Хроники Миров-IV. ГРАНДЛЕОРИЯ.

Миновав обжитые территории, Дарлон и Мирра в конце концов добрались до тракта, ведущего к Старому Ворчуну. Вымощенная камнем дорога вывела их за пределы последнего, пограничного поселения, но быстро закончилась, уступив место обычной грунтовке. Пробежав немного среди обработанных полей, она нырнула под своды густого леса и почти сразу же пропала среди зарослей высокой травы. Уже несколько недель здесь не проезжала ни одна повозка, и трава успела скрыть даже глубокие колеи, выбитые в грунте колесами тяжелых экипажей. Но за трактом все же следили, поскольку вел он, как известно, не только к знаменитому вулкану, но и к Выжженной Долине, к которой довольно регулярно отправлялись тюремные кареты. Поэтому хорьки из дружины Отслеживания Законов каждый год старательно расчищали тракт от упавших деревьев и молодой лесной поросли, упорно пытавшейся отвоевать себе пространство для жизни. Едва дождавшись, когда пограничный городок скроется за поворотом дороги, Мирра немедленно обернулась волчицей и бросив, как обычно, на Дарлона всю поклажу, торопливо скрылась в лесу. Парень, уже успевший привыкнуть к этой прихоти своей попутчицы, лишь порадовался, что они взяли с собой только самое необходимое, и что ее заплечный мешок, который он со вздохом прибавил к своему, не слишком тяжел. Впрочем, он знал, что Мирра тоже не бездельничала. Из леса она обязательно что-нибудь ему приносила: то спелых ягод, то грибов, а то и зазевавшегося перепела. Изредка волчица просто бежала по дороге рядом с Дарлоном, и это означало, что где-то в лесу она почуяла диких медведей или волков. И когда издалека доносилось угрожающее рычание, волчица поднимала голову вверх и издавала такой душераздирающий вой, что даже Дарлону рядом с ней становилось не по себе. Конечно, он не мог догадаться, что же именно слышали неразумные звери в ее вое, но факт оставался фактом: дикари немедленно пускались наутек, не разбирая при этом дороги. В лесной тишине Дарлон хорошо слышал, как трещали кусты под ногами удиравших в панике хищников. Но чем дальше путешественники продвигались по дороге вглубь неизведанных земель, тем молчаливее становилась девушка, и тем больше времени она проводила в лесу. Так они и шли: Дарлон по дороге, воюя с зарослями травы, а Мирра двигалась параллельным курсом по лесу, выискивая пропитание и попутно обследуя окрестности. Прошла целая неделя, прежде чем они добрались до той развилки, которая была обозначена на карте Тиргиса. Вообще-то, Дарлон едва ее не проглядел. По счастью, уставший парень, продираясь сквозь высокую траву, неожиданно обо что-то споткнулся и во весь рост растянулся на земле. Процедив сквозь зубы пару нелестных слов в адрес развалившихся на дороге чурбанов, Дарлон раздвинул траву, чтобы посмотреть на причину своего короткого полета и жестковатой посадки. Пред его взором предстал замшелый, выветренный и потрескавшийся округлый камень, все еще носивший на себе следы зубила. Но только очень внимательный взгляд мог бы распознать в этом изъеденном временем валуне придорожный указатель, призванный объяснить путешественнику, куда он забрел. Сразу же позабыв об ушибленных коленях и ссадинах на руках, Дарлон поднялся на ноги и внимательно огляделся. - Н-да...- задумчиво протянул он.- Если здесь и была развилка, то очень давно... Лес успел полностью поглотить вторую дорогу. Хм... А это еще что за следы? Слегка примятая трава, уже почти распрямившаяся, обозначала едва заметную тропу, уходившую вправо от камня-указателя и терявшуюся среди деревьев. - Кто-то прошел здесь день или два назад,- без труда определил сын лесничего.- Странно... Этот «кто-то» вышел из леса, приблизился к указателю и тут же повернул обратно. Интересно, зачем? В этот момент за спиной Дарлона, из леса на противоположной стороне дороги, неожиданно раздался тихий шорох кустов, и вскоре рядом с ним появилась волчица. Ее разлохмаченная шерсть сильно запылилась и была густо усыпана хвоинками и мелкими листочками, но вид она имела вполне довольный и даже слегка возбужденный. - Чем это ты тут занят, следопыт?- полюбопытствовала Мирра и, встряхнувшись, сунула свой нос в траву рядом с камнем-указателем.- Хм... похоже, тут лиса пробежала... Но запах очень старый, я едва его различаю. - Лиса, говоришь?- задумчиво произнес Дарлон.- А кем она была: обычным зверем или оборотнем? - Сейчас уже этого не определить,- покачала головой волчица.- Я же говорю: запах почти весь выветрился... А в чем дело-то? - Хотел ее расспросить о нашей цели,- вздохнул парень.- Потому что мы с тобой добрались до развилки, Мирра! - Знаю,- довольно усмехнулась волчица.- Там, - она кивнула головой в сторону леса, откуда недавно появилась,- я обнаружила развалины большого поселения. - Как-то это все слишком просто,- засомневался Дарлон.- Тайник не стали бы устраивать рядом с большой дорогой! - Не проверишь - не узнаешь,- философски заявила Мирра.- Ну что, идем? И не дожидаясь ответа, в котором она не сомневалась, волчица развернулась и бодро побежала к лесу. Дарлон же немного замешкался. Он предпочел бы сначала разжиться хоть какой-нибудь информацией об этом месте, но след лисы действительно был старым, и на ее поиски, скорее всего, ушло бы несколько дней. К тому же она могла оказаться совершенно обычным зверем, который не умеет говорить. С сожалением взглянув на лисий след последний раз, он последовал за волчицей. * * * * Дарлон сидел на берегу лесного озера и, щурясь от ярких солнечных бликов, игравших на поверхности воды, следил за поплавком. Перед рыбалкой парень успел смыть с себя пот и грязь, приставшую во время обследования руин, и вдоволь наплавался в прохладной воде. И пока тщательно выстиранная одежда сохла на прибрежной траве, ее владелец решил проверить, какая рыба тут водится, а заодно и немного подкрепиться. Поплавок однообразно покачивался, солнышко припекало, и Дарлон, чтобы не заснуть, начал перебирать в голове подробности последних дней путешествия... ...Прошло уже три недели с того дня, когда они, достигнув развилки на дороге, ведущей к Старому Ворчуну, свернули в непролазную чащу и отправились исследовать развалины, обнаруженные Миррой. Попав на то самое место, Дарлон был сильно разочарован, потому что от поселения осталось всего лишь несколько фундаментов, все остальное было буквально снесено с лица земли. Он хотел было повернуть обратно к развилке и все-таки попробовать поискать лису, но Мирра, пробежав без задержки через развалины, остановилась на другом краю бывшего поселения и кивком головы позвала его за собой. Последовав за ней, Дарлон обнаружил, что там, где стояла его спутница, начиналась выложенная серой плиткой дорожка, уходящая в глубину леса. И они решили проверить, куда же она ведет. Идти стало гораздо удобнее, и вскоре путешественники оказались у руин другого поселения, как две капли воды похожих на предыдущие развалины. Искать тут тоже было нечего, и Дарлон снова хотел вернуться к развилке, но Мирра опять нашла продолжение дороги и убежала по ней вперед. Дарлон только вздохнул, предчувствуя, что путь к тайнику будет долгим. Пройдя несколько разрушенных поселений, нанизанных на серую дорогу, словно бусины на ниточку, они добрались до руин небольшого города. И Дарлон, обрадовавшись, что здесь у многих домов сохранились стены, целую неделю упорно искал среди остатков строений что-нибудь, что походило бы на основание башни. Ведь в сказаниях о тайнике, слышанных им от Тиргиса, было сказано так: Ты в башню силой дверь открой, Ты докажи, что не слепой, Стихии тайну разгадай, Вперед лети и не зевай. Правда, в других сказаниях говорилось, что место тайника должно окружать глубокое ущелье, путь через которое долог и опасен. И Дарлон решил проверять все, что попадется ему на пути. В конце концов он же не знал, какая из легенд говорит правду. Башен в этом городке оказалось целых две, но обе они были самыми обычными. И Мирра, которой уже порядком наскучило лазить по скользким от мха камням, уговорила Дарлона идти дальше. Серая дорожка бодро бежала через лес, временами выводя путешественников к очередным развалинам, и Дарлон вскоре научился разбираться в них как заправский археолог, с одного взгляда определяя, была ли в поселении хоть какая-нибудь башня, даже если от нее остались уже одни воспоминания. Миновав очередной городок, Дарлон и Мирра решили устроить себе несколько дней отдыха. Небольшое лесное озеро, очень кстати попавшееся им по дороге, стало решающим аргументом в пользу привала... ...Поплавок, мерно покачивавшийся на легкой зыби, поднятой на спокойной глади лесного озера непоседливым ветерком, неожиданно дернулся и скользнул в сторону. Поклевка! Дарлон обеими руками вцепился в кривоватую удочку, наскоро вырезанную им из ветви орешника, и буквально впился взглядом в тоненькую тростиночку поплавка, едва заметную над поверхностью воды. Но поплавок уже снова безмятежно покачивался на одном месте. Хитрая рыбешка крутилась возле наживки, пробовала ее на вкус, но заглатывать не спешила. В напряженной позе спецназовца, застывшего на берегу, было что-то от грации кота на охоте, когда тот, не спуская глаз с добычи и сжавшись, словно заведенная пружина, замирает перед решительным броском. - Ну же...- уговаривал осторожную рыбу Дарлон, гипнотизируя взглядом поплавок.- Возьми наживку! То ли Дарлон был хорошим гипнотизером, то ли рыба тут была все же глуповатая, но вскоре поплавок, к великой радости рыбака, снова дернулся, а потом резко ушел под воду. Парень плавно подсек добычу и почувствовал, как на крючке забилась пойманная рыба. Удилище сразу же изогнулось дугой, а натянувшаяся леска загудела от напряжения. - Крупная!- обрадовался Дарлон. Высунув язык от усердия, он начал вываживать свою добычу. Вскоре на поверхности показалась уже уставшая от борьбы, но все еще трепыхавшаяся упитанная рыба с темной спинкой и ярко-красными плавниками. Теперь рыбаку оставалось только осторожно вытянуть ее на берег, что он и сделал. - Отлично!- довольно произнес Дарлон, отправляя очередной трофей в кучу уже пойманной рыбы, живым серебром сверкавшей в лучах солнца. Полюбовавшись своим уловом, парень решил, что рыбалку на сегодня пора заканчивать - того, что он поймал, им с Миррой могло хватить на пару дней. Зачем брать у природы лишнее? Дарлон отвязал от удочки легкую оснастку и, аккуратно свернув тонкую леску вместе с поплавком и крючком, убрал ее в небольшой тайничок в полой рукоятке своего любимого ножа, который он все-таки умудрился утаить от Хъюбоба. Спецназовец очень дорожил этим ножиком. На первый взгляд в нем не было ничего особенного, но его рукоятка и ножны были приспособлены для хранения массы полезнейших мелочей, поэтому Дарлон никогда не клал его в рюкзак, а всегда держал под рукой, в одном из многочисленных карманов своей униформы. Когда же ему пришлось переодеваться в местный наряд, он сумел незаметно переложить свой нож в карман новой одежды. И даже Мирра, возившаяся тогда с его рюкзаком, ничего не заметила. Парень довольно усмехнулся, предвкушая, как она удивится, увидев его улов. Мирра обязательно нахмурится и посмотрит на него с подозрением, прекрасно понимая, что тут дело совсем не в ловкости его рук и - уж точно! - не в удаче. И что вряд ли рыба сама выскакивает из воды на берег по его первому зову, как он с самым серьезным видом утверждал. Но сейчас на тихой лесной поляне Мирры не было, и она не могла раскрыть небольшой секрет своего попутчика. Как это и бывало на всякой долгой стоянке, волчица еще затемно убежала на охоту в лес. Правда, когда она вернется, Дарлона ожидал уже привычный для него допрос с пристрастием. Впрочем, спецназовца это мало волновало. Дарлон и сам не знал, почему он так и не раскрыл ей секрета своего ножа. Возможно, ему просто нравилось ее дразнить? - Пусть еще немного помучается от любопытства,- решил парень, разводя костер.- Она такая забавная, когда сбита с толку... Он натянул на себя высохшую, еще теплую от солнца одежду, быстро перечистил весь улов и, насадив рыбьи тушки на палочки, запек их на углях. Честно поделив готовую еду пополам, Дарлон с удовольствием умял свою долю и, удобно расположившись в тени дерева, решил вздремнуть. Ведь Мирра обычно охотилась весь день и возвращалась только с наступлением темноты. Парень почти что заснул, когда со стороны леса, в котором еще ранним утром скрылась волчица, внезапно послышался отдаленный рык. Он был раскатистым и таким грозным, что Дарлону сразу же расхотелось спать. Владелец такого голоса, без всяких сомнений, был очень крупным зверем, но вот каким именно? Сын лесничего этого не знал, хотя уже не впервые слышал это рычание. Вот уже несколько дней неведомое существо сопровождало их путь, не приближаясь к ним, но и не отдаляясь. И Дарлону оставалось только надеяться на то, что неизвестный зверь еще долго не захочет лично познакомиться с парой путешественников, бредущих по серой тропе. Новое рычание прокатилось по лесу, и расслабленность Дарлона окончательно испарилась. - Что же это за существо?- с досадой произнес парень, поднимаясь на ноги.- Пока мы пробираемся сквозь лес, оно помалкивает, но стоит нам остановиться на отдых... Издалека послышался треск ломающихся деревьев, за которым последовал еще один рык, который был гораздо громче предыдущих. - Где же Мирра?!- всерьез забеспокоился Дарлон, уловив в новом рычании опасного «соседа» раздражение и досаду.- Надо уходить отсюда, пока он не решил к нам присоединиться... Но парень беспокоился напрасно. После небольшого лесоповала зверь очень быстро успокоился и затих, а с закатом солнца из леса бесшумно выскользнула очень уставшая, но живая и невредимая волчица с заячьей тушкой в зубах. - Это тебе,- бросив добычу на землю, произнесла она.- Я уже сыта. Теперь пришло время Дарлона смотреть на нее с подозрением. Что случилось? Она не будет допытываться, как ему удалось раздобыть рыбу? Не могла же она ее не заметить! Но волчица лишь встряхнулась и, покружив на месте, свернулась клубком рядом с костром. Спрятав нос в пушистый хвост, Мирра прикрыла глаза и мгновенно заснула. - Дела-а-а...- присвистнул удивленно Дарлон, взяв в руки еще теплую добычу Мирры.- А ведь похоже, что она только что его поймала. Хм... Интересно, чем же ты весь день занималась? Ладно, спи. Потом поговорим. Но когда наутро Дарлон проснулся, Мирры рядом с костром уже не было. Она еще затемно снова убежала в лес. - Ах, вот ты как?!- сразу же завелся парень.- Ну, хорошо же... Я, конечно, не хотел этого, но... Теперь мне придется поохотиться на тебя, дорогуша! Он залил еще тлеющие угли водой из озера и, последний раз осмотрев место стоянки, - не забыл ли что-нибудь? - решительно направился к лесу. Вступив под тенистый свод деревьев, Дарлон остановился. Перед настоящей охотой следовало сначала замаскироваться. Закрыв глаза, он привычно сосредоточился, настраиваясь на окружающую обстановку. Вот оно, это непередаваемое ощущение единства с лесом! То самое чувство, словно бы ты являешься его неотъемлемой частью: и деревом, и травинкой, и животным сразу... То есть не врагом, о котором будут предупреждать друг друга лесные жители, а тем, на кого ни одно живое существо внимания не обратит, пока... не окажется в руках у охотника. Почувствовав, что теперь он стал «невидим» для всех обитателей леса, Дарлон бесшумно скользнул в чащу, следуя едва заметному следу волчицы, пробежавшей здесь несколько часов назад. Вскоре азарт преследования добычи властно захватил охотника, и он перешел на бег. - Скоро я узнаю,- пробормотал парень себе под нос,- куда это ты так торопилась с утра пораньше... Испуганный заяц, поздно заметив Дарлона, в панике метнулся из-под его ног в первые попавшиеся кусты, спасаясь от неизвестного существа, глаза которого горели желтым, как у волка, огнем. * * * * Для опытного охотника следы Мирры были просты и понятны: они вели прямо в глубину леса. Волчица, похоже, даже не пыталась скрыть или запутать их. Она не осторожничала и не останавливалась, чтобы прислушаться к тому, что происходит вокруг нее. - Она что, совсем не боится того рычащего монстра?!- недоуменно пробормотал Дарлон.- Вот ведь безрассудное существо... Он бежал, стараясь не упустить примет, говоривших ему о том, что тут недавно прошла волчица. А их было немало: на ветвях кустарников попадались волоски серой шерсти, на сыроватой земле можно было заметить следы от когтей, а на мягком мхе местами сохранились четкие отпечатки широких волчьих лап. Но даже если бы Дарлон и не видел этих примет, он бы все равно знал, куда ему надо бежать. В напоенном ароматами трав и смолы воздухе леса охотник все еще мог различить слабый запах намокшей от утренней росы шерсти волчицы. Да и сам лес подсказывал ему путь, которым она прошла. Как? Этого он, пожалуй, и самому себе не смог бы толком объяснить, но в общем умиротворяющем спокойствии леса Дарлон чувствовал тонкую «тропинку» другого настроения. Мирра оставила за собой четкий след радостного возбуждения, яркой ниточкой протянувшийся за ней через лес. Невесомый след постепенно таял, но был еще достаточно сильным, чтобы Дарлон смог по нему идти. Сын лесничего всегда любил выслеживать добычу. Из своего леса Дарлон еще ни разу не возвращался домой с пустыми руками, да и на службе опыт охотника ему пригодился - спецназовец всегда знал, где находится противник, и еще ни одного бойца из своего подразделения не потерял в бою. Здешний лес оказался еще более «разговорчивым», чем на родине Дарлона, поэтому у Мирры не было ни единого шанса скрыться от него. Парень уверенно пробирался через чащу, то подлезая под поваленными стволами деревьев, то перепрыгивая через небольшие овраги. И вскоре он почувствовал, как радостное настроение Мирры внезапно неимоверно выросло, а потом так же внезапно оборвалось. Дарлон резко остановился, поняв, что пропала не только ниточка ее настроения, но и волчьих следов совсем не осталось. - Не может быть,- недоуменно оглядываясь, произнес он.- Куда она делась?! Не могла же Мирра взять и просто так исчезнуть ни с того, ни с сего... Хм... И запах ее шерсти тоже пропал! Ничего не понимаю... Он присел и коснулся рукой последнего следа, оставшегося на примятой траве. - Ага, вот в чем дело!- довольно усмехнулся парень и поспешно поднялся.- Здесь она снова превратилась в человека! Но... что произошло с ее настроением? Теперь она волнуется, как школьник перед экзаменом... Дарлон, решив, что сейчас излишняя торопливость может только испортить ему охоту, немного подождал, пока не успокоится после бега его дыхание, и неслышной тенью скользнул вдоль нового следа. Впрочем, далеко идти ему не пришлось. Вскоре густой лес расступился, открывая широкую низину, по которой несла свои воды, весело журча по неглубокому каменистому руслу, широкая река. Спецназовец лишь мельком охватил взглядом открывшуюся перед ним картину и тут же оказался за ближайшим, самым толстым деревом - инстинкт самосохранения сработал раньше, чем он успел что-то подумать. Посередине речки, вцепившись огромными, кинжалоподобными когтями в каменистый грунт, стоял... дракон! Дарлон, разумеется, никогда еще не видел живых драконов, да и на рисунках их изображали совсем по-другому, но кем же еще могло быть это невероятное существо?! Его гибкое змеевидное тело было покрыто темно-серой шерстью, белоснежная грива тянулась вдоль всего тела, от украшенной рогами головы до заостренного кончика хвоста. Витиеватые, отливающие золотом в лучах солнца полосы украшали спину диковинного зверя. Широкие кожистые крылья спокойно лежали вдоль тела этого существа, а длинные усы нервно подергивались и то и дело закручивались в спирали и кольца. Постаравшись унять волнение, Дарлон затаился в своем укрытии. Ведь если это существо его обнаружит, то, мягко говоря, неприятностей не оберешься. Тем более что дракон был чем-то сильно расстроен. Крупные слезы катились из его золотистых глаз и с шипением падали в воду, превращаясь в едкий дымок. Стоило такой слезинке попасть на камень, как тот почти мгновенно растворялся. Спецназовец по профессиональной привычке оценил противника, и ему стало нехорошо. Не хотел бы он встретиться с таким в бою. Ведь у подобного существа, без сомнения, имелись еще и другие способности, не менее серьезные, чем слезы, способные растворить камень. Дракон тем временем решил взять себя в лапы и уже более бодро хлюпнул носом. Получилось это у него очень громко и даже забавно. Но посмеяться Дарлон не успел, потому что в этот момент дракон неожиданно чихнул. Спецназовца спасло только то, что он инстинктивно кинулся на землю и вжался в нее, спрятавшись за мощными корнями лесного великана. Но все равно спину парня чувствительно обдало раскаленным воздухом, когда клубы огня, вырвавшегося из пасти дракона, опалили лес. «Огнедышащий!- несмотря на опасность, восхитился Дарлон.- Значит, не все в легендах - выдумка!». Почему-то этот факт очень развеселил парня, хотя дело пахло жареным, причем не только в переносном смысле. Трещала, разгораясь, трава, и дерево, спасшее Дарлона от верного поджаривания, тоже было охвачено огнем с той стороны, что была обращена к реке. Едкий дым удушливыми клубами потянулся в лес. «Надо уходить, пока он меня не заметил»,- решил Дарлон, прикидывая, как бы незаметно покинуть это место. Но додумать до конца эту мысль он не успел, потому что в этот миг мощная струя воды обрушилась на подожженный лес и, сломав, словно спички, несколько старых деревьев, превратила место пожара в хлюпающее болото. Дарлон еще раз поблагодарил дерево, снова спасшее его - на сей раз от расплющивания. Хоть он и промок до нитки, но был все еще жив. И теперь уходить ему уже расхотелось. Во-первых, по болоту бесшумно не пройдешь, а во-вторых, Дарлону стало интересно, что же еще может это существо? В легендах о драконах про то, что в их арсенале имелись водяные пушки, не было сказано ни слова... Но вот же, живое доказательство тому стояло в реке. И спецназовец осторожно выглянул из-за дерева. Казалось, дракону и самому не нравилось то, что он натворил, всего лишь случайно чихнув. Он пристально оглядывался, высматривая, не остались ли где языки пламени? Обнаружив огонь, дракон добивал его тонкими струйками воды, которые - похоже, развлекаясь - пускал из носа. Убедившись, что пожар потушен, дракон с облегчением вздохнул, и из его пасти снова вырвались клубы черного дыма. Недовольно заворчав, он поднял голову и с громким рыком выпустил в небо струю ослепительно белого пламени, окруженную разноцветными шаровыми молниями. Столб огня взметнулся ввысь и, взорвавшись оглушительным разноцветным фейерверком, растворился в бескрайних небесных просторах, а дракон удовлетворенно кивнул и осторожно, словно для проверки, выдохнул. На этот раз никакого дыма из его пасти не появилось. Потрясенный увиденным Дарлон почувствовал, что теперь это загадочное существо вполне довольно и даже счастливо. «Давно бы так,- мысленно проворчал он.- А то, то пожар, то потоп...». Словно услышав мысли Дарлона, дракон внезапно вскинул голову и, насторожившись, посмотрел в его сторону. Спецназовец с досады даже губу закусил - как он мог так расслабиться, что забыл о маскировке?! «Дерево я, де-ре-во!- постарался убедить чуткого дракона Дарлон, снова сливаясь чувствами с лесом.- Обгорелое и залитое водой. Во мне дятел дупло продолбил, что б его... Ветер ветки обломал, мыши корни подгрызают...». И дракон поверил! Он встряхнул головой, вздохнул еще раз и коротко рыкнул. В ответ на рычание прямо перед его носом сгустилось серебристое облако, которое постепенно превратилось в огромный бублик с затянутой зеркальной пленкой серединой. Дарлон чуть снова не потерял над собой контроль. «Это же портал!- мысленно ахнул он.- Странный, конечно, но самый настоящий! Да что тут происходит-то?!». Дракон подошел к огромному кольцу и осторожно ткнулся носом в его зеркальную середину. Но пленка упруго прогнулась и оттолкнула его обратно. Дракон попробовал нажать посильнее, но пленка безжалостно отбросила его назад, и он едва смог удержаться на ногах. И тогда дракон понуро опустил голову вниз и снова громко хлюпнул носом. - Ну почему-у-у?!- неожиданно захныкал он.- Почему портал не пропускает меня?! Услышав голос дракона, Дарлон поначалу даже не поверил своим ушам. Голос у этого грозного создания был... женский! Да к тому же такой знакомый... - Мирра?!- воскликнул Дарлон, появляясь из-за дерева. - Да... Да... Дарлон?!?- охнула драконесса и попятилась от зеркального портала, который не желал работать. Споткнувшись о какой-то камень, она всем телом плюхнулась в воду, да так и осталась в ней сидеть. Портал с переливчатым звоном растаял в воздухе.