А что, если...?

Я выпил лекарство. На удивление больше меня сегодня никто не трогал. Под вечер я пошёл на кухню, за такой поздний ужин, тренер бы меня убил. Было уже без пятнадцати двенадцать, поэтому я подумал, что все уже спали, но не Витя. (Русский) — Успокоился? — Очень смешно… Ответил я с иронией, в поиске чего-нибудь съестного в холодильнике. — Я серьезно. Ты настолько сильно разозлился, что тебя чуть не спалили, это на тебя не похоже. Я промолчал. Меня ужасно злила вся эта ситуация в целом, а он меня ещё и попрекает. — Напомни, ради кого я тут стараюсь? Я хотел было уйти, но Витя меня притормозил рукой. Я хотел было вновь рассказать все свои претензии, но позволил рассказать всё перед очередным срывом. — Признаю, я перегнул палку, зная о твоём состояние. Прости меня. — Ладно, я ничем не лучше... Но больше не затыкай, а говори словами. Как бы на мне агрессия не сказывалась, я всё-таки человек. Ответил я, буквально забивая на остальное. — Хорошо, иди сюда. На самом деле, я ждал это момента. Я подошёл и положил руки на поясе Вити. Пока он обхватил мои руки. Я облокотился головой на его плечо. Я сам не заметил как у меня выступили слезы. Я перешёл на английский. — Я устал. Очень. — Верю. Мы не увидели Миньярда, который зачем-то спустился вниз. При этом было отчётливо видно его безразличие. — Я могу поинтересоваться, отчего устал этот японец? Мы отшатнулись друг от друга, а я попутно вытирал слёзы, которые, к счастью, не были заметны. Всё же спалили, блять. — Тебе какое дело, Миньярд? И думаю, я могу узнать, сколько ты тут находишься. Сказал Виктор, сохраняя невозмутимость на лице. — Ну, вашу тарабарщину я не понял, но до того как вы начали обжиматься. — Блять… Тихо произнес я, но все услышали. — Как я понимаю, именно это вы первым от экси-наркоманов скрывали? — Уж прости, но Витя мне ещё живым нужен. Да и в основном он разбавлял черную дыру в гнезде, белой краской. — Ага, ведь именно я впервые тебе дал попробовать алкоголь. С гордостью произнёс Виктор, хихикнула напоследок. — И именно я, после ухода Кевина выводил тебя из ди… — Витя, блять. Перебил я его, показывая рукой стоп — нечего словами раскидываться. — Слушай, я знаю что просьбы ты не выполняешь, но ты не мог бы сделать исключение, и молчать о том, что было на кухне? Спросил я, впервые надеясь на милость. — Неа. Сказал, сука, как отрезал блондин. — Почему? — Знаешь, кролик и так бегает из стороны в сторону, будет интересно когда он захочет атаковать. От злости я хотел было взять нож со стола, но Витя меня вовремя останавливает, на то ему спасибо. Я же ещё так и не поел… Твари. — Раз, всё-таки расскажешь, то давай потом? Спросил Виктор, надеясь на компромисс. — Я подумаю. Сказал Миньярд и, как говорится, ушел в закат. Я перешёл на русский. — Можно я теперь поем? — В холодильнике почти ничего, давай я тебе яичницу сделаю, глазунью. — Это как? Я обычно яичный рулет ем, но не «глазунью». Изобразил я кавычки руками, для лучшего понимания, какое слово я не знаю. — Сейчас покажу, а ты нарежь хлеб, он пригодится. Спустя некоторое время, он снял с сковородки яйца и положил на тарелку, поперчив яйцо. — Смотри, самое вкусное. Протыкаешь желток и макаешь туда хлеб. Попутно ешь белок. Я попробовал так, как он сказал. Это было ахуенно. Или я слишком голодный, не знаю. Но я попросил добавки. За болтовнёй я и не заметил утра и ждавшего нас Жана для тренировки в гнезде. Убрав посуду, мы проводили лисов и собрались на тренировку. Настроение было на удивление прекрасное, или это валерьянка так действует?