Часть 15. Преодолевая себя
14 октября 2024 г., 06:43
Примечания:
Всем доброго времени суток!
Готова новая глава, прошу прощение , что с задержкой, автор работает на двух работах.
Кто однажды не переборол в себе трусости, будет умирать от страха до конца своих дней.
Анджей Сапковский «Владычица озера»
Сентябрь 2005 г. Тяжёлое дыхание слышно было даже из коридора. Стоны боли и разочарования, но упорного труда практически всё время слышали врачи. Мария Горшенёва проходила реабилитацию уже несколько месяцев. Подвижность её нижних конечностей давала желать лучшего. Как бы не старалась девушка, как бы не утруждалась, но она делала маленькие, но всё же успехи. Она каждый день старалась радоваться своей жизни. Это было трудно, но она смогла. Она проходила не только физическую реабилитацию, но ещё и ментальную. Каждый день, проходя через боль, Маша понимала, для чего она это делает. Она хотела играть, путешествовать и танцевать с Евой. Ей хотелось выздороветь, чтобы научить её маленького ангела жить не так, как она жила, а по-другому, совсем иначе. Малышку привозили практически каждые два дня, чтобы девочка не забыла свою маму, а Маша, в свою очередь, снова и снова понимала, для чего живёт. Дни пребывания в центре заканчивались, а Маша не знала, что делать. Где остановиться после лечения. Её любимая съёмная квартира не подходила для теперешнего положения девушки, да и жизнь с ребёнком в ней была бы тяжела. Она просматривала в газетах объявления и вычёркивала каждый раз неподходящие варианты. В один из дней, когда все упражнения и процедуры были пройдены, она сидела на кровати в своей палате, всматриваясь в стены, которые можно назвать было домом. Телефонный звонок отрезвил её, это был единственный связующий элемент с внешним миром. — Алло, — Маша весело ответила звонившему, она рада была его слышать всегда. — Слышу, ты сегодня в хорошем настроении. — мужской голос на другом конце провода приветствовал её. — Как здоровье? — О, делаю успехи, спасибо, что интересуешься. Немного, но могу передвигаться без опоры. — Вот это да, — радостный голос в трубке заставил девушку покрыться мурашками. — А Ева сегодня сказала много новых слов. — Надеюсь, не матершинных? — звонко засмеялась девушка. — Она, конечно, много времени проводит с нами, но все стараются сдерживаться при ней в сквернословии. — Замечательно, не сомневалась в вас. — она просто хотела говорить с ним, просто слышать его. — Как дела с альбомом? — Отлично, вот не так давно нас с ребятами пригласили на радио давать интервью. Всё было сносно. — Миша опять много болтал? — захихикала девушка. — Ага, особенно про анархию. На самом деле, он очень много рассуждал о жизни и любви. — Это хорошо. Скажи, он как? Держится? — Пока да. Не знаю, что будет дальше. Оля молодец, спуску ему не даёт. — А ты как? Перестал пить? -Да мне не до этого, на самом деле. Работа над текстами, запись альбома, воспитание Евы не даёт расслабится. — Это правильно… — Хочешь, приеду? — мужчина сказал это с какой-то надеждой. — Хочу. Нам нужно решить, что подарить твоей маме на День рождения. - Отлично. Скоро буду. Она положила трубку в радостном предвкушении встречи. После того разговора на озере девушка поменяла свои принципы и взгляды на многие вещи. Если предлагают помощь, она не отказывается, старается делиться с друзьями многим. Самое главное, они с Андреем пытаются наладить отношения. Такие диалоги стали ежедневным ритуалом. Разговаривая по телефону, они будто бы были психологами друг для друга. Почему-то, не видя друг друга, находясь вдалеке, через такие диалоги они становились ближе. Позавтракав, девушка решила приодеться для встречи гостя. Она знала, что сегодня он приедет один, дочь находилась в гостях у бабушки. Девушка расчесала волосы, взглянула на себя в зеркало. Глаза были полны жизни. То, что она видела раньше в отражении, было совершенно противоположно тому, что видит сейчас: здоровый цвет лица, сияющие глаза, губы, растянутые в улыбке, и здоровый цвет кожи. Маша становилась новой версией себя, но ей казалось, что она просто взрослеет. В палату зашла медсестра, предупредив её о том, что к Маше прибыл гость. Она радостно подтвердила визит и ожидала встречи. В комнату, как вихрь, в своём излюбленном одеянии, джинсах, футболке на размер больше и кожанке, влетел пока ещё друг. — Да какой же красавец! — приветственно воскликнула девушка. — Ты тоже выглядишь восхитительно, — он подошёл и обнял её. Передал пакет с продуктами и огляделся вокруг. — Классно устроилась. — Спасибо. — ей было как-то неловко общаться вот так, будто ничего и не было, будто они никогда не ругались. — Как Ева? — О, прекрасно. Боюсь, как бы материться не начала. — он засмеялся, а Маша подхватила его веселье. — Она уже много говорит, скучает по тебе. — Как здорово, что вы поладили. Я очень рада. — Маша стала теребить покрывало на кровати. — Что маме будешь дарить? — Ты сама не идёшь на День рождение? — Как я пойду? — она показала на себя. — Не хочу портить настроение своим видом. Да и боюсь, что она меня ненавидит, после того как я тебе все нервы вытрепала. — У моей мамы есть чудесное свойство — не лезть в о мою личную жизнь. Я — мальчик взрослый, сам решаю, с кем жить, с кем спать. — он развёл руками. — Хотя нынешняя моя девушка ей совершенно не нравится. Девушка совершенно забыла, что у её любимого друга есть девушка. Тогда, на озере, они сошлись на том, что, пока не решат, что делать со своими отношениями, они будут свободны. Это печалило Машу, но они договорились, а договор — это единственный способ не сорваться. Она держится как может, из последних сил, чтобы не расплакаться, снова сдерживает слёзы, снова ждёт. Ему нужно время. Маша не стала показывать своих чувств, поэтому она отвернулась от него и решила перевести тему разговора на другой лад. — Ты можешь подарить маме путёвку куда-нибудь. — Я думал над этим, — он заметил поведение Маши и решил разбавить обстановку. — Слушай, а ну-ка продемонстрируй мне, как ты стала ходить. Девушка с удовольствием решила показать другу свои навыки. Она встала тихонько, опираясь на спинку кровати. Андрей решил, что когда Маша пойдёт, он обязательно будет идти рядом с ней, чтобы в случае чего подхватить. Делая небольшие шаги, Горшенева не обращала внимания на окружение. В этот момент молодой человек смотрел на неё с восхищением и гордостью. Ему было приятно видеть, что любимая подруга приходит в себя и начинает снова жить. Она дошла до дверей. Её конечности задрожали, и она попыталась развернуться, но не удержала равновесие и стала падать. Реакция Андрея не заставила себя долго ждать. Он подхватил её под руки и поставил на одно место, продолжая держать. Маша нашла опору о его руки и стала продвигаться дальше к кровати, кряхтя от усталости. Дойдя до точки назначения она села и, тяжело дыша, посмотрела на него: — Ну вот как-то так я уже могу. — Это отличный результат! — от радости он поцеловал её в щёку, — Ещё чуть-чуть и вообще сможешь бегать! Молодец! — Спасибо. — грустно вздохнула девушка. — А что такое? Что мы не радостные? — Мне всё-таки надо найти квартиру, чтобы жить. — Так, без каких-либо вопросов и отрицаний, ты будешь в моей квартире! Я всё сказал. — Андрюш, но ведь третий этаж, как я буду спускаться? — Нормально, заодно и расходишься. Ты же молодая, быстро восстановишься. А я буду заезжать и навещать вас. И она согласилась. Прошла неделя. Машу выписали, за ней заехали Миша и Оля. Они радостно рассказывали о том, как Саша Балунов на концерте чуть ли не разбил свою гитару в порыве страстной игры. Маша шла тихо, опираясь на руку брата. Она отказалась от инвалидного кресла, чтобы быстрее начать ходить. Каждую неделю ей нужно будет посещать центр реабилитации для осмотров. Миша остановился возле машины вместе с сестрой и вдохнул свежего воздуха. Он посмотрел на неё с нежностью и небывалой радостью. — Маш, я так рад, что ты пошла на поправку. — признался брат. — Мне тебя не хватало. — Мой дорогой, спасибо тебе за всё. Я тоже скучала. — она положила голову на его плечо. — Мы скоро в тур. Тяжко, конечно, это всё становится. Ой, как мы ругаемся. — разоткровенничался Миша. — Но от этого мы работаем ещё больше. — Миша, вам бы отдохнуть. Просто всем взять отпуск и выдохнуть. Разъехаться кто куда. Это самая лучшая разгрузка будет, а потом вы просто с новыми силами начнете снова. — Это отличный совет. Пожалуй, перед туром так и сделаем, — он чмокнул сестру в лоб и открыл перед ней дверь в машину, помог залезть в неё. Они ехали долго, но за разговорами время пролетело быстро. Маша была рада, что меняет обстановку с больничной на домашнюю. Прибыв в квартиру Андрея, Маша, стоя у дверей, тяжело задышала. Поток воспоминаний накинулся на неё. Она стала вспоминать каждую проведенную минуту в этом месте, где ей было очень хорошо, но откуда она сбежала. Стоя на пороге, девушка сомневалась, правильно ли она сделала, что согласилась на это. Миша донёс вещи и позвонил в двери. Он сказал, что все ребята из группы собрались в квартире, чтобы просто поприветствовать её. За дверью послышались шаги, и дверь открылась. На пороге стоял Андрей, ярко улыбаясь. — Ну наконец-то! Вы чего так долго? — он забрал у друга вещи Маши и поставил их на этажерку в коридоре. — Да болтали они много. — Оля показала на брата с сестрой. — Ладно, чего стоите, проходите. Маша, теперь это и твой дом тоже. — Мои вещи из той квартиры, их надо… — Оля и Аня позаботились и всё забрали. — Андрей успокоил подругу. — Идите, я пока отнесу вещи. Миша взял Машу под руку и мелкими шажками засеменил к залу. В помещении было шумно, поэтому друзья не сразу отразили то, что главная виновница торжества приехала. — А он мне говорит: «Ты чё, утырок, струны надо подбирать нормальные…» — рассказывал какую-то историю Ренигат. — Всем привет. — радостно сказала Маша, держась за руку брата. Все повернули головы и радостно запрыгали. Кто-то стал просто вставать с места и обнимать Машу. — Это что за королева! — Балу в своём репертуаре. — Ты невероятная! — Мне радостно, что Саша всегда поднимает самооценку. — захихикала Маша. — Привет, дорогой! Каждый подошёл и обнял её. Когда девушка призналась, что устала, её усадили в мягкое кресло. В комнату вошёл Андрей с дочерью на руках. — Ева, смотри, кто вернулся! — он показал рукой сонной дочери на Машу. — Это кто? Девочка сначала пыталась сфокусировать свой взгляд на объекте, заметив знакомое лицо, она тут же встрепенулась. — Мама! — радостно замахала руками и попросилась к ней на руки. Эта картина умилила всех находившихся в комнате людей. Андрей пересадил со своих рук дочь и выпрямился как струна, наблюдая за картиной воссоединения самых главных женщин его жизни. — Моя любовь! Моя жизнь! — Маша, взяв на руки дочь, стала расцеловывать её лицо. Она обнимала её крепко, что у девочки перехватывало дыхание. Да, её хоть и привозили в больницу, но много времени они не могли проводить вместе. — Ты хорошо кушаешь? — Папа даль мне малёзнку, и моё голо бобо. — девочка показала на горло. Маша строго посмотрела на Андрея, и тот в свою очередь хитро улыбнулся. — Ври, да не завирайся, принцесса. — он обратился к дочери. — Я дал тебе всего лишь откусить немного пломбира, а потом ты устроила истерику, что хочешь, целое и съела его, будто век не ела. — Вот как! — Маша захихикала. Но не стала никого ругать. Ведь Ева пошла характером именно в него. — В сотый раз убеждаюсь, что Маша родила точную копию Андрюхи, по внешности и характеру. — загоготал Миша. — Племяшка спуску не даёт. Андрей подошёл ближе к креслу, где сидели девочки, присел рядом, потрогал лоб дочери, чтобы понять, нет ли у неё температуры, он случайно опустил руку на плечо Маши. Она посмотрела на него так, будто он был всей её жизнью. От взгляда, прожигающего насквозь, у него самого поднялась температура. Молодой человек завис на несколько секунд, вглядываясь в зелёное озеро глаз. Аня заметила данное замешательство друзей и по-доброму улыбнулась. Она ждала очень много времени, когда же сможет погулять на их свадьбе. И, быть может, пребывание в этой квартире Маши поможет им сблизиться. Хотя девушка Андрея никуда не делась. У него зазвонил телефон, и он прервал настолько долгий, но нужный зрительный контакт. Вышел из комнаты и заговорил. Невольным слушателем его разговора стала Оля, которая несла закуски из кухни. — Алло? — раздраженно отвечал друг. — Ты где? — Оля ясно слышала на другом конце провода громкий голос девушки. — Я в Купчино, у себя на квартире. Говорил же. — Не говорил! Ты один или с друзьями? — С друзьями, Саш. Мы подругу встретили из больницы и устроили вечеринку, я тебе об этом тоже говорил. — Значит там есть женщины?! — уже практически на истерику перешла женщина. - Конечно, есть. У моих друзей есть жёны, они являются нашими подругами тоже! Перестань закатывать сцены ревности. Я не буду перед тобой отчитываться! — зло зашипел Андрей. — Да пошёл ты! Домой можешь не приходить! — И не планировал сегодня. — он громко захлопнул свою раскладушку и задышал гневно. Оля решила, что нужно успокоить друга и поговорить с ним. Она подошла к нему сбоку и заговорила. — Сколько может это продолжаться? — Оля ясно помнила, что после того, как он стал встречаться с этой девушкой, у него началась дикая агрессия ко всем, и Андрей стал ещё более психованным, чем был раньше. — Ты же вроде расстаться хотел с ней. — И хочу. Но не могу. — Почему? — Она сказала, что беременна. — выдохнул Андрей. — Ты уверен в этом? Может врет, чтобы удержать тебя. — Не знаю. Это может быть правдой. Но как это проверить, не знаю. Она не ходила ещё в больницу. — Маша же у нас доктор, хоть и неполноценный, но всё же, да и тем более мать сама была беременна, может, у неё попросить помощи? — Ты в своём уме? — Андрей резко повернул голову к подруге. — Стравливать бывшую и нынешнюю — это как запустить льва и тигра в одну клетку. То что Маша стала спокойнее и позитивнее, это не значит, что она не может впасть в отчаяние и начать отстаивать свои границы. — Но тем не менее, мы можем вывести твою эту на чистую воду. Ведь я тоже — мать. Пригласи её как-нибудь на тусовку, мы посмотрим. Он успокоился и пошел к друзьям, совершенно не показывая того, что ему вынесли мозги. Маша заметила неладное в его поведении, но не подала виду. Ева уже уснула на руках у матери. Андрей, заметив эту картину, решил помочь переложить ребенка в комнату. Он аккуратно взял ее на руки. Перенес в другую комнату и остался сидеть с ней, пока у девочки не будет спокойного сна. Маша в это время весело общалась с друзьями. Узнала много всего нового о жизни каждого, смеялась над шутками Балу и грустила, глядя на Аню. Ей было больно от того, что лучшая подруга страдает от глупой ошибки, совершенной несколько лет назад. В конце вечера все попрощались и решили, что Маша должна как следует отдохнуть. Друзья разошлись по домам, предварительно помогли убрать всё, что было на столе и на кухне. Маша решила посидеть еще немного в кресле и обдумать дальнейший план своих действий по поводу своего нового положения. Во-первых, ей хотелось усиленно заниматься восстановлением; во-вторых, она будет заниматься с дочерью: читать, играть, разговаривать; в-третьих, обязательно после восстановления вернётся на работу; в-четвёртых, помирится с родителями. Последнее она уже давно задумала сделать, но не понимала как. Скорее родители будут только рады её внезапному порыву к примирению, возможно, что они даже не отдают себе отчёт в том, что они поругались с Машей, но её смущал тот факт, что ни мама, ни папа за столько лет не пытались наладить с ней связь, будто бы её совершенно не существовало. Возможно, из-за чувства вины или стыда родители не могли решиться сами на этот шаг. Возможно, им этого и не нужно было. Никто из братьев ни разу не упоминал, чтобы родители спрашивали про дочь. Они тоже особо не заикались про неё и её жизнь. Наблюдая и слыша от друзей про их отношения с родителями, Горшенёвой становилось печально. Она не хотела повторять таких ошибок со своим ребёнком. Ей никто не объяснял, как надо управляться с детьми, очень не хватало поддержки мамы. Всё это пришлось переживать одной, только благодаря друзьям она не свихнулась. Маша прошла через ад: суды, маленький ребёнок на руках, без поддержки родителей, практически в одиночестве, друзья были в тот момент в туре, с испорченной психикой и неполноценным здоровьем. Круговорот воспоминаний и мыслей захлестнул девушку с головой, что она не заметила появления в зале хозяина квартиры. — История повторяется… — мягкий баритон заставил девушку вынырнуть из своих сумбурных мыслей. — Что? — Маша вздрогнула от неожиданности, она думала, что находится в квартире только с дочерью. — Говорю, что история повторяется. Снова с тобой случилась тяжёлая ситуация, снова ты здесь, в моей квартире. — Да, но сейчас не собираюсь никуда убегать. — она показала на ноги. — Да и не могу пока. Он прошёл к своему письменному столу, где раньше творился хаос, а сейчас был полный порядок. — Хочу купить компьютер сюда. Пора тексты все перекинуть на дискету. — рассуждал молодой человек. — Это выгодная покупка. — согласилась Маша. — Ты не против, если я сегодня здесь переночую? — Нет, конечно. Это твоя квартира, ты можешь делать здесь всё что угодно, приходить, когда удобно. — Ответь мне на вопрос: со мной тяжело? — Ты серьёзно? — Маша нервно засмеялась. — Да, Андрей, с тобой тяжело. Как и со мной, как со всеми вокруг. У каждого свой характер, свои загоны, своя жесть. Но если ты идеален, разве это не скука? Она не стала спрашивать его про то, почему он посреди ночи спрашивает, довольно, глупые вопросы. Ей даже было всё равно, по какой причине он остался, главное, что она не одна. — Мне кажется, что я впадаю в депрессию. — честно признался Андрей. — Почему ты так думаешь? — спокойно спросила девушка. — Состояние какое-то у меня невменяемое, когда меня что-то тревожит, начинаю кидаться словесно на близких, когда у меня что-то не получается — психую. Это ненормально. — Или есть вероятность того, что тебя кто-то доводит до этого состояния? — Всё разом накопилось. — вздохнул мужчина. — Поделись со мной, что тебя беспокоит? — она искренне сопереживала и хотела помочь ему. — Ну понимаешь, — он остановился, потому что понимал, если заведёт тему отношений со своей девушкой, то сделает Маше очень больно, но, с другой стороны, он собирался расстаться с Сашей и начать всё с чистого листа с ней. — Сложности в личной жизни и в отношениях с группой. Девушка выносит мозг по каждому поводу, а с группой случаются моменты, когда мы не сходимся творческими взглядами. От этого у меня опускаются руки, и я не могу ничего написать, из-за чего ребята злятся. Это какой-то замкнутый круг. Маша слушала его внимательно, не показывая никаких своих эмоций. Она знала, что если проявит хоть какую-то неправильную эмоцию, он закроется и перестанет делиться с ней своими переживаниями, а девушка этого не хотела. — Понимаю тебя. Я жила в таком состоянии на протяжении шести лет. Даже назначенные нейролептики не всегда помогали мне справиться. Но единственное, что помогло не сдаться, — это то, что я знала, что кому-то я нужна, что не одинока. И ты нужен, ты нужен группе, нужен Еве, родителям и мне. Ты можешь забыться в алкоголе, а можешь в творчестве. Лучше, конечно, второе. Но, дорогой мой, нет безвыходных ситуаций. Ты устал, по тебе это видно. Все вы устали. Пора сменить обстановку, съездить куда-нибудь, развеяться. Ты ведь так давно нигде не был, помимо туров, конечно, съезди на море, отдохни. — Ты права. Я устал. Слушай, а может, правда, махнуть куда-нибудь, на те же курорты Краснодарского края. — Это тебе решать, но это отличная идея. — Маша начала вставать с кресла, тихонечко и пошла в сторону спальни. — Маш, спасибо. — он выдохнул и зевнул. — Спокойной ночи. — Спокойной ночи. — практически безразлично ответила девушка, ей хотелось как можно скорее провалиться в сон. Ноябрь 2005 г. Брюнетка сидела на диване и читала увлекательный роман. Она присела отдохнуть после целого дня, проведённого с дочерью. Налила чай и потягивала его, зачитываясь строчками из книги. Она уже ходит и очень хорошо. Реабилитация шла долго, но дала свои результаты. Да, девушка чуть-чуть прихрамывает, не может бегать, но ходит довольно быстро. Доктора её хвалили за рвение к выздоровлению и за старания. После последней вечеринки девушка не виделась с друзьями. Она грустила из-за этого, но понимала, что идёт мощная работа над записью нового альбома, параллельно выпуская ещё два. Да, именно два, ведь в этом году группа «Король и Шут» решили выпустить два сольника: Мишин «Я алкоголик анархист» и Андрея «Любовь негодяя». Когда Маша говорила, чтобы ребята разделились, она не имела в виду в творчестве, а в отдыхе, но фронтмены решили, что этот способ тоже поможет им привести в порядок отношения. В конце сентября ребята уехали в тур по Дальнему Востоку, поэтому Маша все два месяца в одиночестве проводила свои тренировки и восстановления. Еву часто забирала мама Андрея, которая помогала Маше по хозяйству в доме и с реабилитацией, сопровождая её на приёмы, либо тётя Катя, что с радостью нянчилась с принцессой. В этот вечер Надежда должна была приехать снова, чтобы забрать внучку, так как Маша выходила на свою прежнюю работу, где её встретили с распростертыми объятиями. Услышав звонок в дверь, девушка улыбнулась, встала и тихонько пошла к двери, чтобы открыть званому гостю. Она повернула замок в двери, но неожиданно резко дверь распахнулась с силой, и в квартиру влетела женщина, совершенно не знакомая Маше. Девушка в испуге и шоке подлетела к двери маленькой комнаты, где спала дочь, чтобы, если неадекватное поведение женщины перерастает в агрессию, она могла защитить Еву. — Где он? — обходя каждую комнату, высокая брюнетка с кудрявыми волосами, с острым носом, красивыми карими глазами, в кожаной куртке и берцах осматривала комнаты. — Кто вы? — строго спросила Маша. — Тебя не должно ебать. — девушка резко повернула голову в сторону оппонентки. Они уставились друг на друга, разглядывая. Обе девушки были похожи, отличался только рост и цвет глаз, в остальном один в один. Маша тут же поняла, кто это может быть. — Если вы про хозяина квартиры, то его здесь нет, они же в туре с группой. — Ты вообще кто? — шипит, как змея, девушка. — Маша, — протягивает руку Горшенёва для рукопожатия, она хотела успокоить гостью. — Горшенёва. — Сестра Миши? — сощурив глаза, девушка просканировала обитательницу квартиры с ног до головы. Маша кивнула утвердительно. — И давно ты тут живёшь? — С сентября. — Ах, вот к кому он всё время шляется сюда. — девушка стала надвигаться на Машу. Она смотрела на неё совершенно диким взглядом. — Конечно, здесь он тебя и спрятал. Ничего лучше не придумал, как держать любовницу в старой квартире. — Во-первых, я его подруга. Во-вторых, прошу сбавить тон, вы не у себя в квартире. — И ты тоже! — Да, но мне разрешили здесь жить, пока моё здоровье не поправится. — для чего-то оправдывалась Маша. Она сама не понимала, почему ведёт себя как загнанная овечка, когда раньше была волчицей. Девушка Андрея заметила, как Маша старается оградить от неё дверь в спальню. Она резко оттолкнула Горшенёву и влетела туда, замерев у кровати. Маша вбежала в комнату в дикой панике, думая, что может сделать сумасшедшая. Но та просто стояла и в упор смотрела на спящую девочку. Развернулась и вышла из комнаты, а потом и из квартиры. Маша, дрожа, на ватных ногах пошла в коридор, чтобы быстро закрыть дверь. Она не понимала, что происходит, осела на пол и зарыдала. Ей было страшно за жизнь дочери, не за свою. Сдвинув руку, девушка случайно нащупала бумажку, которую, очевидно, выронила гостья. Она решила её прочитать, хоть это и плохо. Развернув её, девушка нахмурилась, вчитываясь в знакомые медицинские термины. В справке было написано: » Освобождена от тяжёлого труда на три дня в связи с диагнозом: искусственный медицинский аборт. » У Маши пробежали мурашки по коже. В порыве истерики и страха за будущее, мало ли что могла сделать данная особа, особенно после травмирующего опыта, она набрала номер. Гудки набатом били по мозгу. Девушка сдерживала слёзы. Трубку наконец-то подняли. — Аллё? — зевающий голос на другом конце трубки приветствовал её. Девушка не могла ничего сказать, а лишь захлебывалась слезами. — Маша? — Да. — Что случилось? — девушка на другом конце трубки была насторожена и встревожена. — Оль, — жена Миши была дома, в тур не поехала, потому что работа и дом не оставляли другого выбора. — Могу я приехать к тебе с Евой? Мне страшно. — Конечно! — без каких-либо вопросов Оля тут же вскрикнула. — Нет, ты лучше жди меня, сама сейчас приеду на машине, чтобы вы не тащились вечером одни. Маша успокоилась, потихоньку собирая в сумку вещи дочери и свои. Она почему-то предчувствовала, что после сцены ревности, что устроила незваная гостья, может что-то произойти, что-то нехорошее. Поэтому Горшенёва, перестраховавшись, ушла из квартиры вместе с ребёнком. Может быть, её настигла паранойя, может быть, как в прошлый раз, она сходит с ума в этой квартире, но предчувствие и интуиция ей кричали бежать. Сама того не отражая, зачем-то девушка забрала ещё и папки с рукописями и песнями хозяина квартиры. Как умалишенная бегала по квартире и собирала вещи. Оля постучала в дверь. Маша вздрогнула и решила тихо подойти к ней. Посмотрела в глазок и выдохнула, отворив дверь. Подруга заметила, как та на полном нервяке металась по квартире. Она не стала здесь спрашивать, что случилось, а лишь помогла спустить вещи. Еву спящую, но одетую во всё уличное, положили на заднее сидение. Маша закрыла квартиру, пока Оля находилась внизу с племянницей. Когда девушка спускалась по лестнице, к ней из-за спины подошли и ударили по голове. Маша очнулась в чужой квартире. От головной боли она не понимала, где находится и что происходит. Её глаза заболели от яркого света. В комнату вошла знакомая фигура. — О, как же ты напугала меня. — Оля обняла подругу. — Где Ева? — в панике осматривалась Маша. — Она в комнате Насти, спит. — успокоила её блондинка. — Как ты меня сюда привезла? — Ты долго не выходила из подъезда, я подумала, что ты из-за своей травмы в спешке могла упасть. Поэтому, чтобы не оставлять Еву одну, решила, что нужно позвать на помощь, чтобы за ней приглядывали. Позвонила тёте Наде, и она пришла, она и так хотела, но задержалась. Я вывела тебя из парадной, а она смотрела за Евой. Не говоря ни слова, мы просто сели в машину и доехали до нас. Она, кстати, тоже спит в Настиной комнате. Ты как так упала? — Я не упала. — и девушка рассказала события сегодняшнего вечера. Она рассказала во всех подробностях, обо всех особенностях поведения гостьи. — Вот же сука! — возмущенно хлопнула по коленкам блондинка. — Я Князева уничтожу! — Он тут причём? — махнула девушка рукой. — Притом что я ему ещё в начале этих отношений говорила, что она ненормальная! По ней же видно. — Пока ничего не говори никому, завтра схожу на МРТ, проверю, нет ли кровоизлияния от удара. — Хорошо. Спокойной ночи. На следующее утро, когда вся квартира Горшенёвых кипела жизнью, одна из представительниц еле встала с кровати. Острая головная боль и тошнота насторожили её. Она боялась, что опухоль, которая перестала расти и быть активной, могла лопнуть. Поэтому быстро сходила в ванную, оделась и пошла на кухню попить воды. На кухне двое женщин обсуждали вчерашний вечер, а две девочки — старшая и младшая — играли в куклы в зале. — Доброе утро. — сонно проговорила Маша. — Доброе, как ты? — тут же уточнила Надежда. — Спасибо, сносно. — призналась девушка. — Адски болит голова. Хочу на МРТ сходить. — Я тебя отвезу, — Оля встала из-за стола и стала пробираться к коридору. Она пошла в свою спальню, чтобы переодеться в уличные вещи. Маша в это время выпила воды, но таблетку не стала принимать, чтобы результаты были точными. — Я девушка-катастрофа, да? — спросила у женщины Маша. — Нет, ты просто всегда оказываешься не в том месте и не в то время. — Надежда пожала плечами. — Серёжа вернулся с вахты, сказала ему, что буду сегодня. — Сергей Иванович, наверное, негодует, почему он, вернувшись с вахты, не обнаружил жену дома. — Всё в порядке, я ему объяснила всё. — она встала и подошла к девушке, глядя ей прямо в глаза. — Маша, знай, что если вы с Андреем когда-нибудь всё-таки поженитесь, я буду очень рада. — Спасибо, — девушка смутилась и опустила глаза, — Но зачем вам такая во всём больная невестка? — Здоровье можно поправить, а вот правильного человека найти сложно. Спасибо, что вернула его к жизни, Маш. — Надежда будто выплёскивала слова, которые она хотела давно сказать. Горшенёва же не поняла последних, задумалась. Из раздумий её вытянула одевшаяся Оля, которая готова была ехать. Девушки добрались до больницы довольно быстро. Маша прошла обследование. Результаты объявят по телефону. Если что, ей придётся лечь на госпитализацию. Было решено, что пока группа не вернётся из тура Ева и Маша живут в квартире Миши и Оли. Девушки ходили на работу, потом вечерами болтали. Голова у Маши раскалывалась с каждым днём всё сильнее и сильнее. Но она делала вид, что всё хорошо. В один из вечеров ребята вернулись из тура. Оля предупредила Мишу, что Маша в гостях, но не сказала сколько по времени она тут находится. Миша решил, что будет правильным сразу поехать домой, а Андрей поехал к себе на новую квартиру. Горшенёв, открыв дверь квартиры, услышал звонкий смех двух девушек и детские разговоры в зале. Он улыбнулся и повысил голос. — Это что за девчачье царство? Кто меня будет встречать? — из зала выбежала Настя, а за ней, перебирая ножками, Ева. — Миша! — Настя обняла отчима. Она скучала по нему, по его шуткам и рассуждениям, по его подаркам и отличному отношению к ней. — Тятя! — вторая девочка повторила за старшей и тоже протянула для объятий руки. — О, Бог ты мой, дорогая племянница, какая ты большая! — она действительно показалась ему большой. — Где же мамы ваши? — Мы тут, — Оля прошла к своему любимому мужчине, обняла его и впилась в губы долгим поцелуем. — Я скучала, любовь моя. Маша, глядя на эту картину, даже немного взгрустнула от понимания того, что у неё этого нет. Но она тоже подошла к брату и крепко обняла его. Он был до безумия рад видеть своих девочек и поэтому, сняв верхнюю одежду, помыл руки и прошёл на кухню. Он, как всегда, эмоционально рассказывал про тур и оказии, что случались в нём, о смешных и не очень моментах. Телефон его зазвонил, и тот, ворча, что его прервали, достал его. Увидев знакомый номер, он закатил глаза. — Да, Андрюха? Чего —то забыл? — Маша у вас? — резкий вопрос заставил Мишу напрячься. — Да. — подтвердил друг. — Скоро буду! — и бросил трубку. — Оля, готовь ещё одну постель, Андрюха едет. — убирая телефон, Горшок принялся уплетать домашний ужин. Девушки переглянулись. Оля взяла за руку Машу, шепнув ей, что они расскажут сразу обоим. Через час замученный дорогой, а также бессонной ночью, Андрей стоял на пороге дома друга. Когда вошёл в квартиру и после долгих приветствий вместе с Мишей сел за стол, он сверлил взглядом Машу. — Чего тебе? — резко ответила девушка. — Привет! — саркастично сказал блондин. — Привет. — Маша заёрзала на стуле. — Ты давно здесь? — Как две недели. — Почему? — О, это увлекательная история, Князев. Маша с нетерпением стала рассказывать брату и другу всё, что произошло, она постепенно выходила из себя. А самое главное: потом меня ударили по голове в подъезде! Минутная тишина. Миша перестал жевать, а Андрей застыл в удивлении и ужасе. Он понял, почему повторилась история с побегом из квартиры в Купчино, но на этот раз была совсем другая причина. — Маш, извини. — он почему-то извинялся за другого человека. — Сначала утихомирь своих барышень, а потом уже приходи к дочери. Они могут отследить. — обиженно скрестила руки на груди девушка. — Я думала, что буду жить спокойно, но нет, спасибо сумасшедшей суке, что испортила мне все планы. Андрей резко встал из-за стола и выскочил из квартиры. Маша смотрела ему вслед с грустью и злостью одновременно. Она не понимала, почему он снова убегает, почему снова ничего не объясняет, почему снова остается куча вопросов. Конечно, девушка поступала много раз так же, но теперь всё по-другому. Миша и Оля вместе с дочерью на следующий день решили съездить на неделю на турбазу. Никто из них не выгонял Машу, но девушке всё равно было неловко. Она старалась делать всё по дому, помогать хозяйке. Но волнение и какое-то беспокойство внутреннее постоянно подводили Машу, из-за чего она не могла нормально ничего делать. Андрей не объявлялся уже два дня. Он никому не звонил, не писал. Миша предположил, что он просто отдыхает от всех, вот и залег на дно, Оля же предположила, что тот ушёл в запой, но Маша чувствовала, что всё ерунда и тут что-то другое. Она понимала, что он просто так бы не исчез, просто потому что любил дочь. Прошло всего два дня, но для Горшенёвой будто месяц. Бесполезные гудки. Они тревожили всё нутро Маши. Она не находила себе места. Оля заметила замешательство и нервозность подруги. Девушки пригласили Аню Цвиркунову в помощь, чтобы поднять настроение и просто повидаться, а также помочь собраться Оле в поездку. Рыжая не заставила себя долго ждать. Она приехала с бутылкой вина и виноградом. Радостная и взволнованная подруга решила сообщить новость подругам. Они сидели за столом, весело беседуя. Маша ерзала от дискомфорта на стуле, но не показывала своего волнения. — Девочки, у меня новость: мы решились на ЭКО! — она радостно запрыгала на месте. — О Боже! Поздравляю! — Оля завизжала от радости. Маша тоже поднялась со стула и обняла крепко подругу. Она была безмерно счастлива за нее. — Это отличное решение! — подбодрила Горшенёва. — Наконец-то ты будешь счастлива! — Спасибо! — она подняла бокал вина, последний перед тем, как будет проходить терапию. У Маши раскалывалась голова. Она не могла нормально ни спать, ни говорить. Врач сообщил девушке о сотрясении мозга, а также назначил необходимые лекарства. Она принимала их, но они не помогали. Девушка вздохнула и решила, что пойдёт спать. Оля тоже хотела сделать объявление. Она посмотрела на подруг загадочно и дерзко. — Маш, погоди со сном. У меня тоже для вас новость: я скоро стану Горшенёвой! — Да, ладно! — произнесла Аня. Одновременно с ней Маша, закатив глаза, искренне радуясь, сквозь боль произнесла. — Ну наконец-то! А то не дождёшься вас! Маша посидела ещё немного с девушками и всё же из-за плохого самочувствия пошла спать. Непонятные и страшные сны снились ей. Она ворочалась очень долго и не могла толком уснуть. На душе становилось жутко. Внезапный телефонный звонок вывел её из беспокойного морока. Девушка подняла трубку и лишь услышала тяжелые вздохи. Сначала не поняла, кто это был, но потом, разлепив глаза и сфокусировав взгляд, девушка взглянула на экран телефона, заметила знакомый номер. — Андрей? — она приподнялась на одной руке, держа другой телефон, — Ты где? Он не издавал звуков, лишь тяжело дышал. Маша забеспокоилась и уже встала с кровати. Тревога захватила её душу, и девушка не могла спокойно что-либо делать. — С тобой всё в порядке? — обеспокоенно спросила девушка. — Помоги… — хриплый голос донёсся до её ушей и огромным лезвием прошёлся по сердцу. Маша замерла лишь на несколько секунд, затем очнулась и стала судорожно собираться. — Андрей, ты где? — она не заметила, что говорила слишком громко и разбудила подруг. Сначала в комнату вбежала Аня, которая осталась ночевать у Гошенёвых из-за позднего времени. Она заметила обеспокоенную брюнетку, что трясущимися руками еле держала телефон в руках. Девушка не стала задавать вопросы, лишь встала рядом. — Я тебя не слышу? Ты где? — Маша уже чуть ли не в истерике стала умолять абонента на трубке ответить. — В квартире, в центре. — еле проговорил молодой человек. — Сейчас буду. Аня видела истеричное поведение подруги, решив, что ей нужна помощь, она решила собраться и отвезти её куда надо. Олю беспокоить не стала, та и так много им помогала. Маша уже надевала обувь, когда Аня вырулила из-за угла, застёгивая джинсы. Зелёные глаза уставились на неё в непонимании. — Что? — Аня взяла куртку и натянула на себя. — Я отвезу тебя. — Спасибо. — Маше не хотелось спорить, ей лишь хотелось оказаться побыстрее на месте. Девушки ехали молча. Пока Аня не спросила, что стряслось. Маша рассказала всё в подробностях: про девушку Андрея, что ворвалась в квартиру в один из вечеров, что после тура, узнав об этом, молодой человек сорвался с места и уехал куда-то, не выходя в дальнейшем на связь. — Я пойду с тобой. — утвердительно сказала подруга. — Возьму ещё аптечку из машины на всякий случай. — Думаешь, что-то серьёзное? — встревоженно уточнила Маша. — Ну, судя по твоему рассказу, Саша эта не так проста, видимо, связи есть, скорее всего. Да и могла просто отомстить ему за то, что обнаружила другую семью в его квартире. — Да, ты права. Но она нас не тронула. — Вы-то тут причём? Это он был нечестен с ней. Хотя, насколько я помню, он рассказывал ей, что у него есть ребёнок. — Аня задумалась, она слышала во время тура разговоры парней, которые иногда обсуждали своих женщин и вообще остальных друзей. В один из вечеров Андрей сказал ребятам о том, что нынешняя его девушка знает о дочери, что очень хочет познакомиться с ней. Подъехав к дому, адрес которого знала только Аня, так как исполняла роль менеджера группы и очень часто вызывала для участников такси, когда они отправлялись в туры, на вокзал или в аэропорт, Маша в нетерпении выскочила чуть ли не на полном шагу. Аня остановила её, убедив в том, что им нужно подготовиться. Девушки взяли аптечку и двинулись в сторону подъезда. Подходили девушки к квартире с особой осторожностью. Маша даже не пыталась разглядеть парадную, ей было не до этого. Аня, подойдя к двери, приложила к губам палец, говоря о том, что нужно вести себя тихо. Дверь оказалась открыта. Девушки осторожно ступали по полу, стараясь не шуметь. Им казалось, что из-за угла может кто-то выскочить и напасть на них. Аня рассказала до этого в машине Маше о том, что Саша была дочерью какого-то криминального авторитета. От этого и было страшно. — Давай разделимся, — прошептала Цвиркунова. — Если что, кричи. — Хорошо. — вздохнула Маша. Горшенёва пошла в неизвестную ей комнату. Она шла как в тумане, но что-то вело её именно туда. Она шагнула в открытую дверь и наступила на стекло. Огляделась вокруг. В сумраке комнаты она ничего не могла увидеть, но шагала вперёд, приглядываясь в силуэты комнаты. Девушка прошла ещё несколько сантиметров и наткнулась на препятствие. Кто-то издал сдавленный стон. Маша с ужасом опустилась на пол на четвереньки, достала телефон, раскрыла его и начала светить. В тусклом свете гаджета брюнетка увидела еле дышащее тело. Она нашла лицо неизвестного, застыла от ужаса и упала на руки. — Аня! — сдавленный и хриплый крик девушки резанул по ушам подруги. Найдя источник шума, она приблизилась. — Включи свет! Аня нащупала выключатель, и комната озарилась не самым ярким светом. Но это дало рассмотреть девушкам картину ярче. Они находились посреди огромной комнаты, в которой была разбита какая-то посуда, раскиданы вещи, а главное — следы крови. Маша оглядела человека, на которого наткнулась. Она поняла, что его избили и очень сильно. Мужчина держал руку на левом боку, слабо прижимая кровоточащую рану. Аня подлетела с аптечкой к друзьям. Недолго думая, Маша стала обрабатывать рану из того, что попадалось под руку, а Аня ей ассистировала. Всё проходило в полном молчании. Несостоявшийся врач взяла надела хирургические перчатки и маску. Аня подала салфетки стерильные для остановки капиллярного и венозного кровотечения с фурагином, что помогло обеззаразить рану. Далее Мария взяла огромный атравматическую повязку МАГ для перевязки грязных ран и приложила к ране, а далее девушки перевязали всё стерильным бинтом и заклеили для того, чтобы бинт не спал лейкопластырем. В то время как Маша снимала с себя перчатки и маску, Аня уже звонила в скорую. Пациент приоткрыл глаза и сухими губами произнёс. — Пить. — хрипло, надрывно. Маша старалась держаться уверенно и смело. Она понимала, что сейчас её истерика и слёзы сделают только хуже. — Пока нельзя. Но губы смочим. — Маша всегда брала с собой бутылку с водой, и этот раз был не исключением, она взяла бинт из аптечки и промокнула его. Сначала поднесла к губам молодого человека и смочила их, а потом и протёрла всё лицо. Дрожащими руками она протирала каждую ссадину на его лице. — Как долго ты в таком состоянии? — Я не знаю. — Скоро приедет скорая, Андрюха, держись. Я позвонила ещё ребятам, они тоже должны будут подъехать. — Эта сука… — Маша поумерила свой пыл и решила, что не время показывать свои эмоции. — Это сделала? — Её друзья. — ответил Андрей. Аня решила оставить друзей наедине, пошла проветриться и встретить других членов группы. Маша в это время смотрела в одну точку, пока на её колено не легла рука. Он цеплялся за неё как за последнюю надежду. Она вздрогнула и перевела застилающий слезами взгляд на его лицо, взяла за руку и прислонила её к губам. Андрей еле улыбнулся и из последних сил стал говорить. — Пока я был без сознания… — Прошу, не говори, силы потеряешь. — перебила его девушка. — Пока я был без сознания, передо мной пролетела вся жизнь. — он рассуждал так, будто умирал. — Я видел образы всех своих героев песен, всех друзей. Я был в своих же мирах, думал, что всё: умер. Но потом, дошёл до зелёного озера и сразу вспомнил твои глаза. Они такие же. Это озеро было местом силы и жизни для меня. Потом очнулся и позвонил тебе. Сумбурный рассказ молодого человека Машу не удивил, ведь она тоже видела ужасные сны. Ей было лишь жаль, что она не удержала его тогда, после тура, что рассказала это. Она винила себя. — Перестань винить себя. — он будто прочитал её мысли. — Я защищал свою семью. А они защищали свою подругу. Мы квиты. — Ты меня расстраиваешь, Князев. — девушка всхлипнула. — Почему мы вечно ввязываемся в какие-то передряги? — Сам…не понимаю… Судьба? — Да, судьба. Когда я увидела тебя в луже крови, чуть рядом не легла и не откинулась. Ты только обижаешь меня, делаешь больно, но, видимо, я мазохистка, раз всё равно не могу отпустить тебя, всё равно люблю. — Я тебя то… — и он отключился. В это время в квартиру ворвались, как ураган, сотрудники скорой помощи и милиции. Маша сидела в забытьи, не понимая ни малейшего понятия, что происходит. Ей на плечи опустились руки, плавно поглаживая поверх одежды кожу. Она почувствовала знакомый запах ванили и успокоилась. Подруга гладила её и приговаривала слова успокоения. — Машут, всё будет хорошо. — она тихо шептала на ухо слова поддержки. Брюнетка встала резко с пола и попятилась назад, руки в засохшей крови задрожали, а на глазах слёзы. Она выбежала из квартиры и помчалась по ночному городу в сторону ближайшего моста. Врезавшись в перила, она вдохнула воздуха и резко закашляла. Подступающая истерика начала плавно выплескиваться наружу. Она села на мокрый холодный асфальт, дрожа от холода. Девушка поняла, что больше так не может. Она чуть его не потеряла в прямом смысле, поэтому решила, что когда с ним будет всё в порядке, поговорит с ним, не скрывая чувств, либо она закроет эту страницу истории раз и навсегда, либо продолжит её писать, но уже не одна. Ноябрь 2005 г. Хлопоты приносили всегда Маше какое-то успокоение, а особенно приятные. Она крутилась возле невесты, поправляя подол платья. Улыбка не сходила с её лица. Оля же решила, чтобы не волноваться ещё больше, она должна поговорить. — Маш, а Андрей будет? — Олю передёрнуо от поступающего через приоткрытую форточку ветра. — Наверное, да. — она увлеченно теребила кромку платья. — Ты же так много времени с ним проводила, тебе доктор не сказал, когда его выписывают? — Его уже выписали, он сейчас у своих родителей. Поначалу рана кровила, хоть и были наложены швы. Я приходила каждый день, проверяла. Он очень был благодарен, а смотрел такими глазами, что у меня мурашки по коже бежали… — Как? Как смотрел? — Оля смотрела от волнения в одну точку, но внимательно слушала подругу. — Ну…с благодарностью. — Маша хмыкнула. — Нежностью. — Ты дашь ему шанс? — Конечно, я давно готова. — призналась брюнетка. — И убедилась в этом, когда ходила к нему в больницу. — Маша в течение месяца ходила к Андрею в больницу, просто потому что хотела. Она приходила одна либо с Евой. Когда каждый раз видела его искреннюю улыбку, она таяла. Он просил её принести тетрадь, в которой отпечатывались его фантастические сказки. Каждый раз, наблюдая за ним работающим, Маша была счастлива. — Я обязательно поговорю с ним сегодня. Оля специально отвлекалась от волнительного действа разговорами. Маша прекрасно понимала и не осуждала её за это. Волнение накрывало и Горшенёву. Первая свадьба брата была самой настоящей попойкой, здесь же всё по-другому, да и женщина другая. Не страшно отдавать в руки брата ей. Самое волнительное в данном мероприятии было то, что на свадьбе будут и родители. Маша давно хотела с ними примириться, но не в той атмосфере, что творилась сейчас. Скорее всего, что они даже не подойдут друг к другу сегодня, возможно, даже не взглянут. Но девушка готова была даже отбиваться от упрёков и осуждающих взглядов родни. Есть за что. На свадьбе планировалось не так много человек. Только близкие и родные. Группа входила в их число. Миша сказал, что парни — это его братья, а потом ещё шепнул что-то про Андрея. Маша сделала последнее движение пальцами, и нежная ткань платья расправилась. Аня забежала в последний момент. Она ездила в квартиру Горшенёвых забрать туфли невесты, которые она забыла. Заодно Оля попросила проверить паспорта. Все они были у Миши. Оля дрожала от волнения. Она выходила не первый раз замуж, но надеялась, что это будет последний брак. От того и было волнительно. Какой бы её будущий муж ни был сложный человек, но он искренне любил её, а она его. В жизни бы не отказалась от него. Блондинка прекрасно понимала свою будущую родственницу в плане огромной привязки и чувств к мужчине. Да, у них разные истории, да, они по-разному строят отношения, одна по-взрослому, другая, в силу своей неопытности и характера, по-детски, но они обе любят сложных, но самых лучших мужчин. — Оля, я принесла туфли! — Аня забежала в комнату, задыхаясь. Она выглядела роскошно. Её внешний вид не испортил ни бег, ни ветер. Рыжая шевелюра аккуратно спускалась по плечам, а изумрудное платье подчеркивало красивую фигуру. Если бы Аня не выбрала в своё время Якова, то она была бы популярна среди мужчин. Восхитительный вид Цвиркуновой полностью омрачился грустными глазами. Девушка до сих пор корила себя за поступки, совершенные несколько лет назад. Каждая из девушек в этой комнате так или иначе совершила ошибку. Одни ошибки можно исправить, а вот другие имеют последствия. — Восхитительно выглядишь, Оленька! — Ань, ты не видела, гости прибыли? — Маша уложила выбившиеся волосы в причёску. Она тоже была в изумрудном платье на тонких бретельках. Они решили одеться одинаково, показывая тем самым, что они подружки невесты. Этот день стал особенным для всех. Поэтому Оля подошла к нему очень серьёзно. Она не могла расслабиться ни на минуту. Подругам это передалось. Всеобщая нервозность заполонила комнату. Девушки взглянули друг на друга и взялись за руки. — Ну вот и всё. Через несколько часов я буду носить такую же фамилию, что и ты, Маша. — У меня никогда не было сестры, и мне безумно хотелось бы её иметь. Я рада, что это будешь ты. — брюнетка обратилась к будущей родственнице, не отпуская рук. — Я счастлива, что вы, девочки, идёте со мной по жизни, как сёстры. — обратилась рыжеволосая к девушкам. — Оля, будь счастлива. А мы будем рядом, чтобы не случилось. И они обнялись. Крепко, дрожа от предвкушения торжества, от эмоций. Вся троица стояла обнявшись. Их уединение прервала вошедшая в комнату мама невесты. Напомнив о том, что пора выезжать. Церемония бракосочетания прошла как у всех, обычно. Далее был ресторан. Жених и невеста вместе с гостями уехали на торжество. Маша приехала вместе с Яшей и Аней последней. Цвиркуновы радостно вышли из машины, направляясь ко входу, где их ожидал Князь с камерой. — А вот и опоздуны. Чего задержались? — весело спросил Андрей. — Мы заблудились. — рассмеялась Аня, показывая на раздраженного мужа. Тот тяжело вздохнул, но препираться не стал. — Ну вы даёте, конечно, — Андрей хмыкнул по-доброму, не отводя от друзей камеры. — Бегите и занимайте свои места, кстати, мы с группой сидим вместе, а значит и наши спутницы тоже. — Ты невообразимо добр. Это подозрительно, — прищурился Яша. — Чего-то готовишь, какой-то шуточный розыгрыш? — Я пока ещё не совсем здоров, чтобы розыгрыши устраивать. — А мне кажется, здоровее всех здесь вместе взятых, — показывая на себя и мужа, Аня сделала комплимент другу. — Не без помощи дамы сердца он такой, — подмигнул и улыбнулся Яша. — Ой, пошёл ты! — весело ударив друга по плечу, Андрей ярко заулыблся. — Сегодня речь не обо мне, а о других людях. — Ты прав, мы пошли. — Аня вздёрнула голову вверх, взяла под руку мужа и поспешила скрыться в ресторане. — Какая цаца! — изобразил подругу Андрей и хотел было закрыть уже камеру, как объектив невольно зацепился за одинокую фигуру у машины Цвиркуновых. Он приблизил фокус ближе, чтобы снять её задумчивый профиль. Маша отгоняла тревогу, нахлынувшую внезапно. Она давно уже не пила нужные когда-то таблетки, но понимала, что, скорее всего, скоро снова придётся. Её зелёные глаза смотрели в одну точку, куда-то на фонарный столб. Девушка не заметила, что её одиночество прервали. Молодой человек облокотился на корпус машины, так же как и она. Чтобы не пугать, аккуратно завёл разговор. — Принцесса, ты чего тут делаешь? — слегка хрипловатый бархатный баритон заставил девушку покрыться мурашками. — Освежаю мысли. — спокойно ответила Горшенёва. — Там много людей, с которыми я не в очень хороших отношениях. — Родители? — Да. — Тебе пора поговорить с ними. Хочешь помогу тебе в этом? — он коснулся её тонких холодных пальцев, грея их в своих руках. — Пора отпустить прошлое… — А ты отпустил? — Маша повернула голову и посмотрела прямо в глаза собеседнику. — Да. — уверенное и бесповоротное. — Ты молодец, а я всё ещё в сомнениях. — Почему? — Не знаю. — она пожала плечами. — Наверное, потому что я не совсем здорова психически, наверное, потому что страшно отпустить прошлое. — Да кому, нахрен, какая разница на твои диагнозы? Если тебя любят, то это не важно. — он говорил не только про родителей девушки. — Наверное… — Маша вздохнула и опустила глаза. — Выше нос, принцесса! — он легонько щёлкнул её по носу. — Ты роскошно выглядишь! Такую красоту нужно показывать на свадьбе. — Ох и льстец же ты, Князев! — улыбнулась девушка, краснея от комплиментов. — Вот и нет! Никакой лести, о, королева! — он поклонился ей и провел рукой в сторону ресторана. — Вот же плут! — Скорее шут! — засмеялся Андрей. — Как всегда, можешь поднять настроение. — и двинулась в сторону ресторана. — Ах да, и не королева вовсе, скорее княжна… Андрей остановился на несколько секунд в ступоре, а потом, ярко улыбаясь, последовал за ней. Программа мероприятия была насыщенная: песни, танцы, тосты и тому подобное. Маша сидела за столом с ребятами из группы и не смотрела в сторону родителей. Она не сводила глаз с брата и невестки, думая о том, что тоже бы хотела когда-нибудь выйти замуж. — Маш, как думаешь, мы будем когда-нибудь счастливы? — Печальный голос Ани, тоже наблюдавшей за молодожёнами, остро врезался в уши Горшенёвой. — Я думаю, да. Но разве ты не счастлива? — Не поворачиваясь к подруге, спросила брюнетка. — Нет. — коротко и четко произнесла девушка. Маша повернула голову на подругу, решила посмотреть на неё успокаивающе. Она заметила пустые глаза и слёзы, подступающие к ним. Девушка поняла, что ей хочется помочь близкой её сердцу подруге, но не знает как. Маша задумалась. Пока перед её глазами не оказалась до боли знакомая фигура. — Итак, что мы грустим? — Балу смотрел на девушек сверху вниз. — Да, так…- махнула рукой Маша. — Позволь пригласить тебя на танец? — Саша в шуточно-галантной форме поклонился и подал руку Горшенёвой. Та, улыбаясь, протянула руку в ответ, соглашаясь. Они танцевали, как настоящие друзья, наступая друг другу на ноги и хохоча на весь зал. Это не осталось незамеченным компанией молодых людей, что сидели за столом уже изрядно выпившими и скучая. — Ну хотя бы кто-то парами из нас танцует. — показал на друзей Поручик. — Кто? — Андрей с лёгким головокружением повернулся на стуле и попытался настроить свои глаза на чёткость, но у него не получалось. Тогда он взял камеру и начал снимать. Приближая фокус ко всем камерам, он разглядел каждую пару: Миша и Оля, что свойственно молодоженам, были очень близки и поэтому чуть ли не сливались в единое целое. Яша и Аня танцевали медленно, будто бы цеплялись друг за друга, в их глазах читались боль и невысказанные слова. Лёша с женой, так же как и первая пара, утопали в друг друге и танце. Тогда Андрей обратил внимание на Сашу и Машу. Они дурачились и ржали, выделывая кульбиты на полу. Ему стало так тепло наблюдать за тем, как она улыбается, ярко хохочет и просто сияет, хоть и не с ним. Тогда решился, наконец-то, на важный шаг. Он отдал камеру Поручику, чтобы тот снимал всё вокруг, пока она не сядет. Встал, поправил костюм, который он ненавидел, как и все его друзья, но мероприятие обязывало, приложил выбившиеся из причёски волосы и пошёл. Маша покраснела от смеха. Балу настолько сильно её рассмешил, что ей было уже больно смеяться. На многих мероприятиях их двоих рассаживали дальше друг от друга, чтобы своим ржачем и подколами ничего не испортить. В этот раз танцпол был частью их стендап-площадки. Они притворились артистами балета и решили, что они маленькие лебеди, стали танцевать известный балет. Их прервал Андрей. — Я, конечно, всё понимаю, что у вас детство в жопах играет, но могу я пригласить тебя на танец? — он повернулся к Маше, спокойно приглашая ее. — Но у меня уже есть кавалер! — наигранно возмущенно произнесла девушка и показала на спутника. — О, чудесная Афродита, я не буду против, если вы потанцуете с ним. — Саша приблизился к её уху и произнёс. — Дерзай, детка! Блондин похлопал товарища по спине в знак одобрения и пошёл к столу, наблюдая за всеми со стороны. Маша сразу же положила руки на плечи партнёра, и они закачались в танце. Они были слишком близко, чтобы этого не заметить. Маша перевела дыхание и утонула в любимых глазах. Она хотела было сказать то, что весь вечер вертелось у неё на языке, но не успела. — Взглядом пожираешь. — шутливо заметил мужчина. — Слишком много чести. — закатила глаза девушка. — Ты такой невыносимый, Князев. — И только ты можешь выносить меня. Потому что, откровенно говоря, твой характер не лучше. — Это комплимент или оскорбление? — задумавшись, Маша своими большими зелёными глазами уставилась на блондина. — Это предложение. — серьёзно произнёс молодой человек. — Ч-чего? — остановившись, девушка чуть не задохнулась от негодования. — Давай встречаться? — он посмотрел на неё и улыбнулся. — Т-ты серьёзно? — Маша заикалась от удивления. Всё было слишком резко, дерзко, неожиданно быстро. — Абсолютно. Не хочу больше скрывать свои чувства, не хочу больше наблюдать за тобой со стороны и бояться каждый раз, что ты перестанешь обращать на меня внимание и переключишься на кого-то другого. Я понимаю, что человек сложный, что неизбежны ссоры и конфликты, но также понимаю, что именно ты сможешь сдержать мой нрав и укротить его. Понимаю, что будет сложно на расстоянии поддерживать отношения, когда буду в турах, но хочу приезжать домой и понимать, что меня ждет дома родная душа. Маша, отойдя от шока, накрыла своими руками его лицо и приподняла опустившуюся от стеснения голову Андрея. Она посмотрела на него с надеждой, облегчением и любовью. Улыбнулась. Чмокнула в губы и снова улыбнулась. — Я согласна. Знал бы ты, как долго мне пришлось этого ждать. — она обняла его крепко. — Но одно знаю точно, что мы стали умнее и взрослее, не только в физическом плане, но и моральном. Мы выросли. Я больше не буду поступать так, как поступала раньше, глупо и необдуманно, не хочу. Прости меня за прошлое. — То, что было в прошлом, останется там. Мы же начинаем с чистого листа. — Это точно. Декабрь 2005 г. В микрорайоне Купчино тишина. Ночь погрузила всех в царство Морфея. Вот и в знакомом нам доме стояла полная тишина, лишь было слышно, как ручка скребёт по бумаге. Единственный обитатель квартиры не спал. На него напало вдохновение в связи со всеми событиями, что произошли в последнее время. Он написал уже три песни, когда услышал сонный голос. — Андрей, ты когда ляжешь? — девушка, приоткрыв глаза, посмотрела на фигуру, что озарялась только настольной лампой. — Погоди, у меня тут неожиданное вдохновение. — не отрываясь от бумаги, автор продолжал выводить слова. — Хорошо, пойду посмотрю, как там Ева. — она проговорила это скорее себе, чем ему. Проверив ребёнка, девушка вернулась обратно в комнату, чтобы попытаться заснуть. Они уже вместе почти месяц. Сразу же после свадьбы Миши съехались. Для них ничего не изменилось, будто бы всё было так всегда, не было тех долгих лет в разлуке, будто бы не было всех препятствий. Они старались наверстать упущенные года, хотя это и не нужно было. Они молоды, они энергичны. Конечно, то, как они жили, когда ей было восемнадцать, а ему двадцать шесть, так уже не будет, ведь они повзрослели. Их молодые, но уже взрослые версии сейчас стараются жить по-другому. Маша смотрела в потолок и улыбалась, понимая, что наконец-то её сердце обрело покой, хотя бы в делах сердечных. Теперь осталось только погасить гордость и сделать первый шаг к примирению с родителями. — Поражаюсь, как на одном лице может быть одновременно столько эмоций, — из мыслей её вывел любимый голос. Молодой человек развернулся на стуле и решил просто посмотреть на свою любимую музу, что сейчас мучилась бессонницей. — Хорошо, что ты хоть облик не меняешь свой в ночи. — Косметику смываю, — девушка захихикала. — Из красавицы превращаюсь в … — Красавицу. Ты и без косметики очень красивая. — Хитрый жук! — девушка вскочила и села на кровати. — Врёшь ты всё! — Разве молодая девушка может выглядеть плохо? Вот я да, уже стар. Тебе всего тридцать два! — девушка засмеялась. — Даже не верится, мы снова в этой квартире, снова вместе, но теперь нам не восемнадцать и двадцать шесть, а двадцать четыре и тридцать два. Будто и не было тех лет, что мы пропустили. — Да…за плечами много всего. — он вздохнул. — Ты сейчас рассуждаешь как старикашка. — бросила в него подушку Маша. — Ах так, да? — он хитро посмотрел на неё. — Я тебе докажу, что во мне полно сил и молодости. — Даже в твои пятьдесят, уверена, что ты будешь выглядеть на все сто! — Ты слишком уверена во мне. — Хотелось бы увидеть тебя в том возрасте, когда всё ни почём. — Маша вздохнула. Очень странные и тревожные мысли стали посещать её в последнее время. Хоть она и продолжает принимать таблетки от своих психических недугов, головная боль с новыми силами возвращается обратно. -Дак и увидишь. — Андрей улыбнулся и щёлкнул её по носу. — А теперь спи. Ну, я не могу уснуть. — Поэтому и отвлекаешь меня от работы болтовней? — он не злился, ему всё это было забавно слышать, и вообще, непривычно присутствие той, кто однажды его покинул. — Ну, Андрей…. — начала канючить девушка, пока её телефон не прозвенел жалким воплем. — Ай, чёрт, кому надо мне звонить в три часа ночи. Точно поменяю рингтон на телефоне. Андрей всегда умилялся ворчанием девушки, вот и сейчас было не исключение, она для него была мила и забавна. — Алло? — раздраженно ответила Маша. На другом конце провода раздался чуть ли не вой. Андрей услышав это повернул голову. Маша закрыла ладонью динамик и произнесла шёпотом. — Мне это не нравится. — Кто это? — блондин показал на трубку. Маша же посмотрела на номер и оцепенела. — Чей номер? — Яши. — коротко и тревожно произнесла девушка. — Алло?! Яша?! — Алло, — тяжело дыша, ответил мужчина, его голос был очень встревоженный. — Аня у вас? — Нет. — Чёрт! — взревел молодой человек. Андрей забрал из рук девушки телефон и стал спокойно разговаривать и задавать уточняющие вопросы. Выяснилось, что Цвиркуновы очень сильно поругались прошлой ночью. Аня собрала вещи и ушла. Когда Яша остыл, то понял, что произошло. — Мы походу разводимся, Андрюх. Тишина. Андрей с Машей замерли, ошарашенно глядя друг на друга. Кто-кто, а эта пара друзей была для них примером семейной жизни, хотя у каждого свои скелеты в шкафу. Молодые люди поняли, что дело дрянь, решили поехать помочь другу. Они оставили дочь с мамой Андрея, которая не спала в эту ночь, мучаясь бессонницей, поэтому и решила, что может посидеть с внучкой ночью. Они ехали в неизвестность. На девушку накатила тревога, а молодой человек сосредоточенно вёл машину. — Мы всегда всех спасаем. — внезапно произнесла Маша. Она и сама не ожидала, что сейчас эта фраза вылетит из её рта. Как и они нас. — успокоил её Андрей, положив руку к ней на колено, слегка поглаживая. — Это именно те люди, к которым мы можем вот так сорваться. Ну Миша, конечно же, безоговорочно попадает в эту же лигу, там вообще никаких сомнений быть не должно. — Надеюсь, что бы ни случилось, мы всегда будем дружить… — задумчиво произнесла девушка. — Звучит по-детски. — добавил скептически Андрей. — Дружба — это ведь не детский сад, сегодня дружу, а завтра нет. Это работа, проделанная годами. Как и любовь. — И давно ты стал философом? — засмеялась Горшенёва. — Как исполнилась тридцатка. — в ответ захохотал Андрей. Они ехали до друзей недолго, а за разговорами время прошло ещё быстрее. Подъезжая к дому на Ржевской, красивому, будто старинной усадьбе, Маша загляделась на фасады. Она знала, что подруга у нее любитель эстетически красивых зданий и вообще стиля. Если Маша в стиле одежды была приверженицей комфорта, но одевалась не менее красиво, по моде, то Аня любила всё винтажное, любила выглядеть как девушка из какой-либо французской мелодрамы. Выйдя из машины, девушка восхитилась обителей своей подруги. Она восхищалась её вкусом. Наслаждение эстетикой длилось недолго, и молодые люди прошли к подъезду молча, без лишних слов. Они шли по сумеречной парадной всё выше и выше. У Маши колотилось сердце, а руки затряслись. Шагающий рядом мужчина заметил и накрыл своею ладонью трясущуюся кисть, не говоря ни слова. Он чувствовал её напряжение и страх, чувствовал тревогу и приближающийся ужас. Пытался умерить все возродившиеся чувства. Остановившись у заветной квартиры, Маша тяжело вздохнула и хотела было уже поднять руку, чтобы позвонить в звонок, но её спаситель опередил. В тишине ночной парадной слышен каждый шорох. Она прислушивалась к шагам у двери и тяжело дышала. Дверь отворилась, и на пороге появился их друг. Яша был весь растрёпанный, небритый и с синяками под глазами. Настоящий панк! Но не здесь и не сейчас. Пустые глаза смотрели на друзей как на единственную надежду, а трясущиеся от выпитого алкоголя руки приглашали их в дом. В коридоре квартиры горел тусклый свет. Маша не стала оглядываться, а просто сняла сапоги и пальто, сразу же прошла в комнату, на которую указывал Яков. Они расположились с Андреем на диване, а хозяин в кресле. Минутное молчание, которое воцарилось в доме, вдруг прервал Князев, ссылаясь на то, что уже поздняя ночь и он сейчас уснёт. Яша пытался подобрать правильные слова и снова переварить всё, что происходит в его жизни. И рассказал. Он рассказал о том, что в восемнадцать лет сделала его жена, как она теперь расплачивается и какие жуткие истерики устраивает из-за своей глупой ошибки. Мужчина явно дал понять, что не обвиняет любимую супругу ни в чём и просто хочет быть с ней, неважно, будут у них дети или нет. Маша помнила улыбку сквозь слёзы подруги, помнила ночные разговоры по телефону, помнила каждое слово, сказанное Аней. Ей хотелось просто женского счастья, а получила его та, кто этим не грезила. Всепоглощающая зависть сводила с ума рыжеволосую, и она постепенно угасала. Яша боялся, что может потерять её во всех смыслах. Маша вспомнила жуткую картину того, как та хладнокровно хотела лишить себя жизни. — Я прекрасно понимаю твои чувства, Ях. — заговорил блондин. Он вздохнул и посмотрел на друга тепло и поддерживающе. — К сожалению, такой же случай пережил. Но то было не от любимой женщины, но от этого не легче. — Мне кажется, она может что-то с собой сделать. — поставив локти на колени, закрыл лицо руками. Маша вздрогнула от сиюминутных воспоминаний прошлого, когда она уже спасла подруге жизнь. Девушка резко вскочила и побежала в коридор одеваться. -Маш, что случилось? — Андрей последовал за любимой. — Я знаю, где она. Для нас это место стало обителью психологической разгрузки и вообще, где просто можно побыть в тишине, привести мысли в порядок. — она застегнула пальто, чмокнула его в губы и добавила. — Проследи, чтобы Яша не чудил. И вышла. Она бежала по ночному городу. Тайное место находилось не так далеко, как можно было предположить. Она помнила, что новую квартиру подруга купила не так далеко от него. Поэтому и было спокойно, что Маша не опоздает. Девушка вбежала по ступеням в знакомый подъезд. Она давно здесь не была, но воспоминания возвращали её каждый день сюда. И вот снова здесь, где когда-то девушки жили вместе, где когда-то им было хорошо и спокойно. Маша вошла в коммунальную квартиру и подошла к комнате. Она прикоснулась к ручке, и дверь отворилась. На полу, уставившись в телевизор пустым взглядом, с синяками под глазами и бледной кожей, лежала Аня. Она была закутана в плед, а рядом лежала бутылка дорогого коньяка и обертки от конфет. Маша закрыла дверь и тихо прошла в комнату. Она села рядом с ней, заметив, что телевизор без звука, вздохнула. Решила, что просто посидит, просто побудет с ней. — Пришла спасать меня? — безразлично уточнила рыжеволосая. Маша молчала. — Я бы ничего с собой не сделала, слишком эгоистична. Просто, отдохнула бы тут и вернулась. Собрала бы вещи и ушла. — Не говори, что просто так бы отпустила его из своей жизни. — Не отпустила бы. Я однолюб, как и ты. За мной ухаживало столько мужчин, дарили подарки, дарили украшения, а я всё это закладывала и шла домой к нему, потому что нахрен мне не нужны их деньги и подарки. — Неподкупная. Непродажная. — А лучше бы была такой. Не терзала ни его, ни себя. Всё-таки ранние браки приводят к разводам чаще всего. Вот вы с Андреем хоть и трепали друг другу души на протяжении нескольких лет, но больше чем уверена, брак у вас будет крепкий. — Если будет… — Да куда вы денетесь. — Характеры у нас у обоих не очень. — Тут дело не в характерах даже, а в том, как вы будете работать над отношениями. Я старалась, строила свои, и всё равно всё рухнуло. Фундамент треснул. Маша взглянула на подругу и заметила для неё нехарактерные на лице пятна. Она включила на столе светильник и стала разглядывать внимательнее. Лицо хоть и бледное, но слегка опухшее, как и руки, что виднелись из-под пледа. Горшенёва понимала, что такой реакции на алкоголь у подруги никогда не было. — Давно ты стала опухать? — поинтересовалась несостоявшийся медик. — О чём ты? — Аня поднялась и уселась в удобную позу рядом с подругой. — Скажи мне, ты давно стала опухать? — Заметила изменения месяц назад. Я тогда гормональные начала принимать. — Тошнит? — Нет, просто хочу много есть и спать, перепады настроения. — Аня, тесты на беременность неиспользованные есть? — Есть. — та замерла, она не могла понять, почему подруга вдруг так встрепенулась и решила задавать ей столько раздражающих вопросов. — Сходи несколько сделай. — Я же пила вчера, результаты могут быть неточными. — Я сказала, иди делай тесты. — Маша встала и протянула руку подруге. Та с неохотой, но последовала за ней. Маша стояла у дверей общественной уборной коммунальной квартиры, ожидала, когда её подруга сделает всё, что надо. Та, завершив все манипуляции, вышла из туалета и протянула подруге полоски. — На, смотри. Я уже знаю, что там увижу, поэтому не стала сейчас даже смотреть. Маша разглядывала в тусклом свете фонарей все три теста. На каждом из них проявились по две яркие полоски. Она радостно подпрыгнула на месте. — Ты чего как ебанутая себя ведешь? — Аня, будто старая бабулька на базаре, ворчала на девушку. — А ты посмотри сама! — придвинула почти к носу подруги. — Внимательно. Глаза Цвиркуновой сначала безразлично смотрели на картонные полоски, а потом расширились от удивления. Она сглотнула слюну и охрипшим от нехватки воздуха сказала: — Быть не может! Может! — Маша радостно хлопала в ладоши. — Я наблюдала за тобой весь месяц, ты изменилась, вот и предположила, что это оно. — Неееет. — отрицательно мотая головой, не веря своим глазам, Анна отрицала очевидный факт. — Но я не могу… Я ведь не способна. — Да кто тебе внушил эту глупость? — Маша поддерживала подругу. — Давай так. Наступит утро, и мы с тобой съездим в больницу на УЗИ, и всё точно узнаем. Хорошо? — Да. — Аня развернулась в сторону комнаты и ушла. Маша достала свой телефон и набрала первый в контактах телефон. Долгие гудки били по ушам. — Аллё, — пьяный голос на другом конце трубки не удивил Машу, — Всё в порядке? — Всё хорошо. Я смотрю вам тоже там хорошо. — ехидно заметила девушка. — Я отвлекаю его как могу, Маша. У меня печень скоро отсохнет, ещё и скоро надо будет с твоим братом альбом обмывать. Я не выдержу. — Тебя никто не заставляет. — хихикает девушка. — Никто. Но я пью беззаботно, зная, что мой личный доктор меня вылечит. — Не надейся. Кстати, мы с Аней завтра сначала съездим по делам, а потом уже вернемся. Ложитесь спать. — приказной тон девушки не вызвал смеха, как это было раньше. -Слушаюсь и повинуюсь, моя королева. — еле проговаривая слова, съязвил абонент. — Ой, ну и шут. Завтра как стёклышко! — шутливо-строго произнесла Маша. — Целую! — Ага, я тебя тоже. Спокойной ночи. Утром девушки собрались очень быстро. Дождавшись восьми утра, именно тогда начинают работать все государственные учреждения, в том числе и больницы. Они провели утро в молчании. Маша повела подругу в ту же больницу, в которой наблюдалась и она, когда была беременна. Она доверяла доктору и хотела, чтобы новость о положении Ани сообщила именно она. Девушки выждали очередь на приём. Аня полностью с каменным лицом всё время ожидала приёма. Маша не беспокоила её своими разговорами, лишь изредка поглядывала на неё. Брюнетка всё утро была на связи с мужчинами, которых она оставила ночью. Последняя написанная строчка, и их вызывают на приём. Горшенёва нервничала больше, чем сама виновница. Она ожидала, когда доктор закончит с расспросами и приступит к УЗИ. И вот Аня ложится на кушетку, теперь уже вздыхает тревожно. Она уже отчаялась услышать заветные слова, поэтому не удивится, если и сейчас их не услышит. Но что-то подсказывало ей, что всё будет по-другому. Маша с замиранием сердца смотрела на экран монитора УЗИ-аппарата. Взяла подругу за руку и сосредоточилась. В одно мгновенье и доктор, и Горшенёва замерли. Они внимательно рассматривали экран, приглядываясь к каждой детали. Доктор улыбнулась и повернулась к пациентке. — Анна Николаевна, хотите услышать сердцебиение? — Что? — в шоке крикнула Аня. Она начала ёрзать и пытаться подняться от нахлынувших на неё эмоции. — Ай, я молодец. — Маша победно вскинула вверх кулак. — Такой доктор пропадает. — Стойте, стойте. — Аня остановила ликование подруги. — Этого быть не может…я же не…как так-то? — Ты вроде девочка взрослая, знаешь, как получаются дети. — ехидно заметила Маша. — Вы принимали гормональные препараты перед процедурой ЭКО? — уточнила доктор. — Да. — ошарашено добавила пациентка. — Когда гормоны начинают работать с удвоенной силой, то всё может получиться и без вмешательства. Давайте я ещё посмотрю, какой срок… — доктор начала снова водить по животу пациентки датчиком. Она замерла. — Доктор, что такое? — настороженно уточнила Анна. — Да ладно! — вскрикнула от удивления Маша и закрыла рот руками. — Ахренеть! — Да что такое?! — уже практически срываясь на истерику, Цвиркунова закричала. — Два сердца! — воскликнула Маша. — Как это? У ребёнка что, два сердца? — непонимающе уточнила девушка. — Нет, Анна Николаевна, у вас наблюдается два эмбриона. Минутное молчание, и доктор включает сердцебиение. Аня прислушивается и хлопает глазами. Она не может прийти в себя от шока. Ей снится самый жестокий сон? Но Маша радостно хлопает в ладоши и задаёт доктору уточняющие вопросы. — У вас уже пять недель. — Вот это вы с Яшкой погуляли после тура. — хохотнула Маша. — Заткнись, Маша! — закатывая глаза, весело заговорила Аня. Они взяли все необходимые бумаги, лекарства и двинулись на такси в сторону дома. Аня всю дорогу негодовала, как такое могло произойти, и вглядывалась в снимки УЗИ. Подъезжая ближе к Ржевской, Маша написала Андрею, чтобы тот спускался. Она не хотела нарушать настолько интимный момент между супругами. Аня пообещала, что расскажет всё после того, как они помирятся. Молодые люди ехали вдоль улиц Санкт-Петербурга и обсуждали всё то, что произошло за ночь. Андрей никогда не был так близок в общении с Яшей, а Маша никогда не чувствовала себя настолько удовлетворенной результатом. В приподнятом настроении девушка понимала, что сейчас она может свернуть горы. Адреналин бил в голову. Голова не болела, она была будто бы под запрещенными веществами. — Давай заедем к моим родителям! — решительно выпалила Маша. — Ты уверена? — спокойно, но настороженно уточнил молодой человек. — Как никогда! Поехали, Князев!******
Знакомый запах подъезда. Сырость и краска — всё смешалось в одном месте. Она смогла дойти только до середины лестницы, ведущей в место, где её не было много лет. Липкий страх стал наступать на Машу стремительно. Напускная решительность резко куда-то улетучилась. Но она не привыкла сдаваться. Еле дотащила ватные ноги до двери. Деревянные от нервозности пальцы потянулись к звонку. Дыхание сперло, а в горле пересохло. Ей сейчас так не хватало пинка Миши или Андрея, которые всегда ей говорили, чтобы не медлила, а делала уже, иначе будет сложнее. Тяжёлые пальцы опустились на кнопку. В квартире прозвенела трель, всегда раздражающая Машу. Послышались быстрые шаги и шуршание возле двери. Сердце пропустило несколько ударов. Дверь открывается. Камень, что был на душе всё это время, падает вниз, куда-то под ноги. Горшенёва поднимает глаза на человека напротив и, набрав воздуха в лёгкие, говорит быстро, надрывно: — Здравствуй, мама…
