Цветок, плывущий в тёмной воде

      Вода одна от тебя до дна.       Приглашение на аудиенцию к императору не заставило себя ждать – я даже удивился поспешности. Должно быть, государь очень разгневан, если решил обойтись без приличествующих церемоний.       Я счастлив принести дурную весть лично, коль скоро старику Вану удалось первым перехватить императорского посланника, поэтому спешу в утренний сад, где гуляют наши голубки.       Вскоре я жалею, что в самом деле не ослеп, поскольку застаю их целующимися взахлёб прямо на столе, который, вообще-то, для еды. Тянет же некоторых именно на столах трахаться...       Судя по тому, в каком беспорядке одежда Ши Цинсюаня, как он раскраснелся и как собой доволен, я бы мог застать куда более непристойную сцену, если бы погулял подольше. Интересно, что этот провокатор наговорил Лэ Яну на сей раз, чтобы вызвать такую бурную реакцию?       Полагая меня незрячим, господин не считает появление моей скромной персоны достойным поводом, чтобы встать со стола и оторваться от любовника. – Слушаю тебя, Ван, – голос Весёлого Хера звучит ровно и буднично. Будь я и в самом деле слеп, ни за что бы не подумал, что руки его сейчас перебирают вовсе не бумаги. Конечно, смех А-Фэна мог бы навести на определённые подозрения, но мало ли, чего он там веселится – дуракам свойственно беспричинное веселье. — Император хочет видеть Вас немедленно, господин, – пытаюсь скрыть из голоса нотки злорадства. — Угу, – отвечает Лэ Ян, целуя нежную шею. – Сейчас съезжу. Скажи, чтоб приготовили мне костюм с журавлями.       Будто на рынок собрался. Удивительная выдержка у человека. Если бы не тянул свои огромные руки к моему Повелителю Ветров, мы могли бы подружиться.       С заметным трудом заставив себя отцепиться от Ши Цинсюаня, господин всё так же невозмутимо заявляет: — Прости, Цин'эр, нам придётся прервать занятия.       Ах, вот как это теперь у вас называется. — Как это печально, – картинно вздыхает восхитительно растрепанный Ши Цинсюань, садясь на столе. – Мне ждать господина или упражняться пока самому?       Вот ведь поганец, а. Ты зачем над человеком издеваешься? Лэ Ян, конечно, держит лицо, но я буквально слышу, как у него встал. — Запомни, где мы остановились. Я скоро вернусь, продолжим с того же места.       Как самоуверенно. Ничего, друг, когда хозяин не придёт, я закончу за него. Тебе это вряд ли понравится, но кто спросит.       Признаться, я ожидал немного другой сцены прощания. Думал – может, Лэ Ян попытается как-то его морально подготовить к тому, что не вернётся… Но тот ушёл легко и решительно, словно и вправду будет дома к ужину.       ...Пару часов спустя я в образе дворцового слуги (с семечками в кармане) проводил нашего любезного господина в приёмный зал императорского дворца. Интересно, увижу ли я вновь Весёлого Хера? Ши Цинсюань-то, ясное дело, не увидит…       За дверью стоит тишина, и это очень подозрительно, поскольку император громкий, как генерал Пэй, и сквернослов почище Наньяна – в гневе его должно быть слышно на весь дворец. Но из зала не просачивается ни единого звука. Он с порога прибил Лэ Яна, что ли? Или просто нагнетает?       В волнении и замешательстве хожу туда-сюда под дверьми, словно у меня там жена рожает. Почему так тихо? Грешным делом закрадывается мысль, не убил ли наш друг императора сам – он ведь из той породы людей, которые «встретишь Будду – убей Будду». Но это невозможно – в зале полный комплект стражи, не мог же он их всех убрать одним махом совершенно бесшумно? На подобный фокус способен разве что старина Хуа (ну, и я тоже, хотя обещал больше так не делать).       Я обязан заглянуть, хотя за такое запросто может прилететь в жбан чем-нибудь тяжелым. Пусть император что хочет, делает с двойником – это всего лишь один из слуг, причём не особо вкусный.       Приоткрываю дверь и заглядываю, готовясь, если что, уворачиваться от императорского гнева, памятуя, что Его Величество, когда швыряется вещами, обычно немного забирает вправо.       Но надобности нет.       … Всё солдаты вытянулись по струнке с совершенно отсутствующими лицами и затуманенными глазами. Если бы не едва вздымающаяся грудь того, что находится ближе всего ко мне, я бы решил, что они так и умерли на посту. Но нет, просто одурманены.       Лэ Ян стоит у подлокотника императорского трона, на непозволительном расстоянии от государя и, до неприличия интимным жестом придерживая того кончиками пальцев за подбородок, что-то шепчет на ухо. Однако вид императора не позволяет заподозрить между ними близких отношений – правитель выглядит, будто только что узрел глубины ада. Этого немолодого, но крепкого мужчину бьёт крупная дрожь, глаза полны смертного ужаса, по щекам бегут слёзы. — Пожалуйста, господин Лэ, – сбивчиво бормочет государь, буквально раскачиваясь от дрожи и путая местоимения. – П… пожалуйста… Простите меня… Нас… Я накажу сына… Не трогайте его… Умоляю, будьте милосердны, позвольте мне самому наказать… Пощадите нас…       Продолжая шептать, Лэ Ян бросает на меня долгий взгляд – холодный и насмешливо-жестокий, и я скрываюсь за дверью.       Какого чёрта, как это вообще возможно! Это император, у него в распоряжении целый полк заклинателей, он талисманами обвешан, как ёлка, даже его охрана ими под доспехами увешана! Они так защищены, что большинству демонов не по зубам! И этот хер может вот так запросто подойти и внушать государю какие-то ужасы! Каким бы сильным он ни был, это не лезет ни в какие ворота!       Похоже, этот мерзавец и вправду выйдет сухим из воды. Уму не постижимо – он избил особу императорской крови, и ему ни хрена за это не будет! Он сейчас поедет домой, как ни в чём не бывало, и продолжит развлекаться с Повелителем Ветров! С того места, где они, нахер, остановились!       Меня сейчас от гнева на части порвёт, я готов сровнять с землёй этот драный дворец вместе с этим драным Лэ Яном!       У этого безобразия может быть только одно объяснение. Если кто-то ходит, как утка, и крякает, как утка, то вряд ли это орёл с особенностями развития. Видимо, я как-то неправильно понял подслушанный в кабинете разговор — или же мне нарочно дали услышать его, чтобы сбить с толку, но...       Пора признать очевидное. Лэ Ян — аватара бога. Какая-то небесная мразь создала его, чтобы прибрать к рукам Ши Цинсюаня! Иначе откуда он выискался, такой добренький? Думаю, кто-то давно положил на А-Фэна глаз и теперь дождался своего звёздного часа!       А я ещё думал, что мне напоминает эта история любви? Хуа Чена она мне напоминает! Конечно, если хочешь завоевать божество, кем вдохновляться, как не тем, у кого получилось!       Напрасно я перестал вникать в дела небесных клоунов – кто-то пролез под самым моим носом!       Похоже, на Небесах уже подзабыли, что бывает с богами, перешедшими мне дорогу. Так я напомню.       И начну прямо сейчас. Ты у меня до дому живым не доедешь, стервец. Может, твоего хозяина я так сразу и не достану, но новый Лэ Ян ему точно понадобится.