Маленькая победа Джозефа Чандлера

POV Кента       Сидя за своим столом в отделе, я понял, что окончательно спятил. Напротив меня, вальяжно развалившись на стуле для посетителей, сидел инспектор Чандлер. Не то, чтобы это было так уж удивительно, но я точно знал, что Джо в отделе сейчас нет. Буквально пять минут назад ему звонил Финли, они с Майлзом были где-то в десяти минутах езды. Ну, и, конечно же, инспектор не смог бы себе позволить придти на работу в роскошном шелковом халате на голое тело. Я еще надеялся на то, что морок развеется, когда моя галлюцинация заговорила.       - Ну, здравствуй, мой сладкий, как же сложно было до тебя добраться. Я соскучился, даже не представляешь насколько. Ты поступил очень плохо, очень жестоко, а ведь ты клялся. В который раз убеждаюсь - нельзя людям верить на слово, - Чандлер наиграно вздохнул и лениво потянулся всем своим красивым телом. Я пытался даже не дышать, вдруг все вокруг поймут, что со мной что-то не то. Не хватало еще начать говорить с самим собой.       - Что же ты как не родной? Даже не поцелуешь? Или не узнал меня? Может быть, так будет лучше? - и глаза Чандлера засветились вишневым светом, в которых, время от времени, вспыхивали алые отсветы. Кто-то похожий на Джо вдруг подался ко мне всем телом, резко втянул воздух, хищно раздувая ноздри. – Ты стал еще вкуснее, как я посмотрю, так бы и съел, - видение облизнулось, его язык, неестественно длинный и острый, практически коснулся глаз.       Этого я уже выдержать не смог и пропищал чуть слышно: «Ты кто?»       Существо рассмеялось хриплым нечеловеческим смехом.       - А ты еще милее, когда боишься. Кто я? Сам подумай. Сколько раз на дню ты поминаешь меня? «Черт побери, к черту, какого черта» - вы, люди, никогда не задумываетесь над тем, что произносите.       Так, это уже финиш, мне мерещится Люцифер. Я не нашел ничего умнее, чем прошептать: «Ты - дьявол?» И снова хриплый хохот в ответ.       - Забавный ты, малыш. Будет ли дело дьяволу до такого никчемного маленького человечка? Нет, я обыкновенный демон, причем, надо признать, не самого высокого ранга. Давай сразу расставим все точки над i. Сэкономлю нам время и сразу развею все заблуждения, ты отнюдь не сошел с ума. Все, что было между нами, не привиделось тебе не надейся, ты принадлежишь мне. Согласись,что ни один сумасшедший никогда не признается в своем помешательстве, да он даже и не задумается об этом. Ты абсолютно здоров, а что касается небольших происшествий, что с тобой были, признаюсь - это я совсем чуть-чуть проучил тебя. Слишком уж много ты пялился на этого святошу, один взгляд – одна рана, одна улыбка – один ожог. Сам виноват, Эм. Запомни, ты - мой, ты обещан мне за верную и, заметь, нелегкую службу господину. Твоя чистая невинная душа, она такая сладкая, такая нежная, не терпится попробовать ее снова. Монстр опять облизнулся.       - Этого не было. Я был в коме, - что бы ни говорил мне самозванец, верить в это я не собирался.       - Ты о том, что я не трахал твое тело? Твоя правда. Он вплотную приблизил свое лицо к моему, захотелось отодвинуться, но я не мог. Жаркое дыхание опалило мне щеку, к своему ужасу я узнал этот запах. Так пахла его квартира, его постель, сам Чандлер, так пах я после ночей проведенных с ним, там, в моих галлюцинациях. Меня охватила паника. Запах, вкус - я их помню, разве их можно выдумать?       - Я не трахал твое тело, я трахал твою душу и ей это нравилось. Хочешь доказательств, что все реально? Ровно через минуту в эту дверь войдет инспектор Чандлер собственной персоной, с ним будет сержант Майлз. Твое больное сознание не может этого знать, а я могу. И знаешь, что еще, ты и слова не сможешь сказать ему, потому что он тебе не поверит. Да и что ты ему скажешь, что тобой пользовались, как последней шлюхой, которая послушно раздвигает ноги? Я бы за всю свою вечную жизнь не смог приблизиться к тебе, если бы в твоей светлой душонке не завелась гнильца. Ты ревновал Чандлера, как последняя сучка, завидовал всем влюбленным голубкам вокруг. С–а-а-ам винова-а-ат, Эмерсон. Пусть он смог один раз вытащить тебя, спрятать от меня, второй раз ему это не удастся. Нет ничего надежнее смерти, одна мысль о самоубийстве и ты мой, - он замолчал и ровно через минуту в дверях показался инспектор на пару с Майлзом.       Я пытался уговорить себя, что это еще ничего не значит. Слышал, как зовет меня Чандлер, как суетятся ребята, но ничего не мог сделать, не мог оторвать глаз от лица самозванца.       Я сдался, демону ли, сумасшествию ли, понял, что пути назад нет,и, что я потерял себя.       Чандлер склонился надо мной, звал по имени, гладил руку, а я ровным счетом ничего не чувствовал.       - Посмотри на него. Он идеален, чересчур на мой вкус, но его хочет сам повелитель. Хочет, но никак не может получить. Его душа - чистый нектар, незамутненная, даже смерть не смогла ее запятнать. А ты? На что ты надеялся? Я запачкал тебя, всего, ты же помнишь, как тебе было стыдно и сладко, ты стонал подо мной, наслаждался своим падением. После этого все еще мечтаешь о нем? Глупец! Ты мой, и я тебе это докажу.       Что-то вдруг поменялась, и я ощутил все: тепло Его руки, нежность и беспокойство в Его голосе, боль в собственном сердце. Мгновенно хлынули слезы, не хотелось верить, не хотелось чувствовать и жить тоже. Моя рука помимо воли потянулась к канцелярскому ножу, я не мог сопротивляться, абсолютно. Лезвие рассекло то место, где рука любимого инспектора касалась моего запястья. Я почувствовал, как с меня сняли путы, вскочил с места и бросился прочь. Прочь от взгляда льдистых и безжалостных глаз, в них я читал свой приговор: "Виновен". Как мог я не угадать подмены, как мог поверить мерзкой твари под личиной Чандлера? Вот такая, значит, моя любовь. Любовь ли? Может быть, жажда обладания, может каприз избалованного юнца, заигравшегося во взрослого? Как никогда раньше, я ощущал насколько был мелочен, инфантилен и ревнив. Хотелось забиться в щель, спрятаться ото всех, а еще лучше исчезнуть, будто и не было никогда.