Приключения начинаются!

— Что это вообще было? — Опять что-то на четырнадцатом полигоне грохнуло! Ну, Уилджек, ну, талант!!! — Вот помяните мое слово – останутся однажды на Кибертроне только Уилджек и тараканы! — Какие тараканы? — Органические! Эти твари всё пережить могут – даже ядерную войну! — А разве Уилджека не отстранили от полигонных испытаний еще после предыдущего взрыва? Кибертронцы выбирались из-под завалов, помогали выбраться другим. Рэтчет оказал первую помощь красно-синему мехлингу. Потом, оставив Проула и Смоукскрина на попечение Спрингера и велев им встать посередине трассы, помогал особо поврежденным. Отовсюду доносились стоны, охи, кто-то с кем-то перекрикивался, вдали нарастал вой сирен спасательных служб, в воздухе в сторону взрыва пронеслись несколько звеньев вертолетов пожарного департамента… И каждый второй из пострадавших поминал недобрым словом Уилджека. Мехлинги тревожно прислушивались к этим репликам. Проул, придерживая свою пострадавшую дверцу, все больше волновался. Спрингер мог быть хоть сколько ему лично неприятным, но не отпускать же его к этому Уилджеку, который может, судя по всему, взорвать что угодно и как угодно! Тем временем улицу заполнили мехи с эмблемами медслужбы Праксуса. Рэтчет сдал с рук на руки одного пострадавшего сикера и подошел к своим подопечным. — Так, больше не искрит? — спросил он у Смоукскрина. — Нет, хотя я и не чувствую ничего ниже пострадавшего участка, — отозвался сине-красный трансформер. — Я там все отключил, — медбот занялся дверцей Проула. – Спрингер, что у тебя? Неужели совсем нет повреждений? — Крепления винта в нескольких местах треснули, концы лопастей повреждены, сбилось около десятка настроек, оптику поцарапало, — перечислил трехрежимник. — Оптика пострадала? — забеспокоился медик, заканчивая возвращение проуловской дверцы в нормальное положение. — Нет, только стекла поцарапало. Это не страшно, — успокоительно улыбнулся желто-зеленый. — Ага, не страшно! Дай посмотрю! — Рэтчет притянул его лицо к себе за подбородок и просканировал оптику мехлинга. — Действительно, только царапины, отшлифовать и всех дел. Где тебя собирали, в Тарне что ли? — Нет, не в Тарне, в мастерской на одной колониальной планете, — отодвинулся от медика трехрежимник. — Спасибо за осмотр, я, пожалуй, все-таки дойду до Уилджека, тем более, что я нашел правильный путь. — Ты что, не слышал, что говорили все эти трансформеры?! – в ужасе вскинулся Смоукскрин. – Да что бы тебе ни было от него нужно, это не стоит того, чтобы тебя разнесло на молекулярную пыль при испытании! Да ты посмотри вокруг! Зрелище было, конечно, впечатляющим – поднимающийся над городом белесый дым, покосившиеся кое-где здания, хрустящие под ступнями осколки стекла, вереницы медицинского транспорта, увозящего пострадавших… — Я все-таки пойду, — упрямо возразил трехрежимник. — О, Вектор Сигма! За что мне такое наказание – бегать за всякими недоделанными! – схватился за шлем белый бот. – ТЫ. НЕ. ПОЙДЕШЬ. НИ. К. КАКОМУ. УИЛДЖЕКУ!!! УСВОИЛ?! Спрингер все так же упрямо сжал губы и отступил от Рэтчета, но сидевший на дорожном покрытии Смоукскрин вцепился в его ногу, не давая делать ни шагу дальше, а Проул в свою очередь схватил зеленого за манипулятор. Неизвестно, чем бы это все закончилось, если бы к ним сбоку не подошел мех, самой примечательной деталью которого были светящие при разговоре «уши». — Извините, я услышал, что вы упоминаете мое имя. Я недавно приехал из Аякона с конференции по проблемам многоступенчатой трансформации и не совсем понимаю, что здесь произошло и при чем здесь я, — трансформер продемонстрировал им небольшой ящичек со всякими красочными надписями и эмблемой Инженерной Академии. И добавил: — Это материалы конференции. Спрингер облегченно улыбнулся и осторожно высвободил ногу из хватки Смоукскрина. — А ты, — инженер уже обращался к трехрежимнику, — полагаю, и есть Спрингер, с которым у меня сегодня назначена встреча?

***

До кампуса химической Академии звук взрыва тоже донесся, но, к счастью, взрывная волна уже потеряла свою силу, и дело ограничилось всего лишь дребезжанием стеклопакетов. Привыкшие ко всему старшекурсники даже не стали паниковать и продолжили свои занятия. Но все свободные преподаватели уехали к месту взрыва, чтобы помочь с определением состава выбросов. Персептор же побежал к только что приехавшим студентам и на всякий случай пересчитал их. Не хватало троих – Спрингера, Проула и Смоукскрина. Но если Спрингера он сам отпустил к Уилджеку, то куда могли деться еще двое – было непонятно. Внезапно старшекурснику стало плохо – он осознал, что Спрингер ушел именно в ту сторону, где и произошел взрыв. Мгновенно связавшись с кризисным центром, он передал снимок зеленого студента и все характерные приметы и попросил сообщить ему, как только станет известно хоть что-то. А потом, терзаемый неприятной догадкой, помчался в помещение охраны кампуса. Там, среди мерцающих экранов, тихо попискивающей аппаратуры сидел приземистый бот. — Хаунд, мне срочно надо найти одну парочку! – с порога закричал Персептор, протискиваясь в отсек не дожидаясь, пока дверь отъедет полностью. — Привет, Персептор! Что у тебя опять за пожар? – не отрываясь от просмотра экстренного выпуска новостей, спросил начальник охраны Академии. — Да только одному Праймасу известно, может, уже и пожар! — воскликнул студент. — Как два новичка сегодня покинули кампус? Куда они направились? — Два новичка? — склонил голову Хаунд, вспоминая последний орн. — А! Такие, со смешными шеврончиками и дверками? Один сине-красный, второй черно-белый? Так они за Спрингером пошли, сказали, что он датапад забыл. — Плакала моя работа на кафедре! — осел в первое попавшееся кресло Персептор. — Меня же за этих двоих экспериментальных мехов в Тайрест сошлют. Или на какую-нибудь забытую Праймасом колонию... — Хватит ныть! — одернул его начальник охраны. — Объясни толком, почему с ними что-то должно случиться? Они с тем крепышом бронированным, он за ними присмотрит. — Да они же друг друга терпеть не могут! — вскинул манипуляторы красный студент. — А еще из учебного центра предупреждение прислали, что их нельзя без присмотра оставлять — обязательно устроят заварушку! — Где их собрали? — В Симфуре, — с надеждой отозвался Персептор. Охранник набрал на комлинке давно не используемый номер: — Айронхайд! — Чего орешь, старый болт? Не экскурсии же водишь! — мгновенно отозвался недовольным голосом тот. — Ты меня предупредить насчет трудных мехлингов не мог? — в тон ему ответил Хаунд. — Что? Ты про Проула и Смоукскрина? — насторожился его товарищ. — Во-о-о! — поднял палец зеленый мех. — Сразу сообразил, про кого я! — Да ладно тебе, — отмахнулся на экране Айронхайд. — Никакие они не трудные. Смоук — так вообще нормальный мех. Разве что Проул — шемела неусидчивая, но так и то — еще ни разу в передряги, опасные дезактивом, не влипал. Если его занять чем-нибудь, например старшим по этажу назначить — так вообще идеальный мехлинг, и во всем порядок обеспечен. Мехи, находящиеся в Праксусе, переглянулись. — Кроме того, даже если что-то учудят — Проул первый же и пойдет всех в известность ставить. Правила есть правила — обо всех ЧП сообщать соответствующим службам, — продолжал вещать Айронхайд. И впрямь, как по его словам, на адрес студенческого общежития Академии пришло сообщение по каналу пожарной службы. «Проул и Смоукскрин находятся в секторе Гамма3. Серьезных повреждений нет. Следующим медкаром будем доставлены в Госпиталь сектора Альфа1 для проведения полного сканирования. Студент Спрингер проявил верх неразумности и настоял на встрече с инженером Уилджеком. Проул.» — Говоришь, назначить его старшим по этажу? — переспросил Хаунд. — А это ведь идея, Айронхайд. — Говорю тебе, вот уж за них не волнуйся, — подтвердил его товарищ и отключил связь. — Я в госпиталь! — вскочил Персептор. — И шарка ржавого они у меня теперь в город выйдут без разрешения! Хаунд поднялся со своего кресла: — Я с тобой. Если этот сорванный болт Айронхайд говорит, что никаких проблем не будет, то они точно могут возникнуть. Да и все же легче будет двоим за двумя следить. Персептор согласно закивал. Он все никак не мог понять, зачем нужно было вообще покидать кампус и куда-то идти, играя в шпионов. А они явно следили за Спрингером, фраза про инженера Уилджека выдавала их с антеннами. Сам он был увлечен наукой, и ни о каких приключениях даже не помышлял, поэтому поступок Проула и Смоукскрина и вызывал у него такое недоумение. Тем временем Хаунд отдал несколько указаний своему сменщику и позвал старшекурсника. Когда они вышли из дверей, то Персептор обнаружил перед ступеньками академский флаер. — Вам троим он по статусу еще не положен, а мне – в самый раз, — хмыкнул внедорожник. – Давай, грузись и полетели. — А за Спрингером можно будет залететь? – тихо спросил красный трансформер, пристегиваясь ремнем безопасности. — Залетим. Тогда лекцию о правилах проживания в кампусе всем троим прочитаю, а то чего дважды напрягаться, — задавая конечные координаты полета, отозвался начальник охраны. – А я потом еще с Айроном пообщаюсь насчет этой парочки. В более спокойной обстановке. Флаер взлетел и направился в госпиталь.

***

— Что-то с этим Спрингером все-таки не так, — изучая потолочные светильники в госпитале, выдал Проул. — Ради Праймаса, Вектора Сигмы, Кибертрона, Сентинела Прайма, Рэтчета и меня!!! — возопил Смоукскрин, — Да пусть с этим зеленым хоть все будет не так – я больше не намерен за ним шпионить! Мы же реально могли погибнуть! Вот хлопнулся бы на нас тот переход и все – в блин бы раскатало! — Ну, ведь не хлопнулся же! – повернулся к нему черно-белый. – Значит, надо довести дело до конца! — Я эмигрирую с Кибертрона, если следующий Прайм хоть на четверть будет напоминать тебя, — ткнул пальцем в сторону друга Смоукскрин. Конец перепалке положил вошедший медтехник, который должен был отвести их на сканирование. В коридорах было пусто и чисто. Над дверями горели разноцветные лампочки, пахло какими-то особенными, только медицинским центрам присущими запахами. В этот госпиталь свозили тех, кто не получил никаких видимых повреждений, или у кого они были совсем минимальными. До того, как подошла их очередь на сканирование, Проул и Смоукскрин находились в отдельной палате, подключенные к каким-то аппаратам. Когда дошли до отделения сканирования, то мехлингов развели по разным комнатам. Проул совсем не обращал внимания на многочисленные подключения к своим системам. Вопрос «Что не так со Спрингером?» занял его целиком и полностью. Никаких догадок так и не возникло. Решение пришло неожиданно – уже после завершения сканирования, когда все тот же молчаливый медтехник вел их в кабинет врача, им встретился в коридоре трансформер с символами пожарной службы. За спиной его мерно звякали в такт шагам лопасти. Проул так засмотрелся на него, что чуть не упал. — Проул, горе ты создательское, что ты в нем увидел такого особенного? – подхватив пошатнувшегося друга, устало спросил Смоукскрин. – Это обыкновенный вертолет, пожарный. — Вот именно – вертолет! – радостно закивал черно-белый, сияя при этом оптикой так, словно его угостили кристаллическим энергоном. – У Спрингера лопасти есть – он ими весьма успешно затормозил наш «полет» по дороге. Только их обычно не видно, судя по всему… — Значит, у него есть какое-то приспособление для убирания лопастей внутрь корпуса, — Смоукскрин внимательно слушал Проула, хотя и не забывал двигаться в сторону кабинета. — А зачем ему тогда четыре колеса? И вообще – его корпус совсем не похож на корпуса мехов, имеющих только вертолетную альтформу! — И что? Может, он какой-нибудь особый вертолет, для иной атмосферы, — Смоукскрина уже не интересовало, какая там альтформа у этого вредного Спрингера, его куда больше заинтересовало то, что происходило впереди. Они как раз вышли на площадку к лифтам. На эту же площадку выходило еще несколько коридоров. И по одному коридору двигалась группа мехов, которые носили знаки принадлежности к охране Прайма. Позади них, в сопровождении парочки медботов шел сам Сентинел Прайм. Проул не замечал этой группы и вдохновенно продолжал: — Это значит, что он трехрежимник! И я готов провалиться на этом самом месте, если его не создали подпольно, потому что… В это время двери одного лифта распахнулись и на этаж вылетел Персептор в сопровождении того самого охранника, который и выпустил их из кампуса. — Баги с крылышками! Дроны безпроцессорные! Каким вы местом думали, когда сбежали? Себя не жалеете, так хоть других пожалейте! – накинулся на мехлингов посмотревший все новостные материалы во время полета до госпиталя красный кибертронец. – Да как вас только с завода выпустили с такими глюками в программах! — Персептор, — предостерегающе сказал зеленый крепыш, ловя не в меру разошедшегося меха. — Кто-нибудь, объяснит мне, что здесь происходит? – недоумевающе переводя взгляд с одного меха на другого, потребовал Прайм. — Ой, интересно, а Рэтчет еще не отвинтил Уилджеку «уши»? – в наступившей тишине внезапный вопрос застывшего в ступоре Проула прозвучал как-то совсем уж нелепо. — Кстати, это не крылышки, а дверцы, — почти шепотом уточнил он, сжимаясь от предчувствия хорошей взбучки. «Все, допрыгался! Отправят на коррекцию, да еще и Смоукскрина в придачу», — пронеслось в процессоре черно-белого. — Сентинел Прайм, сэр... — замялся Персептор, — у нас тут небольшой казус вышел... — Казус? — напрягся правитель, оглядывая двух младших студентов. — Ну и по чьей это милости произошел этот казус? — Случайный взрыв на испытательном полигоне, — пискнул красный мех, от волнения поглаживая свой тубус. — А что эти двое делали на испытательном полигоне? «Его наверняка назначили куратором нашей группы, получается, он не досмотрел за нами. Халатность, с угрозой жизни вверенных лиц. Исключение из Академии...» — мгновенно вспомнил все имеющиеся в его базах данные по праву Проул и спешно шагнул вперед: — Я самовольно покинул кампус в обход куратора, а студент Смоукскрин попытался меня остановить. Таким образом, вся вина лежит исключительно на мне! — Заводской номер ТР36, я разве у вас спрашивал? — грозно уточнил Прайм, но заметно успокоился после этой тирады. — Никак нет, но прошу взять во внимание добровольное признание, — сник студент. – И мы были не на самом полигоне, а на улице, ведущей к нему… — пискнул Смоукскрин. – И взрыв совсем не из-за нас произошел, это ученые… — Проведите тесты их логических блоков и результаты перешлите лично мне, — попросил Прайм у медбота, сопровождавшего их. — Кстати, на какое отделение вы двое поступили? — Химическое, сэр! — хором ответили Проул и Смоук. — Ээээ... — нервно дернул надлинзовым щитком Сентинел. — Оригинально. Снифт, — обратился он к одному из мехов в своем сопровождении, — напомни мне пересмотреть результаты их профориентационных тестов. Медтехник развернулся, чтобы идти обратно в диагностическое отделение. — Прошу за мной, — поторопил он мехлингов. — Ага... Пойдем, Проул, — потянул черно-белого за руку Смоукскрин. Но тот явно пребывал в каком-то ступоре и не собирался из него выходить. На помощь пришел Хаунд. Подтолкнув Персептора к Смоукскрину, бывший рейнджер решительно взял Проула за плечо и пошел вперед, толкая перед собой мехлинга. Сентинел Прайм посмотрел вслед их группе и покачал головой. «Что-то Вектор Сигма намудрил с этой парочкой... Химический... С такими продвинутыми аналитическими центрами! Надо будет с Альфа Трионом посоветоваться...» Заметив недоумение, с которым на него смотрели врачи, слегка улыбнулся и пояснил: — Я участвовал в создании этих двоих с шевронами. А теперь доложите мне об инциденте со взрывом. — Да, сэр, — торопливо загружая данные, кивнул главный врач госпиталя. — Пройдемте в мой кабинет, там будет удобнее.