Магистр и Небожители. Заметки на полях

У мадам Юй и вторым ребенком родилась девочка. Третьего ребенка не случилось, несмотря на все попытки. Цзян Чэн растили как молодого господина. В Пристани Лотоса все знали ее пол, но так же знали, что именно ей суждено возглавить клан, потому что Яньли была уже обещана клану Цзинь, а других детей не было. И, Небеса, как же опекал Цзян Чэн Вэй Усянь! Он же старший брат!.. Правда, мадам Юй одно время рассматривала его как возможного жениха, а потом сказала дочери: — Родить ты сможешь от любого, и это будет твой ребенок и законный наследник, а Вэй Усянь, кажется, сам скорее замуж выйдет, чем женится. Цзян Чэн запомнила, а потом, обсудив с Яньли, согласилась с матушкой и Вэй Усяня решила воспринимать только как брата. Когда Цзян Чэн назвали пятым по красоте молодым заклинателем, Вэй Усянь долго смеялся, а Цзян Чэн сказала: — Ебланы, блядь. Как им доверить спасение мира, если они бабу от мужика отличить не могут? У Вэй Усяня ответа не было. В Облачные Глубины Цзян Чэн отправилась на обучение на мужской половине. Для этого в Облачные Глубины сначала отправилась мадам Юй и гостила там неделю. Что уж она сделала с Лань Цижэнем — не ясно, но Цзян Чэн отправилась учиться вместе с другими наследниками. В Облачных Глубинах уже, глядя на Вэй Усяня и Лань Ванцзи, Цзян Чэн поняла правдивость слов матушки и, подхватив Не Хуайсана под руку, сказала: — Ты вот точно в романтике смыслишь. Как свести этих двоих? У Не Хуайсана глаза загорелись. В этот миг они нашли друг в друге лучших союзников. Правда: — Цзян-сюн!.. ты девушка!.. — И? — А я был так непочтителен! — Вот. Дальше будь. Если я девушка, я не человек, что ли? Вэй Усяня с Лань Ванцзи они благополучно свели. Правда, развели Яньли с Павлином, но тут к лучшему. А сестра сказала твердо: — Главой клана мне не быть. Но я буду поддержкой. А дальше всё шло своим ходом. Была сожжена Пристань Лотоса, было потеряно ядро, было возрождено, но странным… словно чуть иным, чуток чуждым. Цзян Чэн отстраивала Пристань и воевала, возрождала орден и орудовала Цзыдянем так, что ее даже отбитые из клана Не боялись, искала попавшего брата, а потом пыталась ему, вернувшемуся и разругавшемуся с Лань Ванцзи, мозги на место поставить. Они победили в войне. Но проиграли в чем-то большем. Вэй Усянь ушел на гору Луанцзан с Вэнями. Сестра вышла замуж за Павлина и родила сына. А Цзян Чэн так и ворочались в хаосе мира, не позволяя себе слабину, не позволяя миру узнать, что грозный глава клана Юньмэн Цзян — женщина. Надо было сначала былые величие и силу вернуть, а потом уже показывать то, что сочли бы слабостью. А потом Яньли умерла. И Вэй Усянь умер. И у нее на руках остался племянник. Цзян Чэн стиснула зубы и начала наращивать силу. Чтобы больше никто. Никогда. Ни за что. Чтобы… Чтобы… Чтобы на горе Дафань наорать на воскресшего в чужом теле Вэй Усяня, а потом вцепиться в него же и, тряханув, выдать: — Мы тебя все ждали!.. Ванцзи скорбел!.. А я скучала!.. Вэй Усянь обнимает ее и говорит: — Ну что ты? Что ты? Я вернулся, шимэй. Я вернулся. Цзян Чэн вздыхает и успокаивается. А Лань Ванцзи молча становится рядом. У них всех ещё будет время, чтобы всё обговорить и понять. Но здесь, сейчас… ее старший брат вернулся… ниже ее на полголовы. И Цзян Чэн смеётся. // Вэй Усянь, ворвавшись на Совет Кланов: Чэн-Чэн! Я нашел тебе жениха! Кто-то: Следом за собой и главу Цзян хочет обрезанным рукавом сделать. Цзян Чэн: Нет. Последние пятеро твоих… находок были ужасны. Вэй Усянь: Я знаю, знаю. И готов искать хоть вечность, ведь моя шимэй достойна только лучшего! Цзян Чэн: Так может я сама поищу? Вэй Усянь: Ты тринадцать лет искала! Цзян Чэн: У меня времени искать не было, а вот если кое-кто сделает обещанные им работы. Вэй Усянь: Я сделал уже всё! Глава Яо: Глава Цзян, вы ищете себе невесту? Цзян Чэн: Мужа. Я, если вы не заметили, женщина. Глава Яо: С каких пор? Не Хуайсан: О. Глава Цзян всегда была женщиной. Я ещё крайне удивился, когда ее приняли на обучение с мужчинами. Лань Сичэнь: У нас не было выбора. Мадам Юй была крайне… убедительна. Глава Яо: Что?.. Вэй Усянь: И нет, меж нами ничего не было и быть не могло, потому что я обрезанный рукав. Так что… Чэн-Чэн, взглянешь на жениха? Цзян Чэн: Когда закончится Совет. Потому что сейчас идёт Совет. Если ты не заметил. Вэй Усянь: Ладно. Я тут посижу. Чтобы ты не сбежала. Цзян Чэн: /Вздыхает/