Гипноз

      Амели редко видела сны. Обычно её сон был крепким и спокойным. Если Легран спала, то её не могло разбудить ни инопланетное вторжение, ни ядерная война, ни апокалипсис. В последние дни её сон стал беспокойным. Её мучали сумбурные сновидения и бессонница, ночами она резко просыпалась и тяжело дышала, она вздрагивала во сне.       Амели резко села в постели и обхватила голову руками. В комнате было темно и тихо. Она поднялась на ноги, подошла к окну, открыла створку и рвано выдохнула. Прилив свежего воздуха облегчил тревожное состояние, но вскоре оно накатило снова. Она никогда не боялась темноты, но почему-то сейчас ей стало неуютно. Амели включила свет и села на кровать. Легче не стало. Она вышла из комнаты и подошла к двери напротив. Девушка тихо зашла в спальню Эймонда. Подойдя к кровати, она поняла, что его нет. – Привет, – раздался голос за её спиной. Амели вздрогнула и обернулась. – Черт! Ты что, сумасшедший?! – Немного, – усмехнулся Эймонд. Его руки легли к ней на плечи. – Я удивлён. Зачем ты пришла? – Мне уйти? – огрызнулась она. Амели подняла голову и посмотрела ему в глаза. – Я просто не могла уснуть. У меня была бессонница несколько ночей, а со вчерашнего дня мне снится какой-то бред. Можно я останусь у тебя? – Тебе не нужно спрашивать у меня разрешения, – сказал он, наклоняясь к ней. – Ты можешь переехать в мою комнату. – Нет. Я не думаю, что это хорошая идея.       Эймонд хотел возразить, но понял, что ни к чему хорошему это не приведёт. Всё его нутро ликовало от ощущения победы. Он добился чего хотел.       Амели тем временем повернула голову и подошла к окну. Её пальцы прикоснулись к телескопу. – Когда я только переехала сюда, Хелейна предлагала мне сходить к тебе в комнату и посмотреть на звезды, – заговорила Легран. – Я отказалась. Мне показалось, что некрасиво трогать чужие вещи и это твоя комната. Хотя ты тут и не жил много лет... Можно? – она обернулась и посмотрела на Эймонда. – Не знал, что тебя интересует астрономия, – сказал он, медленно подходя к ней. – Мне казалось, что в сферу твоих интересов входят несколько другие телескопы. – Очень смешно, – фыркнула она. – Теперь я вижу, что вы с Эйгоном братья. – В смысле? – парень напрягся. – Когда я переехала, то расспрашивала про твой телескоп. Я помнила, что когда мы были детьми, ты что-то показывал мне, – начала объяснять она. – Эйгон предложил мне показать его телескоп. Я только спустя пятнадцать минут поняла, что он издевается, – она усмехнулась. – Я тогда почти не говорила на вашем языке и многого не понимала. – Почему ты делаешь вид, что ничего не произошло, – выпалил вдруг Эймонд. – Прошла почти неделя, а ты ходишь днем мимо меня, словно ничего нет между нами. Ты стыдишься этого? – Я не считаю, что это касается кого-то кроме нас. И потом, – Амели вздохнула. – Как это будет выглядеть? Извините, я переспала с вашим сыном, – она закатила глаза. – Рано или поздно все узнают об этом, – он прикоснулся к её щеке. – Ты хотела посмотреть на звезды.

***

      Впервые за всю свою жизнь Амели испытывала неловкость. Она ощущала на себе взгляд Эймонда и краснела как двенадцатиленяя девочка. Все его прикосновения и поцелуи заставляли её отводить глаза, будто бы она делает что-то приступное. С другой стороны она ощущала взгляд Эйгона. Парень расценил её поведение по-своему и на удивление отнёсся с пониманием. Потому что не знал, что произошло на самом деле. С того момента прошло две недели и он вернулся в то состояние, в котором был, когда Амели только появилась в их доме – шутки и недвусмысленные намёки.       Каждое утро Легран спускалась к завтраку и вглядывалась в лица. У неё практически началась паранойя. Она боялась, что кто-то мог услышать то, что происходило ночью.

***

      Амели уже собиралась ложиться, когда ей позвонила Надия. Легран находилась в комнате Эймонда и быстро вышла в коридор, увидев входящий вызов от подруги. – Прости, что так поздно, но я лопну, если не расскажу тебе, – заговорила девушка. – Ты можешь говорить? – Да, только недолго, – кивнула Амели. – Я кое-что нашла по поводу Реббеки. Оказывается, она лечилась в клинике, где главным врачом является Гвейн Хайтауэр. Ты ведь знаешь, кто это? – Конечно. Это брат моей крестной, – тихо ответила Амели. – Но ведь клиника находится в другом городе. Почему её родители не положили её в местную клинику? – Тогда терапия гипнозом только начала развиваться и, по сути, Гвейн является родоначальником этого метода в нашей стране. Только он применял его в те годы. Большинство клиник до сих пор считают этот вид терапии лженаучным, но родители Реббеки решили рискнуть и она вошла в эксперементальную группу пациентов. – Ого... – удивлённо протянула Амели. – Да. Я и сама, если честно, скептически отношусь к подобному. Я прочитала много информации о его клинике и у меня волосы встали дыбом. Прости, но этот мужик, кажется, сам немного того, – сказала Надия. – Что ты имеешь ввиду? – Он выдвинул теорию о том, что психически больные люди, на самом деле гении. Гвейн считает, что каждый душевнобольной может вылечить себя сам, научившись самогипнозу. Но что ещё больше меня смутило, так это то, что он создавал среди своих пациентов пары. – Пары? В каком смысле пары? – Он подбирал людей с полярным типом темперамента и создавал пары. Они общались, занимались общей деятельностью, а потом, когда между ними устанавливался раппорт, вводили друг друга в гипноз. То есть больные проводили терапию друг другу. – Что? Как один псих может вылечить другого? Это ведь полный бред. Двое сумасшедших в гипнозе? – Вот и я о том же, – отозвалась Надия. – Когда моя мать начала расследовать смерть Реббеки, то её заинтересовала деятельность клиники Гвейна. Её дело ведь закрыли с пометкой о суициде, приложив справку из клиники Хайтауэра. Она смогла найти некоторую информацию о его экспериментальной группе. У каждого члена этой группы была пара, а у Реббеки стоит прочерк. – Что ты хочешь этим сказать? – Не может же быть, чтобы он из всей группы не свёл ни с кем только Эванс? Но самое интересное то, что Гвейн закрыл свой эксперимент после смерти девушки, а потом к моей матери в дом пришли люди из участка и все у нее изъяли. – Хочешь сказать, что он заплатил им? – Я не берусь утверждать, но все это наводит меня на странные выводы, – сказала Надия. – Ты можешь узнать что-то о нем у своей крестной? – Вряд ли она что-то знает о делах клиники, – сказала Амели. – Они не очень близки... Хотя, знаешь, кажется, я знаю у кого я могу спросить о нем...

***

      Амели не спала почти всю ночь, думая о том, что рассказала ей Надия. Рассказ подруги наводил на странные выводы. Ей хотелось разобраться в этом странном деле. Она сама не понимала почему история незнакомой ей девушки вызывала в ней такую бурю эмоций и такой интерес. Легран пообещала Надие, что попытается раздевать хоть какую-то информацию со своей стороны, но не стала уточнять о том, каким образом и у кого она собирается это узнать. Об отношениях с Эймондом не знал никто, включая Надию. Тем более, Амели не хотела упоминать его имени, потому что не хотела, чтобы Надия капала настолько глубоко в историю семьи Таргариенов, учитывая то, что Визерис и Алисента заплатили кучу денег и потратили много времени на то, чтобы скрыть факт того, что Эванс попала в клинику из-за их сына.       Легран перевернулась на другой бок и посмотрела на спящего Эймонда. Последние два дня она пыталась начать разговор с Алисентой. Амели хотела рассказать крестной об их отношениях, потому что считала, что женщина имела право знать об этом.       Девушка вздохнула, тихо поднялась с кровати и ушла в душ. Пробыв там неприлично долго, она спустилась на кухню. Алисента варила кофе к завтраку. Сегодня у Эммы был выходной и женщина решила посвятить день семье. Амели обвела глазами всех присутствующих – Хелейну, Дейрона и Эймонда. Последний бросил на нее заинтересованный взгляд, а потом снова опустил глаза в телефон. – Доброе утро, милая, – как обычно поздоровалась Алисента. – Доброе. Чем-то помочь? – девушка встала у плиты рядом с женщиной. – Если тебе очень хочется, – начала мать семейства. – То отнеси кружки на стол.       Амели взяла две кружки и пошла к столу. Первую она поставила рядом с Хелейной, а вторую – с Эймондом. – Спасибо, – он улыбнулся ей и проводил ее взглядом. – Пожалуйста, – бросила она, как можно безразличнее. – Амели, я бы хотела поговорить с тобой, – сказала вдруг Алисента, поставив на стол оставшиеся кружки с кофе.       Легран внутренне сжалась. Неужели она узнала... – Это по поводу твоего отца, – снова подала голос Алисента и Амели выдохнула. Женщина по-своему расценила этот вздох и взяла ее за руку. – Присядь.       Когда они опустились на стулья, женщина долго вглядывалась в ее лицо, подбирая слова. – Милая, я знаю, что ваши с Мартином отношения натянулись. – Потому что он натянул не ту женщину, – тут же съязвила Амели, за что заслужила неодобрительный взгляд Алисенты и тихий хохот Дейрона. – Извини. – Твоего отца выписали из клиники. Вчера я говорила по телефону с Визерисом. Через несколько недель они возвращаются из Канады и Мартин прилетит вместе с ним. Понимаешь, отец хочет увидеть тебя. – Зачем? – Амели... Я знаю, каково это иметь отца со сложным характером. Я росла в неполной семье, как и ты. Мой отец, да прибудет он в раю, всегда был строг ко мне и я обижалась. У нас с ним никогда не было хороших отношений. Он хотел одного, я другого и мы так и не смогли найти компромисс. Я всегда думала, что вся вина лежит на нем, но я была молода и не умела уступать. Мне казалось, что я знаю лучше, – Алисента отвела взгляд, очевидно, предаваясь воспоминаниям. – Я поняла это тогда, когда его не стало. Он был сложным человеком, но он любил меня и желал мне добра. Я смогла понять это после того, как мой первый ребенок преодолел переходный возраст. Безусловно, это помогло мне лучше понимать своих детей. Когда я смотрела на Эйгона пару лет назад, я узнавала в нем себя, а в себе – отца. Во многом это помогало мне сохранять спокойствие и не придушить его, – Алисента нервно усмехнулась. – Мартин любит тебя. Может быть вы и правда отдалились, но ты можешь быть той, кто первой протянет ему руку. Ты нужна ему. – Я подумаю об этом.       Слова крестной заставили ее задуматься. Она думала о том, что ни разу не позвонила в больницу и не узнала о его состоянии. Если бы Стефан не поставлял ей информацию, она бы ничего не знала об отце. Амели в последнее время часто ловила себя на мысли о том, что до сих пор воспринимает своего водителя как няню. Ей так не хотелось взрослеть и брать на себя ответственность даже за саму себя. Сейчас она проходила этап взросления, который должен был случиться несколькими годами ранее. Вот уже почти месяц Амели сама просыпалась по утрам и садилась выполнять отчеты. У нее появилась работа. Но что самое главное – Легран начала по-другому относится к деньгам. Раньше она прикладывала карточку к терминалу не глядя на ценники, но сейчас начала вести график своих расходов. И не из-за того, что ей не хватало денег, а из-за того, что ей захотелось перестать быть избалованной дрянью.       Мысли вернулись к отцу. Амели подумала о том, как плохо ему было находится в клинике. Она представила, как он лежит в палате один, смотрит в потолок, а вокруг только врачи и охрана. Мартина вряд ли сидела у его постели, родственников почти не было. Оставалась только Амели. Легран вспомнила, как сидела у постели матери. Чем был хуже ее отец? Разве он не заслуживал этого? Доброты, заботы и внимания. – Ещё немного и твоя кружка лопнет под таким натиском, – раздался голос Эйгона.       Амели не помнила, когда он появился на кухне. Она покрутила головой и поняла, что Алисенты и Дейрона уже нет, Хелейна пересела на диван, а Эймонд все также смотрит в свой телефон. На последнем свой взгляд она задержала чуть дольше, чем следовало, и вдруг увидела, что из под его футболки выглядывает контур двух ярких засосов. Память вернула ее в прошедшую ночь и девушка быстро отвела взгляд, краснея. – Чего такая загадочная? – спросил Эйгон, садясь рядом. – Я? Да вроде такая же, как и обычно, – пожала Амели плечами и быстро набрала сообщение. А: Поправь футболку, пожалуйста. У тебя засосы. Э: Я знаю. Э: *фото*       Амели округлила глаза и подняла взгляд на Эймонда. Он отправил ей фото, на котором она сидит за столом, улыбается и касается своей шеи. И как он умудрился сделать его? Э: Не удержался, извини) А: Надеюсь, что никто не видел как ты его сделал.       Амели ещё раз открыла фото и улыбнулась – оно действительно было хорошим. Она заблокировала телефон и встала из-за стола, чтобы убрать посуду. Она услышала как на её телефон пришло сообщение, а следом раздался смех. – Серьёзно? Таранис? – спросил Эйгон, подавившись чаем.       Пару дней назад они с Эймондом лежали на кровати в ее спальне и он рассказал ей о том, что Амели сравнила его с богом, когда они переспали в первый раз. Общими усилиями они нашли информацию о Кельтском боге Таранисе, который был богом-громовником. С тех пор Эймонд был записан в ее телефоне именно так. – А тебя не учили, что нехорошо читать чужую переписку? – Легран бросила недовольный взгляд на Эйгона и снова отвернулась, сжимая кружку в руках. – Я случайно увидел, – пожал он плечами. – У тебя кто-то появился? – на Амели уставились четыре пары глаз – в кухню вернулся Дейрон. – С чего ты взял? – С того, что этот "Таранис" пишет тебе, что скучает. – А друзья не могут скучать друг по другу? – Ну друзья так друзья, – усмехнулся Эйгон, изгибая бровь. – Слушай, отстань от неё, – подала с дивана голос Хелейна. – Или для тебя оскорбительно, что Амели предпочла тебя кому-то? – Ох и длинный у тебя язык, сестрица, – фыркнул парень. – Надежда умирает последней. Когда-нибудь эта французская крепость падёт. – Эй, я вообще-то здесь, – Амели изогнула бровь и внимательно посмотрела на Эйгона. – Если это шутка, то она была хреновая. Совсем мозги пропил.       Амели вышла из дома и пошла в беседку. – А что я такого сказал? – Да лучше б ты вообще не разговаривал! – рявкнула Хелейна. – Если она плачет, то пеняй на себя. – Она плачет, – сказал Дейрон, глядя в окно – девушка сидела в беседке, обхватив себя руками. – Дебил, – бросила Хелейна, поднимаясь с дивана. – Сам схожу. Сиди, – Эйгон вышел из дома. Парень свернул за угол и зашёл в беседку. – Амели? – Уходи. – Давай поговорим. – Чего ты хочешь? – Амели подняла на него глаза. – Тебя. – Потому что я не даю тебе? – Нет. Ты мне нравишься. – Я слышу это почти год. И за это время ты решил выбрать самый лучший способ это проявить – спать со всеми подряд и вести себя так как ты себя вел? – А если я пообещаю ни с кем не спать больше, кроме тебя? – Тогда ты в завязке до конца своих дней. Потому что я с тобой не лягу. – Прости меня, Амели, – вздохнул он.       Легран стояла и думала о том, что до сих пор продолжает врать ему. – Я знаю, что заслужил такое отношение к себе, но ведь в последнее время мы были близки. До того, как я не улетел, – он вдруг схватил её за плечи. – Амели, пожалуйста. Скажи мне, что случилось. Я все исправлю. – Отпусти! Иначе я снова разобью тебе лицо. – Разбивай! – он вдруг тоже повысил голос. – Это будет стоить того. – Эйгон! – она толкнула его в плечи. – У тебя кто-то есть, да? – Да какая разница?! Я ничего не чувствую к тебе. Слышишь, ничего!       Амели убежала из беседки и вернулась в дом. Там она быстро поднялась по лестнице и закрылась у себя. Пока она поднималась вверх, её окликивали, но она не обернулась. Ей сразу же пришло сообщение. Э: Что случилось? Э: Амели. Э: Не молчи, пожалуйста. Э: Если ты не ответишь, я выбью дверь. Э: И пробью голову Эйгону. Э: Амели! А: Зайди ко мне.       Уже через несколько минут Эймонд сидел на её кровати и Амели пересказывать ему их с Эйгоном разговор. – Я не хочу стать причиной раздора между вами. – Ты и не станешь. Ты моя, а ему придётся с этим смириться. – Твоя? – Моя. А ты что думала? Я женюсь на тебе. – О, давай без этого, – Легран закатила глаза. – Я уже поверила однажды в эти слова. – Я не Криган. Я готов прямо сейчас поехать к твоему отцу и попросить твоей руки, – он бросился на неё, жадно целуя и запуская руки под футболку. – Эймонд, – она остановила его. – Сейчас не лучшее время. – Ты права, – кивнул он. – Но зато я могу сходить и поговорить со своей матерью, – Эймонд вдруг поднялся с кровати и вышел прочь из комнаты. Амели даже сказать ничего не успела.       Спустя полчаса на телефон снова пришло сообщение. Э: Тебя хочет видеть моя мать. А: Иду. А: Хотя бы скажи, что ты ей наговорил. Э: Что мы друг друга любим) И что я хочу жениться на тебе.       Амели постучала в дверь и вошла в кабинет Алисенты. – Сын, оставь нас, – спокойно сказала она и сердце девушки ушло вниз. Перед выходом Эймонд подмигнул ей и скрылся за дверью. – Амели, милая, что у вас случилось?       Девушка молчала, не зная что ей сказать и нервно перебирала пальцы. – Между вами отношения? – Да.       Воцарилось молчание. Они смотрели друг на друга. – Прости, что не сказала тебе, – Амели первой нарушила тишину. – О, ты и не должна была. Это ваша личная жизнь, – быстро заговорила Алисента. – Я просто не ожидала этого... Вы ведь совсем не похожи и я просто удивлена. – Я тоже, – промямлила Легран. – Мы дружили, а потом все как-то само собой получилось. Я понимаю, что ты думаешь о том, что мы молоды и... – Я верю в любовь с первого взгляда, милая, – тут же перебила ее женщина. На ее лице расцвела улыбка. – Я просто не хочу, чтобы вы пожалели. Брак это не просто. – Я не знаю, что тебе тут наговорил Эймонд, – Амели закатила глаза. – Сейчас же не средневековье, чтобы бежать под венец так сразу. – Эймонд настаивает, – хихикнула Алисента. – О, я представляю, – в тон ей отозвалась девушка. – Предоставь это мне. Я считаю, что нам нужно чуть больше времени провести друг с другом, чтобы принимать такие решения. – Я согласна с тобой, – кивнула женщина. – Но знаешь, я была бы рада видеть тебя своей невесткой. – А я тебя – свекровью, – искренне ответила Амели. Она уже собиралась уйти, когда услышала, как ее крестная прочистила горло. Она всегда так делала, когда хотела сказать что-то неловкое. – Амели, – женщина приняла серьёзный вид. – Пожалуйста, предохраняйтесь, – она сама не выдержала и улыбнулась. – Ради вашего же блага. – Х-хорошо, – промямлила девушка и вышла. Оказавшись в коридоре она принялась нещадно лупить ожидающего её там парня. – Ай, ай! – Эймонд смеялся и уворачивался от неё, а потом схватил и, перекинув через плечо, побежал с ней в комнату. – Ты ненормальный! – возмутилась Амели, когда он отпустил её и поставил на пол в спальне. – О, это ещё мягко сказано, – кивнул он. – Теперь мы можем не скрываться. – Очень, блять, смешно, – закатила она глаза. – Что тебе сказала мать? – Ничего интересного. Сказала не торопиться и предохраняться. – Вполне выполнимые требования.

***

      Амели сидела на кровати, обернувшись в простыню и разглядывала комнату. Эймонд лежал рядом на животе и гладил бедро девушки. – Я обещала Хелейне, что мы с ней посмотрим фильм. – Мы можем посмотреть его все вместе, – отозвался Эймонд. – И заодно сказать всем про нас. – Может быть, не стоит пока что этого делать? – Амели скривилась. – Переживаешь из-за Эйгона? – И да, и нет, – вздохнула француженка. – Лучше скажи мне, как ты собираешься говорить всем об этом? – Просто доверься мне и все.       Амели одевалась под пристальным взглядом Эймонда, а когда закончила подошла к окну и тронула телескоп. – Ночью посмотрим на звезды, – сказал он, надевая футболку. – Иди к Хелейне, а я схожу к Эйгону и Дейрону.       Ещё утром Хелейна и Амели договорились, что будут смотреть фильм в комнате последней, потому что у неё был проектор и пустая стена, на которую его можно было вывести. Амели коротко постучала в дверь Хелейны и вошла. – Хели, ты готова? – Да, минуту. – Твои братья тоже придут смотреть фильм, – сказала Легран. – Ну, кто бы сомневался. Три хвоста. – Что мы будем смотреть? – Привидение, – ответила Хелейна. – Хочешь, чтобы я затопила дом слезами?       Девушки зашли в комнату Амели и она тут же заметила, что что-то не так. Приглядевшись, она увидела, что на стуле висит рубашка Эймонда, на туалетном столике валяется его кейс с наушниками и часы, флакон с туалетной водой и пачка сигарет. Она повернулась и глянула на стол – бумажки, на которых он делал записи вчера, когда разбирался в отчёте.       Вот лис! И когда он только успел?       Амели поняла, что он затеял игру, но это было лучше, чем просто сажать всех в круг и рассказывать о том, что они переспали и почти месяц молчали об этом.       Амели стояла у зеркала, приводя себя в порядок. С плеча соскользнула рубашка, обнаруживая несколько засосов, которые пару часов назад оставил Эймонд. Она тут же поправила предмет одежды и двинулась к проектору, чтобы настроить его. Легран стояла, склонившись к столу, когда Эймонд, Эйгон и Дейрон появились в комнате. Первый проходя мимо, провел пальцами по её пояснице, хитро улыбаясь, после к ней подошёл Дейрон и слегла приобнял её. Чтобы не создавать напряжённой обстановки, Амели первой пошла на контакт с Эйгоном, она улыбнулась ему и возвела ладонь вверх, призывая дать ей пять и он ответил на её жест. Он пошёл в глубь комнаты, как вдруг замер и вгляделся в бумаги на столе – конечно, он узнал почерк брата. – Что это? – как можно безразличнее спросил он. – А? Это? Я вчера запуталась в отчёте, – махнула рукой Легран. – Эймонд помог мне найти ошибку и исправить её. Забыла выкинуть черновики.       Амели включила фильм и повернулась к кровати. Хелейна села с левого края, Эйгон сел посередине, Эймонд справа, а Дейрон лёг на живот у них в ногах. Эймонд взглядом поманил её к себе и девушка двинулась вперёд. Она подошла к кровати и села так, что оказалась спиной к Эймонду. Пару минут фильма так и продолжалось, а потом она ощутила касание не своём плече. – Облокотись, тебе ведь неудобно, – тихо сказал Эймонд и постучал по своему плечу. Она увидела как он раздвинул ноги шире, чтобы позволить ей сесть ближе и Амели, придвинувшись вплотную к его торсу, откинулась назад, укладывая затылок на его плечо. – Удобно? – Да, спасибо, – кивнула она согнула одну ногу в колене. Амели ощутила как на неё пристально смотрят и приложила все усилия, чтобы не повернуться на Эйгона, который испепелял брата взглядом.       Девушка начала плакать чуть ли не с первых минут фильма. Она слышала как с другого конца дивана, также как и она, рыдает Хелейна и протянула ей упаковку с платочками. – А я тебе говорила, выбрать что-то повеселее, – сказала Амели, вытирая слезы. – Я давно его не смотрела, мне захотелось.       Где-то в середине фильма у Амели завибрировал телефон и она посмотрела на экран – сообщение от Эймонда. Э: Сними рубашку. А: Зачем? Э: Просто делай то, что я говорю. Э: Доверяй мне. – Вам не кажется, что в комнате жарко? – как ни в чем не бывало спросила Амели. – Немного, – кивнул Дейрон. – Я открою окно, – Амели поднялась с постели. – Не удивительно, что тебе жарко. Закуталась как на северный полюс, – Хелейна намекала на рубашку. – Ой, я и забыла, что надела её. Точно, – девушка в несколько движений стянула вещь и осталась в майке, из-за которой были видны засосы на плечах и ключицах. Когда она садилась обратно на кровать и устраивалась в объятиях Эймонда на неё внимательно посмотрели Хелейна и Эйгон, разглядывая отметины на её коже. – Может сделаем перерыв и сходим на улицу? – предложила Хелейна, ещё спустя время. – Я за, – кивнула Амели и встала. На спинке стула осталась висеть рубашка Эймонда. Он подошёл к ней и посмотрел на вещь. – Ой, я что оставил её у тебя вчера? – непринуждённо спросил он, обращаясь к Амели.       Не дождавшись ответа, он пошёл к туалетному столику и взял с него сигареты. Стоящие за его спиной сестра и братья, увидели, что кроме них там лежат часы, наушники и его туалетная вода и переглянулись. В беседке Эймонд протянул Амели пачку и она взяла сигарету. Таргариен будто бы случайно оттянул футболку вниз и оголил три кровавых засоса на шее. Хелейна увидела их первой, она посмотрела на шею брата, потом перевела взгляд на плечи подруги и изогнула бровь. – Вы ничего не хотите сказать? – спросила Хелейна. – В смысле? – Эймонд включил дурака и скинул пепел. – Что это? – она ткнула пальцем в его шею. – Хел, ты как маленькая. Это засосы, – как ни в чем не бывало отозвался парень. – И давно у вас одновременно появляются засосы? – не отставала девушка. – Чего ты хочешь? Официального представления? – Эймонд изогнул бровь. – Если тебе от этого станет легче, то мы встречаемся. – Серьёзно? – Хелейна вдруг переменилась в лице и рассмеялась. – Ну вы даёте, в жизни бы не подумала.       Амели стояла и смотрела прямо перед собой, стараясь не смотреть на Эйгона, который не отрывал от неё взгляда. Эймонд увидел это и собственнически обнял девушку.       Вскоре все докурили и пошли в сторону дома. Хелейна и Амели шли впереди, взявшись за руки. – Я думала, что ты вечно будешь по Кригану убиваться, – усмехнулась первая. – Я и сама так думала, пока твой братец не.., – Амели закатила глаза. – Ну, ты поняла.       Молодые люди вернулись в комнату и расселись на кровати. Амели расслабилась и устроилась в объятиях Таргариена. Когда она начинала плакать из-за происходящего в фильме, он гладил её по плечу и целовал в волосы. В какой-то момент он обвел контур засосов на её плече и улыбнулся, очевидно придаваясь воспоминаниям. Его рука вдруг, как бы случайно, оказалась на внутренней стороне её бедра и девушка ощутила как в животе завязался узел. Телефон снова завибрировал. Э: Не знаю как тебя, а меня заводит то, как он реагирует. Меня сводит с ума то, что я могу делать с тобой все что захочу, а он даже коснуться тебя не может. А: Зачем ты так с ним? Он ведь твой брат. А: Ему больно на это смотреть. А: Извращенец) Э: Извращенец, значит) Э: Придётся оправдать это звание.       Когда фильм закончился, молодые люди продолжили сидеть на кровати и разговаривать. Все поддерживали беседу, кроме Эйгона. Парень сидел как в воду опущенный. Ему все казалось, что у него есть шанс, что есть хоть какая-то надежда исправиться, подняться в её глазах, доказать ей, что он может быть другим, что он сможет подарить ей любовь. Но все рухнуло. И он понимал что виноват в этом сам, но чувство неприязни к брату зародилось в его душе.       Ночью Эйгон уехал в клуб и напился впервые за долгое время, а утром Алисента закатила сыну скандал. Он снова привел в дом какую-то девицу. Ужасно глупую и крикливую. Послав мать, а вместе с ней и всех, кто был в доме, Эйгон закрылся у себя и завалился спать после бессонной ночи.       К вечеру, после двухнедельной жары, город накрыл ливень. Небо заволокло плотным слоем туч, которые неслись с огромной скоростью. Дом сотряс разряд грома, а потом сверкнула молния. Амели взвизгнула, а потом сквозь страшную какофонию звуков она услышала в коридоре что-то странное. Она распахнула дверь и в ужасе бросилась к лестнице.       Эймонд оказался в коридоре, когда сверкнула молния. У него потемнело в глазах. Триггер отключил его сознание от реальности. Словно сквозь толщу воды, он услышал ужасные звуки из прошлого – визг тормозов, свет фар, ослепивший его глаза и грохот... Он упал на пол, из его рта полилась пена.       Амели упала на колени рядом с ним и закричала. – Эймонд! – ее вопли заглушили шум дождя. – Помогите!       В коридоре появился Эйгон. Он вскинул брови и бросился к брату. Он видел, как Амели пытается сдержать тело Эймонда и оттолкнул ее. – Отпусти его, идиотка! – рявкнул он. Эйгон быстро расстегнул пуговицы на рубашке младшего брата и повернул его голову набок. – Что с ним? – спросила она, дрожащим голосом. – У него эпилепсия. Ты что, не знала?! – Мне никто не сказал об этом!       На этаже появилась Алисента. Быстро поняв, что происходит, женщина позвонила врачу, а потом Гвейну. – Эйгон, уведи ее, – попросила Алисента, когда приехал врач. – Нет! Я останусь тут! – девушка подалась вперед, пытаясь взять Эймонда за руку. – Ты делаешь только хуже. Пошли, – Эйгон обхватил ее руками и потащил вниз по лестнице.       Легран сидела на диване в гостиной, обняв колени и всхлипывала. – Мил, ну хватит, – взмолился Дейрон. – Ну подумаешь, пена изо рта... – начал он, но тут же смолк под убийственным взглядом старшего брата. – Какого хера вы мне не сказали?! А если бы это случилось, когда дома никого не было, кроме меня? – Хватит орать, французская королева! – Эйгон поднялся с дивана и пнул ногой кресло. – Да пошел ты! – Тихо! – в комнате появилась Алисента. – Он только заснул.       Амели просидела под дверью Эймонда всю ночь и как только врач вышел из его комнаты, она вошла туда. Парень сидел в своей постели и смотрел перед собой стеклянными глазами. Легран тихо села на кровать рядом с ним и прикоснулась к его руке. Таргариен никак не отреагировал.       Она не знала, что приступ, случившийся с ним прошлым вечером, переключил тумблер в голове Эймонда. Она не знала, о том, что происходит с ним. Никто не знал. Кроме Гвейна.

***

*прошла неделя*       На улице светало, а Эймонд и Амели даже не думали о сне. Эймонд познакомил Амели со всеми участками своей комнаты, начиная от подоконника и заканчивая полом. Вынужденное воздержание заставило Эймонда озвереть. Сейчас они лежали на кровати, обнявшись друг с другом и медленно засыпали. – Что ты чувствуешь? – раздался голос Эймонда, заставляя открыть Амели глаза. – Я? Это сложно объяснить. Обычно, когда до меня кто-то пытался дотронуться эти полтора года, я испытывала чувство отвращения, хотелось сломать всем руки. Я слишком сильно любила его, а когда я люблю, я становлюсь очень преданной. Он бросил меня, а я продолжила хранить ему верность, считать, что кроме него меня никто не может касаться. И все это время мне хотелось избавиться от этого, но не получалось. – Каким он был? – Почему мы об этом разговариваем? – Амели посмотрела на него. – Я не хочу говорить о нем, потому что и так потратила слишком много времени на него, а он этого не заслужил, – сказала Легран. – Я точно знаю, что он любил меня, но почему так поступил – не знаю. Мне было пятнадцать, когда мы начали жить вместе. Когда он уехал, я не знала что мне делать. Я привыкла, что он живёт со мной, что я готовлю ему, глажу рубашки, забочусь, жду с работы. Я привыкла, что у меня есть семья, а потом её не стало в один момент. Он даже не удосужился в глаза мне посмотреть. Просто написал смс и с тех пор я не видела его. И мне не дали возможности переболеть это. Мама тогда резко сдала и я не могла себе позволить плакать, потому что понимала, что её скоро не станет. И он знал, что маме плохо и все равно так поступил, оставил, когда был нужен больше всего. Когда мама умерла, я искала с ним встречи, хотела задать всего один вопрос. За что? Папа думал, что я сойду с ума. У меня и правда в какой-то момент поехала крыша. Я каждый вечер набирала ванную, садилась в неё и пыталась стереть его, отмыться, но когда вылезала из воды, опять ощущала его руки на своей коже. Трижды я чуть не утонула, потому что засыпала в воде. А один раз... Я попыталась утопиться специально. С тех пор я не купаюсь в ванной, только душ. – Идём, – Эймонд вдруг сел и начал одеваться. – Куда? – Одевайся, – он стянул с неё одеяло.       Амели нашла в темноте свои вещи и наспех оделась. Эймонд тянул её за руку по коридору в сторону ванной и девушка почему-то начала нервничать. Когда они оказались внутри, он заткнул слив и начал набирать воду. Девушка присела на табуретку, стоящую у стены, молча наблюдая за манипуляциями парня. Вскоре в помещении стало душно и запахло пеной для ванны. Эймонд выключил воду и потянул Амели за руку, заставляя встать. Он медленно раздел её, поднял на руки и посадил в воду. Девушка закрыла глаза и её затошнило – всплыли давно забытые воспоминания. Ей показалось, что она задыхается, когда Эймонд коснулся её щеки. – Открой глаза, посмотри на меня, – низким голосом проговорил он. – Амели.       Сделав усилие, она выполнила его просьбу. Девушка обхватила плечи руками и уложила подбородок на колени. Эймонд выключил свет, оставляя гореть лишь несколько светильников над зеркалом, разделся и сел за спину Амели. – Иди ко мне, – он потянул её к себе, заставляя лечь к нему на грудь и погрузиться в воду. – Это просто вода, слышишь меня? Её не нужно бояться, – он гладил её тело, заставляя расслабляться. Спустя время он заставил Амели сесть и подавшись вперёд, прислонился к её уху. – Запоминай все, что я буду сейчас делать, хорошо? Расслабься.       Он поцеловал её в плечо, после прошёлся вдоль позвоночника, а затем Амели ощутила как по её коже заскользила мочалка. Он нежно касался её кожи, растирая пену. Вскоре она интуитивно начала подаваться вслед за его прикосновениями и тогда он снова прижался к её уху губами. – Видишь, это приятно. Вода – это приятно, купаться в ванной – это приятно и быть моей женщиной тоже приятно. Ты же моя женщина? – Твоя. – И тебе приятно ей быть? – Очень, – шёпотом ответила она. – Хорошо. Вот это ты должна запомнить лучше всего – ты моя, только моя, – его голос разливался по её телу. – Амели? – Да? – Я люблю тебя, – сказал он и девушка словно очнулась.       Она обернулась на него и внимательно посмотрела. Эймонд нахально улыбался, наблюдая за её реакцией. Он видел как с каждой минутой она все больше доверяет ему и подобная власть над человеком сводила его с ума. Девушка настолько крепко попалась в его сети, что казалось могла сделать все, чего бы он не попросил. – Хотя бы поцелуй меня.       Поспать той ночью им так и не удалось. Амели лежала головой на груди Эймонда и приходила в себя. Глаза предательски слипались, но на сон уже времени не было. Они спустились на кухню вместе и девушка кивнула ему на стул. – Садись, – сказала Амели. Когда парень сел, она стянула с его запутавшихся волос резинку и принялась расчесывать их. Эймонд прикрыл глаза и откинулся назад. На кухне появился Эйгон, сразу бросая недовольный взгляд на брата. – Привет, – бросила как ни в чем не бывало Амели и Эйгон резко обернулся к ней, будто бы собираясь что-то сказать. Девушка даже не посмотрела на него, занятая волосами Эймонда.       Эйгон медленно выдохнул и отвернулся, пытаясь справиться с собой. Амели собрала волосы Эймонда в хвост и положила расчёску на стол. Она собиралась отойти, но парень взял её за руку и потянул к себе. – Спасибо, – короткий поцелуй. – Не за что, – ответила Амели, залившись краской – ей было неловко, что они целовались на глазах у кого-то.       Девушка отошла к разделочному столу и принялась готовить завтрак. Вскоре к ней присоединилась Хелейна. – Хел, садись. Кружки я принесу сама, – сказала Амели. Подходя к столу с последней кружкой в руках, она вдруг споткнулась о ножку стула и полетела вперёд. Горячий кофе вылился на Эйгона и парень тут же вскочил. – Прости, пожалуйста, я не специально, – сказала она и потянула его за руку, на которую попал кипяток. Амели открыла морозильную камеру и достала оттуда пакет со льдом, но как только она хотела приложить его к ожогу парня, как он вдруг толкнул её в плечо, выбивая пакет. Лёд рассыпался по полу. – Не трогай меня, – металлическим тоном сказал он и снова толкнул её. Перед ним тут же возник Эймонд. – Ещё раз ты её тронешь и я сломаю тебе руки. Извинись. – Да пошёл ты, – скривился Эйгон. Эймонд сделал шаг вперёд, но Амели вдруг уперлась ладонью в его грудь. – Нет. Не надо, – тихо сказала она. – Пожалуйста, не надо. Оставь его.       Эйгон ушёл вверх по лестнице, оставляя всех смотреть ему в след. Амели тяжело вздохнула и достав ещё один пакет со льдом пошла за ним. Парень сидел на лестнице на самом верху, уткнувшись лицом в колени. Амели села рядом с ним, взяла его за руку и приложила к обоженному предплечью лёд. – Я бы изменился ради тебя, – сказал он вдруг, продолжая упираться лбом в свои колени. – Изменись ради себя. – Ты любишь его? – он поднял голову и посмотрел на девушку. Амели молчала. – Амели, он не такой, каким кажется. Он может быть жесток и деспотичен, он может ударить. Ты пожалеешь об этом выборе. – И тебе не стыдно? Он, вообще-то, твой брат. – Нет, мне не стыдно. Я знаю каким он может быть, я не хочу, чтобы ты пострадала. – Он деспот, а ты алкоголик и бабник. Мы все не идеальны, – сказала Амели. – Даже если все так, как ты говоришь, это ничего не меняет. Если я снова ошиблась, то это будет моя ошибка и мне с этим разбираться потом. Тебе следует пойти и убрать за собой, – с этими словами Амели пошла вниз.       На удивление парень все-таки пришёл вниз спустя время и молча стал убирать воду с пола – лёд давно растаял.       Телефон Эймонда зазвонил и парень отошёл в гостиную. Амели и Хелейна в это время убирали посуду на кухне. – Мне нужно уехать. В институте потеряли мою зачетную книжку, – сказал он, когда вернулся. – Поехать с тобой? – спросила Амели. – Нет, я быстро.       Девушки устроились на ковре в гостиной, болтая на отвлеченные темы. – Меня Роб позвал на свидание. Я боюсь идти, – сказала Хелейна, понижая голос. – Боишься? – Я не так выразилась. Я переживаю. Мы вроде давно знакомы, общаемся, но мне все равно кажется, что я скучная. – Иди и не думай. Отказаться всегда успеешь. – У тебя все хорошо? Ты бледная и какая-то уставшая, – сменила вдруг тему Хелейна. – Я просто не спала ночью. – Не спала? Почему? – Хел, – Амели усмехнулась и изогнула бровь. Девушки долго смотрели друг на друга, а потом до Хелейны, наконец, дошло и она медленно расплылась в улыбке. – Что, серьёзно? – понизив тон спросила она. Хелейна вдруг оттянула ворот футболки Амели и заглянула, а потом засмеялась ещё сильнее. – Что ты делаешь? – девушка вернула футболку на место.       Они ещё немного поговорили и Амели решила пойти лечь спать. Поднявшись на свой этаж, она почти столкнулась с Эйгоном, который собирался идти вниз. – Как рука? – спросила она. – Болит, – коротко ответил он. Амели взяла его за руку и подняла рукав рубашки. Ожог оставлял желать лучшего, поверхность стала бугристой и покрылась волдырями. –Амели, прости меня... за то что толкнул тебя. – Всё в порядке, я не обижаюсь. Тебе стоит показаться врачу, – девушка отпустила его руку. – Я пойду.       Она зашла в свою комнату и, не долго думая, улеглась на кровать, свернулась калачиком и мгновенно заснула. Проснулась она уже под вечер и сразу села, пытаясь понять какой сейчас век. Спать днем – паршивая идея. Девушка пошла в ванную, чтобы умыться и хоть как-то взбодриться. Холодная вода и правда помогла – глаза стали чуть шире. Амели вышла во двор и свернула к беседке. – Я так понимаю, сон на пользу не пошёл? – рассмеялась Хелейна, увидев подругу. – Чтоб я ещё хоть раз легла днем, — недовольно пробубнила она в ответ. Амели заметила, что рука Эйгона перемотана бинтами. – Я думал они мне гипс наложат, – сказал он, перехватив её взгляд. – У тебя на самом деле сильный ожог. Болит? – Терпимо, – махнул он рукой.       Амели внутренне порадовалась тому, что парень пришёл в себя и перестал ломать комедию. Вздохнув она подошла к Эймонду, который курил сидя на скамейке и встала между его ног, обнимая. – Нашел зачётку? – спросила Амели, утыкаясь в его макушку лбом. – Да, – кивнул он. – Они случайно убрали её в ящик, где лежит третий курс. – Давно приехал? – Достаточно, – кивнул он. – Ты так сладко спала, я не стал тебя будить. Почему ты легла у себя? – В смысле? А где мне надо было лечь? – Амели отстранилась и посмотрела на него. Все это время они говорили почти шёпотом. – Я хочу, чтобы ты жила в моей комнате. – Хоти, кто тебе запрещает, – ответила девушка, нервно усмехаясь. – Не думаю, что стоит так поступать. Это будет выглядеть странно со стороны. Да и потом, мне нравится моя комната, я не хочу переезжать. – Что странного в том, что люди, которые любят друг друга, живут вместе? С Криганом же ты жила. – Эймонд, не начинай, – зашипела она. – Мне неприятно говорит об этом и ты прекрасно знаешь это знаешь. – Ты не хочешь жить со мной или стесняешься того, что скажут люди? – Я не хочу снова говорить с твоей мамой о том, что мы торопимся. Подумай, как это выглядит со стороны? Твои родители взяли меня жить к себе, помогли мне и моему отцу, а я сплю с их сыном. – Да плевать как это выглядит. Я хочу, чтобы ты жила в моей комнате. – А чего я хочу, ты не хочешь спросить? – девушка отодвинула его руку со своей талии и ушла к Хелейне, которая сидела на газоне. – Ну что, решила что-то на счёт Роба? – спросила Амели у подруги. – Я решила согласится. В конце концов, раз он меня позвал, значит я ему нравлюсь. – Ты в этом сомневалась? Милая, да он почти год убивается по тебе. Иди сюда, – Амели сели ближе к подруге и обняла её, а потом поцеловала в волосы. – Хелейна, ты замечательная.       На улице стемнело и стало прохладнее, девушки продолжали сидеть на земле и обнимать друг друга. Хелейна повела плечами. – Замёрзла? – спросила Амели, растирая её плечи. – Прохладно, – кивнула она. – Эйгон, там где-то лежал плед, ты не принесёшь? – Конечно, – кивнул он сестре и вскоре подошёл к девушкам. – Вот, – он вдруг сам накинул плед на их плечи и сел рядом. – Спасибо, – сказала Амели. – Что сказал врач? – Прописали какие-то мази и сказали ходить на перевязки. – Извини ещё раз, я не хотела. Чёртов стул. – Да ничего, пройдёт. Хорошо, что на тебя или Хелейну не попало, она ведь рядом сидела.       Амели вскоре ушла к себе, голова так и оставалась тяжёлой после дневного сна и она решила лечь спать. Быстро приняв душ, она расстелила постель и заползла под одеяло. Девушка почти заснула, когда услышала шорохи. Почему-то ей стало страшно и она побоялась открыть глаза. Она открыла их лишь тогда, когда почувствовала, что по её коже прошлось чье-то дыхание и тут же вскрикнула – в паре сантиметров от её лица был Эймонд. – Ты с ума сошёл?! – Испугалась? Извини, – как-то безразлично проговорил он. – Мне нравится смотреть как ты спишь. Такая красивая, беззащитная. – Эймонд, я хочу спать, – сказала она, намекая на то, чтобы он ушёл к себе, но он, кажется никуда не собирался. – Я буду мешать? – он начал снимать футболку. – Мне казалось, что мы друг друга поняли. Ты торопишься и давишь на меня, – проговорила Амели, но он будто бы не слышал её. Парень обошёл кровать и лёг сзади девушки, крепко прижимая её к себе. Его губы прислонилась к уху Амели и она оцепенела. – Ты моя женщина, помнишь? Ты же моя? – Твоя, – шёпотом проговорила она. Он вдруг переместил руку на её горло и слегка сжал. – Никогда больше не любезничай с моим братом. Ты моя и только моя. Поняла меня? – Да. – Умница, – он отпустил её горло. – Если будешь меня слушать, я сделаю и дам тебе все что ты захочешь, буду любить тебя, сделаю счастливой. Но если ты меня предашь, ослушаешься – я тебя убью, поняла? – Да. – Я прощаю тебе твоё поведение на первый раз, но только потому что до этого ты вела себя идеально, – продолжал он говорить низким голосом, касаясь её уха губами. – Спасибо, – отозвалась она. – Твой шёпот, – протянул он. – Он сводит меня с ума. Я тебя люблю, – сказал он, улыбаясь. Амели подняла на него глаза, полные обожания и двинулась вверх.       Эймонд быстро понял, что главной его манипуляцией являются именно эти слова. Девушка теряла всю свою волю, когда он говорил ей, что любит. Он вдруг увидел, что она плачет и его это напугало. – Почему ты плачешь? – спросил он. – Я чем-то обидел тебя? – Нет, – шёпотом ответила она. – Моя милая, ты можешь говорить в голос. – Тебе ведь больше нравится, когда я говорю шёпотом. – Мне нравится твоя послушность, но тебе не обязательно делать только то, чего хочу я. Не плачь, моя женщина не должна плакать.       Она принялась вытереть слезы ладонями. – Почему ты плакала? – Потому что ты сказал, что любишь меня. – Глупая, из-за этого не нужно плакать, – он провел по её щеке. – Ты хотела, чтобы я ушёл? Мне уйти? Хочешь побыть одна? – Нет, нет, нет. Не уходи, пожалуйста.       Ночной сценарий повторился в который раз. Амели почувствовала, как ее тело расслабляется в истоме, а потом резко открыла глаза. – Эймонд, – испуганно позвала девушка, ощущая как в неё хлынула вязкая жидкость. – Что? – Мы ведь должны предохраняться. – Я забыл надеть, извини. И вообще, это ты бросилась на меня, разве я мог отказать тебе. Придётся отвечать за свои поступки. – Эймонд! – она толкнула его в плечо. – Что? Боишься? – он провел по её щеке. – Неужели ты думаешь, что я брошу тебя, если ты залетишь? Не переживай, я так не поступлю.       Амели уложила голову ему на грудь и крепко обняла. – Точно не бросишь? – Никогда. Ты теперь никуда не денешься от меня. Ты только моя, забыла? Моя женщина, – он прижал её крепче.       Когда она проснулась, то в комнате было пусто. Амели села в кровати и посмотрела по сторонам. У неё невыносимо болела голова и она зажмурилась. Распахнулась дверь и на пороге появился Эймонд. – Давно проснулась? – спросил он, садясь рядом с ней. Амели покачала головой. – У меня так болит голова, просто ужасно, – пожаловалась она. Парень вдруг встал и направился к выходу. – Куда ты? Не уходи. – Я на минуту, – он и правда вскоре вернулся и принёс стакан воды. Эймонд снова сел рядом с ней и протянул ей воду, а в другую руку вложил таблетку. – Вот, выпей. – Это от головы? – Пей, – он подтолкнул к ней стакан. Пока она пила, он внимательно наблюдал за ней, а потом поцеловал в лоб.

***

      Мартин Легран прибыл в страну рано утром. Амели должна была ехать в главный офис компании, чтобы встретиться с отцом и чем меньше часов оставалось до встречи, тем сильнее она переживала. Она ждала звонка, сидя на кухне, когда ощутила, как на её плечи опустились тяжелые мужские ладони. – Жаль, что я не могу тебя проводить, – сказал Эймонд. – У тебя ведь могут быть свои дела, а у меня свои, – демократично отозвалась она. – Я не думаю, что это надолго. Стефан уехал в аэропорт, чтобы встретить отца, так что назад я вернусь с ним. – Вызвать тебе такси? – спросил парень. – Нет, я доеду на метро. – Подвезти? – спросил вдруг Эйгон. – Я тоже еду в офис. Отец попросил присутствовать меня на заседании совета директоров.       Амели бросила короткий взгляд на Эймонда и увидев, как он утвердительно мотнул головой, кивнула. – У тебя все хорошо? – спросил Эйгон, когда они уже сидели в машине. – Да, а почему ты спрашиваешь? Опять будешь говорить, что Эймонд тиран и что мне надо делать ноги? – Я просто хочу чтобы ты знала, что если что-то случится, я помогу тебе, хорошо? – Иногда мне кажется, что вы с Эймондом совсем друг друга не знаете. – В том и дело, что мы с ним знаем друг друга слишком хорошо. Я знаю о нем то, чего не знает никто. Хотя, возможно, Хел, но все равно не в такой степени как я, – Эйгон вцепился в руль пальцами, внимательно глядя на дорогу. – Ладно. Я прохожу практику в компании, месяц буду ездить туда почти каждый день, так что могу подвозить тебя, когда тебе нужно будет увидеть отца. – Я буду иметь ввиду, спасибо.       Амели нервно перебирала пальцы, поднимаясь на нужный этаж офиса на лифте. Когда она оказалась напротив двери, то рвано выдохнула и потянула за ручку. В кабинете Визериса Таргариена находился сам хозяин компании, отец Амели и ещё несколько сотрудников. Амели и Эйгон тихо вошли и Мартин тут же посмотрел на дочь. Девушка сразу заметила изменения в его лице. Мужчина заметно похудел, под его глазами залегли плотные мешки, а кожа стала какой-то жёлтой. Сердце сжалось. Она посмотрела на папку в руках Эйгона. В ней находились документы, содержащие компромат на Мартину. Несмотря на подпортившиеся отношения, Эйгон помогал ей и Надие копать под женщину. Сейчас они собирались отдать в руки Мартина все, что успели найти. – Коллеги, до заседания осталось менее получаса. Я предлагаю сделать перерыв на кофе, – сказал Визерис и все, кроме Амели, Мартина и Эйгона покинули кабинет.       Последний сел за компьютер отца и начал что-то искать там, а Амели посмотрела на Мартина. – Прости меня... – сказал мужчина, обнимая дочь за плечи. – И ты меня прости. Я не должна была тебя бросать, – отозвалась девушка. – Мартина приехала с тобой? – Да, но я попросил её остаться в отеле. Я знаю, что ты была бы не рада видеть её. Мне жаль, что я не смог наладить между вами отношения. Всё это так неправильно. Вы обе мне дороги. Я знаю, что Мартина никогда не заменит тебе мать, но я бы хотел, чтобы вы хотя бы были подругами.       Амели услышала искреннее сожаление в голосе отца. Это заставило её внутренне сжаться. В этот момент она поняла, что её отец любит свою жену. И девушка знала, что те документы, которые находились в папке, лежащей на столе, разобьют ему сердце. – Несколько дней у нас будут идти заседания, а потом Мартина улетит обратно во Францию. Я попросил отпуск, я останусь здесь. Мы проведём время вместе, – снова заговорил мужчина. Он как-то тяжело вздохнул. – А потом мы можем вместе слетать домой. Ты столько времени там не была. Амели, – он рвано выдохнул, хватаясь за плечо дочери. – Отец? – она встревоженно посмотрела на него. – Ам... Амели... Амели, – мужчина повис на ней, пытаясь что-то сказать. – Дочка.       Рядом с ними тут же оказался Эйгон, который подхватил тело мужчины, укладывая его на пол. Амели трясущимися руками начала вызывать скорую. Вскоре они оказались в больнице. Легран сидела в коридоре и рыдала на плече Эйгона, захлебываясь от слез, когда появилась Мартина. – Как он? Что сказал врач? – спросила женщина. Амели бросила на неё недовольный взгляд и вдруг схватила её за воротник блузки. – Что ты сделала с моим отцом, сучка? – прошипела Амели. Эйгон тут же схватил Легран за плечи, оттаскивая её назад. – Тихо, тихо, – сказал он. – Тебя выгонят, если ты сейчас устроишь здесь разборки.       В этот момент из палаты вышел врач. – У вашего отца был сердечный приступ. Сейчас опасность миновала. – Он в сознании? Я могу увидеть его? – спросила Амели. Врач кивнул ей и она бросилась в палату.       Мартина попыталась пойти за ней, но её вдруг схватили за плечо. – А вас я попрошу остаться, – сказал Эйгон. – Да как ты смеешь, сопляк! – она задохнулась от возмущения. – Выбирайте выражение, леди, – наигранно улыбаясь отозвался Эйгон. Он "заботливо" поправил воротник её блузки. – Не забывай кто я, а кто ты. И не забывай о том, что ты сделала. Ещё одно слово и я отнесу компромат не Мартину, а сразу своему отцу. Интересно, какой срок тебе дадут. – Вы заигрались, дети. Вы не знаете с кем связались. – Да что ты, – протянул он. – Так страшно. Сейчас обделаюсь. – Какие-то проблемы? – раздался голос Стефана.       – Нет, – покачал головой Эйгон. – Стефан, будь так добр, сопроводи Мартину обратно в её номер в отеле. – Всё будет сделано в лучшем виде, – улыбнулся водитель. – Леди, позволите?       Стефан схватил женщину за руку и повёл её к выходу, подмигнув Эйгону на прощание.       Вскоре Амели вышла от отца. Она все ещё всхлипывала, но ей стало значительно лучше, она смогла успокоиться, увидев, что ему ничего не угрожает. – Ты сказала ему? – спросил Эйгон, открывая перед ней пассажирскую дверь своей машины. – Нет. Он в таком состоянии, я не смогла, – сказала Амели. – Он любит её и если я скажу ему об этом сейчас, то он не переживёт. – Я понимаю, но советую не затягивать с этим разговором. Иначе эта тварь ещё что-нибудь выкинет. – Если она что-нибудь выкинет, я выкину её в окно.

***

      Мартина выписали спустя неделю. Он отправил жену домой, а сам, как и обещал, остался с дочерью. Почти сразу же ему бросились в глаза её отношения с Эймондом. – Я все искала повод сказать тебе, – Амели усмехнулась, глядя на отца. Они сидели в кофейне за столиком. – Я на самом деле рад. Кажется, он неплохой парень, – Мартин спрятал улыбку в чашке. – Надеюсь, что у вас все сложится. – О, пап, мы просто встречаемся, – она закатила глаза. – Мне почти перевалило за пятьдесят и, если честно, я был бы рад внукам. – Пап, – девушка захихикала и бросила в него скомканую салфетку. – Тем более я буду рад отдать тебя в руки этой семьи. Я знаю Визериса столько лет и я был бы спокоен, зная, что рядом с тобой кто-то есть. Ты ведь видишь, что происходит со мной. Я не хочу, чтобы ты осталась одна, если со мной что-то случится. – Не смей об этом даже думать, – отрезала девушка. – Врачи говорят, что у тебя нет поводов для паники. – Я знаю, просто в последнее время я стал задумываться об этом. Ты слышала о том, что отец Кригана скончался на прошлой неделе? – Что? – опешила Амели. – Да, – кивнул Мартин. – Это случилось так неожиданно. – А как же компания? Он ведь владел таким большим пакетом акций. – Криган встал на его место. Сейчас готовят документы, но уже с конца августа он станет полноправным владельцем. Алисента не говорила тебе? – О чем? – 25 августа в доме Таргариенов состоится вечер памяти отца Кригана. Он ведь один из основателей компании. Мы хотим отдать ему дать уважения. Приедут все владельцы и значимые лица.       Амели скивилась, "предвкушая" встречу со Старком.

***

– Как прошла встреча с отцом? – спросил Эймонд, садясь на кровать рядом с ней. – Мы весь день гуляли, – ответила Амели. – Кажется, ты ему нравишься, – усмехнулась она. – Правда? – парень приподнял бровь. – Он начал говорить про свой возраст и внуков, – скривилась Амели. – Кстати, ты знал, что в конце августа в вашем доме пройдёт вечер памяти Старка? – Я мало интересуюсь делами компании, – ответил Эймонд. Он поднялся с кровати и сел за стол, открывая ноутбук.       В комнате повисла тишина. Амели переписывалась с Надией. Последняя написала Легран о том, что нашла новые материалы по делу Мартины и отправила ей файл. Амели несколько раз попыталась открыть его через телефон, но формат не поддерживался. – Я могу воспользоваться твоим ноутбуком? – спросила Амели. – Надия прислала мне документы, телефон их не читает. – Конечно, – кивнул Эймонд. Девушка отправила файл на почту Эймонду и села за стол рядом с ним. – Вот сучка! – прошипела Амели, спустя пару минут чтения.       Выяснилось, что Мартин не передавал никаких прав Мартине. Женщина подписывала документы от его имени и никто этого не замечал из-за того, что у них были одинаковые фамилии и первая буква имени. Даже документ о передаче прав владения счета матери Амели был подписан "Легран М". – Дай флешку, – попросила Амели. Она быстро скопировала документ и решила, наконец, пойти к отцу. – Мне пойти с тобой? – спросил Эймонд, вставая со стула. – Да, – бросила Легран. Она уже почти закрыла крышку ноутбука, когда её взгляд зацепился за папку на рабочем столе – Гвейн. Времени и возможности открыть её не было. Амели решила сделать это позже.

***

      В кабинете Визериса собрались почти все члены семьи, кроме Хелейны и Дейрона. Мартин долго изучал документы, которые перед ним положил Эйгон, но когда взглянул на экран и увидел документ, присланный Надией несколько часов назад, он схватился за голову. Амели видела, как глаза отца округляются все больше и больше. – Как такое вообще возможно?! Куда смотрели юристы? – возмутился мужчина. – Она воспользовалась тем, что у вас одинаковые фамилии и первые буквы имени, – отозвался Эйгон. – Но ведь за каждого сотрудника закреплён код. Коды у нас разные. Почему никто не проверил этого?! – Никто не думал, что кто-то станет заниматься подобным, – подал голос Визерис. – Но все виновные понесут наказание. Я всех уволю завтра же. – Мистер Легран, – раздался голос Стефана. Водитель стоял на пороге кабинета. – Вам звонит ваша жена. Если вы заняты, я попрошу её перезвонить вам позже.       Мартин поднялся и в несколько больших шагов оказался рядом со Стефаном. – Она как никогда вовремя, – съязвил Мартин, выхватывая телефон.       Все проводили мужчину взглядом, а вскоре из коридора послышались звуки ругани. Старший Легран не выбирал выражений, выясняя отношения с супругой. – Стефан, побудь с ним, – подала голос Амели. – Я боюсь, что ему снова станет плохо. – Не беспокойтесь, я прослежу за ним, – водитель удалился. – Вы большие молодцы, что нашли все это, – сказал Визерис, глядя на сына и Амели. – Это все Эйгон и Надия, – ответила Легран, обхватывая голову руками. – Кто такая Надия? – спросила Алисента. – Моя подруга. Мы случайно познакомились с ней. Когда Мартина подослала людей, чтобы выкрасть диктофон, я обратилась к ней за помощью.

***

      Мартин Легран подал на развод. Процесс был не быстрым, потому что Мартина пыталась отсудить у него имущество. Женщину уволили из компании, а вместе с ней и добрый десяток юристов, позволивших ей творить дела за спиной мужа и других владельцев компании. Амели переживала за отца, везде сопровождала его, но в душе радовалась тому, что Мартина наконец-то получила по заслугам.       Между тем лето подходило к концу. Все готовились к началу учебного года и к вечеру памяти Рикона Старка.

***

      За день до мероприятия Амели не могла уснуть. Она долго лежала, глядя в потолок и думала о предстоящем дне. Во-первых, она переживала за отца. Мартин должен был сразу после мероприятия ехать в аэропорт, чтобы улететь во Францию и развестись с Мартиной. Амели долго думала и в конце концов, поняла, что у неё нет другого выхода, кроме как отправить вместе с ним Стефана.       Второй причиной её переживаний был Криган. Амели радовалась тому, что находится с ним в одном доме ей придётся не долго. Гости должны были приехать к семи часам вечера и уехать около полуночи.       Утром девушка проснулась от того, что её кто-то настойчиво целует вдоль позвоночника. Она обернулась и увидела Эймонда, который был уже одет. – Ты куда-то уходил? – сонно спросила она. – Не на долго, – проговорил он. – У меня кое-что есть для тебя, – Эймонд вдруг протянул ей цветы. Огромный букет белых пионов. – Хелейна на днях сказала мне, что тебе нравятся пионы. – Спасибо, – Амели опешила, а потом обняла его. – Нужно попросить вазу у твоей матери. – О, ты меня недооцениваешь, – он кивнул на стол и девушка увидела геометрическую вазу из прозрачного стекла. – Ты как всегда позаботился обо всем, – она положила цветы на постель и одним ловким движением оказалась на его коленях. – Спасибо, мне очень приятно. – Если ты будешь смотреть на меня такими глазами, я куплю тебе все пионы, которые растут в этом мире. – Тебе не нужно этого делать. Я и без этого готова так смотреть на тебя.       Они долго целовались, а потом девушка ушла в душ, когда она вернулась Эймонд все ещё был в её комнате. – Когда ты уже переедешь ко мне? Два месяца прошло, – спросил он, вставая за её спиной. Девушка расчесывала волосы. – Мы и так спим вместе, либо у меня, либо у тебя. Какая разница где лежат мои вещи? – Я хочу, чтобы ты каждое утро стояла голой, глядя в зеркало в моей комнате и расчесывала волосы, а не уходила за расческой к себе. Чтобы ты выбирала одежду глядя в мой шкаф и чтобы твои бесконечные пробирки с духами лежали на моей тумбе. – У тебя такая маленькая тумба, что они там не уместятся, – усмехнулась она. – Я куплю новую, побольше, – пробормотал он, утыкаясь в её волосы, которые за эти месяцы отросли и лежали на плечах девушки. – Ладно, мы поговорим об этом позже. Можешь выполнить другую мою просьбу? – Мне нужно для этого раздеваться? – задумчиво спросила девушка и Эймонд засмеялся. – Я так часто прошу тебя об этом? – Мы часто спим, иногда даже слишком, – улыбнулась Амели. – Но у меня нет к этому претензий. – Ещё бы у тебя были претензии. Но я хотел попросить не об этом, – он развернул её к себе лицом. – Надень вечером те туфли в которых ты была на дне рождения Эйгона. – Ты запомнил во что я была одета? Это было так давно, – девушка изогнула бровь. – Конечно, запомнил. Я почти взял тебя тогда на лестнице. – Очень смешно.       Девушка закончила приводить себя в порядок и взяла в руки вазу, в которую уже успела налить воды. – Хочешь взять их вниз? – спросил Эймонд. – Да. Большую часть дня я проведу внизу, хочу смотреть на них, – кивнула она и пошла вниз по лестнице.       Из гостиной доносились голоса, среди которых Амели узнала голос отца и улыбнулась, прибавив шаг. Девушка стояла на последней ступеньке лестницы, когда увидела отца, Визериса, Алисенту, Эйгона и... Кригана, который медленно обернулся, когда отец позвал Амели по имени. Ваза рухнула из её рук, разбиваясь на мелкие осколки, вода разлилась, цветы рассыпались по полу. – Амели, я тебе сейчас все объясню, – сказал отец, но девушка уже бежала вверх по лестнице. Она закрылась в своей комнате и прижалась спиной к двери. – Амели, открой, – позвал Эймонд. Девушка молчала. – Амели! Я её сейчас выбью! – по двери разнесся удар, такой сильный, что девушка отшатнулась. – Пожалуйста, открой эту чёртову дверь!       Амели вздохнула и впустила Таргариена внутрь. Он сразу же обхватил её лицо руками и поцеловал в лоб. – Что он здесь делает? – тихо спросила она, прислонившись лбом к его губам. – Я не знаю. Амели? – спросил встревоженно Эймонд. – Ты ведь меня любишь? – Ты серьезно? Тебя правда интересует это сейчас? – Амели, ответь. Ты мне ни разу этого не сказала за эти месяцы. – Ты глупый, Эймонд. Очень, очень глупый. Неужели было непонятно, – она обхватила его лицо в ответ и провела губами вдоль его шрама. – Я люблю тебя.       Они целовались до тех пор, пока в дверь не постучали. На пороге появился Мартин. – Ты не дашь мне поговорить с дочерью? – спросил мужчина и Эймонд, кивнув ему, вышел. – Амели, послушай, я все сейчас тебе объясню. Ты ведь знаешь, что его отец... Отошёл от дел и все акции перешли к нему, я не могу не поддерживать с ним отношения, пойми это. – А здесь он как оказался? – Он очень просил увидеться с тобой и Визерис позвал его на кофе. – Мне не о чем с ним говорить. – Я знаю, как он поступил с тобой, но я не вечный, дочка. Когда-то моя часть компании отойдёт тебе и, хочешь ты того или нет, тебе придётся решать рабочие моменты с ним и с детьми Визериса. Никто не просит тебя дружить с ним, но вы не должны быть врагами.       Амели долго разговаривала с отцом, а потом он сказал, что ему пора и что он вернётся вечером.       Эймонд сразу же вернулся в комнату и внимательно посмотрел на Амели. – Что? Ты ведь все слышал, – утвердительно сказала девушка. Она села на кровать и заплакала. Эймонд встал на колени перед ней и заглянул в её лицо. – Прости меня, Эймонд. – За что? – Твой подарок, – она громко всхлипнула. – Мне так жаль. – Дура, – он обнял её и выдохнул.       Эймонд думал, что она скажет сейчас что-то в духе "нам надо расстаться", "я все ещё люблю Кригана". – Черт с ней с этой вазой и с цветами тоже. Хватит, не плачь. Моя женщина не должна плакать. – Я сейчас успокоюсь, правда. Я просто... просто, – она уткнулась в его плечо, не в силах набрать воздух, чтобы продолжить говорить. – Я врала маме. Он бросил меня и я врала маме. Говорила, что он уехал по работе, я не хотела её расстраивать, маму бы это убило. И я врала ей до последней минуты её жизни. Она билась в агонии, я держала её за руку и она желала мне счастья с ним, семью, детей. Говорила, что уходит спокойно, потому что оставляет меня в надёжных руках. А я смотрела ей в глаза и врала. Я ненавижу его за это. – Я думаю, что твоя мама бы не стала обижаться на тебя. Ты ведь берегла её. Тише, тише, – он гладил её по голове, приближая губы к её уху. – Мы сейчас пойдём вниз, потому что должны. Ты не будешь на него смотреть, он пустое место, слышишь? Я с тобой, ты моя женщина. Ты же моя? – шептал он. – Твоя. Я твоя женщина, а ты мой мужчина. Я тебя люблю, – Амели тоже перешла на шёпот. – И я тебя люблю. Идём, нужно умыться, будет нехорошо, если тебя увидят в таком виде, – он отодвинулся от её уха и девушка начала часто моргать, приходя в себя. – А цветы, все-таки, жалко, – вздохнула она. – Идём, – Эймонд привел её в ванную и заставил умыться, а потом повёл вниз. – Пустое место, помнишь? – тихо сказал он ей, когда они шли по последней лестнице и Амели кивнула.       В гостиной на диване сидел Старк, а рядом с ним Эйгон и Алисента. Дейрон и Хелейна были на кухне, они завтракали. Амели встала у разделочного стола, спиной к гостиной. – Кофе? – спросила Амели, глядя на Эймонда. – Да, – кивнул он. Парень подошёл к ней и положил руки на её плечи, будто бы закрывая от тяжёлого Старковского взгляда, который она ощущала с первой секунды, как вошла на кухню. Завтрак прошёл почти молча. Хелейна иногда пыталась как-то разрядить обстановку, но вышло не очень.       Алисента вошла на кухню и её окликнул Эймонд. – Мам, нам надо уехать не на долго, – он сделал особое ударение на слово нам. – Ты не против? Или тебе нужна помощь? – Нет, езжайте по делам. Скоро придут Сара и Эмма, они помогут мне, – отозвалась женщина. – Идем, – Эймонд взял Амели за руку и повёл к выходу. – Куда мы? – спросила девушка, когда они сели в машину. – Хочу исправить мой подарок, – сказал Эймонд и завёл мотор. Они остановились около цветочного. – Я скоро. – Ты взял меня с собой, чтобы я сидела в машине? – усмехнулась Амели. – Я взял тебя с собой, чтобы не оставлять с ним под одной крышей. Ты хочешь выбрать со мной? – Не выбрать. Просто пойти. – Идем, – он распахнул перед ней дверь.       Когда они зашли в цветочный, Амели остановилась у одной из холодильных камер, разглядывая цветы за стеклом. Она совсем потеряла счёт времени и когда Эймонд позвал её по имени, она вздрогнула. – Всё в порядке? – спросил он, усмехаясь. – Я не услышала, что ты подошёл. – Держи, – он отдал ей в руки цветы, наблюдая за её реакцией. Девушка улыбнулась и уткнулась в них носом. – Спасибо.       Пока она садилась в машину и укладывала цветы на коленях, Эймонд положил вазу, завернутую в бумагу на заднее сидение и сел за руль.       К середине дня Амели привыкла к Кригану, который продолжал сидеть на диване в гостиной. Девушка, вместе с детьми Алисенты, помогала ей готовиться к вечеру. Помимо них на просторах дома трудились две горничные – Сара и Эмма. Кто-то включил музыку "для бодрости" и это разрядило обстановку. Единственное что напрягало Амели – две пары глаз, вечно направленные на неё. Криган и Эймонд сверлили её взглядом. Её и друг друга. Старк несколько раз предлагал помощь, но Алисента улыбалась ему и говорила, что не стоит, что он гость и прочие дежурные фразы.       К вечеру Амели отправилась в ванную, собираясь принять душ перед началом мероприятия. Стоило ей начать раздеваться, как в помещении появился Эймонд. – Ты чего? – спросила Амели, закрыв грудь руками. Парень молча шагнул к ней, но она увернулась, прижимаясь спиной к холодной стене. – Нет, не сейчас, пожалуйста. – Я хочу тебя, – тихо проговорил он, подойдя к ней вплотную. – Дождись ночи. Пожалуйста, скоро придут гости. Мне нужно собираться. – Ладно, – он тяжело вздохнул и вышел.       Амели быстро приняла душ, привела себя в порядок и пошла в комнату. Она ни сколько не удивилась лежащему на её кровати Эймонду и принялась за макияж. Делать что-то грандиозное не хотелось, так что чёрные стрелки и красная помада пошли в ход. После этого девушка уложила свои кудри и пошла одеваться. Она снова выбрала чёрное платье. Амели вышла из-за шкафа, держа туфли в руках. Подойдя к кровати, она опустила их на тумбу и повернулась к Эймонду спиной. – Помоги, – сказала она, намекая на молнию. Парень застегнул замок и оставил несколько поцелуев на её шее. – Сядь, – сказал он вдруг. Амели опустилась на кровать, а Эймонд встал перед ней на колени. Он взял туфли в руки. – Сколько здесь сантиметров? – Кажется, пятнадцать. Я уже не помню, — ответила Амели, пожав плечами. Эймонд вдруг взял её ногу и надел сначала одну туфлю, а потом другую. Он выпрямился и протянул ей руку, помогая встать. Даже с учётом каблуков, девушка была ниже Эймонда. – Ты идеальна, – сказал он, оглядев её с ног до головы. – Спасибо, – девушка обняла его. Парень провел пальцами вдоль молнии на её спине. – Весь вечер буду представлять как сниму его с тебя. – Идём, тебе тоже нужно одеться, – она взяла его за руку и повела за собой в его спальню.       Девушка наблюдала, как он достаёт одежду из шкафа, как всегда черную. Все это время она опиралась бедрами о стол, а когда он надел рубашку, Амели подошла к нему и стала застегивать пуговицы. Потом она перевела взгляд на галстук и поморщилась. – Что? – Зачем он? Тебе не идет, – сказала девушка и убрала его обратно. Парень в это время надел штаны и Амели снова принялась помогать ему – она заправляла его рубашку в брюки, несколько раз как бы случайно задев его мужское начало пальцами. – Ещё одно касание и гости тебя не увидят, – сказал он, резко притянув её к себе за бедра. – Зато они тебя услышат. – Держи себя в руках, – усмехнулась она. Быстро разобравшись с его ремнем, она оглядела его и поправила воротник у рубашки. – Не хочешь сделать что-то с волосами? – она провела по его уже привычному хвосту. – Нет, – отрезал он и развернул её лицом к зеркалу, вставая за её спиной. – Кажется, неплохо. – Идеально. Идём.       Когда они спустились вниз, то быстро нашли среди толпы Эйгона, Хелейну и Дейрона. Рядом с ними уже крутились сестры Баратеон, а на диване сидел Криган. Амели картинно встала к нему спиной и обвела глазами толпу. – Кто-нибудь видел моего отца? – Они в офисе, скоро приедут, – ответил Эйгон, имя ввиду их отцов. – Тебя, кстати искала моя мать. Она на улице. – Я сейчас, – сказала Амели и направилась к выходу, покачивая бедрами. – Эффектная девушка, – сказала Кассандра ей в след.              Когда Амели вернулась в дом, то повернула голову в сторону гостиной и вспыхнула – Кассандра стояла рядом с Эймондом, уложив руку на его плечо и откровенно заигрывала с ним. Парень тут же ощутил цепкий взгляд своей возлюбленной и усмехнулся. Фыркнув, девушка прошла мимо них, чуть задев плечом Кассандру и направилась к дивану, где сидел Эйгон. Парень тоже наблюдал за этой сценой и когда Амели села рядом с ним, протянул ей фужер. – Спасибо, – сказала она и осушила сразу половину. – Судя по твоему лицу, мой братец не доживёт до утра, – усмехнулся Эйгон. – Заткнись. Просто заткнись. – Брось, она ведь не знает про вас, вот и пристала к нему. Их родители давно хотели женить своих дочерей на ком-то из нас троих. Дейрон ещё мелкий, а между мной и умным Эймондом выбор очевиден. – Смотрел Гравити Фолз? – спросила вдруг Легран. – Эм, да. А что? – Эйгон вскинул брови. – Помнишь "у вас два сына, один гений, а второй сидит в коридоре"? – Ты мастер делать комплименты, – фыркнул Таргариен. – Обиделся? – спросила Амели, осушив вторую половину фужера. – Нет, конечно. Я знаю, что я идиот. – На идиота сейчас больше похож твой брат, который решил позлить меня, – Амели вдруг ближе придвинулась к Эйгону, оставляя пару сантиметров между их губами, заставляя парня нервно сглотнуть и замереть с приоткрытым ртом. – Передай своему брату от меня привет, – девушка надавила на подбородок парня, заставляя его закрыть рот и встала с дивана.       Эймонд продолжал наигранно любезничать с Баратеон и Амели вышла на улицу. Девушка села на скамейку в беседке и закурила. – Я думал, что ты бросила, – раздался голос за спиной, заставляя её сжаться внутренне. Быстро совладав с эмоциями, Амели натянула маску безразличия на свое лицо и продолжила курить. – Я знаю, что поступил ужасно, что уже ничего нельзя исправить, но я хочу объясниться. – Засунь себе свои желания вместе с объяснениями куда подальше и проваливай. – Амели, – он коснулся её плеча и девушка тут же вскочила на ноги, делая несколько шагов назад. – Не смей ко мне прикасаться! Не смей! Проваливай туда, где ты был все это время, понял! Мне уже не пятнадцать, чтобы верить тебе. – Я знаю, я и не прошу верить мне. Прошу лишь выслушать. – Зачем?! – Потому что все это время меня тянуло это за душу. – За душу?! Криган, у тебя нет никакой души! Ещё шаг и я кину тебе в голову пепельницу! Прочь с дороги! – Амели, – снова попытался он. – Ты плохо слышишь? – прогремел голос Эймонда. – Отойди от неё.       Криган обернулся и они с Таргариеном долго смотрели друга на друга. Сдавшись, Старк молча ушёл. Эймонд подошёл к Амели, но она вдруг возвела ладонь между ними. – Если ты считаешь, что это смешно, то это ничерта не смешно, Эймонд! – Тебе так идёт ревность, ты бы знала, – нахально улыбаясь, сказал он. – Да пошёл ты! – Амели хотела обойти его и вернуться в дом, но он преградил ей путь. – Мы просто разговаривали. Это не повод меня посылать. – Правда? Мне ты запрещаешь общаться даже с твоим братом. – Потому что ты моя женщина. – Да иди ты к черту! Женщина, женщина, я не хочу больше быть твоей женщиной, раз ты так себя ведешь, – бросила она. Эймонд резко развернул её, вставая за её спиной и прижался губами к её уху. – Нет, ты моя женщина. Ты любишь только меня, ты хочешь только меня, ты никуда не уйдёшь. Слышишь меня? – Да. – Никогда больше такого мне не говори, поняла? – Да. – Ты меня расстроила, я же просил не любезничать с Эйгоном, – он сжал её предплечье. – Мм, мне больно, – тихо сказала девушка. – Эймонд, пожалуйста, отпусти. Мы просто разговаривали, я ничего не сделала. – Это все не то. Подумай хорошо, что тебе нужно сказать, – он ещё сильнее сжал её руку. – Прости меня. Прости, прости, прости, – зашептала девушка. – Я прощаю тебя, но только потому что у меня сегодня хорошее настроение. Это был последний раз, запомни, – он отпустил её руку и обнял. – Я больше не буду. – Я верю тебе. Идём в дом.       Амели очнулась в гостиной на диване, она плохо помнила, что случилось и как она там оказалась. Списав все на усталость и нервное перенапряжение, девушка отыскала глазами Хелейну и пошла к ней. – Всё в порядке? – спросила девушка. – Ты бледная. – Да, все хорошо.       Вскоре приехал Мартин и Амели почти все время провела с ним. Вечер прошёл хорошо, шла непринуждённая беседа и даже Криган, который, казалось бы, никак не подходил в их компанию, сошёл за своего. Около десяти вечера Амели вышла на улицу, чтобы подышать воздухом и увидела как за ней пошла дочь одного из совладельцев компании. – Ты Кристина, да? – спросила Амели и девушка кивнула. – Тоже надоели эти важные рожи? – усмехнулась Кристина. – Вроде того. Куришь? – Да.       Девушки молча прошли в беседку и вдруг обе переглянулись – Хелейна и Роб целовались, сидя на скамейке. Решив не мешать им, они вернулись к дому и сели на лавочку около входа. – Не помешаю? – раздался голос Эймонда. Он подошёл к Амели и осторожно обнял. – Твой отец скоро уедет в аэропорт. Идём, я хочу поговорить с ним. – О чем? – Идем, – он загадочно улыбнулся.       В доме играла музыка, шла непринуждённая беседа. Было видно, что все хотят спать и вскоре разойдутся по домам и комнатам. Музыка стала тише и все обернулись в сторону аппаратуры – там стоял Эймонд. Он медленно двинулся к Амели и взяв её за руку, вывел в центр комнаты. – Отниму всего минуту вашего времени, – парень смотрел куда-то сквозь, а потом, наконец, сфокусировался на лица Амели. – Несколько месяцев назад я впервые увидел тебя и сразу понял, что ты та самая. Я правда много думал и понял, что не хочу больше жить ни одного дня без тебя. Мистер Легран, я прошу руки вашей дочери, – Эймонд перевёл взгляд на Мартина, тот кивнул ему и парень снова посмотрел на Амели. – Амели, выходи за меня.       Раздался грохот – из рук девушки выпал фужер, разлетаясь вдребезги. Амели смотрела на протянутую ей коробку, потом перевела взгляд на Эймонда, который держал эту коробку, а потом закрыла лицо руками и неловко переступила с ноги на ногу. Таргариен тут же оказался рядом, придерживая её за талию. – Амели? – тихо позвал он её, заглядывая в глаза. – Ты совсем с ума сошёл? – одними губами спросила девушка. Она ударила его ладонью по плечу, а потом обняла и уткнулась в его грудь лицом, пытаясь скрыть слезы. – Господи, ты идиот. Слышишь меня? Ты идиот! Что ты делаешь? – почти шёпотом повторяла она вперемешку с рыданиями. – Ты согласна? – настойчиво спросил Эймонд.       Амели посмотрела на отца, потом на Алисенту и поняла, что у неё нет выбора. – Да, – почти в полный голос сказала Амели. Таргариен накрыл её губы, совсем забыв о том, что они не одни. Музыка стала громче, играло что-то медленное. Эймонд не отрываясь от её губ, осторожно увёл её к окну и подтолкнул, чтобы она двигалась.       Пара медленно раскачивалась из стороны в сторону, хотя иногда они слишком увлеклись поцелуем и замирали. Воздух закончился и они оторвались друг от друга. Эймонд прислонился к её лбу своим и посмотрел в глаза. Он увидел как дрожат её ресницы и губы и улыбнулся – теперь она его, точно его, больше ничья, такая идеальная, нежная, красивая, беззащитная. – Я попросил Эмму подготовить Кригану комнату, – прошептал Эймонд, ухмыляясь. Амели видела, что он пьян. – О, подозреваю, что в его постели ползает змея, – хохотнула Легран. – Нет, там все в лучшем виде. Просто его комната находится прямо под нашей. Ты ведь понимаешь о чем я. – Извращенец.       Когда песня закончилась, Амели посмотрела на присутствующих, пытаясь разгадать эмоции. В основном все улыбались. С недовольным лицами сидели сестры Баратеон и Эйгон, а Криган в открытую пялился на Амели с какой-то жалкой усмешкой. Хотелось плюнуть ему в лицо, вылить на голову фужер вина или врезать ему туфлей промеж глаз, но она понимала, что это будет выглядеть странно. К счастью гости стали расходится и Амели выдохнула, а потом ее глаза зацепились за лицо Касандры, которая облила её презрением и хотела отвернуться, но Легран на ощупь отыскала руку Эймонда и резким движением притянула его к себе, впиваясь в его губы. Как Баратеон выбежала из дома они уже не видели.       Попращавшись с отцом, Амели вдруг вспомнила о совсем забытом важном деле. Она хотела залезть в компьютер Эймонда, чтобы найти хоть что-то о его дяде. Убедившись, что Таргариен занят беседой с каким-то мужчиной, она тихо улизнула и направилась в его комнату. К её счастью на ноутбуке не было установлено никакого пароля и она беспрепятственно включила его. Открыв нужную папку, она начала читать все документы, которые там находились. Это заняло много времени, но ничего дельного она не нашла.       Амели прошиб ледяной пот, когда она увидела документ с названием "Реббека". Открыв его, у неё перехватило дыхание. Там были их совместные фотографии, сохранённые переписки и документы, содержащие таблицы сеансов гипноза. Амели быстро сложила пазл воедино. Он был парой Реббеки. А потом она увидела аудиофайл. Это был тот самый последний разговор с её телефона. Пока она слушала его, по её щекам текли слезы. Девушка бросилась из окна из-за Эймонда.       Амели быстро вставила флешку в гнездо и скопировала всю папку. Она выключила ноутбук и повернулась к двери.       Это был конец.       Эймонд стоял около стены и смотрел на неё. Первое, что Амели поняла – он пьян. – Эймонд, – тихо позвала она и сделала шаг вперёд. – Что с ней случилось?.. Пожалуйста, скажи мне, – Легран медленно шла к нему, чувствуя, как у неё дрожат колени. – Я никому не расскажу. – Именно по этой причине ты скопировала данные? – спросил он металлическим тоном. – Я все объясню. – Что ты мне объяснишь? Что ты как последняя сука врала мне все это время и рылась в моем прошлом? – его голос сорвался и он, резко подавшись вперёд, схватил Амели за горло.       Эймонд прижал её к стене, сжимая пальцы на её тонкой шее и оторвал её ноги от пола. Амели захрипела, пытаясь вдохнуть. Он ударил её затылком об стену и посмотрел в глаза. – Пожалуйста, – прохрипела она. – Заткнись! Я убью тебя!       Он разжал пальцы и Амели упала на пол, упираясь лбом в его колени. Эймонд схватил её за волосы и потянул вверх. – Пожалуйста, не надо! – закричала она и сразу же получила удар по лицу. – Я сказал, закрой рот! Издашь хоть звук и я сверну тебе шею, тварь!       Впервые в жизни Амели в полной мере осознала, что значит искать пятый угол. Он таскал её по всей комнате за волосы, попутно ударяя головой обо все, что попадалась ему на пути. Легран слышала, что внизу играет музыка и понимала, что её никто не спасёт.       Эймонд неожиданно толкнул её к столу и уложил на него. Амели закрыла голову руками, готовясь к новым ударам, но вдруг ощутила, как на её теле рвётся ткань. Она открыла глаза и посмотрела на него. Легран не узнала в нем ни одной знакомой черты. Его лицо превратилось в леденящую душу маску, глаза стали холодными и пустыми, как у мертвеца. Почему-то она подумала о том, что дело не только в большом количестве алкоголя. Это было последнее, о чем она успела подумать, потому что потом он оказался внутри неё. С самого первого толчка девушка ощутила боль. Он вколачивался в её тело, с каждым движением ускоряя темп. В какой-то момент она поняла, что больше не может терпеть и попыталась прикоснуться к нему. – Эймонд, пожалуйста, – прошептала она. – Мне больно. Эймонд.       Он словно не слышал её.       Когда все закончилось, он стоял у открытого окна и курил. Амели сидела на полу, обнимая себя руками и беззвучно плакала. Она чувствовала, как у неё болит все тело и чувствовала кровь под собой. У неё дрожали ноги и кружилась голова. – Ляг на кровать, – его голос заставил её вздрогнуть.       Боясь навлечь на себя его гнев снова, она схватилась руками за стол и попыталась подняться на ноги. Увидев её старания он вдруг подошёл к ней и поднял на руки. Не глядя на неё он положил её на кровать и лёг рядом.              Амели боролась со своим сознанием, заставляя себя не спать, пока не убедилась, что Эймонд заснул. Когда она встала с кровати, увидела под собой внушительную лужу крови. На трясущихся ногах, она подошла к двери и подняла флешку с пола, а потом увидела на спинке стула его футболку. Надев её, она вышла в коридор и оперлась на стену, понимая, что у неё все ещё идёт кровь и что она теряет сознание. Амели пошла в ванную. Находясь почти у самой двери, она поняла, что теряет сознание и опустилась на пол.