое недовольство, как Милки достала из рюкзака маленький пузырек, размером с мизинец и протянула его. – Вот. Редкая штука. Она позволяет отменить произнесенную клятву. Через поцелуй. Так что…дарю тебе два безопасных поцелуя. Первым твой хахаль сможет пообещать тебе все, что угодно, а второй поцелуй это отменит. Мирабель взяла флакончик, вертя его с задумчивой улыбкой. А стоит ли? Поцелуй может принести куда больше боли, чем наслаждения. Она привыкла без близких контактов с мужчиной. И тут…если вновь ощутит это сказочное чувство…то понимание, что это может не повторится вновь - серьезно ранит. – Конечно, не то, о чем ты мечтала…детей я тебе сделать не могу, как и мужа нормально найти…но, все же… – Милки взяла кувшин с вином и налила два фужера, игнорируя принесенную еду. – Не знаю, буду ли пользоваться…но, спасибо. – Мирабель завернула пузырек в салфетку и положила в висящую на боку сумочку. – Есть варианты, дылда? Присматриваешь муженька-то? Улыбка сама прокралась на лицо Мирабель. Она спрятала взгляд. – Ты же видишь все…зачем столько вопросов? – Вижу, но кто же тебя, нытика, еще выслушает-то? - Повязка на глазах Милки слегка дернулась, давая ощущения подмигивания. – Доминик…ухаживает за мной. Сначала надоедливым показался, я ему даже грубила…но, в последнее время…у нас советы по утрам. Я всегда не выспавшаяся прихожу, злая. А он мне кофе с пирожным приносит. Каждый раз… – За пирожные продалась теперь? - Милки засмеялась. Но, Мирабель не обратила внимание на очередную выходку. Ведь действительно…кому она еще может высказаться? – Ставит на салфеточку около меня, улыбается, даже видя, что я снова не выспалась и готова ему голову отгрызть…желает доброго утра и уходит. Просто мило…да и общаться с ним иногда приятно… – Муат. Селесика. Раздавленная голова. Белая броня с коброй. М? - Милки сделала небольшой глоток. Лицо скривила хитрая гримаса. Вот и настал момент важного разговора. Хотелось узнать мнение подруги. Но, теперь, даже самой Мирабель казалось это все бредом. – Ерунда. Там была белая броня, а у Рона черная. – Пытаясь не смотреть на подругу Мирабель стянула с подноса миску салата, начиная через не хочу уплетать. Дабы хоть как-то скрыть свое неловкость. Но, возможно ли скрыть это от человека читающего мысли? В ответ Милки вопросительно дернула головой, все шире улыбаясь. – Да и вообще, Селесика говорила про огромную любовь, из за которой к ней будут ходить паломники, с просьбой позволить им почувствовать то, что чувствовала я…а к Рону я ничего не чувствую. Маловат для меня, и семьянин из него так себе.…Доминик тоже инквизитор Инуэм, и может запросто нарисовать такую же змею. – А, то есть если то тело с размазанной головой, окажется тело Доминика - то ты не против будешь? Да и вообще. Не успела я посмотреть его мысли…но, уверена, что он куда меньший придурок, чем Рон…Корруниец это король придурков. Нет…их бог! Позволять собственной бабе работать в барделе! Редкостный соплежуй и нюня! – Милки расхохоталась, закрыв лицо ладонями. Она вертело головой и с каждой секундой смеялась все заливестей. – Придурок! Мирабель не сильно погружалась в отношения Эвелин и Рона. Просто не ее это дело. Никого не судила и не оценивала поступки в целом. – Придурок не придурок…идейный просто. – Идейный придурок! Это еще хуже! – Милки продолжала нескромно ржать, обращая на себя внимание немногочисленных посетителей. – Его бабу там несколько человек разом имели, а он сидел и ныл! Обсуждение королевской личной жизни, да еще и на глазах у его подчиненных, да еще и в таком тоне казалось неприличным, мягко говоря. Поэтому нужно как-то сменить акцент разговора. – Мне тоже дурачком показался. При первой встрече. Но, потом я погрузилась в его детище, подробней узнала его мотивы…и поняла, что в этом действительно что-то есть. – Мирабель задумчиво подперла рукой подбородок и отложив не лезущий в горло салат, принялась за вино. Смех моментально стих. Милки подняла голову, с строгим, каменным лицом. – Ты меня пугаешь… – Мы сидели с ним на крыше…умолчу про то, что я чувствовала тогда и как жалела, что утро наступило так быстро…скажу лишь, что много узнала о нем. Он действительно пытается изменить мир. И не с целью нажиться. Просто хочет помочь другим. – та ночь с Роном оставили весьма смешанные ощущения. И, скорее, хорошие. Было уютно и спокойно. Со времен академии Мирабель не получала таких эмоций. – Да что он может изменить? Свою-то жизнь наладить не может, олух… – Ожидаемо от подруги веяло пессимизмом. Но,Мирабель хотелось доказать ей, что все совсем не так. И даже чтение мыслей нескольких человек не даст полной картины. – Он уже создал Бесомот. Да, не пойми как, но это все каким-то чудом работает. Вспомни наш Этернил? И посмотри на Бесомот. Чувствуешь разницу? – Рон просто придурок. – Привычно сухо ответила Милки и отвернулась, приковав “взгляд” к зашедшему в таверну мужчине. – Да, наивен, да неопытен. Но, он молод. Вспомни нас в его возрасте? Милки снова повернулась к подруге и дернула бровями. – В его возрасте? Мы уже обнесли коррунийскую шахту, начали строить твою башню. Гоняли некромантов. Любой некромант только услышав имена Мирабель и Милки улепетывал, теряя башмаки…мы были богаты и знамениты. Так что ты права. Рон не просто придурок. Он еще и неудачник. Не самое подходящее сравнение. В этом Милки права. Но, Мирабель просто хотела показать, что все еще впереди. И Рон непременно добьется цели. – Да, он молод. Но, пройдет время, он наберется опыта и построит великую Империю, что на самом деле станет империей. Я верю в это. И решила остаться тут, даже если его кровь мне больше не понадобится. Оставайся и ты. Ему нужны сильные люди. Он сможет решить твои разногласия с орденом “Чистой крови” Подруга недовольно, демонстративно громко фыркнула, замотав головой. – Что он может решить? Он дурак и живет в своем мире, не имеющем отношения к реальности. – Он король! А значит орден “Чистой крови” прекратит на тебя охоту, если ты встанешь на его сторону. – Дар чтения мыслей, магия крови непременно сделают Империю сильнее. Правда, Милки никогда не служила никому и вряд ли будет. – Король чего? Двух трухлявых сараев и трех алкашей? Нет уж. Без меня. Да и ты, я уверена, как только снимешь проклятье - найдешь себя мужа-идиота, заведешь детишек, и тебе будет плевать на Рона и эту помойку. Конечно, Милки не привяжешь к одному месту. Она любит свободу и дорожит ей больше жизни. Просто так сладко было помечтать о том, что они снова будут вместе, не боясь врагов. Смогут видеться каждый день, заведут семьи. И все будет так, как они мечтали в детстве. До того как предательство Силмара выкорчивало из Милки такое чувство, как человеколюбие и сострадание, оставив после себя лишь необъятную ненависть ко всему живому. – Если уж так хочешь угодить своему новому хозяину…видишь хмыря у стойки, с девчачьей косичкой? Мирабель повернулась. Там стоял мужчина, в богатой, шелковой одежде, в сопровождении двух тяжело бронированных охранников. – Это не косичка. Это хвостик. – Для меня любой мужик с длинными волосами выглядит как прыщавая школьница…он по душу Эвелин сюда пришел. Из “Мечты ангела”. Подумай, нужно ли ему встречаться с Роном и занимать его время и мысли? Ты тут большой человек. Я бы советовала выпнуть охламона из Бесомота…а то ведь Рон еще почти королеву им и вернуть может. С чего бы вдруг Милки начал интересовать Рон? Да, хотя, и не важно. Она права. Королю итак сложно сейчас. Нападение, смерть Хемах, непонимание дома да и просто отсутствие свободного времени серьезно давят на него. И Мирабель может помочь. Едва она начала продумывать план разговора, как Милки слегка приподнялась из за стола и подняла руку, привлекая внимание щелчками пальцев. – Ариель! Подойди на минутку! Мужчина выпучился на волшебниц, определенно был застигнут врасплох. Ответ последовал лишь через несколько секунд: – Я не Ариель, а Арариел. – Да? А по косичке и не скажешь. Иди сюда, косматый. Мирабель лишь тихонько охнула. Эта Милки сплошное недоразумение. Везде ищет себе врагов. Но, в одном сомневаться не приходилось: решать проблемы она умеет. И лучше ей не мешать. Несмотря на то, что его подозвали, как собачку, не проявив ни капли уважения, он пошел. За ним последовала и охрана, держа руку на ножнах. – Ты кто така… – вопрос был тут же прерван надменным голосом Милки. – За Эвелин сюда пришел? Забирай своих орангутанов и валите отсюда. Я знаю где живешь ты и твоя жена. И твоя любовница. Я даже знаю где живет любовник твоей жены. И если “Мечта ангела” еще раз пошлет сюда своих людей - то я лично заставлю вон ту обезьяну отыметь тебя. – Она кивнула на одного из стражей. – Ему не привыкать. Он уже спит с твоей женой. Похоже, Милки попала в точку. Стражник испуганно одернулся, немного отступив назад. Арариел обрушил на него вопросительный взгляд. – Да-да. Перед отъездом сюда, последний раз. Пока ты ходил к Ахосу, за получением задания, он жучил твою жену. На твоей же кровати. – Милки саркастически заулыбалась. Ей определенно нравилось унижать людей. И сейчас три достаточно брутальных мужика стояли в растерянности, будто первоклассник в первый раз вышел отвечать к доске. Это вызвало улыбку и у Мирабель. Теперь главаря, похоже, куда больше интересовал его стражник, чем две волшебницы. Но, Милки было уже не остановить. – Не веришь? У тебя еще несколько лет назад чайник из фамильного сервиза пропал. Угадай, кто его спер? – Милки снова кивнула на ошалевшего стражника. – Нет - нет, господин. Она врет! – Испуганно пробормотал он. Реакция говорила сама за себя, и теперь Арариела не переубедят никакие слова его подчиненного. Одного взгляда на пылающее яростью лицо главаря хватило, чтобы заставить Мирабель засмеяться. Но, на нее даже никто не посмотрел. Дело близилось к драке, к которой так легко подтолкнула Милки, при этом не собираясь принимать в ней участие. – И что встали, остолопы? Видишь, я знаю о тебе больше даже чем ты сам о себе знаешь. И если хоть одна морда припрется сюда за Эвелин - то я расскажу твоей матери кто отец вашего с Ливет ребенка. – Ах ты ублюдок! – Арариел не мог уместить в себ злость и кинулся с кулаками на своего сопровождающего. Милки снова залилась хохотом, наблюдая за происходящим. Стражник стойко принимал удары в лицо. Руками и ногами, не пытаясь даже ответить. Однако, продолжалось это все не долго. Вскоре подоспела охрана таверны и вышвырнула буйных посетителей. – Так его жена не просто изменяла? Еще и ребенок от стражника? – Мирабель не могла не задать этот вопрос. Разразившаяся тут драма была весьма…увлекательной. В общем, как и большинство случаев, когда Милки начинала пользоваться своим талантом чтения мыслей. – Не знаю я от кого. Но, точно не от стражника. Просто должна была припугнуть. Теперь эта бестолочь сделает все, чтобы Ахос не послал сюда новых людей. – Милки игриво сжала губы и допила вино из фужера. Расправленные плечи и гордая осанка ясно показывали, насколько она восхищается собой. – Какая же ты стерва…даже не знаешь Арариела ли это ребенок или нет, но разрушила их семью… – Я разрушила? А не Ливет, что спала с подчиненным мужа? И я стерва, а не эти похотливые заморыши, что готовы спать с кем попало? Мирабель не стала отвечать. Лишь подметила для себя, что Милки сегодня как никогда разговорчива. Обычно она не любит много болтать. Особенно вот так попусту. И это грело душу. Хоть и встретились подруги холодно…но, тяга к общению давала четко понять, что Милки скучала. Хоть никогда этого и не признает. Поговорили о башне и Тирче. Милки обещала заскочить к нему, проведать как этот неугомонный любитель знаний справляется со своими обязанностями. Также вновь говорили о зелье и проклятии. Хоть Милки и алхимик так себе, но во время путешествий видит многое в головах людей. Чем и поделилась. Большинство рассказанного ею не имело ценности. Да Мирабель не особо и надеялась. Создание зелья в ее руках целиком и полностью. Вопреки стервозности подруги Мирабель была безгранично рада встрече. Как и всегда. На прощание еще долго обнимала и даже позволила себе потрепать подругу за щеки, выслушивая недовольный бубнеж. Кто знает, когда они снова встретятся? Милки живет дорогой и разграблением старых руин. В этом смысл ее жизни. Семья и оседлость для нее звучат как оскорбления. У Мирабель же наоборот. Она мечтает о семье и детях. И если все получится - быть может, она даже забудет про магию, став мамой. Простое женское счастье: сильное, мужское плечо рядом и лапочка-ребеночек для нее стоят куда больше самых тайных и могущественных знаний, что может открыть магия. И тут, в Бесомоте, для этого есть все условия. Нужно лишь разрушить проклятие и сокрушить врагов Империи. Уже вечерело, пришло время собираться в очередной патруль и Рон готовил вещи, дабы снова отправиться в путь. В этот раз Эвелин сходила с ума, хватала за руки, не давая прикрепить к поясу небольшую сумочку еды и бурдюк воды. – Да остановись ты уже! Одумайся, мало сегодня было? – Она трясла за поврежденный наплечник на броне Рона. Он вообще про него забыл, за бесконечным валом дел. Перед уходом нужно зайти в оружейку и заменить. – Все в порядке… – Пытаясь сохранять спокойствие произнес он и взяв Эвелин за запястье опустил руки, унимая истерику. – В порядке? Тебя ранили сегодня, а могли и убить! У тебя даже на шлеме царапина! – Она не пыталась вырваться из черезчур сильной хватки Рона, и злость в ее глазах то и дело смешивалась с отчаянием. Она переживала. И эмоции любимой заставляли Рона проникаться грустью. – Не место тебе в патрулях! Я устала, Рон! Устала от твоего безразличия, бессмысленного риска… от одиночества я устала, Рон! Что ты мне обещал, когда я уходила из барделя? Мы теперь не видимся почти! – Она смотрела прямо в глаза, дополняя пышущую обидой речь обреченным взглядом. Ответить на взгляд Рон не мог, хоть и пытался. Каждый раз взглянув на нее душу пронизывала горечь. Она права. В каждом своем слове. – Иди ко мне…. – он отпустил руки Эвелин и прижал ее к себе. Девушка, проглатывая обиду, отдалась в вызванные скорбью объятья. – Потерпи, любимая. Потерпи немного…я изучу границы, натренирую людей и перестану ходить в патрули. – он прижался губами к ее макушке. Даже не целуя, просто пытаясь показать, что он рядом. Помнит свои обещания, и все так же любит ее. – Вот пусть Доминик ходит! Раз не может натренировать людей - пусть сам и идет! – промолчав несколько секунд она заговорила вновь, теперь уже спокойным голосом. – У тебя есть дела важнее. Отчеты проверять…любимую ласкать. Ведь ты лидер. А хороший лидер это тот, кто не сам делает, а заставляет других делать. – Я уже тебе говорил: я никогда не стану кабинетным королем… В коридоре послышался энергичный топот и бряканье лат. Эвелин и Рон синхронно обернулись, обращая внимание на непривычно громкие звуки. Не последовало даже стука, лишь взбудораженный голос: – Господин! Там дракон! – Где? –Инстинктивно спросил Рон, хотя даже не думал об этом. Скорее представлял чего можно ожидать. – Кружит над замком. Ждет чего-то! – Сиди тут и не высовывайся. – Протороторил Рон и побежал на улицу. Вот и наступил момент долгожданной встречи. Хоть дракон и помог при нападении на Бесомот, уверенности в его добрых намерениях не было. И не только потому, что драконы очень переменчивые и импульсивные существа. Еще и потому, что они очень жадные. И помогая кому-то, обычно, требовали несопаставимой с помощью награды. Уже в холле Рон встретился с Мирабель. Она тоже спешила на улицу. Даже тут удавалось услышать рев, что извергал высоко парящий дракон. Выражал свою нетерпеливость, будто звал. Наверняка - Рона. Ведь именно с королем он хотел поговорить. – С драконом справишься, если до этого дойдет? – на бегу спросил Рон. Еще по удивленному циканью Рон понял, что ответ отрицательный. – Ты смеешься? Положит всех, если захочет. Выбежав на улицу Рон остановился. На преддворцовой площади собиралась не только стража. Но и простые зеваки. Все, как один смотрели в небо. Похоже, совсем не страшились переменчивого характера этой змеюки. Помнили добро, что дракон сделал для города. Высоко, будто под самыми облаками можно было разглядеть его. С земли он казался совсем крошечным, из-за большого расстояния. Но, заставляющий закипать коррунийскую кровь рев слышался отчетливо. Невероятно громкий и могучий, дающий понять всю силу этого великого существа. Со всех сторон до Рона доносился восторженный шепот. Веселая заинтересованность граждан еще раз убедила, что ни кто не боится этой твари. Однако, Рон понимал свою ответственость и не мог позволить случиться несчастью. – Народ! Разойдитесь! – Что есть силы прокричал он и махнул одному из пришедших сержантов рукой, намекая, что пора бы разогнать всех с площади. Сержант понял намек и организовывал стражу, освобождая площадь для возможного приземления дракона. Дракон спускался все ниже и ниже, являя свое величие во всей красе. Разглядеть его получалось все лучше, а рев слышался все громче, от чего Рон невольно морщился. – Ты на чешую посмотри! Почти окаменела, выцвела. Ему тысяч десять лет, не меньше. Он невероятно силен! – Восторженно произнесла Мирабель. Рон вытянул руку в сторону, прикасаясь к ее талии и завел себе за спину, пытаясь защитить собой, как и должен поступать воин с магом. – Ну, секунду жизни ты мне прибавил… – Усмехнулась она, но за спину, все же, встала. Едва площадь опустела, как дракон с невероятной скорость бросился вниз. Врезавшись в землю четырьмя лапами толщиной с сильно располневшего орка, он выбил с земли ударную волну, засыпая Рона пылью и едва не сдув. Рон сделал шаг назад, прикрывая лицо одной рукой и придерживаясь за Мирабель второй, пытаясь не потерять ее. Пыль быстро осела, открывая Рону дракона. Пришлось задрать голову, чтобы увидеть страшную морду. Чудовищные зубы, толщиной с древко алебарды, не могли скрыть даже губы. Черные, мутные, будто у слепца, глаза смотрели на Рона свысока, в ожидании чего - то. А ноздри, в которую, наверно, свободно влезет кулак Рона, вместе с перчаткой, извергали отрывистые струи воздуха, что беспокоили только осевшую дорожную пыль. Такого гиганта невозможно убить. Хотя, если вогнать в него меч и прокричать коррунийскую ярость…это убьет даже дракона. Проблема заключалась лишь в том, что нужно еще подойти. А этой громадине достаточно икнуть, чтобы превратить и Рона, и Мирабель и еще несколько стражников, стоящих рядом, в гору пепла. Поэтому, следует говорить осторожно и пытаться избежать конфронтации. – Приветствую тебя, могучий дракон! Я искренне благодарен твоей доброте. Мне сказали, ты хотел меня видеть. Чем я могу тебе помочь? Воздух между ног дракона завибрировал, исказился. Изнеоткуда там возникло облако белого тумана. Небольшое, достаточное лишь чтобы скрыть человека. Тут дракона начало ломать. Скручивать. Будто неведомая сила пыталась запихнуть его в это облако, преодолевая сопротивление дракона. Он кричал, извивался, но, в конечном итоге оказался засунут в внутрь.. Дымка рассеялась. На ее месте стоял седовласый мужчина в затасканой, зеленой робе. – Мое имя Риан. – Тихонько произнес он. За спиной раздался удивленный свист. – Друид. С дикой формой дракона. Никогда не встречала таких. Даже в книгах подобное не описывалось… - задумчиво произнесла Мирабель. – Не просто друид. И я знаю, вам требуется помощь. И я готов помочь, если вы поможите мне. Он вел себя спокойно и самоуверенно. Похоже, доверял. Хотя, вернувшись в человеческий облик, он такой же смертный, которого может убить простая стрела. Да даже Рон за пару прыжков доберется до него и снесет голову еще до того, как он успеет что-то предпринять. Но, делать этого никто не собирался…просто Рон не мог понять доверчивость столь древнего и мудрого друида. – И чем же мы можем помочь? – сейчас любая цена за хоть и не совсем, но дракона в союзниках, казалась мелочью. Друид огляделся по сторонам и сделал несколько шагов навстречу Рону. Сократив дистанцию настолько, что теперь мог говорить полушепотом, он произнес: – Давай не здесь… Наверно, и правда обсуждать дела лучше наедине. И хорошим местом для подобного станет комната совещаний, где каждое утро проходили собрания. Магда лично следила за комнатой. Поливала многочисленные цветы., что украшали комнату по всему периметру. Даже полы и мебель мыла сама, каждое утро и вечер. Едва Рон открыл дверь, как наткнулся на девушку. Она снова намывала полы и встретила Рона удивленной гримасой. – А ты чего тут делаешь? – Произнес Рон первое, что пришло в голову. Присутствие Магды стало полной неожиданностью. – Слышала там дракон прилетел…страшно, пытаюсь себя хоть чем-то занять… – Нахмурившись, она вновь уперла швабру в пол, с двойным усилием полируя и без того чистую поверхность. – Вот и дракон, кстати. Знакомься. Это Риан. – Рон отодвинулся в сторону, представляя стоящего у него за спиной гостя. Магда аж швабру уронила. – Дракон? Человек? Это Вы спасли Бесомот, господин? Это… – Давай потом. Нам поговорить надо. – Аккуратно вмешался в восторженную речь Рон. Сейчас не до этого. Девушка замолчала и виновато опустила голову. – Хорошо…но..я посижу с вами? Я же твоя советница? – Неуверенно произнесла она. Рон не имел ничего против. Действительно, она обременена большими полномочиями и большими обязанностями. И разговор с драконом касается ее непосредственно. Магда, Мирабель, Рон и Риан уселись за стол. Предстояло узнать что нужно Риану. Полного доверия он не заслуживает, даже несмотря на спасения Бесомота. И степень искренности его слов поможет определить Мирабель, со своим заклинанием “истинного зрения”. – Я тебя слушаю… – Произнес король, пробежав взглядом по своим советницам. Мирабель сложила руки на столе, подобно прилежной ученице. Магда же суетливо доставала из сумочки листок и карандаш, готовясь записывать. – Начну с того, что скажу кто я. Я бывший Архидруид Стихии Огня… – Удивительно! Но, кто это? – прервала Магда, нервно грызя кончик карандаша. Стоило Рону посмотреть на нее, как она удивленно сыграла черными бровями и сказала: – Что? Все документировать надо! Рон в ответ улыбнулся, не став ничего отвечать. Она с немыслимой педантичностью относится к своим обязанностям. И это чертовски радовало короля. Именно на таких людях и будет достигать величия Бесомот. Лицо Мирабель же окрасилось недоверием. Она въедливо смотрела на друида., слегка прищурившись. – Архидруид стихии это друид, чья обязанность соблюдать паритет определенной стихии в мире смертных. Не давать ей разбушеваться, но и не позволять затухнуть. Назначаются они какими-то высшими силами. Не богами даже…они ни с кем не конфликтуют и не дружат. Живут сами по себе. Ну, и сама понимаешь, силы у них грандиозные…только не слышала я, чтобы бывали “бывшие” – Задумчиво проговорила Мирабель и едва замолчав закусила нижнюю губу. – Все верно. И дикая форма красного дракона и есть та сила, что позволяла мне контролировать стихию огня. – Но, почему бывший? И почему у тебя не забрали силу, после того, как ты покинул пост? – Мирабель не давала и слова вставить Рону. Похоже, и вовсе забыла, что рядом с ней сидит король. – Я заслужил свою силу за двадцать пять тысяч лет службы. А бывший…именно поэтому я и здесь. – Засунув руку в карман он достал оттуда скомканный листочек и бросил Рону. Развернув его, Рон с удивлением обнаружил там лишь несколько имен и лишь одно оказалось знакомо. – Асмодей Ниалонский, Эделум Шурианский, Кардиэль Каракинский, Иссиа Валлиронский. Кто эти люди? – Он намеренно не стал заострять внимания на Иссии. Так как не был уверен, что этот тот самый Иссиа, и не знал почему его имя написано на листочке. – Мне нужны их жизни. И я готов поклясться тебе в верности, воевать за тебя. В обмен на то, что даруешь мне судьбы этих людей. Или, хотя бы, убьешь их сам. – А что они тебе тебе сделали? – Воскликнула Мирабель, едва Рон открыл рот. – Они убили моих нимфочек. Лесную нимфу Трибитию, мою жену, и лесную нимфу Кералию, мою маленькую дочурку. – Риан опустил голову, сжимая зубы. Казалось, что о переполняющей злобы они вот-вот вылетят. – Подробнее? – Мирабель продолжала вести разговор. Доверием она так и не прониклась. – Иссиа…что-то делал у себя в крепости. Ему требовалось много угля. Его люди пришли в нашу рощу, когда меня не было и начали варварски вырубать. Мои девочки пытались защитить свой дом, оградить его чарами…за это и были убиты. И сейчас я живу лишь местью. – Ты - дракон. Что тебе мешает уничтожить там все? – Теперь Рон смог обогнать волшебницу вопросом, за что был удостоен недовольного взгляда. – Я приходил к Иссие. И лично просил его наказать убийц. Но, он слушать меня не хотел. – Погружаясь в воспоминания Риан мрачнел с каждой секундой, пытался скрыть глаза за покрытой еле заметными морщинами ладонью. – Лично приходил? Так обратился бы в дракона и сжег? – Продолжала атаковать вопросами Мирабель, не обращая внимание на поникшее состояние Риана. – Я тогда еще состоял на службе у Пустоты. И не мог причинить вреда существу, если этого не требуют мои обязанности. За это меня бы очень сурово наказали…а когда отрекся от должности… теперь уже не смогу приблизиться к Доннамору. Ибо пустоголовые прознали что за дракон сорвал их наступление и теперь и близко не подпустят меня к городу. Поэтому я вступил в вашу битву. Надеялся, что Иссиа лично возглавляет атку. Но, среди пустоголовых его не оказалось. Легкое недоверие, что еще сохранялось в голове Рона, полностью затмевалось перспективой получить в подчиненные дракона. Однако, он и сам понимал, что слишком впечатлился и слепо следовать своему желанию не мог. Требовался совет. – Мирабель, что думаешь? Волшебница покосилась на короля, соблазнительно проведя языком по губам и улыбнувшись. – А вот давай я его проверю? И Рон дал добро. Последующие минут десять, Мирабель осыпала его вопросами, причем порой никак не имеющим отношение к его прошлому и случившимся с его семьей. Риан спокойно, терпеливо отвечал на любые. Магде же, с нездоровым азартом, это все конспектировала. Правда, для чего? Лицо Мирабель со временем все явнее утрачивало недоверие, и к концу допроса выдавало удавлетворение. – Я верю ему…Милки бы попросить порыться в его мыслях…да ушла уже… – Закончив произнесла она. Не доверять волшебнице причин не было. Тем более, то, с каким пессимизмом она относилась к его словам изначально, и то, как быстро это улетучилось, давали представление о том, что Мирабель действительно уверена в своей позиции. Так или иначе, но тех троих, как и Иссию, ждет смерть. Рон не простит убийства стольких имперцев. Поэтому требования Риана выглядели ничтожно. И отказываться от такого могучего союзника причин не находилось. – Хорошо. Приносишь мне клятву и, с завтрашнего дня, заступаешь на должность… – Рон замолчал, повернувшись сначала к Магде, а потом к Мирабель – Моего советника! Быть может, узнав о талантах столь древнего существа, Рон и найдет ему другое применение, но, пока, это лучшее что он может предложить.