Гипноз

      Семестр подходил к концу. Приближалась сессия. За это время произошёл определённый ряд событий. Во-первых, мистер Легран вернулся к делам компании. Благодаря наблюдению Стефана мужчину быстро поставили на ноги. Мартина была недовольна тем, что водитель мешает её делам, но сделать ничего не могла. Вскоре Стефан должен был вернуться к Амели.       Амели и Хелейна ушли в учёбу с головой. Из их группы отчислились шесть человек, но девушки упорно продолжались бороться с собой. Это было тяжело. Нагрузки становились только больше, а кроме хореографии нужно было изучать и другие дисциплины. Они поддерживали друг друга как могли, заставляя держать себя в руках.       Эйгон снова начал пропадать ночами в сомнительных заведениях. Дурь лезла наружу. После того случая, они с Амели отдалились. Они дружили, общались, но девушка избегала его, понимая, на что он надеется. Парня это злило и он пил, вульгарно себя вёл и пытался выбросить её из головы, заменяя шлюхами из клубов. Чем больше он так поступал, тем сильнее падал в глазах Амели – она только начала видеть в нем человека, только начала доверять, но он перечеркнул все. Хотя даже несмотря на это, между детьми, которые находились в доме, царила дружеская атмосфера. Они проводили много времени вместе, смотрели фильмы, гуляли и общались. Алисента смотрела на них и радовалась, но сердце её сжималось.       Женщина корила себя за то, что взяла в дом чужого ребёнка, а её родной сын находится вдали. Она ненавидела себя, но как выйти из этой ситуации не знала. В конце концов, Алисента пришла к выводу, что она мать и она имеет право решать, где жить её ребёнку. С того дня она начала вести переговоры со своим братом о том, чтобы перевести Эймонда обратно. Гвейн эту идею не одобрил, он долго настаивал на том, что для парня будет стрессом переезд и смена института, но когда в дело вмешался Визерис, мужчине пришлось уступить.

***

– Так они все-таки решили забрать меня? – спросил парень, сидя в кресле нога на ногу. – Интересно. – Не переживай. Мы сможем продолжить наши, мм, занятия и на расстоянии, – отозвался мужчина. – Я всегда буду рядом и если потребуется – приеду за тобой. Ты же знаешь. – Да, дядя.

***

      Дальше предстояло самое сложное – объяснить остальным детям причину возвращения их брата. Когда Алисента и Визерис собрали своих троих детей в кабинете отца семейства, все были напряжены. Эйгон, Хелейна и Дейрон хорошо знали – просто так такие собрание никогда не организовывались. – В конце учебного года к нам вернётся Эймонд. Мы с вашим отцом решили, что так будет лучше. Мы семья и то, что он живёт в дали от нас – неправильно. – Вы что, обкурились оба? – Эйгон сразу же встал на дыбы. – Послушай, выбирай выражения! – рявкнул Визерис. – Ваш брат вернётся и это не обсуждается! У вас есть полгода на то, чтобы свыкнуться с этим. Если кто-то чем-то недоволен – может собирать вещи и начинать жить самостоятельно. А теперь простите, но у меня самолёт через полчаса.       Визерис коротко поцеловал жену, бросил взгляд на детей и вышел. Алисента закрыла лицо руками и вздохнула. – Я все понимаю. Правда. Но так больше не может продолжаться. Он мой сын, ваш брат. Мы должны быть вместе. Несмотря на сложившиеся обстоятельства. – Обстоятельства? Мама, он псих! – Эйгон! Во-первых, я прошу тебя – сбавь тон. Я не хочу, чтобы этот разговор выходил за пределы кабинета. А во-вторых, он абсолютно здоров. Гвейн ничего не нашёл у него. – Вы совершаете ошибку. Вы оба с отцом, – продолжал парень. – Вы подвергаете всех нас опасности. – Эйгон, пожалуйста, – взмолилась женщина. – Хватит. Я прошу вас принять это. А ещё я прошу никому и ничего не рассказывать. Особенно Амели. Девочка и так настрадалась. Нет нужды ей забивать этим голову. – Это ошибка, мама. Ты понимаешь, что будет, если все вскроется? Что если она узнает? Ты сможешь потом смотреть ей в глаза? – Узнает о чем? Эймонд здоров, кроме эпилепсии у него ничего нет, но Гвейн сказал, что даже она редко проявляется у него. – Здоровые люди не швыряют ножи в людей! Может случиться все что угодно. И одно дело мы – мы знаем, чего от него ожидать, но с нами теперь живет человек, который не подозревает ни о чем. Ты понимаешь, что она может пострадать?! – Эйгон уперся кулаками в стол, глядя на мать. – Эйгон! – женщина скопировала его позу. – Это было почти десять лет назад. Мы все совершаем ошибки. – Ошибки? Ты не понимаешь о чем говоришь, мама, – парень круто развернулся и вышел из кабинета.       Пока Эйгон и Алисента препирались, Дейрон хотел плакать. Он вспомнил, как погода назад рассказал Амели то, о чем его мать только что просила молчать. Вот черт! – Я пойду к нему, – сказала Хелейна. – Хотя, вряд-ли он меня станет слушать.       Дейрон и Алисента остались наедине. Они долго смотрели друг на друга, пока женщина не закрыла лицо руками и не заплакала. Сын подошел к матери и обнял ее. – Все будет хорошо, – выдавил он из себя.       Жизнь пошла своим чередом. Вслед за сессией наступил второй семестр и студенты вернулись к своим привычным будням. Время летело. Амели все больше обижалась на отца – за то, что бросил её, за то, что доверял той, кому не стоило доверять, за то, что предал мать. Она старалась не думать, старалась заниматься своей жизнью, но до неё то и дело доходили неприятные новости о нем.       Занятия французским продолжались. Амели и Эйгон неплохо общались и их взаимоотношения перешли на уровень взаимных уколов в адрес друг друга. Без злости, просто юмор, однако со стороны Таргариена, этот юмор имел двойное дно. – Ты только что сказал абсолютный бред. Это набор слов, – засмеялась Амели, сидя напротив него. – Мы занимаемся столько месяцев, а ты так и не заговорил. – Ты слишком требовательна, – фыркнул Эйгон. – Последние пару месяцев этот, как ты выразилась, набор слов, помог мне произвести впечатление на многих и только на тебя это не действует. – Мм, так вот оно что, – девушка засмеялась ещё громче, запрокидывая голову назад. – Тогда попробуй сменить язык. – Как на счёт испанского? – Не-а, не прокатит. Я учила его в школе. – Хорошо, какой бы тебе понравился? – Возможно, венгерский, – девушка свела брови к носу. – Или турецкий. Хотя знаешь, меня бы привело в восторг, если бы ты все-таки приложил хоть немного усилий и выучил французский. – Если я его выучу – ты мне дашь? – заинтересованно спросил он. – Вот идиот, – девушка скомкала листок бумаги и бросила в него. – Если выучишь, я подумаю над этим.       Чем больше они общались, тем сильнее он сгорал от желания. Его сводило с ума в ней все – от акцента, который так и не пропал за полгода, до взгляда, которым она на него смотрела, когда он позволял себе сальные шутки в её адрес. Амели никогда не обижалась на него, знала, что он не имеет ввиду ничего плохого и искренне смеялась над его шутками. Даже самыми ужасными. И это добавляло масла в огонь – он впервые встретил человека с таким же отсутствием принципов, как и у него. Они отсутствовали не из-за испорченности, а от чувства того, что им было нечего терять. О них и так думали слишком плохо, хуже просто было уже некуда, и они играли на руку обществу, которое заставляло их быть такими.       Из-за плотного графика обучения, Хелейне пришлось бросить свое модельное агентство, потому что она не успевала. Но девушка слишком привыкла к фотосессиям и скучала по этой части свой жизни. Так что когда Амели вдруг сказала, что увлекается фотографией, Хелейна расцвела. В один из дней Легран вооружилась фотоаппаратом и объявила охоту на красивые кадры.       Девушки с самого утра были во дворе дома. Хелейна получалась просто идеально. Камера любила девушку. Сделав огромное количество снимков в цветах, которые произрастали на внушительного размера участке, подруги отправились в беседку, чтобы посмотреть результаты. Когда они свернули за угол, увидели Эйгона, который курил, опираясь спиной на деревянную стену беседки. Амели приложила палец к губам, призывая Хелейну к тишине, быстро настроила объектив и сделала снимок.       После обеда Амели уехала из дома, а когда собиралась возвращаться, зашла в фотосалон и распечатала несколько особенно хороших снимков. Поднимаясь в свою комнату, она столкнулась с Эйгоном. Он жил рядом с лестницей, так что они часто сталкивались там. – Мы сегодня будем заниматься? – спросил он. – Я освободилась, так что приходи, – кивнула девушка. – Да, хорошо. Я сейчас схожу к матери и после этого приду.       Амели зашла к Хелейне, чтобы отдать той фотографии и задержалась на какое-то время. Когда она распахнула свою дверь, за столом уже сидел Эйгон. Она молча прошла внутрь и положила перед ним снимок, который тайком сделала с утра. – Что это? – спросил он. – Фотография, – пожала девушка плечами. Амели зашла за стойку с одеждой, скрываясь от его глаз и сняла джемпер. – И когда ты успела, – тихо хмыкнул он. – Сегодня утром. Тебе что, не нравится? По-моему, ты хорошо получился, – Легран привстала на носочки, чтобы увидеть парня и фыркнула – он все это время пытался заглянуть к ней. – Когда это прекратиться? – устало спросила девушка. – О чем ты? – О твоих настойчивых попытках, – пояснила Амели. Она услышала как отодвинулся стул и быстро нырнула в футболку. Эйгон встал у неё за спиной и девушка закатив глаза развернулась.       Пространство между стеной и стойкой было ничтожным, так что сделав всего три шага назад, она уперлась в стену и сложила руки на груди. Таргариен делал так уже далеко не первый раз, так что сохранять самообладание было легко. Его рука, сжатая в кулак, уперлась в стену, рядом с её головой. – Я тебя не понимаю, – протянул он. – Ты отказываешь мне, но не отвергаешь. Ты ведь могла бы ударить меня сейчас, но не делаешь этого, – Эйгон провел по её щеке. – Если тебе так будет понятнее, то я могу тебя ударить. Хочешь этого? – Я хочу тебя, – он сказал это так просто, словно это была самая очевидная вещь на этом свете. – Если я дам тебе, ты отстанешь от меня? – девушка вскинула лицо, замирая в ничтожных сантиметрах от него. – Если я сделаю это сейчас, ты оставишь меня в покое?       Он мог соврать. Сказать ей то, что она хочет услышать и получить то, чего так сильно желал все это время, но язык подвёл. – Если мы сейчас это сделаем, ты больше не сможешь без этого. Проверим? – В этом и проблема, Эйгон. Ты слишком высокого о себе мнения, – она обрушила все льды океанских глубин на его голову. Девушка присела на корточки и выскользнула из узкого пространства, ныряя под вещи. – И путаешь моё хорошее отношение к тебе с какими-то намёками. Которых нет и никогда не было.       Занятие проходило вяло. Амели разозлилась, а Эйгон обиделся. Девушка видела, что он специально ошибается и это заставляло вскипать ее еще больше. Чтобы хоть как-то разрядить обстановку, Легран решила отвлечься от заданий и попытаться расспросить его про брата. – Алисента сказала, что в конце учебного года приедет Эймонд, – бросила девушка, стоя за его спиной. Он увидела, как у парня напряглась рука, которой он писал. – Да, это так. Он сдаст сессию досрочно, чтобы успеть перевестись до каникул. Иначе это растянется до сентября, а мать не хочет переживать об этом. – Понятно. А почему он жил не с вами? – У него были проблемы в школе, – с готовностью отозвался Эйгон и сделал вид, что ищет перевод слова в словаре. Амели закатила глаза.       Ладно... А что если попробовать разговорить его тем же методом, что и Дейрона?       Девушка выхватила книгу из его рук и захлопнула. – Эй, – буркнул парень и потянулся за ней, но Амели отбросила словарь на другой конец стола и он проехался по гладкой поверхности. – А если честно? – спросила Легран. – Что честно? – Я похожа на дуру, которая поверит в то, что ребенка в девять лет не смогли пристроить ни в одну школу в вашем городе просто из-за разногласий с одноклассниками? – Что ты хочешь от меня услышать? – вздохнул Эйгон, отодвигая тетрадь. – Правду, – девушка присела на край стола рядом с его предплечьем и внимательно посмотрела ему в глаза. – Я не собираюсь болтать об этом, – она понизила голос. – Мать запретила нам обсуждать это с кем-либо. Такой ответ тебя устроит? – И что же, нельзя сделать исключение? – девушка подсадила себя руками и села на стол полностью, отрывая ноги от пола. – Что мне будет за эту информацию? – не растерялся парень. Амели вскинула брови, глядя на него и он вскинул их в ответ, копируя ее выражение лица. – Ну и чего ты хочешь? – поинтересовалась она. – Ты знаешь чего я хочу. – Я не буду спать с тобой, – сказала девушка, а потом рассмеялась и добавила. – Вдруг оно того не стоит. – В смысле? – Ну, вдруг, там ничего интересного и ты просто пытаешься меня развести. Это будет двойное разочарование, – устало вздохнула она. – Отсутствие полезной информации и хреновый секс.       Эйгон резко дернул Амели за ногу, подтягивая к себе. Теперь она сидела на столе с широко раздвинутыми ногами прямо перед его лицом. Легран попыталась свести бедра обратно, но парень двинулся ближе и ее колени встретили преграду, упираясь в его плечи. Девушка опустила глаза и увидела его потемневший взгляд. – Повтори, – тихо сказал он. Она молчала, продолжая смотреть на него сверху вниз. – Ну, давай, где все твое красноречие? – Прости, – тихо сказала Амели. – Это была неудачная шутка. – Я не разговариваю о своем брате. Ни с кем и никогда, это понятно? – голос его стал до ужаса низким и властным. Легран кивнула головой. – Вот и отлично, – продолжил он, а потом усмехнулся. – Язык или пальцы? – спросил он, впиваясь ладонями в ее бедра и двигая ближе к краю стола. – Что? – переспросила девушка. Парень вызывающе провел языком по своим губам и опустил взгляд. – Ты идиот, – выдохнула она и не удержалась от колкости. – Меня вполне устраивают и свои руки. Отпусти. – Ты даже не знаешь от чего отказываешься, – его губы расплылись в пошлой улыбке, а пальцы сильнее сжали девичьи бедра.       В этом было сложно признаться, но его слова отозвались импульсом в ее теле. Амели скучала по этой части своей жизни. Иногда она ощущала сильное желание, но так и не смогла решиться на близость с кем-либо за все это время. И все бы ничего, но именно в тот момент она впервые не испытала отвращения от слов и действий противоположного пола. Яркой вспышкой в сознании пронеслось желание взять его за волосы и... Вот черт! – Мы ведь можем не заходить далеко так сразу,– Эйгон увидел сомнение в ее глазах и попытался пробиться дальше. Ладонь соскочила с бедра на колено и пошла вверх, задевая край юбки.       По спине пробежал приятный холодок, девушка вздрогнула – не от страха, от желания. Он продолжал на неё смотреть и этот взгляд сводил с ума, манил. Она видела в его глазах, как он хотел ее, здесь и сейчас. На нее давно никто не смотрел вот так. Мужского внимания было в избытке, но сейчас все было иначе. В последний раз на нее так смотрел Старк. Черт бы его побрал! Амели знала, что ей достаточно было совершить всего одно движение, чтобы он все понял, слова не были нужны в тот момент. Одно движение и она снова вспомнит, что такое удовольствие, страсть, что такое быть желанной.       Эйгон отодвинул стул и поднялся на ноги. Его руки крепко сжали талию Амели, он подался вперёд, желая коснуться её губ.       Громкий звук пощечины разорвал тишину. Амели оттолкнула его, спрыгнула на пол, одергивая юбку и вышла прочь из комнаты.

***

      Приближался день рождения Хелейны. Алисента хотела бы, чтобы и Эймонд был дома в этот день, ведь это был и его праздник, но парень наотрез отказался лететь домой. Делать было нечего. Все принялись готовиться к празднику. В их доме должно было собраться много людей – друзья Хелейны, родственники и некоторые деловые партнёры. Последних было бы невежливо не пригласить. Пригласили и Мартина Леграна, но тот сообщил, что не сможет приехать. Зато согласилась приехать его жена. Это взбесило Амели, но каков был выбор. В конце концов, если бы это был её праздник, то она могла бы что-то сделать, но не сейчас. Радовало то, что ей нужно было потерпеть всего пару часов.       Амели долго думала над подарком. Хелейна любила животных и часто замирала, глядя на витрины зоомагазинов. При чем ей было совсем неважно – хомячок за стеклом или паук. Согласовав свою идею с Алисентой, Амели остановилась на птицееде. Сама она ужасно боялась подобного, так что когда настал момент ехать за ним, девушка попросила это сделать Стефана. Мужчина привёз паука в стеклянном аквариуме и поставил на стол Амели. – Меня сейчас стошнит, – захныкала она. – Он точно не убежит? – Не переживайте, продавец позаботился об этом.       Амели ушла в душ, а после принялась за макияж. Сегодня в доме должно было быть много гостей и нужно было выглядеть хорошо. Она не любила платья в пол, так что большинство её гардероба составляли маленькие чёрные платья. Она уже почти была готова, когда в дверь постучали. – Да! – Мисс Легран, – начал Стефан и тут же отвернулся – девушка пыталась дотянуться до молнии на платье. – Простите. – О, ты вовремя. Помоги, – Амели, стуча каблуками, подошла к водителю и повернулась к нему спиной. – Уже пора идти вниз? – Да, – коротко ответил мужчина, дергая молнию вверх. – Я не могла определиться с платьем. Как ты думаешь, нормально? – она повернулась к зеркалу и посмотрела на себя. – Вы хорошо выглядите. Как и всегда. – Точно? Я думала об этом платье, – она подцепила пальцами вешалку, которая находилась на дверце шкафа. – Вы ведь были в нем на дне рождения Дейрона. – О, точно. Я и забыла. Ладно, идём.       Пятнадцать сантиметров чёрных тонких каблуков совсем не мешали ей идти. Походка была такой уверенной, словно она шла босиком. Девушка быстро преодолела лестницу и спустилась в просторную гостиную, где уже собрались все гости. Когда она появилась, люди замерли на пару мгновений. Все знали чья она дочь. Многие сотрудники компании Таргариенов прибыли на этот вечер, чтобы попытать удачу и привлечь девушку. Века сменились, но выгодные браки продолжали существовать. – Хел ещё не спустилась? – спросила Амели, подходя к Эйгону и Дейрону. Ответом ей послужила тишина. Девушка глянула на них и закатила глаза – слюни висели по колено у обоих. Она пощелкала пальцами перед их лицами, привлекая внимание. – Эй, хватит пялится. Я с вами разговариваю. – Прости, – первым нашёлся Дейрон. – Хелейна ещё собирается.       Парнишка здорово подрос за полгода и догнал старшего брата в росте, хотя тот был на семь лет старше чем Дейрон. – Амели! – раздался приторный голос за спиной.       Тебя только не хватало...       Девушка опрокинула содержимое фужера в рот, скривилась, вызывая ухмылку братьев, стоящих перед ней, натянула доброжелательную маску и обернулась. – Мартина! – в тон женщине отозвалась девушка. – Милая, мы так давно не виделись! Ты хорошеешь с каждым днем! – Ты тоже прекрасно выглядишь, – это была наглая ложь. Амели сразу отметила, что Мартина поправилась. – Как дела у отца? – О, у него все хорошо. Не о чем переживать. Я приглядываю за ним.       Это-то и пугает.       Женщина вскоре ушла, а Амели, наконец, смогла снять с себя маску напускной доброжелательности. К ней подошёл Эйгон, протягивая фужер. – О, благодарю, – она осушила сразу половину. – Лживая тварь! – зашипела Легран, глотая алкоголь. – Эй, тише, тише, ты так меня перепьешь, – прокомментировал парень. – До сих пор удивляюсь тому, что ты ни разу не попытался меня напоить и трахнуть, – в тон ему отозвалась Амели. – Я пытался, – усмехнулся он. – Но у тебя слишком крепкая печень. – Спасибо, родная, – девушка погладила свой бок, обращаясь к органу. – Бестолочь, даже я знаю, что печень с другой стороны. – Конечно, знаешь. Тебя ведь откачивали после запоя, она у тебя болела. – Я смотрю у тебя "отличное" настроение, – сказал Эйгон и приобнял её за талию. – Ты хорошо выглядишь, – его ладонь проскользила по ткани платья вниз. – Руку подними, – процедила она. – Я, между прочим, тебя спасаю. – В смысле? – На тебя пялится Ланнистер. Хочешь, чтобы он тебя лапал, а не я? Я хотя бы контролирую себя, а он уже успел надраться. – Ланнистер? Кто это? – Боги, ты хоть что-то знаешь о компании наших отцов? Это ещё один учредитель. – Мне незачем это знать, – пожала девушка плечами. – Ты-то потом будешь там работать, а меня это все не касается. – Ты единственный ребёнок Мартина. После его смерти все перейдёт к тебе. – Если он не заделает этой дряни ребёнка. – При всем уважении, но твоему отцу перевалило за пятьдесят, – усмехнулся Эйгон. – Ты – единственная наследница. – Значит, на меня пялится Ланнистер? – заинтересованно спросила девушка, отыскав предмет их обсуждения в толпе. – Тогда ты сегодня будешь меня спасать от него. От него и всех этих идиотов. – С чего бы вдруг такая честь? Мне казалось, что ты и меня считаешь идиотом. – Ты же сам сказал, что в отличие от них, контролируешь себя. – Ладно, – протянул молодой человек. Он крепче прижал её к себе и девушка в ответ приобняла его за плечо.       Вскоре спустилась виновница торжества и начался праздник. – Я жду, когда они все уйдут, – пробурчала Хелейна. – Я хочу танцевать, а при них это невозможно. Все так смотрят на нас. – Как на породистых лошадей, – поддержала Амели. – Даже на меня, – скривился Дейрон. – Мне пятнадцать, но это совсем не смутило Баратеонов. – Кажется, ты понравился Флорис, – прыснула Хелейна. – Ей восемнадцать. Я не буду встречаться с девушкой старше себя! – Очень зря. Это, – Эйгон запнулся и игриво вскинул брови. – Интересно. – Нет! Только не это, – взвыл Дейрон. – Не при мне!       Парень не выносил подобных обсуждений и в доказательство этого ушёл к матери. Правда вскоре они оба подошли к молодым людям. Алисента выглядела встревоженной. – Амели, это конец, – начала она. – Мартина приехала для того, чтобы уговорить тебя на брак с Ланнистером. Больше того – она уже ему пообещала это и твой отец в курсе. – Что?! – Легран вспыхнула и стремительным шагом направилась к мачехе. – Можно тебя на пару слов?       Не дожидаясь ответа, Амели вывела женщину на улицу, впиваясь ногтями в запястье той. – Что-то случилось, милая? – улыбнулась Мартина. – Ты совсем обнаглела?! Какого черта ты решила, что можешь распоряжаться моей судьбой?! – Не горячись. Я все тебе сейчас объясню. – Это я тебе сейчас объясню! Я замуж не собираюсь. Тем более за треклятого Ланнистера! Мы что, в средневековье?! Что за сватовство ты тут устроила?! – Амели! – Ты наглая дрянь! Отец не успел оправиться от смерти матери, а ты уже тут как тут. Я вижу тебя насквозь!       Мартина переменилась в лице и схватила падчерицу за плечо. – Ты малолетняя шлюха! Не смей говорить со мной в таком тоне! Знаешь чего мне стоило договориться с ними, а ты тут обжимаешься с сынком Таргариена. Я еле объяснила Ланнистеру твоё поведение. Ты выйдешь за него и уедешь с ним в Канаду. Чтобы твоего духу тут и близко не было. Твой отец слишком зависим от тебя, а мне это мешает. Ты мне мешаешь! – Тебе не кажется, что ты много себе позволяешь? – раздался голос Алисенты. Женщина вышла из-за угла и щёлкнула кнопкой диктофона. – Объяснишь свои речи Мартину. – Это не твоё дело. Не лезь туда, куда не следует! – Мартина сделала пару шагов вперёд, пытаясь забрать аппарат записи, но Алисента увернулась. – Вы обе крупно пожалеете об этом! – Вон из моего дома и чтобы больше тебя тут никогда не было! – металлическим голосом сказала Алисента и указала на калитку.       Мартина задохнулась от возмущения, стала сыпать проклятиями, но дворецкий выставил её за порог и захлопнул дверь перед ее носом.       Вскоре гости стали расходиться. Амели лежала головой на коленях Алисенты. – Спасибо, – сказала девушка. – Всем вам, – она села и посмотрела на крестную и её детей. – У меня никого нет, я осталась одна, а вы относитесь ко мне, как к родной. Ты спасла меня, – Амели обняла женщину. – Моя милая. Ты не одна, не нужно так думать. Ты теперь тоже наша семья. Мы не бросим тебя. – Так, хватит слез на сегодня! – сказала Хелейна. – У меня день рождения и я хочу танцевать! – она потянула подругу за руку в центр комнаты. – Я с вами, – сказала Алисента, задорно улыбаясь. Женщина выглядела моложе своих лет и была весьма хороша собой.       Спустя несколько песен туфли были отброшены в сторону, а дыхание безнадёжно сбито. Устав от танцев, девушки вернулись на диван. Они болтали с Эйгоном и Дейроном. Постепенно беседа превратилась в безумие – на диване творился хаос из смеха, брошенных друг в друга подушек и толкающихся тел. Они вели себя как дети, смеялись и дурачились. Алисента посмотрела на них и вздохнула – вот бы и Эймонд сейчас был с ними на этом диване, весёлый и счастливый. Женщина взяла в руки фотоаппарат Амели и сделала несколько снимков.       Заиграла медленная музыка. Хелейна вдруг вскочила с дивана и протянула Амели её туфли. – Надевай, – требовательно сказала Таргариен. – Ты будешь танцевать. И ты тоже, – она дернула свободной рукой брата, уцепившись за его пиджак, заставляя встать. – И никаких возражений.       Хелейна была пьяна и никто не захотел с ней спорить. Стефан и Алисента сидели на диване, наблюдая за тем, как танцуют дети – Дейрон с Хелейной, а Эйгон с Амели. – Кажется, ваш сын влюблен, – усмехнулся Стефан. Мужчина перестал плохо относится к парню. Пока его не было рядом с Амели, Эйгон помогал ей и защищал её. – Это так. Я была бы рада видеть Амели своей невесткой, но заставлять я её не стану. Эйгон для неё друг, но все ведь может поменяться.       Амели держала руки на плечах Эйгона, а его ладони покоились на её талии. Он все время смотрел на неё. В тёмном зале мелькали огоньки и они выглядели такими красивыми рядом друг с другом. – Я благодарен Хелейне, – сказал он вдруг. – Сам бы я не решился. – То есть прижимать меня к стене ты можешь, – начала она, нервно посмеиваясь. – Ты обижаешься на меня за это? – спросил он и Амели покачала головой. Их губ одновременно коснулась улыбка. Алисента сфотографировала их снова. – Я знаю, что ты не навредишь мне, – сказала она и обняла его, утыкаясь в плечо. – Спасибо за то, что помогаешь мне. Особенно сегодня. Я правда чувствую, что у меня теперь есть семья. – Амели, – он позвал её тихо. Она отстранилась, вопросительно глядя на него. Эйгон накрыл её губы, замер на мгновение, пытаясь разгадать её реакцию, а потом обхватил её нижнюю губу, затягивая в свой рот, после добавил язык.       Все глубже, глубже.       Он ощутил как она судорожно выдохнула, как сжались её пальцы на ткани его пиджака, как она едва ощутимо двинулась в ответ. Всего один раз. Но даже это было для него много, даже это заставило сойти с ума. А потом она ударила его в плечо. Он не сдавался.       Ну же, ощути то, что чувствую я. Давай.       Ещё несколько движений губами и снова удар. – Кажется, она его сейчас прикончит, – пробормотала Алисента. – Вам не кажется, – усмехнулся Стефан. Мужчина был на грани истерики.       Следующие полчаса Амели бегала по всему дому за Эйгоном и ругалась на него всем матом, который только вспомнила. Девушка была в бешенстве, а именно из-за этого, когда она догнала его, расцарапала ему все лицо.

***

      Через несколько дней случилось страшное. В дом Таргариенов проникли люди. Их было трое и они не взяли ничего, кроме диктофона из кабинета Алисенты. Все было ясно как день – это был привет от Мартины. – Записи с камер удалены. Они взломали сеть дома. Мы ничего не докажем, – сказала Алисента хватаясь за голову. – Нужно было сразу звонить отцу, а не ждать удобного случае. Если бы он сейчас знал об этом, то у нас был бы хоть один свидетель, – поддержала Амели.       Голову девушки пронзила мысль – точно! Надия!       Амели боялась, что девушка не вспомнит её, ведь они познакомились больше полугода назад, но пересилила себя и набрала номер. После длительных гудков на другом конце провода раздался весёлый девичий голос. – Алло. – Надия, привет. Это Амели. Помнишь, мы с тобой случайно познакомились на улице и ты дала мне свой номер. – Помню, – улыбнулась девушка. – Что-то случилось? – Мы можем встретиться? Это не телефонный разговор. – Конечно. Я скину адрес в смс.       Связь прервалась. Амели обрадовалась, что хотя бы смогла дозвониться, это уже хоть что-то. Мартина явно чего-то добивалась, она чего-то хотела, но вот чего, Амели понять не могла. Девушка вышла из своей комнаты и посмотрела на дверь Эйгона. – Ого, ничего себе, – усмехнулся он, увидев девушку на своём пороге. – Решила все-таки зайти посмотреть на пластинки? – Сейчас не до них, – отрезала Амели. – Мне нужно кое-куда съездить. Поможешь? – Мне казалось, что у тебя для этого есть водитель. – Это касается похищенного диктофона. – Мм, даже так. Ладно, дай мне пять минут.       Эйгон злился. И на неё и на себя. Прошло столько времени, а он все никак не мог отделаться от чувств к ней. Буквально вчера он драл какую-то шлюху в туалете ночного клуба и вспоминал как целовал Амели. Парень понимал, что по большому счету виноват во всем сам, он действительно сделал много для того, чтобы оттолкнуть её, но это не убавляло в нем чувство обиды на неё.       Ну почему? Что с ним не так? Сейчас она пришла просить помощи и он должен был послать её. Да только не мог. – Куда мы едем? – спросил Эйгон, пристегивая ремень. – Вот адрес. – Отлично и при чем тут диктофон? – Помнишь, ты как-то забирал меня из города, когда я потерялась? Я тогда звонила тебе с телефона девушки, которую случайно встретила на улице. Она сказала, что учится в институте полиции и оставила мне свой номер. На старших курсах в подобных местах уже начинают работать, так что я подумала о том, что она могла бы помочь нам. Или хотя бы посоветовать что-то. По телефону я не решилась говорить с ней об этом, потому что не знаю уже чего ожидать. Вдруг Мартина прослушивает мои звонки. – Боишься? – спросил вдруг Эйгон, становясь серьёзным. – Да. Особенно за отца. Я не понимаю, чего хочет эта женщина.       Таргариен дотянулся до её руки, которая лежала на сидении и сжал ладонь. Амели ответила на это прикосновение и посмотрела на него. – Эйгон, я знаю, что ты обижен на меня, но я ни в чем не виновата. Я не могу себя заставить, пойми это, – начала она. – Я знаю, что ты хороший человек, ты отзывчивый и добрый, прекрасный друг, но это, к сожалению, все. Больше я ничего не чувствую. – Потому что ты не пыталась, – отозвался он, глядя на дорогу. – Вся твоя речь спотыкается о твоё "к сожалению". Ты меня отталкиваешь и сама же говоришь, что жалеешь об этом. Я не понимаю. – Мне жаль лишь из-за того, что ты тратишь время и страдаешь. У тебя все могло бы быть хорошо, ты мог бы не пить, не прогуливать, не быть на грани отчисления и не тащить в постель сомнительных девиц. – Ты не оставила мне на это шанса. – Нет. Я здесь ни при чем. Это твоя жизнь и все что ты делаешь, ты должен делать в первую очередь для себя и ради себя, пойми это. Ты сам себе не оставил шанса. – Но ты ведь поступаешь так же. Ты убиваешься по нему уже третий год. – Я не убиваюсь, а люблю. – То, чего давно нет? И чем ты тогда отличаешься от меня? Ты губишь свою жизнь из-за него, а я из-за тебя. Но ты говоришь, что я не прав. Тогда почему права ты? – Потому что это разные вещи. Я потеряла то, что имела. Ты же убиваешься из-за того, чего у тебя никогда не было. – Если бы ты дала мне шанс, то я мог бы доказать тебе, что тебе может быть также хорошо, как было с ним. Даже лучше. – Я верю в твои слова. Твоя любовь станет огромной радостью, но для кого-то другого, не для меня. Я не смогу делать вид. Кто-то может так, а я не могу. Я тоже хочу любить.       Остаток пути прошёл молча. Надия ждала молодых людей за столиком в кофейне. – Привет. Спасибо, что нашла время на встречу. Это Эйгон, мой друг, – представила Амели. – Очень приятно, – бросила Надия. – Что у тебя случилось? – Я постараюсь объяснить коротко. У меня умерла мать, отец завёл другую женщину почти сразу и я уехала из Франции жить сюда. Отец вдруг стал пить, хотя никогда этого не делал. Я тогда сразу же подумала, что это не просто так. Я не могу увидеться с ним уже почти год, потому что эта женщина препятствует. Она приезжала на день рождения сестры Эйгона и мы с ней повздорили, потому что она хотела выдать меня замуж. Я накричала на неё и она взъелась, сказала, что я ей мешаю, что она хочет, чтобы я вышла замуж и уехала подальше, потому что, видите ли, оказываю влияние на отца, – Амели скривилась, изображая голос Мартины. – Когда мы ругались, моя крестная записывала нашу ссору на диктофон, а потом выгнала эту дрянь. Через три дня в дом вломились люди. Они украли устройство и взломали сеть дома, чтобы удалить записи с камер. – Ого, ничего себе, – опешила Надия. – И вы, конечно же, не успели сделать никаких копий или показать запись твоему отцу? – Нет. Они не оставили ничего, ни отпечатков, ни следов. Дом хорошо охраняется, но они все взломали. Я даже боюсь по телефону разговаривать. – Так, ну ваши номера на прослушку проверить очень легко, я сделаю это. А вот по поводу остального – тяжело сказать. Я постараюсь не распространяться об этом, но нескольким людям расскажу, чтобы попросить помощи и совета. Мне нужны ваши данные. – Мм, подожди, подожди, давай договоримся о цене для начала. – О чем? – засмеялась Надия. – Даже не думай об этом. Мне как раз нужен материал для диплома, так что поможем друг другу.       Девушка открыла блокнот и протянула его Амели. Легран долго расписывала необходимые данные, иногда прерываясь для ответов на вопросы.       В какой-то момент Эйгон вышел на улицу курить и Амели решила задать ещё один вопрос. – Я ещё кое-что хочу узнать лично для себя, – девушка стрельнула глазами на силуэт друга и Надия все поняла. – Ты с рождения здесь? – Да, а что? – Ты ведь знаешь о группах смерти? – Это те, в которых подростков склоняют к суициду? Конечно. А почему ты спрашиваешь? – Я, когда переехала, слышала одну историю. Мне её рассказал младший брат Эйгона. В общем в их школе училась девочка, она из-за одного неприятного случая, который произошёл ещё в начальной школе, попала в психиатрическую клинику. Её вылечили, все было хорошо, она заново начала посещать занятия, а потом спустя много лет она бросилась из окна школы. Из того кабинета в котором с ней случилось несчастье много лет назад. – Ребекка Эванс? – спросила Надия. – Да. Ты что-то знаешь об этом? – Я помню, что тогда эта история наделала много шума. Дело попало в отдел к моей матери, но его закрыли списав на суицид. Но моя мама так не думает. На парте остался телефон и он был чист, но при этом на камерах видеонаблюдения видно, что девушка была все время одна. С ней не было никого, кто мог бы все удалить. Соответственно она сделала это либо сама незадолго до прыжка, либо кто-то дистанционно подключился к её телефону. – А соцсети? До них смогли добраться? – Почти все ее страницы были заморожены, а те, которые остались, не содержали ничего полезного для следствия. Да и потом, это было почти пять лет назад, тогда в органах не было подходящих кадров. Я имею ввиду хакеров. Они просто не смогли взломать, скорее всего, и сдались. Почему тебя это интересует? – Честно, я пришла в ужас, когда узнала об этом. У нас во Франции из-за групп смерти массово гибли дети и в том числе ученики из моей школы. Я никогда не имела друзей. Но до восьмого класса у меня была одна подруга и по вине этих ублюдков её не стало. – Тебе не даёт покоя то, что виновный в смерти Ребекки не понёс наказания? – Да. – Ты же понимаешь, что дело не откроют заново спустя пять лет без веской на то причины? – Понимаю, но его и не нужно открывать. Если бы нашли этого человека, который сподвиг её на это – то можно было бы спасти других. – Да, здесь ты права. Знаешь, я тоже неравнодушна к таким вещам. Мы можем попробовать что-то найти, я поговорю с мамой. Но основная задача сейчас – разобраться с твоей мачехой.       С того дня Амели всегда была на телефоне. Надия доставала тонны информации о Мартине, но пока она содержала мало полезного. Мартина осторожничала, к её действиям было невозможно придраться.       А тем временем приближался день рождения Эйгона. Этот день должен был быть весьма насыщенным – кроме праздника, должно было произойти ещё одно важное событие – Эймонд возвращался домой. Амели почти не думала об этом, лишь единожды сидя в беседке, она вдруг вспомнила, что много лет назад, когда она ребёнком приезжала в этот дом, на месте постройки была большая песочница. Девушка вспомнила, как сидела и играла, а рядом с ней сидел мальчишка с веснушками на лице и с торчащими в разные стороны вьющимися волосами. Он что-то рассказывал ей, рисовал палкой на земле точки и соединял.       Точно, ковш. Большая и малая медведица.       Эймонд.

***

      Амели и Хелейна целыми днями готовились к экзаменам. Впереди их ждала вторая сессия, которая должна была закончиться экзаменом по хореографии, в который входило все то, что студенты изучили за первый учебный год. Нервы были ни к черту, обе девушки сильно переживали. Роб и Итан стали частыми гостями в доме Таргариенов, потому что им нужно было репетировать программу к экзамену.       Эйгон заехал во двор и заглушил мотор. Выйдя из машины, он увидел Амели и Итана. Они снова репетировали. Это выглядело красиво и парень засмотрелся, оставаясь в стороне. Когда музыка закончилась, Амели упала на газон и простонала, выдавив из себя что-то на французском. – Эй, а ну поднимайся! – сказал Итан. – Заболеешь! – На это я и рассчитываю. Заболею и умру. – Я все равно заставлю тебя идти со мной на экзамен. Даже мёртвую. Давай, поднимайся. Прогоним последний раз и я поеду домой.       Амели заползла домой, еле передвигая ногами, и сразу пошла в душ. Когда она спустилась вниз, за столом собралось все семейство, за исключением Визериса, который снова улетел. – Вы сегодня не репетировали? – спросила Амели у Хелейны. – Нет. У Роба какие-то дела, – ответила подруга. – Иногда мне жаль его. Я самая высокая в группе, ему тяжело со мной танцевать. Как минимум потому что из-за роста я вешу больше, чем, например, ты. – О, поверь, лучше быть высокой. От моего роста больше проблем, чем пользы. Во сколько завтра начало? – Амели перевела взгляд на Алисенту. Девушка имела ввиду праздник в честь дня рождения Эйгона. – В семь. Визерис сегодня звонил и сказал, что они или прилетят вдвоём с Мартином, или вообще не прилетят. Пока что ничего непонятно. – Я уже не надеюсь, – усмехнулась Амели. – Кажется, моего отца мало волнует то, что он не видел меня почти год. – Будем надеяться на лучшее.       Амели поднялась наверх и увидела, что дверь, напротив её комнаты, открыта. Она знала, что там раньше жил Эймонд. Девушка осторожно подошла и почти сразу же увидела Эмму, которая наводила там порядок. – Я могу чем-то помочь? – спросила женщина. – Нет, нет. Извините. Я просто задумалась.       Утром все дети семейства собрались в беседке, решив, что хотят завтракать на воздухе. На улице была прекрасная погода и они решили не упускать такую возможность. Эйгон с самого утра светился, хотя не получил ещё не одного подарка – все единогласно решили дождаться вечера. Кто-то имел неосторожность сказать несколько слов на тему образа жизни виновника торжества и тот сразу же принялся отбиваться. – А что плохого в том, что у меня здоровое влечение к сексу? Я же не сплю со всеми подряд. Между прочим, у меня очень жёсткие требования, – пожал плечами парень, допивая воду из стакана. – О, нет, я не хочу снова это слушать, – Дейрон возвел руки вверх в умоляющем жесте. –Ты ханжа, Дейрон, – ткнул его в плечо старший брат. – Я в твои годы... –Бе, бе, бе, а я тебя не слышу, – парень закрыл уши руками, вызывая волну смеха остальных присутствующих.       Амели лежала на кровати и смотрела в потолок. Через час должен был начаться праздник и она понимала, что пора бы начать собираться, но тренировка лишила её сил. Девушка, сделав усилие, поднялась на ноги и открыла шкаф. Ещё два дня назад она решила, что лучше чем маленькое чёрное платье ничего быть не может (как и всегда) и сняла с вешалки предмет гардероба. Она быстро привела лицо в порядок, уложила свое чёрное кудрявое каре и покрутившись у зеркала, надела чёрные туфли. Сегодня должно было быть много гостей, но больше всего девушка ждала своего отца. В её сердце теплилась надежда, что он все-таки сможет приехать.       Взяв в руки подарок, девушка вышла из комнаты. Стуча каблуками, она спустилась по лестнице вниз и огляделась – там уже было достаточно много людей и играла музыка. – О, вот ты где, – раздался голос Дейрона сбоку. – Идем, – не дожидаясь ответа, он взял девушку за руку и потянул куда-то вглубь.       Вскоре они оказались рядом с виновником торжества, который откровенно скучал и компенсировал отсутствие веселья алкоголем. Увидев Амели он немного оживился – никто не запрещал ему думать о том, что она сегодня особенно хорошо выглядит ради него. В конце концов, от части это и правда было так.       Между молодыми людьми завязалась ненавязчивая беседа, которую иногда прерывали гости, желающие поздравить именинника. – Устроишь себе завтра выходной? – спросила Амели. – Не-а, надо ехать на пары. Там какие-то зачёты завтра. По-моему, – парень свёл брови к носу. – Вы завтра едете на пары? – Нет, у нас завтра ничего нет. Будем готовиться к хореографии. – Черт, Флорис, – простонал Дейрон. – Я пошёл прятаться.       Под хохот Эйгона и Амели, парень быстро исчез, сливаясь с толпой, но вскоре вернулся под руку с матерью. – Они не звонили? – спросила Амели у Алисенты, имея ввиду своего отца и Визериса. – Нет, милая. Но я уверена, что они приедут. Не переживай.       В этот момент открылась дверь, пропуская ещё одного гостя. Амели сидела спиной ко входу, когда над головой прогремел самый надменный из голосов, что она когда-либо слышала. Девушка слегка вздрогнула, но это осталось незамеченным. – Простите, кажется, я опоздал. – Но ничего не пропустил, – отозвался Эйгон. – Ну здравствуй, братец.       Именник поднялся на ноги и сделал пару шагов вперёд. Амели была готова поклясться, что ощутила электричество, заигравшее в воздухе, хотя Эйгон и улыбался. Девушка слишком хорошо знала, что такое фальшивая улыбка. Алисента полгода готовила детей к этой встрече и заставила их смириться с новыми реалиями. Хотя, если честно, уговаривать пришлось только старшего сына, потому что Хелейна не питала ненависти к своему среднему брату, а Дейрон был слишком молод.       Амели встала с дивана и обернулась, сразу понимая кто стоит перед ней – Эймонд Таргариен собственной персоны. Пока братья жали друг другу руки, девушка успела разглядеть новоприбывшего – он был выше Эйгона почти на голову, шире в плечах, лицо его выглядело так, словно его вырезали острым ножом из воска; идеально прямые белоснежные волосы, доходящие почти до середины спины, собранные в хвост, глаза неестественно голубого цвета, настолько, что казалось, словно он в линзах и абсолютно чёрные, идеально выглаженные вещи, на которых не было ни единой складки, точно молодого человека пару секунд назад, как новую куклу, достали из коробки. Единственный изъян – шрам, который перечеркивал левую половину лица парня. Ничего общего с тем ребёнком, с густым веснушками на пухлых щеках, в нем не осталось. Он был похож, черт возьми, на скандинавского бога, только в брюках и рубашке. Один спустился на переговоры. – Мама, – Эймонд шагнул к матери и та встретила его тёплыми объятьями. – Мой дорогой, мы тебя так ждали, – ну на счёт "мы" женщина погорячилась. – Где Гвейн? – Он во дворе, говорит по телефону, – отозвался парень и повернул голову влево.       Они смотрели друг на друга, изучая. Повисла неловкая пауза. – Ты помнишь Мартина Леграна? – спросил Эйгон, спасая ситуацию. – Мм, да, – было видно, что Эймонд действительно напрягся, чтобы вспомнить. – Это его дочь, она приезжала к нам на лето, когда мы были детьми, – продолжил Эйгон. – Ты помнишь её? – Боюсь, что нет, – Эймонд продолжал разглядывать её. Что-то странное промелькнуло в этом взгляде. – Эймонд, – он протянул ей руку. – Амели, – отозвалась девушка, отвечая на рукопожатие. Легран не выдержала его взгляда и посмотрела на Алисенту. – Я на днях сидела в беседке и вдруг вспомнила, что когда приезжала в последний раз, её не было. На том месте была песочница. – Да, верно, милая. – Я помню, что мы играли там. А ты, кстати, кидался в меня песком, – Амели ткнула в плечо Эйгона. – Всё время в волосы. – Это были знаки внимания, – усмехнулся Эйгон. – Ты уже тогда не умел обращаться с женщиной, – в тон ему отозвалась Амели. – Я ещё с тобой не обращался, – Эйгон проговорил ей это на ухо тихим шёпотом. От этих слов девушка закатила глаза. – Идиот, – по слогам выговорила она.       Алисенту увёл кто-то из гостей и молодые люди остались наедине. Дейрон пытался начать разговор, но получалось не очень, Эйгон вернулся к алкоголю, Амели села рядом с ним, а Эймонд смотрел куда-то сквозь пространство. – Эйгон, – одернула Амели парня, который потянулся за очередным фужером. – Остановись. Ещё и половины гостей не пришло. – Ну начинается, – фыркнул он. – Большая часть из этих людей пришли сюда точно не ради меня. – Пожалуйста, – настаивала девушка. – Ладно, – кивнул он. – А где моя сестра? – Не знаю, мы разошлись по комнатам около трех часов назад, – пожала плечами Амели. – Я схожу за ней, – Легран поднялась с дивана и покачивая бедрами ушла к лестнице. Амели была невысокой, так что каблуки были продолжением её ног и она прекрасно ходила. – Мне нужно переодеться, – донёсся голос Эймонда, а потом она услышала шаги, приближающиеся к ней.       Первый пролёт они преодолели молча, а потом Амели обернулась и увидела как парень резко поднял глаза. Она внутренне фыркнула – ни один мужчина не оставлял её зад без внимания. Поняв, что его поймали с поличным, молодой человек прибавил шаг. – Сколько вам лет? – спросил Эймонд, поровнявшись с ней. – Не так много, чтобы обращаться ко мне на вы. – Я просто стараюсь соблюдать правила приличия. Так что, сколько тебе? – А сколько дашь? – усмехнулась она, бросая на него беглый взгляд. – Мм, пожалуй, шестнадцать или семнадцать. – Мимо, – усмехнулась девушка. – Насколько я знаю, мы ровесники. Мне скоро девятнадцать. – Вот как, – отозвался Эймонд. – И что же ещё тебе успели рассказать обо мне? – Не много, – пожала плечами Амели. – Только твой возраст, где ты учишься и про твой телескоп, – перечислила Легран. – Действительно, не много, – они дошли до нужного этажа и девушка остановилась у двери Хелейны. – Где тебя поселили? – задал он следующий вопрос. – Напротив тебя, – отозвалась Амели и постучала по деревянной поверхности. – Хели? – она скрылась за дверью, а Эймонд ещё пару минут продолжил стоять, глядя ей в след.       Действительно хороший зад. – С кем ты говорила? – спросила Хелейна, орудуя выпрямителем. – С Эймондом. – О, он приехал? Помоги, – она указала на свой затылок и Амели принялась выпрямлять пряди.       Вскоре девушки закончили и вышли из комнаты в коридор. – Давай зайдём к Эймонду, я хочу его увидеть.       Не дожидаясь ответа подруги, Хелейна потянула её за руку к двери. Девушка даже не постучала, смело входя в комнату. – Эймонд? – позвала Таргариен. Парень выглянул из-за дверцы шрафа наполовину обнажённый и с распущенными волосами. – Привет, – Хелейна бросилась на брата, заключая его в объятия. – Привет. Я скучал, – улыбнулся он и глянул через её плечо на стоящую в дверях Амели, которая отвернулась и сделала вид, что разглядывает книги. К ней подошла Хелейна и приобняла. – Непривычно быть с тобой одного роста, – усмехнулась она, намекая на её высокие каблуки. – Алисента сказала, что сегодня будет много людей, не хочу чтобы меня затоптали, – в тон ей отозвалась Амели.       Эймонд встал рядом с ними, нарочито медленно застегивая пуговицы на рубашке. После он быстро собрал волосы в хвост и молодые люди покинули комнату. Амели шла впереди, она с лёгкостью преодолела лестницу и вернулась к дивану где сидели Эйгон и Дейрон. К ним присоединились две девушки, которые, кажется, были дочерьми Баратеона – Кассандра и Марис. Обе глупо хихикали над шутками Эйгона, а тот, судя по всему, пока не видит Амели, выпил ещё несколько фужеров. Он был уже немного пьян и, кажется, на что-то рассчитывал. – Я думала, спасти их, но, по-моему, они и сами не против, – прошептала Хелейна, а потом отпила из фужера. Амели проглотила смех, закатывая глаза.       Диван рядом с ней просел и в нос ударил запах табака. Почему-то подозрительно знакомый. – Ты не пьёшь? – спросил Эймонд. – Слишком много чужих людей, – пожала плечами Амели. – Может быть, позже, когда все начнут расходится, – добавила она не глядя.       Баратеоны вдруг ушли, чему был совсем не рад Эйгон. Он проводил их грустным взглядом и надул губы. – На, отвлекись, – Амели пересела на ту часть дивана, где сидел именинник и протянула ему подарок, который все это время держала в руках. – О, это мне? – оживился он. – Как неожиданно, да? Получить подарок в день рождения, – с вызовом проговорила Легран. – А ты можешь хотя бы сегодня не язвить? – обиженно спросил он. – А ты можешь хотя бы сегодня не тупить? – в тон ему отозвалась Амели.       Эйгон принялся бороться с оберткой и вскоре его взору предстала грампластинка. – Ты меня удивила. Откуда ты узнала, что у меня её нет? – спросил он. – Ты ведь так и не зашла в мою комнату ни разу. – Мне немного помогли, – уклончиво ответила девушка и глянула на Дейрона, который тут же спрятал лицо в фужере. – Спасибо, – улыбнулся Эйгон. Он поднялся на ноги и протянул руку девушке. Она поднялась вслед за ним и парень обнял её неловко качнувшись. Таргариен оторвал её от пола и чуть покружил.       Пьяна эйфория. – Эй, уронишь, осторожнее! – взвизгнула Амели, хватаясь за его плечи.       Заиграла медленная песня и Эйгон потянул её ближе к центру зала. – В честь праздника, – пояснил он. – Ну только если в честь дня рождения. Но если ты начнёшь меня лапать как в тот раз, – начала Амели. – О, нет, моё лицо больше этого не переживёт. Просто танец, – он увёл девушку. – Что у них? – спросил Эймонд, как только молодые люди отошли. – Ничего. Эйгон три месяца назад на мой день рождения напился, позвал её танцевать и полез целоваться. Амели его так отделала, – засмеялась Хелейна, а потом резко переменилась в лице. – Эймонд, куда ты смотришь? – сестра одарила брата внимательным взглядом, укладывая руку ему на плечо. – Даже не пытайся, тебе там ничего не светит. – Она лесбиянка? – Нет. Но Амели не заводит отношений. Она живёт с нами уже год, мы вместе учимся и многие в институте пытались, как и твой братец. Я мало об этом знаю, она как-то мельком говорила, что была помолвлена, но парень изменил ей и уехал. Кажется, она его любила, Амели до сих пор переживает из-за этого, – вещала Хелейна. – Кто он? – Её бывший? Криган Старк.       Тем временем Эйгон и Амели продолжали танцевать. Парень крепко держал её за талию и вдруг подался вперёд, девушка тут же одарила его тяжёлым взглядом. – Без задней мысли, просто хочу поговорить, – уверил он её. – Всё ещё убиваешься из-за своего Старка? – Ты действительно хочешь обсудить это? – Я лишь хочу сказать, что этот недоумок не заслужил того, чтобы ты так убивалась. – Ты так говоришь, потому что никогда никого не любил. – Ты ведь знаешь, что это не так, – отозвался он, глядя ей в глаза. – Я любил и именно из-за этого я такой. Я пытаюсь забыть её, – он пытался убедить себя, что говорит о Кейт, но, кажется, все было очевидно... – Ложась в постель с другими? – Да. Пока я кого-то трахаю, не думаю о... о ней. Каждый раз надеюсь, что кто-то зацепит меня, что влюблюсь в кого-то и остановлюсь, но нет, этого не происходит. – Предлагаешь и мне начать спать со всеми? – Может быть тебе повезёт больше, чем мне. А если нет, то хотя бы отвечешься. Ты ведь знаешь, что это такое, – его голос стал ниже, а на лицо легла такая знакомая тень похоти. – Знаю. Именно из-за этого не делаю так, – остаток танца прошёл молча.       Эйгон вернулся на диван, а Амели отошла к окну. Она уперлась руками в подоконник, вглядываясь в темноту. Поняв, что не может совладать с собой, она гордой походкой направилась к выходу, ей не хотелось портить праздник своим грустным видом. Оказавшись на улице, она глубоко вздохнула и направилась к беседке. К счастью она оказалась пустой. Амели села на скамейку и откинулась назад. Ей так хотелось забыть лицо человека, что ранил её, забыть его голос, запах, прикосновения, но никак не получалось. Больше всего её ранило, что он женат и счастлив, а она страдает, продолжая любить его.       Амели просидела в беседке около часа, когда увидела, как открылись ворота и въехала машина её отца. Девушка тут же поднялась на ноги и побежала. – Ноги сломаешь, – сказал Мартин, вылезая из машины. – Папа! – девушка заключила его в объятия. – Я думала, что ты не приедешь. – Мы и сами так думали, – ответил за него Визерис. – Идемте в дом, как-никак меня ждёт сын.       Когда все гости разошлись, Таргариены, Амели и её отец расположить в гостиной на диванах. Девушка обвила руками плечо Мартина и уложила на него голову, будто бы боясь, что он куда-то детенется. – У меня скоро экзамен, – тихо сказала она отцу. – Я переживаю. – Я знаю. Хочешь я приеду поддержать тебя? – Правда? – Легран воодушевилась и подняла голову. – Я так виноват перед тобой, дочка. Мы не виделись почти год и я не пропущу твой экзамен. Я буду с тобой в этот день.       Амели забыла про все обиды. Все стёрлось, все исчезло. Отец был сейчас с ней и она готова была простить ему все. Когда Мартин с дочерью вышли на улицу, она поведала ему о их ссоре с Мариной, но про кражу диктофона говорить не стала – у неё не было доказательств того, что это сделала именно она. – Брак? С Ланнистером? – Мартин вскинул брови. – Я впервые об этом слышу! – Да? Но Мартина сказала мне, что ты это одобрил. – Вот лиса! – буркнул он. – Я поговорю с ней. – Папа, почему ты пил? – Я не знаю, дочка. Не знаю. Я не понял как это случилось. Словно какое-то помутнение. Помню, как прислонил к губам стакан, а после очнулся в реанимации спустя месяц.       Амели внутренне напряглась от слов мужчины – тут точно что-то не так. Чёртова Мартина. Вот бы найти на неё хоть что-то.       Вскоре мистера Леграна позвал Визерис и Амели осталась на улице одна. Девушка снова ушла в беседку и села на скамейку. Ноги устали от каблуков и она сняла их, прислоняя стопы к прохладному дереву.       Её одиночество продлилось не долго – в беседке появился Эймонд. – Не помешаю? – спросил он. – Издеваешься? Вообще-то это твой дом, – отозвалась девушка. – Мне показалось, что ты сошла за свою. Ты ведь давно здесь живёшь. – Уже почти год, – кивнула девушка.       Эймонд вынул из кармана пачку и принялся прикуривать. Сигаретный дым окутал беседку, девушка вдруг резко повернулась на своего собеседника и взяла его за руку, разворачивая кисть ладонью вверх, чтобы увидеть надпись на сигаретной упаковке. – Что? – с недоумением спросил парень, снова затягиваясь.       Девушка как-то горько усмехнулась и забрала пачку, разглядывая. – Привет из прошлого, – проговорила она. – Один мой... знакомый курил их. С тех пор как мы виделись с ним в последний раз, я впервые встретила человека, который курит их. – Несостоявшаяся любовь? – Можно сказать и так. Точнее, – она осеклась. – Неважно, – девушка продолжала крутить пачку в руках, она несколько раз открывала её, вдыхая запах. – Куришь? – Эймонд наблюдал за её манипуляциями. – Курила. С ним, – ответила Амели, а потом добавила. – Забавно, да? Он бросил меня, а я курить, – она снова открыла пачку и, тяжело вздохнув, подняла глаза на Эймонда. – Можно? – Конечно, – кивнул он, наблюдая за тем как она прикуривает, а после затягивается.       Веки её опустились, а после из ее рта тонкой струйкой полился пар. Он понял, что засмотрелся на неё, когда ему на руку упал пепел от его же сигареты, про которую он напрочь забыл. – Тебе идёт, – выпалил он вдруг, стряхивая пепел и затягиваясь снова. – А где же вот это "ты девушка, а не пепельница" или "ты будущая мать", – Амели открыла глаза и засмеялась. – Глупо отговаривать человека от собственной вредной привычки.       Амели потушила сигарету. Она не заметила как её мысли оказались далеко от беседки – она вспомнила как Криган бросил её, написав смс. Смс, которое она до сих пор не может удалить, но и перечитать его не может. Тогда все навалилось так сразу – её бросил человек, с которым они на полном серьезе говорили о свадьбе, а через полгода умерла мама.       Время пролетело незаметно, девушка не поняла в какой момент начала засыпать. Тело обмякло и она накренилась вперед. Сквозь сон, Легран ощутила, что ее потянули назад и вздрогнула. – Спасибо, – сонно пробормотала она. – Я думала, что ты ушёл. – Кажется, я не зря остался, – усмехнулся он, продолжая держать её за плечи. – О, да, было бы здорово разбить лицо накануне экзамена. Нужно идти спать, – Амели пошла в дом и Эймонд двинулся следом. Они молчали до самого третьего этажа. – До встречи, Амели, – сказал он, оборачиваясь. – Хороших снов, – улыбнулась она и скрылась за дверью.