А каким мне быть?

      Лёгкий ветер блуждал по комнате, пока я спокойно посапывал всё в том же уголке. За окном было слышно, как поют всякие пташки и таким образом мешают порядочным людям отсыпать свой заслуженный сон. Я бы и дальше продолжил свою тёплую дрёму, если бы во время очередного переворота на бочок, не упёрся носом во что-то мягкое. Из мягкого рядом со мной на полу, ну, максимум, моя рука! Осознавая, что, блять, это не моя рука, а нечто странное и неожиданное, я, нехотя, открыл свои зенки. И давайте догадаемся, что это оказывается было? Это мягкое, мать его, одеяло!       — Это ещё что за подкаты? — мой обычно хриплый голосок, стал реально хриплым. Сон, как рукой сняло и осталась только боль в голове от резкого подъема в сидячую позу. Ощущение, что я всю ночь глотал водку и запивал её пивом в смесь с вискарём, но таких приключений этой ночью я точно не устраивал.       Одеяло было, на удивление, родного зелёного цвета. Так! Ну, одеяло само ножками в любом случае не дотопало бы, а домовой у нас разве что конфеты и телефоны пиздит. Остаётся лишь один вариант, который, возможно, верный, но я скорее поверю в один из первых двух. Не мог Пик позаботиться обо мне! Нет, ну, вы просто вдумайтесь! Пик и заботиться! Да эти слова в словаре антонимов друг напротив друга стоят, как минимум! А если учесть и то, что одеяло зелёного цвета, то значит эта скотиняка ещё и в моей комнате побывала!       — Бля, только на одну ночь из комнаты вышел, а её уже разворовывают направо и налево! — негодования в моём голосе несчесть. Всего несколько часов рядом не постоял и всё, сука! Проходной двор!       С не самым лучшим настроением я встал с этого клятого пола, но слово «встал» здесь не очень-то и уместно. Я скорее преодолел все девять кругов ада и познал самые высокие вершины боли в пояснице и позвоночнике. Мой организм требовал хотя бы пожалеть его и не трогать до самой смерти, до которой с такими условия жизни осталось не долго. Разогнувшись и покряхтев, я таки возвысился над своей тушкой и принял более-менее пристойную позу. В моих планах прямо сейчас проверить свою обитель на наличие сильных или каких-либо других ограблений. Не дай бог, оттуда ушло что-то кроме одеяла. Я этому фиолетовому козлу все рога пообрываю и засуну туда, где давно не светит солнышко. Никто сегодня не уйдёт от моего праведного гнева. Однако, мой пыл утихомирила дверь. Закрытая дверь. И, вероятнее всего, с обратной стороны одним очень хитровыебанным ослом. Так бы и плюнул ему в рожу будь он рядом.       — Ладно, это ещё не значит, что он не получит ценные физические указания, куда пойти после разграбления комнат, у которых временно отсутствуют хозяева, — мои попытки по успокоению себя любимого, конечно, были тщетными, но попытка — не пытка, — «Ну, это как посмотреть», — мелькнула в голове мысль.       Занятие, откровенно говоря, я не нашёл себе достойнее, чем просто уткнуться в свой гаджет. Но помогло это от скуки ненадолго. На часах было уже почти пять вечера, а проснулся я около восьми утра. Меня мучило не столько желание есть, сколько просто пойти поссать. Я уже устал листать ленты соц-сетей, ибо успел переделать ВСЁ в своём телефоне. Я прочитал с десяток научных статей, новостей, поглядел на странички своих «братьев», заглянул в ютуб и узнал ровным счётом нихуя нового или полезного. От такого продолжительного срока ничегонеделания я утомился. Мою хандру разбавляли только редкие шаги за дверью и чьи-то тихие хихиканья. Ну да. От комнаты Пика все шарахаются, кроме меня. Обычно я этого не замечал, но сейчас это серьёзно выделялось. В какой-то момент разглядывания потолка я решился выглянуть в окно.       Ситуация поменялась не сильно, и ничего интересного созерцать на нашем дворе я, увы, не смог. Когда я уже хотел было отойти от окна, на улицу вышла червовая парочка. Причём, устроились они удачно под моим окном, благодаря чему я прекрасно слышал их голоса и диалог между ними.       — Сладкий, да ты прям сегодня светишься. Что такого радостного случилось за эти двадцать четыре часа? — голос Ромео источал лютую приторность, отчего я сразу сморщил лицо. Всё никак не привыкну к его этой манере общения. Он даже ругается слащаво!       — Ну, ничего особенного, — по голосу четвёртого было слышно, что он немного смутился от такого прямого вопроса, — просто радуюсь, что Вару никому не испортил сегодня настроение. Зонтик сегодня даже улыбается, а Куромаку выглядит менее напряжённым. Это ведь хорошо, что у всех всё хорошо!       — Тц, даже не вспоминай о нём. Он так меня раздражает, что одно упоминание о нём портит всё хорошее настроение, — я уже не слышал, что на это ответил Феликс. Мне было не до них. Я утонул в своих мыслях и эмоциях.       В эти секунды мне стало до одури плохо. Они ведь не знали, что я всё слышу, а потому могли позволить себе развязать языки. Просто обидно за то, что я оказывается порчу всем настроение одним упоминанием моего имени. Да и в чём тут моя вина?! Я ведь не выбирал каким меня создавать! Да, мы с Пиком среди всех антагонисты, но неужто им было бы лучше без нас?! Мы делаем больше, чем тот же Куромаку. Может, я и выбешиваю всех, но благодаря мне и моему королю всем живётся спокойно. Мы живём, на секунду, не в самом благополучном районе. Так что если бы не наши усилия, то многие из них лишились бы уже своих конечностей и денег.       Да, мне было горько на душе, что конкретно во мне не видят ничего хорошего. Я не могу быть другим. Всё что мне дано, так это быть противоположностью всего хорошего. Я всегда буду плохим и это моё всё. Я не могу быть добрым. Я даже забочусь только с матами и подзатыльниками, и мне теперь ещё за это выслушивать такие слова в свой адрес?!       Губы дрожали также, как и руки с ногами. Не стоило мне изначально подходить к этому окну. Не выдержав, я с силой захлопнул его. Плевать, что они поймут, что я их подслушал. В этот момент открывается дверь в комнату. От неожиданности я даже слегка дрогнул. Я так ушёл в себя, что не заметил, как дверь открывают повороты ключа в замочной скважине. Я не ожидал прихода моего короля, но, тем не менее, виду не подал, за что уже заслужил медальку.       — А я даже удивлен, что ты не сбежал, не выломал дверь или не выпрыгнул через окно, — я не видел его личика, но я чётко знал, что он улыбается. Вот только это вряд ли можно было назвать улыбкой. Скорее волчий оскал, который вводит в страх от одного вида. Я не такой, потому и смотреть или оборачиваться на него не бу-       — Знаешь, а у меня мелькали такие мысли, вот только я решил сыграть немного по другим правилам, — аргх, ладно, я всё-таки обернулся, но не соврал. За время моего нахождения здесь, я успел подложить ему под подушку пару подарочков. Помнится, он не сильно дружил с классом насекомых. Ну, вот и узнаем, насколько хорошая у меня память.       – Да? – его улыбка стала чуть шире, что, конечно, не ускользнуло от моих глаз и, о боже, у меня всё больше желания надеть на него намордник и на всякий случай сделать пару прививок, – ну, хорошо. Значит тебе ничего от меня не надо? В таком случае удачи тебе, я на гонки уезжаю.       После этих слов куртка, как по волшебству, оказалась в его руках, а ключи звонко зазвенели на указательным пальце. С-с-сука-а, и кто мою ловушку тестировать будет? Ну, ничего, зато он сразу же протрезвеет этой ночью... Славный у меня король. Прям слов не нахожу. А ему это только, блять, и надо. Обидно и хочется отречься от своих слов, чтобы сходить в туалет. Целый день в замкнутом пространстве дал мне только возможность понять, насколько лучше быть закрытыми в своей личной комнате, нежели в комнате своего врага и короля одновременно. После пары секунд раздумий я посмотрел таки на своего мучителя-цербера. Он посмотрел на меня оценивающе, как бы убеждаясь, что со мной всё более-менее в порядке и, не дожидаясь моего ответа, вышел из комнаты.       – Сука, в туалет сходить дай, а потом катись, куда хочешь! – я ринулся к двери, но ответом мне стал ключ, который закрыл эту комнату на два жёстких и безжалостных оборота. Мои очередные попытки выбить дверь вновь не увенчались успехом.

***

      Время вечер, а я уже не понимаю, что мне делать. До меня только сейчас дошла мысль, что я должен быть благодарен себе за стальную волю. И отчасти должен благодарить возможную анорексию. Я всё ещё не чувствую ни капли голода. Хрен уже с этим желанием поссать. Я прекрасно справлюсь и с ним, и с накатившей скукой! Ему повезло, что в комнате мало мебели и переворачивать вверх дном мне тупо нечего, но он не учёл мой шебутной характер. Вот придёт он под утро пьяный, а у него обои подраны и окно выбито!       – Ва-ару-у, ты там? – резко тишину прервал тихий голос. Поначалу было даже не понять, кто это. Скромный тонкий голос напоминал Зонтика, но в то же время Габриеля. Однако я сложил в голове пару фактов и осознал, что это мог быть только мой ушастый друг. Зонтик ко мне и на пушечный выстрел не подойдёт.       – Да, Габи, я здесь, я слышу тебя, – мой шёпот казался слишком громким в этом тягучем молчании. За дверью послышались шорохи и звуки, будто кто-то скребётся ногтями об металл. Примерно через минуту этих пощёлкиваний, дверь открылась. Моему удивлению не было предела.       Первым в проходе показался старший бубновый. В руках у него была пластиковая, мать его, карта! Сам он выглядел весьма потрёпанно и уставше, но очень радостно. Это отчётливо было видно по его глазами в особенности. Пожалуй, не будь на мне очков, он увидел бы ту же картину. Вдруг за его спиной показался эльф и приставил указательный палец к губам. Вот вроде бы надо радоваться, а меня мурашки от дежавю пробили.       Крадучесь, они вошли в комнату и прикрыли за собой дверь. Только в этот момент я заметил сумки, которые висели у них на плече. Их вроде ещё почтальонкой называют. Я уставился на них немым охуевающим вопросом. На это они лишь набрали по больше воздуха и, всё-таки, начали говорить.       – Мы очень переживали и...– на первых же словах Данте смутился, но его валет сразу продолжил.       – Очень волновались за тебя. Весь день от тебя не было даже звука. Мы перепугались и уже хотели дверь вскрывать, но пришёл Пик и мы понадеялись, что он тебя покормит и в туалет выпустит, но... – да что за привычка у них отрываться на полуслове?! Я, внимательно слушавший до этого, лишь тяжело вздохнул. Он мог не договаривать, я и так уже понял к чему он клонит.       – Вот только он ушёл и не дал мне возможности выйти из комнаты? – я скорее подсказал возможный вариант дальнейших слов друга, на что получил утвердительный кивок, – и вы решили вскрыть замок к черту? – на эти слова я получил менее уверенный кивок со стороны Габриеля.       – Но если говорить более честно, то мы просто решили помочь своему другу и принесли еду. Не думаю, что за последние двое суток ты вообще не проголодался.       – Да, но у меня есть куда более важная просьба, раз уж я могу выйти за пределы этих четырёх стен. Дайте мне поссать.

***

      – И он просто напросто развернулся и вышел. Не, ну, ты представляешь? И после этого он надеется вернуться в целую комнату! – я, откровенно говоря, разошёлся и критиковал своего короля уже вдоль и поперёк. Моему возмущению не было предела, так что я подсел на уши своим друзьям, которые, к слову, ни разу меня не перебили и изредка кивали на мои чересчур громкие и осуждающие возгласы.       Я отхлебнул чай из термоса с нескрываемым наслаждением и немного успокоил резко разошедшиеся нервы. После этого мой взгляд привлёк внезапно загоревшийся экран смартфона. Видимо, кто-то вспомнил обо мне или очередное сообщение от какого-нибудь приложения по типу спама. На экране яркими цифрами горело время: 1:28. Время уже давно за полночь, а мы за своим разговором этого даже не заметили. Благо, планов на завтра и в помине у меня не было, а про сон я могу не вспоминать ближайшие часов 15, ибо выспался я знатно за этот томительный денёк. Друзья мои выглядели не менее бодро, хотя мы и сидели в абсолютных сумерках и лишь слабый свет луны немного освещал комнату. Как же приятно вот так просто посидеть и поболтать. Темы для разговора ещё были, но так не хотелось прерывать такое неожиданное, но сладкое молчание. К слову, остальные мои братья также её поддерживали весь день. Другие клоны к нам даже на секунду не заглянули и всё также отпрыгивали от фиолетовой двери, которая привела бы их в наше царство. Царём этих земель, конечно, был я.       – Ответственность — странная штука. С одной стороны мы её боимся, – Данте последовал моему примеру и тоже сделал небольшой глоток немного остывшего чая, прерывая очередную цитату, – а с другой стороны именно благодаря ей завоёвываем уважение, становимся ближе друг к другу. А совершая безответственные поступки, делаем правильные выводы... – на этих словах он посмотрел на моё лицо, увидел мою идиотскую улыбку и тут же поспешил дополнить, – или не делаем.       – Я знаю одного человека, который этому никогда не научится, – на мои слова король лишь снисходительно улыбнулся, прекрасно понимая о ком речь. Вот это я понимаю. Поведение достойное уважения! Вот уж за это его реально можно и нужно любить.       Габриель же не говорил ни слова и молча слушал наш диалог или просто утонул где-то внутри себя, занимаясь самокопанием. Ну а я заметил, что печенье уже почти закончилось, а чай мы весь допили. Я тихонько радовался, что смог таки найти себе достойных товарищей и могу не переживать, ежели меня украдут, свяжут и запрут. У меня всегда будет, как минимум, два человека, которые будут готовы хоть ночью подорваться ради меня, и это очень грело душу.       – Ладно, друг. Засиделись мы что-то, уже скоро третий час ночи пойдёт, а мы даже не прибрались.       – Пора и честь знать? – невольно с губ соскользнула одна из излюбленных фразочек киноактёров.       – Прямо в самое сердце, – Данте лениво улыбнулся, как котяра, и, сложив всю разбросанную нами еду в сумку, помахал мне рукой и вышел из комнаты с Габриелем.       Дверь за ними закрылась и мне стало даже немного грустно.       – Здравствуй, темнота и тишина. Я вновь с тобой.       Может быть, я немного и скучаю по моему козлику, но в ту же секунду уверенность кричит во мне, что будет лучше, если его не будет рядом со мной подольше. Единственное желание, исполнение которого я бы хотел – провести всё своё свободное время вместе с бубновыми и очередной кружкой чая.       Я плутал в своих мыслях, теряя счёт времени. Я помнил, что этого самого времени не так то уж и много, а у меня есть возможность прямо сейчас выпрыгнуть из окна и уйти в свою обитель. Но с другой стороны, я знаю, что Пик, будучи пьяным, не будет особо церемониться, мы подерёмся и я снова окажусь тут, получив в добавок заколоченное окно. Я более чем уверен, что ему не составит труда отрезать мне все пути выхода отсюда, а так хоть воздухом подышать можно или в окошко выглянуть.       – Сука, – в голове мелькнул короткий диалог червовой масти, который я так "удачно" подслушал. И вот надо же было его прямо сейчас вспомнить, когда всё получило статус "получше"!       Стало ещё хуже. Мысли, как заведённые, прокручивали этот момент из раза в раз. Внутри заклокотала боль в перемешку с чем-то ещё. К горлу подкатил неприятный ком, а в носу неприятно защипало. Как же хочется отстоять свою честь, но я знаю, что за это мне только в очередной раз прилетит. А я ведь просто хочу быть счастливым и не чувствовать себя таким обделённым. Руки активно начали дрожать вместе с ногами из-за чего я окончательно осел на пол без желания даже встать. Вот вроде бы и хочется разнести всё это к ебеням, но ни с того ни с сего на меня накатила апатия и безысходность.       «Каким бы сильным ты ни был, всегда найдётся испытание, что заставит тебя в этом усомниться!»– вовремя вспомнилась одна из лучших, по моему мнению, цитат Данте. Он часто её приговаривал, когда видел, что я грущу или мне плохо.       – Как же мне вас не хватает! – щёки начали покрывать маленькие ручейки слёз. Благо хоть звукоизоляция приемлимая, хотя даже так кричать не очень безопасно.       Внезапно с первого этажа послышался еле уловимый хлопок двери. Мне даже дважды задумываться не надо, я и так знаю, кто это. Его грузные шаги отдавались вибрацией по полу. Внутри сердце начало отплясывать чечётку. Я не хочу, чтобы он видел меня таким слабым. Особенно он. В такой громкой тишине сложно было не услышать, как ключ уже поместили в замочную скважину и попытались провернуть. Но я прекрасно знал, что дверь открыта, ибо пластиковой картой можно открыть, но не закрыть. Через несколько секунд до человека за дверью дошло, что его преграду надо просто толкнуть.       – Блять, я чё, не закрыл дверь?

К слову, жуков меня уговорили убрать.