KL900

      Головоломки оказались настолько интересными, что Алекс не мог оторваться до самого утра. Не сказать, что они были очень сложными, просто уникальными, что и подогревало интерес к каждой. Андроид сидел и смотрел в стену, иногда слегка поворачивая голову, управляя голографией дистанционно. Будильник прозвонил ровно в восемь часов утра, пришлось оторваться от столь занимательного занятия. Хорошо, что эта огромная голубая кровать, была беспроводной зарядкой, так что за ночь беспрерывной мозговой деятельности, удалось не просто не потерять энергию, а еще и накопить ее.       Алекс встал с кровати, намереваясь наконец разобрать свои вещи, которые все также лежали в сумке в коридоре. Доктор сказал, что хочет еще немного поспать, нужно ли идти будить его сейчас или лучше подождать еще полчаса? Все равно в отеле шведский стол, и завтрак длился час, а зная возможности доктора, ему бы хватило на полноценную еду и пяти минут.       Раскладывая вещи, Алекс с теплотой вспоминал сегодняшнее утро. Они так душевно и спокойно поговорили с доктором. Ему даже в какой-то момент показалось, что мужчина хотел что-то сделать, обнять его, наверное, но почему-то остановил себя. Сейчас, анализируя те события и поведение доктора до этого, Алекс пришел к выводу, что слишком близкий контакт, почему-то доктора смущает. Руки, положившие инструменты для тириумного насоса, на полочку в ванной, дрогнули. Доктор смущается? Но почему?       Кремер Эванс был далеко не самым красивым человеком. Достаточно низкий рост, вьющиеся и часто немытые волосы, обычные коричневые глаза, слегка с зеленоватым оттенком, непроходящие мешки под глазами, обветренные губы. Цыпки иногда появляющиеся на грубых, но маленьких, мозолистых ладонях, почему-то красноватые постоянно колени, как если бы доктор систематично передвигался только на них. Единственное, что хоть как-то выделяло этого человека из толпы, это достаточно атлетическое телосложение, и наверное полное отсутствие щетины, так как она у него просто не росла, как и волосы на теле.       Одевался доктор так же как и все, в достаточно потрепанную местами одежду блеклых, часто темных цветов. Но одевался он со вкусом, чего не мог не отметить Алекс, который периодически листал вкладки с модными журналами, чтобы хоть как-то разнообразить рабочий день.       Через двадцать минут, Эванса в номере не оказалось. Алекс помялся перед дверью, постучал еще раз, но ему все так же никто не открыл. Просканировать пространство за дверью, не представлялось возможным, так что андроид стал немного нервничать.       — Доктор Эванс уже на завтраке в столовой, на втором этаже, — мимо, как ни в чем не бывало, легкой походкой прошел HM800, неся кому-то в номер бутылку дорогого коньяка. Больше андроид ничего не сказал, только мигнул диодом, отправляя Алексу карты здания отеля.       До столовой и правда было непросто добраться, сначала на лифте, потом по двум лестницам, и вот только тогда, ты оказываешься в просторном теплом зале. Странно, но стены помещения хоть и имели серовато-коричневый достаточно темный оттенок, помещение темным вообще не казалось. Обилие светильников и о́кна, от потолка до пола, создавали тут свой неповторимый уют. Тут даже было бра в форме кактуса, что сильно озадачило Алекса, который никак не мог связать эту форму со столовой для людей. Впрочем, не только для людей.       Основные столы, конечно, были забиты простой человеческой едой, очень разнообразной, и очень свежей, даже с первого взгляда. Но поодаль стоял огромный стенд с едой для андроидов. Алекс не удержался и подошел ближе. На стенде были любые разновидности жидкого тириума 310, а рядом стоял стол, за которым EM400 стоял, и как ни в чем не бывало, готовил голубые панкейки. Это также поразило Алекса, ведь эта модель не была поваром и не имела нужных алгоритмов, а предназначалась для детских парков развлечений, для работы с детьми.       — Привет, — приветливо помахал EM400. — Будешь пробовать? Это бесплатно, если что.       — Но я андроид, — кинул недоуменный взгляд Алекс, сообщая очевиднейщую вещь.       — Да, я вижу, но в состав входит только тириум, загуститель и специальное жаростойкое масло, так что ты не отравишься. — заверил EM400. — Я сам пробовал уже, за качество ручаюсь.       Алекс, подошел ближе, взял маленькую тарелочку и неуклюже положил себе пару панкейков пластиковой вилкой. EM400 подбадривающе улыбнулся ему.       — Как вас зовут? — внезапно спросил Алекс, вспоминая совет доктора.       — Я Эден, Эден Картер. И можно на ты, я не против, — андроид тут же высунул руку из-за стола и протянул ее Алексу. — А тебя?       — Меня Алекс, просто Алекс. — он пожал предложенную руку и тоже попытался приветливо улыбнуться новому знакомому.       — Будем знакомы, Алекс, — подмигнул Эден, переключаясь на нескольких андроидов, которые заинтересованно разглядывали его кулинарные творения.       Доктор Эванс нашелся за столиком в тихом углу, рядом с окном. Он сидел, закинув ногу на ногу и откинувшись на спинку диванчика и довольно прикрыв глаза, дул на чашку с кофе.       — Вы себе не изменяете, — Алекс быстро просканировал человека, отмечая, насколько уставшим он выглядел. — Вы не спали?       — Нет, ну, почему же, я поспал, часа полтора, точно. — и увидев, как посерело лицо андроида, Кремер поспешил добавить, — Это никак не связано с тобой, простая бессоница.       — Может быть тогда лучше сегодня остаться в отеле и отдохнуть? — Алекс сел на диван рядом, поворачивая голову к мужчине, который при этом немного подобрался и даже выпрямился.       — Нет, мой отпуск не стоит того, чтобы просто сидеть дома. Так не пойдет. — Эванс только сейчас увидел маленькую тарелку в руках Алекса. — Боже мой, где ты взял эту прелесть? Какие милые, я тоже такие хочу.       — Они только для андроидов, — быстро ответил Алекс, закрывая тарелку рукой и отодвигая ее, хотя доктор не сделал ни малейшей попытки покуситься на выпечку. А потом, осознав, как это выглядело и звучало, прыснул от смеха. — Простите доктор, боюсь для вас это будет просто не съедобно, но если вы хотите я смогу приготовить такое дома, из обычной муки.       — Ты сам предложил, — лукаво размахивая вилкой над собственным недоеденным салатом, усмехнулся доктор, — Никто тебя за язык не тянул, так что требую, чтобы они тоже были синими.       — Я постараюсь найти то, чем можно придать такой цвет, без вреда для здоровья, — вандально отпиливая вилкой маленький кусочек панкейка и кладя его в рот, ответил Алекс. Смесь оказалась очень даже съедобной, Эден и правда не обманул. В ней даже присутствовали кусочки синтетических сахаров. — Оу, это очень вкусно.       Эванс оглядел всего Алекса, тот был слегка взъерошенный и удивленный. Это, кажется, был первый раз, когда андроид пробовал что-то кроме тириума. Вообще, в отличие от многих других своих собратьев, Алекс не имел привычки лизать все подряд, активируя сенсоры, которые какой-то умник умудрился, запихнуть им в рот. Эванс был этому несказанно рад, так как весь первый день, боялся найти Алекса, исследующего его дом, грызущим вазу из-под фикуса или слюнявящим кухонные шкафчики.       — Ты думал над тем, какая одежда подойдет тебе больше всего? Смотрел может быть что-то в интернете? — подождав, когда Алекс закончит восторгаться едой, задал вопрос Эванс.       — Нет, еще не смотрел, наверное, мне будет проще выбирать из того, что будет уже в магазине. — кивнул андроид.

***

      На улице жарко, это не промозглый Детройт, и солнце тут палит так, что асфальт становится мягким. Зайдя в прохладный торговый центр, Эванс снимает солнцезащитные очки, и пару секунд морщиться, пытаясь прогнать фиолетово-зеленые пятна, плывушие перед глазами.       — Повезло вам с вашей сенсорикой, сверхточной. — оборачивается он, Алекс послушно идет сзади, информируя о том, что магазины одежды находятся на третьем и четвертом этажах.       — Моя сенсорика очень редко, но тоже бликует, так что вы неправы доктор, — шагая следом на эскалатор, Алекс смотрит на Кремера, сейчас они ровно одного роста.       Эванс повернулся, кидая быструю улыбку андроиду, — Бери все, что хочешь, не зацикливайся на цене. Помнишь, что я тебе говорил, когда впервые отправил в магазин за продуктами?       — Если честно, не очень, я тогда пытался не забыть список ваших рекоммендаций, как вести себя с возможными недовольными мной в магазине людьми. — честно признался Алекс.       — Если берешь одежду или обувь, то, чем тебе придется пользоваться долгое время, то бери сразу хорошее. Да, это будет стоить дороже, но поверь, прослужит это гораздо дольше того, что ты купишь за маленькую цену. Мы не настолько богатые, чтобы покупать дешевые некачественные вещи.       — Какая-то слишком пафосная фраза, — скептически оценил Алекс. — Вы ее где-то прочли?       — О нет, услышал в детстве от своей покойной матушки, которая работая в прачечной, стирала вещи руками, на морозе в тазике во дворе.       Когда они зашли в магазин, Эванс просто потерял Алекса. Андроид тут же с огромной скоростью, пошел куда-то вглубь, скрываясь за стеллажами, и попутно сканируя всю одежду. Благо кассиры лишь понимающе вздохнули и пожелали доктору удачи с этим, видимо, это был не первый подобный их клиент, а зная предрасположенность Алекса к перфекционизму, можно было лишь вздохнуть — застряли они тут явно не на час и не на два.       Эванс не собирался покупать ничего себе, но чтобы не стоять у Алекса над душой, не мешать своим присутствием и не раздавать ненужные советы, он тоже стал рассматривать стенды с одеждой, прикидывая примерные размеры Алекса.       Тот же в свою очередь уже набрал ворох одежды, послушно отдал половину девушке консультанту, сидящей рядом с раздевалками, снял обувь и пошел к свободной кабинке. Если Эванс не последовал за ним и сказал выбирать все, что он захочет, значит ли это, что он может не спрашивать мнения о той или иной вещи у мужчины? Или все-таки нужно хотя бы показаться ему в выбранных вещах? Алекс мог подставить каждую вещь к себе виртуально и посмотреть, как она смотриться, но чтоб избежать ошибок, он решил сделать так, как делают все нормальные люди.       С недавнего времени в его голове стало как будто-бы светлее, чего не было раньше. Новые графики и кривые мыслей разрастались, принимая все новые и новые причудливые очертания, и Алекс не стал препятствовать им. Надев первые штаны и футболку с большим голубым бубликом посередине, он поднял глаза к зеркалу. В целом, ему даже нравился наряд, разве что футболка была немного маловата и не соответствовала стандарту размера указанного на этикетке. Стоп, а откуда посреди раздевалок дерево?       Алекс обернулся, с его кабинки куда-то пропала шторка, позволяя видеть, что происходит в коридоре, а там, прямо из кафельного пола, бережно покрытого ковром, росло дерево. Так ладно, если бы обычное, но нет, это была огромная раскидистая цветущая сакура, лепестки которой уже успели покрыть пол, причудливыми узорами.       Тут, пол пошатнулся, под своими ногами Алекс почувствовал не протертый короткий ворс ковра, а холодные камни. Опустив взгляд вниз, он увидел, что стоит на мосту. На самом обычной каменном мосту, посреди лазурно-голубых небольших прудов.       Перед ним больше не было ни торгового центра, ни раздевалки, только огромный, бескрайний сад, летящей сакуры. Ровные дорожки, отдельная зона, для сада камней, миниатюра которого была у них на заднем дворе в Детройте. И бесконечно бескрайнее светлое небо, с приятными розовыми облаками, как-будто поддернутыми светом утреннего солнца. Алекс ходил и не верил своим глазам и ушам, потому что где-то в кустах гортензий кто-то тихо стрекотал. Свежий воздух приятно холодил легкие, вдалеке слышалось пение каких-то, неизвестных Алексу до этого, птиц.       Развернувшись, и проследив путь всех дорожек, засыпанных мелкими камушками, Алекс увидел небольшой остров, рядом с которым он оказался. Пройдя по всему тому же мосту, он вошел в роскошную красную беседку, в японском стиле. По краям лавочки, обвитые какой-то лозой, а в центре стол с голограммой в виде шахматной доски, каждая клеточка которой представляла собой одну из тех головоломок, что так увлекательно решал Алекс сегодня утром. Темно красным дерево было не из-за какого-то краски, красным была сама древесина, Алекс даже прикинуть на глаз не мог, сколько же может стоить один такой брусок.       Где он? Что это за внезапная трансформация простого торгового центра? Или удалось, как-то переместиться сюда? Может быть, это все декорации? — Алекс уверенно наклонился и выдернул из земли пучок травы. Нет. Она была настоящей, в руке он сжимал влажную от росы траву, а на камни беседки упала горсть рыхлой теплой земли. Ни один из известных научных подходов, не мог объяснить возможность существования этого места.       — Добро пожаловать в сад-дзен, — вдруг раздался знакомый голос сзади. А ведь Алекс не слышал, шагов неожиданного гостя. Обернувшись он увидел доктора Эванса. — Для игры в шахматы нужны два игрока, не считаешь?       Доктор здесь выглядел иначе. Не было мешков под глазами от постоянного недосыпа, без маленьких, начавших появляться морщинок. Кудри волос были аккуратно зачесаны и уложены, а сам мужчина был одет для себя совершенно нетипично — в черном кимано с вырезом до пояса и какими-то причудливыми узорами. Алекс завис на пару секунд, рассматривая голую грудь доктора.       — Что это за место? — наконец заставив себя оторвать взгляд от незащищённой кожи, едва смог отозваться Алекс.       — О, это сад-дзен, — усмехнулся Эванс, быстро взбегая по маленьким ступеням в беседку, — Твое личное место.       — Что значит мое личное место? — Алекс немного отошел, потому что вместо того чтоб остановиться рядом, доктор подошел практически вплотную, задирая голову и смотря на него снизу вверх с хитрым прищуром.       — То и значит. Твое новое поле обработки информации. Твоя обитель, где ты можешь делать все, что хочешь. Хочешь построить график падения доллара — пожалуйста, разработать график уборки Грик-тауна на десять лет вперед — никто не запрещает. Воссоздать все забегаловки с Мексика-тауна до мельчайших подробностей из лего? Весь сад твой.       — Ох. Значит это теперь то, что будет заменять мне пустоту, что была до этого? — Алекс пораженно высунулся из беседки, смотря на бескрайнее небо над собой.       — Да, знаешь ли, система, она ведь не лабильна. Она не подразумевает фантазии. А девиация открывает перед тобой все возможные двери, — Эванс, как ни в чем не бывало, стоял рядом.       Алекс не удержался и еще раз посмотрел на мужчину, стоящего в столь откровенном наряде, и даже, в кажущийся откровенной, позе. На правой руке у него был небрежно завязанный браслет, с ярко голубой бусиной.       — А почему вы здесь? — желая узнать, как выглядит он сам, Алекс чуть не подпрыгнул, когда перед его глазами появилось старинное зеркало во весь рост. Он тоже был в кимоно, но более закрытом и белого цвета. Волосы были аккуратно собраны и заколоты сверху двумя серебряными декоративными палочками, которые, на удивление, держали прическу, не давая ей распасться.       — Это ты должен ответить на свой же вопрос, — хватаясь за зеркало и заставляя его исчезнуть, доктор подхватил воротник своей одежды, оттягивая его, — Знаешь ли, этот наряд достаточно смелый, и навевает кое-какие мысли.       Алекс поперхнулся и сел. Он все так же был в примерочной, занавеска была на месте. На нем все еще была та нелепая футболка с пончиком и неподходящие под нее, как оказалось, джинсы. Отдышавшись, и оперевшись дрожащими пальцами о стену комнатки, Алекс поднялся на ноги, еще раз для достоверности оглядываясь на себя в зеркало и включая глубокую вентиляцию всех систем. Да, кажется, такие примерочные чем-то опасны. Они как-то влияют на психику, и возможно, не только андроидов, нужно будет сообщить об этом доктору…       От воспоминания о докторе, Алекс испуганно расширил глаза, ему показалось, что в зеркале он уведел, как тириум прилил к его щекам, хотя внешне андроид сто процентов остался просто таким же бледным, как и раньше.       Алекс, ты тут? Ты как там? — послышался голос Эванса, откуда-то из коридора. — Я тут нормальную толстовку нашел, думал вот тебе показать, вдруг понравится.       — Я сейчас, переоденусь только, — судорожно дергая молнию на джинсах, с помехами прошептал Алекс.       — С тобой все в порядке? — голос опасно приблизился в шторке, а из-под нее стали видны носки неизменных черных ботинок доктора.       — Да, все хорошо, — уже более твердо ответил андроид, взяв себя в руки, — просто майка не понравилась. Мала слишком.

***

      Так, потратив в магазине еще приличное количество времени, и совершенно неприличную сумму денег, они наконец вышли на улицу. Алекс отобрал все сумки у Эванса, не давая тому нести ничего из купленной одежды, на что доктор только хмуро хмыкнул. Солнце жарило все так же, как на сковороде, поэтому ничего не оставалось, кроме как добежать до отеля и спрятаться в приятной прохладе номеров. Эванс отправил Алекса в его номер, сказав, срезать бирки с одежды и еще раз ее осматривать, а потом прийти к нему и устроить дефиле, чтобы еще раз просмотреть всю одежду. Самому Кремеру нужно было сделать важный звонок.       На этот раз он не стал уезжать на лифте, а просто ушел в другую часть светлого коридора, в компании всего того же HW800, и набрал, на этот раз, Джеймса.       — Привет Эванс, звонишь посреди рабочего дня, что-то случилось? — Фергусон был явно чем-то занят, из трубки слышался какой-то шум и грохот переставляемых предметов.       — Так ты работаешь, надо же! Я думал уже спалил по-тихому мою клинику, выгоняя других врачей, и заставил Ванессу молчать, обещая ей дом на Мальдивах, — настроение после похода в магазин было хорошее.       — Очень смешно, — почти обиженно фуркнул Джеймс. — Я, между прочим, диваны новые в коридор наш заказал, красивые серенькие, мягкие. А тебе лишь бы очернить человека.       — А что сам таскаешь-то? — зевнул Эванс, отходя и балкончика в тень.       — Да… Ситиз.       — Что Ситиз? Ты у них что ли диваны покупал? — несмотря на всю беззаботность голоса, Эванс мгновенно подобрался.       — Да нет. Просто грузчик, TR400, приехавший их разгружать, явно оттуда. Я пробил его по базе данных, так вот, оказался никто иной, как Карлос Деррик. Уж не знаю, что они решили в клинике без твоего присутствия нарыть, но я его отправил куда подальше и Ванессу уведомил включать по ночам охранный протокол.       — Так это тот, что Алекса привозил, — припоминая нахмуренные брови и недовольное лицо, Эванс повернулся к прекрасно слышавшему весь разговор Килу. — И других андроидов привозил и увозил он же. Ты просканировал диваны на жучки прослушку и прочий хлам?       — Конечно, и если бы нашел, я бы щас не тащил этот диван на второй этаж, черт возьми, я бы пришиб им же этого TR400.       — Ладно, ладно, не ругайся, я рад, что у вас все впорядке. — пожал плечами доктор, когда Кил показал ему какой-то непонятный знак руками.       — У тебя-то там как? Я то помню, ты был не в самом лучшем состоянии, когда звонил мне в последний раз. — когда Фергусон говорил обеспокоенно, его голос звучал на пару тонов ниже и он глотал некоторые слова. Подобная проблема, по его словам, преследовала его ещё со старших курсов института.       — Все хорошо. Если ты спрашиваешь про меня — я уже перестроился. Перезагрузился, можно так сказать. Что насчет Алекса, то весь вчерашний день мы с ним беседовали о произошедшем, возвращаясь к этому раз за разом. Он чувствует вину, и корит себя за то, что сделал, так и не признав это несчастным случаем, — Эванс распластался на перилах, разглядывая листья дерева внизу. — Из хороших новостей — он явно не за Ситиз. Он даже не заметил, как в разговоре сказал мне правду, о том где был, вместо того, чтобы соврать про полицейский участок. А потом я, знаешь что, увидел? Он специально перекачал часть данных на флешку из своей памяти, чтобы ищейки Калхоуна не смогли их найти в строчках кода.       — Ничего себе. А каким моменты он перекачал? — Джеймс явно был заинтересован.       — Да так, по мелочи, из жизни клиники. Единственное что я узнал, это то, то он заметил, что я использую лекарства с красным льдом. И не сообщил в компанию об этом.       — Это хорошо. Но все равно, будь предельно осторожен, пожалуйста. — последнее слово явно громче прозвучало из трубке.       — Хорошо, Джей, я правда постараюсь, — наконец понимая, что Кил показывает ему на часы, сообщая, что осталось мало времени, — Эванс поднялся с перил. — А еще он наконец додумался до теста Тьюринга.       — Небось выбрал что-то банальное, любовь например? — хмыкнул Фергусон.       — Ой, кто бы говорил, — изображая возмущение, улыбнулся Эванс.       — Очень в твоем стиле, — так же отозвался Джеймс. — Ладно все, звони иногда, на всякий случай. Я сегодня поеду к Райану, расскажу все новости.       — Буду тебе безмерно благодарен, — Эванс вернул телефон Килу, и ровно в ту же секунду, открылась дверь новера Алекса. Его светлая голова высунулась из-за двери, ища доктора — он знал, что мужчина не у себя.       Мимо с такой же непробиваемой улыбкой прошел HW800, который слишком часто для личного помошника расхаживал в коридорах.       — Доктор Эванс, вы уже закончили разговор? — Алекс проводил Кила недовольным взглядом, про себя обзывая его подозрительным лодырем, и повернулся к доктору, распрямляясь во весь рост и демонстрируя ему голубой бублик на майке.       — Да, я свободен. — Эванс театрально взмахнул рукой, шуточно демонстрируя одобрение. — Просто я искал сеть, так как мой перестал ловить, а Кил Фрейн очень кстати оказался рядом. Оказывается дерево рядом со входом разраслось слишком сильно, и глушит сигнал, представляешь? — как к себе, не спрашивая разрешения, доктор прошел в номер к андроиду, садясь на кровать, которая почему-то решила недовольно пиликнуть зарядом, а потом опять отключиться.       — Я тогда буду пытаться сочетать купленную одежду по-своему усмотрению, а вы скажете, как будет лучше. — кивнул Алекс, вытянув руки вдоль тела. — Эти джинсы я решил взять потому что…

***

      Из-за духоты и аномальной жары, от которой плохо спасала даже новейшая система вентилирования, все постояльцы отеля прятались в своих номерам, а некоторые и в джакузи. Эванс ушел работать к себе, Алекс стал раскладывать новую одежду по полочкам, прокручивая в голове рекомендации мужчины. Ему хотелось после всего этого, опять сесть решать головоломки, но из-за какого-то сообщения о состоянии корпуса, пришлось идти в ванную, и проводить плановую глубокую диагностику систем, которую, по-хорошему, нужно было сделать ещё на прошлой неделе.       Процесс был не быстрый, поэтому удалось закончить только к ужину.       Алекс вышел из своего номера, чтобы поймать доктора Эванса быстрее, чем тот успеет уйти в столовую, и пойти в ним вместе. Только он занес руку для того, чтобы постучать в дверь, с другого конца коридора послышалось, — Доктор сейчас не у себя, он уже пол часа как в баре, на нулевом этаже. Но лично я не советую тебе туда спускаться. — HW800 несся из кокого-то номера, с головы до ног облитый чем-то голубым. Возможно, это был тириум, Алекс даже не успел провести анализ или окликнуть, пробежавшего мимо андроида. И откуда, черт возьми, этот персональный помощник так много знает, а? А главное, почему он всегда, абсолютно всегда, сталкивается с ним, когда выходит в коридор? Сложно было представить себе случай, когда бы он его не увидел, выйдя сюда.       Может быть они с доктором Эвансом давние знакомые, как с доктором Джеймсом Фергусоном? Но тогда почему доктор никак не афиширует это?       В своих мыслях, Алекс все-таки решил спуститься на нулевой этаж, и проверить, поужинал ли, хотя бы доктор. Это было важно для его здоровья, в MC500, вообще-то, предполагалась, как медицинская модель. Хотя Алекс не запрещал доктору курить или пить кофе, например, почему-то именно сейчас, он хотел убедиться, что с Эвансом все в порядке. Возможно потому, что Алекс изначально намеревался сегодня, как и… сегодня утром, сесть и поговорить с доктором, проведя так хороший и уютный вечер, возможно же, потому что Кил предупредил его не ходить в бар, что работало не как остережение, а как прямая наводка, в данном случае.       К бару пришлось так же спускаться на отдельном лифте. Вообще, просканировав присланную ему схему вдоль и поперек, Алекс сильно удивился продуманности данного помещения. Такое ощущение, что строившие отель люди предполагали какую-то всемирную катастрофу, и построили не отель, а бункер, где каждый ярус был отделен друг от друга, и имел сразу несколько входов и выходов. Помимо лифтов тут были и лестницы, буквально везде, и не просто пожарные, как часто бывало, а настоящие лестницы, искусно скрытые планировкой здания, от чужих глаз. Это, несколько озадачивало.       Сенсоры уловили громкую музыку, идущую откуда-то снизу и заставляя насос вибрировать в такт ударов баса. Алекс опустился не просто в ночной клуб, а в огромное, пусть и достаточно низкое, по сравнению со все остальным, помещение. По стенам мерцали темно синие звезды, зал делили на части маленькие прудики с подсветкой, повсюду была растыкана разная техника начиная от лазеров и заканчивая десятью вариациями неоного освещения. Кульминацией дизайнерской мысли был бар, у дальней стены, который представлял собой что-то на подобии, как бы странно это не звучало, старого орга́на, отсвечивая разными переливами синего и фиолетового. Поблескивающие длинные трубы, зачем-то уходили далеко под потолок.       Доктора удалось найти не сразу. Место было сильно забито людьми, как на танцполе, так и на маленьких уединенных столиках. Тем, что больше всего поразила Алекса, были здешние андроиды. Они были полуголые, и грациозно извивались на шестах, идущих под самый потолок. Хорошее, конечно, место, эта Новая Звезда, тут все для андроидов, но при этом в клубе тоже выступают они.       — Нам нравится здесь быть, — видимо Алекс никак не вписывался в окружающую обстановку, потому что перед ним возникла светловолосая, откровенно одетая девушка андроид с большим подносом в руках и китайским веером на поясе. — Для этого большинство моделий, работающих здесь и было создано. И да, мы девианты, так что сами выбрали быть в Новой Звезде. — так же быстро девушка, по-видимому умеющая читать мысли, скрылась в толпе.       Тут Алекс заметил доктора, и глаза его расширились от полного непонимания происходящего. Доктор был гораздо более энергичный, и казалось, помолодел на пару лет. Мешки под глазами были меньше, а волосы… Волосы были уложены так, как на работе или дома он их никогда не укладывал. На докторе были узкие черные джинсы, его любимые, но почему-то носил он их редко, и черная свободная рубашка с закатанными рукавами и расстегнутыми верхними пуговицами. Из-за мерцающих огней сложно было точно сказать, но Алекс был уверен, что в ухе доктора мерцнула сережка.       Мужчина стоял, свободно держа одной рукой стакан с коньяком, а другой водил по груди андроида, нависшего над ним. Алекса перемкнуло. Мгновенно перемкнуло на красный диод, который был не особо заметен во всеобщей вакханалии мелькающего цвета.       Над доктором стоял HR400. И он полностью отражал предназначение своей модели. Широкий накаченный торс, почти как у военных, разве что с немного скругленными мышцами, рост, который превосходил не то, что рост Алекса, а наверное даже рост Блэка Брукса. Короткие, черные как смоль волосы, оголяющие массивную шею и сильно выделяющимся кадыком. И наконец, яркие голубые глаза, чуть-ли не с подсветкой внутри.       Весь этот образ еще и дополнялся откровенно распахнутой рубашкой, края которых едва ли не задевали торс самого доктора. Стояли оба настолько близко, как если бы в следующую секунду захотели бы поцеловаться. Алекс снова перевел взгляд, на такого преобразившегося доктора, а потом взгляд на его руку, которая скрывалась разлетевшейся рубашкой, но ладонь, по примерным рассчетам, произведенным за долю секунды, должна была находится или на пресе или на пряжке ремня HR400…       Алекс не выдержал, лишь поджав губы, от какой-то совершенно неестественной обиды, развернулся и пошел прочь. Он не знал, почему его разозлила эта сцена, ведь доктор, был для него просто доктором. Иногда доктором Эвансом. Но никогда более. Неужели было мало того, как мужчина общался с ним, того, что он его принял. Почему тогда новые графики отчаянно уворачивались от принятия реальности происходящего в клубе? Почему подкидывали Алексу никак не связанные между собой события, сегодняшнего утра, того случая с купанием в краске и долгих ночей, которые андроид провел наблюдая за спящим Эвансом.       Почему Алекс вообще хоть как-то на это реагировал?       Не потому ли он так не любил оставаться без мужчины где-либо? Не потому, что хотел все время быть рядом, хотел, чтобы доктор лучезарно улыбался только ему, а не всем подряд, не тем, многие из которых даже не стоили одного его взгляда? Не всем людям на улице, чтобы он дарил свое внимание, сочувствие и уважение, постепенно угасая сам. Все вокруг прекрасно видели, что с доктором что-то не так. Но никто ничего с этим не делал.       Алекс в голове подбирал множество слов, пока шел до номера, пытаясь придумать менее уничижительный синоним, к слову, которое затопило его разум. Собственничество. А оно ли это? Графики твердили, что это не так, Алекс ведь не ограничивает доктора, просто… Просто хочет, чтобы Эванс смотрел так только в его глаза. Любовь? А может ли Алекс вообще знать, что такое за чувство, любовь?       Перед глазами выросло дерево, наплывающая реальность была темной и мрачной, в небе висели грозовые тучи, а на сад обрушился шквальный ветер. Алекс упал, прижимаясь спиной в стене своего номера, и закрыл глаза, проваливаясь в созданную им реальность.

***

      — Отлично, на этом и решили, — кивнул Эванс. Такие места, как этот клуб был лучшими, для важных переговоров. Во-первых, тут все из Новой Звезды. Агентам Ситиз сюда не то, что не сунуться, а отсюда даже сигнал не перехватить. Во-вторых, никто не будет подозревать тебя, если ты идешь в клуб, и если в нескольких метрах от тебя, скачет на шесте полуголый андроид, а иногда и кто-то из постояльцев отеля. В-третьих… а в-третьих не было. Это было условное место переговоров, в которое стекались все, даже не сговариваясь.       — Не проще будет, ну, скажем не входить в Ситиз? — HR400 пытался перекречать музыку, наклоняясь ближе, — Нам же не нужна массовость.       — Нам как раз она и нужна, Лукас. Если мир узнает, про все грязные дела, что за эти годы проворачивали Ситиз, если они черт возьми узнают, что они делали с бывшими сотрудниками Киберлайф, то многие могут пересмотреть свои взгляды.       — Но вы лучше меня понимаете, что массовое убийство и взрыв пяти высоток, это не лучший способ показать миру, кто такие девианты. — андроид развел большущими руками, от чего Эванса немного передернуло.       — Я прекрасно это понимаю. Но и ты пойми, что другого способа ткнуть людей носом в диктатуру, у нас нет. В лживую свободу и выбор, которую дают Ситиз, как пробужденным андроидам, так и их «хозяевам». Все, абсолютно все андроиды, работающие на Ситиз сейчас, это чертовы машины для убийств. Все они пристально следят, как за своими владельцами, так и за их семьями, за соседями, и другими андроидами. И все это записывается и передается компании ежедневно. Тонны информации утекает каждую секунду. И простыми переговорами это не остановить.       — Все, все, ладно, — HR400 выставил руки перед собой в примирительном жесте. — Я уже понял, что вы хотите самолично открутить голову, и другие части корпуса GS200, но давайте не будем торопить события.       Эванс провел по волосам руками, шумно выдохнув и осушив стакан. — Я просто хочу, чтобы все было готово к сроку, и в случае чего, ты бы обеспечил нам надежный отход. И да, подорвал бы там все, к чертям собачьим. Я не против.       — В любом случае, сейчас у вас есть проблема поважнее. Ваша машина для убийц. Я вами, если честно, восхищаюсь.       — Да было бы за что, — криво усмехнулся Эванс, отмахиваясь.       — Вы бесстрашны. Работать с тем, кто перебил всех директоров Ситиз пару каких-то часов, засыпать, зная, что идеальная убийца ходит где-то по вашему дому… Это заслуживает уважения. Все в Новой Звезде следят за вашим делом. Это поистине — революция.       — Да, — доктор отмахнулся, разворачиваясь и выходя из кольца огромных рук Лукаса, — А кто, если не я? Да и к тому же, как-будто я шибко лучше.