Совиный яд

- Какие невероятно большие сагуаровые кактусы! Ого, я знаю, что они почти все вырастают под двадцать метров, но каждый раз восхищаюсь их размерами! - Крис оглядывался на растущие кругом гигантские стволы суккулентов. - Да... А этот еще совсем малыш! Смотри, ростом с тебя, - Мартин остановился рядом с небольшим кактусом, у которого только начали появляться боковые отростки, - и так же как ты, он поднимает руки, словно хочет, чтобы его покружили. - Эй, мне уже не пять! - нахмурился Крис, упирая руки в бока. Мартин рассмеялся и легонько приобнял Криса за плечи, но тут же отдернул руку: - Ай! Ну вот, теперь ты еще больше похож на него, такой же колючий! Крис закатил глаза. Театральные постановки старшего брата зачастую смущали его, а иногда выводили из себя. Но Мартин умел как то вовремя переключиться, и тогда Крис очень быстро забывал, на что обижался, потому что в следующую минуту они оба лежали на песке, разглядывая скорпиона, затаившегося между камней. Вся Тортуга взяла выходной, выставив братьев за дверь без суперкостюмов в надежде, что они смогут развлечь себя сами. Пока Коки чинила скутер где то в гараже, Авива тестировала свои новые солнечные батареи, а Джимми раскладывал продукты в холодильнике, Крис потащил Мартина в сторону холмов, с вершины которых можно было хорошо рассмотреть местность. Мартин в целом не был против такого расклада. Стоило им с братом выйти за порог научной станции, день тотчас же обрастал увлекательными приключениями, даже если это было простое наблюдение за скорпионом. - Мне кажется, мы так за весь день не доберемся до холмов, - сказал Мартин, не отрывая взгляда от щели, из которой на него своими черными глазками поглядывал скорпион. - У нас еще целый день впереди, так что мы... - Крис запнулся, потому что понял, что упирается головой в щеку своего брата, и поспешил подняться с земли, - нет, ты прав, нам нужно идти. Мартин попрощался с нелюдимым членистоногим и, поднявшись, начал отряхивать одежду. Взглянув на брата, он понял, что тот, похоже, не заметил, что был перепачкан песком. - Крис, постой. - Что? В следующую минуту Мартин начал быстро отряхивать песок с толстовки брата, не пропуская ни сантиметра. Закончив с толстовкой, он начал подбираться к шортам. Собрав наконец мысли воедино, Крис отшатнулся. - Эй, я бы сам справился! - Но ты не видел, - улыбнулся Мартин виноватой улыбкой. - У тебя еще тут, сзади... - он вновь потянул руки к брату. Растерявшись, Крис быстро стянул с себя толстовку и, недолго думая, отряхнул ее в сторону Мартина. Только при виде зажмурившегося брата он осознал свою оплошность и поспешил на помощь, доставая из кармана небольшую плоскую фляжку с водой. - Черт, прости, я не хотел! - уверенным движением Крис быстро опустил брата на колени, и прижав его голову к себе, начал быстро промывать ему глаза. - Потерпи и не дергайся! - Ааа! - Мартин не слушал его и пытался вырваться. - Да я же говорю - потерпи! - Крис, - Мартин выругался, - опунция, Крис! Смысл этих воплей не сразу дошел до сознания Криса. В ступоре он посмотрел под ноги и понял, что нечаянно посадил брата на стелющийся небольшой кактус. - Ах, черт! - не зная что сказать, Крис помог брату подняться и переключился на его колени, утыканные иголками. - Прости! - Да все в порядке, - Мартин все еще тер глаза. - Не бери в голову. Это было неловко. Неловко, и в то же время обыденно. Подобные инциденты случались с завидной регулярностью и, будучи неприятными, а зачастую болезненными в моменте, они превращались в источник веселых шуток и забавных историй в будущем. - Я правда не хотел, я не видел, - тараторил Крис, стоя на коленях перед братом. Не потому что он так сильно провинился, просто так было легче вытащить занозы. Со стороны это выглядело, словно кинодрама, где один герой плачет, а другой его о чем то умоляет на коленях. Подняв виноватый взгляд, Крис встретился глазами со взглядом Мартина. В нем не было ни капли обиды или злости, в общем то как и во всех взглядах, которые предназначались Крису. От этого Крис почувствовал себя еще более виноватым, ведь сам он мог позволить себе порой не самые добрые выражения. Видимо потому, что на его лице отразились все муки совести, Мартин, забыв про занозы, вновь опустился на колени, чтобы заключить брата в объятия. - Ауч.