Нежданный звонок

Когда ждëшь чего-то, время тянется дольше. Я жду перемену, чтобы поговорить с Яковом. На химии он не обращает ни на что внимание, даже на меня. Я уныло смотрю в окно, перевожу взгляд на Якова. Он усердно решает дополнительные задания. Последний элемент в его тетради дописан, и он поднимпет голову, смотрит на меня. Я тоже смотрю и в ответ получаю тихое: — Пиши. Будто облитый холодной водой, беру ручку и начинаю списывать у параноика. Тот ухмыляется, подпирает голову ладонью и протягивает: — Такой послу-ушный, — он подсаживается ближе, — мне нравится. Я смущëнно улыбаюсь. Мне нравится такое поведение Якова, оно будоражит. До перемены разговор не подождëт, решаю спросить сейчас. — Яков, — я отрываю нос от тетради, параноик поворачивается ко мне, — не хочешь сегодня зайти ко мне? Глаза Якова распахнулись, он выпрямился. Чтобы учитель ничего не заподозрил, я снова принимаюсь писать и украдкой посматриваю на параноика, жду ответ. Но он только скромнее садится и спрашивает: — Зачем? — Глупый вопрос, — я снова поворачиваю голову к нему, хмурюсь, — не помнишь, что я тебе недавно писал? — У тебя отец постоянно дома, — Яков неловко кашляет в руку, — не думаю, что это хорошая идея. — Нам просто надо быть тише. — Немо, он меня недолюбливает, как ты себе это представляешь? Мы с ним даже не знакомы, — какой упертый! Но я добьюсь своего. — Вот и познакомишься, — Яков отодвигается от меня. Я понимаю, что если он молчит, значит согласен. Я победно дописываю вторую задачу и перехожу к третьей. . . . . . . . . . Я стою вместе с Немо на улице, он говорит по телефону со своим отцом. Мои ладони быстро замерзают даже под перчатками, сегодня ветренно. — Да, пап, привет. Ты не против, если к нам зайдëт Яков? Так непривычно слышать, что он называет его не "отцом", а "папой". Я подхожу чуть ближе к Немо, чтобы слушать их разговор. — Яков? Наконец познакомишь нас? Тогда, думаю, мне стоит убрать твою комнату за тебя, да, Вальтер? — а ещë непривычные слышать, как моего Немо называют по настоящему имени. На слова своего отца Немо немного краснеет. Не успел убраться? Не страшно, я на это даже не посмотрю. Сейчас я представляю его кровать. Думаю, будет удобно. — Я потом уберусь, — Немо мнëтся, а я спрыскиваю смех в кулак. Разговоры кого угодно с родителями всегда забавляли меня. — Надеюсь, твой беспорядок не опозорит нашу семью Шмидтов ещë на несколько поколений... — отец Немо наигранно вздыхает, а сам Немо только бесится. — Жди нас, — и сбрасывает звонок. Я тихо смеюсь в плечо Немо, а он явно хмурится. Мой шпион собирается отойти от меня, скинуть со своего плеча, но я прижимаю его к себе. Немо хмурится сильнее, а я отлипаю и сам веду его в сторону дома. Мы прошли весь путь, всë было хорошо, но возле дверей его дома мне стало не по себе. Меня пугала встреча с его отцом, меня пугал тот факт, что его мать могла быть дома, ведь работа у неë не рассчитана на определëнное время. Немо достаёт ключи и сразу роняет их, это говорит о том, что он тоже волнуется. Я стараюсь не показывать эмоций, поднимаю ключи и отдаю владельцу. Немо вставляет ключ, прокручивает, я захожу к нему за спину, чтобы чувствовать себя защищëннее. Он берёт меня за руку, распахивает дверь и проводит за порог. Дом красивый и светлый, пахнет духами его матери. Я сажусь рядом с Немо чобы разуться, слышу шаги слева. Это его отец или мать. Немо поднимает голову, выглядит спокойным. Я снимаю обувь и тоже поднимаю голову. Перед нами стоит взрослый мужчина. Я глотаю скопившуюся слюну и начинаю: — Здравствуйте, — голос ровный, в отличие от Немо я так умею. Мужчина улыбнулся мне. — Здравствуй, — а потом он смотрит на своего сына и говорит, — вы сразу в комнату? От такого поворота я содрогаюсь, смотрю на Немо. Мой шпион уверенно встаëт, тянет меня за собой и кивает в сторону комнаты. — Мы сразу туда, — он берет меня за край лонгслива и тянет в свою комнату. Уже у двери отец Немо обиженно протянул: — Я думал вы хоть поедите. — Прости, пап, — кинул на ветер Немо и затянул меня в помещение. Я сразу подошёл к его кровати, сел, проверил, пока хозяин закрывал дверь на ключ. Через мгновение Немо уже летел на меня, падал на кровать и расцеловывал мои щëки. Его шустрые ручки начали снимать с меня штаны, но я понимал, что слишком волнуюсь. — Яков, я очень скучал по твоему телу, — говорил Немо, пока путался с ненавистным ремнëм. Он сидел на мне сверху. Я прикрыл глаза и немного отполз. — Ты чего? — Не встаëт, слишком страшно. Твой папаша прямо за стенкой! — наедине с Немо я показал свои эмоции, не стал скрывать. — Забудь о нём, думай о химии, так точно встанет, — он скрестил руки на груди и обиженно пробубнел под нос. Потом спустился с кровати, притянул меня к себе за ноги. Я посмотрел вниз, голова Немо была слишком близко к моей ширинке. Я сглотнул. — Немо, не стои- — Чшш... — он завороженно расстегнул молнию штанов, отложил ремень и посмотрел мне в глаза. — Я сам. С этими словами он аккуратно приспустил мои штаны, оттянул белье, так, чтобы выглядывал только член и пару раз провёл рукой сверху вниз. Я не мешал, сам — значит сам. Поднявшись на коленях выше и держа в руках мой член, он плюнул на него сверху. Слюна полоской тянулась от его губ вниз, Немо оборвал еë. Размазав свой тëплый плевок по всей длине, я начал чувствовать, как он наклоняется. Я не был уверен, наблюдал за ним. Немо насел своими тëплыми губами на мой член, взял немного глубже, вытащил, взял еще раз, но уже порядком глубже и начал медленные движения вверх-вниз. Я разомлел, на удивление Немо очень хорош в минете. Моя рука легла на волосы шпиона, я легонько сжал их, Немо послушно двигал головой в том направлении, котрое задавал я. В итоге мой член был поднят, я тихо, но глубоко дышал, а Немо продолжал. Я никак не хотел прерывать свой первый минет, но оставлять Немо так тоже не мог. Сжав его макушку сильнее, оттащил. Немо уставился на меня, я отпустил его волосы и старался справиться с отдышкой. — Не понравилось? — этот вопрос поставил меня в ступор. — С чего ты взял? — Немо только сильнее расстроился, подумав, что я ухожу от темы. — Очень понравилось, — я тряхнул головой, убирая чëлку. — Зачем тогда остановил? — он провëл по моему члену рукой. — Тебе надо было его только поднять, всë остальное сделаю я. Я ухмыльнулся, подозвал Немо к себе, а потом подложил под себя. Осматривая полку, увидел крем, взял его. Немо недовольно посмотрел на меня, но ничего не сказал. Я снял с него штаны левой рукой, а правой расправился с крышкой от крема. Набрав на пальцы приличное количество, стал вводить в Немо. Он всегда вертится, сейчас тоже. Шпион сам насаживается на мои пальцы, дëргается, пока я целую его рëбра, живот и шею и тихо вздыхает. Я добавляю третий палец, Немо долго выдыхает, кивает. Я продолжаю действовать, развожу пальцы, складываю обратно, ввожу глубже. На мои движения Немо всегда очень бурно реагирует, судорожно дышит, вертится, а иногда награждает меня полустонами. Я добавляю больше крема, ищу заветную точку, а шпион мне помогает. Он не смотрит, вслепую насаживается, а потом содрогается, когда я наконец дохожу до простаты. По его замершим губам сразу понимаю, что он готов, достаю свои пальцы. Немо зажимает в руках одеяло, готовится, а я решаю поиграть. — Немо, попроси меня, тогда продолжу, — я ехидно улыбаюсь. Шпион смотрит на меня, будто я полный идиот, хлопает глазами. — П-пошëл в пизду, Яков! Сам знаешь, что жду и хочу, нет же, блять, портить всë надо! — по голосу понимаю, что Немо возбуждëн хуже некуда и ждать не хочет. — Очень плохо. Я наклоняюсь ближе к шпиону, сильнее спускаю свои штаны и начинаю медленно входить. Немо прикрывает глаза, начинает помогать мне, насильно идëт мне навстречу. Я не останавливаю, хоть ему и больно. Мой член уже полностью в шпионе, чувствую, насколько он узкий и делаю первый толчок. Немо одобрительно выдохнул и расставил ноги шире. Я начал с медленного темпа, добавил ещë крема. Немо закрыл глаза, уткнулся себе в локоть, сжал одеяло и промолвил: — Пожал-луйста, Яков, б-быстрее, — а ведь ещë пару минут назад он не мог так жалобно просить. Я послушно убыстрил темп и начал замечать за собой отдышку, а за Немо натуральные, но негромкие стоны. Он старался отдавать большую часть звуков в ткань своей рубашки, которую не снял, старался сдерживаться, но выходило плохо. Его отец всë точно слышит. Стараясь об этом не думать, делаю свои движения ещë быстрее, на что Немо реагирует более чем положительно, а потом наклоняюсь к нему и начинаю расцеловывать его плечи, ключицы и грудь. Немо в восторге, он громко стонет, извивается, выгинается, а с моей стороны идут полустоны. Доказательством эмоций и чувств Немо служит молочная лужа на животе. Он не помогал себе руками и быстро кончил, я продолжал вдалбливаться, иногда клал его ноги себе на плечи. По комнате разлетался скрип кровати, уже негромкие наши стоны и, достаточно бодрящие слух, хлюпы. Лицо Немо было мокрое от слëз и пота, красное от смущения и напряжения, а ещë было до невозможности возбуждающим. Таким я видел его не часто, поэтому каждый раз возбуждался сильнее. Ещë пара толчков и я кончил, предварительно вытащив. Немо в последний раз прогнулся и громко выдохнул. Нас вдвоëм захватила отдышка, я лëг рядом с ним. Он искал взглядом бумагу, а я уже достал салфетки и вытирал живот своего шпиона. Моя ширинка была застëгнута, рубашка Немо аккуратно заправлена и мы тихо двинулись из комнаты. Я открыл дверь и увидел отца Немо. От неожиданности шпион дрогнул и глупо вцепился в мой рукав. Я видел, как его отец ходил под дверью в то время, пока Немо стонал подо мной, поэтому я открыл дверь так быстро и неожиданно. Мужчина растерялся, он стоял весь красный, а правая рука его была мокрая. Я хлопнул глазами и сказал: — До свидания, — потом прошëл мимо и стал обуваться. Немо проводил меня, а я всë думал про то, как он живëт с таким отцом-извращенцем.