Ты можешь остаться (в работе. редактируется)

Назначенный день Чан нервно мерил шагами кабинет в ожидании назначенного времени. Несмотря на то, что ситуация довольно серьёзная, а мать Хёнджина очень сложная женщина, он верил в её разумность. Но вот в свою не очень. Он уже неделю ходил в тот злополучный бар, «DRIVE», успел выучить всё меню вместе со списком коктейлей, познакомился почти со всем персоналом, выяснил график работы Лино и даже смог заказать у него напиток. Но нормально поговорить с ним так и не получилось. Этот парень оказался той ещё неприступной ледышкой. Только вежливо улыбался и ограничивался тремя дежурными фразами. Чан сдаваться не собирался, но сейчас нужно было сосредоточиться на предстоящей беседе. Как раз когда он взял себя в руки, дверь открыли и в кабинет вошёл Феликс. — Здравствуйте, учитель Бан, — подросток вежливо поклонился и начал неуверенно оглядываться, явно не зная куда себя деть. — Доброе утро, ты можешь расположиться где тебе удобнее. Это не допрос, можешь расслабиться. — Учитель, Вы же сами не верите в то, что говорите, — пройдя к окну и встав около него, парень осуждающе покачал головой. Феликс был полностью прав, Чан совершенно не верил, что это будет не допрос. Это будет стопроцентный скандал. Поэтому ему осталось только развести руками, безмолвно соглашаясь, что соврал. — Феликс, ты не должен спорить с мадам Пак. Если начнёшь, то станет только хуже. Блондин фыркнул и скрестил руки на груди, заранее становясь в защитную позу. Ли не верил, что этот учитель поможет и будет на его стороне. Он даже не подозревал, что учитель уже закрыл глаза на одну его драку и не раз прикрывал его перед другими преподавателями. Чан просто чувствовал, что этот мальчик неплохой, но что-то ему мешает раскрыться и быть более приветливым. Внутренние барьеры, возможно травмы: моральные или физические, Чан не знал. Поэтому он принял решение помогать Феликсу, даже в этой ситуации он не позволил бы навредить ему. Но не успел Бан Чан заверить своего ученика, что всё будет хорошо, в кабинет вошли Хёнджин со своей матерью. Красивая женщина примерно тридцати лет выглядела воинственно. Её поджатые губы явно говорили о том, что она готова закатить скандал и на нормальный диалог можно не рассчитывать. — Здравствуйте, — Хёнджин поклонился. А женщина молча прошла до середины кабинета и оценивающим взглядом уставилась на Феликса. Он только поклонился и тихо поздоровался с вошедшими. В глазах женщины промелькнуло лёгкое удивление, а агрессивная аура уменьшилась: — Сын, хочешь сказать, что тебя побил этот мальчик? Она недоумённо посмотрела на Хёнджина. Щёки парня залил румянец. Он фыркнул и уже хотел начать отрицать факт своего проигрыша, но учитель Бан вмешался. — Мадам Пак, здравствуйте, — он отлично понимал удивление женщины, и если бы не видел своими глазами, как Феликс повалил Хёнджина, не поверил бы только словам. Но он был свидетелем. — Я бы сказала, что рада видеть Вас, учитель Бан, — она на секунду перевела взгляд на Чана и вернула его обратно на Феликса, поджав губы, — но не по такой причине. Ей не понравился этот парень. Мало того что он избил её сына, так ещё и не проявил должного уважения к старшим. Его вид явно не соответствовал уровню этой школы, длинные обесцвеченные волосы были совершенно недопустимы. — Учитель Бан, — она продолжила, не сводя полный презрения взгляд с Феликса, — как такое могло произойти? — К сожалению, драки у детей иногда случаются, — Чан сохранял серьёзное выражение лица, стараясь свести диалог к нейтральной теме и по-быстрому замять это дело. — У детей возможно, но как мой мальчик мог пострадать, ещё и из-за такого? — в голосе мадам Пак было неприкрытое презрение. — Этот мальчишка явно не выглядит как тот, кто может учиться с моим сыном. Феликс стоял молча. Смотрел на эту женщину исподлобья, боясь открыть рот, так как знал, если скажет хоть слово, это вызовет бурю. Он хорошо знал таких людей как она. Очень хорошо. Ему оставалось только незаметно сжимать кулаки и прикусывать щёку, надеясь, что его брат приедет как можно скорее. — С этим мальчишкой всё ясно, никаких манер. Где его опекун? Что за неуважение? — она не повышала голос, но каждое слово было пропитано ядом и желанием показать своё превосходство. — Он в пути, — Чан соврал, надеясь, что опекун Ли действительно скоро будет здесь. Минхо опаздывал. Он не ожидал, что на работе возникнут проблемы и ему придётся разбираться с ними. Ли старший спешил, поэтому просто оставил свой байк перед школьными воротами и направился прямо в нужный кабинет. Встречу по поводу драки назначили в самое неудобное время, но Минхо не мог ничего с этим сделать и просто пытался не заснуть на ходу. Когда он добрался до кабинета английского, он знал от Феликса, что его классный руководитель преподаёт этот язык и уже хотел открыть дверь, как услышал жёсткий голос женщины, заставивший его вздрогнуть и замереть. — Как смеет какой-то безродный мальчишка поднимать руку на моего Хёнджина? Ты мусор под моими ногами и смеешь так высокомерно себя вести?! — При всём уважении, но Вы не должны так говорить, — спокойный, мужской голос прервал тираду оскорблений, а также привёл в чувство Минхо. — Феликс был принят в школу на общих основаниях и достоин учиться здесь. Вы не должны сомневаться в отборе учеников. «Какая-то швабра смеет оскорблять моего брата?» — парня очень разозлило такое отношение и, больше не задерживаясь, он резко дёрнул дверь в сторону, открывая её и входя в кабинет. Все затихли и посмотрели в сторону вошедшего. У каждого присутствующего изменилось выражение лица. Феликс первый на кого обратил внимание Минхо, сразу приободрился и слабо улыбнулся своему хёну. Немного впереди, как будто закрывая и поддерживая младшего Ли, стоял мужчина, одетый в простой, но отлично на нём сидящий костюм. А когда этот мужчина, явно учитель, посмотрел на Минхо и их взгляды встретились, парень заметил шок в его глазах, он и сам был удивлён нисколько не меньше, однако не имел право это показать. Он уже видел этого мужчину, не один раз. Затем Минхо перевёл взгляд на женщину, она стояла, уперев руки в бока, и выглядела крайне враждебно. Её хмурое, даже злобное выражение лица, было крайне неприглядным. Позади неё стоял подросток, довольно симпатичный, но с синяком под глазом и разбитой губой. Минхо быстро оценил ситуацию и, пока женщина снова не начала свою тираду, он поклонился: — Здравствуйте, прошу прощение за опоздание. Произошли непредвиденные обстоятельства на работе, — на его лице появилась вежливая рабочая улыбка. — А ты ещё кто такой? — отойдя от лёгкого шока женщина отмерла и высокомерно попыталась прогнать вошедшего. — Мальчик, ты не видишь здесь взрослые говорят. Брови Минхо удивлённо поднялись, а потом он сообразил, что для незнакомых людей он действительно может выглядеть слишком молодо, в своей кожанке, джинсах и небрежно уложенных волосах. У него даже времени не было, чтобы нормально привести себя в порядок. Он покачал головой, поспешив развеять недоразумение: — Позвольте представиться. Я Ли Минхо, старший брат Феликса, а также его опекун. — Я Бан Чан, учитель английского Вашего брата, — мужчина, отойдя от шока из-за неожиданной встречи со своим наваждением, представился. — А так же его классный руководитель. Приятно с Вами познакомиться, — Чан протянул руку для рукопожатия и Минхо, поколебавшись, протянул свою в ответ. На секунду парню показалось, что его ладонь сжали чуть сильнее положенного, но отпустили до того, как у него появились неприятные ощущения. При этом они смотрели в глаза друг друга и Минхо показалось, что он добыча, которую все же поймали… — Позвольте вас представить, это мадам Пак, мать Хван Хёнджина, того самого ученика, с которым у Вашего брата произошла драка. После того как мадам Пак представили, её голос стал ещё более неприятным и непримиримым: — Ребёнок опекун ребёнка? Где это видано? Зовите своих родителей. Мне неинтересно разговаривать с детьми! — мадам Пак продолжала говорить с отвращением, как будто братья Ли недостойны даже дышать с ней одним воздухом. Феликс сделал маленький шаг назад, а его ладони, скрытые в длинных рукавах джемпера, сжались и, возможно, он бы задрожал, если бы Минхо не поспешил к нему и не приобнял бы за плечи. Выражение лица старшего Ли стало холодным и от прошлой вежливой улыбки не осталось и следа. Его поза стала защитной и напряжённой. К счастью, в помещении были не только мадам Пак и братья. Хёнджин и учитель Бан внимательно следили за их действиями и выражениями лиц. Они оба кое-что для себя поняли. Чан вмешался до того, как заговорил Минхо: — Мадам Пак, я вынужден просить Вас быть более сдержанной. Вы хотели поговорить с опекуном Феликса и он перед Вами, но это должен быть разговор, не только обвинения. Мадам Пак фыркнула, явно недовольная вмешательством учителя, но решила своё негодование направить на братьев Ли. — Значит, ты его опекун? — Всё верно, — Минхо сдержанно кивнул, сдерживая внутри себя бурю эмоций. — Как же плохо вас воспитали? — она снова упомянула родителей и Минхо сжал руку на плече Феликса чуть сильнее. — Ни стыда, ни совести. Ты и твой брат должны были уже стоять на коленях и просить о прощении, умоляя, чтобы этого хулигана не отчислили. Даже Хёнджин был в шоке от слов своей матери, он не ожидал, что дело примет такой оборот. Удивление отразилось на лицах всех присутствующих, кроме учителя Бана. Он знал, какой характер был у мадам Пак и также знал, что она может воплотить подобное в жизнь. Но, к счастью, во время диалога ему пришло сообщение. 10:25 Раздражающий док: Надеюсь, ты там ещё жив. Отправляю тебе подарочек. Потом отблагодаришь, только не спрашивай откуда это у меня. [Прикреплённый видео-файл] На видео было заснято начало драки и было ясно видно, что Хёнджин первый начал провоцировать. На губах Чана появилась усмешка, которую заметила мадам Пак. — Что Вас развеселило, учитель Бан? Я совершенно серьёзна. Я прощу их, только если они встанут на колени. Оба. — Мадам Пак, я не считаю, что они должны это делать. Не думаете, что это слишком? — Чан подошёл ближе с женщине и протянул ей свой телефон с включённым видео. — Вам стоит посмотреть этот занимательный видеоролик. Она на автомате нажала на «плей» и на весь кабинет раздался голос Хёнджина, явно провоцирующий Феликса. Бан Чан заранее сделал звук на максимум. Ли тоже отвечал, но инициатором конфликта явно был именно Хван. Лица подростков побледнели. Ведь оба парня оказались хороши. Мадам Пак перевела негодующий взгляд на Хёнджина, а Минхо удивлённо посмотрел на Феликса. Бан Чан полностью удовлетворился произведённым эффектом и, откашлявшись, привлекая внимание присутствующих, предложил: — Как насчёт того, чтобы забыть об этой досадной ситуации? Хёнджин, Феликс, думаю, вы оба неправы и должны извиниться друг перед другом. Что вы на это скажете, мадам Пак, мистер Ли? — Согласна, — с явной неохотой сказала женщина, смотря на своего сына с нескрываемым разочарованием. — Я тоже согласен, — кивнул Минхо, отпустив плечо Феликса, которое всё это время сжимал и подтолкнул брата вперёд. Хёнджин также вышел вперёд. — Вы должны извиниться и в знак примирения пожать друг другу руки, — учитель Бан был настойчив. Подросткам пришлось выполнить то, что им сказали. С явной неохотой и отвращением на лицах, они извинились друг перед другом и пожали руки. — Отлично, думаю на этом можно считать инцидент исчерпанным. Вы согласны? — Чан смотрел на мадам Пак, которая выглядела уже не настолько агрессивно и уверенно, в отличие от начала встречи. Похоже, Чану придётся опять благодарить Сынмина. — Да, — женщина осталась явна недовольна подобным исходом, но делать было нечего, такое видео могло слишком сильно испортить ей репутацию, — Сынок, проводи меня до машины. Хёнджин, опустив голову, явно готовый выслушивать упрёки и нотации, последовал за матерью, которая не попрощавшись покинула кабинет. В помещении остались только братья Ли и классный руководитель Бан Чан. — Хён, я на урок пойду, — Феликс чувствовал, что к нему есть куча вопросов, и ему точно достанется после прослушанной и просмотренной записи. И сейчас он постарался как можно быстрее сбежать от негодующего брата. — Увидимся дома! — уже находясь в дверях крикнул парень и скрылся в коридоре. Оставшись наедине со своим наваждением, Чан впал в лёгкий ступор и даже не решался что-либо сказать. Но видя как Минхо, его Лино, пытается также, не прощаясь, уйти, он поспешил его остановить. — Я бы хотел поговорить с Вами, мистер Ли. Взгляды Бан Чана и Ли Минхо снова пересеклись.