Я всё ещё имею ценность

      Юджин научился хорошо готовить и был даже влюблён в Кевина. Он стал часто ночевать у него дома, чему Кевин был не против, даже наоборот, он позволял Юджину оставаться у него когда за окном стояла плохая для июля погода — ливень или холодные ночи. Но его пугала неопределённость в этих отношениях, которые длились уже полтора месяца. Кевин часто говорил Юджину о том какой он сексуальный, но Юджин не чувствовал тепла в этих отношениях, Кевин думал только о себе и о своих чувствах и удовлетворении, и они ни разу не целовались, но Юджин всегда ждал близости с ним, чтобы не чувствовать себя одиноким.       Но потом очень жалел. Принцесска очень уставал с Кевином, можно конечно же было ему позавидовать, что ему попался такой любвеобильный партнёр, но нет. Шёл второй час секса и Кевин не хотел останавливаться и не хотел кончать. Он не обращал внимание на то, что Юджин устал и ему уже больно, и каждое движение члена по простате приносило не удовольствие, а острую боль, а синяки в промежности лишь усиливали эффект. — Кевин, пожалуйста, пощади… — тонко и измождённо стонал он, лёжа на животе на кровати, когда его попку мучал член Кевина. — Мне очень больно…       Кевин, не замечая его мольбы, только ещё сильнее прижимал его к себе, продолжая двигаться внутри него, капли пота капали на его зацелованную изящную спину. Несчастный Юдж чуть ли не плакал от боли и унижения. Он чувствовал, что его любовь к Кевину тускнеет и угасает, и он начинает осознавать, что на самом деле не счастлив. — Давай я ртом закончу, Кевин, пожалуйста… — тонкие пальцы сжимали подушку от боли. — Бесполезно. — коротко ответил он и уложил его на бок, закинул его ногу к себе на плечо. Принцесске стало чуть лучше — член не так сильно задевал простату. Рука Кевина дотянулась до его шеи и сжала её, начав слегка душить и Принцесска начал издавать слабые хрипы и кашлять. — Кевин… Кхххъ… Остановись, пожалуйста. — прошептал он, не в силах больше терпеть это издевательство. — Дай мне кончить… — настаивал Кевин, не обращая внимания на его мольбы. Он продолжал двигаться внутри него, игнорируя его страдания.       Движения участились, и, наконец, Кевин спустя десять минут кончил в Принцесску, издав приглушённый рык. Принцесска вздохнул с облегчением и отвернулся от него, когда Кевин наконец-то остановился и вышел из его попки. Но вместе с облегчением он чувствовал и горечь разочарования. Он понял, что больше не может продолжать такие калечащие его отношения. Принцесска чувствовал себя пустым и обманутым. Он понял, что эгоистичное поведение Кевина показало его настоящую природу, и он больше не мог продолжать с ним отношения. — Кевин, объясни мне, почему мы так долго занимаемся сексом? — подушка впитывала слёзы Юджина, он старался не смотреть на него. — Я недостаточно сексуален? Что не так?.. Или ты любишь девочек?.. Хочешь, я сбрею свои усы, я без усов похож на девочку, только объясни мне, почему так мучительно долго?.. Минимум час, Кевин, ми-ни-мум, почему… — Юджин плакал от боли внутри себя. Кевин развернул его к себе лицом и поправил его волосы: — Принцесс, дело не в тебе, ты правда очень сексуален, мне нравится с тобой заниматься сексом, ты очень возбуждаешь меня, просто, как тебе объяснить… — он облизал свои губы. — Говори как есть, пожалуйста, я хочу знать правду… — Юджин тихо хныкал. — Начну с того, что у меня сахарный диабет первого типа, и вследствие этого, у меня очень плохая чувствительность члена, так получилось. Поэтому я не могу быстро кончить, я просто не чувствую такого наслаждения как остальные парни. — ледяные серые лисьи глаза Кевина с лёгкой насмешкой смотрели на измученного Юджина. — Почему ты мне раньше не сказал об этом? — он поднялся на кровати и сел на колени, терпя боль изнутри и наклонился к нему. Взлохмаченный и заплаканный, Юджин заглянул в его вечно хитрые глаза. — Почему ты меня всё это время мучил?.. — Я боялся, что тебе не понравится услышать то что у меня малочувствительный член!       Юджин закрыл ладонями глаза и заплакал. — Боже, Кевин… Ну и что, малочувствительный или нет, ты мог бы мне об этом сказать! Я бы понял, и мы бы нашли способы как сделать секс приятным для обоих! Неужели ты не видел, как я страдал?.. — слёзы текли по его щекам, и он сердито вытер их. — Теперь ты знаешь, Принцесска. Ну прости, прости, меня, давай мы в следующий раз что-нибудь придумаем? — Поздно, Кевин… — Юдж шмыгнул носом и отвернулся от него, опустив ноги на пол, уперев локти в колени. — Отношения должны строиться на правде и на доверии, а ты от меня скрыл всю правду, я не могу тебе верить! Мне важно доверие! Что завтра я услышу от тебя новенького? — Я понимаю, Принцесска, прости меня, пожалуйста… — Кевин обнял его со спины, пытаясь успокоить его. — Нет. — тихо и категорично отрезал Юджин, не обращая внимание на его объятия. — Ну как мне тебя задобрить, красотка? — промурлыкал он ему на ухо. — Не надо мне уже ничего, Кевин, ты меня уже затрахал, в прямом смысле. Я не могу быть с тобой. — обречённо сказав, он достал с рядом стоящего комода пачку сигарет и зажигалку, и достав одну сигарету сделал глубокую затяжку.       Кевин молча наблюдал за тем, как в полной тишине позднего вечера курит Принцесска, время от времени дымящий огонёк едва тихо трещал при каждой затяжке. — Тебе плевать на меня, понимаешь?.. Твой верх комплиментов — это «ты такой сексуальный». Мне уже тошно, Кевин, я не хочу чувствовать себя куском мяса. Мне больно. Мне тяжело. А ты не видишь и не чувствуешь, тебе лишь бы пожрать да потрахаться и наделать мне там мозолей… Нет, мне нравится готовить, мне нравится быть в роли домохозяйки, нравится наводить чистоту, но… Где любовь твоя ко мне?.. — нервно выдохнув дым, он цокнул языком. — Сколько раз я просил тебя, чтобы ты меня поцеловал, Кевин, сколько?.. — Юджин сделал очередную затяжку со слезами на глазах. — Ни разу не поцеловал… — Прости меня, Принцесска… Я дурак, я плохой парень… — шептал Кевин, но его извинения звучали пусто и неискренне. — Ты же бездомный, а я боюсь герпеса.       Юджин нервно раздавил об каркас кровати полностью выкуренную сигарету, выбросил её в пепельницу и поднялся с постели, преодолевая боль в попке. Он посмотрел на Кевина с отчаянием в глазах, и тихо сказал: — Вот теперь окончательно — всё. Нам лучше расстаться, Кевин. Мы оба заслуживаем кого-то лучшего, достойного… Ты прав в одном — ты дурак. Найди себе такого же дурака… — его голос дрожал от грусти и разочарования. — Но я же даю тебе деньги! — в отчаянии вскрикнул Кевин. — На эти деньги я теперь должен потратиться на какую-нибудь мазь или таблетки, ты меня натёр изнутри, ты хоть понимаешь это?.. — он в отчаянии захныкал ещё громче. — Ты меня замучил! Я просил тебя — остановись, стоп, хватит! Хватит! Ты меня не слушал! Я просил тебя, что давай я закончу ртом — ты отказал! А мне было больно! — Я же говорил, у меня не чувствительный член, Принцесс. — он снова попытался оправдаться, удерживая его. — Не важно, какой у тебя член! Ты должен был слушать меня! Ты меня замучил! — кричал он, сжимая кулаки. — Уйди от меня, я сейчас вернусь в Патни. — с трудом освободившись от его рук и встав с кровати, Юджин пошёл в душ, смывать все остатки пота и похоти с себя. — Но Принцесска, я всё равно буду ждать тебя, ты вернёшься и скажешь мне что простил меня! — кричал он ему вслед, пока Юджин молча шёл в ванную. Юджин просто молча закрыл дверь за собой, и Кевин услышал, как вода начала шуметь в душе. — Жди дальше! — крикнул Юджин перекрикивая шум воды. — Я стою и мне больно! «Я, мне, у меня» — это всё что я слышу от тебя! Эгоист! — Юджин со злостью начал натирать свою кожу мылом, пытаясь вымыть все эти неприятные ощущения и телесные жидкости.       Спустя полчаса он молча вышел из душа, собрал свои вещи с пола и начал одеваться в свои уже затёртые джинсы и в местами порванную рубашку. Его попка очень болела, как и всё остальное его тело. — Кевин, я очень сочувствую твоей болезни и что так получилось, но если бы ты мне всё рассказал раньше, то мы бы вместе что-то придумали и я бы не мучился под тобой. Но ты меня травмировал, так что… — он подошёл к одетому в халат Кевину и легко чмокнул его в крупный нос-кнопку, — ты свободен, и я свободен, и я желаю тебе счастья и здоровья. Прощай. — Я не отпущу тебя с мокрыми волосами поздним вечером, Принцесска! — крикнул Кевин, сжимая кулаки от бессилия. — Я не твоя принцесска! — Юджин отчаянно зашипел, отвернувшись от него. — Прости, но я больше не могу быть с тобой. Уйди от меня!       Захватив все свои немногочисленные вещи — спальник и футляр с блокфлейтой, выйдя из уже надоевшего кирпичного дома по улице Мемориал авеню, он направился в сторону ближайшей станции метро, чтобы доехать до своего места проживания на Патни. В пути до Патни он сидел в полупустом вагоне и старался не заплакать от ноющей боли, доставшей его за последнее время.       Выйдя на нужной станции, он медленно дошёл до своих приятелей под мостом, к уже привыкшему его ушам шуму проезжающего сверху метропоезда и гнилому запаху Темзы, к тем людям, которые были его семьёй. — О Юджин, ты сегодня так сказать долго проработал. Что заработал? — Джейк сидел у костра и жевал яблоко. Под глазом у него был виден фингал. — Сегодня ничего, совсем ничего, Джейк… — промолвил он, раскладывая спальный мешок, ложась в него и укладывая рядом уже покоцанный футляр с блокфлейтой. — День плохой… — Да уж, день так сказать плохой так сказать. — поддержал его Джейк, громко откусив яблоко. — Хошь яблоко? Сегодня нарвали с Сэмом. Вон ещё три штуки. — Мне не до яблок, спасибо Джейк… — вздохнув, он устроился в спальном мешке поудобнее. — Кто это тебя так украсил? — Продавец продуктовой лавки! Ха! — Ой, а я-то думал, что ты вновь попал в драку из-за своего «так сказать»! — Юджин по-доброму рассмеялся. — Не, не сегодня! Но ты бы видел его рожу когда тот увидел, как у него из-под носа так сказать яблоки уходят! — продолжал смеяться Джейк. — Ты уже спать ложишься так сказать? Вроде не позднее время. — Да, нужен отдых после сегодняшнего дня… Я завтра снова еду к Давиду и Джейну… — Юджин закрыл глаза и постепенно погрузился в сон, думая о своих вновь и вновь растоптанных чувствах, о боли и разочаровании, о Кевине, который стал теперь бывшим. Снова болело где-то в глубине души, ему снова было жалко себя. Но он был рад в одном — он смог легко уйти от того, кто не уважал его чувства. «Как же я хочу найти достойного меня мужчину, чтобы он любил и уважал меня и мои чувства, буду для него кем угодно, хоть Принцесской, если он действительно меня полюбит…» — подумал Юджин, прежде чем окончательно уснуть под треск костра и галдёж своих товарищей.