***
Утро стало для одних фей торжеством, а для других ещё и страданием. Никто так и не понял, почему регент назначил коронацию на самое утро, ведь погулять можно и ночью, а малышку уложить с закатом спать. По итогу на плечи Хайтама упало всё (если быть точнее, сам всё взялся проверять). И список банкета, и гостей, и количество даров. Добраться до тронного зала никак не успевал, решил, что расставить оставшееся сможет и архитектор, хотя на душе что-то начинало дрожать. До этого момента он был обычным библиотекарем Благого двора, почти не появлялся на людях и вечно где-то странствовал в поисках новых записей и книг. А теперь, когда до коронации и начала его официального регентства оставалось чуть больше тридцати минут, в голове вертелась четкая мысль "Что-то пойдет не так". Хотя, может, и так, но фею с Зимнего двора это не угодит. Малышку Нахиду, что подняли с рассветом и уже который час украшали, запрещали есть до начала бала и старались удержать на месте при подготовке, рыдающую в три ручья на ручках унесли в тронный зал, усаживая до начала на трон. Феи, прибывшие на торжество, относились к этому с пониманием, все же ребенок.. Кроме зимних. Те сразу начали шептаться о регенте. Кавех же, стоявший в самом конце, но занявший удачное место, чтобы рассмотреть всё, наблюдал за девочкой, которая с затихающими всхлипами начала рассматривать трон. В виде большого белоснежного цветка, который чуть покачивался на молодом стебле, а по сторонам свисали звенящие цветы-колокольчики. Значит, архитектор сделал всё правильно для ее возраста. Заигравшая музыка подала знак, что маленькой королеве пора принимать корону, а регенту давать обещание растить и заботиться о Нахиде и землях фей, пока та ещё не может принимать решения. Аль-Хайтам, что держал в руках белоснежную подушечку с маленькой тиарой на ней, стоял перед закрытыми дверями в тронный зал, слышал лишь шум, и лишь когда двери перед регентом распахнулись тот замер, не сразу продолжая следовать, но пребывая в немом шоке. "Ты.. ты!"— просверлил Кавеха у дверей фей Зимнего двора и продолжал это делать после того, как на голову девочки одели маленькую зелёную тиару, украшенную мельчайшими изумрудами. Начиная с темы украшений к балу, зал был как назло украшен по-детски. Много блестящих лиан и переливов от капель воды на потолке, что так же создавал эффект сияния. Даже маленькое место за троном, где девочка сможет спрятаться и поиграть, вместо бесконечных танцев, которым ещё была мало обучена. Кавех верно выждал завершения коронации, после тихо удаляясь из зала. Во-первых, к нему вот-вот подлетит злющий регент, обломав весь восторг если не гостям и королеве, то самому архитектору. А во-вторых, все эти праздники совсем не для него. Кавех выпить любит, но делает это всегда тихо и у себя дома. После бессонной ночи так и вовсе хотелось свалиться спать, и плевать ему на благодарности и критику. Хайтам настиг юношу прямо у лестницы, грубо одергивая за крыло, чем вызвал испуганный вздох и наступающие слезы. — Сдурел?!— Кавех обернулся, хватаясь за основание крыла и жмурясь, а после удивлённо смотря на регента.— Что это значит? Мужчина пару секунд молча жёг взглядом фея Летнего двора. — Что вы за народ такой, летние, дали ведь заказ, а вы всегда делаете по своему,— жестом он указал на тронный зал.— Может вы, господин Кавех, объясните, что это все значит? — Королева ребёнок, ещё и не с вашего двора всезнаек. Не уничтожай потенциал летнего двора, который ей предписан с рождения. Остальные силы это лишь дань правления. И если это всё, что вы мне хотели сказать, то я смею заявить, что мне глубоко плевать на ворчливую критику. Фей хотел уже было начать чуть более быстрый, час подъем, спуск вниз, но его уже за воротник оттянули назад и грубо вжали в стенку, все равно вызвав боль в крыльях от основания до кончиков. Кавех рыкнул сквозь зубы, ненавистно глянув на мотыля. Это была ненависть даже не конкретно к Хайтаму, а ненависть и очередное убеждение, что все зимние феи одинаковы. — Традиции есть традиции, а мальчишка вдруг решил, что имеет право лезть в королевские дела. Неудивительно, что ты именно «бывший» королевский архитектор. Такие ужасы только в своем дворе и выстраивать. Рывком обратно архитектора отпустили на пол и оставили одного. Ощутимо, учитывая средний рост мотылей и обычных бабочек¹. — Не волнуйтесь, ноги моей больше тут не будет...***
— Братец! Братец!— раздалось за спиной Аль-Хайтама, что вернулся в зал. Вот с чем, а с привычкой королевы Нахиды называть своего регента братом он ничего сделать не мог. Пока конкретно это вбивать в голову бессмысленно.— А где дядя Кавех? Мне сказали, что он сделал все это! — Сделал,— кивком подтвердил советник, опустившись на колено рядом с малышкой.— Ему нездоровится, поэтому он ушел домой. — Болеет?— малышка вдруг расстроилась и хныкнула, обнимая в руках достаточно крупный для нее свёрток. В зелёном плотном листе что-то лежало.— Это подарок для него.. Передашь? Сможешь? Ты ведь не разрешает мне уходить из замка.. — Для твоей же безопасности. Пара лет и ты будешь сама облетать все свои владения, обещаю тебе. Девочка большую часть слов не восприняла, как это обычно у детей бывает, зато протянула ему радостно свёрток и убежала обратно к фрейлинам, не забыв подблагодарить. "Это будет кошмар..."— пронеслось в мыслях регента, хоть вижу тот и не подал, смотря на плотный свёрток, подписанный явно одной из фрейлин золотыми чернилами. На небольшом листке было выведено с двух сторон: "Королевскому архитектору Кавеху" "Доставить в Неблагой двор" — Что за Неблагой двор... -------------------------------------------------------- ¹ — Понятное дело, что феи крохотные и ни о каких метрах речи не идёт. Но чисто для сравнения представьте, что Хайтам крепкий мотыль ростом 2.1 м, а Кавех, как бабочка, в сравнении с ним не выше 1,6м. В принципе здесь мотыли абсолютно все крупнее остальных видов.