Амнезия

— Кочо сан, никому не говорите о моей болезни, не хочу чтобы кто-то переживал обо мне. Вымученная улыбка появилась на лице брюнета. Проснулся он примерно через час, после ухода столпа Пламени. После приема лекарств, состояние парня улучшилось: лицо приобрело чуть розоватые оттенки, глаза уже не были столь красными, как после первого пробуждения, тело не так остро реагировало на любые движения, позволяя юноше встать с постели и пройтись по комнате, а в горле перестало першить. На вопрос что за лекарства вколола ему женщина, она лишь строго смотрела на него, грубым голосом отказывая в ответе. Поднос, на котором были все вещества, был пуст, а баночки и бутылочки были выкинуты в мусорный пакет. На просьбу юноши, столп Насекомых хотела отказать, ведь в таком состоянии тяжело и даже опасно тренироваться или истреблять демонов. Про использование дыхания вообще стоит забыть. Легкие и так подвержены заболеваниям и их напряжение может ускорить рост корней. Но, посмотрев в щенячьи глаза напротив, она не могла отказать, задавая только один вопрос: "А Кеджуро… — Никому. Шинобу вздохнула, принимая свое поражение.

***

— Братик, как ты? Уменьшенная копия Кеджуро вошла в палату, бросаясь в объятия мужчины. Столп Пламени обнял младшего брата, похлопывая по спине, тем самым успокаивая. Сейджуро прижался сильнее, давая волю слезам. В течении полутора недели он приходил к брату, пока тот находился в коме. Переживания, что брат больше не проснется, ужасали его, из-за чего он впадал в истерику а руки тряслись. Через некоторое время, когда в палате Ренгоку появился брюнет, тот начал успокаивать Сенджуро, обещая что с Кеджуро все будет хорошо. Сегодня утром, когда пришло известие, что столп Пламени пришел в себя, юный блондин, оставив все домашние дела, подорвался навестить брата. Желание увидеть его живым и здоровым было большим, а темы для разговоров было много. — Сенджуро, мой дорогой брат, как поживает наш отец? Кеджуро посмотрел в лицо брата, пытаясь найти через него ответ. Младший блондин лишь отводил голову, не желая, чтобы мужчина видел его лицо залитое слезами. — Он… после прихода твоего друга, он изменился. Перестал употреблять алкоголь и начал меня тренировать искусству меча и дыханию пламени, хоть у меня плохо получается. Сейджуро говорил и говорил, стирая с глаз слезы облегчения. Мужчина узнал что отец нашел работу, чтобы не просиживать штаны дому и не оставить финансовые проблемы на старшего сына. Из всего разговора, Кеджура прицепился только к одной части. Дождавшись пока его младший брат закончит рассказывать, он сказал только одно слово: "Друг?" — Что? Сейджуро посмотрел на лицо брата, пытаясь понять что не так. Тот нахмурил брови, но спустя несколько секунд, складки выровнялись. — Интересно, что такого сделал Узуй, что наш отец так сильно изменился? — Узуй сан? Ты про столпа звука? Но причем тут он? — Да! Разве не он помог изменить нашего отца? Ренгоку всматривался в лицо своего младшего брата. Все его, Кеджуро, удивление, можно было прочесть по лицу, растерянное лицо брата говорило без всяких слов — Нет, братик, о чем ты? К нам пришел твой друг, которого ты обучаешь дыханию пламени. Он с тобой приходил как-то. А звали его… как… А! Точно! Его звали Танджиро, Танджиро Камадо! Воодушевленный юноша хотел было начать рассказ, как брюнет смог изменить отца. А какой смачный удар головой, ууу — Но я ничего не знаю, такого я не припоминаю. И кто такой Танджиро? — Ты… его не помнишь?

***

— Милая Незуко, спаси меня! Крики блондина были слышны по всему поместью. Его заплаканное лицо искривилось при виде догоняющего Хашибира. Из ноздрей маски словно выпускался пар а руками он взмахивал катанами, догоняя Агацуму. Девочка нашлась на заднем дворе, где она помогала Аой развесить постельное бельё. Держа в руках тазик с простыней, она его подносила ближе к девушке. Когда маленькая брюнетка услышала крик Зеницу, она напряглась, готовая в миг спрятаться. Услышав приближающие шаги, она стала вертеть головой, пытаясь найти идущего. Придерживаясь за стену дома, Танджиро прогуливался, вдыхая свежий воздух. Из-за того, что он прищурился от яркого солнца, он и не заметил что на него кто-то надвигается. — Танджиро, друг, помоги мне! Увидев старшего Камадо, Зеницу схватил того за плечи, прячась за спину юноши. На такое абсурдное, но привычное поведение плаксивого друга Камадо лишь улыбнулся, пытаясь успокоить Иноске. — Монпачиро, отойди, пусть этот блондин выйдет и сражается как настоящий мужик! Хашибира направил кончик меча в сторону Агацумы, выпячивая свою грудь. Как всегда, у того был голый торс, из-за чего были видны его мышцы и пресс. — Ну все, ну все, успокойтесь. Танджиро примирительно выставил ладони, надеясь что его темноволосый друг успокоится. Но зная характер того, радоваться заранее не следует. — Вы лучше скажите, не видели ли вы Незуко? Вопрос юноши прекратил перепалку, обращая все внимание на себе. — Я сам ее сейчас искал

***

— Ну что, мой блестящий друг, наконец очнулся Пепельноволосый мужчина, чьи волосы были завязаны в небольшой хвост, вошёл в палату без спросу. Все его драгоценности что были, буквально, по всей его поверхности: одежде, руках и в волосах, сияли от лучей. — Узуй, друг мой, ты пришел как раз вовремя! Мне нужно узнать кое что! На реплику огненного блондина, столп звука лишь шире улыбнулся, уверяя на свой блестящий ответ. На вопрос кто такой Камадо Танджиро, Узуй впал в осадок. Как его друг мог забыть того, с кем проводил все свое время? Того, кого он рьяно защищал в начале на суде и после от демонов? Свои вопросы пепельноволосый столп решил придержать в себе, стараясь объяснить обычными словами. — Танджиро Камадо это юный истребитель, которого ты собирался взять в наследники и которого ты лично обучаешь из-за похожего стиля дыхания. Он блестяще защитил свою сестру от смерти и стал ярким знаменитостью своим нюхом. Но лучше что бы вы блестяще встретились здесь, ведь он тоже в этом поместье сейчас лечится. Последние слова столпа звука звучали с издёвкой. Как понял Кеджуро, его друг что-то не договаривал, из-за чего тот впал в раздумья. Все же, узнать о ком говорил его брат, желанием горело внутри, а скрытность по этой теме Узуя лишь подливало масло в огонь. Когда столп пламени попрощался, желая яркого выздоровления, Кеджуро лег, предаваясь воспоминаниям о Тани. Все те ласки, что они дарили друг другу, то пламя, что разгоралось внутри, но… Почему он не помнит ее лицо? А так бы хотелось вновь ее увидеть. Так хотелось потрогать ее лицо на… На чем? Здесь Кеджуро приподнялся. Он помнил, что на лице его любви была отличительная черта. То, что не имел никто другой. При мысли об этом, сердце забилось, надеясь, что Шинобу солгала о смерти девушки, ведь… точно, тот юноша! — Точно, тот юноша! У него тоже было что-то на лице! Нужно найти его и спросить о Тани, может он скажет что-то другое? Воспылав этой мыслью, Ренгоку забыл о предупреждении его лечащего врача, вставая с кровати. Он направился к Шинобу, желая узнать где тот юноша что был утром, а заодно спросить где сейчас Танджиро. Он еще не знал, что это будет роковой встречей. А услышанное за дверью болью отпечатается в его сердце