03
«Драко. Я бы хотела извиниться, но не буду. Я не хочу и никогда не хотела, чтобы меня жалели. На нашей семье лежит родовое проклятье. Первая дочь из каждого третьего поколения умирает от маггловской болезни, которая неизлечима никаким образом. Я — последняя из этого цикла. И я это принимаю. У меня есть младшая сестра, и ее дети, внуки и правнуки никогда этого не познают. И я рада. Потому что она светлая, солнечная малышка, которая должна жить и радоваться. И я радовалась ради нее тоже. Веселилась, училась, наполнялась. А потом появился ты. Как тлеющий уголек, ты стоял в стороне, смотрел отстраненно на все своими глазами, холодными, словно айсберг. Тебе тоже тут не нравилось, единственному среди всех, кроме меня. Потому что ты замечаешь больше остальных, анализируешь глубже и любишь теплее. Твоя душа чистая — не смей запятнать ее. Ты обязан быть счастлив. Не только ради меня, точнее, точно не ради меня. Ты еще встретишь свою девушку, а я вечно буду для тебя в летнем дожде и полевых ромашках. И когда-то, когда у тебя родятся дети, такие же белокурые и с холодными глазами, я поцелую их россыпью веснушек. Как первая девушка, что заставила тебя улыбаться. Проживи эту жизнь за меня. И никогда не забывай о друзьях. Передай Тео, что он классный (и Блейз тоже), и что Пэнси балдеет от подсолнухов. А еще любит Тео, просто не признается. Гермиона.»
Я впервые за три дня улыбнулся. И не лег на кровать обратно. Под подушкой я нащупал десять галлеонов.
