–... Мне нужен ты!

Он накинулся на меня, как голодный зверь, облизывая всё, до чего дотянется. Я смог вырвать руки из его хватки, но сколько бы я не стучал по его спине, он продолжал. Его рука стянула мою футболку, а холодные пальцы стали в открытую лапать мою грудь, рёбра, живот. Он обнимает меня, тянет к себе, притягивает за волосы, а я бессмысленно стучу кулаками по его талии. Бессмысленно. Я не могу так. Когда он вновь разорвал поцелуй, я рискнул запыхавшимся голосом высказаться: — Эбардо, это уже несмешно… Прошу, хватит…– из глаз непроизвольно потекли слёзы, долгое время томившиеся где-то внутри. Он больно взял в пальцы мои волосы и направил к себе. — Ты не поверишь, как долго я терпел. Я так хотел тебя выебать, каждый раз, когда ты оставался один. Как прекрасно, что теперь я могу это сделать. — П-пожалуйста, перестань! — его рука одним резким движением стянула штаны и трусы одним разом. Он не слушал. Его чёрствые пальцы гладили меня как будто так и должно было быть. Я содрогнулся, сгибаясь почти в три погибели. Преступник прильнул к моей шее и стал наделять её мелкими поцелуями. Неприятно, ужасно и отвратительно, зачем? Пожалуйста… Кто-нибудь… Зачем мне всё это? — Отстань… Прошу, прекрати! — Лололошка, послушай меня, — он дотронулся до моего позвоночника холодными пальцами. — Я не успокоюсь, пока не сделаю это, — он сдавил мой член, но не до боли, а до странного ощущения чего-то… Приятного. — Хватит! Пожалуйста… Прекрати…– его клыки воткнулись в моё тело. Боль сковала меня, я всхлипнул. Зачем, зачем, зачем? — Ло, будешь хорошо себя вести, тогда всё закончится быстро. Тебе просто надо слушаться меня, быть хорошим мальчиком. Ты же не будешь сопротивляться, правда? Сопротивляться? Да я даже не могу нормально это делать! Мне слишком плохо, слишком тошнотворно. Я просто хочу, чтобы это всё прекратилось, как можно скорее. — Ответь мне, живо! — он безжалостно укусил мою шею, оставляя на ней лиловый синяк. — Я-я не знаю, — выпалил я ему первое, что пришло на ум. — Какой стеснительный, какой нерешительный, — его пальцы прошлись по моему копчику, останавливаясь на заднице. Другой рукой он начал дрочить мне.– Вот такой Лололошка мне нравится. Именно такого я и хочу. Он поцеловал меня так медленно, будто пытаясь вложить пародию на нежность в этот гадкий поцелуй. А потом он приказал мне сесть перед ним на колени. Я помотал головой, но он сердито направил мои пряди вниз одним резким движением. Он так сильно давил на меня, что мне пришлось опуститься вниз. Всё ещё держа мою макушку, он спустил штаны, оголив член, огромный член. Внутри меня всё съёжилось. За что мне это всё? Пожалуйста, кто-нибудь… — Чего ты ждёшь? Открывай рот! — пальцами он больно нажал на мои губы. Но я старался не открывать его. Мясистый член перед моим лицом, неопрятный и грязный… Отвратительный. Не хочу брать это в рот. Я качаю головой и наклоняюсь вниз, чтобы он убрал руки. — Я не умею это делать. — Да ладно тебе, — он с тяжёлым вздохом поднял мою голову обратно.– Какой ты сложный, — щипком он закрыл мои ноздри. Нет, только не это. Пожалуйста, скажите, что это всё шутка. Я не хочу терять девственность с ним… Да и вообще не хочу её терять с мужчиной! Он сдавливал мою голову, мой нос, я думал, что тут же потеряю сознание, но нет. Скинуть пальцы не получалось, он сжимал меня, принуждал открыть рот… И я вдохнул. Воздух здесь ужасный. Сырой. — Так-то лучше, — его член проскользнул в мой рот. Я подавился. Он поглаживал мои волосы, но, когда я пытался вытащить его член изо рта, Эбардо тянул на себя с неземной силой. Мой рвотный рефлекс заставлял корчиться. Но Эбардо это нравилось, больше моей тёплой слюны обволакивало его мерзкий агрегат. — Только попробуй прикусить, — закинув голову назад, он стонал в блаженстве. Его действительно возбуждает такое? Мне ничего не оставалось делать, кроме как поддаваться. Он сам водил моей головой, как ему вздумается. Мне было больно, меня тошнило, но от истощённости я просто повиновался. Повиновался и слушался. — Я кончу тебе на лицо, хорошо? — он резко вытащил и прижал член к моему лицу, надрачивая его. Я даже не успел опомниться, как что-то коснулось моих щёк. Сперма покрыла мои губы, нос, на лоб тоже попало. Дав мне минуту отдышаться, он направил меня лицом к стене. Отодвинуться нельзя, он так близко, я чувствую, как его стояк упирается в меня. Нет, только не так, только не с ним. — Эо, о-опомнись! Пожалуйста, хватит…– коленки задрожали, всё тело похолодело. — Я буду аккуратен, — он кусает моё ухо. — Да и в любом случае я бы сделал это рано или поздно. Я хочу тебя полностью. — Нет! Нет! Прошу, не надо! — взмолился я, но он не слушал. Он никогда не слушал. Смочив пальцы слюной, он засунул один внутрь меня. Грубо, небрежно, будто бы говоря, что я должен быть благодарен хоть такой разминке. Он задел простату, но я сдерживаюсь, чтобы не позволить ни единому звуку сбежать. Повозившись ещё чуть-чуть, он добавил второй. Я чувствовал, как меня надевают, словно костюм. Ужасно больно. Эбардо видимо решил, что двух пальцев будет достаточно. Он вошёл в меня. Ужасно больно. Вся голова раскалывалась, как хрупкое стекло. Пусть он вытащит, пусть прекратит, пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста! Он цепляется за мои бёдра, двигая ими. Кусает лопатки, плечи, с дикостью зверя. Мне плохо. Меня раздирают на части. Он продолжает. Он не остановится, пока не сломает меня. — Я ненавижу тебя, — слёзы смазываются с остатками спермы. Рывки становились интенсивнее.– Ах… Ты… Ты поплатишься за это… Обещаю тебе!.. Он схватил мою шею и отодвинул лицо от стены. Я оказался между его ключиц. Я сейчас задохнусь. — Многие хотят, чтобы ты остался здесь. Понимаешь? Многие тебя ненавидят и будут рады узнать тому, что их сломленный враг сидит в тюрьме, для него хуже, чем Видомния. Мне было сложно дышать. Я чувствовал, как его пальцы становятся мокрыми от моих слёз и слюней. Больно. Пожалуйста… Я не могу это терпеть… — Я ненавижу тебя, — процедил я сквозь зубы. Он взял в руку мой член и стал играться с головкой. — Я скоро кончу, опять. Думаю, тебе тоже следует, — он лизнул моё ухо.– Я разрешаю тебе. Я чувствую внутри всплеск. Мои внутренности забиты им. Я вскрикиваю, но он не вынимает, сперма вытекает из меня, продолжая течь по ногам и падая на пол. Я тоже кончаю, пачкая свой живот. Только после этого Эбардо вынимает свой член из меня и подбирает свои боксёры. Преступник одевался, а я тихо сползал на холодный пол. Всё тело горело. На прощание чмокнув меня в лоб, Эбардо ушёл, оставив меня такого грязного и никому не нужного, в одиночестве. Кажется за мной никто не прийдет…