Искорка

      Обычно Дайн всегда опаздывал на свидания, чтобы заставить своего ухажёра понервничать и подумать, но за Такэ он заехал не просто вовремя, он приехал к главным воротам школы на съёмном кэбе за полчаса до встречи. Ждать Кара потребовалось всего лишь минут десять. Подойдя к Дайну, Такэ даже решил извиниться:       — Прости, я не хотел заставлять тебя…       — Прекрати, — обольстительно улыбнулся Дайн. — Это я приехал заранее, чтобы ты меня не ждал. Слишком уж мне не терпелось встретиться с тобой.       — Тогда поехали, — замялся Кар. — Ты потрясающе красив сегодня.       — Только сегодня? — забираясь в кэб следом за Такэ, чуть насмешливо спросил Дайн.       — Нет! Ты всегда очень красив, — легко поддался на самую простую уловку Кар.       — Тогда поехали, в этот раз ужин за мой счет, могу себе позволить покормить такого яркого юношу, — улыбнулся Дайн.       Кэб поехал в сторону столицы, давая возможность пассажирам нормально общаться. Такэ весело сообщил:       — Паэль помирился со своим Ли.       — Тебя радует этот факт? — удивился Дайн.       — Конечно, радует: Паэль очень приятный человек, и я хочу с ним дружить, но до того, как он вернулся к Жано, это было невозможно, — не стал скрывать Кар. — А я хочу дружить… Мне нужно с кем-то делиться своими мыслями по поводу лечения или обучения студентов.       — Ты всегда и всем можешь поделиться со мной. Конечно, я не смогу понять и половины того, что ты мне скажешь, но я умею слушать, — улыбнулся в ответ Дайн. — Ради тебя, Кар, я готов даже слушать кровавые подробности операций.       Лекарь улыбнулся, заметив, как слегка передёрнуло его спутника. Кар прекрасно знал, что многим людям, далеким от лекарского искусства, неприятно слушать о внутреннем строении человека, о том, что и как идёт во время операции.       — Я ценю твою готовность, — заверил Такэ. — Но я хочу через Паэля познакомиться с мэтром Ли Жано, он тоже лекарь и нам всегда будет о чём поговорить.       — То есть не только я коварный? — прищурился Дайн.       — Жизнь заставила, — хохотнул Такэ.       Кар любовался своим прекрасным спутником и не скрывал этого, да и Дайн не был против, наоборот он повернулся и чуть подвинулся к лекарю. Такэ же принялся рассказывать о двух своих новых маленьких пациентах. Бывший агент и правда умел слушать и был благодарен лекарю за то, что тот в своём рассказе делал упор на чувства матери и поведения детей. Когда Кар замолчал, Дайн задал ему вопрос, давая возможность высказаться полностью.       Когда кэб остановился у небольшого кафе, Такэ выпрыгнул первым и подал руку своему спутнику. Дайн улыбнулся и оперся о ладонь лекаря, хотя легко бы справился и сам.       — Ты заказал столик? — уточнил Кар.       — На всякий случай заказал, — кивнул бывший агент и, с сожалением отпустив руку Такэ, первым направился в кафе.       Лишь заняв уютный столик на двоих у окна, Кар спросил:       — А почему ты выбрал именно это место? Почему-то мне кажется, что место ты выбрал неслучайно…       — Неслучайно, — не открывая меню, подтвердил Дайн. — Но почему я выбрал именно его, ты узнаешь чуть позже, после ужина. Я уже изучил меню, когда выбирал место, и знаю, чего хочу. Выбирай теперь ты.       — Ладно, но мне теперь очень интересно, что ты задумал, — заметил Такэ, открыв меню.       Кар сколько раз поднимал взгляд от меню, столько же раз сталкивался с внимательным тёплым взглядом невероятных фиолетовых глаз. Такэ, выбирая десерт, чувствовал, как пылают не только щеки, но всё лицо и шея. Кар прекрасно знал, что легко краснеет от смущения и сейчас живо представил, как они выглядят со стороны: лениво-вальяжный юный красавец и смущённо-красный он.       Дайна же смущение Такэ немного забавляло, и он упрямо продолжал любоваться ярко-алым лекарем. Едва Кар отложил меню, как его спутник поднял ладонь, изящным жестом подозвав официанта. Такэ, чуть запинаясь, заказал суп и десерт с фруктовым чаем, а затем ещё гуще покраснел, понимая, что, диктуя свой заказ, Дайн всё ещё смотрит лишь на него, не повернувшись даже на мгновение к официанту.       — Когда принесут твой суп, я отвернусь, — пообещал довольный Дайн.       — Почему? — растерянно уточнил Кар.       — Не хочу, чтобы ты поперхнулся, — улыбнулся обольстительно Дайн, слегка пересев в своем кресле, специально поставив свою ногу между ног Такэ, чтобы тот чувствовал бедром колено собеседника.       — Всё же ты меня ценишь, и живым я тебе симпатичнее? — попытался обольстительно ответить Кар, понимая, что его фраза вышла корявой и какой-то даже гадкой.       — Если ты вздумаешь умереть, то этого я тебе не прощу, — хмыкнул бывший агент и затем доверительно шепнул, подавшись вперёд. — Такэ, тебе не надо пытаться подражать мне, чтобы нравиться. Если ты не заметил, то ты обаял даже принца. А я человек простой… И не скрываю, что ты мне очень нравишься. Таким, какой есть.       — Мне тяжело понять, чем, — чуть виновато отозвался Кар, плотнее прижавшись бедром к колену спутника. — Я слишком обыденный, чтобы быть тебе достойной парой.       — Кар Такэ де Бюси, ты великолепен и мне просто повезло с тем, что ты этого ещё не понял, — покачал головой Дайн, затем быстро облизнул нижнюю, такую четкую, яркую губу, отчего Такэ уставился на рот собеседника.       — Ты очень красив, Дайн, — признал Кар. — Безупречен.       — Дурачок, — улыбнулся тот в ответ. — О, твой суп и мой стейк!       Дайн чуть отодвинулся, убрав ногу, чтобы Такэ смог нормально поесть.       Уже когда половина десерта оказалась съедена, Кар спросил:       — Так что необычного в этом кафе? Кормят тут вкусно, но всё же…       — Посмотри на тот дом напротив, — попросил Дайн. — Видишь лавку внизу? Я купил и лавку, и дом. Благодаря тебе, Такэ. Ты дал мне возможность начать осуществлять свою мечту.       — Ой! Я за тебя так рад! — откровенно обрадовался Такэ. — Покажешь мне свою покупку?       — Разумеется, — шутливо ответил бывший агент. — Я же эту экскурсию запланировал в качестве культурной программы… Дёшево и весьма интересно. К тому же мне хочется показать тебе, что твои усилия и жертвы были не напрасны.       — Знаешь, я был уверен, что, получив свободу, ты обо мне забудешь, — признался Кар. — Я всё время боялся, что был интересен тебе только возможностью вырваться.       — Не только, — покачал головой Дайн. — Ты прекрасен, внутри ты прекраснее, чем я снаружи. Но самое главное для меня, что ты так на меня смотришь, зная всё… Словно бы меня всё ещё можно полюбить. А я очень хочу любить и быть любимым, но только тем, кто всё знает, тем, кто не уйдёт, узнав обо мне… А ты тут, ты мной любуешься, краснеешь под моим взглядом. Это так приятно и так волнует.       Такэ кивнул и, решившись, набрал полную ложку своего десерта и протянул его своему спутнику:       — Попробуешь?       — С удовольствием, — тягуче отозвался Дайн и подался вперед.       Кар не понимал, как Дайну удаётся в любом движении быть таким сексуальным. Такэ с удовольствием наблюдал за своим прекрасным спутником, за этими губами, юрким языком. Дайн обольстительно улыбнулся, точно зная, что на верхней губе осталось немного крема.       — Ты испачкался, — тут же попался наивный Кар и, потянувшись, снял с губы обольстителя крем большим пальцем.       Дайн откинулся на спинку кресла, довольно улыбаясь: впервые эта привычная игра его возбуждала. Он хотел того, кого соблазнял, хотел Такэ. И Дайн сам был вынужден закинуть ногу на ногу, чтобы стороннему наблюдателю не было заметно возбуждение. Кар закончил с десертом и спросил:       — Пойдем?              Дайн кивнул и попросил счёт, который сам и оплатил. Торопить Такэ ему не хотелось и Дайн, даже оказавшись в собственной пустой лавке, удержался и не стал обнимать или целовать Кара, хотя это было так заманчиво.       — Тут очень много места, — сообщил, осматриваясь, Такэ. — Ты уверен, что сможешь заполнить столько места всякими мелочами для ванной?       — Ты просто понятия не имеешь, сколько всего для приятного проведения пары часов в тёплой воде придумали в Верде, — заверил Дайн, любовно погладив стену собственной лавки. — Я знаю, что одной соли бывает десяток видов! А эфирные масла? А пены? Я тут всё и не смогу разместить, но постараюсь.       — А мне соберёшь как-нибудь набор? — спросил Кар. — Я заплачу… Мне бы хотелось принять ванну так, как принимаешь её ты.       — Я тебе подарю, — пообещал тот в ответ. — Только мне придётся оставить тебе подробные инструкции.       — Чтобы я ничего не перепутал? — хохотнул Такэ, осматривая помещение.       — Именно, — кивнул Дайн. — Пойдем, я хочу тебе кое-что ещё показать.       Он прошел вперёд и показал три небольшие комнаты с собственным входом, внимательно наблюдая за Каром.       — А эти помещения тебе для склада нужны? — уточнил Такэ.       — Я подумал… Если ты со временем решишь жить со мной, — Дайн нервно одернул свою рубашку, а говорил, не смея смотреть на Кара. — То может, тебе будет удобно тут устроить себе кабинет? Я понимаю, что операционную тут не устроишь, но первичный осмотр же можно проводить? Если ты захочешь. Может, это очень нагло с моей стороны, и ты не думай… Я согласен даже на легкий роман, я…       Кару было неприятно видеть Дайна таким, растерянным, почти умоляющим, и он резко подошёл и обхватил затылок Дайна рукой, потянул его на себя. Тот что-то хотел сказать или спросить, но замолчал, осознав вдруг, что Такэ его целует, жадно, неумело, чуть грубо. Но Дайн лишь шире открыл глаза, словно боясь упустить хотя бы одно мгновение, и он тут же принялся отвечать, мягко и послушно обнимая Кара за плечи. Лекарь был ниже своего спутника на голову, но Дайну было всё равно на то, что целоваться неудобно и шея почти мгновенно затекла. Он был готов терпеть всё, лишь бы этот поцелуй длился и длился.       — Выбери меня, — попросил Дайн, когда Кар чуть отстранился, чтобы отдышаться.       — Что? — не расслышал Такэ.       Дайн уперся лбом в лоб лекаря и повторил громче:       — Кар, выбери меня, не Идарана. Меня. Я буду… хорошим.       — Ты уже хороший, — обхватил руками лицо бывшего агента Такэ, заставляя его посмотреть себе в лицо. — Слышишь? Мне всё равно, что тебя заставляли делать. Но ответь честно: я тебе нравлюсь? Или тебя заставляют? Я все равно со временем пойму, но не прощу тебя, если ты сейчас соврёшь.       — Нет, меня не заставляют, — мотнул головой Дайн. — Впервые я сам хочу. Хочу быть с тобой.       Кар кивнул и провёл большим пальцем по нижней губе своего спутника и спросил:       — Мы ведь не торопимся? Я… Я бы тоже хотел с тобой быть. Но не хочу торопиться.       — Ты девственник? — чуть удивлённо уточнил Дайн, не найдя других причин для того, чтобы не торопиться, если они оба друг другу симпатичны.       — Нет, — очень поспешно ответил Такэ и густо покраснел.       Бывший агент улыбнулся и кивнул, прекрасно понимая, что Кар ему соврал. Но выводить на чистую воду Такэ у Дайна не было ни причин, ни желания:       — Пойдём наверх? Я тебе покажу дом. Там, правда, сейчас нет мебели, но уже можно оценить само пространство.       Кар закивал, соглашаясь, чтобы сменить тему разговора.       Наверху было пять комнат, если не считать ванную и кухню. Дайн на правах хозяина показывал помещение, рассказывая о том, что потом после ремонта будет в этих комнатах.       — А я бы спальню сделал в той комнате, из которой есть выход на балкончик, — сообщил Такэ.       — Почему?       — Балкон выходит в тихий двор, — пожал плечами Кар.       — А что делать с той дальней комнатой, из которой можно выйти только в комнату с балконом? — уточнил Дайн.       — Я бы себе там оборудовал кабинет, — пожал плечами Такэ. — Я люблю работать в тишине, а эта небольшая комната самая тихая.       Дайн кивнул, и у него созрел план.