1
22 июля 2023 г., 20:26
Фушигуро старший, возвращаясь домой куда раньше положенного, никак не ожидал, что в первый же день его отсутствия сынишка решит устроить в квартире праздник — с пивом, чипсами и девками в обтягивающих тряпках, все как положено.
Нет, он был абсолютно не против, сам подначивал парнишку к тому, дескать «не прозябай молодость, я в твои годы..!». Но работа нежданно накрылась медным тазом и отчего-то мужчина был убежден, что Мегуми ни черта не успеет, а сам он вернется поздним вечером в тихую квартиру, уляжется на диван и включит что-то увеселительное и безбожно инфантильное, а после и вовсе расслабится с банкой пива в руке и уснет, не вырубив телевизор.
К удивлению же на кухне стояла разруха сильнее обычного, на его диване восседала толпа малолеток, а сынишка и вовсе куда-то подевался.
Завидев Тоджи на пороге комнаты все стихло, даже грохот музыки успокоил кто-то весьма сообразительный.
Тут грех было не замолкнуть — дверной проем заполнила туша кин под сто семьдесят, головой доходящая до перекладины и с интересом оглядывающаяся вокруг.
Отец Мегуми — старшая копия, побольше, потяжелее и на вид куда опаснее.
— Добрый вечер, господин Фушигуро. — Тут же, не упуская момента, поклонился ему забавный парнишка с ежиком на голове; еще вполне трезвый. — А мы тут…
— Веселитесь, — закончил за него Тоджи и прошел дальше, в глубь комнаты.
Знатная такая собралась компания для его трехкомнатной квартиры. Двое парней, трое девушек и запропастившийся куда-то хозяин праздника — Мегуми.
— Отец? — Легок на помине, — ты уже вернулся.
— Так разве здороваются с родным папой? — Усмехнулся мужчина и уселся на занятый до того диван — теперь подростки расступились перед ним, что волны перед скалой, прижавшись к подлокотникам ближе.
Однако ж уходить никто и не думал; по сути, никто их и не гнал.
— Иди-ка лучше и принеси что-нибудь, я голодный как стая собак. — Отмахнулся Фушигуро от парня, раскидывая руки на спинке мебели, — да, и не жалей для отца банки пива! У вас его тут, смотрю, достаточно.
— Господин Фушигуро, мы как раз собирались поиграть! Может и вы с нами? — Ежик-Юджи чуть-ли не прыгал на диване под одобрительный гул остальных.
Это было интересно. Сам старший Фушигуро был крайне интересен, каждого, кто близко знаком с Мегуми, этот мужчина трогал. Неприлично огромный, безумно холодный и, самое главное, непонятно, где работающий и работающий ли вообще, но отчего-то катающий свой зад на блестящей иномарке, ценой переваливающей за семь миллионов йен — самые любопытные уже все подсчитали и забили в поисковики. С таким не грех сыграть в бутылочку и, если сильно повезет, вскрыть пару заветных тайн.
— Мегуми! Где мой ужин? Я с вами энергию пока только трачу! — Проигонорировал мужчина и зазывающе затряс кистью, когда в проеме наконец появился сын с тарелкой лапши в руках.
Вот и еще одна загадка, почему такой человек, как Тоджи Фушигуро вообще позволяет себе питаться студенческими деликатесами — будь на его месте кто другой, не такой безучастный, даже не посмотрел бы в ту сторону.
— Играйте, малышня, дайте насладиться ужином на этом диване.
Пульт в большой ладони щелкнул и переключил канал, музыку сменил монотонный голос диктора новостей, помимо которого на всю комнату теперь гоготали парни и визжали девчонки.
Шесть человек чередовались по кругу, сидя на белом ковре и молча наблюдая за крутящимся горлышком бутылки;
Они были в восторге, сидели в напряжении скрестив пальцы и поджав ступни.
Первый круг. И, уже пришедшийся Тоджи по вкусу, Итадори собачонкой носится по комнате — парнишке не везло, третий, а затем и шестой круг тормозил у его колен, как у прокаженного.
Дальше было интереснее, дальше шла череда проигрышей женской половины. И Фушигуро старшего ой как удивило, что еще ни одна, отказавшаяся говорить правду, не расстегнула свой лифчик и не скинула его на середину ковра, «потерянное поколение» — буркнул мужчина себе под нос, наблюдая, как пританцовывает перед остальными следующая.
Он настолько заскучал, что позволил зеленым глазам пройтись по ним. На вид тонкие, а на мордашки вполне симпатичные. Три девки на троих парней, все сходится.
— Господин Фушигуро, — вдруг снова к нему воззвали, на этот раз одна из тех самых симпатичных мордашек с большими голубыми глазищами. — Мы заняли все ваше место в доме, вы не скучаете? Может.?
— Черт с вами.
И бутылка крутилась, крутилась, но на тушу, занявшую приличную часть круга, так и не попадала, зато охотно тормозила у острых девичьих коленок.
И так, с каждой новой опустошенной жестянкой, задания крепчали, а шаловливые молодые умы начинали являть миру все, что крутилось на языке; и вот уже первая футболка полетела в угол. Мужская правда, неохотно снятая и размерами вмещающая двоих. Почему-то раскрепощаться парни начали именно с Тоджи.
Голубые глаза прямо напротив расширились, а бровки поднялись домиком.
— Откуда у вас столько шрамов?
— Вот выпадет «правда» и я обязательно расскажу тебе на ушко, — щеки девушки порозовели, а пустой взгляд так и не оторвался от внушительного торса, но она согласно закивала, теперь с замиранием сердца наблюдая за горлышком всякий раз, когда оно в последнюю секунду меняло свою жертву.
— На сегодня хватит. — Когда стрелки дошли до двух ночи, оборвал веселье хозяин дома, уже потягиваясь и привелкая остальных хрустом в спине. — Детское время давно кончилось.
Расстроились все. Кто-то еще просто не наигрался, кого-то только-только охватил азарт, а кому-то так и не удалось выпытать из Фушигуро старшего хоть что-нибудь по-настоящему стоящее. Но печальнее всех осталась голубоглазая мордашка, что последняя поднималась с ковра, захватывая в руки пустую стекляшку.
Спустя всего пару минут в двенадцать рук гостинная приобрела наконец человеческий вид, а гости разбрелись по квартире, окупировав ванну, туалет, кухню и комнаты — устраиваясь на ночь поудобнее. Сам же Тоджи тем временем разложил диван, раскатал на нем белье и провозился до тех пор, пока во всей квартире наконец не погас свет, а «дети» не разошлись по своим местам.
Последней ванную комнату покидала та самая любопытная мордашка, на выходе напоровшаяся на твердый торс и от неожиданности даже отшатнувшаяся на пару шагов назад, прямо в стену.
— Извините, извините, — тут же зашептала она в темноту, потирая ушибленный о мужчину лоб, — доброй ночи вам, господин Фушигуро, — продолжала она бормотать и уже собиралась пройти стороной, как широкая пятерня вдруг приложилась к ее хрупкому плечу, разворачивая совершенно в противоположную от ее спального места, выделенного под боком Нобары, сторону.
— Ступай, детка, подожди меня в гостиной. — Вместе с тем Тоджи немедля скрылся за дверью ванной комнаты, полностью уверенный в том, что девчонка сделает совершенно так, как ей наказали.
И он оказался прав, когда возвращался к своему дивану, где на самом его краю умостилась ночная гостья, со всей ей присущей скромностью прижавшая острые коленки друг к другу, а ладони уложив на худые бедра.
Фушигуро ухмыльнулся. Наверное, единственным источником света во всей квартире оставалась его зажженная лампа в углу, на тумбочке. И теперь в этом полумраке он неторопливо ступал к дивану, проверяя девчонку на прочность.
— Про какой тебе рассказать на сон грядущий, — рокотом раздалось над ее ухом. — Покажи мне.
Тонкие пальцы сами потянулись к нависшему у лица плечу, на котором только-только подживал недавний рубец — пока еще самый заметный среди всех, не побледневший.
— Это задело осколком.
Мягкие подушечки вдруг прижались к шраму, потирая неровность.
— Больно?
— Нет, детка, уже не больно. — Теплый, почти отеческий поцелуй неожиданно коснулся девичьего виска. После чего мужчина шумно выдохнул ей в макушку и, опустившись на корточки, уложил свою взъерошенную голову ей на бёдра, являя взору исполосованную вдоль и поперек спину.
— Давай, малыш, потрогай меня, — тяжелое дыхание обдало жаром костлявый бок, и затихло.
Затягивать с просьбой гостья не стала, краснея до кончиков волос, уже перебирала ребристые узоры, покрывавшие мужчину, казалось, с головы до ног.
Спустя жалкие пару минут горячая сухая ладонь вдруг подлезла под тонкую ткань девичьей пижамы и уперлась в натянутый живот, толкая скорее лечь на диван.
Сам же Тоджи начал неумолимо расти над девушкой, широкой грудью заслоняя пространство комнаты, наваливаясь все ниже и ниже, пока ее совсем не придавило.
— Давай теперь я задам тебе вопрос. — Мокрый обжигающий язык нетерпеливо прошелся по краю женского ушка, — ты будешь вести себя тихо?
Девушка бездумно закивала, смотря куда-то в шею Фушигуро и не смея поднять глаз к его лицу.
— До чего послушна. — Отозвался мужчина, удивляясь, с каким же восхищением девчонка смотрит на него своими голубыми глазищами.
На секунду ему почудилось, будто не он сейчас растлевает ее неокрепшее сознание, будто она сама его гипнотизирует. Но только на секунду, если вглядеться получше, все же прекрасно видно, что эта мордашка ещё не до конца понимает, к чему это приведёт.
Длинные пальцы тем времнем уже расправились с пуговками на ночной рубашке и теперь во всю блуждали по нагому телу, считая выпирающие ребра, наминая теплый живот и без промедления поднимаясь выше к грудной клетке, часто вздымающейся кверху.
Та была совсем небольшая, но от того не менее манящая. Кругловатая, с затвердевшими вмиг бусинами она подставлялась на ласку, добротно покрываясь мурашками.
Девушка неожиданно вскрикнула, когда широкий белозубый рот вдруг опустился на уровень сердца и прикусил слишком уж чувствительный сосок, немедля затягивая его глубоко внутрь.
Ей с лихвой хватило, когда Фушигуро старший, что до этого искусно вылизывал ее шею, с той же невыносимой скоростью переключился на плечи.
О большем она пока и думать не успевала, в ответ непроизвольно сжимая покрепче свои бедра, но когда язык вместе с мужчиной переключился вдруг на уязвимую грудь, девушка напряглась.
Еще сильнее она напряглась, когда Тоджи вдруг резко начал опускаться вниз по животу, и тогда ее обуял настоящий страх.
Она схватилась за твердые плечи и потянула его обратно, всем своим видом показывая, что еще не готова, что уже расхотела и прямо сейчас не против спрыгнуть с дивана и рвануть на свое место рядом с Нобарой.
— Ну что такое? — Зашипел у пупка мужчина и хотел уже продвинуться ниже, как почувствовал, что в плечо ему упирались уже не пальцы, девчонка начала тормозить его ноготками.
— Я ещё ни разу... Еще ни…
Зеленые глаза вспыхнули в полутьме и уперлись в ее, блеющие что-то совсем невнятное, губы.
— Я же не тащил тебя сюда за уши.
Девушка не реагировала. На что Тоджи шумно выдохнул и перекатился с ее мелкой тушки, оказываясь на боку.
— Шуруй отсюда.
Дверь за ней тихо скрипнула и они остались совсем одни. Фушигуро и его эрекция.
