Ловушка на дракона

Древнейший и старейший из ныне живущих вампиров Алукард сидел на своём троне и задумчиво, из-под полуприкрытых век, наблюдал как прямо напротив него Виктория Серас прыгает через скакалку. Зрелище было необыкновенно завораживающим, позволяло расслабиться и пустить мысли в нужное вампиру русло. Он обдумывал план побега от работы, и надо было сделать так, чтобы Интеграл по возвращении его не прикончила. Он лениво следил за движениями некоторых частей Серас, вверх-вниз, вверх-вниз… -Сиськ… Ой, то есть, Серас… Можешь пока отдохнуть. Я пошёл, – сказал вампир, и действительно встал, и куда-то пошёл. Серас со вздохом опустила скакалку. Внезапное пристрастие хозяина к физическим упражнениям и «воспитанию молодого поколения» её немного бесило и вызывало недоумение. Зачем, скажите на милость, хозяину смотреть как она занимается, и вообще, зачем вампиру упражнения? Вампир сам по себе и так слишком пафосен и могущественен, чтобы ещё и упражняться. Причиной вышеописанных странных событий послужила утренняя почта. Курьер доставил заказное письмо с рекламой, в которой значилось: «Туристическое агентство «Православное кадило» предоставляет приятный отдых для вампиров! Только лучшая кровь девственниц, только самые красивые ночные виды, пляж, подвалы с древним вином, и всё, что могла бы пожелать Ваша душа, если бы она у Вас была». На открытке был изображён прекрасный вид на море, высокие стройные сосны, чистые озёра. Завёрнутые в чёрное юные монахини на фоне монастырской стены, сложенной из огромных серых валунов, вызывали у Алукарда приступы ностальгии и слюноотделения. «Дааа, теперь монахини уже не те…» - думал вампир, поднимаясь в кабинет Интеграл. Войдя в кабинет своей госпожи, Алукард по-военному вскинул руку и бодрым громким голосом, улыбаясь во все клыки, отрапортовал: - За последние шесть лет на вверенной мне территории ни одного нарушения законов вампирами не произошло! Интеграл, которая в момент входа вампира в кабинет выдавливала на носу прыщ, выронила из руки зеркальце и воззрилась на вошедшего. Повисла неловкая пауза, во время которой улыбка с лица Алукарда сползала, как прокисшее варенье. - Ты уволен! – Наконец заорала Интеграл и, схватив со стола пепельницу, швырнула её в наглеца. - Служу Советскому Союзу! – уже совершенно идиотическим басом вскричал Алукард, снова вскидывая руку в военном приветствии, и после этого, резко развернувшись, вышел из комнаты. Через час совершенно счастливая Серас плющила нос о стекло автобуса, идущего к аэропорту Лондона. - Как чудесно, что нас отпустили на каникулы, – ликовала восхищённая вампирша. - Ну да, отпустили, - нервно заржал Алукард и набрал номер телефона из рекламной брошюры. Турагентство обещало полностью организовать проезд от Лондона до курорта. Умиротворённый вампир улаживал формальности, решив пока что забыть про разъярённую Интеграл, хотя спутниковый телефон для экстренной связи он в свой чемодан зачем-то упаковал. Тем временем где-то в Америке. Самый прекрасный на свете ребёнок переживал нелёгкий период возрастного кризиса. Кризис какого именно возраста выражался в выкакивании на ковре гостиной прекрасных коричневых сердечек счастливые родители не знали, но вовсю умилялись и восхищались необычным дарованием Ренесми. - Ах! – Воскликнула Белла, едва не наступив на подготовленный на ковре подарок для родителей, глаза её затуманились и взгляд поплыл. – Наша идеальная дочурка создаёт просто превосходные шедевры какашкостроения. Это настоящий высокий стиль! Сидящий в кресле Эдвард влюблённым взглядом безумца смотрел одним глазом на обожаемую супругу, другим – на любимую дочь с розовым чепчиком на голове. Поскольку находились обе дамы в разных углах комнаты, то сияющий как яйцо Фаберже вампир походил на хамелеона. - Белла! Дорогая! Любимая, обожаемая Белла! У тебя от умиления по подбородку течёт слюнка! Это самая прекрасная слюнка на свете! И какулечки у Ренесми просто невероятные. Я думаю, мы должны отлить эти шедевры анального зодчества в граните! Белла и Ренесми замерли, внутренне восхищаясь гениальной идеей мужа и отца. В голове Беллы уже возникли картины международной выставки импрессионистского творчества маленькой Ренесми, восхищённые отзывы критиков, статья в журнале «Хрустальный вентилятор», почётная грамота, Нобелевская премия мира и вкусная спаржа. Эту превосходную икону гармонии и семейного счастья, достойную пера Андрея Рублёва и застала Элис, зашедшая в гости к новой семье. В руках у неё был какой-то конверт и яркая рекламная брошюра, на которой красовалась надпись «Православное кадило». Оглядев открывшуюся ей во всей красе панораму пасторальной благодати, Элис, спрятав за спиной бумаги, вскричала: - Сюрприз! Фраза произвела эффект разорвавшейся гранаты. Эдвард, от неожиданности дёрнувшись, как преступник на электрическом стуле, повалился вместе с креслом на пол, при этом перекувырнувшись через голову. - О боже, Эдди! – В панике заорала Белла, пуская вторую прекрасную слюнку, бросилась на помощь мужу, но поскользнулась на монументальном творении одарённой дочери и со всего размаху грохнулась спиной и затылком об пол. Ренесми, наблюдавшая за происходящим из угла, закрыла лицо ладонью и подумала «Ебануться нахуй». На розовом чепчике стала заметна выложенная стразиками пентаграмма. Пытающийся в этот момент встать на ноги Эдди, услышав эту мысль, спал с лица, позеленел и грохнулся в глубокий, затяжной обморок. Некоторое время Элис приводила в чувства шокированное её неожиданным появлением семейство, обмахивая конвертом всё ещё зелёного Эдди, отряхивая пыль с Беллы и с подозрением косясь на угол, в котором сидела Ренесми, старающаяся усиленно думать только о розовых пони, какающих бабочками и блюющих радугой. Наконец всё пришло в больший или меньший порядок, и Элис наконец-то смогла рассказать о своём сюрпризе Белле и Эдварду. - Вам обоим просто необходим отдых. Смотрите, какое замечательное место! Пляж, камни, сосны, море, для мирных вампиров есть козлы и замечательные молочные поросята. В общем, вы летите, это не обсуждается, вот билеты в конверте, чемоданы я вам уже собрала, через два часа вылет, А НУ БЕГОМ В АЭРОПОРТ! – Внезапно заорала Элис, и от неожиданности супруги, схватив друг друга за ручку, рысью выбежали за дверь. Через пять минут они вернулись, взяли конверт с билетами у Элис, подготовленные ею чемоданы, и на этот раз действительно ушли. Элис и Ренесме переглянулись. - Секс, наркотики, рок-н-ролл! – Сказала басом девочка и подняла вверх пухлую ручку со сложенной рокерской «козой». – Оторвёмся по полной, детка! - Ренесми сорвала со своей головы чепчик, под которым оказался ядовито-зелёный панковский ирокез. - Только не смешивай абсент с шампанским как в прошлый раз – умоляюще попросила Элис, и обе скрылись за дверью, предположительно, направившись в самый обшарпанный бар во всей округе. Некоторое время вдали ещё слышался возмущённый голос Ренесми «Нет, ну ты прикинь, они приняли мои жопы из говна за сердечки…», а потом всё стихло и на семейное гнёздышко опустилась мирная тишина.