Песнь о Соме

В Грентебридже уже смеркалось, как Сома и пару ее войнов вернулись с охоты. Сегодня удача была на их стороне, им удалось добыть степного оленя весом в пятерых взрослых мужчин. Ярлскона соскользнув с лошади приказала отнести добычу кухару, и еще раз поблагодарив всех за труд и отвагу, направилась к длинному дому. Ее темные волосы были заколоты в небольшой пучок, но большая их часть продолжала струиться по шее. Она была одета в легкий литой доспех прикрывающий ее грудь и шею, синюю льняную тунику обрывавшуюся над коленом, и в плащ. Это был ее любимый сет для охоты, в нем было не страшно повстречаться с волками и вепрями, он хорошо защищал и сохранял ее проворность. Войдя в длинный дом, она почетно кивнула каждому находящемуся внутри, тем самым приветствуя их. Ярлскона любила своих людей, порой больше чем себя, и они были готовы пойти за ней куда угодно. Войдя в покои она небрежно поспешила избавится от доспехов, расстегивая их и роняя на пол она прошептала: 
“Наконец-то” - в этой короткой фразе было столько облегчения. Подтолкнув доспех ногой к ольховой кровати, Сома взяла деревянную кружку с водой, которая осталась еще с утра, и жадно принялась пить ее прищурив глаза от удовольствия, как вдруг сквозь ресницы ее взгляд пал на небольшой сверток из пожухлой бумаги лежащий на комоде. Подойдя ближе, она внимательно осмотрела незнакомый предмет, нет ли на нем ловушек или яда, Сома была настороже после недавних событий. Больше всего на свете она боялась опять оказаться без своего города и людей, смотреть на сожженые дома и посевы. Смотреть на то, как саксы сравнивают с землей весь ее многолетний труд. Грентебриж занимал все свободное место в ее маленьком, но отважном сердце. Вроде как ничего не обнаружив она взяла сверток в руки и отдернув край шершавой бумаги увидела что-то блестящие и холодное внутри, это был кинжал, примерно 25 сантиметров в длину. Красота метала отражающего свет свечей комнаты ошарашили Сому, заставив мурашки пробежать по ее телу. Рассматривая лезвие она видела отражение своих светло-карих глаз, на момент заглядывая в свою раненую душу. Клинок ей сразу понравился, ярлскона ценила уникальное в своем роде оружие, кинжал был похож на один из таких. Не много поводя им по вздоху Сома заметила небольшой клочок бумаги, на котором виднелся угольный текст. Поднеся его поближе к свече она смогла рассмотреть нацарапанное послание: 

“Надеюсь этой зимой и впредь клинок будет защищать тебя от зла и зависти. Храни его и моя сила всегда будет на стороне твоей удачи.” И подпись в виде пера, которая ни о чем ей не намекнула.
 “Где же была твоя сила пол года назад?” - подумала про себя Сома, с горечью вспомнив что ее городу пришлось пережить. Отложив кинжал на место где он был найден, ярлскона сделала пару кругов по комнате, водя рукой по затылку, пыталась понять кто мог преподнести ей такой ценный дар. У нее было много воздыхателей, поэтому она принялась перебирать тех, кто ей самой неравнодушен. Задумчиво присев на скрипучий деревянный табурет, уставилась в угол комнаты. Может это новый конюх, который неделю назад, вернув ее седло из ремонта подложил в него букет полевых цветов. Он, конечно, и был ей симпатичен, но вряд ли у него хватило денег на такую дорогую игрушку для ярлсконы: “Разве что украл…” – подумала Сома хихикнув себе под нос; “Или может это Бирна…” – нехотя пробурчала она себе под нос, переключившись на тех, кому могла нравится она сама. Может так она пытается сгладить свое признание в любви и уход из города, подумала ярлскона, явно не хотев этого. Мысли о том, что чувства Бирны еще не остыли, заставляли Сому кряхтеть от накатываемого осознания сложности ситуации. Меньше всего ей сейчас хотелось этих неопределенностей, потому она отмахнулась от таких мыслей, сосредоточившись на картинке, которая ее устраивала больше. Бирна ее верный и покорный дренг, не смотря на то, что она и служит клану Ворона, Сома в ней не сомневалась, и это ее устраивало. Бирна друг и точка. Перебрав пару тройку мужчин и женщин, Сома оставила эту затею, решив что время само все расставит на свои места. “А если это могучая Сестра волка миластивит меня такими дарами…?” – через чур мечтательно с ироничной ухмылкой протянула себе Сома. Она даже не верила в свои слова, но раз такое соскочила с ее языка значит откуда то этой мысли было взяться. Сома не часто вспоминала про Эйвор, а в минуты мыслей больше отдавала ей немую благодарность за спасение своего города и чести. Она восхищалась Сестрой Волка, за ее смелость и мужественность, за бесстрашие и отвагу. В памяти приятным опьяняющим шлейфом осталось чувство защищенности и женской слабости, его Сома не чувствовала даже с многими мужчинами, с которыми она встречалась на протяжении своей жизни. Незнакомая ей до случившегося горя, Эйвор, казалась надежнее всех кого она знала. Только тогда Соме некогда было анализировать свои чувства и пытаться понимать что такого особенного в Сестре Волка. И до сих пор ярлскона не возвращалась в памяти к тем дням, которые она провела с Эйвор, потому что боль прошлого препятствовала. Но изредка Сома тосковала по волчице, ибо жадно хотела еще хоть на мгновение почувствовать себя не только важной и могучей ярлсконой, но и хрупкой, беззащитной девушкой в тени несокрушимой воительницы. – “Пора собираться, на рассвете выезжаем” – нарушал мечтательную тишину Лив, проронив свое напоминание около дверей покоев ярлсконы. Сома была слишком организована и не нуждалась в подобного рода напоминаниях, она знала, что так, Лив - ее верный друг, проявляет заботу стараясь прибадривая создавать ощущение плеча и опоры рядом. – “Полагаю ты сейчас сам себе напомнил?” – иронично бросила ярлскона, с коварной улыбкой выходя из покоев специально не смотря в сторону друга. – “Ты как всегда нежна” – пробурчал Лив закатив глаза и последовал за Сомой. Потерев перед собой рука об руку, она осмотрела стоящие около входа в длинный дом сундуки и деревянные ящики до треска напиханные разными вещами. Будто пробегаясь у себя в голове по списку, Сома перепроверяла ничего ли они не забыли. Их поездка займет 3-4 дня, помимо теплых одежд, шкур, и оружия, необходимо перепроверить сундуки даров приготовленных Рейвенсторпцам к празднику. Немного покопошившись и убедившись что все готово к отъезду, Сома дважды хлопнула Лива по плечу и протянула полушепотом; – “Пойдем, нам надо отдохнуть перед дорогой”. 

 ***** 

Проснулась ярлскона еще затемно. В октябре уже световой день заметно сократился, темнело рано, а светало позднее обычного. Немного полежав в темноте, Сома прокрутила в голове дела на сегодняшний день, все должно идти строго по плану. Но как только ее мысли долетели до Рейвенсторпа, ярлскона почувствовала волнение и тревогу, и не сказать что они ощущались чем то негативным, скорее наоборот, она волновалась перед встречей с соседями-норвежцами, которых в избытке соберется в эти дни, перед войнами клана Ворона, которые помогали ей отбивать город, и больше прочего она была взволнована предстоящей встречей с Эйвор. Сома, понимая, что чувствует какую-то тягу к Сестре Волка, ничего тревожного в этом не находила. Эти эмоции ее больше забавляли, она будто ехала повидать подругу, с которой провела пол жизни и после долго расставания им, как воздух, необходимо наговориться вдоволь. Приподнявшись на локти, ярлскона покрутила шеей с характерным хрустом, тем самым пробудив ее ото сна. Сладко зевнув, она перевалилась на бок и одним рывком встала с постели. Ее тряпичное, похожее на бинты, нижнее белье, если это вообще можно им назвать, немного раскрутилось после сна, а волосы сбились в опрятную копну на голове. Подойдя к небольшому зеркалу из куска полированного метала, Сома поправила себе прическу и нежно похлопав себя по обеим щекам, опрокинула: – “Пора!” Уже через мгновение она стояла во дворе длинного дома подсчитывая сундуки и ящики, грузившиеся с собой. Проконтролировав каждое действие Лива, она уселась на свою вороную, черную как ее волосы, лошадь, и погладила ее сверху правой рукой по гриве. Слегка натянула поводья, что держала в другой руке и крикнув – “Но!”, пристукнула лошадь пятками по бокам. Ревальда, так звали лошадь ярлсконы, начала неспешные движение в сторону выезда из города. Распаривая снег копытами, и издавая характерные звуки хрипения и кряхтения при походке, Ревальда создавала Соме настроение начала задорного и волшебного путешествия. Она давно никуда не выбиралась с целью отдыха или развлечений, не считая игры в кости и состязаний выпивок с вояками. Изредка Лив вывозил ее на обзор примыкающих к городу деревень, и то такие поездки больше казались ей трудовыми. Проехаться от деревни к другой с целью посмотреть как восстанавливают хозяйства сельчане, или выслушать пару десятков жалоб на крыс или разбойников, вовсе не кажется чем-то развлекательным и беззаботным. Лив ехал за Сомой на открытой резной телеге заваленной ящиками, на крепком, молочного цвета, тяглом коне, который вприпрыжку тащил за собой повозку, будто не замечая ее. Пролетая мимо кустов и деревьев покрытых снежком, они с Ливом забывали о своих печалях, полагая что все они останутся в прошлых зимах. К обеду грентебрижцы пересекли небольшой мостик, разделяющий свободные земли Мерсии и Рейвенсторп. В поселении была настоящая сказка, горели костры, около которых горожане переливисто делились историями. Был слышан стук кружек меда и захлебывающийся смех. Войны клана дурачились словно дети бросая камни в соломенный сосуд и перепивая друг друга за неудачи. Цветные гирлянды из потрепанных кусков тканей переливались на солнце, будто драгоценные камни. Они были натянуты между домами и деревьями, цепляясь за ветки и кромки глиняных крыш. Сома не могла дышать от изумления перекрывшее ей горло, в момент ей казалось что она попала в вальгаллу, вот как тут было легко и радостно. Протянув на лошади мимо пирующих сельчан и войнов, Лив и Сома направились к дому татуировщицы Туве. Найдя место для лошадей и повозки под деревом, укрывавшим их от возможного снегопада. Сома спрыгнула с лошади уже находясь в своем обычном состоянии. Серьезная, рассудительная, немного нахмуренная, но сейчас меньше обычного ярлскона, скомандовала Ливу взять ящик с дарами и оба направились к длинному дому. Осматриваясь по сторонам она изучала поселение, мысленно помечая то что ей нравилось в своем невидимом списке. Эти наблюдения она потом переносила в свой город, одаривая Грентебриж красотой из других земель. Морозный ветерок окрапил ее щеки румянцем, а мелкие снежинки укрывали голову и мех на воротнике. – “Сома! Провались я к Хель, это вы!” – издалека крикнула Бирна, уже торопливо перебирая немного заплетавшимися ногами в сторону друзей. – “Я не могу поверить своим глазам, пол года прошло! Лив ты стал выглядить еще хуже!” – задорно подстегивая смеялась она, бросившись обнимать дренга. – “Смотрю у тебя прибавилось шрамов, Бирна! Видимо не одну сотню саксов успела перебить, вояка” – с неприкрытой, но доброй завистью скинул Лив, он то давно забыл что такое набеги, грабежи и прочие стандартные промыслы викингов. – “Не одну тысячу!” – переводя взгляд на ярлскону, ответила она; – “Я рада видеть тебя, Сома…” – немного покашливая из-за смущения уронила Бирна. – “И я рада, дренг”– ярлскона с искренней улыбкой заботливо толкнула в плечо подругу; – “Покажешь как ты тут обустроилась?” – с интересом обратилась Сома. – “Еще бы! скорее пойдем” – уже в полубеге крикнула Бирна, – “Скорее в казарму, мы живем там!” – уже не смотря на друзей, с детским восторгом бежала воительница, будучи увереной что они следуют за ней. Так и было, Сома указала Ливу глазами сначала на ящик с дарами, который он тащил, а затем на землю, немо приказывая оставить его. Через пару мгновений они уже были около причала. Подходя к казармам Сома встречала войнов клана Ворона и отдавала им благодарности значимым поклоном головы, они принимали его с честью и гордостью, ведь перед ними была ярлскона, почитаемая леди Грентебриджа, за которую они сражались вместе. Каждый из выживших помнит ее храброй и непоколебимо защищающей свой клан воительницей. Очутившись около высоких казарм, встречавших их стойками с щитами и копьями, они прошли во внутрь. В казармах было место на дружину из 15 человек, у каждого из них была скромная пастель их деревянного каркаса засыпанного соломой и шкурами, небольшие прикроватные шкафчики и крючки для тюков с дополнительной одеждой. – “Ты в курсе на что променяла свой дом в Грентебридже, вояка?” – несколько брезгливо и с каплей сожаления спросил Лив – “Вороны предлагали мне и дом и шатер, но мое сердце хочет быть среди войнов, здесь я чувствую себя спокойно” – с небольшим затишьем Бирна перевела взгляд на Сому, как бы намекая ей, что в дружине клана она спасалась от безответной любви к ярлсконе. – “Моя хуг спокойна за тебя, Бирна, я рада что спустя столько лет ты дорвалась до жизни о которой мечтала, неважно каким путем ты к ней пришла. Сколько я тебя помню ты бредила войной, так пусть еще не одна голова слетит с твоего топора. Знай что мы всегда рядом.” – твердо ответила Сома, показав бывшему дренгу свою свое присутствие и почти родительскую любовь, но не проронив ни каплю намека на что-то большее. – “Нам пора поприветствовать гостей и ярла” – вежливо напомнил Лив и все трое неспешно, наслаждаясь местной атмосферой и колючим морозным воздухом побрели в сторону длинного дома. В объемном зале было шумно и пахло жаренным мясом с размарином, норвежцы сидели за столом близь трона ярла Сигурда и с надрывистым грохотом смеялись над рассказами Вилли про их юношеские дурачества с Сестрой Волка. Трюгве, ставший ярлом после кончины великого Хемминга - отца Вилли, прибыл еще с утра, он счастлив видеть что парень перестал скорбеть и беспрестанно пить по ушедшему родичу. Бротир и Бродер перекрикивая друг друга, выхваливали Вилли и пополняли его рассказ глупыми небылицами, которые весилили весь стол. Наверно пол бочонка меда успело разойтись под пылкие истории северян. Эйвор сидела рядом с Вилли и Сунивой, а напротив нее была рыжая красавица Рандви. Волчица уже забыла про свое вчерашнее волнение и вместе с остальным, с неподдельным азартом парировала рассказы Вилли своими дополнениями. Громкий хохот смогла прервать Бирна, она ворвалась в зал и с гордостью заявила – “Смотрите кого я вам привела, саму леди Грентебриджа!” – показательно и с уважением Бирна чуть приклонила голову и выставила одну руку в направлении двери, указывая всем откуда ожидать объявленных гостей. Две фигуры вошли во внутрь. Легкими, но уверенными шагами Сома направлялась к трону Сигурда, а за ней следовал высокий и коренастый Лив, будто йомсвикинг прикрывающий ее тыл, держащий на плече огромный дубовый сундук с металлической резной кромкой. В этот момент Эйвор, поднеся кружку к лице, застыла в ступоре от неожиданности. Она не могла сделать вдох, ее грудь была заблокирована от потрясения, а по спине ордой пробежали мурашки заставляя волоски встать и натянуться, будто от испуга. На ее лице не двигалась ни одна мышца, лишь зрачки сопровождающие движения Сомы, выдавали жизнеспособность волчицы. Эйвор резко сделала короткий выдох, заметно покачавший ее, и нервно перевела взгляд на стол в тоже время чуть приподняв уголок рта, будто начиная улыбаться. Ярлскона ни на кого не смотрела, лишь гордо держала лицо с абсолютно спокойными эмоциями. Ни волнения, ни страха нельзя было рассмотреть в ее глазах, лишь цель. Она леди дела и чести, и первой ее задачей было отдать почтение ярлу клана, а прочие развлечения занимали у нее второстепенные места. – “Я Сома, ярлскона Грентебриджа, и отныне союзным с тобой клана. Ярл Сигурд, позволь преподнести тебе эти дары в знак нашей клятвы и благодарности твоим войнам за помощь.” – Сома указала рукой на сундук набитый украшениями и оружием, который в этот же момент опускал на пол Лив; – “это мой верный друг и в правительственных делах советник - Лив” – гордо представила она дренга, а тот в свою очередь почтиво склонил голову. Голос ярлсконы был тверд и пропитан уверенностью, одним словом она заставляла уважать себя, и Сигурд не был исключением. Ярл поднялся с места и пожал гостям предплечья, северяне так выражали друг другу признание; – “Я искренне рад приветствовать тебя в стенах своего дома Сома, я рад что обрел надежного союзника в твоем лице. Надеюсь вы отдохнете здесь подстать самой вальгалле, ешьте и пейте пока в ногах не останется сил, а ваша хуг не попроситься наружу” – задорно и с заметным восхищением ответил ей ярл. Благодарно кивнув в ответ, Сома перевела взгляд на стол кишащий викингами. Она видела знакомые лица. Валдис и ее братьев, которые помогали ей в передвижении воиск ярла Гутрума на юг. Она мельком знала Льювфину и Хьёра, они виделись на пиру у ярла Хальфдана, который собирал всех местных правителей-норвежцев. С частью гостей она не была знакома, но заочно настроилась ко всем радушно. Робко пробежавшись по лицам, Сома сделала скомканый полувход споткнувшись о щеку со шрамом, которую она узнала бы разбуди ее в ночи. Ее сердце забилось чаще, она перевела взгляд на губы, которые были чуть поджаты в улыбке, а далее поднялась к глазам встретивших ее глубоким немым приветствием. На секунды ярлскона почувствовала себя вновь под неосязаемой но надежной защитой. Улыбка раскатилась по ее лицу отправив Эйвор тихое послание о радости долгожданной встречи.