Let me kiss your wounds

      Стук костей о камень гулко разнесся под сводами небольшого грота, и на рогатый череп тут же слетелись насекомые и мелкие хищные птицы. Шрам даже не посмотрел на падальщиков: на голове почти нет плоти. Не сказать, чтобы оставшаяся тушка убитого теленка гну была очень мясистой, но все же там было, что обглодать, кроме голых костей.       Шрам бросил презрительный взгляд в сторону Скалы Прайда, где Муфаса и Ахади - их старик-отец - наверняка уже расправились с антилопой. Которая, естественно, была куда больше, чем те объедки, которые перепали Шраму с «королевского плеча». И надеяться на то, что со следующей охотой ему достанется что-то более существенное, не приходилось. Тем более, судя по возне и реву, доносившемся снизу, за новой порцией добычи львицы отправятся еще нескоро.       Во всяком случае, некоторым из них сейчас точно было не до охоты.       Шраму даже было не обязательно наблюдать за разборкой, чтобы догадаться и о ее причинах, и о зачинщице. Вскоре она сама появилась в его убежище, устало взобравшись на скалу по отвесным камням. Завидев ее силуэт, Шрам подернул вибриссами и фыркнул: львицу опередил запах ее собственной крови.       Вопреки его ожиданиям, Зира в этот раз не обратила на него никакого внимания. Пройдя мимо него, она почти что рухнула на камни, почти что возле самого края скалы, и гулко зарычала. Должно быть, причина крылась в кровоточащих укусах и длинных, рваных ранах, оставленных когтями другой львицы. И Шрам даже догадывался, кого.       Мягко, почти крадучись, он приблизился к Зире, лежавшей к нему спиной. Та не подала никакого знака, что заметила его: лишь порванное ухо слегка дернулось, будто бы возле него летала назойливая муха. Лев усмехнулся: должно быть, его выдал едва слышимый скрежет когтей, которые он, в отличие от Муфасы, никогда не убирал. Не считал нужным.       Шрам подошел предельно близко к Зире, по-прежнему лежащей к нему спиной. Запах ее крови сильнее ударил в нос - видимо, во время охоты и последующих разборок ей действительно крепко досталось. Впрочем, то было неудивительным: его закадычная подруга с детства отличалась нездоровой храбростью, граничащей с безрассудством и безудержным стремлением показать себя с исключительной стороны. Что ж, в этом они действительно были похожи.       Равно как и в том, что при всех стараниях они оба оказывались в тени тех, кому было предписано почивать на лаврах.       Шрам наклонился к Зире и прошелся языком по длинной ране на ее холке, что все еще кровоточила. Львица заворчала, но не попыталась воспротивиться. - ..Я пока еще в состоянии чиститься без чужой помощи, - отозвалась та, по-прежнему не поворачиваясь ко льву. В ответ раздались знакомые, ехидные смешки. - Ты пропустила пару мест, - вкрадчиво пророкотал Шрам совсем рядом с ее ухом и тут же прошелся языком по его свежим порванным краям. - Плохой день, да, Зира? Та лишь испустила грузный вздох и вновь раздраженно дернула больным ухом. Однако, Шрам знал, что она злится не на него. Равно как и то, что Зира никогда не сможет на него сердиться. И он делал все для того, чтобы поддерживать ее странное, порой даже слишком истовое обожание его собственной персоны. Которое порой ей довольно дорого обходилось, как сегодня. - Прости, Шрам, - буркнула Зира, все же чуть повернувшись к нему и бросив на него беглый, опасливый взгляд, - сегодня был… не самый богатый улов. - Оу, не переживай, тот теленок гну был вполне себе сытным, - как бы непринужденно ответил лев, - правда, его мамаша, которая досталась Муфасе и старику, выглядела сочнее… но знаешь, молочные косточки тоже ничего. - Она должна была достаться тебе. - Та вдруг перебила его, издав глухой, исполненный злобой рык. - И она, и детеныш. - ..Извини? - Шрам сделал вид, что не расслышал. И что он до этого не наблюдал украдкой, как после охоты Зира сцепилась с Сараби, пытаясь отстоять тушу антилопы. - Это я загнала их и отрезала от стада. Я вывела их на Сараби, пока она и остальные предпочитали сидеть в кустах и выжидать непонятно чего. - Зира прижала уши, а шерсть на ее холке, слипшаяся от крови, встала дыбом. - Это была моя добыча. И она предназначалась тебе, Шрам. Тебе, а не Муфасе.       Охваченная злобой, львица дернулась и снова раздраженно заворчала: должно быть, травмы беспокоили ее сильнее, чем она показывала.       Зира никогда не жалела себя ни в драке, ни в охоте, и сейчас она выглядела особенно помятой. В некоторых местах шерсть вздыбилась клоками, кое-где различался след от удара копытом или рогом - видимо, антилопа не собиралась сдаваться без боя. Картину дополняли длинные царапины от когтей Сараби и порванное ухо: позорные свидетельства проигранного боя за честно добытую пищу. - Ну, что поделать, таков закон: самый большой кусок достается королю, - пожал плечами Шрам, снова раздраженно зыркнув на Скалу Прайда, где отец и брат завершали трапезу вместе с львицами. - Вот именно. - Рыкнула Зира, устало уронив голову на вытянутую лапу. - Ты - мой, король, Шрам. Я убила крупную дичь для тебя… А потом позволила отобрать ее. Позор.       Слушая ее речи, Шрам не мог сдержать самодовольной усмешки. Отчасти потому, что ему безумно льстило подобное самоуничижение в свою собственную честь.       А еще потому, что он знал: Зира отыграется. О да, она обязательно отыграется. И сделает это красиво. Достойно своего короля.       Лев вальяжно опустился рядом с ней и вытянулся вдоль ее гибкого, слегка угловатого тела. Так близко, чтобы она могла устало привалиться к нему спиной и почувствовать опору.       То, в чем она сейчас нуждалась, и чего так желала.       Шрам хорошо знал, когда нужно отдать, чтобы потом получить нечто большее. А от Зиры он ожидал больше, чем от кого-либо еще.       Ощутив позади себя тело Шрама, Зира поначалу замерла, будто бы боясь пошевелиться и снова ненароком сделать что-то не то. Но тот сам прижался к ней и едва ощутимо провел кисточкой хвоста по ее боку, показывая партнерше, что все в порядке, и что он вовсе не против подобной близости.       Ощутив это легкое, даже игривое прикосновение и чувствуя исходящую от Шрама уверенность, Зира наконец расслабилась и без опаски прислонилась к нему. Она чувствовала, как из тела постепенно уходит напряжение и вместо него наваливается приятная тяжесть.       Видя, что гнев львицы уступил место усталому спокойствию, Шрам снова склонился к ее морде и вкрадчиво произнес: - Ничего. Настанет день - и ты добудешь для меня поистине королевскую дичь. Обязательно. - Ты в этом так уверен? - Горько усмехнулась Зира, все еще коря себя за неудачу. - Несмотря на то, что я подвела тебя? Усмехнувшись, Шрам покачал головой. - Ну что ты, Зира… Разве я могу в тебе сомневаться?       Несмотря на свою излюбленную манеру льстить, сейчас Шрам поймал себя на странном чувстве правдивости. Он ведь действительно никогда не имел прецедента сомневаться в Зире: ни в ее силе, ни в ее преданности. Должно быть, от того, что она сама никогда не сомневалась в нем.       Видимо, из-за этого Шраму порой хотелось быть с Зирой чуть более искренним, чем с остальными. И это не казалось ему чем-то лишним, неуместным, или ниже его достоинства. Тем более, что эта самая искренность играла с ней на руку больше, нежели лесть, но сейчас Шраму почему-то в упор не хотелось думать в этом направлении. Наверное, от того, что после более-менее сытного обеда накатывало приятное чувство лени.       В конце концов, Шрам искренне считал, что он имеет право немного полениться в уединенном скалистом уголке, в лучах заходящего солнца.       И Зира тоже.       Взглянув на задремавшую львицу, разморенную после утомительного дня, Шрам позволил себе ткнуться носом в ее темную шерсть, прямо под ухом, и еще раз прошелся по этому месту шершавым языком - на этот раз более тягуче и будто бы чуть дольше. - ..Что, там тоже грязь? - Сонно отозвалась Зира, украдкой потеревшись носом о шерсть льва. - Уже нет, - пророкотал Шрам и, опустив голову на ее шею, прикрыл глаза.