Гипноз

      В кабинете Алисенты собралась вся семья. Хозяйка кабинета сидела в своём кресле, обхватив голову руками. За её спиной стояли Дейрон и Визерис. Сын прикасался к плечу матери, а муж стоял сложив руки на груди. По правую сторону от матери сидела Хелейна, которая нервно рисовала круги ручкой на бумаге. Эймонд стоял около двери, прислонившись спиной к стене. Эйгон сидел на маленьком чёрном диване, подтянув одну ногу к груди. Все смотрели на Амели, которая стояла у окна. Девушка не выдержала и отвернулась. Она прислонилась лбом к стеклу и закрыла глаза. – Почему ты не сказала? – Алисента нарушила молчание первой. – Неужели ты думала, что мы бы тебе отказали? – Что я должна была сказать? Что мой отец сошёл с ума и решил бросить меня на произвол судьбы? Что ему плевать на меня и моё будущее? – Амели уперлась руками в подоконник и рвано выдохнула. – Вы не обязаны этого делать. У вас четверо своих детей. Достаточно того, что я больше года живу в вашем доме. – Я твоя крестная. Я больше двадцати лет назад поклялась перед богом, что буду оберегать тебя. Твоя мать умерла и мой долг заменить её. Настолько, насколько это возможно, – сказала Алисента. – У меня было хорошее детство, – подал голос Визерис. – Может быть, моя семья не была так богата, как сейчас, богат я, но они сделали все для того, чтобы я состоялся в жизни. Я не самый лучший отец. Я месяцами не бываю дома и, возможно, не умею говорить по душам и плохо знаю своих детей, но одно я знаю точно – я хочу сделать все, чтобы мои дети состоялись в жизни. Я хочу дать им возможность развиваться. Это их дело, воспользуются они этой возможностью или нет. Но такой возможности заслуживает каждый ребенок в этом мире. – Скажите это моему отцу, – Амели наигранно улыбнулась. – Но тут нет твоего отца. Тут есть мы. И последнее чего я хочу, это чтобы ты в 20 лет думала о деньгах, – Визерис обвел глазами всех присутствующих. – Я оплачу твою учёбу. И это не обсуждается. И позвони Стефану. – Я думаю, что мне не нужно звонить, мистер Таргариен, – раздался голос. Дверь открылась и на пороге появился водитель. Амели обернулась и её глаза медленно увеличились в размерах. – Простите, что без стука. – Мы рады тебе, Стефан, – сказала Алисента.       Водитель прошёл в кабинет и замер напротив Амели. Он протянул ей конверт. – Что это? – спросила она. Амели дрожащими руками взяла конверт, открыла его и вскинула брови. – Неужели вы думали, что я брошу вас? – усмехнулся Стефан.       Амели положила конверт на подоконник и судорожными движениями начала пытаться поднять его футболку. Стефан покраснел. – Мисс Легран? – неловко позвал он. Амели тем временем считала шрамы на его теле. Все были ей знакомы. – Амели, что ты делаешь? – спросила Алисента. – Я ищу шрам от операции. Что ты вырезал?! – Амели вцепилась в плечи водителя. – Стефан, откуда ты взял деньги?! – Не переживайте, мои почки на месте. Я нашёл работу. – Работу? – Строителям неплохо платят, – усмехнулся он. Амели повисла на нем, утыкаясь лицом в его плечо.       Когда все справились с эмоциями, разговор продолжился. – Нужно подумать, каким образом мы можем вернуть счёт твоей матери. Я не думаю, что это было законно, – сказал Визерис. Он посмотрел на своего старшего сына. – Ну, юрист, что скажешь? – Конечно, это можно оспорить. На это уйдёт время, но это можно сделать. А пока мы собираем документы, нужно подать иск в суд. Если будет иск, эта тварь не сможет распоряжаться средствами, – вещал Эйгон. – Эйгон! – встряла Алисента. – Она все-таки женщина. – Да? – Эйгон сделал наигранно удивлённое лицо. – А мне казалось, что она крокодил.       Кабинет наполнился смехом. – Я составлю исковое письмо и завтра отправлю его, – продолжил Эйгон, когда все успокоились. – Отлично. А теперь извините, но у меня самолёт через два часа, – сказал Визерис. Когда он проходил мимо дивана, он положил руку Эйгону на плечо. – Не забудь про поездку.       Всё вернулись к своим делам. Амели шла в свою комнату, когда её окликнул Эймонд. – Эй, как насчёт занятия? – спросил он. – О, конечно. Я сейчас приду, – кивнула она.       Вскоре Амели сидела на привычном стуле. Её глаза были закрыты, Эймонд стоял за её спиной и говорил тихим, монотонным голосом. – Твоё тело расслабленно, глаза закрыты, мысли чисты. Ничего не имеет значения. Есть только мой голос, – говорил Эймонд. – Только мой голос и больше ничего. Никакой звук, свет или прикосновение не имеют значения. Только мой голос.       Эймонд уронил ручку на пол. Амели не пошевелилась. Он хлопнул в ладоши. Никакой реакции. Эймонд включил настольную лампу и резко направил её на лицо Амели. Она продолжала сидеть неподвижно. Таргариен присел на корточки, глядя на её лицо. Он прикоснулся к её щеке, заправил пряди волос ей за ухо и замер. Он решил рискнуть. Его ладонь легла к ней на колено. – Амели, ты меня слышишь? – спросил Эймонд. – Да. – Что ты чувствуешь? – Ничего.       Эймонд ущипнул её. – Амели, что ты чувствуешь? – Ничего.       Его губы расплылись в улыбке. В дверь неожиданно постучали. Эймонд резко поднялся на ноги. – Амели, на счёт три ты откроешь глаза и проснёшься, – сказал он, сохраняя голос низким и приятным. – Один, два, три.       Эймонд открыл дверь. На пороге комнаты стоял Эйгон. – Где Амели? – спросил старший из братьев. – Мы занимаемся. – Я должен показать ей текст иска.              Эймонд поджал губы и пропустил брата внутрь. Когда Эйгон вошёл, увидел, что Амели сидит на стуле и что-то читает. – Амели, я составил иск. Посмотришь? – сказал он. Девушка подняла на него голову и как-то рассеянно посмотрела. – Да, конечно, – Амели пробежалась глазами по бумаге и кивнула. – Всё отлично. Ты мог бы и не показывать мне. Я все равно ничего в этом не понимаю. Спасибо, – улыбнулась она и прикоснулась к его руке. – Брось. Я могу взять твой ноутбук? Хочу отправить иск. Мой пенсионер снова в ремонте. – Опять? – Амели закатила глаза. – Мой ноутбук у Стефана. Может быть сходим в кабинет Алисенты? – Вы можете отправить с моего ноутбука, – вмешался Эймонд.       Эйгон сел за стол и вставил флешку в гнездо. Несколько манипуляций и письмо было отправлено. Эйгон уже собирался нажать на кнопку выключения, когда его взгляд зацепился за папку на рабочем столе брата. Он поджал губы и напряг челюсть.

***

– О какой поездке говорил твой отец? – спросила Амели. Она и Эйгон сидели в беседке. – Я ведь учусь в юридическом, чтобы потом пойти работать в компанию, а в последствии занять его место, – ответил он. – Мне осталось учиться всего год и сейчас мне нужно начинать вникать в дела компании. Они летят на переговоры в Австралию. Хотят расширяться. Я еду для опыта. – Австралия? Это надолго? – Амели заметила, как переменилось выражение лица Эйгона. Как она не старалась скрыть в голосе грусть, он ее услышал. – Я улетаю через четыре дня. Отец сказал, что это продлится около двух недель, – ответил Таргариен. Амели кивнула головой и отвернулась, глядя на цветы, которые росли во дворе дома на каждом шагу. – Я могу отказаться от поездки, это ведь не обязательно. – Нет, нужно лететь. Мы почти взрослые люди, нужно привыкать к выполнению обязанностей. – Амели? – позвал Эйгон. Она обернулась. – У тебя сейчас паршивый период и я хочу, чтобы ты знала, что я не хочу давить. – У меня всю жизнь паршивый период, – фыркнула Легран. – Нет. Я хочу, чтобы у тебя было время, понимаешь. Слишком много всего происходит со всеми нами и я хочу, чтобы ты принимала решения на трезвую, спокойную голову. Знаю, что это странно слышать от кого-то вроде меня, но, знаешь, те восемь дней в здании, ночь в реанимации и похороны Лиама многое дали мне понять. Я сам создал себе проблемы, оброс зависимостями, плохой компанией и теперь хочу это исправить. Я хочу, чтобы все было иначе. У нас обоих сейчас хватает проблем и я думаю, что нам обоим сначала стоит решить их и только потом идти дальше.

***

      Самолет унес Эйгона в Австралию. Эймонд решил, что пора действовать. Он видел, что Амели все больше и больше приближается к его старшему брату, а это не входило в его планы. Амели тем временем старалась отвлечься и часами находилась в кабинете Алисенты. – Ты слушаешь меня? – спросила Амели, глядя на крестную. – Да, да, извини, – кивнула она. – У меня тут просто не сходится...       Амели подошла к женщине и посмотрела в экран ноутбука, а потом на бумаги, лежащие перед ней. – Вот тут ошибка, из-за этого не сходятся итоговые цифры, – сказала Амели, после минутного созерцания. Алисента нахмурилась, а потом ударила себя по лбу. – Точно! А я не заметила, – сказала она и принялась исправлять. – Стой, подожди. А ты откуда это знаешь? – Моя мать ведь занималась этой отчетностью. Насколько я понимаю, ее обязанности временно передали тебе? – Да. Мы не можем найти подходящего кандидата до сих пор. Визерис очень требователен и дотошен в подборе персонала. На самом деле, эту часть работы, после смерти Мишель, делал Мартин, но сейчас он, по понятным причинам, не может этого делать. Так что мне приходится вникать, но я, если честно, не такой уж и великий математик. – Хочешь, я буду помогать? Я часто помогала матери и могу заполнить такой отчет с закрытыми глазами, – предложила Амели.       Алисента без раздумий согласилась, а потом и вовсе предложила Амели сменить ее работу уборщицы в институте, на подработку в компании. Официальное трудоустройство решили пока что отложить, но теперь Амели была при деле и получала за свою работу неплохие деньги. Дела пошли в гору.       В один из дней Надия попросила Амели встретиться, сказав, что у нее к ней есть не телефонный разговор. Они встретились в кофейне. Надия выглядела встревоженной. – Во-первых, я слежу за тем как движутся дела с иском, – начала она. – Твой Эйгон просто гений. Мартина в жизни не сможет выиграть дело. Операции по счетам были остановлены и она не успела вывести оттуда ни гроша. Я думаю, что вскоре счет вернется к тебе. – Это отличная новость, – улыбнулась Амели. – Я хотела поговорить о Реббеке, – Надия начала говорить тише и наклонилась ближе к Амели. – Моя мать собрала для меня папку с теми материалами, которые у нее остались после расследования. У нее все изъяли, но кое-что она смогла спрятать.       Следующие пятнадцать минут девушки изучали содержимое папки, в которой находились записи матери Надии, которые она вела во время допросов, вырезки из газет, показания свидетелей и близких. Амели отложила в сторону очередной листок и вдруг замерла. Она увидела газетную вырезку, на которой находилось фото с места преступления и фото живой Реббеки, взятое для статьи.       Черные кудрявые волосы, постриженные под каре, большие карие глаза, пухлые губы и прямой нос с ярко выраженными крыльями. – Амели, все в порядке? – спросила Надия. – Да... Просто.., – Амели подцепила вырезку пальцами и поднесла к своему лицу. Она увидела, как у Надии округлились глаза. – С ума сойти... Вы так похожи, – протянула Надия. – Бывает же такое...       Амели долго разглядывала снимок, пока ее внимания снова не привлекла Надия. – Это еще не все. Ты не поверишь, – девушка достала свой ноутбук и наушники. – Я на днях была в архиве нашего участка. У меня практика и я меня попросили подменить работника архива. Я не думала, что мне удастся, но я украла запись последнего телефонного разговора Реббеки. – Тебе ведь влетит! Ты сумасшедшая! – Расслабься, – улыбнулась Надия. – Я уже сделала копию и все вернула на место. Хочешь послушать? – Конечно! – Только она повреждена. Видимо, тот кто с ней разговаривал хороший хакер. Он пытался удалить содержимое ее телефона, но запись пережила форматирование и почему-то не стерлась до конца. На записи слышно только голос Реббеки. Голос ее собеседника стерся почти полностью. Да и фразы Реббеки уцелели не все.       Амели надела наушники.

***

– Какая разница откуда я узнала. Ты врал мне. Каждый день ты обманывал меня. – <> – Я ведь действительно любила тебя. – <> – Ты чудовище... – <> – Ты хотел, чтобы я встала на колени... я сделаю это. Жаль, что ты этого не увидишь. Но я стою на коленях сейчас. – <> – Ты сломал мне жизнь. Я хочу, чтобы все это закончилось, понимаешь? (всхлипывания) Я больше не могу, слышишь? Я больше не могу быть куклой, не могу подчиняться. (запись обрывается)

***

      Эймонд начал переживать. Прошла уже неделя, скоро должен был вернуться Эйгон, а он так и не сдвинулся с мертвой точки. Амели целыми днями сидела за отчетами и почти не выходила из комнаты. Из-за этого их занятия сошли на нет. Так что когда он спустился утром на кухню и увидел ее, сидящую за столом, он обрадовался. Кроме Амели на кухне была Хелейна, а сама Легран, уже привычно, смотрела в экран ноутбука. – Я запуталась, – вздохнула француженка. – Четвертый раз переделываю, а в конце получается не так. – Мне кажется, что тебе нужно сделать перерыв. Ты просто переутомилась, – сказала Хелейна. – Возможно, – Амели потерла глаза. – Алисента сегодня в офисе, она просила меня приехать, чтобы забрать некоторые документы. Хочешь поехать со мной? – Я бы с радостью, но я сегодня еду на фотосессию. – Я мог бы составить тебе компанию, – подал голос Эймонд. Девушки посмотрели на него. – Я не против, – улыбнулась Амели. – Мне нужно собраться, но это не долго, – она убежала вверх по лестнице, оставляя брата и сестру наедине. – Ну и что это было? – спросила Хелейна, складывая руки на груди. – О чем ты? – Эймонд включил дурака. – Эймонд, я вижу, как ты на нее смотришь. Она ведь с Эйгоном. – Я бы с этим поспорил. И потом, все в равных условиях. Почему я должен уступать? Я ведь никого не заставляю. Ей нравится моя компания. Если она выберет Эйгона, я отступлю, но до тех пор, я буду пытаться.

***

      Поездка в офис забрала все силы. Амели лежала на кровати звездочкой и смотрела в потолок. Несколько часов, проведенных на жаре, не прошли бесследно. Девушка мечтала о сне, но ей нужно было доделать отчет. Превозмогая себя, она подняла свое тело с кровати и пошла к ноутбуку. В дверь постучали. – Ты что-то хотел? – спросила Амели, увидев Эймонда на своем пороге. – Утром ты говорила Хелейне, что не можешь найти ошибку. Я захотел помочь тебе, если ты, конечно, не против. Позволишь посмотреть? – он осторожно подошёл к ней и кивнул на бумаги. – Да, конечно, – ответила Амели. Они оба сели за стол и Эймонд склонился над документами. Он долго изучал их, что-то писал на чистом листе и наконец повернулся к ней. – Вот, здесь ошибка, – показал он ей. Девушка усмехнулась. – Черт, из-за одной цифры столько проблем, – сказала она. – Спасибо, ты выручил меня. – Я мог бы помогать тебе с отчётами. Вместе ведь будет быстрее и веселее. – Но я ведь делаю это за деньги, это моя работа. Я не хочу отнимать у тебя время. – О, брось, мне все равно нечего делать.       Подумав пару секунд, Амели согласилась, решив, что ей бы иногда не помешала помощь. – Ладно. Давай я тебе объясню, что нужно делать, – девушка ввела его в курс дела и предложила переместиться на пол, потому что бумаг было много и их было невозможно разместить на столе.       Вскоре они лежали на полу, перевернувшись на живот, и занимались каждый своей работой. Эймонд то и дело проходился взглядом по её телу. Короткие шорты и майка и делали свою работу безупречно, каждый раз когда девушка начинала шевелиться, он боялся, что пробьёт полы под собой, так сильно напрягалась его плоть. – Ты чего? – прервала она его внутренний диалог. Она поймала его с поличным. – Извини, я просто засмотрелся, – сказал Эймонд и мысленно отвесил себе подзатыльник – он сказал не то, что хотел, тем самым сдавая себя с потрохами.       Внутри что-то зашевелилось. Захотелось повести себя по-человечески и не совершать ошибок прошлого. – Амели, могу я спросить у тебя? Извини, если я лезу не в свое дело, – начал Эймонд. – Хочешь поговорить о том, что я тебе нравлюсь? – сказала Амели, заставая его врасплох. Он нашелся быстрее, чем ожидал. Его лицо приняло беспечный вид и по его губам расплылась довольная улыбка. – Я настолько предсказуем? – спросил Эймонд. – Ты действительно нравишься мне, Амели.       Легран вздохнула. Она поднялась с пола и Эймонд поднялся следом за ней. – Ты любишь его? – вопрос был наглым, но у него больше не было времени действовать в половину силы. – Я не знаю... – она ответила честно. Амели знала Эймонда меньшее количество времени, чем его братьев или сестру, но их занятия гипнозом стёрли между ними некоторые границы. – Это сложно, понимаешь. – Понимаю, – эхом отозвался Эймонд. Тон его голоса понизился, стал успокаивающим и мурлыкающим. На свой страх и риск, он подошёл к ней сзади и положил руки ей на плечи.       Их занятия происходили реже, но во время них Эймонд стал прикасаться к ней. В состоянии гипноза он внушал ей то, что любое его физическое воздействие оказывает на неё лишь благотворное влияние, так что сейчас Амели отнеслась к его прикосновению как к чему-то обыденному. – Скажи мне, что у тебя на душе, – промурлыкал Эймонд, немного наклоняясь к ее уху. – Я не знаю. Я не могу понять, что чувствую, – ответила она. – Видимо мне нужно разобраться в себе, решить свои проблемы с отцом и чёртовой Мартиной и только потом думать о личной жизни. – Если человек любит, ему не помешает любить даже война. Ты никогда не думала о том, что у тебя к нему просто влечение? – он ударил по её подсознанию. – Ты страдала из-за Кригана, неужели ты хочешь страдать снова? Мой братец такой же избалованный бабник, как и Криган. – Он изменился, Эймонд. Он правда изменился. – Изменился? Месяц назад он валялся в заброшенном здании под наркотой. За несколько дней до этого он ходил за тобой по пятам, но подумай о том, сколько женщин побывали в его постели за эти дни? – Эймонд развернул её к себе лицом. – Сейчас он уехал. Подумай о том, как такой человек как Эйгон коротает вечера.       В это было сложно не верить, Амели жила в их доме больше года и знала о том какой образ жизни ведёт Эйгон. – Ты заслуживаешь лучшего. Чего-то большего, чем бабник, пьяница и наркоман. – Намекаешь на то, что ты лучший вариант? – она сказала это беспечным тоном, однако от него не укрылась дрожь в её голосе. – Я не считаю себя пределом мечтаний. Просто хочу, чтобы ты посмотрела вокруг.       Амели стояла неподвижно, её брови все больше и больше напрягались, она думала. Эймонд наблюдал за ней. Его разум вёл войну с телом. В конце концов он решил, что такая игра стоит того, чтобы поставить все. – Посмотри на меня, – его тон был мягким, но в то же время властным.       Амели подняла глаза. Эймонд вгляделся в её лицо и вздохнул. Как же она на неё похожа. Ему хотелось ощутить её в своих руках снова, прижать к себе, вдохнуть запах. Эти желания сводили с ума и лишали всякой воли. Он протянул руку и прикоснулся к её щеке. – Эймонд, – она хотела что-то сказать, но он вдруг прислонил пальцы к ее губам. – Тссс, – дистанция сократилась и он наклонился к ней ближе. – Я расцарапаю тебе лицо, – сказала Легран, глядя на его губы. Эймонд тихо засмеялся. – Правда? – с наигранным интересом спросил он. – Тогда не забудь потом помяукать, кошка.       С этими словами он накрыл ее губы. Прикоснувшись к ней он замер, ожидая реакции и поняв, что не получает сопротивления, двинулся глубже. Он целовал ее жадно, не давая ей ни единого шанса на отступление. Каждое его движение было направлено на то, чтобы заставить ее тело покрываться мурашками, а мысли – покидать голову.       Амели и правда перестала думать. Она просто делала то, чего хотело ее тело, совсем не думая о последствиях. Казалось, что это просто минутная слабость, что это игра, но она не знала, что теперь у нее не будет пути назад.       Это была ее слабость. Самой главной любовью в ее жизни был Криган. Человек, которого она так долго не могла забыть и который сделал ее зависимой от любви, от физических ощущений и красивых слов. В данную секунду ощущений было предостаточно. Ее душа повернулась к миру темной стороной и потянулась за липким и низким, но таким желанным влечением.       Она уже не помнила в какой момент руки Эймонда оказались у нее под футболкой, не помнила, как давно его губы сминают ее шею, не помнила, как он усадил ее на подоконник. Амели откинула голову назад, прислоняясь горячим затылком к холодному стеклу и закрыла глаза.       Тем временем Эймонд не терял контроля над собой и ситуацией. Он знал, что мог бы сейчас сделать все что угодно, добиться того, чего хотел, но у него была другая цель. Он хорошо изучил ее за те недели, что Амели приходила к нему на занятия. – У тебя красивое тело, – сказал он самым низким из своих голосов, склоняясь к ее уху. – Не знала, что у тебя рентген в голове, – огрызнулась Амели. Эймонд улыбнулся. – Я готов поспорить, что я прав, – сказал он, продолжая говорить низко, а потом добавил. – Проверим?       Это был опасный момент. Эймонд был готов получить пощечину, но Амели вдруг кивнула. Его длинные пальцы почти потянули край футболки вверх, когда он посмотрел на окно за ее спиной. – Думаю, что нам лучше найти место поудобнее, – сказал он, поднимая ее с подоконника.       Кровать просела под весом их тел. Эймонд сел на край её постели, оставляя Амели на своих коленях. Несколько дразнящих движений губ по коже в области шеи и он услышал как она проглотила свой стон. Его пальцы снова прикоснулись к краю футболки и потянули вверх. – Я же сказал, – тихо сказал Таргариен. Тёплая ладонь легла на полушарие, сжимая, взвешивая в руке. Вторая рука надавила ей на спину, заставляя податься вперёд. Губы молодого человека сомкнулись на её второй груди.       Это было сумасшествие на двоих. Амели потеряла связь с реальностью. Это было слишком хорошо, чтобы отказаться от этого, слишком приятно, чтобы думать о правильности происходящего. Что-то щёлкнуло в её голове и она резко уперлась в его широкие плечи. – Что-то не так? – спросил Эймонд, отрываясь от её груди и облизывая раскрасневшиеся губы.       Она не ответила и уперлась в его плечи ещё сильнее. Легран толкала его на кровать. Это вызвало у него улыбку. Он начал медленно откидываться назад, наблюдая за её реакцией, но вдруг замер в паре сантиметров от матраса, сжал её бедра и резко перевернул. Теперь лежала она. Эймонд нависал над ней на вытянутых руках с самым довольным выражением лица. – Putain de renar, – сказала Амели. – Что? – он изогнул бровь. Амели не ответила. – Надеюсь, что ты не прокляла меня, – усмехнулся Эймонд.       Их губы снова слились в поцелуи. Амели пыталась перенять инициативу, пыталась заполучить контроль в свои руки, но это было невозможно. Чем больше она предпринимала попыток, тем сильнее он прижимал её к кровати. На груди Амели начали проступать отметины от его зубов, а на руках и ребрах – следы от его пальцев.       Эймонд ощутил как она пытается обхватить его ногами, как ерзает по кровати, ища желанный контакт. Он наклонился к её уху. – Хочешь меня? – спросил Таргариен.       Амели молчала. – Ну? – он склонил голову набок.       Ответа не последовало. Эймонд поднялся на ноги и направился к выходу из комнаты. Амели приподнялась на локтях, вопросительно глядя ему вслед. – Как определишься с ответом – дай мне знать.       Кто бы знал, каких трудов ему стоило провернуть это, как сложно было сдержаться. Она была готова и ему не нужен был её ответ. Но это была часть плана. Амели должна была явиться к нему сама.

***

      Легран не сомкнула глаз той ночью. Она сидела на кровати, прижимая к груди футболку, и смотрела на себя в зеркало. Она ничего не понимала, кроме того факта, что она не знает чего хочет. Сначала она хотела пойти за ним, потом ругалась себя за то что проявила слабость и повела себя как животное, потом подумала про Эйгона...       Амели уже почти приняла решение относительно их отношений, но их последний разговор поселил в её голову сомнения. Эйгон сам своими руками создал барьер между ними. С одной стороны он был прав, давая ей время, но с другой он показал ей свою неуверенность в происходящем.       Следующие три дня Амели провела в раздумьях. Теперь она чётко осознавала, что у неё есть два пути. Легран осознавала, что любой её выбор сделает счастливым одного, а другого ранит. Осознавала, что внесёт раздор в семью. Можно ли было не делать выбор? Можно. Но тогда она бы продолжала ощущать борьбу между ними. Она устала от этого.       До приезда Эйгона оставалось меньше суток. Амели так и не смогла принять решения, подумав о том, что хочет увидеть его ещё раз, прежде чем это случится. Эймонд нервничал. Времени почти не оставалось. Он был уверен, что после той ночи она придёт, смотрел вечерами на дверь, но ее не было.       В ночь перед приездом Эйгона, Амели, Хелейна, Роб и Итан пошли в клуб. Узнав о местонахождении Легран, Эймонд отправился вслед за ними. Это был его последний шанс.

***

      Амели открыла глаза утром. Она поморщилась от яркого света, исходившего из окна и перевернулась на другой бок. Голова невыносимо болела, как и все тело, хотелось спать.       Она резко села, осознавая, что она не в своей комнате и повернула голову налево. На соседней подушке сладко спал Эймонд. Амели ощутила как внутри неё все похолодело. Она ничего не могла вспомнить. Но не нужно было иметь учёную степень, чтобы понять, что между ними что-то было.       С ужасом она вспомнила о том, как вчера в клубе, когда алкоголь не лишил её последнего ума, она думала о том, что хочет встретить Эйгона в аэропорту, о том, что хотела поговорить с ним, рассказать правду. Она не хотела начинать их отношения со лжи, но теперь... Она закрыла лицо руками, стараясь не расплакаться. Она услышала, как скрипнули ворота и поняла, что это конец. Амели беззвучно встала с кровати, оделась и вышла из комнаты Эймонда.       Спустя полчаса все сидели за столом на кухне и завтракали. Алисента расспрашивала старшего сына о поездке. Амели смотрела в стол. Ей хотелось провалиться сквозь землю. Она судорожно пыталась вспомнить о том, что произошло ночью, но ничего не получалось. Когда на кухню спустился Эймонд, стало ещё хуже. Как только он вывернул из-за угла, Амели все поняла. Теперь выбор действительно был сделан.       Амели избегала обоих. Сначала она с преувеличенным интересом разговаривала с горничной, потом вышла во двор, вслед за Алисентой, которая встречала грузчиков. Не зная куда себя деть, ноги Амели принесли её в комнату Стефана. Она молча села на кровать рядом с ним, глядя в пол. – Стефан, ты когда-нибудь любил? – Конечно. Любой человек, хотя бы однажды любил. – Тебе когда-то приходилось выбирать между людьми? – снова спросила Легран. – Нет. У вас что-то случилось? – Да... Я предала человека. Что мне делать? – Быть честной.

***

      Амели сидела в беседке, подтянув колени к груди. Когда на её плечи легли руки, она вздрогнула. – Я тебя напугал? Извини, – раздался голос. Сердце сжалось. – Я ищу тебя весь день. Я хотел поговорить с тобой, Амели. – Я тоже хотела с тобой поговорить, – сказала она, стараясь держать себя в руках.       Эйгон зашёл в беседку и вдруг потянулся к ней с такой привычной лукавой улыбкой. – Я ужасно скучал по тебе, – сказал он. Амели уперлась рукой в его плечо, глядя ему в глаза. – Эйгон, нет, – сказала она. – У меня было время, чтобы подумать. – У меня тоже было время, чтобы подумать. И я понял, что я идиот, Амели. Я тогда наговорил тебе неизвестно чего, – он прикоснулся к её руке. – Я понял, что ты хотела услышать от меня слова поддержки, а я вселил в тебя неуверенность. Я хочу исправить это. Я хочу, чтобы ты знала, что я тебя... – Эйгон, нет, – она поднялась на ноги. – Ничего не получится. Слышишь? Ничего.       Внутри Амели горело адское пламя. Ну почему он не сказал этого две недели назад. Почему... – Эй, что случилось? – он попытался обнять её, но она не позволила. – Я приняла решение. У нас ничего не получится. Все это было эмоциями, вспышкой страсти, понимаешь. Я не смогу. – Амели? – он почти умолял. – Нет! Это моё решение. Я не хочу жить как на пороховой бочке. Бояться каждый день, что ты сорвешь, уйдёшь в запой или снова начнёшь принимать наркотики. – Но я ведь лечусь. Амели? Я все исправлю! Слышишь? Этого больше не повторится. – Так будет лучше. Прости.       Она убежала. Снова. Амели влетела вверх по лестнице, ощущая как её начинает тошнить. Она сказала ему не то, что хотела. Она обвинила его. Обыграла все так, словно в этом виноват он. Но вина была лишь на ней...       Амели открыла дверь в свою комнату и замерла. Она медленно обернулась. Эймонд стоял в дверном проёме своей комнаты и смотрел на неё. Легран вздохнула и пошла к нему. Как только дверь за ними закрылась, она сложила руки на груди. – Что вчера случилось? – спросила она.

***

      После бара Амели, Хелейна и Эймонд ехали в одном такси. Хелейну укачивало с детства, так что она, как всегда, ехала на переднем сидении. Амели была настолько пьяна, что возбудить её не составило труда. Лёгкие поглаживания кончиками пальцев разогнали сердце до предела.       Она пришла к нему сама, как он и хотел. Пьяный взгляд зацепился за голый торс. Она стояла опираясь о дверной косяк и нервно кусала губы. Эймонд ходил по комнате, делая вид, что не замечает её присутствия. – Посмотри на меня, – она попыталась придать голосу твёрдости, но вышло нелепо. – Эймонд! – Если ты хочешь всех разбудить, то продолжай в том же духе.       Она оттолкнулась от деревянной поверхности, которая служила ей точкой опоры, закрыла дверь и пошла вперёд. Сначала она стояла за его спиной, наблюдая за тем как он курит в окно. Амели подняла руку и прикоснулась к его плечу. – Ну посмотри на меня, пожалуйста, – тихо попросила она. Эймонд вздохнул и потушил сигарету. Он повернулся и посмотрел на неё. Амели попыталась прикоснуться к его щеке, но он поймал её руку. – Чего ты хочешь? – спросил Таргариен, сжимая её запястье. Амели не ответила, она подалась вперёд, пытаясь прикоснуться к его губам, но он отклонился назад. – Ты ведёшь себя как мразь. Я ведь знаю, что ты хочешь этого. – Да что ты, – его голова склонилась набок, одаривая её красноречивым взглядом.       Игра в гляделки была проиграна для Амели заранее. Они оба это знали. – Ты знаешь, что нужно сказать, – он наконец прервал молчание. – Может быть мне ещё на колени встать и начать умолять? – она попыталась освободиться. Эймонд вскинул брови. – Я хочу тебя...       Дьявольская ухмылка и Амели уже лежит на кровати, снова прижатая, снова под ним. Он прикусил ее ухо. – Ты заставила меня ждать, – промурлыкал Эймонд.       Таргариен склонялся к ней, застывал в миллиметре от ее лица и когда она сама подавалась вперёд – отстранялся, наблюдая за тем, как она загорается. Эймонд вдруг сжал её пятую точку рукой – самую желанную часть, то что нравилось ему в ней больше всего. – Знаешь о чем я подумал, когда увидел её впервые, там на лестнице, когда ты шла за Хел? – он продолжал сминать её руками. – О чем? – раздался пьяный шёпот. – О том как она хороша, если взять тебя сзади, – ответил Эймонд и накрыл её губы.       Ещё один жадный поцелуй, лишающий воли и воздуха. Амели запутывалась в его волосах пальцами, постанывала, кусала его губы и гладила мягкими ладонями его голые плечи. – Интересно, а там ты тоже такая сладкая? – спросил он, отстраняясь на секунду. – Ты всем это говоришь, чтобы затащить в постель? – тяжело дыша спросила Амели. – Если бы я хотел затащить тебя в постель, то сделал бы это молча и давно, – он закатил глаза. От части это не было ложью. Безусловно, он мог бы сделать это гораздо раньше, но его интересовало в ней нечто большее, чем секс. – Почему мне кажется, что ты говоришь правду? – Потому что я говорю правду. Хочешь знать как все было? – настало время красивой лжи. – Хочу, – кивнула она. Эймонд вдруг потянул ее за руки. Он сел, заставляя Амели сесть к себе на колени. – Чтобы не терять настрой, – пояснил он, прижимая ее к себе. – Да, я признаюсь, что сначала испытал к тебе просто влечение. Потом Хелейна сказала, что мне ничего не светит и я завёлся, потому что азартный, потому что всегда получаю то, чего хочу. А потом я влюбился. Там, в баре. Когда ты говорила о моем шраме, – отчасти он говорил правду, а то, что ею не являлось, он назвал для себя "небольшим украшением". – Влюбился? – она вскинула брови. – Да, Амели, я влюбился в тебя. Не веришь? – Верю, – прошептала она и он снова накрыл её губы, изучая тело руками. Амели ощущала невероятное желание и поддавшись этому чувству, крепче обхватила его ногами и прижалась к его бедрам. – Нас могут услышать, – сказала девушка, зарываясь пальцами в его волосы. – Вряд ли кто-то будет грозить нам пальцем. Но я рад, что ты не девственница, иначе было бы действительно громко, – усмехнулся он и посмотрел ей в глаза. – Ты хочешь этого? – Если ты продолжишь задавать такие глупые вопросы, я залью твои колени. – Правда? – он прикусил нижнюю губу, довольно ухмыляясь. – Проверь, – отозвалась она. – Touche-moi. – Что? – переспросил он, усмехаясь. – Хотя, знаешь, можешь не отвечать. Я, кажется, знаю чего ты хочешь.       В один миг Амели оказалась на кровати. Эймонд навис над ней, разглядывая словно хищник жертву. Его губы снова сомкнулись на груди девушки, доставляя новое удовольствие. – Эймонд, – словно в бреду позвала она. – Что? – Пожалуйста.       Он усмехнулся и принялся целовать её ребра. От каждого прикосновения девушка томно стонала и подавалась вперёд, требуя большего. Эймонд на пару мгновений отстранился и потянул её шорты вниз. Когда девушка осталась обнажённой, он провел горячей ладонью от её внутренней стороны бедра до плоского живота. Амели ощутила как он прикасается к ней, как его пальцы начинают медленно играть с ней. Колени задрожали. Эймонд запустил в неё сразу два пальца и застонал заставляя удивиться самого себя. Играя с её промежностью, он продолжал целовать её ребра, а потом переключился на живот. В этот момент Амели приподнялась на локтях, одаривая его мутным от возбуждения взглядом, в котором горел интерес. Девушка закусила губу в предвкушении. Эймонд продолжал играть. Он извлёк из неё свои пальцы и погрузил их в свой рот, медленно обсасывая. Второй рукой он обхватил её лодыжку и отодвинул ногу в сторону. – Ну и как, сладкая? – вызывающе спросила она, после того как он вытащил свои пальцы изо рта. Парень изогнул бровь. – Я не распробовал, – таким же тоном ответил он. Эймонд провел языком по её складкам всего раз и тут же отстранился, глядя на неё. – Ещё, – она подалась вперёд.       Парень погладил её чувствительную точку пальцами, глядя ей в глаза, а потом снова наклонился вперёд и провел языком ещё раз. Болезненный стон. – Скажи, что я хорошо это делаю, – нахально улыбаясь проговорил он. – Скажу, как только ты на самом деле начнёшь что-то делать. – Дерзишь? Я отучу тебя, – его губы прислонились к ней, а руки обхватили бедра, заставляя лежать смирно.       Амели металась по простыни, прикусывая собственную ладонь, пытаясь заглушить тем самым свои стоны. – Эймонд, – шёпотом позвала она, ощущая, что близка к концу – Enlève tes vêtements. – М? – он не расслышал её и отстранился, поднимая глаза вверх. – Разденься, – настойчивее попросила она и провела вдоль резинки его штанов. – Сними. Она жадно наблюдала за тем, как он раздевается и как только Эймонд навис над ней, она обхватила его ногами. – У тебя красивые волосы, – Амели пропустила несколько прядей между пальцами. – Ты похож на скандинавского бога. – Ты правда так считаешь? – усмехнулся он, покрывая поцелуями её ребра от чего она задышала чаще.       Амели вдруг оттолкнула его и перевернулась на живот и Эймонд вопросительно посмотрел на неё. – Ты, кажется, хотел узнать хороша ли моя задница, если взять меня сзади, – прокомментировала она, разводя ноги и прогибаясь в спине. – Какая ты послушная, – усмехнулся он и снова запустил в неё пальцы. – У тебя ведь давно не было, да? – Последний раз я спала с Криганом. Хочешь поговорить об этом? – Нет. – Тогда хватит болтать, – запротестовала девушка. Их тела соединились резко. Амели уткнулась лицом в подушку и захныкала.       Эймонд двигался в полную силу, сжимая её бедра руками. Он слишком долго ждал, чтобы осторожничать. Со временем он подумал о том, что ей, возможно больно, но она вдруг сама стала насаживаться на него, углубляя проникновение. – Войди полностью, – пробормотала она в подушку. – Как скажешь, – усмехнулся он.       Девушка прикусила наволочку, пытаясь проглотить стоны, но получалось паршиво, так что она снова уткнулась лицом в подушку. Эймонд и сам стонал, сжимая губы, прокусывая их до крови. Он целовал её вдоль позвоночника и сжимал её тело руками, упиваясь происходящим. Парень подался вперёд, утыкаясь в её шею носом и нервно вздохнул. – Ну и как тебе трахаться с богом? – тяжело дыша спросил он, низким голосом. – Кто родился раньше, ты или твоё чсв? – отозвалась она, еле выдавив из себя слова. – Стерва, – насмешливый тон, а после пылкий удар по голой ягодице. – Я хочу наверх, – подала она вдруг голос. – Хочу видеть твоё лицо. – Идём, милая.       Эймонд лёг на спину и Амели перекинула ногу через его торс. Парень придержал ее, помогая сесть и как только его член начал погружаться в неё, он грубо усадил её до конца. Амели взвизгнула, сжимая его плечи.       Они оба были близки к концу, тело задрожало у обоих. Амели сгорела первой, а за ней последовал и он. Девушка ослабла и продолжила лежать на его груди какое-то время, а потом слезла и улеглась на живот, прикрывая глаза.

***

      Эймонд усмехнулся, вспоминая прошлую ночь. Как ни в чем не бывало он подошел к окну, открыл его и закурил. – Эй, я с тобой разговариваю, – Амели стояла за его спиной, наблюдая за тем как он стряхивает пепел с окна.       Поняв, что не дождется ответа, она села на подоконник и тоже закурила. Молчание затягивалось. – Ты ничего не помнишь? – его голос заставил её вздрогнуть. Она подняла на него глаза и покачала головой. Он вдруг обнял её.       Эймонд сам не понимал зачем сделал это. Но этот порыв был искренним, настоящим. Его ладонь прошлась по его волосам. – Что теперь будет? – спросила она, заглядывая ему в глаза. – Выбор за тобой. Ты можешь сейчас уйти и мы сделаем вид, будто бы ничего не было, – сказал Эймонд. – А можешь остаться и быть со мной. Если ты выберешь второе, я обещаю тебе, что ты никогда об этом не пожалеешь.