Кожа и чешуя (Skin & Scale)

      Ох, нелегкая это работа — сдвинуть Азулу с места! На самом деле, это невозможно, если только им не удастся уговорить её сделать это самостоятельно. Для дракона она не особенно крупная, но даже так размером с верблюдо-слона. Сокка предполагает, что её рост что-то около одиннадцати футов. Может, чуть больше. Они заставили её встать, но она и так делала это время от времени, так что это не достижение.       — Давай, Азула, двигайся. Чем дольше ты ждешь, тем больше народу проснется и тем больше шансов, что ты кого-нибудь придавишь, — умоляет Сокка.       — Твои родители не смогут прийти сюда, тут просто нет места, — добавляет Катара.       Дворцовый сад может вместить одного дракончика, но еще двух взрослых драконов? Без шансов.       Азула застывает.       — Это не тебя не похоже! — выходит из себя Сокка. — С каких это пор ты позволяешь страху мешать тебе? — или управлять собой… Сокка начинает сомневаться, а так ли много осталось от Азулы после трансформации, как он думал. В четырнадцать Азула никогда не колебалась. Но детеныш дракона? Конечно, детеныш боится. — Катара, а что, если она.?       Катара качает головой:       — Это всё еще Азула. Должна быть, — последнее Катара не говорит вслух, но Сокка достаточно хорошо знает этот тон.       В том то и дело, что это не обязательно хорошо. Ран и Шао хотели назад своего ребенка и они его получат. И, возможно, было бы лучше, если бы в нём не было человека-Азулы. Так было бы проще. Она ушла бы с ними без колебаний, без сомнений, не сомневаясь.       Та часть Азулы, что стеснялась показать друзьям чешую, ползущую по рукам, не будет мешать остальной ей уйти с Раном и Шао.       Азула, похоже, осматривает пространство перед собой, прежде чем мучительно медленно и очень неохотно положить коготь на садовую стену, но тут же втянуть его обратно. Именно тогда Сокка понимает, почему она колеблется. А еще он уверен, что Азула, которую он знает, всё еще тут. Тут и хорошо помнит планировку своего дома.       За садовой стеной находится недавно возведенная внутренняя стена. Она достаточно высока, чтобы Азула не смогла через неё перешагнуть, а промежуток между стенами достаточно мал, чтобы дракон оказался зажат между ними.       За новой стеной, если Сокка правильно помнит, пустое пространство — каменистое ложе дремлющего вулканического кратера с несколькими деревьями и цветущими тут и там огненными лилиями. Дальше находится внешнее укрепление, но оно достаточно далеко, чтобы дать место для одного или трех драконов.       Азула пробует стену на прочность, недовольно ворчит и, надувшись, уходит обратно в сад.       — Просто залезь на неё, — вздыхает Сокка.       Она отрицательно мотает драконьей головой.       — Не будь такой упрямой.       Азула берет камень двумя драконьими когтями и кладет его поверх другого, а потом сбивает щелчком. Сокка смотрит, как камень падает и хмурится:       — Да, понимаю. Просто вперед! Ты уже сделала дыру в стене дворца, но это ерунда. Зуко поручит сделать из пролома драконьи ворота, — он делает паузу. — А если ты беспокоишься о безопасности, то есть еще внешняя стена. Когда её брали штурмом в последний раз?       Азула с недовольным видом смотрит на стену.       — Может быть, нам повезёт, и стена всё-таки выдержит тебя? — пытается быть оптимисткой Катара.       Сокка не проверял прочность стены, но он и так знает, что Катара ошибается. Он видел, как лосе-львы, гораздо меньшие по размеру, чем дракон, разносили свой вольер. А эти вольеры были укреплены, в отличие от стены.       Но у Азулы не так уж много вариантов. Через стены можно перелететь, но Азула не умеет пользоваться крыльями, а если бы и умела, то они выглядят так, словно их еще тренировать и тренировать, чтобы они могли выдержать вес дракона. На самом деле сейчас они больше похожи на крылья пингвина и годятся, в лучшем случае, для пары пробных взмахов.       Да даже умей Азула ими пользоваться, Сокка не думает, что тут есть место, где их расправить.       Азула вытягивается во весь рост и начинает перелезать через стену и на мгновение Сокке кажется, что у неё всё получится без посторонней помощи. Она уже сделала пол дела, когда Сокка слышит треск и видит, как кладка начинает выпучиваться наружу. Еще мгновение и камни буквально взрываются. Сокка бросается на Катару — она вскрикивает — и поднимает руки, прикрывая голову, когда несколько больших обломков пролетают мимо. Он телом чувствует, как они врезаются в стену дворца и шлепаются в пруд.       Он слышит, как прекращают катиться последние обломки и поднимается. Морщась, он отряхивает штаны, на которых теперь есть две симметричные дырки. Колени и локти болят. Прошло немало времени с тех пор, когда они у него были так расцарапаны.       Сглотнув, он делает шаг к разрушенной стене.       — Сокка, позволь мне исцелить…       — Дай мне сначала проверить Азулу.       Катара кивает.       Азула лежит в куче обломков, над ней клубится облако пыли, а её когти дергаются.       — Азула! — зовет он.       Медленно и напряженно она поднимает голову. Когда она шевелится, большие куски стены с грохотом падают с её тела вниз. Она кажется немного ошеломленной — её голова качается. Она моргает и оглядывается.       Если не считать шрамов, перешедших с человеческого тела, её драконья шкура кажется невредимой, но она выглядит грустной. Стыдящейся.       — Всё в порядке, Азула, — бормочет Катара. — Ты еще только привыкаешь к тому, что ты дракон. Мы не должны были уговаривать тебя лезть на эту стену, раз ты была не готова.       Но что им было делать? Ждать недели, пока стену аккуратно снесут? Нанять команду Покорителей Земли во главе с Тоф, чтобы те приподняли землю вместе с драконом и просто перенесли его на ту сторону? Честно говоря, Сокка всё еще думает, что лучшим вариантом было бы, если бы Азула еще раз просто проломила бы стену. В прошлый раз это сработало.       Задним умом все крепки…       .оОо.       Азула сворачивается калачиком рядом с руинами. Вокруг носится толпа обезумевших дворцовых слуг. Наверное, сейчас они ненавидят её больше, чем когда она помыкала ими. Тогда они хоть могли просто уволиться и отдохнуть от стресса.       Зузу будет недоволен. Если бы отец был здесь, то уже повелел бы изготовить набор прекрасных золотых кандалов по её мерке и заковать прямо там, где она лежит.       Азула вздрагивает.       Ей следовало быть осторожней.       Ей следовало всё обдумать, рассчитать, найти часть стены, способной выдержать её вес…       Катара уверяет её, что всё в порядке.       Но это не так.       Совсем не так.       Теперь, когда по её вине разрушена эта стена и стена дворца, злоумышленникам и убийцам гораздо легче проникнуть внутрь и посеять хаос. И виной всему её невнимательность и неуклюжесть. Некомпетентность.       Она обвивает хвост вокруг тела и кладет на него голову.       — Это не твоя вина, — настаивает Катара.       Азула выдыхает.       Она не поднимает голову.       Ни когда чувствует, как рука Сокки гладит её по морде, ни когда две большие тени закрывают её от солнца.