Тёмное Сердце

Прошла неделя. Зиг лежал в своей комнате, уставившись в потолок. Сегодня выпал редкий свободный день — можно наконец‑то разложить по полочкам всё, что навалилось за последнее время. «И так. Я всё же переместился в другую реальность. И первой моей находкой было Древо Жизни. В одном из своих воплощений. Оно показало мне воспоминания, которые явно принадлежали не мне». Он мысленно вернулся к тому странному опыту: образы, запахи, чужие эмоции — всё это обрушилось на него, как поток ледяной воды. Древо будто пыталось что‑то донести, но говорило на языке, которого Зиг не понимал. «Дерево было похоже на спятившую слепую бабку, которая не видит и не хочет видеть никого, кроме того, кого хочет. А эта вселенная… фэнтезийное средневековье с магией и драконами. Причём драконы здесь считаются созданиями тьмы. А тех, кто с ними говорит, — демонами». Зиг провёл рукой по лицу, словно стирая наваждение. «Сейчас моё тело восстановило лишь крохотную часть былой силы. Мне тринадцать лет. Но даже этой силы хватает, чтобы быть сильнее тех, кто старше меня на пару лет. У того парня, с которым я дрался, за спиной были лишь тренировки и никакого боевого опыта. А я… Я сражался с фантомами каждый раз на смерть. Поэтому к смерти я и отношусь так беспечно». Мысли невольно свернули к Катрин. «И эта Катрин… Боже, как же она раздражает». Он резко сел на кровати, сцепил пальцы в замок. «Я и правда поклялся себе, что никогда никого не полюблю снова. С меня хватит. Сначала кажется, что ты кому‑то нравишься, а потом… Потом она найдёт кого‑то получше и бросит меня. Как это всегда и было». В груди снова заныло — будто невидимая рука сжимала сердце. Он вспомнил свою первую любовь, ту самую, что разбила его веру в людей, в чувства, в саму жизнь. Вспомнил, как сидел на холодной скамейке, беззвучно рыдая, а внутри всё превращалось в камень. «Если я и на этот раз не выдержу и поддамся чувствам, печать на моей душе рухнет как карточный домик. И тогда я не знаю, что случится». Зиг встряхнулся, отгоняя мрачные воспоминания. Сейчас важнее другое. «Сейчас я активно изучаю всю магию, что есть в местных книгах. Но в них нет ни слова о магии перемещения в другие вселенные. Так что пока я тут застрял. И мне нужно двигаться дальше — в другие города». Он поднялся, подошёл к окну. Внизу кипела жизнь: горожане сновали по рынку, смеялись, торговались. После убийства дракона все стали приветливее с ним — улыбались, кивали, даже заговаривали. Но Зиг знал правду: если бы он не убил дракона, они бы и дальше косились на него, шептались за спиной. «Лицемеры», — подумал он с горькой усмешкой. «Грейфус сказал, что за мной явятся драконоборцы. Насколько мне известно из книг, они забирают в столицу даже просто выживших в прямой битве с драконом. А я его убил. Так что за мной рано или поздно должны явиться. А пока я просто должен держать тело в форме и читать всё, что под руку попадётся». Ещё одна мысль кольнула — о Лютере. «Как же я мог попасться с Лютером? Надо же было ляпнуть про травы. Я хотел свои знания хранить в секрете. Как говорится: „Чем меньше я знаю, тем меньше я скажу в суде“». Зиг окинул взглядом комнату — книги, свитки, меч у стены. Всё это было временным. Как и его нынешняя жизнь. «Думаю, стоит прогуляться по городу сегодня. Или подзаработать деньжат за городом. В книге про монстров, что я читал, сказано: там можно наткнуться на множество гадких тварей. Хотел бы я с ними сразиться. Тем более сейчас у меня есть неплохой стальной меч». Он решительно направился к двери. «Пойду в гильдию, зарегистрируюсь, и отправлюсь убивать десятки кабанов, чтобы доставить их хвосты в гильдию. Всё по законам ММОРПГ. Хотя, насколько мне известно, здесь многое упрощено. Достаточно просто убить монстров рядом с городом. После смерти Чёрного Дракона их стало больше. Думаю, этим сейчас и займусь». Выйдя на улицу, Зиг вдохнул летний воздух. Солнце грело плечи, ветер играл с волосами. Люди улыбались ему, кивали, но он шёл мимо, не задерживаясь. Впереди — гильдия, монстры, работа. А за ней — неизвестность. Но это его устраивало. Потому что неизвестность — это шанс. Шанс найти путь домой. Или… шанс начать всё заново. — Вот же мрази. До убийства дракона они плевали мне в след. А сейчас улыбаются. Противно. Поскорее бы дойти до здания гильдии. Зигфрид ускорил шаг, стараясь не смотреть по сторонам. Летний день, обычно радующий теплом и яркими красками, казался ему фальшивым спектаклем. Каждый приветливый взгляд горожан, каждый кивок знакомых лиц — как липкая паутина, в которой он не желал увязнуть. «Лицемеры. Все до единого. Сегодня я герой, а завтра — снова изгой, если перестану быть удобным». Тень упала на порог здания гильдии — и Зиг переступил черту. Внутри сразу же поднялись перешёптывания. Голоса сливались в монотонный гул, то и дело прерываясь короткими смешками. Один лишь администратор у стойки сохранял невозмутимость, явно не понимая, отчего все так таращатся на парнишку. — Здравствуйте. Меня зовут Зигфрид. Я хотел бы вступить в гильдию, — произнёс он чётко, глядя прямо в глаза девушке за стойкой. Та окинула его оценивающим взглядом. Молодая, стройная, в зелёной рубашке и красном жилете. Длинные коричневые волосы собраны в тугую косу. Зелёные глаза слегка прищурились, на губах — вежливая улыбка. В её взгляде читалось не столько любопытство, сколько профессиональная настороженность. — Здравствуйте… А вы не слишком малы для авантюриста? Её голос звучал мягко, но в нём угадывалась привычная интонация человека, который ежедневно отбивается от юных мечтателей. — А с чего бы мой возраст вам стал важен? Насколько мне известно, ограничений по возрасту в гильдии нет. Он говорил ровно, без вызова, но и без угодливости. Просто констатировал факт. — Ты хоть знаком с ранговой системой, мальчик? — в голосе проскользнула нотка снисходительности, едва заметная, но ощутимая. — Да. Ранговая система и впрямь была до глупости проста. Каждому вступающему выдавали карточку авантюриста — официальный документ, подтверждающий причастность к гильдии. Она же указывала на уровень силы владельца: от низшего «D‑класса» до высочайшего «SSS++ класса». Любой новичок получал «D ранг» — дальше всё решала сила. Задание доставалось тому, чей ранг выше, если оно ещё не выполнено. Справедливо. А чтобы определить уровень силы, в гильдии имелся особый камень. Одно прикосновение — и ранг становился очевиден. — Тогда пройдём, — девушка кивнула в сторону боковой двери. Зиг последовал за ней. За их спинами воцарилась полная тишина — все присутствующие замерли в ожидании. Кто‑то притворился, что изучает доску объявлений, кто‑то замер с пером над бланком. Воздух будто сгустился от любопытства. В соседней комнате на столе лежал тот самый камень. Массивный, полупрозрачный, с прожилками алого света внутри. Он словно дышал — едва заметно пульсировал, отзываясь на приближение новой силы. Зиг без колебаний положил на него ладонь. Красный свет хлынул из камня — яркий, почти ослепительный, а затем резко погас. — Что?! Как это возможно?! Этого просто быть не может! Попробуй снова! — голос девушки дрогнул, в нём прорезалась паника. Снова красный свет замигал в комнате, пульсируя в такт с её участившимся дыханием. — Да быть этого просто не может! Ладно! Подождите! Я схожу за управляющим! Она буквально вылетела из комнаты. В главном зале гильдии раздался сдержанный смех — видимо, присутствующие ожидали чего‑то подобного. Кто‑то даже хлопнул в ладоши, будто предвкушая зрелище. Похоже, девушке ещё не рассказывали про дракона. Для неё это был настоящий сюрприз. — Ну что там такое, Лукреция? Разве это стоит того, чтобы будить меня в такой прекрасный день? — из глубины здания появился высокий светловолосый эльф в свободной робе. В руке он держал бутылку спиртного, а в глазах читалась смесь раздражения и любопытства. — Управляющий, там… А+ ранг! — выпалила девушка, едва успев перевести дух. По залу прокатился гул восторга. Кто‑то вскрикнул, кто‑то захлопал, кто‑то начал перешёптываться, пересчитывая вслух известные случаи появления столь высокого ранга у новичков. Хоть эти люди и были потенциальными конкурентами Зига, новость о новичке с таким высоким рангом вызвала у них искреннюю радость. — Привет, малышня. Веселитесь в такой великолепный день, — махнул рукой эльф, прежде чем направиться в комнату, где ждал Зиг. «А+ ранг… — мысленно повторил Зиг, разглядывая свою правую руку. — Это из‑за моих сил ангела? Но они же даже не пробудились до конца. Полную силу я обрету лишь к двадцати одному году. Может, это ошибка? Ведь, несмотря на омоложение, мне сейчас лет сто тридцать — сто сорок, если не больше». Его пальцы слегка дрогнули. Он вспомнил, как впервые ощутил пробуждение силы — тогда, в прошлой жизни, когда мир ещё не рухнул. Сейчас это казалось сном. Или чужим воспоминанием. В этот момент в комнату вошёл управляющий. — А, господин Зигфрид. А мы‑то думали, когда вы заявитесь. Меня зовут Мелькор. Я гильдмастер этой гильдии. Слышал о вашей победе над Чёрным Драконом. Если вступите к нам, вы получите за него десять миллионов золотых. — Я как раз и пришёл, чтобы вступить в гильдию. Стоп! Награду за дракона? Десять миллионов?! Разве так можно? Голос Зига дрогнул, но он тут же взял себя в руки. Сумма была немыслимой. Достаточно, чтобы купить замок. Или нанять отряд. Или просто исчезнуть, раствориться в другом королевстве. — Да. У нас очень давно висел заказ на Чёрного Дракона, обитающего в этих местах. Вы его выполнили, сами того не зная. Деньги на награду были выделены много столетий назад и постоянно пополнялись — чтобы задание быстрее выполнили. Но до вас с этим никто не справлялся. Так что они ваши. Вы сделаете нам большую услугу, закрыв этот заказ официально. Не придётся возиться с возвратом денег. — А чьи они? — Королевства, конечно. Этот заказ был открыт лет двести назад — ещё во времена первых королей людей. Я тогда был ещё таким мальчишкой, как ты, когда этот заказ появился. Мелькор улыбнулся, и в этой улыбке промелькнуло что‑то тёплое — воспоминание о давно ушедших днях. — Значит, проблем с этим не будет? — Конечно нет. Единственная проблема будет у вас — унести эти деньги из банка. Ха‑ха. Но есть магическая карта. — Мелькор указал на гильдейскую карточку Зига. — Она решает все вопросы, связанные с деньгами. С её помощью можно оплачивать любые расходы. Баланс можно увидеть, вызвав магическую панель. Эта карточка — очень полезная штука. Её имеют даже те, кто не связан с искателями приключений. «Блин, как банковская карта», — мысленно отметил Зиг. — Тогда у меня последний вопрос, — сказал он вслух. — Валяй. — Я в данный момент член рыцарского ордена. Позволено ли рыцарям вступать в гильдию? — Пфф. Конечно! Многие вояки, устав от скучных патрулей, вступают в гильдию, чтобы не затупить свои навыки. В свободное от основной службы время берут подработки здесь. Зигфрид понимающе кивнул. — Тогда, если больше вопросов нет… Лука, принеси бланк. Девушка принесла стандартный бланк с полями для заполнения. Бумага пахла свежо — видимо, только что из типографии. Перо лежало рядом, остро отточенное, готовое к работе. — Ты умеешь читать? — удивился Мелькор, наблюдая, как Зиг быстро и уверенно заполняет документ. Его взгляд скользнул по строкам: имя, возраст, место рождения, предыдущий опыт, желаемая специализация. Каждое слово выводилось ровно, без колебаний. — Да. Без проблем. — Удивительный юноша. Жаль, что жизнь у людей такая короткая, — произнёс Мелькор, неспешно потягивая напиток. В его голосе не было жалости — лишь лёгкая грусть, как у человека, видевшего слишком много смертей. — Кто знает… Кто знает… — загадочно улыбнулся Зиг. После завершения всех формальностей он сдал заполненные бумаги гильдмастеру. Камень силы всё ещё мерцал на столе, будто не желая отпускать внимание нового обладателя А+ ранга. Зиг почувствовал, как в груди поднимается волна непривычного волнения. Это было не счастье, не радость — скорее ощущение, что он наконец‑то сделал первый шаг к чему‑то большему. — Значит, у тебя нет родителей? — спросил Мелькор, слегка наклонив голову. В его голосе не было жалости — лишь спокойное любопытство человека, видавшего немало тяжёлых судеб. — Да, — коротко ответил Зиг, глядя прямо перед собой. В памяти вспыхнули обрывки воспоминаний: холодный двор замка, шёпот слуг за спиной, одинокие вечера в каморке под крышей. — И ты сам всего добился? — Мне помогали, — Зиг чуть смягчил тон. — Я вырос в доме для слуг у сэра Грейфуса. Он… дал мне шанс. На мгновение в глазах Мелькора промелькнуло что‑то похожее на уважение. — Вот оно как. Ладно, Зиг. Не против, если я буду тебя так называть? — Не против, — парень невольно улыбнулся. Это было непривычно — слышать своё имя без презрительных интонаций, без намёка на снисхождение. — Я пойду закрою заказ. И пойду дальше пи… то есть работать! Ещё увидимся. Мелькор уже шагнул к двери, но вдруг замер и обернулся. — Ах да. Забыл спросить. Ты ведь знаешь, что за тобой приедут драконоборцы? Зиг кивнул, чувствуя, как внутри всё сжалось. Этот вопрос он задавал себе каждый день с момента победы над драконом. — Да. — Мне вчера написал друг из столицы. Сказал, что драконоборец приедет в конце следующего месяца. Удачи! С этими словами он исчез за дверью, оставив Зига наедине с Лукрецией. Девушка стояла у стола, теребя край своего жилета. Её лицо было бледным, а глаза — широко раскрытыми от ужаса. — Я… я… я… — она запнулась, голос дрогнул. — Я извиняюсь за грубость! Прошу прощения! Молю вас! Меня не поставили в известность… Она рухнула на колени, склонившись так низко, что коса соскользнула с плеча и упала на пол. — Ой, да что вы. Не нужно! Встаньте! — Зиг вскочил со стула, чувствуя неловкость. Он не привык к подобным проявлениям раскаяния. — Я повела себя с вами грубо! Прошу, простите! Можете делать со мной всё что угодно! Я готова на всё! — её голос срывался на всхлипы. Зиг замер, обдумывая ситуацию. В голове пронеслись противоречивые мысли: «Склонить к соитию? Нет, я же не мразь. Она мне ничего не сделала». Он глубоко вдохнул, пытаясь успокоиться, и с лёгкой усмешкой произнёс: — Так уж и на всё? — Да! Даже если это будет что‑то развратное, — выпалила она, не поднимая глаз. В этот момент Зиг почувствовал странное сочетание раздражения и жалости. Он подошёл ближе, наклонился и тихо, почти шёпотом, сказал: — Ей‑ей. Мне же всего тринадцать, но знаешь… — его голос стал мягче, обволакивающим. — Когда я вернусь через три года, я буду рад сходить с такой красавицей на свидание. Лукреция резко подняла голову. Её глаза, ещё влажные от слёз, расширились от удивления. А потом — словно по волшебству — лицо залилось алым румянцем. Казалось, будто вокруг неё внезапно расцвели сотни роз, наполняя комнату тёплым, живым светом. Зиг аккуратно взял свою гильдейскую карточку, стараясь не выдать внутреннего волнения. Улыбка, сама собой появившаяся на его лице, была немного дурацкой, но искренней. — Ладно, я пошёл, — бросил он, направляясь к выходу. Оставшись одна, Лукреция всё ещё сидела на полу, прижав ладони к пылающим щекам. Её сердце билось так часто, что казалось, готово было вырваться из груди. «Он… он правда это сказал? Через три года?..» — мысли путались, смешиваясь с остатками страха и нарастающим волнением. Зиг вышел в главный зал гильдии. Вокруг царила привычная суета: авантюристы толпились у доски с заданиями, кто‑то сверял карты, кто‑то громко обсуждал недавние вылазки. Воздух был пропитан запахами кожи, металла и свечного воска. Он остановился в зале, окинув взглядом помещение. В груди поселилось странное ощущение — будто он наконец сделал шаг вперёд, но ещё не понял, куда именно. «А+ ранг. Десять миллионов золотых. Теперь ещё и свидание… через три года», — мысленно повторил он, сжимая в руке гильдейскую карточку. Каждый из этих фактов тянул за собой ворох вопросов. Что делать с деньгами? Как подготовиться к встрече с драконоборцами? И главное — что значит это обещание Лукреции? Он подошёл к одному из работников и спросил: — Здравствуйте, у вас не найдётся местечка без посторонних? — Да, конечно, господин Зигфрид. Соседний зал как раз для таких случаев. — А меня тут уже, видимо, все знают? — Да. Слухи об убийце драконов и первом А+ ранге в гильдии за последние годы быстро разошлись по округе. С вас одна золотая. Меню предоставить? — Конечно. — Тогда занимайте любое место — терраса тоже открыта. А официант скоро подойдёт. Наконец‑то Зиг нашёл уединённое место в этой шумной гильдии. Здесь были мягкие диваны и длинные столы, за которыми можно было устраивать пиры. В воздухе витал аромат свежезаваренного кофе и выпечки, приглушённо играла музыка, а в дальнем углу виднелась сцена — пока пустая, но явно готовая к вечерним развлечениям. Однако Зига больше всего привлекла терраса. Поднявшись чуть выше к выходу, он окинул взглядом открывшуюся панораму: крыши города, извилистые улочки, а дальше — бескрайние леса, уходящие за горизонт. Над столиками красовались лёгкие зонты, защищающие от полуденного солнца. Зиг выбрал один из столиков, опустился в удобное кресло и глубоко вздохнул. Теперь можно было спокойно всё обдумать. «Десять миллионов золотых… Мать честная. Да с такими деньгами я могу всю оставшуюся здешнюю жизнь не работать вовсе. Могу покупать всё, что захочу, есть всё, что захочу, шляться по борделям, в конце концов. А может, и купить себе пару рабынь, чтоб жизнь была ещё и слаще. Хе‑хе. Могу наконец‑то насладиться жизнью ублюдочного богача». Но тут его лицо из расслабленно‑довольного стало серьёзным. «Насколько жалко я бы выглядел? Стал бы ублюдком, который цепляется за каждую монетку. Сравнивает людей с мусором. Убивает, унижает, бьёт тех, кому явно повезло меньше. А если меня бы попытались засудить — я бы просто откупился. Деньги никогда не сделают меня счастливым по‑настоящему. Да и если бы я получил все сокровища мира — тоже. Рано или поздно это станет серой обыденностью. Лучше я побыстрее всё потрачу. Чтобы не привыкать к ним. И первым делом я уже решил, что стоит сделать». В это время к Зигу подошла официантка: — Здравствуйте, что будете заказывать? Зиг открыл меню и пробежал глазами по самым дорогим блюдам. В прошлой жизни он долго сидел на диете, старался держать форму — и вот наконец выпал случай отступить от правил. Он всегда был большим любителем поесть, а сейчас, находясь в отличной физической форме, ел в основном то, что сам добывал. Хотелось вспомнить прежний вкус изысканной еды. — Мне, пожалуйста, все три главных блюда и три десерта. А также чай. — Хорошо. Будет сделано! — А, и ещё кое‑что! — Да‑да? — Позовите вашего главного по кухне. У меня к нему дело. — Хорошо. Девушка не совсем поняла причину, но всё равно направилась к управляющему по кухне. Спустя некоторое время Зиг наслаждался поистине знатной трапезой. Каждый кусочек таял во рту, пробуждая давно забытые ощущения. «Эх, я и забыл, когда в последний раз так хорошо мог поесть. Всё‑таки крабы даже вне чипсов великолепны на вкус. А жареная курочка и правда королевская. И чай… Боже, как же я по нему соскучился. Это было великолепно. Теперь я готов помирать», — мысленно усмехнулся он, отодвигая пустую тарелку. Тем временем новость о том, зачем Зиг позвал управляющего на кухню, облетела город за считанные минуты. — Вы слышали, что сделал этот новенький? — оживлённо обсуждали одни. — Я не знаю этого парня лично, но он спас этим многих. Как по мне, он уже герой гильдии, — рассуждали другие. — Да ну. Как по мне — обычный богатенький показушник, — скептически отзывались третьи. — Ты чего? Я слышал, у него фамилии нету. Простолюдин он, но убил Чёрного Дракона! Вот и подвалило ему счастье. — Так это тот самый? Ну тогда всё понятно. Но тратить деньги на такое? Он явно делает это не просто так, — продолжали спорить горожане. Тридцать минут назад в гильдии. — Вы правда этого хотите? — недоверчиво спросил управляющий по кухне, глядя на Зига. — Да. — Да уж. У нас, конечно, любили проставляться. Но чтоб так… — Да. Я скоро отчаливаю в столицу, но хотел бы оставить после себя приятное послевкусие. — Итак. Если я всё правильно понял, вы хотите, чтобы каждому искателю приключений в городе выдавали бесплатно дневное блюдо эти ближайшие три года? — Именно. — Хорошо. По моим подсчётам, с увеличенными затратами выйдет триста тысяч серебряных. Или тридцать тысяч золотых. Вы готовы оплатить? Управляющий достал свою специальную карту для оплаты. — Да. Без проблем. Зиг достал свою карту и оплатил всё — включая свой обед. Он встал из‑за стола и приготовился к выходу. — Передайте мою глубочайшую благодарность поварам и глубочайшие извинения за такой тяжёлый заказ. — Не стоит! Мы справимся. Это мы должны благодарить вас всей гильдией, — с поклоном ответил управляющий. — Да ничего. Зиг уже собирался спускаться по лестнице, как его окликнули: — Извините за бестактность, но почему вы так поступили? Вы же даже не знаете этих людей. Зиг обернулся, на мгновение задумался, а потом спокойно ответил: — Вы правы. Я не знаю этих людей. Но знаю, что любая работа тяжела. Особенно работа искателя приключений. Эти люди каждый день могут не вернуться домой. Так что, если я смогу сделать чей‑то день гораздо лучше, то почему бы и нет? Это и был его ответ. Он помахал управляющему и пошёл к выходу. Управляющий лишь улыбнулся. Открыв панель карты, он вдруг воскликнул: — Пятьсот тысяч серебряных!!! Из конца комнаты донёсся голос Зига: — Это чаевые для всего персонала. Приятного дня. После чего удивлённый управляющий только покачал головой: — Удивительный юноша. Зигфрид шёл по торговой улице, погружённый в мысли. Вокруг кипела жизнь: торговцы зазывали покупателей, дети бегали между прилавками, разносчики громко анонсировали свежие новости. Но для него весь этот гомон звучал как фоновый шум — отдалённый и безразличный. Он думал о привычках прошлой жизни. О банках энергетиков, которые глотал литрами, не замечая, как сердце начинает биться чаще, а сон становится всё более рваным и поверхностным. Тогда ему казалось, что это нормально — жить на грани, балансировать между истощением и искусственным подъёмом. Мысли о сигаретах пришли внезапно. Он не курил уже много лет — с тех самых пор, как оказался в этом мире. Но сейчас, среди шумного города, где каждый был занят своими делами, ему вдруг захотелось ощутить знакомый горький привкус на языке, вдохнуть едкий дым, который когда‑то был его единственным способом ненадолго отключиться от реальности. Зиг замедлил шаг, внимательно разглядывая прохожих. В одном из переулков он заметил группу мужчин, склонившихся у стены. Они курили — и то, что они держали в руках, было очень похоже на сигареты. Он подошёл ближе. Мужчины замолчали, настороженно глядя на незнакомого юношу. — Что это у вас? — спросил Зиг, стараясь говорить как можно непринуждённее. Один из них рассмеялся: — А тебе‑то что? Деткам такое не положено. Остальные подхватили смех. Но Зиг не смутился. — Просто интересно. Дайте попробовать. Мужчины переглянулись, явно забавляясь ситуацией. Один из них протянул ему скрученный тонкий цилиндр. — На, попробуй. Только не плачь потом. Зиг взял сигарету, поднёс к губам, затянулся. Дым обжёг горло, но он даже не поморщился. Напротив — на лице появилась едва заметная улыбка. — Хорошо, — выдохнул он, выпуская струю дыма. — Где ещё можно такие достать? Мужчины уставились на него с изумлением. — Ты что, серьёзно? — спросил один из них. — Ты же пацан совсем, а куришь как заправский работяга. — Опыт — дело наживное, — усмехнулся Зиг. Они указали ему на торговца на соседней улице, который продавал местные сигары. Зиг поблагодарил их, протянул одну золотую монету — куда более ценную, чем их самокрутки, — и направился к указанному месту. Торговец, седобородый мужчина в потрёпанном камзоле, встретил его недоверчивым взглядом. — Чего надо? — буркнул он, не отрываясь от пересчёта монет. — Сигары. Лучшие, что у вас есть, — ответил Зиг, положив на прилавок золотую монету. Глаза торговца тут же вспыхнули интересом. Он достал из ящика блок аккуратно упакованных сигарет, протянул Зигу. — Это тебе подойдёт. Крепкие, с ароматом горных трав. Зиг осмотрел товар, удовлетворённо кивнул и добавил к покупке несколько коробков спичек. Расплатившись, он тут же достал одну сигарету, прикурил и, глубоко затянувшись, направился к городским воротам. Прохожие оборачивались. Кто‑то качал головой, кто‑то перешёптывался. Для них это было странно — видеть мальчишку, который курит, не прячась, не боясь осуждения. Но Зигу было всё равно. Он шёл, вслушиваясь в ритм своих шагов, чувствуя, как сигарета в пальцах становится частью этого момента. Не было ни сожалений, ни страха. Только тишина внутри и дым, улетающий в небо. И мимолётно проскользнувшая мысль: «А ведь когда‑то это было моей привычкой. Обычной, будничной. Теперь — словно возвращение в прошлое». «Впрочем, — продолжил он мысленно, — кого это волнует? Некому меня осудить или отругать. Ну, наверное, не считая Грейфуса…» При этой мысли Зиг невольно усмехнулся. Воображение тут же нарисовало строгий взгляд наставника, его неизменную манеру говорить негромко, но так, что слова врезаются в память. «Он бы точно сказал что‑нибудь вроде: „Зигфрид, ты же знаешь, что это вредно для организма“. А я бы отшутился, как всегда…» Неожиданно он резко обернулся, словно ожидая увидеть за спиной высокую фигуру в строгом плаще. Но улица была пуста — лишь случайные прохожие спешили по своим делам. Зиг рассмеялся про себя. «Вот уж действительно — привиделось. Грейфус где‑то в другом месте, а я тут курю посреди города. И никто мне не указ». Он сделал ещё одну затяжку, выпустил дым в тёплый воздух и продолжил путь к воротам, чувствуя странное сочетание свободы и лёгкой грусти. Лес вблизи Кэллкрита окутывал тишиной, нарушаемой лишь шорохом листвы. Воздух пропитался запахом мха и сырой земли — знакомым, почти родным для Зига. В гильдии он взял простенькие задания: устранить волков и гоблинов, исследовать новую пещеру. Для него это было не сложнее утренней разминки. Эти леса он знал наизусть — провёл здесь почти всё детство. С волками и гоблинами проблем не предвиделось. Но пещера… Она будила любопытство. По слухам, в этой области пропадали торговые караваны и местные жительницы. Трупы мужчин находили у опушки леса. А вот тела женщин так и не обнаружили. Это настораживало. Зиг шагнул под сень деревьев. Ветви сомкнулись над головой, отсекая последние лучи солнца. Он сделал несколько глубоких вдохов, ощущая, как напряжение покидает тело. Здесь, среди вековых стволов, он чувствовал себя как дома. Вдруг из чащи вырвалась стая волков — с оскаленными пастями, горящими глазами. Но звери даже не взглянули на него. Пронеслись мимо, будто преследуя невидимую добычу. — Пора проверить, насколько я восстановился, — пробормотал Зиг. Он вскинул руки. Из ладоней вырвались золотые клинки — сияющие, словно миниатюрные солнца. Они устремились вслед за волками. Не прошло и мгновения, как раздался глухой взрыв, и звери исчезли в ослепительной вспышке. Пыль ещё оседала, когда из облака дыма вырвался одинокий волк. Он прыгнул на Зига с хриплым рыком. Вжих. Дзинь. Одним плавным движением парень взмахнул мечом. Волк разлетелся на две ровные половины, даже не успев понять, что произошло. Зиг стряхнул капли крови с клинка и вложил меч в ножны. — Проще простого. Даже не знаю, где тут и размяться можно, — усмехнулся он, оглядываясь по сторонам. Он двинулся дальше, углубляясь в лес. Тишина становилась всё более гнетущей. Ни птиц, ни зверей — будто сама природа затаилась в ожидании чего‑то. Только шелест листьев да отдалённый крик ночной птицы нарушали покой. Солнце медленно опускалось за горизонт, окрашивая кроны деревьев в багряные тона. Тени удлинялись, сливаясь в сплошную тёмную массу. Зиг чувствовал, как воздух становится тяжелее, насыщеннее — словно лес готовился раскрыть свою истинную сущность. Зиг уже подумал, не вернуться ли ему назад — пока ещё хоть что‑то видно, пока лес не погрузился в непроглядную тьму. И тут — треск мечей, приглушённые крики. Он двинулся на звук, пробираясь сквозь густые заросли. Вскоре перед ним открылся лагерь: разбитые палатки, опрокинутый костёр, повсюду — разорванные тела гоблинов и огров. Всё выглядело так, будто пару минут назад здесь ещё было спокойно. Но что‑то напало на них. «Может, это авантюристы? — подумал Зиг. — Конечно, не собираюсь отбирать у них деньги за миссию. Просто хочу знать, в чём дело, и помочь. Но, судя по тому, какие раны были у этих монстров… Тут явно поработали не люди». Он присел, внимательно осматривая трупы. Следы когтей — слишком широкие для зверя, слишком ровные для дикого нападения. Мышцы вырваны с чудовищной точностью, кости переломаны под странными углами. Вдруг — быстрые шаги. Чёткие, тяжёлые. Кто‑то приближался. Зиг мгновенно обнажил клинок, встал в стойку, прислушиваясь. Рыыыаааа… Дикое рычание раздалось из‑за кустов. Он медленно обошёл заросли — и увидел длинную кровавую полосу, тянущуюся к пещере неподалёку. В этот момент из пещеры выскочил огр. Серое гуманоидное существо, ростом с человека, обвешанное костями, словно одеждой, с ужасом выбежало наружу. Его глаза были расширены, рот раскрыт в беззвучном крике. Но вдруг — свист. В спину огра вонзилось копьё. Оно пробило его насквозь и с глухим стуком воткнулось в землю, пригвоздив монстра к почве. Из темноты пещеры выдвинулись массивные чешуйчатые руки. Они схватили огра и утащили во тьму так быстро, что даже копьё задрожало, вырываясь из земли. «Что за новая напасть…» — мысленно произнёс Зиг. Он поднял взгляд к небу. Ночь уже полностью вступила в свои права. Вернуться до рассвета не получится. Остаётся одно — спускаться в пещеру. «Ну, я всегда умел находить приключения на свою пятую точку», — усмехнулся он про себя. Зиг сжал меч покрепче. Благодаря своим ангельским силам он легко видел в темноте. Шагнул вперёд, и тьма поглотила его. Идя по пещере, Зиг задумался: — Я вырос здесь. Но никогда не видел этой пещеры прежде… Да и что за тварь схватила огра? Вскоре он понял: это не просто пещера. Это катакомбы — рукотворные ходы с ровными стенами и следами старой обработки. Перед ним возникла развилка: три пути — прямо, налево и направо. Зиг решил воспользоваться старым методом — проверить на нюх. Слева тянулся затхлый воздух. Будто туда ветер вообще не попадает. Впереди, в центральном проходе, он заметил натянутую леску. Она была видна отчётливо — не скрытая, а словно выставленная напоказ. — Леска натянута неумело, её отлично видно. А значит, её задача не задержать, а предупредить. Ловушка! — пробормотал он. Справа же доносился слабый запах гари и гнили — будто где‑то горел костёр, а рядом лежало что‑то испорченное. — Справа может быть чей‑то костёр. А значит — виновник сего представления, — решил он. Зиг повернул направо. Ход вывел его в старую шахту. Когда‑то здесь добывали руду — об этом говорили оставленные инструменты, сломанные каски с фонариками и разбросанные кости. В одном из ответвлений он нашёл место, которое, видимо, служило отдыхом для шахтёров. На столе стояла давно потухшая свеча, а на стуле лежал маленький, но массивный скелет. В руках он сжимал пыльную книгу. Зиг осторожно подошёл, сдул пыль и убрал паутину. Открыл последнюю страницу. Строки были неровными, будто писавший дрожал: речь шла о захваченном мосту, о людях, запертых здесь, о глухом бое барабанов где‑то внизу. Он быстро захлопнул книгу. — Ага, как же! Зиг ещё раз отряхнул книгу от пыли и убрал её во внутренний карман плаща. На нём был лёгкий кольчужный доспех с кожаными вставками. Сверху — бледно‑коричневый плащ с вышитым им самим карманом. Спустя минуту он нашёл то, что искал. В десятке метров впереди зазвучали голоса — крики, плач, обрывки фраз. Зиг приблизился, вслушиваясь. — Буньмах, лагерь гоблинов зачищен. Гоблс помер. — Прекрасно. Пхуньмах! — Что будем делать с рабынями? — Я думаю… В этот момент из сумрака выступил Зиг. — Буньбунмах! — взревел вождь. На костяном троне восседала гуманоидная ящерица. Её одеяние — пёстрые ткани, скреплённые костями разных существ; на голове — подобие короны из черепа с острым клювом. Рядом — ещё ящероподобные: массивный громила с дубиной; щуплый, с выпученными глазами, с копьём, с которого стекала кровь; десяток других, молча стоящих в тени. — Кто ты такой? И что ты здесь забыл, человек?! — рявкнул вождь. — Хотя погоди… От тебя несёт тьмой. Ты демон? — Добрый вечер. Я здесь по заказу гильдии авантюристов. Исследую пещеру и пропажу женщин поблизости. — Он ещё и по‑нашему говорит! — вождь ухмыльнулся. — Женщин ищет, человек? Тех? Он махнул когтистой лапой в сторону деревянной клетки. Внутри — десятки женщин, девушек, детей. Лица в ссадинах, одежды изорваны. — Значит, это всё, что нужно человеку? — протянул вождь. Громила не выдержал: — Зачем ты с ним разговариваешь, мразь?! Убьём его — и дело с концом! — Время! Бангалумах! Время! — вождь осадил его. Зигфрид стоял неподвижно, ладонь на клинке. — Мне также нужно знать: кто напал на этих женщин и их мужчин. И убить их. — Хмм. Мы не убиваль никого, кроме гоблинсов и оглухов. Они обитали здесь. Мы заняли пещеру, убив их. Женщины уже быть тут. — Тогда я забираю женщин и ухожу. Приятного вечера. Зиг шагнул к клетке. — Эй! Это теперь наши рабы! — Ыааааааааа! Громила ринулся вперёд, занося дубину. — Сила есть — ума не надо, — усмехнулся Зиг. Громила замахнулся — и вдруг осознал, что махать больше нечем. Дубина рассечена надвое. Затем упала рука. А следом — с мерзким хлюпающим звуком — тело развалилось пополам. Женщины в клетке закричали, закрывая глаза детям. — Ещё желающие? — Зиг обнажил меч. Вождь побледнел. — Слушай, человек… Давай не будем убивать друг друга. Мы этих женщин отбили, значит, они стали нашими. Но мы любезно отдаём их тебе. Тебе ведь только женщины нужны и исследованная пещера. А мы ничего плохого не сделали, правда? Прости этого дурака у твоих ног. Бери женщин — и уходи. — Ладно. Зиг взмахнул клинком — клетка рассыпалась на куски. — Выходите. Вы свободны. Измученные, в синяках и рваной одежде, женщины помогали друг другу. Медленно, дрожащими руками, они двинулись к выходу. Зиг ждал, пока все покинут пещеру. К нему подошла маленькая девочка в обносках. — Спасибо, дядя, — прошептала она и улыбнулась. Затем повернулась и пошла вслед за остальными. Зиг окинул зал взглядом. — Больше никого? — Да. Да. Можешь сам проверить. — Ладно. Он шагнул за угол — и растворился в темноте. Ящеры выдохнули с облегчением. «Здесь явно что‑то не так, — размышлял Зиг. — Этой пещеры раньше не было. Значит, её вырыли. И явно не гоблины с ограми. И ещё… Я всё время чувствую жажду крови. Где‑то за палатками, у самой большой из них, есть существо. От него исходит подавленная ярость — как у фантомов, с которыми я сражался. Вдруг его взгляд зацепился за странное свечение. У стены, рядом с местом, где он нашёл книгу, торчал огромный зелёный камень. — Изумруд? И такой крупный? Заберу. Вот удача! В тот же миг позади раздался треск. Зиг резко обернулся — и поспешил к выходу, на ходу оглядываясь. — Все здесь? — спросил он у женщин. Они молча кивнули. — Тогда отойдите на десять метров от пещеры. Сейчас тут будет опасно. Женщины спрятались в тени деревьев. Зиг остался один у входа. — Я не сказал тебе всей правды, вождь ящеров, — произнёс он тихо. — Моя вторая задача — зачистить пещеру и уничтожить её. Зиг отступил на безопасное расстояние от пещеры. Вытянул руку вперёд, сосредоточился — и в ладони вспыхнул огненный вихрь. Вуууух!!! Гигантский поток пламени рванул к пещере, пожирая воздух, втягиваясь в проход, заполняя собой каждый закуток. Огонь добрался до развилки — и лизнул натянутую леску. Дзинь-дзинь-дзинь! Костяные колокольчики в зале зазвенели, будто предупреждая. — Что?! Он отправился в западню?! — раздался вопль изнутри. — Ладно! Химера! Убей его! Из‑за одной из палаток выступил чудовищный зверь: львиное тело, на спине — козья голова, вместо хвоста — огромная змея, шипящая и извивающаяся. Но и этот козырь вождя ящеров не успел сыграть. В тот же миг из тени вырвался ослепительный свет — пламя уже охватило всю пещеру. — Что там такое… Вууууух!!! Огонь заполонил пространство, и тут же — бабах! бабах! бабах! — прогремели взрывы. Бомбы, заложенные Зигфридом в стенах пещеры, с детонировали одна за другой. Последней вспыхнула мина у самого входа. БАБАХ! Оглушительная волна ударила в землю, камни посыпались, свод пещеры начал оседать, и рухнул. Завалив всю шахту. — Ну вот и всё. Дело сделано, — спокойно произнёс Зиг. Он похлопал руками, словно стряхивая пыль после работы, и повернулся к женщинам. — Пойдём. Выведу вас из леса. Тем временем у городских ворот уже собралась толпа. Дозорный на башне ударил в колокол — и сонные рыцари, стражники, горожане высыпали к входу. Они замерли, глядя, как из лесной тьмы выходит группа измученных женщин… и один человек с мечом за спиной. Тем временем на городской стене. — Блин, где этот Зигфрид? Куда он исчез, когда все здесь стоят сонные? Небось по борделям шляется! — бушевал командир отряда, к которому был приписан Зиг. — Ему ещё тринадцать. Какие бордели? — усмехнулся Грейфус, поправляя шлем. Катрин, стоявшая рядом, нервно сжимала и разжимала пальцы. Она места себе не находила — глаза то и дело возвращались к тёмной кромке леса. У ворот замерли два отряда рыцарей — молчаливые тени в предрассветной мгле. Все вглядывались в черноту, где должны были появиться те, кого ждали. — Все же слышали, что Зигфрид вступил в гильдию, и первым делом… — начал кто‑то из задних рядов. — Да заткнись ты уже! Весь город уже знает. Даже в столице уже известно, — оборвал его другой, зевая в кулак. Сонные рыцари перешёптывались, топчась на месте. Кто‑то потирал глаза, кто‑то нервно постукивал рукоятью меча по бедру. А фигуры в темноте становились всё ближе. Лишь у одной из женщин мерцал в руке факел — дрожащий огонёк, будто звезда, пробившаяся сквозь тучи. Зиг шёл позади, чуть вразвалочку, с видом человека, который только что закончил тяжёлую работу и теперь мечтает о постели. Грейфус прищурился, вглядываясь в свет факела. — Смотрите. А это не Зигфрид там идёт? — указал он вперёд. — Что?! Где?! Я ему сейчас выговор устрою! — взвился командир, заёрзав головой, словно ищейка, потерявшая след. — Да вон! Среди женщин, — терпеливо пояснил Грейфус. Командир вгляделся. За ним — остальные рыцари. Кто‑то привстал на цыпочки, кто‑то прикрыл глаза ладонью, будто это могло помочь разглядеть лучше. Но больше всех обрадовалась, конечно, Катрин. — Да! Это он! Зиг! — выкрикнула она, и голос её дрогнул от облегчения. И тут же город будто проснулся. Кто‑то ударил в колокол — уже не тревожно, а радостно. Люди выбегали на улицы, узнавали в измученных женщинах своих матерей, сестёр, дочерей. Крики, объятия, слёзы — всё смешалось в единый гул, который поднимался к рассветному небу. Зиг, заметив суматоху, лишь устало улыбнулся. Он не торопился — пусть они сначала обнимут своих, пусть выдохнут, пусть поверят, что всё позади. А потом… потом он отчитается. Потом выслушает упрёки. Потом, может, даже получит награду. Но сейчас — сейчас он просто стоял в тени городских стен и смотрел, как оживает город. Позади, в тени городской стены, на скамейке терпеливо сидела девушка из гильдии — Лукреция. Она молча наблюдала, как Зигфрид, едва не клюнув носом, потянулся за сигаретой. Но отдохнуть ему не дали. — Рыцарь Зигфрид! Отчёт о ваших действиях! — рявкнул Сэр Бертольд, командир отряда, выступая вперёд. Зиг выпрямился, отдал честь — но даже этот жест выдавал его изнеможение. Голос звучал ровно, но глаза слипались. — Зачистка базы врага с возвращением похищенного командного состава, сэр! Он стоял, качаясь, будто дерево на ветру. Под глазами — тёмные круги; лицо осунулось, как после недели без сна. Техники, что он использовал, выжали из него все силы до капли. — Базы врага? — Бертольд нахмурился, не понимая. Остальные рыцари переглянулись — в их взглядах читалось то же замешательство. Тут к ним подошла Лукреция. Спокойно, без лишних слов, она кратко обрисовала ситуацию: задание гильдии, засада, спасение пленных. — Так вот оно что, — протянул Бертольд, смягчая тон. — Ты выполнял задание гильдии и задержался. — Да. Было темно, но дело не было сделано. Пришлось задержаться. И, как видите, не зря, — Зиг говорил ровно, без пафоса. Просто констатировал факт. — Молодец! Но… Тащиться в одиночку в логово зверолюдов — крайне тупой поступок! — Так точно, сэр. Тупее некуда. Но задание есть задание. Промедли мы — потеряли бы людей. Бертольд помолчал. Гнев в его глазах медленно сменялся уважением. — Будь осторожнее. Не всякий взрослый рыцарь справился бы с таким заданием. Удача не всегда будет с тобой. Так что… будь осторожен, заместитель командира — Зигфрид. — Что?! — грянуло со всех сторон. Рыцари замерли, будто громом поражённые. Зигфрид и сам вздрогнул, словно его окатили ледяной водой. — Что? Замкомандира? Но разве я могу? — он наконец‑то проснулся — по‑настоящему, не от команды, а от шока. — Считай, что это твоё наказание за то, что мы тут торчим чёрт знает сколько! — Бертольд усмехнулся, но в глазах его читалась искренняя гордость. — Да за что?! Что я такого сделал? — За высокие моральные и боевые качества. А+ ранг в гильдии. Успешное выполнение тяжёлого задания. Это место давно было вакантно. Лучше кандидата не найти. Прими с гордостью! Зиг помолчал, переваривая новость. Потом вздохнул: — Я бы с радостью. Но есть одна проблема. — И какая же? — За мной через месяц явится драконоборец. — Что?! — вновь взорвались рыцари. — Тишина! Чего разорались?! — Бертольд хлопнул ладонью по рукояти меча. — Ничего страшного. У этой должности нет особых обязанностей. Если тебя не будет пару лет — ничего страшного. А теперь! Всем разойтись! Рыцари, всё ещё перешёптываясь, разбрелись кто куда. Остались только Зиг и Катрин. Она подошла ближе, посмотрела ему в глаза — не с жалостью, не с восторгом, а с тихой, твёрдой уверенностью. — Ты справишься, — сказала она просто. Зиг улыбнулся — на этот раз по‑настоящему. — Надеюсь. — Теперь ты тоже замкомандира отряда, как и я. Теперь мы станем видеться чаще! — Катрин улыбнулась, и в её глазах вспыхнули озорные огоньки. — Похоже, что так, — ответил Зиг, стараясь сохранить спокойствие. Но сердце уже билось чуть быстрее. — Ты не рад? — она слегка наклонила голову, всматриваясь в его лицо. — Да нет… Что вы, леди Катрин. Ваша компания всегда меня радует, — он смущённо опустил взгляд, пытаясь скрыть волнение. — Тогда завтра потренируешь меня? — Чего? Тренировать вас? Но разве я смею… Я гораздо слабее, чем вы. Проиграю уже вашей красоте, — слова вырвались сами, и он тут же пожалел о своей несдержанности. Катрин рассмеялась — звонко, искренне, и этот звук согрел его изнутри. — Так ты согласен? Да или нет? — Ну… вообще‑то у меня были планы, — солгал он, чувствуя, как краснеют уши. — Значит, ты не согласишься? — её лицо мгновенно помрачнело, а в голосе проскользнула нотка обиды. — Нет! Что вы… Давайте тогда вечером, — поспешно исправился он. — Ура! Буду ждать! — мрачность как рукой сняло. Её глаза вновь засияли, и она просияла улыбкой, от которой у него перехватило дыхание. — Тогда до завтра, леди Катрин, — произнёс он, пытаясь сохранить остатки самообладания. — До завтра. И называй меня просто Катрин. Я же просила тебя уже, — её голос стал мягче, почти умоляющим. — Простите, не посмею, — он сглотнул, чувствуя, как внутри разгорается странное тепло. — Ну пожалуйста. Ради меня! — Хорошо. Катрин, — впервые произнёс он её имя без титула, и это прозвучало так естественно, так… правильно. Она покраснела, и этот румянец сделал её ещё прекраснее. — Тогда пойдём сегодня спать вместе? — неожиданно предложила она. — Хорошо. Только я отчитаюсь по работе — что взял в гильдии, — он старался говорить ровно, но внутри всё дрожало. — Хорошо. Я подожду, — она присела на скамейку, наблюдая, как он уходит к Лукреции. После сдачи отчёта они направились в комнату Зига. Тишина ночного города окутывала их, а редкие звёзды на небе словно подмигивали, храня их секрет. — Эм… Катрин. Мы же просто хотели вместе пойти спать. Почему вы пришли в мою комнату? — он замер на пороге, чувствуя, как воздух становится гуще. — Всё просто! — она улыбнулась, и в этой улыбке было столько тепла, что он на мгновение потерял дар речи. Девушка уже сняла доспехи и теперь стояла перед ним в лёгкой ночной рубашке. Зиг был лишь в штанах, и эта близость заставляла его сердце биться чаще. Катрин присела на его кровать, похлопала по коленям и сказала: — Ложись! И тогда Зигфрид всё понял. «О боже… Это древняя магия. Если я прилягу на них… обратного пути уже не будет. Я продам душу дьяволу наслаждений. Это высшая степень запретного удовольствия», — пронеслось в его голове. Но отказаться от такого он не мог. — Ну же! Это приказ! — её голос звучал игриво, но в нём чувствовалась твёрдость. — Но у нас же равные звания, — попытался возразить он, хотя уже знал, что проиграл. — Давай! — она настойчиво кивнула. Зигфрид смирился со своим поражением. Как только он положил голову на её колени, мир вокруг растворился. Тепло окутало его, словно мягкое одеяло. Катрин обняла его забинтованными руками, нежно поглаживая по голове. Её прикосновения были лёгкими, как дуновение ветра, но несли в себе невероятную силу — силу заботы и нежности. — Ты молодец. Ты отлично поработал. Теперь можешь и отдохнуть, — её голос был как колыбельная матери — тихий, убаюкивающий, проникающий прямо в душу. Зигфрид закрыл глаза и мгновенно погрузился в сон. — Он всё ещё как ребёнок, — улыбнулась Катрин, глядя на его умиротворённое лицо. В её глазах светилась нежность, которую она редко кому‑то показывала. Так и прошёл его невероятный, насыщенный день в качестве рыцаря королевства Гримуар — день, в котором было всё: опасность, слава, неожиданное повышение и… момент, когда он впервые почувствовал себя по‑настоящему дома.