Белая кровь

Мыслить было очень сложно и больно, у Аластора и Повелителя из глаз и ушей хлынула кровь. Лиам чувствовал, как голова взрывается, но явно переносил влияние кристалла менее болезненно, чем другие. «Я надеюсь, что они успеют», — подумал он, пытаясь сфокусировать зрение. — Ну вот, они оба твои. Можешь заняться выяснениями сама, меня интересует только этот, — сказал Лука. К нему неспешно подошла девушка, в которой драйк без труда узнал Ваан. Теперь уже ни для кого не было секретом, кто травил еду в Черном замке. Пусть она и ушла, всё ещё имела ограниченный доступ, а возможно, заранее подготовила лазейки для входа. — Я здесь только для того, — она бросила взгляд на бывшего наставника, а затем подошла к Повелителю, — чтобы отомстить за свою мать. Поэтому попрошу сразу сказать, кто из вас виновен в ее смерти?! Тонкая ручка потянулась к подбородку дракона, но даже в таком состоянии его реакция на чужие прикосновения взяла верх, и он отшатнулся, с трудом поднимаясь на ноги. — Ваша штука не работает! — в страхе отступила Ваан. Вид мужчины с окровавленным мрачным лицом внушал ужас. — Да о чем ты, он еле стоит на ногах! У него кровь хлещет от всюду! Думаешь, он что-то может? Трусливая девчонка! Если пришла мстить за мать, то должна быть более решительной! — Чон Фуа презрительно сплюнул. Ваан со злости вытащила кинжал и направила на Повелителя. Лиам обратил своё внимание на Аластора. Ему совсем было не до разговоров. Лука что-то пытался до него донести, рассказать о своей сложной жизни без матери, которая погибла из-за того, что Аластор появился в их жизни. Но Хозяин Черного замка абсолютно точно не слышал ни слова, пытаясь выровнять дыхание. — Хочешь знать, почему ты даже думать о том, чтобы противостоять мне не можешь? Этот кристалл… как думаешь, что там внутри? Лиам посмотрел в сторону, куда указывал грязный и корявый толстый палец и действительно заметил в кровавой жидкости бывшие когда-то белыми человеческие кости. — Останки учителя?.. — Догадливый, — оценил мужчина. — Они самые. Я не всё хранил в одном месте. Кое-что и пригодилось. Вот я думаю… какая смерть была бы достойна Бога? Может, мне выпотрошить тебя, чтобы узнать, что за тело ты себе взял? Ведь настоящий скелет в другом месте... А это? Украл чье-то тело? Аластор всё также не отвечал, и драйк решил, что уже пора что-то предпринять, а не надеяться на возвращение остальных. Поэтому все возможные рецепторы, которые отвечали за передачу болевых ощущений, он спешно открепил. И пусть всё ещё оставался гул в ушах и странная слабость, но состояние заметно улучшилось. Прежде чем замахнувшаяся рука Чон Фуа опустилась на лицо Аластора, его ученик оказался впереди, и с громким шлепком словил яростную пощечину. — Ты!.. Что ты творишь, мелкий выродок? Действительно собрался защищать эту мразоту?! Девчонка, почему ты... Лука запнулся, когда увидел как тело Ваан безжизненно распласталось на земле. Смачно сплюнув и скривившись, мужчина с презрением пробормотал: — Бесполезная дрянь, так и знал, что толку от нее никакого. Повелитель срыгивал литры крови: после использования силы Бога Смерти, его тело испытывало страшные муки и травмы. Воспользовавшись замешательством, Лиам подхватил Аластора, отводя подальше. — Какие упрямые... — недовольно проскрежетал маг Коллоквиума. Он протянул руку к кристаллу, и его гул стал сильнее. Дракон вновь повалился на землю, а Аластор сильно затрясся в руках драйка, в его горле тоже забулькала горячая кровь. С удовольствием наблюдая за реакцией Чжан даньмэя, маг продолжал увеличивать силу заклинания. Черный клинок покинул ножны, и драйк бросился к кристаллу. Но его тут же откинуло волной энергии: Лука все ещё был хорошим боевым магом. Драйк тяжело приложился о стену замка и медленно сполз на землю. — Вот и отлично, а теперь... Мужчина подошёл к Хозяину Черного замка и что-то прошептал тому на ухо. Затем взял маленькое древко, похожее на копьё и вонзил в руку Аластора. Тот слабо застонал, сквозь кровавую пелену различая фигуру мага. Лука Чон Фуа ещё несколько раз проделал в ненавистнике дыры. Когда рука уже была похожи на решето, его взгляд зацепил пустое место, где недавно валялся бессознательный драйк. С громким звуком кристалл сломался, энергия хлынула во все стороны, сотрясая землю. — Вот же!.. — не успел маг ни выругаться, ни предпринять что-то, как на него обрушился мощный удар светящегося меча. Данте теснил противника, не давая и шанса на контратаку. Этот взгляд Аластор уже видел один раз — на Охоте, когда мечник вынимал меч из мёртвого шиама. Тогда в его глазах горел чужой красный огонь. Сейчас огонь был свой — и куда страшнее. Крис бросилась к учителю, помогая нормально сесть и отслеживая повреждения. Нокс и Акари помогли подняться Повелителю драконов. — Вы вовремя, — заметил Лиам, вяло махая друзьям рукой. Данте на секунду обернулся — и увидел. Руку учителя, похожую на решето. Кровь на белых одеждах. Крис, молча зажимающую раны. Его лицо не изменилось. Совсем. Вот это и было страшнее всего — потому что когда Данте шутил, злился, кривлялся, — он был собой. А сейчас на его лице не было ничего. Он просто повернулся обратно к Луке. Он просто повернулся обратно к Луке. Удар за ударом — точные, короткие, без единого лишнего движения. Когда маг попытался закрыться, Данте перехватил его руку и вогнал обломок древка — такого же — в ладонь. Потом ещё раз. И ещё. С тем же спокойным пустым лицом. Лука завыл. Не успел Данте нанести решающий удар, как земля сотряслась вновь и всех подкинуло вверх. Не сразу пришло осознание того, что что-то совсем не так. Но стоило Лиаму внимательно присмотреться к окружению, как стало очевидным: остров падал. «Какого?..» Внутренний взор открылся, и драйк увидел то, что раньше от него было скрыто: потоки энергии. — Дэо призывает дух измерения! Ответа не последовало. Древний черный дракон не мог откликнуться. Мир духов Долины драконов стремительно умирал. — Есть идеи? — спросил Данте, не глядя на Лиама. По его руке стекала чужая кровь. Тот подумал, а затем уточнил: — Вы ведь всё сделали? — Да! — откликнулась Акари. Острова стремительно падали, и если ничего не сделать, то всё закончится ровно тем, что Повелитель, а после и Лиам с помощью Миры, бесчисленное количество раз видели в сценах из будущего: полный крах Долины драконов. Но именно к этому моменту и готовился драйк, хотя и планировал вызвать его самостоятельно уже после того, как убедится в надёжности всех звеньев плана. Но, как это обычно бывает, реальность решила всё за него, подкинув очередную подлянку. С тяжёлым вздохом, Лиам аккуратно подобрался ко входу в замок. Туда уже забрались все остальные, и участь подлететь в воздух, встречаясь с кучей падающих обломков, стала для них менее актуальна, но все мелкие вещицы уже пристали к потолку. — Лиам, — прохрипел Повелитель, исподлобья глядя на драйка. — Что бы ты ни придумал… не вздумай… отправляться в мир духов. Но тот промолчал и даже не взглянул в его сторону. Вместо этого он прошел здание насквозь, вышел на задний двор, где в барьере стояли статуи семи духов-божеств. Крис последовала за ним. Пока падение было вялым и медленным, и стоять на поверхности было ещё сносным, но казалось, что в любую секунду остров окончательно сорвётся и полетит в бездну со скоростью тысяч шиамов. «Была не была...» По пути сюда ему было даже страшно, но сейчас, стоя перед своей задумкой, Лиам даже не допускал возможности провала. Как бы там ни было, он был уверен, что был крайне везуч в двух аспектах жизни: в своём окружении и в своих идеях. Ему в голову не приходил ни один случай, когда бы его задумка провалилась. Всё могло идти совсем не по плану, но те инструменты и способы, которые он избирал, всегда, абсолютно всегда работали. Вот и сейчас его уверенность в ожидаемом исходе испепелила любые страхи неудачи. — Наставник?.. — Вы ведь установили кристаллы? — Да, все кристаллы с силой Духа установлены по периметру. Пылью праха я абсолютно точно начертила массив печати по всей территории. Сейчас мы в центре печати. — Ты молодец, — похвалил драйк и мягко потрепал девушку по волосам. Не теряя больше времени, он твердым голосом, в который вложил максимум Силы Духа произнёс: — Дэо взывает к духам всех измерений! Дух черного дракона тут же появился перед ним в образе туманного зверя. Его очертания были размыты, а энергия не стабильна и мала. Спустя несколько минут за ним показались и остальные: маленькая обезьянка любопытно взирала на юношу, высокий дух из фиолетовой листвы и переплетения веток завис над землёй; все семь бывших статуй также пришли на зов. — Дэо звал нас, — хором произнесли все. — НЕТ! — из Замка показался Повелитель драконов. Дверь внутрь была открыта, но вместо привычной комнаты, за мужчиной простиралась тьма. Множество костяных рук и несколько щупальцев обхватывали дракона, не давая возможности сделать и шага вперёд. Но он упорно сопротивлялся, протягивая руку с бирюзовым браслетом на запястье. Черные глаза в ужасе наблюдали за тем, что устроил Лиам. Духи всех измерений покинули свои места, а значит, что в Алларии, Альфии и Мистриксе так же как и сейчас в Долине, началась одна большая природная катастрофа. Драйк оглянулся и встретился с огромными обсидиановыми глазами. На его лице промелькнула улыбка. — Держи его крепче, — прошептал он одними губами, обращаясь к Акари, стоявшей в темноте позади дракона. Богиня слегка кивнула, усилив захват щупалец на руках мужчины. Тогда Лиам вернулся к духам: — Да, я звал вас. Вас всех. «Не вздумай отправляться в мир духов? Так ты сказал?» Для того, чтобы воплотить идею, ему действительно нужно было всего лишь отпустить сознание и повторить примерно то, что он делал уже четыре раза, создавая духов измерений. Но именно этот момент был самым опасным, судя по тому, что Лиам выудил из памяти дракона с помощью Миры. — ЛИАМ! Зов стал больше похож на рык дракона. Но когда драйк рылся в голове Повелителя, он встретился с Мраком, и тот обещал не показываться и не мешать. Лиам закрыл глаза. Крики ударяли в спину — отчаянные, низкие, совсем не похожие на голос Повелителя. Юноша слышал каждое слово и всё равно отпустил их, очищая сознание до самого дна, до той пустоты, в которой только и рождается что-то настоящее. С его губ слетели первые слова — тихо, почти беззвучно. Печать на земле засветилась разом. От края до края — будто всегда только и ждала. Я готов спасти этот мир От саморазрушения истлевших сил. Не пойму, почему всё обернулось так, Эта жизнь полна сюрпризов, как никогда. Пусть в одиночку не вышло у тебя, Зачем нести это бремя, когда у тебя есть для этого я? Однажды оставил меня, но я не отомщу, Злобой и забвением платить не поспешу. Позволил тебе остаться одному, Но будь уверен: больше не отпущу. Духи почувствовали зов раньше, чем он успел позвать. Они сорвались отовсюду — из стен, из воздуха, из трещин между мирами — и понеслись к нему огромным беспорядочным потоком, закручиваясь вокруг в слепой, оглушительный водоворот. Лиам стоял в центре урагана и пел. Острова дрогнули. То, что до этого падало медленно — почти красиво, почти как сон — вдруг лишилось последней опоры и пошло вниз по-настоящему. Земля под ногами накренилась, камни срывались с краёв и исчезали в темноте ниже, Крис рванула вниз вместе с наклоном, верёвка натянулась до предела и удержала их обоих — не больше, чем в метре от поверхности. Лиам пел. Не останавливался. Краем глаза он заметил, как Данте поднял учителя на руки — молча, одним движением, как пушинку. И понёс внутрь замка. Твёрдой ровной походкой, словно остров и не падал. Неужели мы не сможем воспарить в небесах, Ради жизни миров, где ты так сильно виноват? Спасти три мира? Какая сложность в этом, Когда в твоих глазах являюсь я рассветом? Сказал, что вдыхаю жизнь в других, Богиня умерла, проблем оставив больших. Так почему б её не воскресить? Уходят духи не в мир мёртвых, а живых. Не умирают духи, сказали мне они. Едины, вечны — так есть ли тут беда? Вернём её раз и навсегда! Духи шли сквозь него — не мимо, именно сквозь, оставляя каждый что-то своё: ощущение, образ, осколок чьей-то памяти, которая никогда ему не принадлежала. Духи проходили сквозь мясорубку восприятия и требований драйка, превращаясь в нечто очень странное и больше похожее на монстра, нежели на Богиню Духов. Дабы исправить это недоразумение, Лиаму пришлось потрудиться, и лишь расслабившись, у него вышло сотворить то, чего никто никак не ожидал. Он остановился, выдохнул и сделал то, что давалось труднее всего — перестал требовать, расслабил руки и просто позволил процессу идти туда, куда тот сам хотел. Песнь души, Богиню возроди, Восстань же вновь, Своей работою займись! Последние слова вырвались не голосом — всем телом разом. Сила Духа хлынула наружу волной, и печать на земле вспыхнула ослепительно, выжигая темноту до самого горизонта, а духи — те самые, что сопротивлялись ещё секунду назад — вдруг узнали что-то в его голосе или в намерении, или в том и другом сразу, и поток выровнялся, перестал быть хаосом и стал рекой. Тёплой. Целенаправленной. Для остальных это была голова — огромная, полупрозрачная, красивая, медленно проявлявшаяся в воздухе над разрушенным двором. Лиам видел её всю. В каждой черте — знакомое. В линии скул, в изгибе губ, в том, как держится — будто земля сама подставляет опору. «Мама» Веки поднялись, и фиолетовые глаза нашли его сразу — нежно, узнающе, как будто и не было никакого расстояния между ними. Огромные невесомые руки мягко подхватили падающий остров, пространство охнуло и выровнялось, и все разом повалились на землю — кто на колени, кто на четвереньки. Остальные острова дёрнулись и застыли, зависли в воздухе молча, как будто никуда и не падали. Стало тихо. — Сработало? — Крис медленно подняла голову, огляделась и посмотрела на огромный силуэт, что парил в нескольких десятках метров от них — спокойный, абсолютно неземной. — Это и есть... Богиня Духов? — Да, — сказал Лиам. Голос пришёл отовсюду и ниоткуда — тёплый, глубокий, без источника, и губы Богини при этом не шевельнулись ни на долю секунды. — Дэо весьма изобретателен. Дэо должен был стать частью нас. Новым Богом. — Не захотелось, — честно признал он. — Дэо восстановил порядок вещей. Это главное. Она пропала — не растворилась, не угасла, а просто перестала быть здесь и стала везде. Не существовало более ни духа древнего дракона, ни странной обезьянки, ни безымянных божеств у статуй, ни Древа Жизни. Всё, что раньше держалось кое-как на остатках старого порядка, теперь держала она. Та, что изначально этим и занималась. Лиам сидел на земле, тяжело дыша. Крис восстанавливала его энергию. Драйк огляделся: Лука сбежал в суматохе — и никому до него не было дела. Аластору досталось больше всех. Данте сидел рядом с ним на полу, перевязывая изрешечённую руку — бережно, слой за слоем, с такой осторожностью, которая не вязалась ни с его характером, ни с тем пустым лицом, с которым он двадцать минут назад вколачивал древко в ладонь мага. Никто и не думал предложить помощь. Сам Аластор смотрел на ученика со странным выражением — не благодарности, не боли. Чего-то, похожего на вину. Ученики пропустили большую часть тирады Луки Чон Фуа, потому вопросов относительно природы их учителя задавать и не думали. Лиам решил оставить это на потом. Среди суеты едва различимо раздался голос Акари: — Уже уходишь? Повелитель драконов, ещё недавно чуть было не пустившийся в слёзы, хромая направлялся прочь. У него не было никакого желания разговаривать, выяснять отношения и вообще смотреть кому бы то ни было в глаза. Он чувствовал себя настолько разбитым, что если бы не сгорбленная спина драйка, отражавшая всю усталость, дракон бы и не подумал вообще шевелиться. Но он отчаянно желал уйти прочь от этого силуэта. И желательно, незамеченным. Но Богиня сорвала его планы, и черные глаза все же встретились со взглядом Лиама. Драйк недовольно нахмурился. «И кому я тут в любви признавался?!..» Возникло непреодолимое желание стукнуть одного черного дракона по голове. Он бессильно покачал головой. Крис, заметив битву взглядов, тихо и неприметно отошла к Богине, с интересом поглядывая на этих двоих, но стараясь не пялиться слишком откровенно. — Лиар. — Лиам. Слишком далеко. Драйк как никогда почувствовал, что они находились слишком далеко друг от друга. И пусть проблема была совсем не в этом десятке физических метров, Лиама жутко взбесило именно оно, потому он поднялся и быстро, но не очень твердо, подошёл к дракону. Мужчина с трудом стоял, поддерживая одну руку, безжизненно болтающуюся на плече. — Мне холодно, — одними губами произнес Лиам. В черных глазах зажглись бесчисленные звёзды, словно возвращая их обладателю жизнь. Дракон одной рукой прижал к себе юношу, вновь покрывая его одежду своей кровью. — Чертёнок... — Мой Повелитель... Лиам с силой впился длинными пальцами в спину дракона, словно стараясь вместить его самого в себя. Каждый на тот момент хотел сказать слишком много, а потому они просто молчали. Лишь когда Повелитель потерял достаточное количество крови, чтобы распрощаться с сознанием, их объятия закончились. Драйк подхватил дракона на руки, радуясь, что он отрегулировал свой вес. Никто и не подумал предложить ему помощи. Пошатываясь, он поднялся в свою комнату, перевёрнутую вверх дном. Лира, переждавшая весь апокалипсис здесь, заботливо стащила с кровати покрывало с кучей упавших на него предметов и галантно покинула помещение, не забыв выразить свои подколы непередаваемым фырком. Уложив на кровать дракона, Лиам плюхнулся рядом, не в силах более двигаться. Два дракончика на их браслетах проснулись, сплетая длинные шеи вместе. Очнулся драйк от нежных прикосновений к щеке. Уже светило яркое солнце, а внизу слышались признаки бурной деятельности, вероятнее всего, уборки. На губах чувствовался солоноватый привкус крови. — Мой Повелитель, — сонно пробормотал Лиам с трудом открывая глаза. Два обсидиана сверкали напротив, любуясь четкими и слегка резкими чертами лица юноши. Яркий цитрусовый аромат пьянил, не позволяя разуму до конца проясниться, и ещё долгое время никто больше ничего не произнёс. Сейчас, смотря на дракона, Лиам понимал, что на самом деле, любые слова были уже излишни. «Какая разница, кто и что сделал? Зачем что-то объяснять, когда он определенно точно знает все и так?..» Драйк не выстоял первым, и через силу заставил тело подвинуться ближе, чтобы коснуться любимых губ своими. Наиболее привлекательным в драконе он считал то его выражение лица, когда при поцелуе сквозь густые полуопущенные ресницы Повелитель разглядывал Лиама. Ни один другой взгляд не заставлял его организм вырабатывать такое количество окситоцина и тестостерона. Повелитель отодвинул грязно белую прядь за ухо и прижался к юноше. От одних его прикосновений Лиам готов был издавать самые бесстыдные и вызывающие звуки. Левая, здоровая рука дракона явно была только «за» такой порыв, она забралась под рубашку и уже после пары касаний драйк не смог сдержать вырывающиеся стоны. Он расстегнул пуговицы на затвердевшей рубашке и стал шарить по крепкой мускулистой груди, покрытой сухими запекшимися корочками. — Чертёнок, — с придыханием прошептал Повелитель. — Я весь в крови. Лучше будет...— сначала он хотел сказать «подождать» или «закончить позже». Но когда он увидел затуманенный взгляд и слегка прикушенную губу на лице юноши, и почувствовал, как рука скользнула вниз, забираясь к мужчине между ног, дракон резко передумал. — ...переместиться в купальню. В следующий момент они оба упали в теплую воду. И так как это случилось лёжа, то погрузились полностью, уходя ко дну. Ещё до того, как они коснулись теплого камня, черный туман без следа уничтожил остатки одежды. Лиаму безумно нравилось, что даже в теплой воде, дракон чувствовался ещё более горячим. Они одновременно встали на ноги и выбрались на поверхность, прерывая поцелуй. — Твоя рука?.. — юноша бережно провел пальцами по обездвиженному плечу. — Ерунда. Скоро заживёт. Тогда Лиам коснулся тонкой шеи, а затем медленно добрался до щеки и губ, поглаживая каждый сантиметр бледного лица. Его большой палец оказался пленен белоснежными зубами, а затем горячий язык провел по нему несколько раз, отчего у драйка встало то, чего раньше не было. — О. Повелитель почувствовал, как его отвердевший член соприкоснулся с плотью драйка, посылая по телу маленькие электрические разряды. — Я ведь говорил, что быстро учусь? — улыбнулся Лиам. — Ммм. Замечательно. Черный туман, поработав в качестве прислуги, отмыл все кровавые следы на теле. Сквозь тонкую кожу просвечивали внутренние кровотечения и синяки от отказа органов. — ... — Пустяки. Заживёт за пару дней, — успокоил мужчина, сминая мягкую ягодицу. В этот момент он горько пожалел, что так сильно вывернул руку, когда пытался выбраться из плена Богини. Пар поднимался и оседал на лицах, мелкими капельками стекая вниз. Их лёгкие удары о поверхность воды завораживали, заставляя прислушиваться к этим звукам. Но вот магия стихии была разрушена резким всплеском: Повелитель одной рукой подхватил Лиама, прижимая к высокой стене. Он вновь накрыл манящие губы поцелуем, чувствуя, как длинные пальцы впиваются в голову, до боли сжимают волосы у корней. Драйк обвил мужчину ногами, его член оказался в захвате горячей ладони, бесстыдно шарящей по неисследованной территории. Когда сильная рука стала ритмично двигаться вверх-вниз, Лиам понял, насколько хорошим решением было вернуть себе этот орган. — Мм, ахх... По мере учащения дыхания, дракон действовал все более настойчиво, как рукой, так и языком, настолько, что драйк уже не поспевал за темпом. «И откуда такие таланты?..» — пронеслось в голове. Лиам помнил, Мрак говорил, что у Повелителя не было отношений. В голову приходила лишь мысль о том, что благодаря силе времени и переноса сознания, дракон мог понабраться опыта от самого себя. Все размышления были прерваны новым ощущением непривычной заполненности. Повелитель легко раздвинул ягодицы и осторожно вставил второй палец в анус. — Или хочешь ты?.. — Мм, нет, мой Повелитель. Я всё ещё слишком устал... Так что поработайте сами, — с ухмылкой сказал Лиам. — Поработать? — переспросил мужчина. — О, разумеется. Но хочу предупредить. Я крайне продуктивен. И требую сверхурочных. — Всё время этого мира, мой Повелитель. — Было бы неплохо. Дракон вынул пальцы, и Лиам почувствовал раскалённую плоть, упирающуюся в колечко мышц. Головка с лёгкостью преодолела узкий вход и медленно продвинулась дальше. Юноша опустился на твердый горячий член, сильнее впиваясь ногтями в спину и голову Повелителя. Дыхание сбилось, а изо рта готовы были посыпаться нецензурные выражения, но вместо этого раздавались лишь тяжёлые стоны. — Ммм? — Дай мне минутку… это… ах… мне просто надо минутку... Его уха коснулись тонкие губы, влажный язык очертил ушную раковину и вторгся внутрь. От странного действия Лиам почувствовал, как в животе сладко тянет, а кожа вокруг уха пылает раскалёнными углями. — Можешь начинать... Повелитель легко приподнял юношу, отводя бедра назад. Член полностью вышел, чтобы через секунду резко войти вновь. Головка раз за разом мягко, но порывисто вторгалась внутрь, и драйк уже не в силах выразить свои чувства иначе, кусал бледную кожу на шее дракона. — Больно? — Нет. Нет. Нет, продолжай. Быстрее, пожалуйста, быстрее... Не было нужды просить дважды, дракон и сам едва сдерживался. Лиам заключил лицо мужчины в ладони, его язык требовательно двигался во рту дракона, посасывания и лёгкие укусы привносили новых ощущений, от которых сознание драйка отлетали дальше, чем при путешествии в мир духов. Хлюпающие звуки становились все громче, черный туман периодически увеличивал количество смазки, добавляя бесстыжих и крайне возбуждающих ноток. Когда черное полупрозрачное вещество покрыло его член, и горячая рука вновь стала ласкать его, Лиам окончательно убедился в пользе данного органа. По телу разлилась сладостная истома, и белая сперма смешалась с черной смазкой. Юноша закрыл глаза, полностью отдаваясь этому ощущению. На этот раз он не терял сознания, а дракон же все ещё продолжал ритмично двигаться. Толчки становились глубже и сильнее, и Лиам мог почувствовать, как что-то в ощущениях заметно поменялось. Горячая головка касалась чувствительной точки, и даже не смотря на то, что Лиам только что кончил, толчки приносили иную, новую форму наслаждения каждым своим проникновением. Драйк чувствовал, как напрягся член дракона. Он сильнее прижал ногами таз Повелителя к себе. — Лиар, — он поцеловал мягкие тонкие губы, пытаясь хоть как-нибудь дышать. — Кончи в меня. — Ммм? — Это приятно. — Приятно? — переспросил дракон. — Безумно, ах!.. безумно приятно, мой Повелитель. — Хорошо... В следующий момент он вошёл полностью, и горячая жидкость разлилась по телу Лиама, выводя из лёгкого напряжения. Они все ещё тяжело дышали, прижимаясь друг к другу лбами. — Ты сказал «всё время этого мира»? — Так и сказал, — улыбнулся драйк, с интересом наблюдая, как член дракона обмякает и постепенно становится меньше внутри него. — Продолжим? Мужчина негромко рассмеялся и покачал головой. — Чертёнок. Не только тебе нужен отдых. — Что? Повелитель драконов сдулся? — насмешливо спросил Лиам. — Да. Ты заставил меня знатно потрудиться. — Хаха, что ж, тогда заставлю ещё отнести меня обратно в кроватку. Только желательно в чистую. — Он улыбнулся и лукаво добавил: — Я тебя вчера нёс. — Всю жизнь. Я должен буду носить тебя на руках. За всё. — Звучит неплохо. Это обещание? — Ага.