Магистр и Небожители. Заметки на полях

Мадам Юй приводит незнакомого целителя, а тот, с виду благонравный седой старик, говорит: — А теперь, юная госпожа, разведите ноги, нам всем нужно убедиться, что вы остались невинны после того времени наедине с молодым господином Лань. Лежащая в кровати Вэй Ин смотрит на него растерянно, переводит взгляд на мадам Юй, а та выглядит решительной и чуть сердитой. — Погодите, — просит Вэй Ин. — Я месяцы провела в лагере перевоспитания. Даже если бы меня снасильничали там, ответ пришлось бы держать Лань Чжаню?.. — В лагере перевоспитания ты оставалась вместе с Цзян Чэном, и он видел тебя почти каждую минуту, — мрачно напоминает мадам Юй. — А с Цзян Чэном я сколько наедине провожу? — прищуривается Вэй Ин, отпихивая руку целителя от своего живота и дергая ее же, когда цепкие стариковские пальцы сжимают ее запястье. — И если бы между нами была близость, и это бы приписали Лань Чжаню?.. — Так ты невинна или нет?! — выходит из себя мадам Юй. — Невинна, если верить току ее силы, — сообщает целитель. — Надо бы и физически проверить, но многие юные девушки опасаются этого. Можете повитуху пригласить, она подтвердит, что эта девушка ни с кем еще ложе не делила. — То есть, это так? — щурится Вэй Ин. — Это важно для тебя! — повышает голос мадам Юй. — Для твоей репутации. Ты — женщина. Ты знаешь, как хрупка наша репутация? — Пусть хоть кем считают, — смотрит на нее исподлобья Вэй Ин. — Хоть шлюхой, хоть гулящей. Я про себя правду знаю. — Хорошо, — кивает мадам Юй. — Но своей дочери я со шлюхой общаться позволить не могу. Ты — можешь игнорировать злословие, скалиться в ответ, а в Облачных Глубинах и вовсе дралась!.. Но Яньли так не сможет. Вэй Ин замирает на миг, хмурится, говорит: — Слухи не только на меня повлияют?.. Могут повлиять на шицзе? На орден? — Конечно, — вздыхает мадам Юй. — Ты не подумала об этом, да? — Я не… — начинает Вэй Ин. — Я… я постараюсь больше слухов не допускать. Но… я, правда, постоянно с Цзян Чэном пропадаю. Это… ничего? — Тут всё сложнее, — вздыхает мадам Юй и смотрит на целителя. — Покините нас?.. — Конечно, — кивает тот. — Дева невинна, я подтвержу, если понадобится. Мадам Юй присаживается на край кровати Вэй Ин, подол разглаживает, говорит спокойно: — Сейчас ты считаешься нареченной Цзян Чэна для всего мира заклинателей. Не было официального подтверждения, но слухов мы не пресекали. Ты — дерзкая и сильная, и я думаю, что ты рано или поздно найдешь себе кого-то по сердцу, а потом, может, и украдешь его, как твоя мать сделала, но… иногда сердце глухо к любви. Детям моего сына от тебя я буду даже рада. Вэй Ин расстерянно зажимается, хмурится. — Я знаю, что ты а-Чэна братом считаешь, — кивает мадам Юй. — Но, девочка, ты должна понимать, что женская судьба от мужской отличается. Так что… храни себя. И думай иногда головой, а не сердцем своим порывистым. — Мадам Юй, — тихо говорит Вэй Ин. — А… я буду Цзян Чэну плохой женой. Сами сказали, я дерзкая. — Меж вами есть дружба, — качает головой мадам Юй. — Этого порой — уже много. Она встает и уходит, оставляя Вэй Ин думать о своей странной женской судьбе.