Паутина Мойры. Том 1. Начало Игры

      За окном стемнело, но Лойд Форджер сегодня не торопился домой. Он соврал жене, что останется на ночное дежурство, нужно заменить внезапно заболевшего коллегу. У него не было на сегодня задания от куратора и не было дежурства в больнице. Он сидел в палате приемной дочери с того момента, как закончился его рабочий день.       Лойд видел, как последние лучи заходящего солнца скользнули по палате и исчезли, как мир вокруг погрузился в сумерки и как сумерки растворились в темноте ночи. За окном горели фонари, а палату тускло освещал ночник.       А ещё за окном завывал ветер. Начинался мелкий колючий снег. Погода опять портилась.       Сумрак вспоминал прошедшие трое суток, пытался проанализировать ситуацию, прийти хоть к каким-то выводам. Выходило все совсем скверно. И самым паршивым здесь было то, что маленькая девочка, что была одной из ключевых фигур в операции “Неясыть” и неожиданно стала единственным мостом между ВАЙЗ и Донованом Десмондом, пыталась покончить с собой. Это его, Сумрака, просчет. Его ошибка. Это он недоглядел, не распознал признаков суицидальных наклонностей. Дипломированный психиатр, блядь! Как он мог такое допустить? Что послужило толчком?       У Сумрака не было своих детей. Сначала, когда он был молод и горяч, бушевала война - не до того. А потом, став агентом ВАЙЗ, просто не мог позволить себе оставлять такие следы. За последние полтора года он привязался к этой чудной девчушке. Но она все равно оставалась лишь средством для достижения цели в операции “Неясыть”. И вот теперь проснулась дремавшая годами совесть. Он как мог старался играть заботливого родителя, но то была лишь игра. Недаром говорят, что маленькие дети чувствуют фальш. Если это действительно так, то он облажался и как агент, и как человек. Неважно, какие цели преследовала в их браке Йор, но к Ане она всегда относилась искренне. Он это чувствовал и видел. А он… Что он вообще почувствовал, когда медсестра со скорой ворвалась к нему в кабинет и рассказала, что его дочь сбила машина. Первое, о чем он подумал, срываясь с места, - что будет теперь с его миссией. Позор ему как отцу. Ему было важно, чтобы девчонка выжила ради продолжения его операции. И, казалось, что все обошлось, что самое страшное позади, но она решила покончить с собой. И он чувствовал, что в этом есть и его вина.       Мужчина встал, прошелся по комнате туда-сюда несколько раз и остановился у окна. Пустым взглядом он смотрел, как быстро летят снежинки в желтом свете фонарей.       О сегодняшнем происшествии он не сказал Йор ни слова. Она бы примчалась сюда мигом и разгромила бы больницу, а заодно покалечила бы весь персонал, неуследивший за одной маленькой девчонкой. Шпион видел эту женщину в деле, она далеко не так проста, как кажется, и тайна ее под стать его тайне. Йор и так убита случившемся с Аней, она подавлена, очень переживает и постоянно просится к ребенку. Вчера она примчалась сразу же после работы и устроила скандал из-за того, что ее не пустили к дочери. Лойду пришлось увести ее к себе в кабинет, успокоить и все объяснить. А еще он клятвенно пообещал, что, как только Аню переведут в обычную палату, Йор можно будет приходить в любое время.       Когда он только рассказал жене о происшествии, он еле удержал ее от необдуманных поступков. В тот вечер она, наревевшись вдоволь, уснула на его плече. Уложив Йор на диване в гостиной и прикрыв пледом, Сумрак поспешил в штаб - нужно было срочно поделиться новой информацией.       Задача предельно проста: не допустить разрыва мирного соглашения любыми средствами. Однако Донован Десмонд хитрый лис, с ним нужно быть предельно осторожными. И ради сохранения мира в игру взрослых замешаны дети. Идеальное прикрытие. Никто на них не подумает. Настоящая игра началась. Все фигуры расставлены на доске. Но только все перемешались и скрыты за масками. И никому нельзя абсолютно доверять. Сумрак думал, что ВАЙЗ сделали первый ход, но белыми играет Донован.       Что же, пора вставать, Аня. Для тебя есть новое задание, теперь ты в команде. В команде, как оказалось, черных. И твое кодовое имя - Черный Ферзь. Самая сильная фигура на доске, она ходит, куда хочет, и самый главный защитник Короля. Шахматный король слаб, ему нужна защита. А для этого придется стать сильной Королевой. Ты уже сильная. Но будешь еще сильнее, ведь теперь твоим обучением займется сам Сумрак.       В темной палате, освещенной только тусклым ночником, маленькая розоволосая девочка открыла глаза.       - Мгм, - невнятные звуки.       Аня дернула руками, но не смогла их поднять - они были привязаны.       - Тише, - Лойд присел на стул возле кровати. - Тише.       - Что? - хриплое карканье вместо мелодичного девичьего голоса. Аня прокашлялась, - Что происходит?       - А происходит то, что ты пыталась покончить с собой, - серьезно проговорил Сумрак. - Помнишь?       - Да… развяжи, - слабым голосом.       - Закончить начатое?       Аня отвела глаза.       - Почему? - в голосе мужчины чувствовалась боль. - Почему, Аня? Из-за Десмонда?       - К черту Десмонда! - слишком громко прозвучало в ночной тишине. И Аня тут же смутилась и тихо добавила. - Он здесь не причём.       - А кто причем? - Лойд поджал губы.       - Ты! - выпалила девочка.       - Что? - опешил блондин.       - Ты, - спокойно повторила она. - Я тебе больше не нужна.       - Почему ты так решила?       Аня отвернулась от него и долго молча смотрела в окно на кружащиеся снежинки. Лойд сидел тоже молчал и ждал, когда она решиться заговорить. На ее лице он даже в тусклом свете ночника рассмотрел целую гамму эмоций: безысходность, внутреннюю борьбу, недоверие, отчаяние, смирение. И, наконец, совсем не детская твердость во взгляде. Аня кивнула сама себе, принимая окончательное решение.       - Поклянись, - прозвучало из уст девочки в тишине. - Поклянись, что после того, что ты услышишь, после того, что узнаешь, ты меня не сдашь в лабораторию, не вернёшь в приют, не убьёшь, не выкинешь где-нибудь. Поклянись своим именем, честью и всем, во что веришь, Сумрак, - она в упор посмотрела в его глаза не моргая.       Шпион молчал и выглядел спокойным. Но от девичьего взгляда не укрылось, как на мгновение расширились его глаза, когда она назвала его по имени.       - Я жду, - игра в гляделки всё ещё продолжалась.       - Откуда…       - Клятва! - Аня перебила его. Она все это время читала его мысли, по крайней мере пыталась - там был сумбур.       Сумрак протяжно выдохнул:       - Клянусь. Клянусь именем Сумрака, своей честью и верой в правильность того, что я делаю.       - Я принимаю твою клятву. Чтобы ты не узнал, отказаться от нее или нарушить не сможешь.       Аня немного помолчала, собираясь с мыслями.       - Я умею читать чужие мысли, - она пошла с козырей. - Не бред. Не фантазия. А результат одного чудовищного в своей бесчеловечности эксперимента. - Аня отвечала на вопросы Сумрака до того, как он успевал их озвучить. - Что было в досье, что Фрэнки на меня собрал?       Лойд не спешил ответить.       - Скорее всего, ничего. Ни родителей, ни настоящего возраста.       Сумрак внимательно посмотрел на нее.       - Не удивительно. Ведь меня не существовало до того, как я первый раз попала в приют. За тот год в приюте меня удочеряли и возвращали четыре раза. Но об этом ты знаешь. Причины возвратов - мои способности. Как только люди о них узнавали, они их пугались и спешили от меня избавиться. И поэтому я решила, что буду скрывать свою телепатию, чтобы не случилось. А потом появился ты. Но не хотел меня забирать, я была меньше чем нужно, поэтому пришлось соврать. Да и смотритель в приюте спешил от меня отделаться. Я знаю его мерзкую тайну. То, что было до приюта, я помню отрывками. Я была в какой-то лаборатории. Бесконечные эксперименты, постоянный гул в голове и боль. Меня держали в отдельной камере, когда не уводили на очередной эксперимент. Сначала проверяли способности, потом мой предел, болевой порог, потом медосмотр. Я не помню, как снова оказывалась в своей камере. Однажды, не знаю каким чудом, мне удалось сбежать. Я бродила по городу, пока не оказалась в своем первом приюте. Потом меня удочерили в первый раз, но через пару дней вернули назад. Меня перевели в другой приют. Через месяц меня снова удочерили. И через неделю вернули. Меня всегда возвращали как негодный, просроченный товар, - по щекам маленькой девочки текли слезы.       Лойд отстегнул ремни с рук. Вытер большими пальцами слезы и прошептал:       - Я не брошу. Не верну.       Аня отстранилась и продолжила:       - Сначала дослушай. Я с самого первого дня знала, кто ты и о твоей миссии. Я старалась помочь со всех сил. Я делала все, что могла. Может, учеба мне даётся тяжело, потому что я младше на год, чем все остальные в классе? Но я старалась. Старалась изо всех сил. Старалась подружиться с Десмондом. Но он слишком заносчивый. Для него все остальные - мусор под ногами. Даже его так называемые друзья называют его "господин Дэмиан". Я не оставляла попыток с ним подружиться, но в ответ получала только оскорбления. Но ради миссии я терпела. Но цель не он, а его отец. Все, что мне удалось узнать из его действий и мыслей - это то, что с отцом он далек. Очень. Как небо и земля. И все, что он делает - только для того, чтобы тот заметил его, похвалил, сказал, что он достоин быть его сыном. Они почти не видятся. Я не знаю, на что ты рассчитывал, придумывая план “Б”. Даже, если бы я смогла подружиться с ним, с его отцом ты вряд ли бы сблизился. Еще неделю назад я этого не осознавала и действительно верила, что, если подружусь с Дэмианом, - мир будет спасен. А здесь у меня было достаточно времени все спокойно обдумать и разложить по полочкам в голове. Сейчас я понимаю, что этот план был провальным изначально.       Аня выдохнула и села поудобнее.       - Потом… - и снова выдох. - Я услышала твои мысли, что “Неясыть” близится к завершению. Что ты вышел на контакт с целью. Мама не приходила. Ты тоже не пришел. Я была одна. Снова одна. Одна в комнате, как в той камере, в лаборатории. Я поняла, что это конец. Конец миссии. Конец фальшивой, но все же семье. Что ты, скорее всего, вернешь меня в приют. Мне там было плохо. Я не вещь, не игрушка. Я не хочу снова чувствовать себя ненужной. Не хочу, чтобы меня передавали из рук в руки. Мысль о том, что лучше умереть, чем возвращаться, пришла внезапно. И медсестра, что приходила убирать капельницу, невольно помогла.       Аня откинулась на подушку. Лойд обнял ребенка.       - Теперь все понятно, - сдавленным голосом сказал психиатр. - Я тебя разочарую. Все твои выводы относительно нашей ситуации неверные. Ты основывалась на вскользь подуманном мною. Начнем по порядку: Йор не приходит, потому что ты в палате интенсивной терапии, а до этого была в реанимации после сложной операции. Я себе выбил разрешение на посещение только как врач. Через пару дней тебя должны были перевести в обычную палату и тогда от посетителей бы отбоя не было. Йор приходила вчера, устроила скандал, к тебе рвалась. Она очень переживает. Она не может заснуть без пары таблеток снотворного. То, что ты читаешь мысли - я удивлен. Какая ирония судьбы, что девочка с такими способностями попала именно ко мне. Я в ярости, что такие эксперименты вообще существуют. Мало того, что проводили опыты на животных, так еще и на людях. На детях. Это ужасно. Здесь у меня будет просьба - вспомни все, что сможешь об этой лаборатории: где она находиться, что в ней было, людей, предметы, имена. Все. Мне будет полезна любая информация. Я найду их. И всех убью, - в глазах Сумрака была решительность и ярость. - А эту чертову лабораторию сожгу к чертям! Твои способности… - он замолчал, переводя дух, а Аня заметно напряглась. - Они очень нам помогут. Я понял, почему ты молчала. Теперь я спокоен за вторую стадию “Неясыти”. Однако о пошлых мыслишках о твоей маме придется забыть. Жаль.       На его последних словах Аня расхохоталась.       - Тебе смешно. А мне она нравится. И, кажется, по-настоящему, - с нотой обиды проговорил мужчина.       - Ты ей тоже, - Аня легко улыбнулась.       - А что еще? - с надеждой спрашивал шпион.       - Ничего больше не скажу. Не мои секреты. Просто действуй. Что там с "Неясытью"? - перевела тему девочка.       - Большой Д сказал прямо, что встречаться мы с ним можем только на встречах имперских учеников. Так что, наша главная задача сейчас - сделать из тебя имперскую ученицу. Придется учиться, Аня.       Девочка скорчила гримасу.       - У меня это плохо выходит.       - Все равно в больнице больше нечем заняться. У нас есть пять месяцев до следующих экзаменов. На них ты должна быть лучшей, чтобы получить звезду. Будем учить, а на экзаменах будем жульничать. И твоя способность как нельзя кстати. Но учить все равно придется, чтобы помимо экзаменов ты смогла ответить, когда меня не будет рядом.       - Предлагаешь мне читать мысли того, кто знает предмет хорошо? - заинтересованно спросила девочка.       - А где гарантия, что ответ правильный? Мы не можем рисковать. Я придумаю, как мы будем действовать на экзаменах.       - Подожди… - несмело, - я не могу читать мысли в полнолуние.       - Я учту это. Спасибо, что сказала. - Лойд зачесал правой рукой волосы назад и шумно выдохнул. - Раз уж у нас сегодня ночь откровений, то ты должна знать, что это не все. Большой Д даже не просил, а приказал обучить тебя. Я не знаю зачем. Он сказал, что ты должна уметь защищать себя и других. Куратор дала добро обучить тебя навыкам боя и стрельбы.       Глаза Ани загорелись.       - Правда? Я буду как папочка? - слова слетели сами. - А читать по губам научишь?       От слова "папочка" на душе у Сумрака потеплело.       - То, во что я тебя втянул, очень опасно. Научить тебя самообороне - меньшее, что я могу сделать.       - Я буду стараться, напарник, - Аня широко улыбнулась.       - Напарник? - Сумрак, всегда работавший один, опешил. А что? Это может сработать. - Сделаем это, напарник, - он выставил вперед кулак правой руки.       - Сделаем, - маленький кулачок легонько стукнул большой кулак.       - Мне не нужно говорить, что это все большая тайна и никому ни слова? - Лойд внимательно посмотрел на дочь.       - За кого ты меня принимаешь? - обиделась Аня. - Я не болтушка. И до этого же времени я скрывала же правду и о себе, и о тебе. Если бы не попала под машину, если бы ты пришел вчера в обед… Я бы никогда не решилась сделать то, что натворила, - она посмотрела на забинтованное запястье левой руки. - И этого разговора никогда бы не было. Ни ты, ни кто-то другой бы не узнал о том, что я могу, о том, что я знаю.       Сумрак внимательно смотрел на дочь: “За эти несколько дней она морально выросла на несколько лет”. Он наклонился и легко поцеловал ее в лоб:       - А теперь тебе пора спать. Я побуду с тобой.