Приключения начинаются!

Воспоминания Рэтчета прервал Смоукскрин, внезапно чуть не свалившийся с кресла. Монорельс в это время как раз проходил по довольно крутой дуге. — Ой, что-то я координацию потерял... — пробормотал он, фокусируя оптику на бывшем охраннике. — Все нормально? — уточнил красно-белый. — Это от неожиданности, — смущенно хмыкнул будущий химик. — А как там Проул? — Спит пока еще, но скоро его надо будет будить — до Праксуса осталось всего полджоора езды. Проул словно дожидался, когда Рэтчет дотронется до его плеча. — Что, мы уже приехали? — оптика черно-белого мигнула, настраиваясь. — Почти, осталось совсем немного, — улыбнулся ему старший кибертронец. Мехлинг потянулся и снова прилип к окну, рассматривая пролетающий мимо пейзаж. Смоукскрин сел ровнее, и старался не показывать виду, что очень переживает. Прибытие на станцию прошло нормально. Рэтчет, Проул и Смоукскрин вышли из вагона монорельса самыми последними. Возле группы, в которой были и еще три выпускника из их образовательного центра, стоял мех с тубусом на плече. — Смоукскрин и Проул? — уточнил он у подошедших к нему кибертронцев. — Да, это они, — кивнул Рэтчет. – Черно-белый — Проул, а красно-синий — Смоукскрин. — А вы? — склонил голову красный мех. — А я здесь просто по своим делам. Работал я у них в центре, — объяснил бывший охранник. — Все понятно. Ну, юные химики, давайте познакомимся. Я — Персептор, курсант выпускного курса и заместитель вашего куратора. Из Академии за вами прислали транспорт, так что давайте пойдем к нему. Группа несколько хаотично двинулась за идущим впереди Персептором. Проул слегка отстал, зачем-то оглянулся на Рэтчета и только потом догнал остальных. — Запомните мехлинги, Праксус — это центр культуры и науки кибертронцев. Образование в местных Академиях — неплохая база для тех из вас, кто хочет построить карьеру в Аяконе. Так что, приглушите громкость своих вокодеров, снизьте двигательную активность нижней половины корпуса и учитесь! — вещал Персептор уже в транспортном экипаже. Разношерстная толпа с интересом слушала его, сидя на скамейках и не переставая глазеть по сторонам. — Напоминаю, особенно это касается тех, кто не питает особенного трепета к научной работе, — уточнил красный студент, когда заметил, что Проул его совершенно не слушает. Черно-белый мех тряс Смоукскрина за накладку брони на плече и увлеченно рассказывал что-то про витиеватую сложную конструкцию башни, видневшейся вдали. Красно-синий сидел с обреченным выражением фейсплета — он явно не испытывал восторга ни от башни, ни от факта, что он толком не слышит из-за друга наставника. — Студент Проул, ты слышал, что я сейчас сказал? Это, между прочим, касается в первую очередь тебя, — попытался привлечь внимание Персептор. — Трепет к научной работе оставьте себе, какой в нем смысл, если он не несет пользы обществу? — не поворачиваясь, откликнулся черно-белый. — Какой смысл в студенте, который не хочет учиться? — фыркнул старший мех. — Ни одно мое слово не может трактоваться, как нежелание проходить обучение, — возразил Проул и, наконец, оставил Смоукскрина в покое и посмотрел на наставника. — Я лишь указал, что применение различных идиом с ярко-выраженным эмоциональным подтекстом не уместно для утверждения, противопоставляющего научную деятельность службе в аппарате Прайма. Сидящий рядом Смоукскрин чуть слышно взвыл и закрыл фейсплет ладонями. В конце вагона притихли трое выпускников из их центра. Остальные мехлинги с интересом наблюдали за неожиданным спором. Персептор же, не представляющий, насколько упрямым бывает Проул, продолжил: — Это не чиновники и не законодатели создают нам корпуса. И не они восстановят тебе микросхемы, если ты их повредишь. Без управленцев наша планета может существовать, а вот ... — Без четко выстроенной системы власти, без единого стандарта законов и правил, без сдерживающих сил в виде карательной системы, — оборвал его Проул, — без всего этого, работающего под единым началом, Кибертрон погрузится в хаос. — Политика — это инструмент для развязывания новой войны, — возразил Персептор. — Война — это выраженный конфликт, имеющий первопричины, подпричины, официальные предпосылки и центры концентрации сил, как минимум двух противоборствующих сторон. Хаос — это полная бессистемность. Война отчасти логична, поскольку необратимо несет изменения, так или иначе модернизирующие наше общество, — как только что активированному декламировал черно-белый. — Война может уничтожить это самое общество, — не отступал и его оппонент. — Если стороны позволят себе потерять власть в собственных войсках, то стороны погрузятся в хаос, который и уничтожит Кибертрон, — настаивал Проул. — Кроме того, история показывает, что все войны, поражавшие ранее нашу планету, разгорались как раз из-за ослабления магистрали власти. Вспомните Вторую Кибертронскую — одна из первопричин, по которой она стала возможна — отмена государственной монополии на создание меха. Огромная часть нелицензионных меха в конечном итоге стали той движущей силой, которая... ОЙ! — взвизгнул черно-белый. Сидящий позади разговорчивого меха Спрингер просто поднял его и уложил себе на колени, фейсплетом вниз. — По-моему, — улыбнулся желто-зеленый трехрежимник удивленному Персептору, — у него закончилась лицензия на болтовню. Осталась только на визги, правда? — тяжелый манипулятор от искры приложился к бедренным креплениям. От неожиданности и боли Проул зашипел. — Ой, не та опция, кажется, — хихикнул Спрингер. — Ты! — злобно прошипел черно-белый. — Может, без грубости?— заступился за товарища Смоукскрин. — Можно и без грубости, — согласился здоровяк и подкинул черно-белого над собой. — Ой! — снова взвизгнул тот. — Вот, это уже лучше, — похвалил его Спрингер. — Так и до Академии поедешь. — Не ... — между «полетами» взмолился Проул, — надо! Персептор только и мог, что открывать и закрывать рот. Ничего подобного за все то время, что он встречал выпускников обучающих центров, не случалось. — Студент Спрингер, поставьте студента Проула на пол! — распорядился он наконец. — А то еще поломаете ему чего! Желто-зеленый внял распоряжению и поставил черно-белого на пол. Тот было наладился выяснять отношения, но Смоукскрин торопливо потянул его к себе поближе, горячо убеждая по внутренней линии, что связываться с трансформером, имеющим такие силовые характеристики, по меньшей мере неблагоразумно. — Я тебе еще покажу, где шарки обитают! — обиженным тоном пообещал Проул и сел рядом с другом. Спрингер добродушно усмехнулся в ответ, но ничего не сказал. Тем временем транспорт приехал на территорию Академии. Вселение вновь прибывших в общежитие прошло без всяких проблем.

***

Спрингер посидел на своей платформе, пооткрывал все дверцы в принадлежащем ему теперь шкафчике, подвигал датапады... Ему надо было уйти, поскольку встреча с тем инженером была назначена на сегодня, и через джоор он уже должен был быть у него в кабинете. Трехрежимник почти уже решился идти искать Персептора, когда он сам заглянул к ним в комнату. — Так, получите ваши пропуска, — доставая четыре пластиковых карты с эмблемой химической Академии, деловито сказал будущий ученый. — Персептор, можно у вас спросить? — взяв свою карту, задал вопрос желто-зеленый. — Да, я здесь специально для того, чтобы отвечать на все ваши вопросы, — поднял на него свой взгляд красный трансформер. — У меня назначена встреча с инженером Уилджеком через джоор. Это очень важная для меня встреча, ради нее я и прилетел сюда... — Ты хочешь уйти? Я правильно понял? — нахмурился Персептор. Ни каких отметок про встречи с Уилджеком в его датападе напротив имени Спрингера не было. Младший мех уверенно кивнул. — Ты первый солнечный цикл в Праксусе. Тебя хотя бы снабдили инструкциями, как добраться до его лаборатории? — напрягся Персептор. — Ну... Эээ... — вопрос явно застал Спрингера врасплох. Он судорожно порылся в подпространственном кармане и извлек небольшой датапад. — А! Вот, здесь указан адрес. Клит составил небольшую записку для своего подопечного не только с адресом лаборатории, но и с несколькими замечаниями касательно самого Уилджека. Красного бота слегка смутила формулировка — не соглашаться ни на какие дополнительные опыты, в случае взрыва вызывать бригаду пожаротушения НЕМЕДЛЕННО. Мигнув от удивления несколько раз оптикой, он вернул датапад владельцу. И решил на свой страх и риск отпустить новенького, раз уж встреча действительно была назначена. — Это далеко, но если воспользуешься маршрутным монорельсом, можешь успеть. Только отложил бы ты на завтра, сам можешь заблудиться, а у меня времени нет проводить. — Нет! — решительно возразил Спрингер. — Это слишком важно для меня. Сможете объяснить, как пройти? — Попробую, — провентилировал системы Персептор, активируя свой датапад и показывая карту города. — Мы здесь, тебе нужно пройти вдоль здания, перейти дорогу для альтформ, но не переходить вторую полосу для грузовых подъездов. Садишься на синюю ветку монорельса в направлении центра, это если стоять к нашему зданию спиной, грубо говоря, потому что там остановка немного на изломе, но если... — Пф! — с нарастающим ужасом в искре слушал его желто-зеленый трехрежимник. Траектория движения с каждым новым ориентиром расплывалась все сильнее. — ... После этого, найдешь вход. Честно говоря, я не знаю, где вход в это здание, потому что я там никогда не был, но я думаю, это уже будет не такой и сильной проблемой, — закончил свой рассказ красный студент. — В общем — удачи. Если заблудишься — ищи полицейских, они тебя сюда вернут. Он продолжил разговор с тремя другими студентами, а Спрингер покинул отсек и понуро побрел по коридору, пытаясь проговорить про себя весь маршрут. Хвост из двух «крылатых» фигур он в этих раздумьях и не заметил. =Говорю тебе — он решил сбежать!= — по внутренней связи настаивал Проул. =Паранойя разве передается через тактильный контакт? Или ты с Редом процессоры синхронизировал? = возражал ему Смоукскрин, но все же не отставал от черно-белого товарища. = Смотри, его на вахте пропустили спокойно. Значит, есть разрешение покидать кампус.= =Это все подозрительно!= — настаивал Проул. Синюю линию монорельса Спрингер нашел без особого труда — все указатели там были именно синими. Встав возле окна, трехрежимник рассматривал проносящиеся мимо улицы и дома. Праксус ошеломил его своими размерами, суетой, количеством жителей. Там, где он активировался и жил все эти ворны, просто не было ничего подобного. «Кажется, один только кампус для студентов вмещает столько же кибертронцев, сколько у нас было во всем главном городе», — подумал Спрингер, прислоняясь к стеклу и следя за отражающимися в стекле вагона трансформерами. Это было хотя бы не так утомительно. Внезапно одно отражение показалось поразительно знакомым. Присмотревшись, он понял, что это тот самый слишком умный черно-белый, которого он так лихо отшлепал, и его красно-синий приятель. Особого значения этому факту Спрингер не придал — у этой парочки тоже вполне могли быть назначены какие-то встречи в городе. После шестой остановки трехрежимник приготовился выйти. Проул и Смоукскрин смогли выйти из здания только потому, что слышали имя желто-зеленого. Демонстрация охраннику датапада и слова, что это забыл Спрингер, а ему он крайне нужен и все в том же духе, убедили последнего, и он выпустил приятелей. Какой смысл в слежке — ни Проул, ни Смоукскрин и сами не понимали, но решили сначала все узнать, что возможно, а потом уж думать, что делать с полученной информацией. Спрингер остановился перед перекрестком и покрутил головой. Кристальный фонтан он видел, а вот скульптуру, изображающую какого-то сикера («Растопырился, как органическое с крыльями над яйцом — снести-то снесло, а вот садиться или нет — еще думает» — красочно описал данный образчик творчества Персептор) — нет. Несколько спрошенных трансформеров сами оказались приезжими и ничем помочь не могли. Спрингер принял такое решение — он пойдет сначала в одну сторону, но если там не увидит эту скульптуру , то развернется и пойдет в противоположную. Следующих за ним Проула и Смоукскрина он не замечал.

***

Расставшись со своими подопечными, Рэтчет перешел на местную линию монорельса и поехал в судебный архив. Все формальности в нем заняли джоор — ему вернули некоторые его личные вещи, разблокировали половину медицинских апгрейдов и внесли его имя в список медтехников с правом повышать квалификацию. Сдержано поблагодарив служащего, бело-красный мех поспешно покинул здание. Через пять кварталов он увидел бар и зашел туда. Бывший медик не столько пил энергон, сколько просидел в санитарной кабинке, сражаясь с непрошеным омывателем. После бара он пошел бродить по городу, обдумывая, что делать — то ли искать работу, то ли идти на курсы повышения квалификации, благо, кое-какие сбережения у него были. Все раздумья разом перекрыл один вопрос, который возник, едва Рэтчет вышел на улицу, ведущую в район испытательных полигонов — «Какого шарка здесь делает Проул?!» Причем черно-белый любитель приключений передвигался по оживленной улице весьма странно. — Выхлоп Юникрона, да он же за кем-то следит! Багнутый генератор, ни на клик нельзя его без присмотра оставить! — выругался медбот, отчего несколько прохожих от него резко отскочили. — Ну, я тебе манипуляторы к шлему приварю! Спрингер, а за ним и Проул со Смоукскрином тем временем добрались до очередной развилки. Красно-синий мех уловил едва слышный знакомый голос и попытался привлечь внимание друга. В конечном итоге, вертя шлемами в поисках источника звука, оба врезались в широкую спину трехрежимника. — О, простите... — начал было извиняться тот, но узнал своих «преследователей». – Вы, двое, что тут делаете? — Отличный вопрос! — поддержал его догнавший компанию Рэтчет. Медбот навис над Проулом и грозно поинтересовался: — Ты, уничтожитель спокойных орнов учебного центра, решил расширить директорию влияния до целого города? — Мы гуляем, — нервно улыбнулся черно-белый. — Неубедительно! — прошипел медбот. — Кто вас из кампуса выпустил? — Аааа... — замялся Проул, придумывая, что бы сказать и неожиданно восторженно воскликнул, показывая манипулятором за спину Рэтчета: — Ух ты — облачко! — Какое, к шарку, облачко? — рассвирепел Спрингер, но тут заметил, что знающие про способность Проула мгновенно «переключаться» медик и Смоукскрин встревоженно перевели оптику в указанном направлении. В противоположном конце улицы поднималось огромное облако ядовито—рыжего дыма. Через доли клика раздалась череда оглушительных взрывов, окна зданий с жалобным треском покрылись тонкими паутинками трещин, а вслед за этим все вокруг поглотила взрывная волна. Прохожие падали, сбивали друг друга, кричали от неожиданности. Тех, кто был в альтформах, силой взрыва подбрасывало как листья органических деревьев и несло дальше. Рэтчета бросило на его недавних воспитанников. Хоть они и не успели до взрыва подняться с земли, но их тоже немного протащило по асфальту, сдирая краску. Сильно «проехаться» им не дал Спрингер. Поначалу его было сбило с ног, и он отступил на несколько шагов, но трехрежимник быстро расставил лопасти винта и уперся ими в покрытие улицы. Трех мехов бросило на него, и он из последних сил прижал в общую кучу дверцу одного из студентов, которая грозилась продолжить движение без своего владельца. — Я не могу... — прошипел желто-зеленый, чувствуя, как трещат от давления крепления лопастей. — Еще треть клика, — успокоил его тихий шепот прямо над аудиосенсором, и давление резко исчезло. От внезапности все четверо рухнули в единую кучу. Вокруг все стало затягивать пылью, тут и там падали обломки фасадов и непонятного хлама. — Все онлайн? — засуетился Рэтчет, мгновенно включая все активные сканеры. — Смоукскрин онлайн, — отозвался сине-красный. — Проул онлайн, — прохрипел черно-белый. — Ничего себе долбануло, — пробормотал желто-зеленый. — Ты должен отзываться — имя и статус, — назидательно пояснил медбот. — Спрингер онлайн, — фыркнул, прочищая системы от пыли, трехрежимник. — Отличное место вы выбрали для прогулок, — не прекращал ворчать Рэтчет, помогая мехлингам подняться. — Мне нужно было инженера Уилджека найти, — насупился Спрингер. — Только я немного заблудился. Не смог найти постамент сикера. — Этот, что ли? — язвительно поинтересовался медбот, кивая в сторону огромного каменного шлема. — Вероятно, — пробормотал испуганный трехрежимник, всматриваясь сквозь взвесь пыли в сторону, где произошел взрыв. — Думаешь, там вообще есть выжившие? — Более чем уверен, — отозвался Рэтчет, кисло рассматривая продавленные пластины на ноге Смоукскрина, из-под которых градом сыпались искры. — Ученые при проведении экспериментов на полигонах сами располагаются обычно на нижних уровнях. В случае взрыва бункеры не разрушаются, — пояснил за него Проул. — Кстати, спасибо! Если бы не ты — мне бы половину плеча вырвало вместе с дверкой.