Только тебе

♡

Блэйд совершенно не помнит как он оказался рядом с Цзин Юанем и как они вошли в его покои. Но точно помнит каждое прикосновение губ и горячих ладоней, которые ярко ощущались даже через слои одеяний. Кажется, он давно мечтал ощутить на себе следы от поцелуев генерала, почувствовать как пальцы забираются под одежду и поглаживают открывшиеся участки кожи. У Блэйда были партнёры, чаще всего лишь на одну ночь, но ни один из них и в половину не сравнится с генералом Лофу Сяньчжоу. И этому есть одна единственно верная причина, но разве будет Блэйд признаваться самому себе, что она действительно верна? Это всего лишь одна ночь, которая будет забыта с наступлением утра. Он постарается и твёрдо скажет забыть о ней и Цзин Юаню. Только вот настойчивость генерала говорит об обратном. Он не забудет. Блэйд от осознания разочарованно выдыхает и чувствует холодный воздух, пришедший на смену горячему телу, от которого действительно пробежались мурашки. Взгляд устремляется в горящие янтарные глаза напротив и задаёт немой вопрос. Цзин Юань улыбается хитро и усаживает мужчину на кровать, затем снова припадает к заалевшим губам, только теперь неспешно и аккуратно прикасаясь, словно не было только что безудержной страсти. Блэйд хмурится и пытается взять контроль на себя, толкнуться языком в приоткрытые губы, чтобы поддались напору с его стороны, но ему не позволяют, мягко отстраняются и снова целуют, дразня. Охотник за Стеллароном чувствует как в груди нарастает напряжение и раздражение, он вовсе не хрупкий, к нему не стоит испытывать такую осторожность, его можно кусать до крови, оставлять синяки на теле и грубо брать, чтобы потом ноги не держали, а поясница ещё несколько дней напоминала о том, что было. Но его губы не кровоточат, только ноют от мучительно тягучих поцелуев, а тело не покрывается наливающимися фиолетовым синяками. Цзин Юань отстраняется от опухших губ и шепчет что-то неразборчиво, Блэйд не понимает, у него перед глазами плывёт и изнывает всё от ярких ощущений. Генерал доволен собой и ухмыляется победно, отходит в сторону и смотрит себе за спину, а Блэйд теряется, поймав собственный взгляд в большом зеркале, обрамлённом золотой рамой с искусно вырезанными стеблями и листьями. Кроваво-красные глаза сразу же устремляются на Цзин Юаня тяжёлым злым взглядом. Только вот генерал страха не чувствует, и уколов совести тоже, пальцами медленно очерчивает подбородок и снова устремляет в отражение, заставляет смотреть на себя. Блэйд щурится, хочет разбить зеркало к чертям и осколки раскрошить в пыль, но пальцы на лице сжимаются чуть сильнее. — Смотри, — коротко шепчет генерал и принимается за одежду. Блэйд не может, отворачивается от собственного отражения и глазами цепляется за движения мужчины, сам тянется к тяжёлым одеждам и быстро справляется с обилием застёжек и ремешков. Цзин Юань не запрещает, остаётся лишь в нижнем белье и позволяет разглядывать, касаться и гладить где вздумается, прикосновения от грубых шершавых ладоней ощущаются так хорошо. Только сам генерал брови сводит и смотрит со смешанными чувствами на забинтованное тело и запястья. В груди гулко бьётся сердце, разрываясь между болью, виной и любовью. Блэйд это видит, даже понимает ход мыслей генерала и знает, что он не такой, как прошлые его партнёры, не станет со смущённым страхом отводить взгляд. — Сними их, — собственный голос хриплый и слова с трудом вырываются из горла, но реагируют на них сразу же. Цзин Юань садится сзади и один за другим снимает слои плотного бинта. — Смотри в зеркало, — неожиданно произносит генерал и снова поворачивает лицо к отражению. Блэйд повинуется, не моргая наблюдает за мозолистыми ладонями и за открывающимися уродливыми шрамами. Последняя полоска ткани падает в общую кучу, и Цзин Юань через отражение наблюдает за открывшейся его взору кожей. Подушечками пальцев мягко проходится по давно зажившим рубцам, оглаживает каждый аккуратно, Блэйду даже щекотно. Отвращение смешивается с приятным возбуждением от ласковых касаний и мужчина невнятно мычит, поторапливая партнёра. Цзин Юань улыбается краешком губ и нежными поцелуями проходится по шрамам на спине. Блэйда ведёт, его впервые одаривают такой незаслуженной нежностью, впервые его тела касаются так аккуратно, впервые не пытаются причинить боль и оставить ярких отметин и царапин. Где-то в подсознании бьётся мысль о неправильности происходящего. Начиная с Цзин Юаня, которого Блэйд должен ненавидеть всей душой. От взгляда на которого глаза должны вспыхивать ярким огнём и желанием убить. И заканчивая его отношением к самому охотнику. Блэйд столько раз произносил слова ненависти, обещал уничтожить за искалеченную жизнь, но в итоге нетерпеливо стонет и извивается в руках, что когда-то держали оружие против него. Цзин Юань укладывает мужчину на себя и не перестаёт держать чужие глаза в плену, чтобы не смели закрываться. Блэйд слышит и видит как открывается бутылочка с маслом и по комнате сразу же расползается приятный аромат. Сейчас даже не вспомнить какой именно, в мыслях лишь предвкушение от последующих действий генерала. Масла никто не щадит, пальцы полностью оказываются смазаны и, о Эоны, Блэйду приходится наблюдать как в него медленно погружают первый. Сейчас он полностью открыт перед Цзин Юанем, отражение позволяет видеть намного больше, и даже темнота не может ничего скрыть. Блэйд краснеет впервые за ночь и взгляд пытается отвести, глаза закрыть, но каждый раз не выходит, генерал не позволяет ему. Охотник наблюдает как теперь два пальца погружаются в него и картина, разворачивающаяся перед глазами, удивляет и одновременно возбуждает своим бесстыдством и раскованностью. Блэйд дышит часто и коротко постанывает, слишком много чувств и ощущений вдруг накатывает на него, кажется, впервые в этой жизни. Он не придавал постельным утехам большого значения, всего лишь способ снять напряжение, обычная реакция человеческого тела, но теперь он уверен, что ошибался. Цзин Юань не решил просто заняться сексом с ним, он показывал и открывал все чувства, что может испытывать человек во время занятий любовью. Никто из них не признается в этом, не сейчас. — Тебе мало двух пальцев? — внезапно горячо шепчет Цзин Юань и смотрит прямо в глаза, медленнее и развратнее двигаясь внутри Блэйда, вытворяя с ним то, что никому не под силу. Охотник вздыхает громко и мнёт простыню в руках, не смея отводить взгляд. Глаза блеснули янтарём и Цзин Юань вытаскивает пальцы, обводя анус по кругу, дразня разгорячённого мужчину ещё больше, а затем вводит уже три. Из лёгких будто бы сразу выбивают весь воздух, а тело горит в местах, где гладят ладони. — Я готов, — судорожно выдыхает Блэйд и зачёсывает мокрую чёлку назад, умоляющим взглядом впиваясь в чужой. Цзин Юань целует за ухом и с противным смущающим звуком вытаскивает пальцы, проходясь ими по жаждущему ласки возбуждению. — Встань на колени, — шёпот снова посылает волну мурашек по телу, а уха касается горячий язык. Блэйд всё-таки повинуется и упирается локтями в кровать, пряча лицо в сгибе. Ноги сильно подрагивают, из-за чего сложно удержаться даже в такой позе, но его нежно подхватывают под живот и гладят по бёдрам, расслабляя тело. Цзин Юань смотрит и налюбоваться не может, у него сердце щемит и взгляд мутит от такой покорности. Он выливает ещё масла на своё возбуждение и размазывает по всей длине, судорожно вздыхая. Только сейчас он вспомнил про собственное желание. — Расслабься, будет немного неприятно, — предупреждает мужчина, хотя уверен, Блэйд это знает, но не может не заботиться о благополучии любовника. Головка медленно входит в растянутый проход, и Блэйд готов кончить только от этого, но терпит, ждёт, когда его заполнит человек, которого он так долго желал, поэтому пытается расслабиться. Цзин Юань входит мучительно медленно, но оттого очень аккуратно, Блэйду даже чудится, что безболезненно. Генерал ничего не говорит, не интересуется самочувствием, и Блэйд думает что вот сейчас, его грубо возьмут и станут вбиваться со всей силы, не обращая внимания на его болезненные стоны, но вместо этого, мужчина начинает двигаться медленно, постепенно наращивая темп, сначала практически полностью покидая тело и потом медленно толкаясь обратно. Охотник чуть ли не в голос стонет и кончает на простынь, всё больше пряча лицо за растрепавшимися волосами. — Быстро, — задумчиво произносит Цзин Юань, а Блэйд хочет умереть прямо сейчас, неужели его так разнежило, что он готов кончить даже от обычной стимуляции. В голове настойчиво бьётся раздражение, но оно быстро исчезает, когда Цзин Юань невесомо практически касается напряжённого живота, кончиками пальцев собирая семя, а затем тянет на себя, из-за чего Блэйду приходится привстать. Без опоры в виде рук, мужчина чувствует накатившую слабость, но генерал крепко держит его за талию и точно не даст упасть. Взгляд снова невольно возвращается к отражению, Блэйд смотрит и в голове крутится лишь одна мысль: «Отвратительный». — Прекрасный, — тут же будто отвечает ему генерал и любовно осматривает мужчину. Тёмные волосы водопадом струятся по плечам, чёлка благодаря влаге зачёсана назад, из-за чего можно было увидеть раскрасневшееся лицо, алые глаза с явным желанием и приоткрытые в немом стоне губы. Блэйд не верит, видит лишь налитые кровью глаза, жаждущие жестокости, и испещрённое увечьями тело, на которое без отвращения и не взглянешь. Не понимает восхищения генерала, не знает как может нравиться подобный ему. На груди ужасным ранением растянулся длинный шрам, кое-как заживший без должного лечения, а запястья истерзаны так, что похожи больше на решето, от гладкой кожи не осталось и следа, только бугристая и рваная. Но Цзин Юань не смотрел на него с отвращением или страхом, скорее с сочувствием и явным желанием доказать, что он также красив, со всеми «уродливыми» ранами, которые Блэйд снова и снова продолжает наносить себе в бою. Персиковые губы нежно касаются запястья, проходясь по каждому шраму и только недавно покрытыми корочкой ранам. Блэйд снова смотрит на отражение и видит как с живота всё ещё стекает семя, морщится недовольно и вдруг чувствует толчок. В таком положении Цзин Юань входит ещё глубже и снова и снова продолжает вырывать бархатистые стоны из мужчины. Блэйд практически видит как в него входят до упора и это заставляет возбуждение с головой окутать снова. — Посмотри на себя, — у самого уха произносит Цзин Юань, — признай, ты давно мечтал, чтобы я тебя взял, раз настолько хорошо принимаешь меня. Или ты со всеми был таким покорным? Со всеми так жалобно стонал и просил большего? — Нет, — не выдерживает Блэйд и разозлиться пытается, но ему так хорошо сейчас, что силы есть только на несдержанные стоны и всхлипы. — Блэйд, скажи моё имя, — почти умоляет генерал и поцелуями покрывает шею, затем чуть прикусывая зубами. — А-Юань, — только лишь может выдавить из себя охотник и закрывает глаза, не выдержав их собственного развратного отражения. Цзин Юань улыбается счастливо и прижимает мужчину ближе, не сбавляя темпа, чувствует жар чужого тела и даже бешеный стук сердца. Ещё несколько мгновений и они оба кончают с протяжными стонами, генерал еле успевает выйти из Блэйда, чтобы не излиться внутрь, и аккуратно опускает его обратно на кровать, нависая сверху. Некоторое время они пытаются восстановить дыхание, а затем Блэйд поднимает взгляд на зеркало, через него смотрит сначала на себя, а затем на Цзин Юаня. У того волосы пушистой гривой лежат на плечах, глаза закрыты и лицо красное, сильная грудь вздымается от тяжёлого дыхания. Блэйд переворачивается, мнёт и пачкает постель сильнее, но не обращает на это совершенно никакого внимания. Цзин Юань пристально наблюдает за мужчиной и улыбка сама появляется на лице. Блэйд не понимает её причин, обнимает за шею и притягивает к себе, кусает нижнюю губу, из-за чего генерал вздыхает, и требовательным поцелуем жмётся к губам. Цзин Юань позволяет делать с ним что угодно, но когда его кусают до крови, мычит недовольно и отстраняется. В чужих глазах проскальзывает вина, но генерал не хочет её видеть, поэтому снова припадает к губам, чистыми пальцами проходясь по тёмным, словно ночь, волосам. Подушечки пробегают по телу и снова касаются того самого шрама на груди. — Прости, — шепчет в губы Цзин Юань и руку кладёт там, где под рёбрами бьётся чужое сердце. Блэйд не понимает к чему извинения, хмурится и ловит чужой взгляд, своей ладонью накрывая чужую. — За что извиняешься? Мне было хорошо, — отводя смущённо взгляд, еле слышно произносит охотник. Генерал качает головой и выборочно гладит несколько шрамов, затем поцелуями проходясь по ним вновь. — Прости за это, — Блэйд теперь понимает, генерал извиняется за оставленные им самим ранения, помнит каждое и покрывает поцелуями, пытаясь перекрыть, прося прощение таким образом. Охотник хмыкает, отворачивается, не знает, что сказать. Он даже не помнит какой из шрамов кем был оставлен, ему уже давно всё равно на это, только смотреть старается реже, перекрывая старыми бинтами, чтобы отвращение к себе не накрыло с головой, чтобы окончательно не умереть от него в бою, а ещё чтобы воспоминания не резали сердце на части, заставляя задыхаться и чувствовать столько всего разом. Боль от потерянных счастливых времён всегда неизменно сменяется болью от остро заточенного оружия, не знающего пощады и разрубавшего его плоть до самых костей, но всё ещё не давая умереть, бесконечной пыткой заставляя сходить с ума. — Блэйд, — будто сквозь пелену доносится собственное имя и охотник выныривает из страшных воспоминаний, вскакивая на месте, расфокусированным и потерянным взглядом всматривается в обеспокоенное лицо перед собой. Ладони мягко касаются щёк, Цзин Юань не будет спрашивать, он сам догадывается, только лишь целует сухие губы невинно и руками мягко зачёсывает тёмные волосы назад, пальцами проходясь по всей длине. Блэйд только теперь замечает, что кожу не стягивает засохшее семя, а руки у генерала чистые и сухие. Пока болезненные воспоминания накатывали на него, Цзин Юань полностью позаботился о нём и насухо вытер, думал наверняка, что охотник просто задумался о своём. — Надо поменять постельное бельё, — совсем буднично говорит генерал, а Блэйд не верит в эту частичку нормального и мнёт ладонью белоснежные простыни, чтобы понять, не сон ли. — При всей своей лености ты всё также чистоплотен, — хмыкает себе под нос Блэйд, — удивительно. Цзин Юань радуется по-детски, что удалось разговорить мужчину на отвлечённые темы, придвигается ближе и невинно глядит, изучает эмоции на лице, всматривается в глаза, пытаясь понять без слов, совсем как тогда. Только сейчас сложнее намного, Цзин Юань может и остался тем же, только вырос и мудрости набрался, но Блэйд может разглядеть в нём того юнца, который пытался его превзойти всегда, и всё равно предпочитал тренировкам ленивые прогулки под яркими клёнами, засыпал где попало и получал нагоняй от всех, а ещё играл всегда нечестно, воруя фигуры из-под носа, а вот Блэйд от прошлого себя ничего не оставил, стал полной противоположностью. Странно вышло, их воспитывал один человек, но методы отличались кардинально, охотник всё ещё не знал, чем заслужил такое отношение. — Моё сердце принадлежит тебе, — низкий голос снова высвобождает от окутавших голову воспоминаний, но смысл сказанного не сразу складывается в искалеченном разуме. Блэйд сжимает руки в кулаки и губы поджимает, стойко молчит, игнорируя чужой вопрошающий взгляд. Любовь не может идти рядом с ними, её невозможно совместить с их сердцами и даже просто рядом поставить нельзя — пытается убедить себя охотник. — Тебе стоит лечь спать, — отстранённо проговаривает он и подтягивается к подушкам, ногами скидывая грязную простынь на пол. Цзин Юань только улыбается спокойно, что ощущается болезненно в груди, падает на подушки рядом с мужчиной и лицом поворачивается к нему. Больше они не говорят, а Блэйд поворачивается спиной, чтобы заснуть быстрее. Генерал ещё несколько долгих секунд смотрит на испещрённое шрамами тело, а затем придвигается ближе и упирается лбом в холодную кожу, наконец проваливаясь в крепкий сон. Размытые картины прошлого и силуэты до боли знакомые, но сколько бы не тянулся к ним Блэйд, не мог вспомнить. Снова острая боль от собственноручно выкованного оружия и яркие искры угасающего сознания. Блэйд резко распахивает глаза и дышит тяжело, очередные кошмары. Он так устал от этого, что нет сил даже на ненависть и слёзы, хотя в уголках глаз чуть скопилась влага. Охотник отрешённо поворачивает голову к спящему генералу. Тот выглядит расслабленным и сны ему, кажется, не снятся. Светлые волосы раскиданы во все стороны и падают на глаза, неприятно щекоча кожу. Блэйд пальцами аккуратно убирает чёлку и костяшками проводит по гладкой сияющей коже, от одного взгляда на мужчину все кошмары улетучиваются, а сердце начинает стучать размеренно и спокойно. В голову почему-то лезут шаловливые мысли стукнуть легонько по носу и проверить, проснётся Цзин Юань после этого или нет, поистине странно он влияет на охотника. Будто бы услышав чужие мысли, генерал двигается и прижимается ближе, рукой обнимая поперёк живота. Блэйд улыбается мягко, не веря что может испытывать такие чувства, ещё несколько мгновений любуется спящим генералом и целует в щёку, осторожно высвобождаясь из чужих объятий. Утром Цзин Юань находит на другой половине кровати клочок бумаги с коротким, но согревающим сердце сообщением. «Моё тоже. Только тебе».