Север Помнит

      Санса Старк, королева Севера, проснулась в своей спальне. Со вчерашней коронации оставалось еще много дел для восстановления Севера. Присев, она пробежалась по списку незавершенных дел. Нужно было послать рабочих к Рву Кейлин, чтобы укрепить оборону, ей нужно было…       Ее ноги не касались земли.       Странно. Санса вытянула ноги, удивившись, что ее кровать такая большая. Она соскользнула, а затем удивленно огляделась. Это была комната, в которой она жила девочкой, а не комната, которую она использовала как свою собственную сейчас. Она ходила во сне? Необычно, что в ее возрасте появилась такая привычка.       Осознание поразило ее, и она снова посмотрела себе под ноги. Это… было не ее тело. Это была девочка, а не девушка. В отчаянии Санса начала искать зеркало. С потрясением она поняла, что все ее старые вещи здесь. Все ее вещи из детства, игрушки и платья, которые давно сгорели.       Подавив нарастающую панику, она потянулась к зеркалу, которое хранила у себя в детстве. Именно туда, где всегда его оставляла. Девушка посмотрела в него с еще большим замешательством и паникой. Хотя лицо было искажено, оно определенно было ее собственным.       Ее собственным, когда ей было тринадцать.       Санса закричала.       Послышались бегущие шаги в коридоре. Ее дверь с грохотом распахнулась. «Санса…» — Кейтилин Старк стояла в дверях с испуганным лицом и смотрела на дочь. «Боже мой, дитя, в чем может быть дело?»       Санса уставилась на свою мать, мать, которая умерла больше половины десятилетия назад, которую она не видела восемь лет. «Матушка?» — прошептала она, чувствуя, как все ее тело онемело от шока.       Кейтилин улыбнулась. «Да, дитя. Что такое?»       Санса подбежала к матери, крепко обняв ее. Если это и был сон, то лучший из всех, что у нее когда-либо были. Ее мать казалась такой настоящей и теплой, и… Санса ущипнула себя. Больно. Но как это может быть не сном?       Зажмурившись, вдыхая запах матери, Санса позволила себе надеяться. Только в этот раз. Слепая, глупая надежда, что ее другая жизнь была сном, каждый ужасный момент с Рамси, каждая смерть, с которой ей пришлось столкнуться. Если бы боги были добры и это было по-настоящему, у нее было бы время спланировать, время, чтобы помешать Королю идти на Север, помешать ее отцу стать его Десницей, никогда не ступить на Юг, пока она жива.       Она была ребенком. У нее было время.       Кейтилин ободряюще лепетала, поглаживая Сансу по волосам. «Ну, ну, милая, это был просто кошмар. Я приеду навестить тебя в Королевскую Гавань прежде, чем ты об этом узнаешь».       Королевская Гавань.       Санса отшатнулась. «Я не хочу ехать».       Ее мать рассмеялась. «И это после всей шумихи, которую ты подняла из-за желания стать королевой? После того, как нахваливала Джоффри за его красоту, галатность…»       Джоффри.       Санса яростно закачала головой, молясь, чтобы это было неправдой. «Я не выйду за него замуж. Вы меня не заставите, я не поеду!»       «Санса», — мать сурово посмотрела на нее сверху вниз. «Нашла время капризничать. Ты будешь делать то, что тебе говорят, маленькая леди, или тебя заставят!»       Голова Сансы начала разрываться. Если бы это был ее шанс все исправить, возможно, Королевский отряд все еще не прибыл в Винтерфелл, возможно, она смогла бы найти способ удержать Джона от похода на Стену, а Брана от вскарабкивания на башню…       В комнату ворвалась септа Мордейн, пронесшись мимо леди Кейтилин. «Я уже упаковала твои платья, но нужно решить, какое из них ты наденешь для поездки в карете с Королевой. Я думаю, что красное было бы хорошим выбором».       «Она решила, что не поедет», — со смешком сказала Кейтилин септе.       Септа Мордейн была в ужасе. «Сейчас? Именно сегодня?!»       Санса опасалась ответа. «А какой сегодня день?»       Мордейн уперла руки в бока, глядя на девочку сверху вниз. «День, когда ты отправляешься в Королевскую Гавань! Одевайся, или тебя оставят дома!»       Все еще в ночной рубашке Санса пронеслась мимо и побежала по коридору.       Она бежала через Винтерфелл, слыша за спиной раздраженные крики матери и септы. Она продолжала бежать. Может быть, если она будет вести себя плохо, они оставят ее. Это было все, на что она могла надеяться. Все что угодно, лишь бы ее семья была вместе, хотя бы ещё чуть-чуть.       Ее ноги отнесли ее в комнату Брана. Медленно Санса толкнула дверь. Он лежал там, спал в своей постели. Его лютоволк навострил уши, но, увидев девушку, снова заснул у мальчика в ногах.       Сердце Сансы сжалось. Она опоздала. Опоздала, чтобы спасти Брана, чтобы остановить ее помолвку. Было слишком поздно.       «Пришла попрощаться?», — она не видела Робба, сидящего на стуле у двери, но теперь он встал, чтобы поприветствовать ее. При звуке его голоса она мгновенно расплакалась, перенесшись в тот же день, что и восемь лет назад.       «Робб!» — воскликнула она, заключая его в объятия. «О, Робб, ты не умер».       «Конечно нет, глупенькая», — засмеялся он, обнимая ее в ответ. «Я слышал, как ты кричала до этого. Плохой сон?»       «Ужасный», — сказала она, прижавшись лицом к его рубашке, пытаясь запомнить этот запах, эти чувства, звук его смеха. «Мне приснилось, что ты обещал жениться на девушке Фреев, а потом разорвал помолвку и они убили тебя на свадьбе дяди Эдмура».       «Ну, это действительно ужасно», — сказал Робб. «Но я в порядке. Я здесь. Никаких свадеб, обещаю».       «Обещай мне», — сказала она, отстраняясь и пристально глядя на него. «Пообещай мне, что не разорвешь свою помолвку с Фрей».       «Я не сделаю ничего подобного!» — сказал он, снова смеясь. «Санса, ты не можешь позволить снам…»       «Это был не сон», — настаивала она. «Обещай мне, Робб».       Он улыбнулся младшей сестре своей самой искренней улыбкой. «Со мной все будет хорошо, Санса. Ты просто нервничаешь перед важной поездкой».       В коридоре Санса услышала голос матери, зовущий ее. Если Робб не хотел слушать, девочке нужно было предупредить других братьев и сестру.       Санса снова рванула по коридору. Повернув за угол, она врезалась в Джона.       «Санса?» — сказал Джон, хватая ее за руки, чтобы удержать. «Чего ты носишься?»       «Джон!» — Санса улыбнулась ему. «О, слава богам, я волновалась, что ты уже ушел!»       Он отпустил ее руки, отступив на шаг. «Почему ты волновалась?»       «Потому что мне нужно поговорить с тобой! Я знаю, что из всех моих братьев именно ты поверишь мне и поможешь рассказать остальным. Мы все в опасности, ужасной опасности! Мы должны убедить отца не идти на Юг…»       Но Джон продолжал отходить, качая головой. «Я не знаю, в какую игру ты играешь, Санса. Почему именно сегодня?»       «Что?» — растерянно сказала Санса.       «Ты называешь меня братом», — ответил Джон. «Ведешь себя так, будто я тебе нравлюсь».       «Ты нравишься мне!» — она сказала. «Правда. Прости, что не говорила этого раньше, я просто…»       В последний раз покачав головой, Джон вошел в свою комнату, хлопнув за собой дверью.       Санса стояла, все еще в ночной рубашке, недоумевая, как она могла упустить свой лучший шанс на то, чтобы ей так искренне поверили. Если бы только она была добрее к Джону, если бы только…       Но она не была. Она сеяла недоверие к нему всю свою жизнь. Было справедливо, что она пожинала положенное.       Расправив плечи, Санса отправилась на поиски своего последнего шанса, сестры.       «Арья!» — позже крикнула Санса, увидев свою сестру, сидящую на дереве во дворе. «Арья, иди сюда, мне нужна твоя помощь!»       Арья высунула язык. Спрыгнув с дерева в кусты, она скрылась в лесу.       «Санса, что ты устроила?»       Стоя спиной к нему, Санса сделала паузу, позволив звуку голоса отца окутать ее. К тому времени, как ее короновали, Санса думала, что забыла, как звучит его голос. И все же, услышав его снова, она бы не спутала его ни с чем другим в мире.       Санса повернулась к нему. «Отец, я…»       Нед Старк стоял перед ней, а меха, накинутые на его плечи, казались такими же прочными и неподвижными, как окружающие их каменные стены. Ничто не могло подготовить ее к этой встрече.       «Ты сильно расстроила свою мать», — продолжал он, как ни в чем не бывало. «Иди извинись, Санса. Ты не увидишь ее еще долго, как только мы прибудем в Королевскую Гавань.»       «Я не хочу ехать», — прошептала Санса. «Мы не можем. Мы все там умрем. Тебе отрежут голову и…»       Он притянул к себе дочь. «Так вот что тебя беспокоит. Все в порядке, дорогая. Я не позволю им. Король не позволит им. Мы старые друзья, Роберт и я».       Прижавшись лицом к его тунике, Санса покачала головой. «Он умрет. И тогда Джоффри станет королем…»       «И ты будешь его королевой», — сказал ее отец.       «И Джоффри убьет тебя! Он бастард, он…»       Нед зажал ей рот рукой. «Следи за тем, что говоришь, маленькая леди. Он сын Роберта, и они гости в этом доме. Ты должна уважать их».       Слезы навернулись на глазах Сансы. Как он мог не видеть, как она пыталась убедить его?       «Я знаю о Лианне», — сказала Санса. «Я знаю о Джоне и…»       Нед затащил ее в ближайшую комнату. Он захлопнул дверь и наклонился, чтобы посмотреть ей в глаза. «Кто тебе сказал?» — спросил он шепотом. Отец был более серьезным, чем она когда-либо его видела. «Где ты это услышала?»       Бран, но она не могла начать с этого. «Трехглазый ворон», — ответила Санса. «Он видел, что происходит, он сказал мне. Мы не можем идти на Юг!»       Нед выпрямился. «Детские сказки», — сказал он с облегчением.       «Тогда откуда мне знать?» — сказала Санса, желая закричать от разочарования. «Откуда я знаю о Джоне, если это просто детская сказка?»       Отец схватил ее за плечо, заставляя встретиться с ним взглядом. «Я не знаю, что и где ты подслушала. Но если ты когда-нибудь скажешь об этом кому-то, я позабочусь о том, чтобы ты сожалела об этом каждый день до конца своей жизни. Ты меня поняла?»       «Отец, я…»       «Ты поняла меня?!»       Пошатываясь, Санса кивнула.       Нед кивнул в ответ. «Хорошо. Тогда решено. Иди и попрощайся со всеми. Мы уезжаем через час».

***

      Санса сидела в Богороще, по ее лицу текли слезы. Она провалилась. Боги дали ей единственный шанс спасти свою семью, и она их всех подвела.       Какие бы ужасы она ни пережила раньше, это определенно был кошмар. Теперь ей придется снова и снова смотреть, как они умирают.       Теон вышел из-за угла неторопливой пружинистой походкой. «Ладно. Ты накричала на всех остальных. Я так понимаю, что теперь моя очередь», — он плюхнулся рядом с ней. «Опять будешь пытаться напугать меня грамкинами?»       Вспышка решимости пронзила ее. Ей надоело, что никто не воспринимает ее всерьез. Санса схватила Теона за руки, убедившись, что он слушает. «Они собираются убить отца. Он обнаружит, что все дети Серсеи — бастарды Цареубийцы, и после того, как они убьют короля Роберта, они убьют и отца».       Кривая ухмылка растянулась на лице Теона. «Кто убьет?»       «Ланнистеры», — сказала Санса, отчаянно пытаясь выговориться. «Затем Север провозглашает независимость, и Робб идет на Юг, чтобы убить их за то, что они сделали».       «Санса, еще никто ничего не сделал…»       «Сосредоточься, Теон!» — отрезала она. Вдалеке девочка услышала, как ее зовет мать. «Не смей забывать ни слова».       Он сосредоточился. «Продолжай».       «Робб соглашается жениться на дочери Фрея ради своей армии. Затем вместо этого он женится на ком-то другом, и Фреи и Болтоны убивают его, матушку, его жену и нерожденного ребенка на свадьбе Эдмура Талли».       «Талли?» — Теон отпрянул. «Когда Талли ввязались во все это?»       Санса на секунду задумалась, понимая, что все выходит из под контроля. Если бы только у нее было время, если бы она могла подготовиться… Но нет. Будь что будет. Она должна выжимать из этого разговора максимум.       «Кое-что важное», — сказала Санса, наконец успокоившись. «Робб посылает тебя в Пайк, к твоему отцу, чтобы заручиться поддержкой».       Глаза Теона загорелись.       «И ты предаешь его».       Теон отстранился. «Я бы никогда...»       «Сейчас это не имеет значения!» — сказала Санса без капли обвинения. «Ты уже сделал это! Ты должен знать…»       «Как ты смеешь?» — усмехнулся Теон. «Робб доверяет мне, и я…»       «И ТЫ ПРОВАЛИЛСЯ!» — кричала Санса. «Вы берете Винтерфелл, убиваете сира Родерика, двух крестьянских мальчиков вместо Брана и Рикона, и все это впустую! Ты попадаешь в плен к Рамси Болтону — Рамси Сноу — единственному человеку более садистскому, чем Джоффри. Он убивает Рикона и пытает тебя, Теон», — сказала Санса, ее сердце разрывалось из-за Теона, которого она оставила позади. Вонючки, который рисковал своей жизнью, чтобы спасти ее, искупить свои многочисленные грехи. Видеть его сейчас, смотрящего на нее с отвращением, было в тысячу раз хуже, чем Джона, ведь его неприязнь она вполне заслужила. Теон был ее другом, ее щитом, единственным, от кого она зависела в худшие периоды своей жизни.       Санса отвернулась, не в силах сдержать слезы. «Король Ночи придет за всеми нами. Но только после того, как не останется никого, кто мог бы противостоять ему».       Мать выглянула из-за угла, раздраженно вздохнув при виде дочери. «Вот ты где, упрямое дитя! Они могут уехать в любую минуту! Нельзя заставлять Королеву ждать!»       Теон сделал еще один шаг назад, его лицо омрачилось недоверием.       «Иди», — сказала ему Санса, лишенная всех своих эмоций. «Сомневаюсь, что снова увижу тебя в этой жизни».       С этим угрожающим прощанием Теон ушел.

***

      Санса смотрела в окно кареты, стараясь запомнить каждый утес, пригорок и гору своей родины. К счастью, Серсея оценила ее молчание, предпочитая болтать с собственными детьми и оставляя странную девочку Старк наедине с собой.       У странной девочки Старк не было времени на разговоры — ей нужно было планировать. Каждое угасшее воспоминание об этом времени было важным. Было мало вещей, на которые она могла бы повлиять (как ясно показало сегодняшнее утро с ее семьей), но она должна была быть готова и ждать изменений.       «Ты будешь скучать по дому?» — спросила принцесса Мирцелла. Ее идеальные золотые локоны подпрыгивали, когда карета наезжала на камень. Она умерла от яда, ее идеальное лицо навсегда было скрыто пеленой.       Санса улыбнулась. «Очень».

***

      Кареты остановились на ночлег в гостинице, и все были готовы размять ноги. В тот момент, когда Санса вышла из кареты, ее захлестнула волна ужаса. Она вспомнила эту гостиницу. Но почему она вспомнила только ее…?       «Санса!» — закричала Арья, спрыгивая с лошади. В каждой ее руке был поводок, на конце которых сидели молодые лютоволки. «Я не буду заботиться о Леди ни секунды больше, избалованная девчонка! Только потому что Королева не хотела меха на ее…»       Санса подбежала к ней и бросилась в грязь, чтобы обнять волчицу. «Леди!» — воскликнула она, зарывшись лицом в ее мех. «О, Леди, я так скучала по тебе!»       «Не драматизируй», — сказала Арья, закатывая глаза. «Прошло всего несколько часов».       Влажный язык лизнул лицо Сансы. Хихиканье пробудилось в ней, пробудилось и лучше бы никогда не прекращалось.       «Санса!» — задыхаясь, сказала септа Мордейн. «Твое платье, девочка! Оно в грязи! Если твоя мать…»       «Черт возьми», — сказала Санса, не отрывая рук от своей волчицы. Теперь она знала, почему вспомнила об этой гостинице. И Санса знала еще одно — ни одна из девочек Старк сегоня не потеряет своего лютоволка. Не потеряет, если рыжеволосая найдет что сказать по этому поводу.       «Бесстыжая девчонка!», — воскликнула септа.       Прежде чем Мордейн успела продолжить, наказать Сансу и разрушить все ее даже не придуманные планы, девочка встала и сделала реверанс. «Приношу свои извинения, септа. Я позабочусь о том, чтобы это больше не повторилось».       Ее септа фыркнула. «Надеюсь на это», — затем ее взгляд уловил что-то во дворе. «Глупая девица, теперь твой жених увидит тебя такой! Стыдоба!»       Санса повернулась. Джоффри. Даже сейчас, когда он слезал с лошади и шел к ней с той самой наглой ухмылкой, она хотела врезать ему.       Но Санса, которую он знал, еще не ненавидела его. Она обожала его, улыбаясь каждому его слову. Должна ли она сейчас быть грубой? Отшить его, заставить ненавидеть ее?       «Санса!» — позвал Джоффри, подходя к девушке. Арья давно сбежала. Подойдя ближе, он положил руку на рукоять своего меча. «Прогуляйтесь со мной, моя леди».       Нет. Позже всегда найдется время заставить его ненавидеть ее. Поскольку отец все еще жив, ей не нужно было бояться маленького мальчика.       «Благодарю Вас, милорд, за предложение», — сказала Санса, делая реверанс. «Но я пообещала своей сестре, что поиграю с ней сегодня».       «Все в порядке», — ответил Джоффри. «Я присоединюсь к вам».       Санса шла с ним вдоль берега реки, и ее беспокойство росло. В прошлой жизни это была ее первая ошибка. Теперь это было ее первое испытание. Два лютоволка и жизнь мальчика мясника висели на волоске.       Джоффри предложил ей вина, но оно оказалось на вкус, как пепел. Впереди Арья и сын мясника колотили друг друга палками. Принц улыбнулся Сансе. «Не волнуйся. Со мной ты в безопасности».       Он шагнул вперед, его хвастовству не было предела. Джоффри шел за ними, еще больше пытаясь спровоцировать мальчика на драку. Санса ждала. Джоффри был неуравновешенным, непостоянным, и ей редко удавалось контролировать его даже в лучшие времена. Она должна была быть идеальной.       Джоффри обнажил свой меч. «Подними свой меч, сын мясника, давай посмотрим, насколько ты хорош».       «Не трать зря время, мой принц», — сказала Санса, выхватывая палку из рук Арьи. «Конечно, глупый мальчик не сможет сразиться с тобой как следует. Сразись со мной».       Джоффри проигнорировал ее, продолжая дальше указывать мечом в лицо парня. Санса ударила Джоффри по руке.       В ужасе он повернулся к ней лицом. За его глазами скрывался растущий гнев. «Ты ударила меня. Зачем ты это сделала?»       «Потому что мне было непонятно», — сказала Санса. Она подняла палку обратно в воздух, лицом к Джоффри. Как и любой северянин, она прошла обучение у Джона и Бриенны перед Долгой Ночью. Но в отличие от остальных, девушка пропустила большую часть уроков, чтобы люди оставались накормлены и одеты. Даже Джоффри победил бы ее, если попытался, но Санса должна была рискнуть. С игривой улыбкой она ударила палкой по его мечу. «Покажи мне, как правильно».       «Миледи», — сказал Джоффри, приближаясь с лукавым взглядом. «Я понятия не имел, что Вас интересуют боевые искусства».       «Очень», — ответила Санса. Глядя на растерянный взгляд Арьи, Санса мелькнула глазами, надеясь, что та поймет ее намек.       Проскочив мимо, Арья схватила сына мясника за руку и потащила его вниз по берегу реки. Нимерия радостно побежала следом.

***

      Изменение. Оно было небольшим, но для Сансы значило очень многое. Каждый день в Королевской Гавани она смотрела на Леди и Нимерию и улыбалась. Ее отец мог не слушать ее, все ее братья и сестра могли считать ее сумасшедшей, но еще можно было все исправить. Еще можно.       Санса достаточно мало знала о подвигах Джона, она не знала, когда произошли те или иные события, чтобы помочь и дать адекватные советы, не сведя его с ума. Но позже рыжеволосая поняла, что человек, которому суждено жить дважды, сможет справится с единственным оставшимся у нее вариантом: сказать ему все, что ему нужно, и надеяться, что это когда-нибудь поможет парню. Моему дорогому брату Джону, Я знаю, что ты не поверишь мне, что бы я ни сказала, поэтому все, о чем я прошу, это чтобы ты запомнил это письмо, время от времени вспоминая его детали. Однажды они обретут смысл. Огонь и драконье стекло убивают Вихтов. Вы найдете немного стекла на Севере, но когда нам понадобится больше, отправитесь на Драконий Камень. Валирийская сталь убивает Белых Ходоков. О, и поздравляю со званием лорда-командующего. Наш отец был бы так горд. Дядя Бенджен пропал на Крайнем Севере. Ты ничего не можешь с этим поделать, Джон. Я знаю, что это больно, и я знаю, что ты скучаешь по нему, но он не является твоей целью. И не будет. Манс Налетчик собирает армию одичалых, самую большую, которую Север когда-либо видел. Они понадобятся нам, чтобы встретить Долгую Ночь. Тормунд Великанья Смерть надежен и со временем станет называть тебя братом. Если ты пустишь вольный народ к Югу от стены, Ночной Дозор убьет тебя. Есть способы, с помощью которых ты сможешь вернуться к жизни, но события, предшествующие этому, слишком ненадежны, чтобы ты мог рисковать вслепую. Я прошу прощения за каждое плохое слово, которое я когда-либо говорила тебе и за твоей спиной. Жаль, что я не поняла своих ошибок достаточно рано, чтобы извиниться перед тобой. Но я была глупой, глупой девочкой, и я прошу у тебя прощения. Я люблю тебя, дорогой брат. Береги себя. Пожалуйста, никому не показывай это письмо. Запомни его и сожги, если сможешь. Пиши чаще, и я смогу дать больше полезных советов. Твоя сестра, Санса P.S. Если тебе кажется, что я веду себя слишком мило, чтобы ты поверил, что это я, я всегда могу оскорбить тебя, пока это не сделаешь ты. Пожалуйста, не заставляй меня.       Ее следующим существенным поступком стала кража. Украв перстень с печатью своего отца, она подделала его подпись в письме, чтобы даже ее мать ничего не заподозрила. Это письмо было писать намного проще, чем Джону. Адресованное Хоуленду Риду, оно просто пригласило его детей, Жойена и Миру, остаться в Винтерфелле в качестве компаньонов Брана Старка. Санса понятия не имела, какая помощь нужна молодому Брану в его стремлении стать Трехглазым Вороном, и нужны ли дети Рида вообще, учитывая все то, что рассказал ей старый Бран. В любом случае, если ему понадобится какая-либо помощь, Риды будут теми, кто поможет ему.

***

      Ее отец поставил пакет на стол. «Это тебе, любимая».       Медленно Санса открыла упаковку.       «Этот кукольник делает все игрушки для принцессы Мирцеллы», — сказал Нед. В ответ на ее молчание он продолжил. «Тебе не нравится?»       Когда Санса посмотрела на отца, в ее глазах проступили слезы. «Очень нравится. Спасибо, отец».       Она будет помнить его ответную улыбку до самой смерти.

***

      Письма из Винтерфелла были вполне ожидаемы: рассказы о пробуждении Брана, истерики Рикона и ссоры между соседними лордами. Некоторые из этих писем Санса помнила почти слово в слово, читая их в первый раз. Это вызывало у нее странное чувство ностальгии вкупе со страхом. Неужели она так мало изменила? Неужели все обречено на то же самое, только с ее лютоволком, который будет страдать вместе с ней и, вероятно, погибнет от рук Ланнистеров?       Единственный постскриптум в конце одного из писем Робба заставил ее задуматься. Что ты сказала Теону? Он стал пугливым, как кошка, с тех пор, как вы уехали. Сначала он берется за любое предложенное мною дело, а в следующий момент начинает злиться, грубить и нервничать, нарушая каждую мою команду. Я бы никогда не догадался, что это как-то связано с тобой, если бы любое упоминание твоего имени не заставляло его бледнеть и уходить прочь. Напиши ему, пожалуйста, так как сам он это вряд ли сделает. Возможно, он не станет читать, но ради него, я надеюсь, ты попытаешься.       Санса сидела, глядя на буквы, сложенные рукой старшего брата. Вот он, еще один признак изменений. У нее было два лютоволка и нервный Грейджой. Какие великие сюжеты можно было сложить из этого?       Никаких. Вообще. Она работала над Бейлишем, намекая, как они будут благодарны за помощь, если помолвка с ужасным Джоффри наступит как можно быстрей, ведь ее Мать всегда говорила, что в Речных землях вообще нет нормальных мужчин, за которых можно было бы отдать ее дочерей…       «Вы знали, что я вырос в Речных землях, леди Санса?» — сказал Бейлиш с неизменной улыбкой.       «Ой!» — Санса безупречно изображала неведение. «Я понятия не имела. В каком доме?»       «Твоей матери. Я был подопечным у Талли, вырос как семья».       «Как интригующе! Расскажите мне больше об этом, лорд Бейлиш».       «Пожалуйста, зови меня Петир».       Она хихикнула. «Петир. Но это звучит так неформально!»       Он улыбался. Хорошо. Это именно то, чего она хотела.       Хорошо, но… Недостаточно хорошо. Она бы обручилась с Бейлишем в мгновение ока, если бы это спасло ее отца. Но Бейлиш слишком легкомысленно относился к чужим проблемам и слишком мало рисковал собой. Если он будет действовать, это будет уже после смерти Неда, и у Сансы не будет никаких шансов использовать его. Тем не менее, она держала его рядом, так близко, насколько можно было. В Королевской Гавани у нее осталось мало союзников, и Бейлиш должен был оставаться главным из них. Каким бы упрямым он ни был, по крайней мере, Санса знала его шаги еще до того, как он их делал, и могла оставаться неуловимой для него.       В конце концов, она училась у лучших.

***

      Теон сидел в Большом зале, разговаривая с Роббом, Риконом и Браном. В последние несколько недель после отъезда Кейтилин это стало похоже на странную мужскую семью.       Мейстер Лювин шагнул вперед и положил стопку писем в руку Робба. Робб пролистал их, отсортировав, чтобы прочитать позже. Одно, особенно тонкое, привлекло его внимание, и он приподнял его для более тщательного изучения. В последний раз нахмурившись, он передал письмо Теону лицевой стороной вниз.       «Мне?» — со смехом сказал Теон. «Кто будет писать обычному подопечному?»       Он поднял письмо и покачал им, чтобы Робб увидел печать. «Волк, не меньше. Что твой отец пишет такого, чего он не хочет, чтобы ты услышал, а?»       Теон перевернул письмо, намереваясь разрезать его хорошо отработанным взмахом ножа. Надпись на лицевой стороне остановила его. Теону Грейджою. От Сансы Старк.       Робб не отрывал от него глаз. С рычанием Теон разрезал письмо, уверенный, что никто ничего не заметит. Его глаза настороженно просматривали содержание. Теон, Я сожалею о том, как мы расстались. Я была слишком расстроена, чтобы держать язык за зубами, и рассказала тебе больше, чем любой мог бы вынести. Учитывая то, как обстоят дела здесь, в Королевской Гавани, мне не стоило беспокоиться. Отца все равно казнят, назовут это милосердием, а меня заставят смотреть, как и тогда. Возможно, при всех моих бедах, меня просто казнят рядом с ним. Кто знает? Забудь это как бред болезненного ребенка, как это, безусловно, сделал мой отец. Я желаю тебе добра, Санса       Теон опустил письмо трясущимися руками. Он давно забыл скрывать свою реакцию. Санса говорила, словно ее проклял дьявол.       «Робб», — неуверенно начал Теон. «Есть новости о твоем отце?»       «Последнее, что я слышал, Турнир в честь Десницы вызвал немного волнения», — ответил Робб, все еще наблюдая за своим другом. «Но ничего такого, что подвергло бы его опасности. А что?»       Теон покачал головой, все еще ничего не понимая. «А Санса? Что она тебе пишет?»       «Вот, здесь есть одно письмо», — сказал Робб, передавая его. Мой дорогой Робб, С тех пор, как я последний раз писала, дела продолжают идти прекрасно. Королева с каждым днем любит меня ​​все больше, а сегодня даже принесла лимонные пирожные — только потому, что я сказала, что они мне нравятся!       Он просмотрел оставшуюся часть письма, надеясь найти какие-либо признаки напуганной девочки, которая писала ему, но не увидел никакого секретного кода в ее разговорах о погоде, моде и придворных дамах.       Теон откинулся назад, нахмурившись.       «А у тебя не так?» — Робб протянул руку через стол. «Дай мне посмотреть».       Внезапно Теон спрятал его. Что-то происходило с Сансой, и по какой-то причине она рассказала это только ему. Он не собирался ничего менять, пока не узнает почему.       В голову пришла идея. «В тот день, когда она уехала в Королевскую Гавань, она подняла на уши всех», — сказал Теон, успешно отвлекая Робба от письма. «Что она сказала тебе?»       Робб рассмеялся. «Она была не в своем уме, хотела уйти из дома. Несла бред о кровавых свадьбах и Фреях. Я почти не помню ни слова из этого. А ты?»       Стиснув зубы, Теон отвернулся. «Я тоже нет».  Абсолютно все. Каждое слово, Санса. Как ты и просила меня. Почему, во имя седьмых, ты попросила меня об этом?

***

      Слишком быстро Теон подтвердил свои худшие опасения.       Робб сидел на солнце, перебирая множество полученных писем. Король был мертв. Нед Старк, Десница короля, был заключен в тюрьму за измену.       И Санса предупредила Теона обо всем этом.       «Посмотри на это!» — сказал Робб, поднимая письмо. Он прервал свое мрачное настроение ради небольшого сарказма. «От Сансы. Держу пари, Серсея даже позволила ей подержать ручку».       «Что там написано, Робб?» — спросил Теон. Ужас сжал его горло. Эти новости станут концом ее слащавого притворства, он был в этом уверен. Робб, Пишу тебе с тяжелым сердцем. Наш добрый король Роберт мертв, погиб от ран, полученных во время охоты на кабана. Отца обвинили в государственной измене. Он вступил в сговор с братьями Роберта против моего любимого Джоффри и пытался украсть его трон. Ланнистеры очень хорошо относятся ко мне и обеспечивают меня всеми удобствами. Умоляю вас с Теоном, приходите в Королевскую Гавань, присягните на верность королю Джоффри и предотвратите любые раздоры между великими домами Ланнистеров и Старков.       Робб лихорадочно перечитывал письмо, язвительно отмечая каждую безжизненную строчку, но Теон не слышал ни слова. Умоляю вас с Теоном. Джоффри не нуждался в его верности. На самом деле, Теон сомневался, что подопечного Старков вообще впустят в тронный зал.       Он провел пальцами по помятому и скомканному письму, которое Санса отправила ему раньше, зная его слова наизусть.       «Они собираются убить твоего отца, Робб», — сказал Теон, ощущая, будто его языком движет не мысль, а свинцовые винты. «Они назовут это милосердием и заставят Сансу смотреть».       Робб схватил Теона за воротник и прижал к стене. «Не смей говорить так! Ты понял?!»       Теон ничего не сказал. Робб поник, отпустив его и склонившись над столом, скрывая слезы. «Есть еще шанс. Он может надеть Черное, они могут послать его на Стену. Отец сделает это. Для нас. Он должен».       «Они не позволят ему. Джоффри не позволит. Он садист и бастард, и твой отец заплатит за это своей жизнью».       Робб уронил голову на руки. «Тогда какой у меня есть выбор?»       «Поднимайте знамена. Отправляйтесь в Королевскую Гавань. Может быть, вы успеете туда вовремя, чтобы остановить это».       Робб поднял взгляд. Теон проигнорировал красноту вокруг его глаз. «Думаешь, я смогу их остановить?»       Теон вспомнил слова Сансы, которые так устрашающе сбылись. Возможно, при всех моих бедах, меня просто казнят рядом с ним. «Нет. Я не думаю, что ты их остановишь. Но ты должен попытаться».

***

      Находясь в своей камере, Нед принял записку от Бейлиша. Она была без подписи, и Нед не поверил Петиру, что его написала Санса. Но в записке было просто сказано: Умри с честью. Они все равно убьют тебя. Взятие Черного никогда не было вариантом. Все семеро твоих детей любят тебя и никогда не перестанут бороться за тебя и друг за друга. Север Помнит.       Семь? Нед сделал паузу. Детей Старков было всего пятеро, шесть вместе с Джоном. Где можно было...       Теон. Нед усмехнулся, перечитывая записку. Если это было от Сансы, то это было большее, чем он заслуживал за все то время, что не слушал ее, думая, что она все еще ребенок, и относясь к ней соответствующе.       Он кивнул Бейлишу. Кивнув в ответ, Бейлиш скользнул обратно в тень и скрылся из виду.

***

      Санса вытерла слезы с глаз, не готовая потерять отца во второй раз. Ей все еще казалось, что только вчера она видела, как его убили в первый раз.       «Вам письма, миледи», — сказал слуга, подавая их.       Санса была не в состоянии ответить. Слуга положил их на стол и оставил девушку наедине со своей печалью.       В конце концов, так как больше нечем было себя занять, Санса пробежалась по ним. Слишком многие из дворян, которых она знала, не хотели ничего, кроме пикантных сплетен, другие хотели пожалеть девушку и оплакать ее ужасную судьбу. Ни то, ни другое Сансе не было нужно. Весть о том, что Север движется, уже достигла ее, так что в эту бесполезную кучу попала еще треть.       Осталось одно письмо. Странно, оно было не подписано и не запечатано. Самое главное, она не могла припомнить, чтобы в прошлой жизни получала такое письмо. С любопытством, покалывающим кончики пальцев, она открыла его. Расскажи мне больше «болезненных бредней». Мы на подходе к Близнецам.       Впервые за долгое время Санса улыбнулась.